Вне компетенции: неучтенные переменные (джен)

Мощный 600-кубовый 100-сильный Kawasaki ZZR600 нес меня сквозь рваный туман по трассе М1. На развязке я свернул в сторону Йоркшира. Здесь дорога была не так загружена, поэтому я переключился на передачу повыше и до упора выжал газ — стрелка спидометра стремительно приближалась к отметке 160. Благо, джедайские рефлексы позволяли чувствовать себя на такой скорости абсолютно спокойно.

Пейзаж постепенно менялся: унылые равнины остались позади. Но всего через двадцать километров мне пришлось сбросить скорость — издалека заметив указатель «Little Hangleton — 3 m.», я плавно съехал с трассы. Дорога, сменив асфальт на грунтовку, начала прихотливо петлять среди холмов. Я достал волшебную палочку и коснулся пластика обшивки чуть позади себя, активируя чары Силенсио. Теперь я мчался совершенно беззвучно.

Наконец я проехал мимо старого, густо поросшего мхом каменного столба с давно не крашенной кованой табличкой «LITTLE HANGLETON». Дальше я повел мотоцикл осторожнее, двигаясь в сторону двух заросших деревьями холмов. На одном из них мрачной громадой возвышался заброшенный особняк Реддлов, а у самого подножия раскинулось старое кладбище. Я свернул к соседнему холму, к вершине которого вела почти исчезнувшая в зарослях тропинка.

Перед самыми кустами я остановил мотоцикл. Среди густых деревьев и переплетенных ветвей едва угадывался полуразвалившийся дом, который впору было назвать скорее хижиной. Я переключился на магическое зрение — никаких охранных или сигнальных чар обнаружено не было. Осторожно ступая, я прошел внутрь. Даже сквозь плотный фильтр шлема в нос ударил густой запах сырости и многолетней затхлости. Мебель вокруг наполовину сгнила. В том числе и покосившийся стол, на котором лежало кольцо — главная цель моего визита.

Я снова всмотрелся магическим зрением. Да, в отличие от других крестражей, здесь с защитой постарались на славу. Самое коварное крылось в том, что стоило тебе только протянуть руку — ты бы даже не понял, что проклятие уже сработало. Я хорошо помнил Канон и, начиная с весны, методично искал информацию обо всех проклятиях, способных вызвать подобный эффект некроза. Как и о методах противодействия им.

Сняв рюкзак, я достал шесть накопителей и бережно расставил их вокруг кольца, стараясь ни на миллиметр не заступить в зону действия проклятия. Предметы образовали ровную гексаграмму. Достав палочку, я поочередно активировал каждый из артефактов. Это не было полноценным заклинанием, под надзор Министерства такое не подпадает. Да и место здесь хоть и древнее, но всё же бывшее жилище волшебников — риска засветиться не было никакого.

Накопители начали излучать ровный свет. Я достал кристалл кварца и заставил его левитировать точно над кольцом. Кристалл стал медленно вращаться вокруг своей оси. Выйдя из хижины, я засек время. Внутри лачуги тут же начались яркие цветные вспышки, послышался сухой треск и глухие удары, которые с каждой секундой становились всё интенсивнее. Наконец из перекошенных окон ударил ослепительный зеленый свет, а финальный грохот выбил остатки стекол и сорвал гнилую дверь с петель — я едва успел выставить перед собой силовой щит Тутаминис.

Проверив фон магическим зрением и убедившись, что всё в порядке, я снова зашел внутрь. В помещении царил абсолютный разгром: вся мебель окончательно превратилась в мелкие щепки, а на месте стола образовалась небольшая дымящаяся воронка, в центре которой лежало совершенно нетронутое кольцо. Вокруг валялись лишь осколки стержней-концентраторов и разорванного кристалла. В самом же перстне по-прежнему пульсировала знакомая темная структура.

Я привычным движением достал из-за спины катану «Бич драконов» и щедро смазал лезвие ядом василиска. Бросив последний взгляд на артефакт, я нанес рубящий удар. В тишине раздался резкий лязг металла о металл. Традиционно шрам на лбу прожгло вспышкой адской боли, но я стиснул зубы и вытерпел. Собрав расколотые остатки кольца в изолированный контейнер и тщательно протерев клинок от яда, я вышел на улицу. И впервые за поездку снял шлем, полной грудью вдыхая прохладный, напитанный влагой воздух Йоркшира.

Ну что ж... Одной проблемой меньше. Почти все известные мне крестражи уничтожены. Теперь эта задача не висит надо мной дамокловым мечом, как несделанное дело. И можно будет наконец-то сосредоточиться на текущих планах. А их было предостаточно.

Я взглянул на часы — до конца действия зелья оставалось сорок минут. Вернувшись к мотоциклу, я завел двигатель и осторожно покатил прочь от проклятой хижины Мраксов. Спустя десять минут я уже покинул пределы деревни и мчался по обычной дороге, а еще через десять — снова вылетел на асфальт М1. Я мог бы портануться в Корнуолл и раньше, но просто не смог отказать себе в удовольствии еще немного прохватить по автостраде на спортбайке. Это дарило прекрасное чувство свободы и здорово успокаивало нервы. Почему-то уничтожение крестражей всегда отнимало прорву физических сил — воспоминания о том, как я рухнул в обморок прямо в подвале Малфоев, были еще свежи.

Сделав короткую остановку на заправке, я не только залил полный бак топлива, но и купил две банки холодной колы, которые осушил на месте — как всегда после массивного расхода магии, истощенный организм отчаянно требовал глюкозы. Снова сорвавшись с места, я проехал совсем недолго. Едва добравшись до пустынного участка трассы и сбросив скорость, я нажал на неприметное кольцо, украшенное рунами, которое крепилось на левой рукоятке руля.

Мир перед глазами мгновенно скрутило в безумную спираль. А когда пространство снова пришло в норму, вокруг был уже не Йоркшир, а бескрайние равнины Корнуолла, и даже сквозь шлем я отчетливо почувствовал соленый морской воздух. Я снова дал газу. Мотоцикл помчался по заброшенной на вид, но вполне ровной подъездной дороге. Впереди путь, казалось, упирался в непроходимую лесную рощу и перегораживающие трассу бетонные блоки, но метров за десять до них защитная иллюзия мягко спала, и я беспрепятственно въехал в уже открытые кованые ворота поместья Поттеров.

Здесь я сбавил ход и не спеша проехал по извилистой дорожке к широкому въезду в гараж. Дверь послушно поползла вверх — внутри меня уже ждала верная Фиби. Я заглушил мотор.

— Всё в порядке, хозяин Гарри? — с тревогой спросила эльфийка.

— Да, всё отлично, — ответил я, стягивая шлем, и сам чуть вздрогнул от непривычно грубого, взрослого баса.

— Ванна готова, сэр.

— Хорошо.

У меня оставалось пятнадцать минут. Но для начала я прошел в хранилище и надежно запер контейнер с разбитым кольцом в специальный сейф для особо опасных предметов. Только после этого я направился в ванную комнату, которая своими размерами больше напоминала небольшой бассейн. Там я стянул с себя доставленный накануне тактический костюм для спецопераций, которому был предусмотрительно придан вид неприметной черной мотоэкипировки. Подойдя к краю, я опустился в горячую воду. Попытался полностью расслабиться, чтобы как можно спокойнее перенести грядущие неприятные ощущения от окончания действия Оборотного зелья.

Тело из взрослого и массивного начало болезненно сжиматься, вновь становясь детским, характерным для двенадцатилетнего подростка. Я взял с бортика кубок с заранее подготовленным восстанавливающим коктейлем и принялся медленно пить. Осушив его до дна, я еще некоторое время просто лежал с закрытыми глазами, полностью очистив разум от суетливых мыслей и концентрируясь лишь на течении Силы. Затем я уже нормально вымылся и, плотно запахнувшись в махровый халат, вышел из ванной.

