Черный чай с бергамотом (гет)

В одну из ночей Аанг бесследно пропал. Команда искала его по всему острову.

Поиски превратились в сплошную гонку со временем — Аватар исчез, словно испарился, а Комета Созина уже окрашивала небо в тревожные багровые тона.

Кайли чувствовала себя отвратительно. Всю дорогу на Аппе её штормило: походная еда вызывала отвращение, голова кружилась, а в меридиане Ци та самая упрямая струйка энергии пульсировала всё настойчивее. Но девушка лишь зло стискивала зубы, пила ледяную воду и упорно игнорировала сигналы своего тела. Сейчас, когда на кону стояла судьба мира, она не имела права расклеиваться. Она — универсальный боец, и точка!

Когда поиски привели их в лагерь Ордена Белого Лотоса под Ба-Синг-Се, Кайли впервые за долгое время позволила себе улыбнуться. Наблюдая из глубины палатки, как плачущий Зуко просит прощения у дядюшки Айро, и как старик крепко, с отцовской любовью прижимает его к себе, Кайли почувствовала, как по их общему каналу энергии пронеслась волна облегчения. Главная рана её Искорки наконец затянулась.

Но передышка была недолгой. Накануне прилёта кометы силы разделили. Дядя Айро отправил Зуко лететь в Столицу Нации Огня, чтобы занять трон и остановить Азулу. Катара вызвалась лететь с ним. Кайли собиралась шагнуть следом, но Зуко перехватил её за плечи. Его золотые глаза смотрели на неё с такой неистовой, отчаянной мольбой, какой она ещё никогда в них не видела.

— Кайли, прошу тебя, останься с Соккой и Тоф! — его голос дрожал. — Я умоляю тебя. Азула безумна. Если она поймёт, насколько ты мне дорога, она не побрезгует ничем, чтобы убить тебя прямо у меня на глазах. Пожалуйста, лети с Соккой. Так я буду знать, что ты за спинами моих друзей.

Девушка смотрела на его напряжённое лицо, чувствовала его страх за нее и ей ничего не оставалось делать, кроме как согласиться. Она кивнула, подсознательно чувствуя страшную опасность, которая нависла над всеми ними.

Флот дирижаблей Озая они настигли в облаках. И вот тут Кайли воплотила всю свою тревогу, тоску и стресс в один смертоносный клубок. Она рассекала врагов направо и налево. В её руках порхали парные палаши Дао — те самые, которыми Зуко когда-то орудовал в образе Синего Духа. Кайли, будучи амбидекстром, идеально владела обеими руками: палаши свистели в воздухе, а метательные иглы находили щели в доспехах магов огня, безупречно перекрывая их Ци. Она прикрывала спину Тоф, ловила Сокку, но с каждым движением внутри неё росла странная, свинцовая тяжесть.

Когда последний дирижабль был уничтожен, а флот Озая превратился в груду дымящихся обломков, Кайли обессиленно упала на выжженную землю Царства Земли. Оружие со звоном выпало из её рук. Её буквально вывернуло наизнанку — дикий, непреодолимый приступ тошноты и слабости сковал все её тело судорогой. Она дышала через силу, упираясь ладонями в грязь.

И в этот самый момент, на другом конце мира, в Столице Нации Огня, Азула, проигрывая Агни Кай, подло направила ревущую ветвистую молнию прямо в стоящую в стороне Катару.

Зуко не раздумывал. Он прыгнул наперерез.

В ту же секунду в Кайли словно ударил такой колоссальный, разрывающий сознание разряд, что мир вокруг неё померк. Она физически ощутила, как миллионы вольт чудовищного синего электричества прошивают грудь Зуко, разрывая его энергетические каналы.

Они испытали этот удар одновременно. На огромном расстоянии друг от друга, Зуко и Кайли рухнули на землю, оказавшись у ворот смерти... Каналы Ци обоих разрывались на куски, жизненная энергия вытекала с бешеной скоростью, как сквозь решето. Сознание угасало, погружаясь в ледяную тьму.

И именно в этом полузабытьи, уже угасающими искрами разума, Кайли вдруг почувствовала, что в самой глубине её Жень-май — Зачаточного канала, реки энергии Инь — та самая тонкая струйка энергии отчаянно, из последних сил борется за жизнь. Она пульсировала дико, яростно, цепляясь за угасающую Ци травницы, пытаясь удержать её. И Кайли, уже проваливаясь в беспамятство, с первобытным, ошеломляющим ужасом наконец-то поняла, что это за энергия.

Ребёнок.

Зачатый в ту ночь, в лесу над Западным Храмом Воздуха, их с Зуко ребенок…

Тьма поглотила её, но всего на пару минут. Кайли резко пришла в себя от жгучей, невыносимой боли в груди — её сердце завели, будто надломленный механизм. На другом конце мира Катара, наконец-то нейтрализовав и связав обезумевшую Азулу, в слезах подбежала к умирающему Зуко и прижала ладони с исцеляющей магией воды к его разорванной груди.

В этот момент в голове юной волшебницы воды набатом, сквозь тысячи километров, прозвучали далекие, но предельно четкие слова Кайли: “Катара... Прошу тебя, как любящая женщина любящую женщину — верни мне мою Искорку живым! Пожалуйста!”

Катара вздрогнула. В её глазах заблестели слёзы. Она поняла, что не имеет права ошибиться.

Вложив всю свою душу, всю силу океана и все свои способности до последней капли в это исцеление, она заставила золотое пламя внутри сердца принца вспыхнуть вновь. Зуко сделал глубокий, судорожный вдох.

Далеко, на выжженном поле Кайли тоже резко вздохнула, прижимая дрожащую ладонь к животу. Этот упрямый ручеек энергии продолжал жить!

Они выжили.

Все.

А над бушующим океаном, посреди объятых пламенем скал, в этот же час решалась судьба всей столетней войны. Аанг, вошедший в состояние Аватара, колоссальными кольцами стихий вжимал Озая в каменные стены. Но вместо того, чтобы нанести смертельный удар, мальчик-монах, от которого сейчас зависела жизнь всего мира, подчинил себе саму энергию тирана. Вспышка синего и золотого света озарила небосвод, когда Аанг, используя древнюю магию Львиных черепах, навсегда лишил Озая его огненной силы.

Тиран упал, став обычным, бессильным человеком. Столетняя война была окончена!