Гнев Шпиля (гет)

Ботинки Фрица скребли по шершавому камню, пока он бежал вверх по спиральному подъёму. Он увидел выход. Ярко-белый свет с нового этажа лился на подъём, почти ослепляя его. Он продолжал бежать вперёд, принимая на себя чистую, незамутнённую нормальность этого света, когда тот озарил его лицо.

На бегу он заметил впереди тёмную фигуру, стоявшую на фоне сияния. Фриц резко остановился. Узнав в силуэте человека или что-то близкое к человеку, он прошептал через плечо команде:

— Кто-то впереди, готовьтесь к драке.

Берт подал знак согласия, и Фриц окликнул заслонённую светом фигуру:

— Эй, кто там? Мы не ищем неприятностей.

— Шпиль тебя раздери. Да это ж Фриц и его команда. Он хочет знать, кто здесь наверху. Что мне ему сказать, Стив? — тёмная тень мягко прошипела кому-то за светом.

— Я его слышал. Пропусти их наверх и не спускай глаз, — ответил Стив шёпотом, который Фриц едва уловил своим обострённым слухом.

— Поднимайтесь, — человек в тени отошёл в сторону, освобождая проход.

Фриц жестом велел команде двигаться вперёд.

— Команда Стива. Держите оружие наготове, они могут захотеть драки.

Фриц шагнул вверх и прошёл через вход, прикрывая глаза от всё усиливающегося света. Зрение у него быстро привыкло, впитывая новый вид. Он вошёл в огромную пещеру из рябящего, испещрённого кратерами камня. Зазубренные каменные колонны, что стояли, словно зубы давно мёртвого левиафана, были разбросаны по тёмной равнине из разбитых камней. Яркий свет бил от сияющего белого кристалла, свисавшего с гладкого потолка пещеры, как огромная перевёрнутая пирамида.

Фриц всё ещё таращился на картину перед собой, когда остальная команда присоединилась к нему, тоже прикрывая глаза от сияния. Судя по всему, им понадобилось больше времени, чтобы привыкнуть к чистому свету.

«Ещё одно преимущество Атрибута Восприятие?»

Откашливание привлекло внимание Фрица к группе мужчин, стоявших слева. Он окинул взглядом их усталые лица, потрёпанный вид и кое-какое сияющее новое снаряжение. Стив стоял впереди, держа как минимум два предмета, очевидно бывших Сокровищами Шпиля: нагрудник, отполированный до серебряного блеска, и длинный изогнутый нож из резной кости, свободно лежавший у него в руке.

В его стойке и глазах читалась тонкая угроза, так что Фриц решил начать разговор любезно.

— Украл этот нагрудник у принца? Должен сказать, со всем неуважением, он тебе не идёт. Слишком уж спорит со всей эстетикой утонувшей крысы, которую ты воплощаешь от природы.

Маленькие чёрные глаза Стива загорелись, как угли:

— Иди на хрен, Фриц, пусть говорит твой главарь.

— Он наслаждается видами, так что пока как насчёт того, чтобы вы оставались на своей стороне, а мы — на своей? Тогда никого не придётся резать на ленточки, — Фриц провернул запястье, описав кончиком рыбьего меча маленький круг.

Стив фыркнул, крутанул костяной нож в ладони, но не сделал попытки броситься на Фрица. Остальные из группы Стива — всего восемь человек, включая самого Стива, — либо избегали встречаться с Фрицем взглядом, либо смотрели на него так же, как Стив, примерно с той же ненавистью.

«Что я им вообще такого сделал?»

Фриц отвернулся и уставился на иссечённую каменную равнину, продолжая держать Стива в боковом зрении. Он заметил небольшое нарушение в поле зрения, едва уловимое искажение света, лежавшее между ними и остальной частью этажа. Фриц слегка нахмурился, склонил голову и прищурился; Чутьё ловушек не предупреждало его, что это опасно. Когда Фриц двинулся, стало ясно: всех их окружал полупрозрачный пузырь.

