Волшебство - это часть жизни (гет)

Я пью до дна печаль земную, То возлюбя, то возревнуя, Страстей неведомую силу, Путеводящую в могилу. Я пью дурман непреходящий, Уставший разум мой пьянящий, — Любовь, что с примесью отравы… О, как вы, друг мой, были правы!

Сегодня был долгожданный выходной.

Драко и Блейз решили провести этот день, отнимая очки у незадачливых гриффиндорцев, ну, и другим факультетам что-нибудь да перепадет. Они поднялись по лестнице на первый этаж, оставив приятную прохладу подземелий позади, и с удовольствием отмечали, как прямо перед ними расступались ученики, мгновенно затихая и отводя взгляд.

Прям праздник для малфоевского самолюбия.

Главный и, пожалуй, действенный урок, который преподал Драко отец, заключался в том, что можно вести себя как угодно, но с таким видом, будто имеешь на это право, и тогда люди решат, что так оно и есть.

И так оно и было.

— Стоун! — насмешливо произнес Блейз, обращаясь к девушке с черными волосами.

Она была с Пуффендуя. Грязнокровка, одевающаяся не лучше Уизли. Даже хуже.

Та вздрогнула. Обернулась.

На ней опять это дешевое маггловское тряпье, которое так выводило. Джинсы потертые, старые. Футболка. Определенно точно на размер больше.

— Чего надо? — смело произнесла она, вздернув подбородок.

Парней это изрядно повеселило.

— Где ты достала этот хлам? Отобрала у домовиков половые тряпки? — усмехнулся Малфой, Забини в это время присвистнул и дернул друга.

Тот сначала посмотрел на мулата, затем проследил за его взглядом.

Во дворик Хогвартса выходили Блэк и Грейнджер. Девушки смеялись и что-то оживленно обсуждали.

— Вы уже видели это, а? — раздался смеющийся голос Нотта, чьи руки повисли на плечах Малфоя и Забини, — Вполне не дурно, а?

Малфой сбросил руку Тео со своего плеча и лишь фыркнул.

Она изменилась.

Хотя бы потому, что стала носить платья и юбки, хотя раньше ее можно было заметить либо в джинсах, либо в черной школьной юбке до колена. Сегодня же это была белая юбка с высокой посадкой, сантиметров на 7 выше колена. Широкий коричневый пояс удачно лег на ее тонкую талию, а джинсовая рубашка, заправленная в юбку, смотрелась просто великолепно. Каштановые волосы, ставшие еще длиннее за лето, красиво спадали на плечи и спину, дополняя образ. Малфой даже не заметил идущую рядом Грейнджер. Так и вперил свой взгляд в так неожиданно преобразившуюся Блэк.

— А ты был прав, Блейз, — не унимался Тео, — Малышка действительно хороша.

Он облизнулся. Мать твою, он облизнулся!

Малфой раздражался. С каждой секундой все больше.

Черт возьми, да что с ним вообще происходит? С каких это пор она стала волновать его?!

Бред. Полный идиотизм.

Слизеринец, плохо понимая, что делает, направился прямиком к этим гриффиндоркам. Он понятия не имел, что сейчас скажет, но назад уже не повернешь. Они заметили.

— Какие люди! — усмехнулась Блэк, заметив приближающегося к ним парня.

Девушка подметила, совершенно случайно подметила, что Малфой значительно изменился за это время. Белокурые волосы были уже не такими длинными, поэтому он перестал зачесывать их назад, убирая челку набок, что шло ему гораздо больше. Парень стал гораздо выше. Он выглядел, как всегда, превосходно в черных прямых брюках, слегка зауженных к низу, бежевой футболке и куртке. Той самой. Которую он отдал Эни на 4 курсе.

В воспоминаниях тут же всплыл такой полюбившийся аромат малфоевских духов — дорогая кожа, мед и яблоки.

— Кланяться не обязательно, — усмехнулся парень, оказавшись уже совсем близко и яростно вглядываясь в глаза гриффиндорки, совсем не замечая грязнокровку, вздрогнувшую, когда он неожиданно оказался рядом.

