Sonic: В темпе «Вместе» (гет)

Репетиция началась как обычно — с разминки. Соник разогревал пальцы быстрыми переборами, Наклз отбивал ритм по краю стула. Но сегодня, впервые за последние дни, что-то изменилось. Салли заметила это не сразу — сперва просто почувствовала. Соник не спешил. Наклз не давил. Они играли вместе, слушая друг друга. Как там, на третьем этаже.

— Хорошо, — сказала Салли, когда первый трек закончился. — Ещё раз.

Они сыграли снова. И снова. С каждым повтором становилось не идеальнее — спокойнее. Исчезала та дёрганость, что бесила Салли последние дни. Она стояла у стены, сложив руки, и молча радовалась. Эми, сидевшая в углу с неизменным скетчбуком, рисовала. Карандаш двигался легко, без обычных пауз.

— На сегодня хватит, — сказала Салли, когда третий трек отзвучал. — Вы сегодня звучали. Особенно вместе.

— Мы старались, — ответил Соник, переводя дыхание. — Как ты просила. Спокойно, слушая друг друга.

— Я заметила. Продолжайте в том же духе.

Наклз молча кивнул, откладывая палочки.

— Когда следующая репетиция? — спросил он.

— Я напишу вечером. Но точно не завтра. Дайте себе отдых. Вы заслужили.

Соник подхватил гитару и направился к выходу, бросив взгляд на Эми. Та слабо улыбнулась и осталась сидеть — Салли попросила её задержаться.

Когда парни ушли, Салли подсела к ней.

— У меня к тебе дело. Предложений на следующий концерт уже несколько. «Изумруд» хочет нас снова, ещё два клуба прислали запросы. Но я пока не хочу давать это ребятам. Пусть сначала найдут свой темп — вот как сегодня.

— А от меня что нужно? — спросила Эми.

— Набросай что-нибудь для следующего концерта. Пока без конкретной даты и места — просто идею. Я хочу, чтобы, когда я покажу им предложения, у меня уже было что-то красивое в руках. Чтобы они видели: следующий шаг — вот он. Уже почти готов.

Эми кивнула, и в её глазах зажёгся тот самый огонёк, который появлялся каждый раз, когда она бралась за новую афишу. Она раскрыла скетчбук на чистой странице.

— Я подумаю над цветом. Может, что-то другое. Не зелёное.

— Доверяю твоему вкусу, — Салли легко коснулась её плеча и вышла.

В офисе было тихо. Салли закрыла дверь, опустилась в кресло и несколько минут просто сидела, глядя в потолок. Кружка с чаем — сегодня горячим — стояла рядом.

Она перевела взгляд на стол. Три конверта. «Изумруд» — повторное приглашение. «Неоновый зал» — клуб побольше, с хорошей репутацией. «Петля» — место для альтернативной музыки, не такое престижное, но с живой публикой. Она разложила их перед собой и задумалась.

Три предложения. Три возможности. Но парни пока не готовы к большему — она чувствовала это. Им нужно время. И она даст его.

Салли откинулась в кресле и позволила мыслям уйти куда-то далеко. Туда, где всё начиналось.

Ей было двадцать два, когда она впервые вошла в этот кабинет. Тогда он был не её. Принадлежал другому продюсеру — пожилому, уставшему, который решил уйти на покой и продал базу за бесценок. Салли купила её на последние сбережения, заняла у знакомых, влезла в долги. На стене висела та самая кружка «Лучшему продюсеру», которую она подарила самой себе, потому что больше было некому.

В первый же день, обходя владения, она наткнулась на странного паренька. Он сидел в каморке у щитка, перебирал провода и что-то тихо напевал себе под нос. Увидев её, он вздрогнул, выронил отвёртку, покраснел и пробормотал что-то про «я тут работаю, меня старый хозяин нанял». Салли тогда не стала его тревожить — просто кивнула и закрыла дверь. Подумала: «Пусть работает. Лишние руки не помешают». Так Тейлз остался.

Она и забыла о нём на какое-то время. Первый месяц сидела здесь одна. Расклеивала объявления по городу — те самые жёлтые флаеры, напечатанные на старом принтере. Никто не приходил. Второй месяц — тоже. Она пила остывший чай и думала: может, зря. Может, вернуться в менеджеры, работать на кого-то, не высовываться. Как все. А Тейлз всё так же тихо работал за кулисами — она слышала его шаги в коридоре, иногда замечала свет в каморке поздно вечером, но почти не пересекалась с ним.

А потом пришли они.

Сначала пришла Эми. Она держала в руках мой флаер и тащила за собой парня с синими волосами, который не хотел идти. Он сказал: «Я пас». А потом, когда она расстроилась, — записался. Ради неё. Наклз пришёл позже — один, молчаливый, с таким лицом, будто ему всё равно.

И всё изменилось.

Салли не верила в судьбу. Но в тот день, когда Соник прошёл прослушивание, а Наклз отбил свой первый ритм, она впервые за долгое время подумала: «Может, получится».

Она помнила, как боялась. Как прятала дрожащие руки за кружкой. Как делала вид, что всё знает, хотя понятия не имела, что будет дальше. И как они ей поверили — просто так, без доказательств. Соник — потому что Эми верила в него. Наклз — потому что увидел в ней прямоту. Тейлз — потому что она не смеялась над ним.

Она не подвела их. И не подведёт.

Салли тряхнула головой и вернулась к бумагам. Три конверта. Три возможности. Она отложила их в сторону — пока. Сначала надо, чтобы дуэт зазвучал ещё увереннее. Чтобы Тейлз перестал бояться. Чтобы Эми...

В дверь тихо постучали.

— Войдите.

Дверь приоткрылась. На пороге мялся Тейлз, прижимая к груди какую-то схему — видимо, для храбрости. Его лицо уже начинало розоветь.

— Салли, я... можно?

— Заходи, Тейлз.

Он шагнул внутрь и замер, не зная, куда деть руки. Схема в пальцах дрожала.

— Я хотел сказать... я думал. После того разговора. И я... — он запнулся, набрал воздуха. — Я готов попробовать. Только на репетиции. Просто чтобы понять. Как это — со всеми. Не на сцене. Пока не на сцене. Просто попробовать.

Он выпалил это одним духом и замер, глядя в пол.

Салли мягко улыбнулась.

— Хорошо.

Тейлз поднял глаза.

— Правда?

— Правда. Это хороший шаг. Я рада.

— Я всё ещё... ну, переживаю. И стесняюсь. Но я подумал — если не сейчас, то когда?

— Правильно подумал.

Салли встала, подошла к небольшой доске на стене, куда крепила расписание. Взяла маркер и аккуратно вписала в пустую клетку через три дня от сегодняшнего числа: «Репетиция. ВТРОЁМ».

— Репетиция через три дня, — сказала она. — Время на моральную подготовку у тебя есть.

Тейлз смотрел на доску расширенными глазами.

— Три дня, — повторил он. — Это... много. Или мало. Я не знаю.

— В самый раз. А остальным я сообщу, как обещала.

Тейлз судорожно кивнул и попятился к двери. На пороге он замешкался и тихо сказал:

— Спасибо. За то, что не смеялась.

И вышел.

Салли осталась одна. Она смотрела на расписание, на три клетки, которые теперь были заняты, и чувствовала, как внутри что-то разворачивается — не план, не стратегия, а простая человеческая радость. Она взяла кружку и подняла её в воздух — как тогда, после подписания контракта.

— За группу, — сказала она пустому кабинету.

И отпила. Чай уже остыл. Но это было не важно.