— Останетесь на ужин, хозяин Гарри? — с легким хлопком возникла Фиби.

— Нет. Сделай мне только крепкий чай и сэндвич. Я должен поскорее вернуться в Хогвартс.

— Слушаюсь, хозяин Гарри. Ваша школьная форма уже подготовлена.

— Спасибо, Фиби.

Домовичка исчезла. Я же, на ходу вытирая волосы, снова заглянул в мастерскую и еще раз окинул взглядом мотоцикл. Ну что ж, полевые испытания прошли успешно. Вся наложенная магия держалась стабильно, все узлы сработали превосходно. Даже многоразовый портал. Этим вопросом, видимо, интересовался и Генри Поттер, чей портрет висел прямо над верстаками.

— Ну как? Насколько я понял, всё прошло удачно? — подал голос предок.

— Да. Даже многоразовый порт-ключ в Корнуолл сработал идеально и вообще никак не повлиял на тонкую электронику. Всё-таки байк новый, японский, тут электронных компонентов прилично.

— Прогресс не стоит на месте, — философски заметил портрет. — Видимо, современные магловские технологии стали куда более устойчивы к воздействию магии. В любом случае — мои поздравления, правнук. Найти бы еще тот старый мотоцикл Сириуса... Я ведь лично помогал ребятам его зачаровывать.

— Найду. У меня есть кое-какие соображения, где именно его искать.

— Найди обязательно. Это была действительно выдающаяся работа, и совершенно ни к чему, чтобы она попала в нехорошие руки.

Признаться честно, я помнил об этой машине, но всё никак не мог выкроить свободное время, чтобы основательно прогуляться в Запретный лес и попросить местных кентавров показать место, где они его видели. Хотя сразу забирать трофей в Корнуолл я не планировал. Было какое-то смутное, интуитивное предчувствие, что лишний надежный путь отхода из Хогвартса мне еще очень пригодится.

Я подошел к другому столу в мастерской. За ним на стене висела огромная пробковая доска, на которой была закреплена сложная схема: колдографии, выстроенные в виде строгой иерархической пирамиды, переплетения красных нитей и множество пришпиленных заметок. Всё это венчала одна крупная надпись — «Орден Феникса».

* * *

Вскоре после уничтожения крестражей я провел с Люциусом Малфоем очень серьезный разговор. Я поделился с ним собранной информацией про Орден Феникса (какие-то крупицы я взял из собственных воспоминаний о Каноне, какие-то — из тайных записей, найденных здесь, в Корнуолле) и высказал свои опасения на этот счет.

— Орден Феникса — это фанатично преданные лично Дамблдору люди, — объяснял я лорду Малфою. — Они не успокоятся. Они и меня в покое не оставят, и приложат абсолютно все мыслимые и немыслимые усилия для того, чтобы вытащить своего лидера из Азкабана.

— Да, — задумчиво согласился Люциус. — Эта организация действительно может доставить нам массу проблем.

— Я точно знаю, кто в нем состоит. Но у меня есть только их имена. Нам нужно гораздо больше информации: чем эти люди занимаются в повседневной жизни, их тайные привычки, финансовые слабости, грязные секреты — всё что угодно. Вы знаете людей, которые профессионально специализируются на добыче подобной информации?

— Да. Я знаю нескольких надежных специалистов в этой области, но лучший из них — это Кэмерон Страйк. Он что-то вроде частного детектива. Берется за любые сомнительные дела. Скрытая слежка, сбор конфиденциальной информации для компрометирующих досье — это полностью его профиль.

— Сведете меня с ним?

— Разумеется. Только... не давай ему сразу весь список. Особо известных и высокопоставленных лиц я лучше возьму на себя и добуду нужную информацию по своим личным, проверенным каналам.

На том и порешили.

Спустя несколько дней мы с Люциусом тайно встретились с детективом и передали ему первую часть списка. Мистер Страйк охотно взялся за прибыльное дело, и с тех пор регулярно, через доверенных сов Малфоев, присылал мне подробные отчеты: там были и сухие факты, и результаты слежки, и фото- с колдографиями, а также его личные аналитические соображения.

И, кстати, именно благодаря детективу я узнал о существовании в Лютном переулке неприметной конторы некоего мистера Муггла. Специфика этого мистера Муггла заключалась в том, что он мог достать для волшебников абсолютно любую магловскую вещь, в том числе и строго незаконную. Сначала я отдельно попросил Страйка свести меня с ним и, просто для проверки его возможностей, заказал современный боевой магловский складной лук.

Мистер Муггл — мужчина лет двадцати пяти крайне неприметной, словно стертой внешности — подошел к делу более чем обстоятельно. Выслушав заказ, он исчез куда-то в подсобку минут на десять, а вернулся с неизвестно как добытым глянцевым каталогом продукции «Hoyt/Easton» и деловито предложил указать конкретную модель. И ровно через неделю он действительно достал искомое.

— Я достану для вас всё что угодно, за ваши галеоны, — с легким поклоном сказал он, передавая мне кейс с оружием.

— Даже если я захочу... ну, скажем, мотоцикл? — прищурился я.

— Какой именно? — даже не моргнув глазом, уточнил контрабандист. — Тип, конкретная модель, куда нужно доставить?

Разумеется, в тот момент, находясь при детективе, я обратил свои слова в шутку и плавно перевел тему. Но лишь спустя три недели я, предварительно выпив Оборотного зелья и приняв облик сурового двухметрового громилы, подозрительно похожего на Дольфа Лундгрена (чтобы у разношерстной публики Лютного переулка не возникло даже мимолетной мысли смотреть в мою сторону), вновь пришел к мистеру Мугглу. И заказал этот самый «Кавасаки».

К тому моменту у меня уже скопилось порядочно информации про членов Ордена, и в голове начали вырисовываться четкие зачатки плана по противодействию им. И быстрый, надежный мотоцикл, как абсолютно независимое и неподконтрольное отслеживающим чарам Министерства магии средство передвижения, был мне для этих целей крайне необходим.

* * *

Передо мной на доске были развешаны результаты сбора данных мистера Страйка. Имитация нападения василиска, та дерзость, с которой она была произведена, и то, что они целили в мое ближайшее окружение, свидетельствовали об одном: орденцы, что называется, «потеряли страх». И ответ требовался немедленно. Нужно приструнить их, показать, что есть сила, которая знает о них.

Но сделать это было не так просто. До ключевых членов Ордена Феникса добраться очень тяжело, и у меня до сих пор не было идей, как именно это осуществить.

Фиби принесла чай и сэндвичи прямо к столу, не сказав ни слова — она уже выучила мои повадки, особенно то, когда меня не следует отвлекать. Я еще раз посмотрел на доску. Итак, Орден Феникса.

Альбус Дамблдор (Глава). Статус: в Азкабане. Руководит дистанционно через верных ему надзирателей. Во всяком случае, главный надзиратель, некий Алан Джонс, устроен на работу по протекции Дамблдора.

Минерва Макгонагалл. Правая рука, заместитель, в том числе и в Ордене. Статус: под следствием и жестким надзором. Запугана лично мной. Активных действий не предпринимает.

Северус Снейп. Двойной агент. Статус: частично перевербован. В активной работе не задействован.

Кингсли Шеклболт. Высокопоставленный мракоборец, состоящий также в канцелярии магловского премьер-министра Великобритании и негласно его охраняющий. Опытный маг-боевик. Статус: судя по всему, теперь играет ключевую роль. Ввиду высокой должности и статуса ему легче получить разрешение на посещение Дамблдора, что он и делает, навещая его минимум раз в две недели. Место жительства неизвестно, постоянно курсирует между

магическим и магловским министерствами. Постоянно под охраной. Очень трудная цель.

Артур и Молли Уизли. Под видом дружбы поддерживают контакт практически со всеми, отчего занимают сейчас важную роль, наравне с Кингсли. Артур Уизли тоже часто встречается с Дамблдором. Статус: активное участие и ключевой узел связи.