Полюбившийся? Что?

Блэк, да у тебя поехала крыша!

Серые глаза тем временем просто пожирали ее. Интересно, что такого она успела ему сделать, раз его глаза просто швырялись молниями?

— Пф… — Анабель фыркнула и закатила глаза, — Король… вшивый.

— Блэк, не беси меня! — почти сквозь зубы прошипел слизеринец.

— Если ты не заметил, то это не я только что подлетела, как ураган, сметая всех и вся на пути, — съязвила девушка, стараясь выдержать его пронзительный взгляд.

Малфой бросил взгляд на запястье девушки и увидел надпись, словно вырезанную на руке.

— Я должна уважать старших, — прочитал парень и криво усмехнулся. — Слушай, что тебе советуют, Блэк! Старших надо уважать. Так что я готов прямо сейчас выслушать твои извинения! — с усмешкой в голосе проговорил Малфой и скрестил руки на груди, вглядываясь в возмущенное лицо гриффиндорки сверху вниз, — На колени можешь не вставать, достаточно просто извинения.

— Серьезно? — наигранно удивилась Анабель, — Ты разрешаешь мне не садиться на колени? С чего такие привилегии?

— Я сегодня добрый, — не обращая внимания на издевку девушки, продолжал усмехаться парень.

— Это так благородно, — она благодарно улыбнулась и приложила руку к груди на уровне сердца.

Грейнджер молчала, бросая взгляд то на Малфоя, то на подругу. Не зная и не понимая, что происходит вообще. И должна ли она вмешаться?

— Эй, Драко! — послышался голос Нотта, — А вы неплохо смотритесь вместе!

Анабель и Малфой резко повернули головы к нему. От таких яростных взглядов парень на секунду затормозил, но уже через мгновение стоял совсем рядом.

— Какого черта ты несешь? — разозлилась Эни, — Какого он несет, Малфой?!

— Нотт, — аристократ не обратил внимания на полукровку.

Внутри него все кипело и пришлось приложить немало усилий, дабы оставаться спокойным.

— Ты шибанулся, скажи мне?

Тео замялся под натиском взгляда слизеринского принца. Не дождавшись ответа, Малфой хмыкнул, про себя отметив, что такая реакция Нотта ему понравилась, и перевел свой взгляд на возмущенную гриффиндорку. Да, она определенно была возмущена, даже… скорее взбешена. Это позабавило принца.

— Блэк, — парень устало вздохнул, — просто заткнись и проваливай.

Ее брови вздернулись. Сказать, что она была удивлена, — ничего не сказать.

— Вообще-то это ты приперся сюда вместе со своими дружками, так что проваливай сам, ладно? — гордо задрав подбородок, выпалила она, сдерживая ярость.

— Знай свое место, — прошипел Малфой.

Вся смелость Эни пропала. Он сказал это так холодно, так зло, метнув в нее взгляд полный неприязни и отвращения, словно она падаль.

— Думай, с кем говоришь, иначе я… — но он не договорил.

Жгучая боль на левой щеке. Все замерли. Не только те, кто был рядом, но и зеваки, которые наблюдали за перебранкой. Эни вздрогнула. Она сама не поняла, что произошло. Взгляд испуганный, шокированный. Все произошло так быстро, Анабель сама не поняла, как сделала это. Она ударила его. Ударила Его. Она чувствовала, как правую ладонь жжет. Испугавшись своих действий, Эни резко одернула руку и сделала шаг назад, во все глаза уставившись на Драко и красный след на его щеке.

Малфой сцепил зубы, борясь с острым желанием уничтожить полукровку прямо здесь и сейчас. Пальцы то сжимались, то разжимались, а яростный взгляд метался по испуганному лицу. Драко знал, что не может оставить это так. Она ведь сделала это на глазах у всей школы, привлекая к нему ненужное внимание. Теперь он просто не мог не отреагировать.

Слизеринец плотно сжал губы, резко хватая гриффиндорку за ту самую правую руку и дергая на себя так, что Анабель буквально врезалась в его грудь носом, тут же попытавшись отпрянуть. Но он не позволил, лишь сильнее сжал запястье.