Глаза Берта и остальных наконец привыкли к свету, и они уставились на пещеру и кристальную пирамиду. Фриц дал им несколько мгновений насладиться изумлением, а затем привлёк внимание Берта коротким свистом сверху вниз, до странности похожим на крик буревого ястреба. Вздрогнув от внезапного звука, Берт повернулся, вопросительно приподнял бровь, заметил за спиной Фрица Стива и его команду, а затем неторопливо подошёл к Фрицу.

— Они почему-то не хотят говорить со мной, — тихо объяснил Фриц, большим пальцем указывая через плечо на Стива. — И тут ещё что-то не так: нас окружает почти невидимый купол. Возможно, тебе стоит спросить их об этом.

Берт кивнул и уверенно шагнул вперёд, чтобы поговорить со Стивом. Фриц решил пойти следом, встав позади и справа от Берта.

— Стив, рад видеть, что ты добрался сюда живым, — спокойно поприветствовал Берт нервного мужчину. — Что за купол?

Стив уставился на Берта, хотя и не так яростно, как уставился бы на Фрица, и ответил:

— Не знаю. Мы причалили сюда час назад и решили пройтись к тем камням, — он указал на ближайший из каменных зубов. — Но что-то нас остановило. Мы не смогли пробиться через эту невидимую стену вокруг нас.

— Магию пробовали? — дружелюбно спросил Берт, мягко оглядываясь.

— Пробовали, ясное дело, — выплюнул Стив. — Хрен там.

— Значит, мы застряли? — спросил Берт прямо перед тем, как со стороны пирамиды раздался диссонансный рёв — словно чудовищный туманный горн.

Все замерли, потому что после того, как рёв стих, что-то начало говорить с ними. Фриц знал: оно говорило не в уши. Оно проецировалось в его Санктум, и он чувствовал слова — они сочились сквозь всё его существо, капали жестокостью и смазывали внутреннюю сторону его черепа коварным намерением.

— Будьте приветствованы, Восходцы. Мне понравилось наблюдать за вашей борьбой. Меритократические Условия требуют, чтобы для этого этажа дали объяснение. На противоположном конце этажа находятся шесть Дверей; в каждую можно войти лишь один раз и одному человеку. Если в одну из тех Дверей войдут двое, восходить сможет только один. Одна Дверь, один восходец. Решайте свою судьбу, берите что можете и не оглядывайтесь.

Диссонансный горн прозвучал снова, и ужасное присутствие исчезло из его Санктума. Фриц дико огляделся в поисках говорившего, не находя ничего нового, пока не заметил, как полупрозрачный купол пошёл рябью. Его поверхность закружилась цветом, словно мыльный пузырь. Сверкающий свет миг потанцевал, а затем исчез из существования.

Две команды посмотрели друг на друга, затем на своих. Один из людей Стива подошёл к месту, где был купол, и провёл рукой в воздухе, не встретив сопротивления. Они застыли на мгновение и смотрели.

А потом начался хаос.

Один из людей Стива выпустил струю пламени, другой метнул копьё прямо в Фрица. Сид выпустил напитанную ветром стрелу, которая ударила в сияющий серебряный нагрудник Стива, разбилась и осыпала его команду щепками. Стива сбило с ног взрывом ветра, и он остался лежать оглушённо на спине.

Фриц поймал копьё на щит, отбив его в землю, а Берт уже оказался над Стивом и крикнул:

— Перемирие! Перемирие! Или я размозжу Стиву голову.

Тот держал Стива за шею одной рукой и угрожал поднятым кулаком.

— Стойте, стойте, — выдохнул Стив, пытаясь отдышаться.

Они остановились, обмениваясь тревожными взглядами.

Фриц заметил, как правая рука Стива и костяной кинжал окутались тенями. Фриц не успевал. Он выкрикнул предупреждение:

— Берт, правая рука!