Аластор Грюм. Опытный мракоборец, с начала восьмидесятых пребывавший в отставке, но летом внезапно вернувшийся на службу. Ввиду старых травм и нестабильного психического состояния не принимает участия в операциях, выполняя роль тренера и консультанта. В последнее время часто отлучался со службы в неизвестном направлении. Неделю назад исчез окончательно, но поддерживает связь с Авроратом. Статус: активен, местоположение не установлено.

Нимфадора Тонкс. Метаморф, одна из главных учениц Грюма. В Аврорат принята в этом году. Отзывы ужасные: эмоционально неустойчива, аномально неуклюжа. В ведомство, судя по всему, взята по протекции Дамблдора. Рвется в оперативную работу, но привлекают ее редко — из-за неуклюжести уже провалила несколько операций. Не контролирует свой дар, иногда засвечивая его перед маглами. Статус: активно участвует, неделю назад так же, как и Грюм, пропала, но связь поддерживает.

Римус Люпин. Скрытый оборотень. Постоянно меняет работу и место жительства, часто пропадает на несколько недель в неизвестном направлении — видимо, чтобы вдали от людей пережить трансформации. Летом у него был конфликт с другими оборотнями в одном из мест их обитания. Неофициальный глава британских оборотней, некий Фенрир Сивый, летом объявил на него персональную охоту. Статус: скрывается, роль в Ордене неизвестна.

Это были известные мне члены, о которых я знал еще из Канона. Кое-что, конечно, стало для меня открытием: вроде конфликта оборотней с Люпином, возвращения Грюма на службу и явной протекции Тонкс при устройстве в Аврорат. Но самое плохое заключалось в том, что к этим во многом ключевым членам Ордена было запредельно трудно подобраться. Они либо находились слишком на виду, либо ходили под серьезной охраной, либо мастерски прятались, как Люпин.

Я перевел взгляд на нижний ряд колдографий. Вот тут были либо мелкие сошки, либо крайне сомнительные личности. Из Канона я помнил только их имена, но сейчас знал о них куда больше.

Наземникус Флетчер. 45 лет. Вор, контрабандист, скупщик краденого и криминальный деляга мелкого пошиба. Семьи нет. Комментарий Страйка: Мерзкий тип, по которому Азкабан плачет.

Дедалус Дингл. 58 лет. Аферист, мелкий жулик. Маскируется под эксцентричного чудака и артиста. Комментарий Страйка: Почти такой же пройдоха, как и Флетчер, но ума и осторожности побольше.

Стерджис Подмор. 35 лет. Бывший мракоборец, покинувший службу два года назад. Причины неизвестны, ушел якобы по личным мотивам. Опытный боевик, взысканий не имел, прошел Первую магическую войну. Женат, детей нет. Комментарий Страйка: Род занятий неизвестен, но всё указывает на то, что он стал наемником. Берется за разные, не вполне законные дела, в том числе и за границей. В июне этого года бесследно исчез. Даже Дамблдор и Грюм по запросу его жены предпринимали активные попытки найти его по своим каналам. Жена — домохозяйка, судя по всему, в дела мужа не посвящена.

Элфиас Дож. 111 лет. Старый друг Дамблдора, его однокурсник. Работает специальным советником Визенгамота по юридическим вопросам. Активно занимается литературной и публицистической деятельностью. С лета часто публикуется в «Пророке» с защитными статьями в пользу Дамблдора. Комментарий Страйка: По последним сведениям, работает над биографией Дамблдора. Судя по его отношению к объекту, понятно, какого рода будет эта книга.

Эммелина Вэнс. 41 год. Сейчас работает в экономическом департаменте Министерства магии. Ранее работала в «Гринготтсе». После Хогвартса получила экономическое образование в магловском колледже. Специализация — бухгалтерский учет. Комментарий Страйка: Широко известна в узких кругах как специалист по «двойной бухгалтерии». Проводит платные консультации по теме сокрытия доходов и налоговым махинациям.

Гестия Джонс. 27 лет. Имеет аврорскую подготовку, однако год назад перешла из Аврората в Отдел магического правопорядка и теперь работает в аппарате ассистентов Амелии Боунс. Комментарий Страйка: В сомнительных историях замечена не была, но продвижение по службе слишком уж быстрое, особенно в личные ассистенты Боунс. Я бы предположил, что кто-то ее специально туда продвигал, чтобы иметь в штабе мадам Боунс своего человека.

Это, если можно так выразиться, средний и низовой аппарат. Эммелина Вэнс, видимо, главный бухгалтер Ордена. Флетчер и Дингл — для связи с низами и криминалом. Подмор, судя по всему, чистый боевик, наряду с Грюмом, Тонкс и Люпином. Дож — свой человек в Визенгамоте и пиарщик. Джонс явно подвинули по службе поближе к Боунс, хотя по профилю она тоже боевик.

Имея на руках эту информацию, а также их колдографии, мне не составило труда определить, кто именно напал на нас позавчера. Это были Тонкс и Флетчер — тут нет никаких сомнений. «Женщина молодая, почти девочка» — Вэнс и Джонс исключаются. Мужчина невысокий и полный: только Флетчер подходил под это описание. Подмор — высокий и широкоплечий, Дингл — низкий и худой. Люпина, судя по всему, там не было, а Грюм бы хромал. Артур Уизли по росту примерно подходит, но он далеко не такой грузный. Да и отлучек у него не наблюдалось — постоянно на работе, как и Кингсли. Впрочем... для немедленного ответного удара и этот низовой аппарат вполне сгодится.

Я поднялся наверх и переоделся в школьную форму. Сегодня я решил пропустить занятия, так как уроки были не то чтобы слишком важными: История магии и ЗОТИ. По Травологии намечалось практическое занятие по уходу за уже пересаженными мандрагорами, но я и так имел достаточный опыт в этом деле. Я посмотрел на себя в зеркало, проверяя аккуратность гардероба. Школьная форма, мантия поверх, идеально повязанный сине-бронзовый галстук... И не скажешь, что всего час назад я рассекал по шоссе на спортбайке с катаной за спиной и рубил темные артефакты.

— Фиби, перенеси на станцию Хогсмид.

— Да, хозяин Гарри.

Через минуту я уже неспешно шагал по дороге от станции к Хогвартсу. Когда я легально отлучался из замка, пользуясь «правом последнего наследника», я всегда делал это открыто — выходил за главные ворота и шел по тропинке к Хогсмиду. Точно так же и возвращался.

Я подошел к кованым створкам, взялся за тяжелое кольцо и дважды постучал. Через несколько минут с той стороны послышались шаркающие шаги и недовольное ворчание Филча.

— Кто там?

— Поттер, мистер Филч.

— А, это ты! — завхоз сначала показался в окошке, осветив меня тусклым фонарем, а затем приоткрыл одну створку ворот.

— Ну заходи, заходи. Ничего из «Зонко» не притащил?

— Нет, мистер Филч. Могу дать осмотреть, — я указал на свой рюкзак.

— Не надо, ты вроде из тихих...

Вскоре я уже входил в Большой зал, где студенты начали собираться к ужину. Я сел за стол Когтеврана, и через пару минут ко мне подошел Кайнэ. Луна устроилась чуть поодаль со своими однокурсниками.

— Привет, — коротко кивнул он.

— Привет. Сегодня тихо?

— Да, всё нормально.

Это радовало. Уходя, я оставил им на крайний случай световые мечи, но, к счастью, они не пригодились.

— Мы тренировались до ужина, — вполголоса добавил Кайнэ. — После тоже туда пойдем. Я еще хочу форму Джар'Кай прогнать.

— Понравилось работать с двумя мечами?

— Да. Прям очень.

— Вот и отлично.

Спустя некоторое время мы уже заходили в Выручай-комнату. Я привычно сел за свой стол, Луна — за свой. Кайнэ отправился переодеваться в тренировочное кимоно. Выйдя из раздевалки, он бросил задумчивый взгляд в сторону стола Луны.