— Пусти, — шипит, словно змея, пытаясь вырваться.

А Драко продолжал смотреть, сжимая руку, наслаждаясь гневным выражением её лица, ощущая свою власть.

— Знай свое место, — выплюнул он наконец, выпуская её руку, разворачиваясь и уходя.

Анабель глубоко дышала, ярость уходила, постепенно оставляя пустоту. Девушка все еще не верила, что смогла ударить его, а он нет. Он отпустил. Не поднял руку. Это шокировало и пугало одновременно.

Малфой быстрым шагом направлялся в туалет. Ему надо было успокоиться.

Вокруг была тишина.

Лишь стук сердца и тихие шаги. Парень не понимал, что только что произошло. Почему он так взбесился вдруг? Почему повел себя так? Раньше он не наблюдал такого за собой…

Черт… Нет…

Он знал, знал, почему стал так срываться. Волдеморт… Чертовы пожиратели в мэноре все лето… Лицо матери все в слезах… она вся засыхала прямо у него на глазах. Все в ней отображало страх… И это паршивое ощущение собственной беспомощности… Пожирало… съедало изнутри… Мешало сохранять равновесие.

Наконец, парень добрался до мужского туалета, рывком открыл дверь и направился к раковине. Открыв кран, он быстро освежил свое лицо, дабы снять раздражение, надеясь, что сможет смыть свою собственную злость. Он только что чуть не задушил эту полукровку… Но ведь она сама вывела его, разве нет? Сама виновата. Пусть знает свое место. Никто с ним так не разговаривал. Никто! Только она. Даже этот очкарик Поттер не разговаривал с ним так, как это делала она. Ни разу. Ни единого, блин, раза. Как она делает это? Умудряется вывести его одним лишь словом? Как?

Драко глубоко вздохнул и прикрыл глаза.

«Малфой! — раздраженно кричала девушка, — Малфой, ты здесь вообще? Алле!»

Слизеринец вздрогнул, услышав этот голос в своей голове, словно она стояла совсем рядом. Парень даже обернулся, но никого не было. Он был в туалете совсем один.

«Может, прекратишь стоять там без дела и поможешь мне? Это, между прочим, и твоя работа тоже! — бурчала девушка, сидя на полу в пустом кабинете зельеварения и оттирая котел.

— Моя работа — следить, чтобы ты работала, Блэк, — усмехнулся парень, скрестив руки на груди и облокотившись о парту, — Три тщательней, справа пятнышко осталось.

— Тогда подойди и покажи, как надо!

— Убираться — женская обязанность, — отчеканил слизеринец, — ну, или домовиков.

— А мужская работа — сбагривать все на хрупкие женские плечи, верно? — съязвила она, хмурясь и оттирая пятно. — Не отвечай. Я итак знаю, что ты так думаешь. Очень благородно, Малфой!

— Думаю, в прошлом я был рыцарем, как считаешь? — с усмешкой в голосе подхватил он ее идею.

— В прошлом? — девочка приподняла правую бровь, затем встала и начала приближаться к парню, — В прошлом ты был не более чем… большим… толстым… жирным… склизким… и… противным… слизняком! — произнеся последнее слово, она ткнула Малфоя в грудь тряпкой так, что тот неосознанно взял ее»

Драко прекрасно помнил тот день. Это было на четвертом курсе, когда они в очередной раз повздорили на зельях. Еще до Святочного бала. Только на этот раз последствия их ссоры были действительно серьезными. Он затронул тему матери Эни, из-за чего она очень разозлилась и с яростью толкнула его котел. Слизеринец отскочить успел, а вот Гойлу повезло меньше.

«Медлительный кретин!» — думал про себя Малфой, ведь из-за этих последствий Снейп не только снял очки с факультетов, но и заставил их отбывать наказания, оттирая котлы как раз в выходной день.

Хотя Малфой должен признать, что провел эти несколько часов вполне недурно. Периодически кидаясь друг в друга оскорблениями и остротами, они умудрялись разговаривать и, что более странно было тогда, смеялись.

