Ронин в Хогвартсе (джен)

Изумрудное пламя камина взметнулось вверх, и Гермиона, сделав уверенный шаг вперёд, оказалась на потёртом ковре мрачноватого лондонского особняка. Запах морской соли и свежести, к которому она успела привыкнуть в Уэльсе, сменился тяжёлым ароматом вековой пыли, сырости и жжёного дерева.

Не успела толком отряхнуть сажу с подола синего платья, как на неё обрушились крепкие, удушливые объятия.

— Гермиона, девочка моя! Ох, слава Мерлину, вы добрались! — запричитала миссис Уизли, прижимая её к себе.

Гермиона явственно почувствовала разницу между этими объятиями и теми, что были в прошлом году. Не осталось прежней безусловной теплоты. Они ощущались… натужными. Отстранившись, Молли улыбнулась, но улыбка вышла напряжённой, словно приклеенной, а взгляд быстро и тревожно скользнул по лицу девушки, выискивая неведомые следы тёмного влияния.

К огромному облегчению Гермионы, в камине снова вспыхнуло пламя, и на ковёр вывалился Гарри. Миссис Уизли тут же ахнула и переключила всю свою бурную, суетливую заботу на него, принявшись отряхивать плечи и причитать о том, как он исхудал.

Гермиона сделала шаг назад, пользуясь моментом, чтобы осмотреться.

Дом на площади Гриммо, 12, производил гнетущее впечатление. Он явно помнил времена былой, надменной роскоши — об этом кричали потускневшая позолота на рамах, высокие потолки и остатки дорогого паркета. Но сейчас особняк выглядел потрёпанным, словно тяжелобольной пациент. Впрочем, Гермиона тут же заметила выскобленные до блеска участки пола, отмытые от вековой копоти плинтуса и собранную в углы паутину. «Рон и Джинни времени зря не теряли, — с уважением подумала она. — Действительно здорово поработали».

Очередной хлопок пламени возвестил о прибытии Кирана.

Он шагнул в гостиную и замер у края каминной решётки. Молли Уизли, оторвавшись от Гарри, смерила фигуру Моргана таким подозрительным взглядом, что воздух между ними можно было резать ножом.

Но тяжёлую паузу разрушил радостный, хриплый смех.

Из тёмного коридора стремительно вышел Сириус Блэк. Он всё ещё выглядел измождённым, но его глаза горели живым, неподдельным восторгом. Сириус сгрёб Гарри в охапку, хлопнув крестника по спине так, словно пытался избить, а не поприветствовать, а затем обернулся и заметил Гермиону.

Его взгляд скользнул по её изменившейся осанке, лёгкой ткани синего платья и непривычно дерзкому блеску в карих глазах. Лицо Сириуса расплылось в широкой, хулиганской улыбке.

— Ну надо же, — протянул он с откровенным удовольствием. — Я просто счастлив видеть, как самая правильная девочка Гриффиндора на глазах превращается в настоящего мародёра.

Гермиона с трудом сдержала улыбку. От кого угодно другого эта фраза прозвучала бы как упрёк, но из уст Сириуса Блэка это высшая похвала. Оказалось до одури приятно это слышать.

— А теперь, — Сириус повернулся к камину, — будь добра, представь меня официально. В человеческом облике мы, кажется, ещё не пересекались.

Гермиона шагнула вперёд, становясь между мужчинами.

— Сириус Блэк. А это — Киран Морган.

Она пожала плечами, словно это было самое обычное знакомство на школьном дворе, а не встреча беглого узника Азкабана и наследника тёмного клана в тайном штабе Ордена Феникса.

Сириус протянул руку. Киран ответил на рукопожатие.

— Спасибо, — вдруг произнёс Сириус, и его голос потерял всю привычную мальчишескую весёлость. Он заговорил вполголоса, чтобы не привлекать внимание Молли. — Спасибо, что вытащили Гарри из этого суррейского склепа. Я… я и сам бы с радостью это сделал. Разнёс бы там всё к чертям, если честно. Но в моём нынешнем положении я связан по рукам и ногам.

— Мы не могли поступить иначе, мистер Блэк, — ответил Морган. — Несправедливость необходимо пресекать. Особенно если она исходит от тех, кто называет себя её главными поборниками.

Сириус замер на секунду, вглядываясь в лицо парня. Затем его губы тронула понимающая, горькая усмешка, и он хлопнул Кирана по плечу.

— Называй меня Сириус, парень. Здесь титулы не в почёте.

Их разговор заглушил резко возросший шум. Из коридора донёсся возмущённый, звенящий голос Молли Уизли. Она наконец-то добралась до Джинни, которая появилась из камина последней, и теперь вовсю отчитывала дочь.

— …безответственно! Как ты могла?! И в каком виде ты явилась в приличный дом?! — доносились обрывки гневной тирады. Джинни что-то вяло, но упрямо бубнила в ответ, защищая то ли собственное право на изумрудный шелк, то ли на неудобные решения в целом.

Сириус бросил взгляд через плечо на разворачивающуюся семейную драму, иронично хмыкнул и покачал головой.

— Боюсь, тут сейчас станет слишком жарко, — шепнул он, подмигнув Гермионе.

Он сделал приглашающий жест и, стараясь не привлекать внимания бушующей миссис Уизли, повёл Гермиону, Кирана и Гарри за собой, к тёмной скрипучей лестнице, уводящей наверх.