— Луна… ну вот охота тебе рисовать подобное? — со вздохом спросил он.

— Это тоже интересно. По-своему, конечно же.

— А разве тебе не страшно, когда ты это видишь?

— Да, иногда бывает страшно. Но это способно и завораживать. Скорпионы ведь опасны, но они тоже по-своему красивы в этой опасности, — парировала девочка.

— Ну… что-то в этом, наверное, есть.

— Тем более он… ну, не сказать, что прям ужасен.

— Это обманчиво, Луна. Ты с ним не общалась. И не слышала то, что о нем говорят в Стране Снов. Мне кажется, он страшнее всех Иных Богов, пусть и выглядит не так пугающе.

— А как его… зовут? Что-то на «Н»…

— Ньярлатотеп.

— Ньярла… кто? Ну и имена у них у всех…

— Давай я лучше напишу.

Заинтересовавшись их диалогом, я тоже подошел к столу. Очередной набросок Луны изображал некоего высокого человека в диковинной одежде. Он мне чем-то неуловимо напомнил фараонов с древнеегипетских фресок. Особенно хорошо Луне удалось передать его лицо — строгое, холодное и безгранично высокомерное.

— Ты прям идеально его взгляд передала. Смотрит на всех, как на муравьев, — Кайнэ будто бы прочитал мои мысли.

— Ну, — усмехнулся я, — по крайней мере, это не клубок щупалец с десятком глаз.

— Поверь, он куда опаснее всех этих клубков щупалец. Если остальные Иные Боги часто оторваны от реальности и живут в своих непостижимых материях, то этот совершенно не брезгует контактировать с людьми. И играть с ними в одному ему ведомые игры.

Кайнэ тем временем подошел к стойке с тренировочными синаями.

— Луна… нарисовала бы лучше что-нибудь более приятное, — предложил он. — Вот Гарри ты всё время его прежних друзей рисуешь. — Он вернулся к столу, бегло просмотрел стопку пергаментов и вытащил один. — Вот это кто?

Он указал на безупречно выполненный набросок, на котором была изображена красивая черноволосая женщина в обтягивающем черно-белом высокотехнологичном костюме, вооруженная тяжелым пистолетом М-5 «Фаланга».

— Миранда Лоусон. Оперативник организации «Цербер», по сути — мой первый помощник на второй «Нормандии», — с теплотой ответил я, невольно вспоминая события Самоубийственной миссии.

— Ну вот! У него, значит, женщины красивые, а у меня одни монстры из снов… — картинно возмутился Кайнэ.

— Я не виновата, что у тебя в памяти кошмарные воспоминания отпечатались гораздо ярче. Вспоминай хорошее — и я нарисую хорошее, — светло улыбнулась Луна.

— Нужно учитывать специфику. Кайнэ же у нас настоящий ситх! Дарт Арройо, — позволил я себе безобидную шутку.

— Ну началось... — проворчал Кайнэ, отходя к тренировочной зоне и активируя летучие сферы.

— Гарри, я чай завариваю. Тебе налить? — Луна подошла к небольшому столику и зажгла горелку под пузатым чайником.

— Мне кофе.

— Гарри… много кофе вредно. Тем более вечером.

— Знаю, но я должен оставаться бодрым. Забот слишком много, а времени мало.

Хоть Луна и посмотрела на меня с легкой укоризной, но всё же зажгла вторую горелку и поставила на неё медную турку.

— Кайнэ, ты печенья набрал? А то у нас закончилось.

— Да, я заходил на кухню перед ужином. Возьми у меня в рюкзаке.

Я улыбнулся, молча наблюдая за их взаимодействием. Особенно меня радовал Кайнэ. Да, в нем всё еще явственно проступала Тьма, но общий «цвет» его силового ядра становился хоть немного, но светлее. Здесь, в Выручай-комнате, наедине с нами он заметно оттаивал, снимая свою привычную «ледяную» маску аристократа, которую безупречно носил на публике. Порой даже искренне улыбался и шутил.

Хрупкий мир, к которому я уже успел привыкнуть, и который явно кто-то очень хотел разрушить. Ну что ж, Орден Феникса... Вы сами меня вынудили! Я решительно придвинул к себе блокнот и принялся набрасывать примерный план действий.

Когда стало подходить время отбоя, мы покинули тренировочный зал и направились в башню Когтеврана. Когда мы вошли, в гостиной оставалось совсем мало людей. Мы уже собирались разойтись по спальням, как вдруг к нам нерешительно подошла Гермиона.

— Привет, — сказала она, неуверенно улыбнувшись. Кайнэ лишь холодно кивнул, а Луна ответила мягкой улыбкой.

— Привет, Гермиона, — сказал я, стараясь, чтобы голос звучал нейтрально.

— Мы можем... поговорить?

— Да.

Я чуть заметно кивнул Кайнэ и Луне, давая понять, что справлюсь сам. Ребята было собрались отойти к лестнице, но тут произошло нечто странное. Луна, проходя мимо Гермионы, случайно задела её рукой — и вдруг резко отдернула кисть, будто обожглась. Девочка испуганно уставилась на свое запястье, точнее — на один из своих бисерных браслетов, а затем бросила такой же испуганный взгляд на меня.

— Гарри... — одними губами прошептала она. — Это же...

Но Гермиона этого не заметила, потому что сама болезненно дернулась, покачнулась и почему-то инстинктивно схватилась рукой за живот.

— Всё в порядке?

Я хотел подхватить её, так как мне показалось, что у Гермионы сильно закружилась голова и она вот-вот упадет. Но едва я прикоснулся к её плечу, как сразу понял, в чем была истинная проблема. Еще летом Луна подарила мне точно такой же защитный браслет, который тогда, в Запретном лесу, помог избавить меня от пагубного действия сложного зелья подчинения. Я не опасался, что меня снова попытаются опоить этой дрянью, и носил плетенку скорее как дань памяти и дружбе. Но прямо сейчас артефакт ярко засветился на моем запястье, будто готовясь немедленно сработать. И, видимо, точно такой же носила Луна, раз при случайном контакте с Грейнджер он мгновенно активировался.

Страшная догадка ослепительной молнией сверкнула в моей голове, но среагировал я мгновенно: незаметно стянул браслет с руки и сунул его в глубокий карман.

— Не отходите далеко! — тихо бросил я друзьям.

— Но... — Луна попыталась было запротестовать, но я жестко покачал головой.

— Пока нельзя!

— Что такое? — тут уже сама Гермиона, вроде немного придя в себя, непонимающе посмотрела на нас.

— Ничего. Тебе... плохо?

— Нет... Просто голова внезапно закружилась. — Она устало потерла лоб. — Давай присядем там, у камина.

Я осторожно отвел Грейнджер к свободным креслам. Луна продолжала обеспокоенно наблюдать за нами и уже хотела было пойти следом, но Кайнэ мягко взял её за локоть и упреждающе покачал головой. Когда даже это не остановило эмпатку, он быстро зашептал ей что-то на ухо. Девочка осталась стоять на месте, но всё равно не сводила с нас испуганного взгляда.

— Всё в порядке? Точно? — спросил я, садясь напротив. Поскольку теперь я не находился к ней вплотную, я незаметно снова надел браслет.

— Да, Гарри. Просто... устала, наверное. — Она снова потерла виски, но вроде бы собралась с мыслями. — Так о чем я...

— Что ты хотела обсудить?

— Я просто... ну... Слушай, Гарри. Я тебе летом много писем посылала... И некоторые из них были довольно... грубыми. Я просто поверить не могла, что директор Дамблдор... такой. Честно говоря, и сейчас до конца не верю. Я там на эмоциях понаписывала такого, что... ты, наверное, теперь ненавидишь меня.

— Нет, что ты. Все могут ошибаться, — успокаивающе произнес я.

