Талант без границ | Talent Beyond Limits (джен)

Как только наставник Теодер покинул тренировочную площадку, Холл распустил основные группы и велел остаться лишь тем старшим ученикам, кого отобрали для помощи с новым набором. Большинство воспитанников разошлись по привычным углам подворья, так что у центрального поля остались только недавно принятые дети да небольшая кучка старших.

Джо сразу заметил среди них Саймона. Холл отобрал нескольких опытных ребят: одних поставил на физическую подготовку, других — на обучение грамоте. Саймону как раз досталась грамота, ведь ему уже доводилось учить младших. За последние три года он стал читать и писать куда увереннее, отчасти благодаря тому, что дома они с Джо постоянно повторяли уроки вместе.

Закончив распределять помощников, Холл перешёл к оплате:

— Те, кто назначен на постоянные уроки грамоты, будут получать один обед в неделю из лечебной столовой. Помощники на воинских тренировках — три. Ваша собственная подготовка остаётся главным делом, и я рассчитываю, что эти обязанности не помешают вашему продвижению.

При этих словах Саймон заметно оживился. Он давно мечтал попасть в лечебную столовую, наслышанный о её пользе, но плата в десять серебряников в месяц была семье не по карману. Наклонившись к Джо, он шепнул:

— Один обед каждую неделю! И у отца денег просить не надо, и наконец-то узнаю, насколько там лучше кормят.

Довольная улыбка так и не сошла с его лица, даже когда Холл повернулся к новичкам.

— Поднимите руки те, кто уже умеет разбирать простые тексты и писать основные знаки, — скомандовал Холл.

Джо поднял руку. Рядом поднялись ещё две — ребят из соседних селений. Из детей Грин-Холлоу больше никто не отозвался, чему Джо нисколько не удивился: грамотных в их деревне можно было пересчитать по пальцам.

Холл пересчитал поднятые руки и записал имена:

— Трое. Больше, чем обычно. Впрочем, прежде чем освободить кого-то от уроков, учёный Шон сам проверит ваши знания. Те, кому нужна грамота, будут учиться каждое утро с семи до девяти. Чтение здесь обязательно для каждого: воинские наследия записаны словами. Ошибиться в понимании метода культивации — значит покалечиться, и я не потерплю, чтобы мои ученики целиком зависели от тех, кто станет читать им наставления вслух.

Разобравшись с делами, Холл велел помощникам вести новичков к учебным комнатам. Саймон взял на себя часть группы и повёл их по крытой галерее, поглядывая, чтобы младшие не отставали. Новая обязанность явно пришлась ему по душе, хотя по пути всё же пришлось одёрнуть одного мальчишку, который умудрялся волочить дощечку для письма прямо по побеленной стене.

В классной комнате, обставленной рядами простых деревянных парт с большой доской у стены, их уже ждал учёный Шон. Это был седеющий мужчина в очках; он поправил оправу на переносице, слушая, как Саймон докладывает о прибытии.

— Учёный Шон, господин Холл прислал новичков на уроки грамоты. Трое из них уже умеют читать, так что он просил вас проверить их, прежде чем распределять по группам.

Шон кивнул, принимая доклад, и велел Саймону рассадить остальных. Джо занял место поближе к первым рядам, откуда было удобно разглядывать стол наставника. Рядом с книгой в добротном переплёте лежало несколько листов гладкой плотной бумаги — и книга, и бумага были сработаны несравнимо чище и лучше того, что водилось в обычных домах Грин-Холлоу. Зал талантов явно снабжался у мастеров и торговцев, чей уровень выходил далеко за пределы деревенских нужд.

Когда все расселись и в классе установилась тишина, Шон вывел на доске несколько знаков и заговорил.

— Грамота — неотъемлемая часть воинского воспитания. Земледельцы и простые работники могут обойтись без знания многих знаков, но воин подобной роскоши лишён. Письменное слово хранит законы, договоры, историю и воинские наследия. Техника, передаваемая лишь через показ, может утратить важные детали, тогда как верно записанный метод способен пережить поколения.

Он выждал, давая детям вглядеться в начертанные знаки, и продолжил:

— На высших ступенях письмо способно на большее, чем просто хранить обыденные знания. Искусный каллиграф может вложить в начертанные знаки духовность и частицу собственного понимания. И плод его трудов может сохранять эти качества ещё долгое время после создания.

Кто-то из детей несмело поднял руку:

— Учёный Шон, получается, сама бумага хранит в себе духовность?

— Не обычная бумага. Духовная каллиграфия зависит от того, кто её создал, и от понимания, вложенного в начертанное. Подлинные творения способны хранить духовность поколениями, и состоятельные семьи порой вывешивают их дома, чтобы улучшить духовную среду в своих покоях. Влияние сильных работ повышает вероятность того, что у растущих рядом детей разовьётся основа, необходимая для воинского пути.

