Гермиона Грейнджер и Сила Рун (джен)

Я очнулась на полу в казематах Тёмного Гриффиндора и несколько секунд не могла дышать как, если бы действительно от удара мне дух вышибло.

Тело закостенело и неприятно ныло из-за сна на каменном неудобном полу. Каждое движение отдавалось зудящей болью, из-за чего пришлось разминать руки, ноги и поясницу до тех пор, пока их состояние хоть немного не улучшилось. Некоторые царапины на руках покраснели и опухли, так, что пришлось доставать из Пространственного кармана йод и смазывать их, попутно рисуя прямо йодом Руну Восстановления (И-ль). Благо, соседки мои ещё спали.

Я накинула на себя Руны Ноль и Покров, служившие мне для отвода глаз, с оговором быть предельно неинтересной преподавателям и студентам, и выбралась из Гриффиндорской Башни. Я уже поняла, что под этими рунами меня не замечают, пока я сама не обращусь к собеседникам. Забрала всю стопку "Гермиониных" книг и письменных принадлежностей в Пространственный Карман, проверила наличие в кармане мантии волшебной палочки (в точности как моя!) и поняла, что готова встретить новый день.

В пустой гостиной я подошла к доске объявлений: "Запрещается... Снятие баллов... Из семи команд на Турнир Семи Школ отказались прибыть представители Дурмстранга, Шармбатона и Ильверморни...".

Турнир Семи Школ! Участвуют команды, а не Чемпионы. Ладно.

По пустым пока коридорам я пробиралась на выход. Надо было попробовать срочно покинуть это негостеприимное местечко! Из-за угла послышалось шарканье ног. Я прижалась к стене и затаила дыхание, никаких ниш рядом, как назло, не было.

Мимо меня, кряхтя и постанывая, проковылял здешний Филч. Он был похож на нашего как две капли воды, кроме одной ужасающей детали: миссис Норис, его верная спутница, торчала головой и передними лапами у завхоза прямо из торса, как-бы отпочковываясь, вырастая из его груди. Какое больное воображение придумало это существо! Ни Филч, ни кошка не посмотрели в мою сторону, и я, похолодевшая от страха, ускорилась к выходу.

Вне Замка воздух был холоднее, свежее, но напряжение осталось прежним. Мой план был пробраться к вчерашнему оврагу и попробовать открыть портал обратно.

В заброшенном внутреннем дворике, заваленном битым камнем, стояли палатки, сильно контрастирующие по энергетике с Замком. Даже не палатки, а живые конструкции: сплетённые магией из лозы и ветвей навесы, образовавшие круг, внутри которого мягкая трава росла зелёным ковром, а в центре круга теплился неугасимый костёр, пламя которого было не красным, а тёплого, солнечно-золотого цвета и почти не давало дыма, лишь лёгкий аромат полыни и сандала. Я догадалась, что здесь жила команда из африканской Школы магии Уагаду.

Я уже слышала перешёптывания студентов об этих экзотичных гостях.

Их отношение к Турниру было своеобразное. Они бережно относились к природе и животным, даже самым хищным и опасным, но не щадили людей — ни соперников, ни своих.

Они были из тех, кто будет драться насмерть. Но в то же время шокировали всех в первом испытании, не добив поверженную мантикору, а усыпив её и спев над ней песню успокоения. За это им сняли баллы за неэффективность, но они лишь пожали плечами.

Пройдя дальше, я наткнулась на ... Ступу Бабы-Яги. Да, это была ступа колоссальных размеров, высеченная из цельного куска сине-чёрного камня, похожего на обсидиан, но испещрённого жилами мерцающего металла. Она тоже выделялась в атмосфере этого Хогвартса как инородный объект.

Ступа стояла на гигантских куриных ногах из чёрного железа, которые глубоко вросли в землю, словно сваи. Они могли поворачиваться, разворачивая "дверь", а на деле просто огромную щель в боковине в нужную сторону. Вокруг ступы на сто метров была аномальная магическая зона: не было ни травинки, ни звуков, даже цвета казались блёклыми.