— Просто я... Гарри, я никогда не желала тебе зла и не хотела, чтобы с тобой случилось что-то плохое. Просто... я очень беспокоюсь за тебя. А еще эта жуткая надпись про Тайную Комнату на стене. Я специально спрашивала у профессора Биннса... И я слышала, что один ученик уже окаменел...

Говоря это, она внезапно, в порыве эмоций, взяла меня за руку — как раз за ту, на которой был надет артефакт. Грейнджер снова болезненно дернулась и согнулась пополам, обхватив живот.

— У тебя точно всё в порядке?

— Да... не знаю... — она надсадно закашлялась.

Я незаметно достал палочку и невербально зажег крошечный «Люмос Селена». Мой браслет немедленно отреагировал и засветился — точно так же, как тогда в лесу. Когда я ради эксперимента переместил руку чуть ближе к Гермионе, свечение стало интенсивнее, а саму девочку тут же скрутил очередной жестокий спазм. Я окончательно стянул плетенку и спрятал в карман.

— Гермиона, тебе реально плохо! Тебе срочно нужно в Больничное крыло!

— Нет... со мной всё хорошо! Просто голова... опять закружилась. — И она снова зашлась мучительным кашлем.

— Ничего не в порядке! Кайнэ! Подойдите сюда!

Падаван и Луна мгновенно оказались рядом.

— Кайнэ, Гермионе плохо, её нужно срочно отвести к мадам Помфри.

— Гарри! — Луна подошла вплотную и требовательно схватила меня за рукав. — У неё внутри точно то же самое, что было у тебя! Та извивающаяся черная змея, которая закрывает глаза! Мы ведь можем ей помочь!

— Нет, Луна! — горячо зашептал я, наклонившись к ней. — Мы не можем. Ей должны помочь другие!

— Но почему? Она же... ей так больно!

— Я потом всё объясню! Просто сейчас помогите мне!

— Вы... о чем шепчетесь? — Гермиона по-прежнему тяжело дышала, обхватив голову руками.

— О том, что тебе немедленно нужно к мадам Помфри! И даже не вздумай спорить. Кайнэ, помоги ей подняться.

Кайнэ аккуратно взял слабеющую Гермиону под один локоть, я перехватил под другой, и мы быстро повели её к выходу из башни. Наконец мы добрались до Больничного крыла.

— Мадам Помфри! — Луна первой вбежала в двери. — Тут студентке очень плохо!

— Сюда, скорее сюда! — Колдомедик выскочила из своего кабинета и указала на ближайшую пустую койку.

Мы бережно уложили Гермиону на белоснежную кушетку. Мадам Помфри тут же взмахнула палочкой, активируя базовые диагностические чары.

— Что с ней случилось?

Гермиона к тому времени совсем ослабла и, судя по остекленевшему взгляду, впала в глубокую прострацию.

— Внезапное головокружение, видимо, сильная головная боль. Постоянно держалась за живот — похоже, начались желудочные спазмы, — четко отчеканил я.

— Да, я вижу сильное переутомление, острый недостаток сна... Я помогу ей, мальчики, можете идти.

Я едва не поперхнулся. Она что, вообще ничего не заметила?!

— Простите, мадам Помфри, а вы не проверяли её на наличие токсинов или яда?

— На яд? Нет, но... конечно, я могу проверить. В последнее время среди студентов хватает идиотов-шутников, могли и подмешать какую-нибудь гадость...

Ведьма совершила палочкой сложное круговое движение, запуская глубокую диагностику. И буквально через секунду её лицо страшно потемнело.

— Мерлин всемогущий... Что это такое? — Она сбросила чары и запустила заклинание снова. И еще раз. — Я... я даже не представляю, как такое возможно... В её крови сложнейший яд... И он намертво закреплен темной порчей!

— Мадам Помфри! Может, стоит немедленно вызвать профильного специалиста по ядам из Мунго? Как действующий член Попечительского совета, я имею полное право

санкционировать это. У вас есть прямой канал связи со столичной больницей? Что-то более быстрое, чем совы или телесные Патронусы?

— Да! У меня в кабинете есть сквозное зеркало для экстренных случаев.

— Позвольте мне пойти с вами! Я лично знаю отличного специалиста.

— Хорошо, мистер Поттер! Быстро за мной!

Прямо на бегу мадам Помфри всё же отправила кому-то серебристого Патронуса — видимо, директору или декану. Мы вошли в её кабинет и подскочили к массивному зеркалу, по стеклу которого она торопливо постучала кончиком палочки. Не прошло и минуты, как в раме появилось заспанное, но сосредоточенное лицо знакомого мне целителя — Гиппократа Сметвика. Вот и отлично — не придется долго и нудно всё объяснять. Сметвик находился в хороших отношениях с лордом Малфоем, и ему можно было доверить чуть больше информации.

— Здравствуйте, Поппи. Случилось что-то серьезное? Мистер Поттер? Вот уж не ожидал вас здесь увидеть в такой час...

Не дав школьной колдомедичке вставить и слова, я взял инициативу на себя.

— Мистер Сметвик, ситуация критическая и пока не подлежит огласке. Одна из учениц подверглась длительному воздействию какого-то неизвестного, крайне сложного яда. Вы можете прибыть немедленно?

— Разумеется! Если вы откроете камин в кабинете для прямого доступа, я буду через секунду.

В этот момент, к счастью, в палату вбежал вызванный Патронусом профессор Флитвик. Ему быстро объяснили ситуацию и он снял блокировку с камина, в пламени которого тут же возник столичный целитель. Сметвик сразу приступил к делу, довольно долго и кропотливо считывая диагностику, и с каждой минутой вид у него становился всё более растерянным.

— Клянусь Морганой, я никогда в своей практике не сталкивался ни с чем подобным! Это просто за гранью! Здесь сложнейший коктейль из зелий подчинения, намертво закрепленный ментальной порчей! Девочку необходимо срочно транспортировать в закрытую палату Мунго! — Позвольте мне отправиться с вами! — решительно шагнул я вперед. — Эта студентка — маглорожденная. Как член Попечительского совета, я обязан проследить за ситуацией, раз о ней некому позаботиться из родственников. И кроме того... — заметив, что Флитвик и мадам Помфри о чем-то напряженно заспорили в стороне, я перешел на едва слышный шепот: — У меня есть крайне важные дополнительные сведения для вас.

— Хорошо, мистер Поттер, — понимающе кивнул Сметвик.

Спустя несколько минут я уже находился в приемном покое госпиталя Святого Мунго. Пока Сметвик с дежурными бригадами переправлял Гермиону в специализированное отделение интенсивной терапии, я попросился в их служебную совиную башню и отправил срочное письмо Люциусу Малфою. Мне пришлось прождать в кабинете целителя добрых полчаса, прежде чем Сметвик наконец вернулся, вытирая пот со лба.

— Это просто уму непостижимо... — Он тяжело, по-стариковски опустился в кресло. — Мы консилиумом едва смогли распознать все задействованные компоненты, и пока даже не представляем, как к этому подступиться. Мы купировали приступы и стабилизировали её состояние, сейчас жизни девочки ничто не угрожает. Но чтобы создать подходящее противоядие и полностью вывести всю эту многослойную дрянь из её организма... Там ведь еще наложено и жесточайшее долговременное ментальное воздействие...

— Мистер Сметвик, послушайте. Я могу помочь вам с антидотом. Но всё, что я сейчас скажу, — это строго секретная информация, и...

Мою речь прервал веский, размеренный стук в дверь. Я обернулся. Целитель, видимо, благодаря охранным чарам кабинета уже знавший, кто именно стоит за дверью, выглядел крайне удивленным.

— Войдите.

На пороге появился Люциус Малфой. Скупо кивнул присутствующим, он прошел и сел в кресло для посетителей.

— Это я попросил мистера Малфоя срочно прибыть сюда, — прервал я затянувшуюся паузу. — Господа, слушайте меня очень внимательно. Ситуация такова.