Джо тут же вспомнил слова Холла во время проверки Звёздным светом. Количество духовности, окружающей человека в детстве, прямо влияло на то, заложит ли его тело основу для культивации. Духовная каллиграфия, судя по всему, служила для богатых родов верным способом улучшить эти условия.

— Истинные мастера духовной каллиграфии пользуются огромным почётом даже среди древних воинских кланов, — продолжал Шон. — За их лучшие творения платят столько серебра, сколько обычная крестьянская семья не заработает и за несколько лет.

Денежная сторона дела живо заинтересовала Джо. Он потратил годы на изучение здешней грамоты и уже на собственном опыте прочувствовал, насколько тяжело ступать на воинскую стезю без солидного достатка. Со временем каллиграфия могла бы стать неплохим подспорьем для покупки трав, снадобий и всего необходимого для культивации — хотя он пока и понятия не имел, как именно развивать эту духовную грань письма.

Впрочем, пока от новичков требовалось лишь освоить самое обыкновенное письмо. Шон показал несколько базовых знаков и велел повторить их на водяных каменных дощечках. Саймон и другие старшие ученики пошли между рядами, поправляя нажим, порядок штрихов и помогая тем, у кого черты упорно расползались вкривь и вкось.

Джо узнал каждый знак, выведенный Шоном. Саймон приносил их домой ещё несколько лет назад, а благодаря таланту Без отката Джо ничего из выученного не забыл. Он без труда следил за ходом урока, пока Шон не закончил вводную часть и не отпустил тех, кому предстояло посещать регулярные занятия.

Трое детей, заявивших, что уже обучены грамоте, остались в классе для проверки.

Шон раздал им бумагу и письменные принадлежности, после чего озвучил задание. Каждому требовалось записать под диктовку ряд знаков, растолковать смысл нескольких отрывков и кратко изложить своё понимание того, что наставник Теодер показывал на тренировочном дворе.

С выведением знаков Джо справился без малейших затруднений. Тексты для чтения потребовали чуть больше внимания, но весь их словарь укладывался в то, что он успел разобрать с Саймоном. В последнем же задании он подробно изложил объяснения Теодера: суть Статической и Динамической основ, череду ступеней закалки тела и то, как важно обрести должный контроль над собой, прежде чем браться за сложные приёмы.

Прошло около часа, прежде чем Шон собрал листы. Просматривая первые две работы, он то и дело черкал пометки напротив неверных знаков, но когда очередь дошла до листа Джо, его взгляд задержался. Дойдя до рассуждений, учёный и вовсе замедлил чтение, перечитал пару абзацев ещё раз и лишь затем поднял глаза на Джо.

— Джозеф, кто учил тебя читать и писать?

— Мой старший брат, Саймон. Он приносил уроки домой из Зала талантов, а я учился по ним, пока он повторял.

Шон снова бросил взгляд на лист:

— Саймон стал способным учеником, но твой почерк и слог на редкость хороши для того, кто никогда не учился на наставлениях лично. Тебя учил кто-то ещё?

— Нет, учёный Шон. Я лишь выводил знаки, которые он приносил, и разбирал новые всякий раз, когда ему давали следующий урок.

Шон ещё раз пробежал глазами его работу и отложил её в сторону. Знаки были начертаны твёрдой рукой и без ошибок, смысл отрывков передан верно, а рассуждения о наставлениях Теодера выдавали ясное, зрелое понимание сути.

— Ты уже превзошёл требования к новичкам, так что нет никакого смысла держать тебя на утренних занятиях. Однако я жду, что ты продолжишь упражняться. Знать в лицо каждый знак воинского наставления вовсе не значит понимать описанный в нём метод. И чем глубже ты продвинешься в учении, тем строже обязан разделять одно и другое.

Джо почтительно принял наставление, искренне радуясь, что утренние часы не придётся тратить на повторение того, что он и так давным-давно усвоил.

Шон закончил проверку оставшихся работ. Один из приезжих мальчишек тоже получил освобождение, а вот третьему предстояло посещать общие занятия, чтобы подтянуть понимание прочитанного.

Когда они вышли из класса, день уже клонился к вечеру. Ученики понемногу покидали тренировочные площадки, а старшие помощники завершали последние поручения. Настоящая учёба начнётся завтра: с семи до девяти утра — грамота для тех, кому она необходима, а затем общее укрепление тела, отработка Статической основы и разбор ошибок под строгим взглядом Холла.

Джо неспешно шёл к выходу, размышляя об услышанном от Шона. Зал талантов открывал дорогу к воинским искусствам, но в его стенах таились и другие знания, о которых в Грин-Холлоу никто даже не слыхивал. Духовная каллиграфия привлекала особенно — и своей ощутимой ценностью, и прямой связью с той духовностью, о которой на испытании говорил Холл.

Он обязательно разберётся в этом, когда появится возможность. Сейчас же первейшей задачей было другое: освоить Статическую основу и ощутить ту самую Энергию крови, которую наставник Теодер показал сегодня на тренировочном дворе.