Сказать "Избушка-избушка, повернись ко мне передом, к лесу задом" и привлечь внимание её обитателей совсем не хотелось. Здесь жили ребята из русской Школы Магии Колдотворец.

Их понимание Магии, как я уже поняла вчера из слухов, отличалось от нашего, и от тех же африканцев. Они были вроде как алхимиками-инженерами и верили в возможность превращений технологий в сказку. Их ступа была одновременно и лабораторией, и крепостью.

Я подняла глаза вверх. В ближайшем высоком арочном проёме над пропастью внутреннего двора расположился Подвешенный сад команды из японской Школы Махотокора. Они натянули в воздухе верёвки, их жилище с земли казалось огромной прочной и непроницаемой для посторонних взглядов паутиной. На этой невесомой сетке они и спали на бамбуковых циновках. Жили буквально не касаясь земли Хогвартса, презирая его твёрдую, жестокую почву. Чтобы добраться до них, нужно суметь пройти по тонким канатам-паутинкам, как они.

Рассказывали, что эти японские маги носили тёмно-синие или чёрные "камисимо" — традиционную одежду самураев, что они сражались с опасными магическими животными Первого Тура ледяными сюрикенами и огненными шарами. Поединок, проверка духа и мастерства, а также смерть в результате этого поединка считалась у них достойным завершением пути.

Другие команды сочли их их странными, непредсказуемыми, все понимали: они, возможно, самые опасные, потому что не боятся смерти. А такой противник непредсказуем.

Я проскользнула мимо и добралась до злополучного оврага. Вот бы выбраться сейчас из этого параллельного мира, да поскорее!

Начертала Руну Портал в "мой Хогвартс" — не сработало! Портал на Остров — не сработало! Даже будто током слегка ударило в предупреждение. Портал Куда-нибудь — ауч! Сильный щелчок током! Ладно, поняла, антипортальный блок. Совсем без настроения я поплелась обратно в Замок. Успела к завтраку.

За Гриффиндорским столом сидели группками. Я нашла знакомые макушки: Гарри, Рон, Кайл, рядом с ними Джинни (приветливая и скромная милашка) и Луна, которую здесь звали Полумна (слишком худая, замученная, с синяками под глазами и чрезмерно отстранённым взглядом). За Джинни сидели близнецы Уизли (я не сразу узнала их, так как никогда не видела с серьёзными и понурыми лицами). Самым неожиданным персонажем здесь был Драко Малфой. Я присела рядом и пригляделась. Нет, он не гриффиндорец, галстук на нём зелёный! Отчего же сидит за столом красно-золотых? И какой же он изнурённый и нервный. Словно бы Драко из Даров Смерти наложили на смешливого юного Драко первых серий — видеть это было больно.

За столом преподавателей было много незнакомых лиц. Узнала я лишь Флитвика и Грозного Глаза Грюма (здесь он, кажется, именно тот, за кого себя выдаёт, насколько я помню).

А потом мой взгляд упал на Дамблдора, и одного этого взгляда хватило, чтобы понять насколько он отличается от нашего. Этот Директор казался моложе, его лицо было лишено морщин — будто ни одна эмоция была не властна над ним. Его голубые глаза за полумесяцами очков были острыми пронзительными льдинками, он напомнил мне ледяного Короля Ночи своим беспристрастным взглядом.

Я поскорее отвернулась. Ребята меня не замечали, но по разговору я поняла, что все мы здесь из одной хогвартской команды, участвующей в Турнире.

— Гарри, привет! Напомни пожалуйста, почему мы в команде Турнира. Разве нет ограничений по возрасту?

Гарри вздрогнул и повернулся ко мне.

