Дети Бозона Хиггса (гет)

Ариана до последнего откладывала разговор с преподавателями Хогвартса. Во-первых, в Хогвартсе учился её сын Август. Она его настойчиво просила не рассказывать никому о Сильвиусе и Энн. Говорила, что ненужные слухи могут им навредить, а они его друзья. Август дал матери слово всё держать в секрете. Во-вторых, сами преподаватели не любили, когда родители их учеников приходили в школу без вызова. Что делать? И тут ей повезло: она узнала, что преподаватели по выходным часто бывают в «Трёх мётлах». Можно поговорить с ними разом.

Однажды, в одно из воскресений, часа в три пополудни, дверь бара открылась и появились Минерва Макгонагалл, Филиус Флитвик и Вильгельмина Граббли-Дерг. Они сели за столик, вскоре подошла Розмерта и они заказали сливочное пиво. Ариана подошла к столику.

— Разрешите к вам присоединиться? Я Ариана Блэк, мой сын Август учится в Хогвартсе.

— Приятно познакомиться, миссис Блэк. Вы, наверное, хотите узнать, как дела у Августа? Он неплохо успевает, но, мне кажется, мог бы и лучше, — заметила Минерва Макгонагалл.

— Он немного рассеян, но на моих уроках, в основном, получает хорошие оценки, — подхватил Филиус Флитвик. Я, как преподаватель и декан факультета, им доволен.

— Благодарю вас, но я хотела бы поговорить не об Августе. С нами под одной крышей живут ещё двое детей-волшебников, брат и сестра, но их никто в Хогвартс не пригласил, и они учатся в обычной муниципальной школе. Я их няня. Дети умеют летать.

— Просто так? Но это невозможно!

— И всё же, они летают! И ещё могут по-своему колдовать, причём, без волшебной палочки. Пока у них нет палочек, они считаются маглами, но если они их купят и будут ими пользоваться вне Хогвартса, их могут наказать. Сложное положение.

— Странный случай. В Министерстве вы не узнавали?

— Узнавала. Их нет в списках, никто ничего не знает.

— Если ребёнок проявляет магию, об этом обязательно становится известно, — проговорил Флитвик. А тут сразу двое.

— Может быть, они думают, что это магия Августа или моя, ведь мы живём вместе почти с их рождения?

— А кто их родители?

— Мать магл, очень образованная женщина, её зовут Элис Найтингейл, сейчас она миссис Салливан-Смит. Преподаёт в Оксфорде. С нами ещё живёт подруга матери, тоже магл и тоже преподаватель Оксфорда.

— А кто отец?

— Мы говорим детям, что их отец физик, работает в Швейцарии на секретной работе. Но на самом деле, отец неизвестен.

— Как так?

— Дело в том, что у Элис провал памяти и странные расхождения во времени. Она считает, что её не было дома около года, а Эмма, её подруга, уверяет, что они не расставались. Она была у психотерапевта, но тот ничего не мог сказать определённого.

— Вы думаете, она была в Хогвартсе? — прямо спросила Минерва.

— Думаю. Я у многих спрашивала, в первую очередь, у деда, Аберфорта. И у Риты Скитер. Никто не ничего не помнит. Я хочу спросить у вас: помните ли вы о такой гостье?

— Это было давно?

— Судя по всему, в год Турнира трёх волшебников.

— У нас в тот год было очень много гостей, но гостьи-магла я не припомню. Может, вы, Филиус, помните?

— Нет, совершенно не помню.

— Ей, скорее всего, изменили память, это могло вызвать скандал.

— Ммм…Стирать память было любимым занятием Корнелиуса Фаджа. Ему только повод дай. А Фадж был в тот год зол на Альбуса. Вполне возможно, что Фадж в сердцах и стёр кому-то память…Но вы говорите, что что-то случилось со временем?

— Да, и это самое загадочное. Всё, что помнит Элис — это конференция в Оксфорде, во время которой к ней подошёл человек, похожий на профессора Дамблдора и вручил ей письменное приглашение. Всё сходится на нём. Мне довелось мельком слышать о каких-то экспериментах со временем…

— Нам о них не известно, — сказала Минерва, — у нас был один единственный случай создания временной петли за год до Турнира, но это не было экспериментом. Я выпросила у Министерства маховик времени — прибор, позволяющий перемещаться в прошлое, для своей блестящей студентки и поклялась, что она его будет использовать только для учёбы. Временную петлю создал профессор Дамблдор, и трое ребят — Гарри Поттер, Гермиона Грейнджер и Рон Уизли — смогли спасти Сириуса, которому грозил поцелуй дементора. Это был чрезвычайный случай, все знают, что манипуляции со временем очень рискованны даже в очень ограниченных временных пределах. В тот раз всё обошлось благополучно.

— Я не знала всего…Сириус рассказывал, как всегда со смехом, что он бежал от дементоров на гиппогрифе, но не говорил, что ему грозил поцелуй этих тварей. Он говорил, что Гарри Поттер и его друзья помогли ему скрыться.

— Насколько я знаю, все маховики времени уничтожены. Это произошло на следующий год после Турнира, после стычки в Министерстве.

— В год, когда погиб Сириус!

— Да…именно…простите.

— Может быть, у профессора Дамблдора сохранились какие-то записи?

— Сомневаюсь. Он не привык оставлять свидетельства своих опытов. Но поискать можно.

— Изменение времени и стирание памяти одновременно…Если бы не дети, Элис бы ни о чём не подозревала и продолжала жить прежней жизнью, а дети появились, как из ниоткуда…И здесь, похоже, никто ничего не помнит.

— А могли бы мы познакомиться с вашими детьми?

— Да, конечно. Думаю, что Элис с Эммой не будут против.

— Мы посмотрим, что они умеют и, возможно, подготовим их к Хогвартсу.

— Я была бы вам очень благодарна…им трудно скрывать свою магию в обычной школе и в повседневной жизни, но нам повезло: они с раннего детства увлеклись фигурным катанием, мы вместе придумали им программу и в свободное от школы время, на каникулах, они выступают в ледовом шоу. Это фигурное катание с добавлением магии. Все принимают это за искусство иллюзионистов. Ребята откладывают деньги на образование: они хотят поступить в Оксфорд.

— Прекрасно! Мы можем начать с их шоу! Пригласим всех педагогов.

— И Северуса не забудьте пригласить. Он редко составляет нам компанию, предпочитает сидеть запершись в своём кабинете. Надо бы его вытащить.

— Обязательно.

— Может, ребят удастся устроить в Хогвартс?

— Если они действительно волшебники, то мы непременно подготовим их.

— Благодарю вас. О большем я и мечтать не могу.

Ещё она разговаривала с Гарри Поттером, Гермионой Грейнджер-Уизли и Роном Уизли, героями прошедшей войны, они были в самой гуще событий, но, как и все, кого Ариана расспрашивала, совершенно ничего не помнили о гостье Дамблдора.