Поздно. Слишком, слишком поздно. Кинжал Стива скользнул наружу, ударив, как угорь, двумя быстрыми уколами: один в рёбра, один в живот. Лезвие пробило чешуйчатую рубаху Берта насквозь. Третий удар уже шёл следом, но Берт перекатился со Стива в сторону и неустойчиво вскочил на ноги.

Стив кувыркнулся назад и снова встал на ноги с неожиданной акробатической ловкостью, быстро оценил раны Берта, нахмурился и сделал ложный рывок к нему. Затем развернулся и бросился прочь, направляясь к ближайшей каменной колонне на равнине. Остальная его команда присоединилась к нему, убегая в лабиринт каменных зубов.

Сид начал стрелять им в спины; большинство стрел ни в кого не попало перед тем, как какие-то всё же угодили в хаотично движущиеся цели. Сид был умелым, но неопытным стрелком. Одна стрела попала какому-то парню в плечо, другая — в ногу. Рана в плече выглядела поверхностной: стрела отскочила от брони и застучала по земле.

Сид вздрогнул, когда парень закричал от боли, и внезапно вспомнил, что стреляет не в монстров, а в людей. Он размял плечи, и вскоре лицо его застыло в хмуром выражении. Фриц бросился к Берту, когда тот пошатнулся и упал на колени, а затем завалился на спину. Фриц крикнул Джейн, которая вместе с Тоби с подозрением смотрела на убегающие спины команды Стива:

— Берт ранен! Джейн, сюда, лечи его!

Она выглядела разрывающейся между решениями, но в итоге подбежала к Берту; бледно-зелёные нити змеями скользнули из её рук, зашивая две колотые раны. Нити мгновение удерживали раны закрытыми, а затем исчезли, но разрезы остались незакрытыми и свободно кровоточили.

— Не работает! — обвиняюще прорычал Фриц.

— Я вижу, — ответила Джейн сквозь стиснутые зубы.

Она выпила зелье выносливости, и нити снова скользнули сквозь раны, пытаясь срастить плоть. И снова неудачно. Она потянулась за другим зельем, но Тоби схватил её за руку, и она повернулась, встретившись с его мрачным выражением.

Он покачал головой и кивнул плечом на каменную равнину и убегающие спины Грега, Вероники, Наоми и Линн. Грег был впереди, прямо на хвосте у отступающего Стива. Группа Вероники бежала следом примерно в десяти метрах. Гнались они за Стивом или просто бежали к Дверям, понять он не мог. Хотя разум нашёптывал ему: они бросают их. Без Берта зачем им оставаться?

Фриц нахмурился и сжал кулаки; ярость бурлила внутри него.

— Идите. Оставьте меня, — приказал Берт, в его дыхании слышалась лёгкая жёсткость.

— Нет, — сказал Фриц, пока Джейн и Тоби бормотали извинения, на глазах у них выступали слёзы, а затем они отвернулись и побежали, оставив Фрица, Сида и Берта.

«Вот тебе и команда.»

Берт посмотрел с Фрица на удаляющиеся спины Джейн и Тоби, а затем, что удивительно, на Сида. Он углядел ужас и неуверенность на их лицах и снова заговорил; пузырёк крови вспух в уголке его рта.

— Кинжал, Фриц. Он магический, проклятый.

Фриц понял почти сразу: у кинжала действительно могло быть проклятие или что-то столь же страшное; быть может, его же можно использовать, чтобы снять магию и позволить Берту исцелиться. А чтобы получить этот кинжал, его придётся отобрать. А чтобы отобрать, придётся на время оставить Берта защищать себя самому.

Берт, очевидно, видел нерешительность на лице Фрица, потому тот слабо ударил его кулаком в плечо.

— Иди. Нет времени. Шесть Дверей.

Слова укрепили Фрица мрачной решимостью; его рука крепко сомкнулась на рукояти рыбьего меча.

