Имя на старом шраме (гет)

Из личных записей Натали Веснински.

23 июня 2007 года.

ㅤ

— Нил! — окликнула она брата, когда тот почти вышел. Отвечая на вопросительный взгляд, она сказала, — Погоди, я кое-что вспомнила.

Она зашла в спальню и достала из-под кровати рюкзак. Нил послушно зашёл следом.

— Смотри! Помнишь, на 10 лет...я обещала тебе подарок, но..ну ты сам знаешь, — пробормотала она, — Вот он!

Она протягивала ему старый фотоальбом в кожаном коричневатом переплёте.

У Нила в глазах стояли растерянность и грусть. Он сел рядом с Ли и открыл альбом. На Натали хлынули воспоминания. Она сама не открывала этот альбом очень и очень давно, и сама уже не помнила, что там оставила.

◇◇◇◇

Нату пять, Ли девять, совсем скоро исполнится десять.

Май. Они бегут по полю, держась за руки. Вдруг Натали спотыкается и падает лицом в одуванчики. Нат обеспокоенно крутится рядом, когда она переворачивается на спину и смеётся. Натаниэль ложится рядом и они смотрят на облака, выискивая в них фигуры.

◇◇◇◇

Нату примерно семь. Молодая мама ласково обнимает его. Один из светлых дней, когда всё было настолько хорошо, насколько могло.

◇◇◇◇

Натали примерно двенадцать, Натаниэлю восемь. У девочки на щеке след раны. Она была не глубокой, поэтому сильного шрама не осталось. Они сидят на широких качелях, Ли обнимает брата за плечи.

◇◇◇◇

Натали вынырнула из воспоминаний. Это произошло немного болезненно. Нил посмотрел ей в глаза и провёл пальцами по тому месту, где на одном из снимков был порез.

— Я точно не помню, откуда он... — тихо сказала она, — У меня было так много ран и шрамов, что я помню только самые большие.

— Спасибо, — чуть не захлёбываясь в слезах, сказал Нил, — Спасибо, что выжила. Я думал, что...что мы никогда...не увидимся.

— Я тоже, Нил, я тоже рада, что мы живы.

Нил закрыл альбом и протянул его сестре.

— Оставь себе. Он должен был быть у тебя ещё девять лет назад, но я не успела, — сокрушённо сказала Ли, вытирая слёзы.

— И давай не кисни, у нас ещё тренировка сегодня!

Через час они оба вышли из комнаты, полностью готовые быть на поле. Когда они подошли к Пантере, к ним присоединились Рене и Ники. Второй вопил:

— Кевин угрожает мне сломать шею, если я ещё раз назову тебя Натали Дэй!

— Ники, если ты сейчас же не закроешь рот, я сама помогу Кевину выполнить его обещание, — она нагло улыбнулась, когда он побелел.

— А знаешь...я лучше пешком прогуляюсь...

— Не переживай, я буду тебя защищать, если ты будешь молчать, — похлопала его по плечу Рене.

Дальше они ехали в тишине. Она не была тяжёлой, а даже наоборот, вполне уютной. Натали прекрасно себя чувствовала в окружении дорогих ей людей. Правда, не хватает ещё одного, но это скоро исправится.

— Надеюсь, твой Дэй сегодня не будет орать на меня громче обычного, чтобы скрыть, как у него до сих пор трясутся руки после вашей ночи? — наконец нарушил тишину Нил, когда они парковались у стадиона.

— О, я не сомневаюсь, что так и будет, — язвительно прокомментировала она мысль брата, — Вытряхиваемся из салона!

Когда они вошли в прохладные коридоры стадиона, до ушей Натали сразу донесся знакомый, раздражающий и безумно родной свист экси-мяча, с силой бьющегося о пластиковый бортик. Кевин уже был на поле.

Ли лениво направилась прямиком к выходу на трибуны, оставив Нила и Ники переодеваться в раздевалке. Стоило ей толкнуть тяжелую стеклянную дверь, как Кевин, как раз собиравшийся сделать очередной бросок, замер на месте. Он медленно опустил клюшку, и его яркие зеленые глаза в упор уставились на Натали. На его бледных щеках тут же выступил едва заметный, предательский румянец, а пальцы на рукояти судорожно сжались, выдавая всю его панику.

Натали остановилась у самого бортика, скрестив руки на груди. На её губах заиграла привычная, наглая ухмылка, но взгляд оставался теплым.

— Ну привет, Кев, — негромко бросила она на французском, заставляя Дэйя рефлекторно сглотнуть, — Надеюсь, ты сегодня не промажешь по воротам из-за того, что слишком много думал этой ночью?

Дэй сердито дернул плечом, пытаясь вернуть лицо сурового Короля Драмы, но пунцовые уши сдавали его с потрохами. Из раздевалки как раз вышли Нил и Ники, натягивая на ходу защиту. Хэммик тут же заговорщически подмигнул Натали, но, наткнувшись на предупреждающий взгляд Рене, прикусил язык.

— Веснински, марш на поле! — хриплым, сорванным голосом приказал Кевин, разворачиваясь к ней спиной и с силой посылая мяч в сетку ворот. Но Натали видела, как подрагивают его плечи.

До начала тренировки было еще долго, поэтому она встала на ворота. На взгляд Кевина она со смешком бросила:

— А что, вдруг я могу заменить нашего белобрысого полторашку, если что-то случится? Бей давай.

Кевин, всё ещё красный до ушей, швырнул мяч как попало. Он даже не долетел до ворот.

— Звезда экси на пике славы! — Ники где-то на трибунах изображал звуки больной чайки.

— Ничего, потренируешься ещё, и всё будет нормально! — серьёзно заверила его Ли.

Она подошла к Кевину и обняла его прямо на глазах Хеммика, Рене и Нила. Как оказалось через пару секунд, ещё и Эндрю.

— Иди умойся. А то твоё лицо от формы не отличишь, — бросила она напоследок и направилась успокаивать Ники.

ㅤ

"Пофиг, насколько страдаем, главное мы оба знаем, оба, оба знаем-знаем,

Любви в кандалах не бывает.

Еще настанет, наверное, миг насладиться моментом.

Сможем когда-нибудь сами, тогда, когда будет другая."

CMH, mzlff — "catharsis"