— Ух, Герми, я тебя не заметил! Память к тебе не вернулась? — зашептал он. Здесь вообще предпочитали говорить шёпотом, как я уже поняла, но сейчас это было на руку.

— В команду брали учеников с наименьшим количеством баллов. А у нас, как ты помнишь... вернее, как ты не помнишь, были проблемы и с баллами, и с отказом регистрировать наш Клуб. А без членства в каком-нибудь Клубе мы оказались изгоями, — грустно закончил Гарри.

Кайл Голден обвёл меня внимательным взглядом, хоть я с ним и не заговаривала.

Так, надо сосредоточиться на завтраке, там, впрочем, не на чём было сосредотачиваться. Горячий кипяток в глиняных кружках и плохо сваренная овсянка на воде. Всё. Ребята впихивали её в себя с большим трудом.

Я вздохнула. Вот не могу я не вмешиваться и не пытаться улучшать миры в большом и малом. Достала из Кармана пакетик с сухофруктами и баночку растворимого кофе.

— Хотите? Не помешает немного подсластить жизнь, — я протянула всей компашке угощение.

Меня тут же заметили и откликнулись разом.

Рон с энтузиазмом посыпал свою овсянку изюмом и черносливом, Гарри с благодарностью взял несколько фиников, Кайл не отказался, но взгляд его стал ещё более пристальным.

Даже Полумна с отрешённым видом насыпала себе в кипяток две ложечки кофе. Я разделила вкусняшки между всеми нами. Близнецы заулыбались, но опять не произнесли ни слова. Что-то зашевелилось в памяти: кажется они потеряли речь в одном из прошлых жестоких испытаний, которые устраивались несколько раз за год. Вот ведь местечко!

Вместе со всеми я отправилась на занятия. Мне повезло, что из-за Первого Тура на сегодня не было задано ни одного домашнего задания. Иначе что бы ждало не выполнившего? Розги? Плётки? Карцер?

Мы пришли в один из кабинетов (Джинни, Полумна, близнецы и Драко отделились от нас по дороге) и расселись. Рон, дружелюбно мне улыбнувшись, уселся со мной рядом. Пока преподавателя не было в классе, меня осенила гениальная идея! Зная себя, то есть, зная характер всех Гермион всех времён и народов, можно было предположить, что многие, если не все задания выполнены наперёд. И точно! Покопавшись в пергаментах, доставшихся мне в наследство, я нашла стопку непроверенных домашних заданий. Какое-то время выживу!

Прозвенел колокол и в класс вошла ... Мортиша Адамс. Ага, значит, у нас Некромантия или Основы Витальной Реактивности (как был озаглавлен учебник, который я нашла у прошлой Гермионы).

Она была высока, невероятно худа, и её чёрное платье с высоким воротником подчёркивало длинную шею и облегало идеальную фигуру. Лицо было бледным и интересным, с большими, выразительными глазами, в которых светился неподдельный, почти детский интерес к предмету.

— Доброе утро, мои юные друзья, — её голос был низким, бархатистым и невероятно чётким, — надеюсь, после наших последних занятий вы все уже позабыли вульгарные мифы об оживших мертвецах. Одной Труппы Танцующих Скелетов в магическом мире более чем достаточно! Сегодня мы переходим от теории к практике.

Заулыбавшийся было на шутке про скелеты класс напрягся.

Она провела длинной, тонкой рукой (на каждом пальце по два узких серебряных кольца) над столом. Из скрытого отсека поднялась платформа. На ней лежало тело гиппогрифа. Не живое, и не разлагающееся. Оно застыло в идеальном, безжизненном покое в результате мощного консервационного заклятья.

— Наша задача — аккуратно, не повреждая астральный каркас, извлечь три ключевых компонента, — с увлечением объясняла Мортиша. На доске появились строки:

1. Фантомную боль от ампутированного крыла.

2. Инстинкт узнавания своей территории.

3. Кинетическую память мышц о полёте.