Тёмная, узкая лестница жалобно и протяжно скрипела под их ногами, словно дом протестовал против каждого шага. Сириус уверенно вёл их на второй этаж, ловко огибая особенно гнилые половицы. Толкнув тяжёлую дверь в конце коридора, он пропустил Гермиону, Гарри и Кирана вперёд.

Комната оказалась ожидаемо мрачной, с высокими потолками и облупившимися обоями, но здесь хотя бы пахло свежим воздухом из приоткрытого окна.

Рон, сидевший на одной из скрипучих кроватей, при их появлении вскочил. На его вытянувшемся лице явное, искреннее облегчение забавно смешивалось с откровенной завистью.

— Наконец-то, — выдохнул он, раскинув руки. — Я уж думал, не доживу. Слава Мерлину, вы здесь. Теперь всё это концентрированное материнское осуждение равномерно распределится на нас всех, и мне больше не придётся впитывать его в одиночку!

Он всплеснул руками, выпрямил спину, надул щёки и, невероятно точно скопировав визгливые, панические интонации миссис Уизли, запричитал:

— «Как вы вообще додумались сделать подобное! Вы же могли погибнуть! Даже Фред и Джордж в свои худшие дни никогда не заставляли меня нервничать настолько сильно!»

В этот момент дверь за их спинами снова скрипнула, и в комнату проскользнула Джинни. Она выглядела слегка потрёпанной, но непобеждённой. Увидев брата, она закатила глаза.

— Я только что наслушалась этих криков внизу, Рональд, а теперь они звучат ещё и отсюда, — Джинни привалилась спиной к закрытой двери. — Знаешь, я начинаю думать, что мой боггарт изменился. Теперь это орущая Молли Уизли.

Рон возмущённо фыркнул, скрестив руки на груди.

— Больше благодарности, сестрёнка! Я пожертвовал собой, буквально бросился в пламя дракона, чтобы прикрыть твой побег. Могла бы и оценить страдания брата.

Гермиона, с трудом сдерживая улыбку, прошла вглубь комнаты. Смела пыль с края второй кровати, подобрала подол платья и села. Пружины под матрасом издали жалобный стон. Окинув взглядом собравшихся, она перешла к делу.

— Так вы расскажете нам, что здесь всё-таки происходит? — без тени улыбки спросила Гермиона.

Сириус и Рон переглянулись и, словно по команде, синхронно закатили глаза.

— Происходит то, что обычно, когда Министерство решает засунуть голову в песок, — мрачно ответил Сириус. Вся его былая весёлость испарилась. Он скрестил руки на груди, и в его ввалившихся глазах блеснул холодный огонь. — Волдеморт снова обрёл тело. Очевидно, что старые крысы, избежавшие Азкабана, уже начали сползаться к нему. Стоит ждать очень, очень серьёзных проблем.

Он обвёл подростков тяжёлым взглядом.

— Министерство категорически отказывается в это верить, Дамблдора готовы окрестить сумасшедшим. Их главная политика сейчас — «ничего не вижу, ничего не слышу». А значит, рассчитывать приходится только на свои силы. Те, кто противостоял Волдеморту в прошлую войну, тоже решили собраться. Орден Феникса — это основной противовес Пожирателям. Мы — единственные, кто сейчас реально готовится к удару.

Киран, прислонившись плечом к оконной раме, чуть склонил голову набок.

— Силы Света против Сил Тьмы? — уточнил он со скептической улыбкой.

Сириус хмыкнул. Скепсис в голосе Моргана от него не укрылся.

— Иронию понимаю, парень, но нет, — ответил Блэк, отталкиваясь от дверного косяка. — Никаких рыцарей в сияющих доспехах. Орден — это группа сильных, влиятельных и опытных волшебников, которые способны удержать ситуацию, когда всё снова начнёт рушиться. Это не сказка, это грязь и кровь. Кстати об этом… Что думают старшие Морганы о происходящем? Ты ведь поделился с родителями?

Все взгляды скрестились на Киране.

Тот небрежно сунул руки в карманы джинсов.

— В моих словах они не сомневались ни секунды, — ответил он. — И уж поверьте, никаких симпатий к фанатикам с метками на руках Морганы никогда не испытывали.

Он сделал паузу, обведя взглядом Сириуса и Гарри.

— Но разговоры — это лишь слова, — добавил Киран. — Если Орден действительно готовится к войне, вам нужна информация. Я предлагаю собрать наши воспоминания о том, что произошло на кладбище. Всю последовательность: ритуал, кто именно там был из Пожирателей, как они двигались, как реагировали. В конце учебного года никто из преподавателей этим не озаботился, а ведь это слишком важные данные. Дома я сразу слил воспоминания.

Гермиона мысленно восхитилась. Это казалось настолько логичным, что она даже разозлилась на себя, что не додумалась раньше. Воспоминания могут исказиться от стресса или просто времени, но Омут Памяти сохраняет всё до мельчайших деталей.

Сириус выпрямился. Его оценивающий взгляд, направленный на Кирана, изменился. Исчезли остатки настороженности.

— А у тебя грамотный подход к делу, Морган, — медленно произнёс Сириус. — Если ты реально готов заново пережить это дерьмо и поделиться им… Омут памяти в этом доме найдётся.

— Я тоже сдам воспоминания, — тут же твёрдо сказал Гарри, делая шаг вперёд. Его лицо было бледным, но решительным. — Я помню всё. Каждое слово, которое он сказал, как выглядел и что это было за место. Давайте сделаем это.