Берт печально улыбнулся ему снизу, но ничего не сказал, только отмахнулся жестом. Фриц подарил истекающему кровью парню самую уверенную улыбку.

— Я вернусь за тобой. Обещаю.

Берт лишь отвёл взгляд и покачал головой, пробормотав:

— Знаю, балда.

Сид бросил Берту несколько полос рваной ткани.

— Прижми к ранам. Используй их. И тут ещё немного мази осталось, — Сид добавил маленькую жестянку с лечебной мазью к кучке на груди Берта.

Фриц посмотрел на равнину, заметив Стива по блеску нагрудника. Тот был далеко, но не настолько далеко, как Фриц ожидал. Гнев внутри него кипел и пузырился; он снял щит и сумку, чувствуя, что они только замедлят его.

Он повернулся к Берту:

— Подержи их в сохранности, ладно? Я вернусь.

— Хорошо бы. Если дашь мне тут умереть, я тебя до посинения замучаю призраком, — простонал Берт, даря Фрицу болезненную ухмылку.

Фриц принял жар своей ярости, развернулся и побежал. Сид последовал за ним по пятам, а потом догнал его, поравнявшись рядом. Похоже, он не доверял нескольким оставшимся стрелам, что те попадут в цель.

Пока Фриц мчался к своей цели, он понял, почему Стив оказался не так далеко, как должен был. Разбитая, испещрённая кратерами равнина была изрезана трещинами и неровным камнем; по такой предательской поверхности опасно бежать без осторожности. Едва эта мысль поразила его, он увидел, как один из людей Стива — тот, у кого в ноге торчала стрела, — поскользнулся, споткнулся и упал.

Упавший парень поднял коротко остриженную голову, медленно зашатался на ноги и позвал друзей на помощь. Только один побежал назад: мужчина с длинными тёмными волосами, слишком вытянутым лицом, в кожаном жилете и с деревянным щитом, похожими на те, что нашла группа Фрица. Он направил добротно сделанный широкий меч на несущегося Грега и велел ему остановиться. Грег начал раскручивать череп-цеп; его жуткий стон слился с эхом боевого клича Грега, складываясь в по-настоящему пугающий погребальный напев.

Длинноволосый поднял щит в ожидании удара. Рассчитывал ли он заблокировать и ответить или просто прикрыть спину друга от удара цепа собственным телом — кто знает. Одно можно было сказать точно: Грег был силён, а его удар — ещё сильнее.

Грег взмахнул оружием могучей дугой, и чёрные трещины Костеломного удара в последнее мгновение каскадом пробежали по черепу-цепу перед тем, как тот врезался в щит мужчины. Щит взорвался, а человек за ним был раздроблен и всем телом отброшен в того, кого пытался спасти. Сломанное тело сбило «спасённого» парня с ног. Сломанный рухнул на него бескостной кучей, оставив того прижатым и беспомощным, пока Грег снова начал раскручивать череп-цеп.

Бритый парень высвободил руку из-под веса плоти друга, вытянул её к Грегу и выкрикнул:

— Огненный шар!

В центре ладони появилась искра оранжевого пламени, разрослась до размера яйца и выстрелила в Грега. Шар ударил в защищённую грудь Грега, безвредно плеснул по сверкающей чешуе и рассыпался по земле дождём углей.

«Не обязательно выкрикивать название Способности. Идиот.»

Череп-цеп мгновение застонал, глаза бритого парня наполнились умоляющим ужасом, а затем раздался страшный треск удара. Фриц никогда раньше не видел, как у человека взрывается голова, и больше никогда не хотел увидеть. Череп бедняги лопнул, как перезрелая дыня, выплеснув яркую кровь и мозговое вещество на тёмный камень, где всё собралось в кратере, в котором он потерял равновесие.

Грег тяжело дышал, но продолжал рваться к Дверям. Он едва оглядывался на опасность, просто бежал вперёд и в первую заросль колонн.

— Вернись сюда! — взревел Грег. — Заплатишь! Захерачу!