Я без утайки рассказал им всё. Про то, как прошлой зимой началась моя собственная травля аналогичными зельями. Как я по симптомам определял их сложный состав, как тайком варил в лаборатории антидоты. Выложил на стол флаконы с остатками противоядий, которые сохранил с тех пор. Даже показал магический браслет. Правда, тут я немного покривил душой, сказав, что сплел его сам, руководствуясь интуицией после кошмара, который, как оказалось, был спровоцирован именно воздействием этих зелий. В красках расписал, как при помощи артефакта под светом полной луны окончательно выжег эту дрянь из своей крови прямо в Запретном лесу.

Сметвик с профессиональным, почти хищным интересом изучал переданные флаконы и плетение браслета, а вот Люциус с каждой моей фразой становился всё мрачнее и задумчивее.

— У Грейнджер сегодня была абсолютно та же самая реакция на близость активного артефакта и в точности те же симптомы. В её организме запущена сложнейшая финализация процесса подчинения, которая по своей структуре больше похожа на темную порчу! — закончил я свой доклад.

— То есть, если я всё правильно понимаю, — первым нарушил тишину Люциус, чеканя каждое слово, — Дамблдор, который всю свою долгую политическую карьеру выступал за яростную защиту маглорожденных, всё это время методично пичкал опаснейшими зельями подчинения маглорожденную девочку? А до этого пытался проделать тот же самый фокус с Национальным Героем, самим Гарри Поттером?

— Да, лорд Малфой, именно это я и хочу сказать.

— Но почему ты не забил тревогу раньше?! — воскликнул пораженный Сметвик.

— У меня не было никаких доказательств. Я действовал скрытно и старательно, своими силами выводил яды из организма, не привлекая внимания. Любое мое публичное обвинение в адрес Великого Светлого Волшебника сочли бы бредом и голословной клеветой травмированного подростка. И кроме того, в тот период я был еще недостаточно хорошо знаком с вами, мистер Малфой, чтобы просить о столь серьезном политическом прикрытии.

— Да ты мог обратиться к кому угодно в Мунго или Аврорате! — не унимался целитель. — Тебе бы обязательно помогли! Ты же Гарри Поттер!

— А вы абсолютно уверены, мистер Сметвик, что Дамблдор, который на тот момент по-прежнему занимал три высших поста в Магической Британии, не смог бы замять это дело и выставить меня сумасшедшим? — парировал я.

— Ну... — неуверенно протянул колдомедик, сбавляя тон. — Он тогда и правда имел колоссальное влияние...

— Вот именно. Но сейчас ситуация в корне изменилась. Когда главный и самый громкий защитник маглорожденных сам, исподтишка, ломает волю маглорожденной студентке... Вы хоть понимаете, что это значит в текущей политической обстановке?

— Я не слишком силен в интригах... — осторожно начал Сметвик.

— Это грандиозный скандал. И очередной, сокрушительный удар по репутации Дамблдора, — твердо закончил за него Люциус.

— Ладно... политика меня не интересует. Моя задача — лечить. Девочке нужно помочь, и немедленно! Вы позволите мне взять образцы? — Сметвик выразительно указал на браслет и расставленные флаконы с противоядием.

— Да, разумеется, берите, — кивнул я.

— Только, мистер Сметвик... Я настоятельно попрошу вас максимально подробно... — вкрадчиво начал лорд Малфой.

— Не беспокойтесь об этом, — отрезал целитель, собирая артефакты. — Столь вопиющий и уникальный клинический случай будет задокументирован в карточке пациентки самым тщательным и независимым образом. Комар носа не подточит.

— И еще один момент... целители, которые будут этим заниматься...

— Я всё прекрасно понимаю, мистер Малфой. К девочке будут допущены только абсолютно надежные люди, умеющие держать язык за зубами.

Сметвик спешно покинул кабинет, направляясь в лабораторию, и мы остались с Люциусом наедине.

— Это просто чудовищное лицемерие, — брезгливо поморщился Малфой-старший, присаживаясь в кресло. — И этот человек смел годами упрекать старые чистокровные семьи в нетерпимости. А сам творил в стенах школы подобное... — Тут Малфой внезапно замер, о чем-то напряженно размышляя, и резко поднял на меня взгляд. — Гарри, ты упоминал, что эти зелья тебе регулярно добавляли в еду прямо во время трапез за общим столом Большого зала?

— Именно так.

— Но незаметно провернуть такое в Хогвартсе способны только домашние эльфы. И знаешь... когда в начале семестра Попечительский совет проводил аудит финансовой и хозяйственной документации замка, мы обратили внимание на одну странность: штатное количество школьных домовиков без видимых причин уменьшилось на две единицы. Куда именно пропали два эльфа — никто из администрации внятно ответить не смог. И еще кое-что... Летом, сразу после окончания учебного года, на поместье Малфоев было совершено дерзкое нападение. Неизвестный попытался проникнуть на территорию и силой захватить, подчинить одного из моих личных эльфов — Добби. Нам чудом удалось отбить атаку охранными чарами. Тогда на месте погибло два домовика, принадлежавших нападавшему. Сам маг, руководивший ими, успел аппарировать, и даже тела своих мертвых эльфов он умудрился забрать с собой. До сегодняшнего дня я списывал это на происки конкурентов или банальное совпадение. Но сейчас... в свете твоих откровений всё это предстает совершенно в ином свете. Особенно теперь, когда мистер Страйк начал присылать нам подробные досье... Охранники поместья тогда плохо рассмотрели нападавшего, была ночь. Но по общим габаритам и повадкам он чертовски похож на одного из ключевых членов Ордена Феникса.

— И на кого же именно? — подобрался я.

— По приметам он очень похож на Стерджиса Подмора. Мои люди запомнили только высокий рост, широкие плечи и светлые волосы. Возможно, конечно, это тоже лишь очередное совпадение...

— Слишком уж много совпадений, — устало констатировал я, потирая переносицу.

Дверь распахнулась, и в кабинет спешно вернулся Сметвик.

— Всё хорошо, процесс пошел, — он аккуратно вернул мне на стол пустые флаконы и плетеный браслет. — Мои зельевары уже начали готовить полноформатный антидот. Ваш образец, к слову сказать, сварен и отбалансирован просто блестяще, учитывая кустарные условия. Вы и правда достойный потомок Флимонта Поттера, мальчик мой. А вот это... — он с уважением указал на браслет Луны, — сильно помогло нам изолировать магию темной финализации. С мисс Грейнджер в итоге всё будет в полном порядке. Но физическая и ментальная реабилитация предстоит долгая. До конца неизвестно, какую именно идеологическую или психологическую обработку проводили с её сознанием, пока она находилась под глушилками этих зелий. Возможно, в будущем ей понадобится помощь профильных мозгоправов из Отдела тайн... Ладно, господа, время уже позднее. Мы держим ситуацию под полным контролем, так что ваше личное присутствие здесь больше не требуется.

Мы попрощались с целителем и вышли из кабинета. Камин, настроенный на Хогвартс, был по-прежнему открыт, и я вернулся в замок. Сначала мне пришлось провести короткий разговор с поджидавшим меня профессором Флитвиком. Я обрисовал ему общую картину без лишних деталей и убедительно попросил пока не распространяться об инциденте, поскольку ситуация крайне серьезная и вскоре Мунго инициирует официальное расследование.

И только ближе к полуночи я наконец добрался до башни Когтеврана. Луна и Кайнэ не спали, терпеливо дожидаясь меня в пустой гостиной. Пришлось вкратце рассказать им о том, что произошло в Мунго, и только после этого Луна, которая, наверное, больше всех искренне переживала за Гермиону, наконец облегченно выдохнула и успокоилась. И хотя по её лицу было видно, что она до последнего момента внутренне не соглашалась с тем, что мы не стали исцелять Гермиону сами, мои доводы её убедили.

— Я понимаю, Гарри... Это жестоко, но нам действительно нужно найти и наказать тех, кто сотворил с ней такое, — тихо, но твердо согласилась девочка, и мы разошлись по своим комнатам.