Она взмахнула палочкой, и над телом возникли светящиеся энергетические узлы.

— Работайте чисто. Грубое вмешательство всё испортит, и вы получите лишь клубки бесполезной, истеричной энергии. Напоминаю: лучший результат в классе получит бонусный балл на доступ к защитному кристаллу для следующего испытания Турнира. Худший… — она улыбнулась, — лучше вам не быть худшим...

В воздухе повисло напряжённое молчание.

Наш стол стоял рядом со столом Симуса Финнигана, который уже с жадным блеском в глазах тыкал палочкой в грудь гиппогрифа, пытаясь грубо выдрать энергию. От этого исходили противные, рвущие слух визги.

Я закрыла глаза на секунду, отгородившись. Ладно, есть такое слово "надо" — повторила я присказку, которую всегда приводила как довод моя мама из прошлой (очень прошлой) жизни.

— Extracto memoria motus, — прошептала я заклинание, написанное тут же на доске, не рвя, а вытягивая энергию, как шёлковую нить. От гиппогрифа потянулся тонкий, серебристо-голубой шнур энергии. Его следовало поместить в прозрачный кристалл как во флакон.

Мортиша Адамс, бесшумно скользя между столами, следила за работой.

В конце урока на нашем столе лежали три наполненных кристалла , в то время как у Финнигана булькала и плевалась ядовито-зелёная субстанция. Мортиша подошла к нему и острым пером того же гиппогрифа надрезала кожу Симусу на тыльной стороне ладони.

— Если не сможешь излечить себя по материалу прошлой лекции, то будешь чувствовать фантомную боль в крыле до следующего урока, — произнесла она тем же прекрасным бархатным голосом. Лоб Симуса покрылся капельками пота, но он молча кивнул.

Бонусный кристалл получил, как ни странно, Гарри Поттер. Его кристаллы были самого чистого цвета.

— Интересно, — подумала я, — за Гарри в нашем мире отродясь никаких успехов, кроме квиддичных, не водилось, возможно это некромантическое наследие Певереллов?

* * *

Прокололась я на уроке Боевой Магии.

Вёл её Грозный Глаз Грюм местного разлива, и это было не занятие, а полевая тренировка на выживание. Его класс походил на разграбленную казарму, полную баррикад из опрокинутых парт и сколоченных на скорую руку укрытий. На голой каменной стене у доски была выжжена единственная надпись: "Выживает тот, кто атакует первым и без сомнений".

Едва его деревянная нога отстучала по камню коридора мрачный марш, и он переступил порог, занятие началось. Без приветствия, без вводных слов, Грюм просто начал метать заклинания. Резко, безостановочно, быстро.

Я замерла на мгновение, шокированная. Хорошо ещё, что руководствуясь "постоянной бдительностью", я заранее активировала Руну Защиты, поэтому имела возможность прикинуть тактику поведения. Щит, который давала эта руна был похож внешне на щит Протего, отличаясь лишь цветом и тем, что держался он на энергии Руны, а не моими усилиями.

А вокруг уже бушевал хаос. Опытные ученики отвечали: бросали в Грюма ответные заклятья, использовали для атаки и защиты всё подряд. Песок с полуразрушенного пола летел в глаза, тяжелые чернильницы и обломки парт неслись в него градом, все отступали за укрытия, стреляя оттуда.

Грюм, не меняясь в лице, лишь активнее вращал своим магическим глазом. И в разгар этой битвы он вбросил в класс новых бойцов — из клетки в углу вырвалась стая красных, клыкастых троллей-крыс. Попасть в этих тварей заклинаниями было трудно, да и бесполезно, так их было много! Ребята вокруг меня начали отбиваться от крыс и, пропуская молнии Грюма, падали сражённые.

Я так испугалась, что из всего своего арсенала рун вспомнила только Руну Страх (Ам-Ба), даже не начертила, а мысленно представила её облик, но с таким сильным посылом, что красные зубастые черти, подбежавшие ко мне, визжа разбежались в стороны. О, вибрации страха оказались мощным отпугивателем крыс!