Драко вздохнул.

— Малфой! — раздался голос прямо за спиной парня, заставивший его вернуться из мира воспоминаний.

* * *

Анабель шла по школе, анализируя все, что произошло сегодня. Почему у нее такой неприятный осадок остался? Словно… словно это она во всем виновата… Но ведь это не так. Он просто не следит за языком. Вот и получил. Разве не так?

Конечно, так!

Нечего было так себя вести!

Анабель глубоко вздохнула и уставилась на свои туфли, стук ее каблуков эхом разносился по школе. Кого она обманывает? Пожалуй… ей не стоило вот так вот срываться… не стоило бить его. Надо было просто ответить тоже. Чем-то колким, чтобы ему было также обидно, как и ей. Надо было… Мерлин, да что происходит в этом году? Она только что защищала Малфоя? Если это и есть взросление, то, пожалуйста, верните ее обратно.

Размышляя над всем этим, она и не заметила, как возле туалета мальчиков собралась целая толпа, напряженно вглядываясь куда-то.

— Поттер! — раздался яростный голос слизеринца, — Проваливай отсюда по-хорошему.

Эни тут же поняла, в чем дело, и начала проталкиваться сквозь толпу.

— Это ты сейчас пойдешь! — приказным тоном глагольствовал Гарри. — К Эни! Извиняться!

— Что? — Малфой прыснул со смеху, — Чтобы я, Драко Малфой, извинялся перед гребаной полукровкой, которая не только свои действия, но и язык не может держать под контролем?

— Гарри! — возмутилась Эни и приблизилась к ним, — Что здесь происходит?

— О! А вот и виновница торжества! — продолжал насмехаться слизеринец, — Скажи-ка, Блэк, вас на гриффиндоре специально учат трепаться языком?

— О чем ты?

— Давай, включай невинную овечку, Блэк! — он не смотрел на нее, парень не спускал глаз с Гарри, — Только не говори мне, что это не ты побежала и растрепала всем, как плохой Малфой наказал тебя за твою истерику, Блэк. И это не ты натравила на мне своего дружка!

— Наказал за истерику? — взревел Гарри, — Да кто ты такой, чтобы вообще к ней прикасаться?!

— Гарри, не надо, — Эни пыталась его успокоить и встала между ними, обращаясь к гриффиндорцу.

— Да, Гарри, место! — не унимался Малфой.

— Прекрати, Малфой! — она обернулась на него, — Во-первых, я никому ничего не говорила! И, если ты не заметил, свидетелей было полно! А слухи распространяются по школе быстрее, чем ты можешь себе представить! — она злилась. Сильно. Ведь не рассказывала. — Так что прекрати гнать на меня беспричинно!

— А Поттера на меня тоже слухи натравили? — продолжал гнуть свое Драко.

Он держался на удивление спокойно, что нельзя сказать о Гарри. Тот был просто на взводе.

— Закрой рот! — рявкнул гриффиндорец. Он уже был готов накинуться на Малфоя, — Извинись перед Эни, немедленно!

— Гарри! — Эни схватила его за плечи, — Идем отсюда, пожалуйста.

— Так я должен извиняться или закрыть рот? — издевался слизеринец.

Его вся эта картина забавляла. Унизить Поттера перед всей школой… Что может быть слаще?

— Пусть извинится! — настаивал Гарри.

— Слушай, что тебе говорят, Поттер! Проваливай!

— Я сказал, извинись! — он оттолкнул Эни в сторону, наверное, просто по инерции, и сделал шаг к Малфою.

Слизеринец поджал губы, наблюдая за тем, как Эни стукнулась о раковину. Затем перевел взгляд на Поттера. Выражение лица Малфоя уже не было таким насмешливым. Нет. Его почему-то одолела неописуемая и необъяснимая злость. Захотелось размазать Поттера об эту же раковину.

— Вы на гриффиндоре все любите руки распускать?! — проговорил тот сквозь зубы.

Гарри уже было набросился на Малфоя, но Эни опять втиснулась между ними.