* * *

Спал я плохо. Сначала нападение, теперь вот это... Гермиона явно хотела подбросить мне канонную информацию, но, видимо, из-за зелий плохо себя чувствовала, а наши браслеты только усугубили состояние. Сколько это будет продолжаться? Нужно ударить по Ордену сейчас.

Но как? До ключевых членов я добраться не мог. Единственные, кто был относительно доступен, — это Вэнс, Джонс, Дож, Дингл и чета Уизли. И место жительства Люпина, хотя не факт, что он там — сейчас полнолуние, возможно, бегает где-то по лесам.

Убивать их всех — значит излишне тратить ресурсы, привлекать внимание, поднимать шум, а то и вовсе спровоцировать на ответную агрессию. А вот заставить паниковать, показать, что всё это мелкие сошки, которые даже не стоят устранения… Тот же Дож — достаточно спалить все его бумаги, чтобы надолго вывести его из игры. А Уизли… для них очередные траты хуже смерти, особенно когда казна Ордена изрядно похудела. Вспомнился их дом, архитектурное недоразумение, державшееся на магии и честном слове…

А вот Вэнс, Джонс и Дингла жалеть не стоило. У них есть небольшой боевой опыт, да и роли у них хоть и не ключевые, но важные. Их надо вывести из строя надолго! Вэнс — казначей, без неё Орден потеряет финансовый контроль. Джонс — внедрённый агент в штабе Боунс: пока она там, мадам Боунс уязвима. Так что тяжелое ранение для них будет лучше всего. С Люпином — как повезет. Начнем сегодня же!

Я едва дождался конца уроков: не хотел привлекать внимание частыми отсутствиями. Как только занятия закончились, сказал Кайнэ и Луне, что сегодня они тренируются сами, а у меня очередное дело. Я вышел через ворота — путь до станции Хогсмид позволил сосредоточиться. У пустой платформы вызвал Фиби и перенесся в Корнуолл.

Там быстро переоделся в тактическое снаряжение, собрал экипировку. Палочку решил взять не свою, а Лили Поттер. Она меня прекрасно слушалась, и, хотя колдовать я не собирался, мало ли что случится. Чужая палочка запутает «Надзор».

Тут же я взял несколько флаконов оборотного зелья. Оно у меня получалось всё лучше и теперь действовало почти полтора часа. Выпил, прихватил еще пять флаконов. Подождал пока приму вид взрослого мужчины. Затем подошел к мотоциклу и сдернул полотнище. Проверил чары — всё держалось.

— Фиби.

— Да, хозяин Гарри?

— Будь готова, я тебя позову.

— Буду ждать, хозяин Гарри. Осторожнее! — добавила она, с опаской посмотрев на то, как я сажусь на байк.

Я завел двигатель. Двери раскрылись, и я помчался по извилистой дорожке к главным воротам, которые распахнулись по мысленному приказу. И лишь выехав за территорию, снял глушащие чары. Итак, Элфиас Дож живет в 70 километрах отсюда. Я дал газу и понесся по одинокому шоссе. Минут через 40 уже подъезжал к месту. Когда он дома, охранные чары ослаблены, настроены только на чужеродные магические артефакты. Я достал складной лук, зарядил стрелу и выстрелил в стену дровяного сарая, где контур защиты был слабее. Эта штука настроится на сигнальные чары, и завтра можно будет проникнуть внутрь. Всё же бумаги Дожа следовало изучить, прежде чем уничтожать.

Снова забравшись на байк, я отъехал на 20 километров и вызвал Фиби.

— Фиби, проселочная дорога рядом с Оттери-Сент-Кэчпоул. Рядом с тем сараем.

— Да, хозяин Гарри. — Фиби взобралась на заднее сиденье и, коснувшись одной рукой меня, а другой — байка, аппарировала к месту.

— Тебе не тяжело?

— Нет, хозяин Гарри, я могу переносить и более тяжелые вещи.

— Хорошо, возвращайся. Я вызову.

Фиби исчезла. Я посмотрел на часы — осталось 38 минут. Ехать отсюда до Уизли — от силы 20. Я снова выехал на шоссе и в этот раз притопил сильнее: благо джедайские рефлексы и чувство Силы помогали. Впрочем, вечерние дороги были пусты, ехать — сплошное удовольствие. Возникли воспоминания из той, самой первой жизни… Там, правда, мотоцикл был куда слабее, но поездки по пустым шоссе приносили столько же удовольствия.

При подъезде к Оттери-Сент-Кэчпоул я остановился, достал палочку и коснулся зоны рядом с выхлопной трубой, активируя чары «Силенсио». Хоть этот «Кавасаки» и не ревел так, как другие спортбайки, в деревне его всё равно было бы слышно. Затем коснулся приборной панели, слева на обтекателе, где были маглоотталкивающие чары, и тихо покатил по проселочной дороге. Проехав мимо домов маглов, я въехал в ту часть, где стоял особняк Уизли.

Здесь тоже нужны отложенные чары. Да и спертый из коллекции Пруэттов артефакт в виде часов, показывающих «статус» членов семьи, мог предупредить их об опасности. Поэтому удар был запланирован не против членов семьи, а против имущества. Это будет больнее и куда оскорбительнее. Фонды Ордена и так похудели — тут и штраф за подарок на день рождения, и подготовка Джинни к школе. В отличие от Рона, было видно, что на ее подготовку денег не жалели: мантии, учебники, палочка — всё было новым. Про то, во сколько обошлась явно недешевая экипировка для квиддича и новенький «Нимбус-2001», оставалось только гадать. Как и про то, сколько денег ушло на безуспешную кампанию по защите Дамблдора. Так что будет забавно посмотреть, как они станут искать деньги на ремонт.

Да и просто снести это архитектурное недоразумение будет правильно. Может, всё же построят что-то более достойное для своих многочисленных детей.

Я осмотрел территорию в бинокль. Да, выглядит получше, чем летом. Видимо, Рона заставили чуть ли не вылизывать сад и огород — ни сорняков, ни других признаков заброшенности. Всё убрано, идеальное хозяйство. Охранных чар мало. Сигнальных — практически нет из-за садовых гномов, которые заставляли бы их срабатывать постоянно. Заходи кто хочет. Я набросил мантию-невидимку и расставил в шести точках концентраторы. Каждый настроил на определенный тип чар, поддерживавших это строительное недоразумение. Нет, серьезно, зачем надо было надстраивать каждую комнату отдельно? Неужели нельзя было сделать монолитную конструкцию или достроить на каменном основании более однородные пристройки?

Расставив и активировав концентраторы, я снова направился к мотоциклу.

Итак, отложенные удары подготовлены. А сейчас отправимся к тем, с кем миндальничать не намерен.

Эммелина Вэнс и Гестия Джонс жили в окрестностях Годриковой Впадины. Отъехав обратно к съезду на шоссе, я дождался окончания действия первой порции зелья и выпил новое. Снова запустил таймер на часах на полтора часа.

— Фиби, Годрикова Впадина. Рядом с заброшенной бензоколонкой.

— Да, хозяин Гарри.

Бензоколонка находилась в 10 километрах от поселения. Я снова помчался по дороге, но не удержался и остановился у дома Поттеров. Странное чувство возникало у меня, когда я сюда заходил. С одной стороны, этот «монумент» и то, что дом так и оставили разрушенным, мне не нравились. Всё же окончательно превратить его в место паломничества у Министерства и Дамблдора не получилось. С другой стороны… это была часть плана Дамблдора по созданию образа «Мальчика-который-выжил». С этим нужно было покончить. Но позже. Сейчас — дело.