Я огляделась... Кайл Голден сражался лучше всех, но постоянно бросал на меня уже не подозрительные, а гневные взгляды. Он явно чего-то ждал от меня...

Наконец, одно из заклятий Грюма, коварное и тихое, просочилось сквозь суматоху и полетело прямо в Кайла. Тот, не отрывая взгляда от меня, почти не глядя выставил щит. Заклятье разбилось о Протего с высоким, звенящим звуком.

Я сообразила, что оставшись стоять, привлеку к себе ненужное внимание, а потому под шумок пригнулась и аккуратно свалилась за одну из баррикад.

Тут же раздался хриплый, режущий голос Грюма, на секунду заглушивший грохот:

— Голден, ты выиграл! Убираешь класс. Остальные — на выход.

Ученики, постанывая и отряхивая пыль, потянулись к выходу. Кайл стоял неподвижно.

— Гермиона, — позвал он, и в его голосе не было вопроса, только приказ. — Ты не поможешь мне?

Я медленно кивнула, предчувствуя разборку. Как только дверь закрылась за последним учеником, в тот же миг я ощутила кончик его волшебной палочки у своего горла. Стало очень-очень страшно, но я старалась не показать этот страх, заставив лицо остаться спокойным.

— Кто ты такая?

— Как ты догадался?

Он секунду помедлил, но всё же ответил.

— У нас с Гермионой был контракт. По его условиям, она должна была защищать меня ценой своей жизни. Ты же даже не пошевелилась, когда в меня летело заклинание Грюма. Это окончательно тебя выдало. Хотя сомневаться я начал сразу, как только ты пришла в себя в том овраге.

Ах, да, контракт. Голден предложил его бывшей Грейнджер как покровительство маглорожденной, как наименьшее из зол, которое местная Гермиона приняла в целях защиты от более пугающих перспектив.

Я чувствовала его разочарование — не из-за потери подруги, а из-за утраты контроля. К власти над другим человеком привыкаешь. И он, без сомнений, сожалел об этом, даже если и не пользовался этой властью сверх необходимого. Но где вообще проходит эта грань в его мире?

— Я из другого мира и здесь не по своей воле, — сказала я, решившись на частичную правду, — попала сюда через портал во время того хаоса с драконом. Я умолчала о книге, о том, что знаю его историю. Это было бы последней каплей.

Он слушал, не двигаясь.

— Никогда не поверил бы, если бы... — он резко оборвал себя, сжав губы. Не хочет признаваться, что тоже не отсюда, ну, дело его.

— Предлагаю сотрудничество на доверии, — выпалила я, пока он не передумал, — ведь у нас одна цель на ближайшее время: пройти второе Испытание и, по возможности, с наименьшими потерями.

Уголок его рта дёрнулся.

— С доверием у нас здесь, — он обвёл рукой класс, полный разрухи, — сложности. Ладно. Считай, у нас перемирие.

— Как вы готовитесь ко второму Туру? Я могу предложить несколько идей из области, в которой сильна.

— И что же это за область? — он скрестил руки на груди, — явно не Боевая магия.

Я предпочла проигнорировать сарказм.

— Защитные Руны. Их преимущество в том, что щиты, неотличимые от Протего, за счёт рун держатся автономно. Это освобождает твоё внимание и магический потенциал для атаки, бегства или любой другой тактики. Ты можешь бить, пока твоя защита работает сама.

Он задумался, его острый ум уже просчитывал выгоды.

— Это имеет смысл, — признал он наконец, — обычно мы сражались, а твоя предшественница держала перед нами щит. Твой способ сделает нас мобильнее и освободит лишние руки. Как ты это воплотишь в жизнь?

Я позволила себе короткую, уверенную улыбку.

— Увидишь!