Эхо хищника (гет)

— Полезными, — эхом повторил он, отталкиваясь от стола. Шаг. Ещё один. Он начал мерить пространство зала широкими, нервными шагами, от стены к стене, как зверь в клетке. — Четыре месяца мы копались в дерьме. Четыре месяца ждали, пока этот ублюдок оставит очередной труп, чтобы получить хоть какую-то зацепку. И теперь, когда мы наконец нащупали ниточку...

— Именно, — перебила его Адель. Она выпрямилась на диванчике, сбрасывая оцепенение. В голосе появилась та самая стальная острота, которую Лиам привык слышать на брифингах. — Вы нащупали.

Она сделала паузу, давая словам осесть. Ричард поднял голову, хмуря густые брови.

— И что с того? — пробасил медведь. — Это наша работа.

— Верно, — согласилась Адель. Она поднялась с дивана, одернула куртку. Движения были выверенными, но Лиам заметил, как дрогнули её пальцы, когда она поправляла воротник. — Но вы забываете, кто вас вёл. Кто настоял на моем участии в этом деле.

Лиам остановился. Лев внутри него замер, прислушиваясь.

— Натаниель, — произнес он медленно.

— Нат, — кивнула Адель. — Он приставил меня к вам. Он же выбил допуск. Он же покрывал все... неформальные методы.

Ричард тяжело заворочался на стуле, устраиваясь удобнее. Его маленькие медвежьи глазки сузились, анализируя.

— Думаешь, старик в панике? — спросил он. — Из-за того, что мы вышли на «Тишину»?

Адель коротко, резко кивнула.

— Он кричал, что мы «подставили его». Не Совет. Не Церковь. Его лично. — Она посмотрела на Лиама, и в её взгляде мелькнуло что-то похожее на извинение. — Когда пошли к Вайсу... ты ведь понимаешь, что это было прямым нарушением всех протоколов? Неофициальный контакт с ключевым свидетелем без уведомления куратора. Без согласования с Инквизицией.

Лиам оскалился, обнажая кончики клыков.

— Мы не в детском саду. Времени на согласования не было.

— Возможно, — Адель шагнула к нему, сокращая дистанцию. — А еще мы встретились с Марианной. И после она опубликовала статью, где прямым текстом намекнула на коррупцию в Совете Старейшин. На сокрытие данных о серийных убийствах. На то, что кто-то сверху тормозит расследование.

Ричард тихо, протяжно выругался. Медведь начал понимать быстрее Лиама.

— Мы открыли ящик Пандоры, — мрачно констатировал он.

— Хуже, — Адель резко развернулась к нему. — Открыли его так, что все шишки полетели в Ната. Он — куратор этого дела. Он — тот, кто рекомендовал вас на эти роли. Он — тот, кто покрывал наше сотрудничество. И теперь Совет видит: Альфа, которого приставили к делу ради контроля, вместо того чтобы стать управляемым, лезет в запретные архивы, контактирует с врагами Ордена и выходит на секретные проекты. И все это — под личную ответственность Ортиса.

Лиам замер. Он смотрел на Адель, и в его голове со скрежетом проворачивались шестеренки. Картинка складывалась. Медленно, уродливо, но складывалась.

— То есть Совет не просто хочет нас отстранить, — произнес он тихо, почти шепотом. — Они хотят заткнуть дыру, из которой мы вылезли. Заткнуть вместе с нами.

Адель не ответила. Но её молчание было красноречивее любых слов.

Ричард тяжело поднялся со стула. Он подошел к ним, вставая рядом, плечом к плечу. Его голос, когда он заговорил, был лишен привычной иронии — только глухой, тяжелый бас.

— Ладно. Допустим. Совет испугался. Но Нат... он ведь не сдаст нас просто так. Верно?

— До вчерашнего дня он контролировал ситуацию, — пожала плечами Адель. Она смотрела на Лиама, но обращалась к ним обоим. — Считал, что может вести вас за руку. Что вы будете искать убийцу, не задавая лишних вопросов. Но когда вы вышли на «Тишину», когда встретились с Вайсом и Ридом, когда заговорили с прессой... вы перестали быть управляемыми.

Лиам ударил кулаком по стене. Глухой удар прозвучал в тишине зала как выстрел. На крашеной поверхности осталась вмятина.

— Мы не подставляли его, — прорычал он, и в голосе снова зазвенела сталь.

— Это неважно, — отрезала Адель. — Важно то, что видит Совет. А видит он следующее: Альфа, ранее не проявлявший интереса к политике, вдруг начал копать под самые защищенные секреты Ордена. Начал собирать Стаю. Связался с ведьмой. И все это — пока куратор дела, Натаниель Ортис, якобы «присматривает» за ним. Как это выглядит со стороны?

Ричард снова выругался, теперь уже забористо и развернуто. Медведь потер лицо огромной ладонью, размышляя вслух:

— Как попытка Ната использовать Стаю для своих целей. Как заговор внутри Инквизиции. Или как вопиющая некомпетентность. Либо то, либо другое — в любом случае, Совет предпочтет зачистить поляну.