Я вернулся к байку и помчался к домам Джонс и Вэнс. Первая — Вэнс — жила в частном доме на окраине. Я занял позицию, разложил снайперскую винтовку — она дома, мужа нет. Традиционно выходит на прогулку после ужина…

Выстрел. Упала прямо у двери, схватившись за грудь. Стрелял в правую часть грудной клетки. Опять же, убивать этих мелких сошек у меня в планах не было. Бросив записку "последнее предупреждение" и вскочив на байк, я помчался к дому Гестии Джонс. Едва не опоздал: она в панике выбегала из дома. Пришлось стрелять прямо с мотоцикла. Выстрел — упала, но тут же попыталась встать. Еще один — упала и больше не дергалась. Охранные контуры дома были сняты. Я бросился внутрь, но не успел: с чердака вылетело несколько сов со свертками. Вскинув автомат, дал по ним очередь — два свертка взорвались, совы улетели. По третьей удалось попасть, но как только она упала, сверток загорелся. Плохо…

Но тут предчувствие Силы кольнуло меня. Я обернулся: Гестия стояла, истекая кровью, опираясь на стену. Лицо было перекошено злобой.

— Ава…

Я вскинул автомат и дал очередь по ее руке. Палочка с треском разлетелась на куски, сама же Джонс истошно заорала, но устояла на ногах. В один прыжок подскочив к ней, врезал прикладом по лицу. Она рухнула, но сознание на удивление не потеряла. Судя по всему, она пыталась отправить важные вещи и наложила заклинание самоуничтожения. Я быстро забежал в дом — так и есть. Мало того, по оставшимся пергаментам в комнате, служившей кабинетом, гуляло пламя. Но заклинание было странным: оно сжигало только бумагу, не трогая другие предметы. Тут тоже я бросил записку.

Я вернулся к байку и помчался к следующей цели — Дедалусу Динглу. Но опоздал: застал лишь аппарационную вспышку и такое же заклинание, уничтожавшее пергаменты в доме.

Выругался. Везет гаду, сбежал.

Швырнув записку, я снова сел на байк и помчался прочь. Теперь нужно было преодолеть 250 километров. Именно там находилось последнее место жительства Люпина. Путь занял около двух часов. Несколько раз останавливался на заправках, один раз обновил оборотное зелье. Наконец съехал с автострады и направился к густому лесному массиву. Именно тут обычно Римус Люпин переживал полнолуние. Найти хижину труда не составило — хоть она и была скрыта маглоотталкивающими чарами, но находилась близко к дороге. Я вошел: охранных чар не было, как и сигналок. Внутри — примитивная обстановка: кровать, стол, чемодан со старыми вещами, грубо сложенный очаг с закопченной посудой.

Но едва я осмотрелся, как кольнуло предчувствие Силы. Дверь с грохотом слетела с петель, в хижину ворвался оборотень. Не успел он сделать и шага, как наткнулся на уже активированный световой меч. Я выбросил его обратно силовым толчком и выскочил наружу, как тут же сбоку напал второй оборотень, который, впрочем, тут же упал, пронзенный клинком. То, что они стали превращаться в людей, говорило об одном — мертвы. При убийстве оборотни возвращаются в человеческий облик. То, что они могли обращаться при дневном свете, означало, что это явно старые, умеющие управлять своим «даром» оборотни, возможно, даже не укушенные, а рожденные такими. Но ни один из них не был Люпином. У меня были фото годичной давности, так что я знал, с чем сравнивать. Первый — лысый, с квадратной челюстью, мускулистый. Второй и вовсе оказался женщиной.

Едва я осмотрелся, как отскочил: сверху напал третий оборотень, а рядом бродил четвертый, видимо, присматривался. Но как только ближайший прыгнул, от двух взмахов светового меча сначала лишился лапы, а потом рухнул замертво. Второй пытался бежать, но пули «Лансера» его догнали быстрее — благо, я всё время держал автомат на креплении за спиной. Подбежав, я добил его световым мечом. Но и среди этих двоих Люпина не оказалось. Уж не знаю, что за разборки у них были, но это явно была засада. Лучше бежать. Люпина я наверняка не дождусь, а воевать со всеми оборотнями Британии и привлекать внимание Фенрира Сивого я не планировал. Люпину же я оставил более содержательное послание

Последнее предупреждение!

Сиди там где ты сейчас прячешься и не высовывайся никогда!

Я вернулся к байку и поехал прочь. Лишь отъехав от леса на добрую сотню километров, я использовал многоразовый порт-ключ, который вернул меня к дороге перед воротами особняка.

— Всё в порядке? — спросила верная домовичка, когда я заехал в гараж.

— Да. Приготовь ванну и легкий ужин. Я здесь переночую.

Я проверил сигналки на браслете — мои «подарки» ни Дож, ни Уизли не обнаружили. «Пророк» утром ничего не написал про нападение на Вэнс и Джонс. Ну что, финал?

Я снова собрал снаряжение, выпил оборотное зелье и, вскочив на байк, снова помчался к дому Дожа. Элфиас был внутри. Я пустил вторую стрелу, с отвлекающим наконечником, которая выманила его из дома. Когда он вышел, я оглушил его «Ступефаем» и оттащил в сарай. Зашел в дом. Бумаг и пергаментов в кабинете было просто море. Просмотрел некоторые — черновики биографии Дамблдора, полные патетики и обожания. Ничего полезного. Разлив самодельный аналог напалма по всему кабинету и оставив самодельную зажигательную гранату, я вышел. Кабинет тут же объяло пламенем. Через мгновение я уже мчался к Оттери-Сент-Кэчпоул. Также аккуратно подъехал к дому Уизли, спрятал байк рядом с деревом, а сам встал на холме неподалеку.

В доме никого не было. Осмотрев окрестности, я увидел неподалеку Молли Уизли и Ксенофилиуса Лавгуда, которые о чем-то разговаривали. Ну что ж, будут надежные свидетели. Я не стал подходить к дому — пустил стрелу из лука, которая активировала поставленные ранее заготовки.

Рухнула «Нора» знатно. Сначала затрещали доски в основе, потом вся нелепая конструкция накренилась, затем сорвалась самая верхняя комната и увлекла за собой всё остальное. Грохот, груда трухлявого дерева. Я, наверное, за километр услышал крик Молли, которая, забыв про аппарацию, бежала около километра. Я лег, накрылся мантией-невидимкой и стал наблюдать через прицел снайперки. Молли и Ксенофилиус бегали вокруг, размахивали руками. Вскоре Лавгуд ушел, появился Артур, который тоже стал бегать и суетиться. Видимо, нашел стрелу с запиской «Последнее предупреждение». Я подождал еще полчаса, но больше никто не появился. Была надежда, что придет Кингсли, но увы — никто из Ордена не пожаловал. Я вернулся к байку и помчался к автостраде, где активировал порт-ключ в Корнуолл.

Несколько дней прошло спокойно. Я не слышал шипения, как не было и новых случаев окаменения. Я даже позволил себе немного успокоиться, сосредоточиться на учебе и тренировках. Однако в пятницу с утра меня мучило странное предчувствие. Что-то должно было произойти. Падаваны тоже выглядели обеспокоенными. Я даже видел, что они предпочли надеть спецкостюмы, придав им вид школьной формы. После первого урока я всё же не выдержал и дал им мечи.

— А ты? — спросила Луна, растерянно держа рукоять в руках.

— За меня не беспокойтесь. Я и без светового меча справлюсь с кем угодно. А вы держите их рядом. Даже на ночь оставьте. Отдадите… когда это ощущение пройдет.

Луна и Кайнэ понимающе кивнули. Я мысленно отметил, как мне всё же повезло с напарниками. Даже не представляю, как бы я управлялся, останься со мной Рон и Гермиона.

Беспокойство росло. После ужина мы с Кайнэ направились к Выручай-комнате. Луна задержалась, но мы ее всё же дождались. И когда поднялись по лестницам на восьмой этаж, едва я, шедший впереди, завернул за угол — чувство Силы взревело так, как весной в Запретном лесу. В конце коридора возник силуэт высокого мужчины. Он вскинул руку вперед, и по коридору разнеслось гулкое:

— КРУЦИО!

Коридор озарила красная вспышка.