— Да прекрати же ты, Малфой! — умоляюще проговорила она, встав к Гарри спиной, — Прекрати!

— Да ты тоже истеричка! — насмехался парень, заметив отчаянный рывок Гарри прежде, чем Эни успела опять встать между ними, и не замечая ее слов.

— Перестань! — Эни толкнула слизеринца к раковине обеими руками в грудь, поняв, что еще немного и всё обернется дракой.

Драко делает несколько шагов назад и упирается спиной в раковину. Он устремляет свой взгляд в уже наполненные слезами глаза девушки и успокаивается.

— Перестань же, ну! — Умоляет она, продолжая держать руки на его груди, просто рефлекторно, наверное, боясь, что он сейчас ринется на Гарри.

Но Драко не двигается.

Он смотрит в её большие серые глаза, не такие холодные, как у него, а с голубоватым оттенком, напоминающим чистую воду морей. Он чувствует прикосновения её рук к своей груди и запах апельсинов и шоколада, окутавший его с ног до головы.

Смотрит, чувствует, вдыхает и успокаивается.

Вот так вот просто. Он никогда так быстро не успокаивался. Ничто так не действовало на него прежде.

Заметив, что Малфой успокаивается и выражение его лица становится спокойным, Эни оборачивается и смотрит на своего друга. Гарри, похоже, тоже перебесился, ибо руки уже не сжимались в кулаки, а лицо не было таким разъяренным. Анабель отстраняется от Малфоя, зарывается руками в свои волосы, глубоко вздыхает и прикрывает глаза. Ей тоже нужно было успокоиться. Просто немного тишины, чтобы она смогла расслабиться. Понять, что происходит.

— Эни, — хриплый голос Гарри отдает по вискам, девушка хмурится.

Парень осторожно подходит к ней и кладет руку на плечо. Гриффиндорка вздрагивает и резко отскакивает в сторону. Гарри изумленно смотрит на нее. Девушка выпрямляется, поправляет юбку, слегка отряхивая ее от невидимой пыли и, не сказав больше ни слово, выходит из помещения. Гарри бросил на Малфоя последний яростный взгляд, на что тот лишь закатил глаза, и выбежал вслед за девушкой.

Анабель медленно шла по школе, скрестив руки на груди и сильно сжав кулаки. Она была на срыве. Девушке совсем не нравилось то, что происходит. Она чувствовала всем своим нутром, что назначение Амбридж и вся эта суета с Волдемортом, нежелание министерства признавать Гарри — все это сыграет очень злую шутку. А плюс ко всему еще постоянные стычки с Малфоем, ее непонятное состояние, напряженность с Гарри — Эни просто выворачивало это, а ведь год только начался.

— Эни! — крикнул Гарри, догоняя девушку.

Она знала, что он идет за ней, слышала его приближающиеся шаги.

— Постой, давай поговорим.

— Не сейчас, Гарри, — устало вздыхает Анабель, глядя куда-то в пол и не останавливаясь.

— Брось, что происходит? — он не отставал, не останавливал, а просто шел рядом.

— Что происходит? — Анабель вдруг резко остановилась, — Что происходит?! Это я тебя хотела спросить, Гарри!

— Я за тебя заступился, а ты теперь меня упрекать собралась?

— Я вовсе не про это! Ты себя видел вообще? — Гарри молчал, ждал продолжения, Эни видела это, — Ты вечно срываешься и грубишь нам с Роном и Гермионой, ты оскорбил мать Симуса, ты бросаешься на людей, рвешь и мечешь.

— А как я, по-твоему, должен себя вести? — Гарри опять начал заводиться, — Все вокруг кричат, что я вру. И Симус в первую очередь!

— Как бы то ни было, Гарри, ты не имел права, — он фыркнул, Анабель старалась держать себя в руках, — Я повторяю, ты не имел права оскорблять его мать.

— Но Волдеморт жив! — он сорвался.

Сорвался на крик. Поттер истинно не понимал, почему его лучшая подруга сейчас заступается за них, за тех, кто против него.

— А они не верят, упрямятся, как стадо баранов!