Ну естественно, этот остолоп не бросил Берта — он искал мести за павшего члена команды. Фриц напомнил себе, что позже нужно по-настоящему попытаться помириться с Грегом. Он не хотел быть у этого человека на плохом счету, к тому же ему было стыдно за то, как он обращался с ним раньше. Нет, правда, стыдно.

Фриц бежал, пытаясь догнать остальные группы. Он вдруг обнаружил, что Атрибуты Восприятие и Ловкость помогают ему выбирать наилучший путь. Чутьё ловушек, похоже, тоже работало вместе с Техникой «Наблюдения», предупреждая его низким гулом перед тем, как он выбирал опасное место для шага, позволяя ему обходить вредные скрытые трещины. Благодаря своим преимуществам он уверенно нагонял бегущих друзей и врагов.

Вероника, Линн и Наоми добрались до каменных зубов, а затем исчезли в них, следуя за Грегом по его дороге разрушений. Фриц слышал звон оружия, применение Способностей и предупреждающий стон цепа Грега. Треск, глухие удары и лязг разносились между колоннами, пока они дрались где-то вне поля зрения Фрица.

Добравшись до колонн, он скользнул между ними, ныряя вокруг неожиданно острых камней. Он старался спешить, чтобы присоединиться к схватке, найти Стива и забрать кинжал. Он должен был спасти Берта. Он шёл на звуки борьбы, надеясь застать Стива врасплох во время боя. Вместо этого он наткнулся на Веронику, Линн и Наоми, попавших в засаду: они стояли спина к спине, щиты подняты, а у Линн кулаки были каменными. Фриц быстро спрятался, не желая, чтобы остальные его заметили и втянули в безнадёжный бой. Это было неправильно, но он смотрел и ждал, готовясь выпрыгнуть, когда сможет переломить ход сражения. Если сможет переломить.

Женщин окружали оставшиеся члены команды Стива, включая самого Стива, который возглавлял атаку. Женщины держались стойко, отбивая камни из пращ или ледяные осколки, которые швырял заклинатель; после неудачного залпа заклинаний и камней мужчины пошли вперёд. Линн, уступавшая числом и задавленная натиском, яростно ударила, пропустила клинок мимо себя, вмяла щит и отбросила мечника за ним.

Отступая назад, чтобы сохранить построение, она получила удар коротким мечом в бедро от другого мрачного блондина рядом. Она глухо охнула от боли, стиснула зубы и тремя быстрыми джебами врезала ему по рёбрам. Парень пошатнулся назад, рывком вытаскивая клинок из её плоти. Рана оказалась мельче, чем имела право быть, но кровь всё равно текла ровной струйкой с ноги Линн.

На них давили со всех сторон. Вероника и Наоми держали щиты крепко, защищая фланги друг друга. Наоми рубила плавниковым клинком быстрыми хаотичными дугами, заставляя тех, кто был без брони или щита, отступать от сверкающей серебряной кромки. Она порезала нескольких, когда они снова приблизились, оставляя им длинные неглубокие раны, яростно кровоточившие, но в конце концов они прорвались сквозь натиск, схватили её бьющуюся руку и остановили режущий шквал, вырвав клинок из её пальцев.

Они дёрнули руку со щитом вниз; крепко сложенный мужчина с короткими засаленными каштановыми волосами втянул её в медвежий захват, прижав её руки. Наоми боролась и кричала, пока дыхание не выдавило из неё тисками его объятий. Когда она начала задыхаться, мужчина ухмыльнулся с дурным намерением, скользнувшим за голодными серыми глазами.

Как только Наоми схватили и вывели из боя, команда Стива вдавилась в брешь в построении девушек.

Щит Вероники сорвали с руки, а саму её Стив и двое более крупных членов его команды вытащили из-под защиты Линн. Её плавниковый клинок скользнул по его серебряному нагруднику, и в ответ Стив ударил её по руке рукоятью кинжала; она охнула от боли, и плавник выпал из её дрожащей руки. Свободной рукой он схватил её за рыжие волосы и потянул дальше от защиты кулаков Линн.

