Кровь и чай (гет)

Глава 19. Маленький Драко

Прошёл месяц. Или больше. Я перестала считать дни.

Работа стала воздухом. Не смыслом — просто тем, что заполняло пустоту между пробуждением и отключением. Семь утра — больница. Десять вечера — дом. Кот. Душ. Сон. Повтор.

Я не пила больше. Не плакала. Не думала о нём.

Точнее — я старалась не думать. И у меня получалось. Почти.

Гарри звонил раз в два дня. Я отвечала через раз. «Всё хорошо. Работа. Да, ем. Да, сплю. Не вру». Он не верил, но не давил. Я ценила это.

Пэнси иногда приносила кофе в мой кабинет. Сама. Без Гарри. Ставила чашку на стол, молча кивала и уходила. Кофе был чёрный, крепкий, с корицей — мой любимый. Я так и не спросила, откуда она знает.

Рон присылал открытки из Франции. На одной был Эйфелева башня. На другой — Габриэль с каким-то огромным десертом. На третьей — просто подпись: «Держись, мы с тобой». Я улыбалась. Но не отвечала.

Драко… Драко был фоном. Голос за дверью кабинета. Фигура в конце коридора. Мы не пересекались. Я сделала всё, чтобы не пересекаться.

И это работало. Почти.

--

В тот день я заступила на смену в восемь утра.

План был обычный: обход, консультация, операция в одиннадцать. Ничего сложного. Рутинное проклятие второй степени. Я уже мысленно прокручивала схему.

В дверь постучали.

— Гермиона, — это была старшая медсестра, миссис Финнеган. Седые волосы, острый взгляд. — Срочный пациент. Мальчик, девять лет. Портальная магия.

— Симптомы?

— Внутреннее кровотечение. Проклятие неопределённого типа. Малфой поставил предварительный диагноз. Он сказал, что без операции не обойтись.

— Передайте ему, что я беру пациента. И пусть пришлёт полный анализ.

Миссис Финнеган кивнула и вышла.

Я встала. Надела халат. Проверила палочку.

Не думать. Просто работать.

--

В операционной пахло кровью и стерильностью.

Четыре медсестры. Мониторы. Два ассистента. Никакого Драко.

Я встала у стола.

Мальчик лежал на столе. Бледный. Светлые волосы прилипли ко лбу. Глаза закрыты — под веками залегли тени. Худой. Острые скулы. Длинные ресницы.

Я смотрела на него и не могла отвести взгляд.

Светлые волосы. Худой. Длинные ресницы.

Маленький Драко.

Тот, кем он был когда-то. До войны. До Пожирателей смерти. До всего.

— Диагноз известен? — спросила я, надевая перчатки.

— Портальное проклятие, третья степень, — ответил ассистент, молодой парень с веснушками. — Задело селезёнку и поджелудочную. Малфой подтвердил. Сказал, нужно вручную ушивать и снимать слой за слоем.

— Обычная магия не поможет?

— Проклятие блокирует.

— Тогда начинаем.

Я взяла палочку. Посмотрела на мальчика.

«Он не Драко, — сказала я себе. — Он просто пациент. Ты спасала и не таких».

Рука дрогнула.

Ассистент посмотрел на меня с тревогой:

— Гермиона? Всё в порядке?

— Всё в порядке. — Я выдохнула. Раз, два, три. — Начинаю.

--

Операция заняла два часа и сорок минут.

Проклятие оказалось хитрее, чем я думала. Оно не пряталось — оно врастало в ткани, как корни. Я снимала слой за слоем. Медсестры подавали инструменты — иглы, нити, зелья. Ассистенты держали поле и следили за пульсом.

Мы не говорили лишнего. Только короткие команды.

— Зажим.

— Перевязку.

— Ещё минуту.

— Держи.

К концу операции я перестала видеть в мальчике маленького Драко. Остался только пациент. Ткани. Сосуды. Проклятие. И я — та, кто умеет это снимать.

Когда я наложила последний шов, в операционной стало тихо.

— Есть пульс? — спросила я.

— Есть, — ответил ассистент.

— Кровотечение?

— Остановлено.

— Проклятие?

— Снято.

Я опустила палочку.

Всё.

Мальчик лежал на столе — живой. Бледный, но живой.

Маленький Драко остался в прошлом.

Я вышла.

--

В коридоре я прислонилась к стене. Холодной. Шершавой.

Операционная опустела. Медсестры ушли. Ассистенты разошлись. Где-то за дверью убирали инструменты.

Я смотрела на свои руки. Они дрожали. Мелко. Не от усталости. От того, что я только что поняла что-то важное.

Мальчик не был Драко.

Но он напомнил мне, зачем я спасаю людей. Не ради благодарности. Не ради чувства долга. Не ради кого-то.

Ради жизни.

А жизнь у меня была одна. И я тратила её на работу, на больницу, на мужчину, который…

Я закрыла глаза.

— Хватит, — сказала я тихо. — Хватит.

--

В тот же вечер я написала Гарри сову.

Я уезжаю в отпуск. Давно пора. Последний раз была семь лет назад. Дела передала заместителю. Не ищи. Вернусь, когда вернусь.

Гермиона.

Отправила. Не стала ждать ответа.

Я не знала, куда поеду. Не знала, на сколько. Не знала, что буду делать.

Но знала одно: так больше нельзя.

Кот спал на диване. Я погладила его по спине.

— Прости, — сказала я. — Но тебя я беру с собой.

Он мяукнул. Не спросил куда. Коты не задают вопросов. Это умеют только люди.

А я устала от людей.