— Гарри! — Эни старалась не повышать голос, но ей пришлось, чтобы друг перестал кричать на весь холл, — Как же ты не поймешь наконец, они не обязаны тебе верить.

— Что?

— Мерлин, Гарри! — Анабель глубоко вздохнула, пытаясь достучаться до разума друга, — Как же ты не понимаешь, что люди не обязаны слушать тебя и верить каждому слову только потому, что ты — Мальчик-Который-Выжил. Без доказательств. Только по словам 15-летнего мальчишки. Прекрати это.

— Я понял, — Гарри сжал губы, — Ты не веришь мне, верно? Что ж ты сразу не сказала? — он развернулся и направился в другую сторону.

— Ты же знаешь, что это не так! — крикнула она ему вслед, ощутив, как её медленно, но верно одолевает паника.

Он ведь был не прав. Она верила ему. Верила, больше, чем он мог себе представить.

— Послушай меня!

— Я уже все услышал, — он даже не обернулся, даже не посмотрел.

— Превосходно! — Эни всплеснула руками от возмущения и направилась в другую сторону.

* * *

Прошло две недели после стычки Гарри и Малфоя. Поттер все еще ходил злой и не разговаривал с Эни, сторонился. Это, несомненно, ее выводило, но она не могла ничего изменить, он избегал ее, не давал и слова сказать. Рон и Гермиона метались между ними, не зная, на чью сторону встать, кого поддержать.

Анабель шла на ЗОТИ, размышляя о том, что в этом году происходит в ее голове, с ее друзьями. Ей нужен был чей-то совет, потому что ссоры с Гарри ей совсем не нравились, Эни очень хотелось, чтобы кто-нибудь объяснил ей, что происходит, как ей быть. Девушка невольно вспомнила о своей маме…

Не хватало этого… Материнского тепла… Советов, разговоров по вечерам…

Анабель остановилась посреди коридора и прикрыла глаза…

Прозвенел звонок на урок. Эни зарычала и направилась в кабинет. Если раньше она мчалась на уроки защиты от темных искусств, то сейчас она шла медленно, без всякого желания.

Девушка подошла к двери и без стука распахнула ее, вошла внутрь, так и замерев на входе. Амбридж уже была в классе, а все сидели как-то по-другому. Гермиона сидела с Теодором Ноттом и явно была скованна, зажалась на самом углу парты, когда он развалился чуть не на всей территории. Рон — с Блейзом Забини, у Уизли уши были жутко красные, это означало, что парень в бешенстве, он бросал яростные взгляды в сторону мулата, а тот, в свою очередь, сидел с каменным лицом, словно он один за партой. А Гарри — с Пенси Паркинсон, эти двое были более-менее спокойны, однако, Пенси сидела и косилась на Малфоя все время. Ученики гриффиндора и слизерина сидели вперемешку, лишь один Малфой довольный развалился за партой.

Он был один.

— А, мисс Блэк, — скривив свои губы в улыбке, поприветствовала Амбридж, — Как раз осталось одно место. Пожалуйста, садитесь к мистеру Малфою.

Улыбка с лица слизеринца на мгновение пропала, но, когда он заметил шок и явное нежелание девушки сидеть с ним, расплылся в еще более довольной ухмылке.

Урок предвещает быть интересным.

Эни, наконец, отошла от шока и направилась к парте. Она села за стул, достала перо, лист пергамента, учебник и чернильницу, а затем, вздохнув, облокотилась на спинку стула, но в следующую же секунду отпрянула, вперив свой взгляд в Малфоя. Тот лишь подмигнул ей бровями все с той же ухмылкой на лице. Он расслабленно сидел на стуле, облокотившись о спинку и положив правую руку на спинку стула Эни.

— Убери руку, будь добр, — стиснув зубы, прошипела девушка.

— Не-а, — Малфой прикусил нижнюю губу, довольно наблюдая за возрастающим раздражением на лице девушки.

— Малфой, — предупреждающе прошипела она.

— Что? — наигранно удивился парень.

— Убери руку.