Она впилась зубами ему в руку, но он стряхнул её и толкнул в ожидающие руки одного из своих, который поймал её сзади в крепкий захват за шею.

— Отпусти! — бесполезно закричала Вероника, извиваясь изо всех сил, но обнаружила, что не может вырваться из мощной руки мужчины. Он рассмеялся, явно наслаждаясь её борьбой.

По всё видимости, команда Стива предпочитала вкладывать очки Атрибутов в Силу, что позволяло им легко пересилить кого-то, особенно с низкой Силой — вроде Наоми, Вероники или, если уж на то пошло, Фрица, — стоило им поймать жертву.

Линн зарычала и прыгнула на мужчину, удерживавшего Веронику, но споткнулась на раненой ноге; трое мужчин вокруг неё тут же бросились вперёд, схватили её и ударили. Один вцепился в каждую её руку, а третий опустил медный молот ей на голову с тошнотворным глухим стуком. Она обмякла, безвольное тело удерживали мужчины, державшие её за руки. Она смотрела невидящим, оглушённым взглядом, не осознавая своего положения.

— Пожалуйста, мы сделаем всё, что скажете, только не делайте нам больно, — взмолилась Вероника, и её поведение быстро изменилось: из визжащей, бьющейся ярости она стала скромной, покорной и испуганной девушкой. Она посмотрела на Стива снизу вверх красивыми тёмными оленьими глазами. — Пожалуйста, всё что угодно, мы не будем сопротивляться, — почти прошептала она, оставляя это «всё что угодно» на волю чрезмерно активного и, судя по жадным ухмылкам, похотливого воображения мужчин.

Стив презрительно скривился и едва не плюнул ей в лицо.

— Дверей только шесть, и в одну я войду. Я не собираюсь тратить время на шлюх Тэлли.

Вероника отпрянула как от плевка, так и от горькой остроты его слов.

— Идёте со мной, парни? Или готовы рискнуть и остаться без Двери? — спросил Стив, в его голосе звучали жёсткость и раздражение.

— Иди вперёд, Стив, раз ты правда боишься, что остатки команды Берта могут нас взять. Я тут хочу немного поразвлечься. Чего такого-то? Просто повеселюсь. Нам всё равно придётся оставить их здесь подыхать, так почему бы не покайфовать перед восхождением? — равнодушно объяснил темноволосый мужчина, державший Веронику за шею.

— Ладно. Похер. Оставайтесь и сдохните тут. Только не жалуйтесь потом мне, когда подхватите всё, что они носят, — парировал Стив; в его глазах-бусинках блеснуло раздражение.

— Ха, как страшно-то, хотя мы уже раскидали половину из них, — возразил парень. — Мы уже победили. Эти жуки, небось, прячутся, а не бегут к Дверям. У нас есть время повеселиться.

— Вы идиоты, — ровно сказал Стив. — Это не стоит ваших жизней.

— До этого не дойдёт. Мы быстро, — уверенно сказал мужчина.

— Ну ещё бы, — пробормотала Вероника, и мужчина нахмурился.

Стив покачал головой и повернулся, чтобы уйти, переступая через распростёртое тело, которое Фриц ранее не заметил в хаосе. Тело в сверкающей чешуе. При виде фигуры у Фрица скрутило живот, но он похоронил это чувство сразу, как только оно пришло. Сейчас он был в опасности, ему нужна была ясная голова; он не мог задерживаться мыслями на теле и медленно расширяющейся луже крови вокруг него.

— Вы идёте, парни? — окликнул Стив, начиная шагать прочь, прямо через кровь, оставляя алые следы там, где ступал; под мышкой он держал грубый чёрный шлем. Двое его людей, стоявших настороже и следивших за спором, посмотрели на пленённых женщин и трёх мужчин, удерживавших их.

Один покачал головой при виде происходящего, лицо у него исказилось от отвращения, и он ушёл за Стивом, закинув медный молот себе на плечи. Другой выглядел так, будто собирался с бранью накинуться на пленителей, но, наткнувшись на взгляды остальных мужчин, передумал, опустил голову и скользнул следом за Стивом.

— Ну, раз они ушли, повеселимся теперь? — спросил темноволосый, притягивая Веронику ближе и лапая её тунику. Фриц видел, как в её глазах начинают собираться слёзы, но он отвёл взгляд, когда в нём вспыхнула искра праведного гнева, а желание сыграть героя пригрозило толкнуть его в бой.

Он принял жестокий, холодный расчёт, говоривший ему, что нужно следовать за Стивом и отобрать у него кинжал. Он не мог ждать или тратить драгоценное время, оставшееся Берту. На самом деле забрать кинжал Стива теперь будет проще, когда половина его команды «отвлеклась». Со страшным трудом и тяжёлым отвращением, осевшим у него в животе, он собрался уйти. Здесь он ничего не мог сделать.

Руку Фрица поймали крепкой хваткой, и Сид прошипел:

— Куда ты собрался?

— Я должен спасти Берта, — прорычал в ответ Фриц; его низкий голос был пропитан отвращением, которое он чувствовал как к происходящему, так и к себе. Он выдернул руку и уже собрался повернуться, но Сид снова схватил его, на этот раз за запястье.

— Ты им обещал. Ты дал слово, Фриц, — напомнил Сид низким голосом; его голубые глаза горели нарастающей яростью. Хватка Сида на запястье Фрица усилилась. — Если ты его не сдержишь, я заставлю тебя его сдержать.

Фриц встретил горящий взгляд своим стальным. Нужда спасти Берта сражалась с его давно подавленным чувством чести и справедливости. Он выдерживал взгляд, пока не почувствовал, как сталь в его глазах начинает плавиться, и отвёл глаза. Он не знал, как сможет жить без Берта, но понимал: он не сможет жить с собой, если оставит женщин их судьбе. Особенно после того, как они пошли за ним на этот этаж, потому что он обещал им защиту.

Они были здесь из-за него, и Берт возненавидел бы его, если бы когда-нибудь узнал, что Фриц обменял их жизни на его. Эта мысль подтолкнула Фрица к решению, каким бы эгоистичным оно ни было: он предпочёл бы живого Берта, который его ненавидит, мёртвому. Он приготовился вырваться из хватки Сида и броситься за Стивом, когда услышал тихий всхлип Наоми.

Этот всхлип напомнил ему всхлип своей младшей сестры. Тогда, когда он прижимал к себе её и рыдающего брата после смерти — нет, убийства их матери.

В конце концов это было лишь оправданием. Он не хотел оставлять их на растерзание этим отбросам. Всхлип снова разжёг в нём желание спасать и защищать — то самое, которое ему пришлось залить холодным расчётом выживания там, в канавах Затопленного Кольца. Он хорошо усвоил этот урок в первые месяцы после приюта.

Не вмешиваться, отводить взгляд, иначе целью станешь ты. Если выступишь против сильного или того, у кого есть связи, можно получить не только побои, и у Фрица были шрамы, чтобы это доказать.

Но здесь эти невысказанные правила не действовали. У них не было друзей, которые могли бы их прикрыть, и они были одного и того же уровня. Ну и что, что те лучше снаряжены и вложились в боевые Атрибуты? Это была более честная драка, чем многие из тех, которые он выбирал за пределами Шпиля.

Фриц позволил своей воле согнуться, высвобождая пламя эмоций. Он принял гнев и снова встретил глаза Сида — теперь уже с углями ярости, а не холодным прагматизмом стали — в неотрывном взгляде.

— Ладно, тогда убьём их быстро, — заявил Фриц, и по его лицу расползлась страшная улыбка.