— Да брось, Блэк, — он посмотрел на Амбридж, которая что-то говорила у доски, — ты можешь облокотиться на мою руку, я не против.

— Я против!

— Пф… считаешь себя недостойной дотрагиваться до меня? — он изогнул правую бровь.

— Пошел ты.

— Понял, — он расплылся в ухмылке и, заметив настороженные взгляды ее дружков, убрал руку, придвинулся к уху гриффиндорки и прошептал, — ты смущаешься, верно?

— Вовсе нет, — Анабель старалась сохранить невозмутимость, однако чувствовала, как ее щеки начинают краснеть.

— Ты покраснела, — совсем тихо добавил он, опаляя кожу лица горячим дыханием.

Девушка чувствовала, как его дыхание обжигает ее кожу. Она становилась еще краснее.

Слишком близко.

Слишком рядом.

Жарко.

Анабель замерла и крепче сжала в руке перо, смотря куда-то перед собой и боясь пошевелиться. Малфой усмехнулся и отстранился от девушки, приняв прежнюю позу.

Прошло около 35 минут с начала урока, Малфой сидел все в той же позе и вяло слушал профессора. Он перевел скучающий взгляд на Эни, которая так и не облокотилась на стул, сидела прямо и быстро строчила что-то.

Она была напряжена.

Видимо, устала так сидеть. Парень невольно перевел свой взгляд на лицо девушки. Брови были нахмурены, а ее маленький аккуратный носик смешно морщился, что не могло не вызвать ухмылки на лице блондина. Ресницы, длинные, сейчас слегка подрагивали. Опустив глаза ниже, он засмотрелся на ее губы, пухлые, слегка приоткрытые.

— Не устала еще? — тихо спросил он, Эни вздрогнула, перо в руке остановилось, — Так сидеть?

— Ты же не убираешь руку, — не оборачиваясь, проговорила она.

Парень нахмурился, затем медленно убрал руку со спинки стула девушки.

— Ну? Я убрал руку.

Анабель не сказала ни слова и осторожно облокотилась на спинку, чувствуя, как все тело расслабляется, она вздохнула.

— Легче? — усмехнулся парень, скрестил руки на груди и уставился на Амбридж.

— Чего тебе надо? — вопросом на вопрос ответила девушка, так же уставившись на преподавателя.

— Не хочешь извиниться? — поинтересовался он.

— За что?

— За то, что ударила меня, конечно, — усмехнулся слизеринец, девушка фыркнула и покосилась на своих друзей.

— Ты заслужил, — произнесла она, наблюдая, как Гарри морщится от слишком близко сидящей к нему Паркинсон.

Запах ее духов был слишком сильным и доходил даже до Эни, понятное дело, что Гарри противно, уверена, у него будет болеть голова весь день.

— Неужели?

— Да.

— Ну ладно, — парень вновь положил руку на спинку стула девушки, та вздрогнула и тут же отстранилась.

Слизеринец усмехнулся и прикусил губу, замечая, что гриффиндорка опять начинает краснеть.

Когда, наконец, прозвенел звонок, Анабель пулей вскочила со своего стула, собрала вещи и вылетела из кабинета. Ей хотелось как можно быстрее оказаться в спальне, но ее окликнул Гарри.

— Эни, подожди, — он догнал девушку, они остановились.

Парень тяжело дышал. Ему явно пришлось бежать за ней.

— Ты что-то хотел? — она недоверчиво смотрела на друга, наблюдая, как парень нервно теребит ремень своей сумки.

— Да, слушай, я хотел… — он замялся, Эни приподняла бровь и выжидающе смотрела на него, — Мм… В общем, я погорячился тогда… извини, ладно? — произнеся последние слова, он с надеждой посмотрел подруге прямо в глаза.

— Нет, это ты прости, — на лице девушки непроизвольно появилась широкая улыбка.

Гарри облегченно вздохнул и улыбнулся девушке.

— Ты куда так спешила?

— В башню гриффиндора, — ответила Эни, — пошли вместе?

— Да, — Гарри закинул свою руку ей на плечо, и они пошли в сторону башни, разговаривая и обсуждая события последней недели.