Лампочка ИЛЬИЧА или Повесть о любви с непредсказуемым сюжетом (джен)

После побоища, учинённого люберами, начался праздник урожая мин.

Сам Геббельс благословил празднование этой «масленицы», во время которой следовало сбрасывать бомбы на тех, кто посягает на нашу священную державу. Особого внимания удостаивались «ночные ведьмы», наносившие существенный урон гитлеровским захватчикам.

Под влиянием жидкого кобальта, который добывался в глубине сибирских руд, жители Руанды объедали всех встречных сурикатов, испытывая невероятные муки совести перед организацией ЮНЕСКО. Костоправ Нахимович, выпив чарку «Мадейры», отправился по окрестностям осматривать достопримечательности Царского Села.

Яков Блюмкин на всякий случай отправился с ним, прихватив с собой маузер, объясняя свои действия тем, что не перевелись ещё гопники, о которых пел в своих песнях легендарный Майк Науменко. Доктор Бармалей заявил, что ему тоже не помешает свежий воздух Абхазии, и уехал в Анталию. Анастасия Батьковна осталась дома, готовя очередной обед к нашему приходу. Бледный географ отправился за новым глобусом, торжественно пообещав, что уволится с работы, где «выносят мозги жидким кобальтом», который, кстати, помог однажды большевикам захватить всю власть Советам. Барсук очень любил вспоминать об этом, настаивая на том, что глава Временного правительства и так бы сдал Россию с потрохами. Свежие потроха продавал на рынке труда министр образования (ни то мужчина, ни то женщина — примечание), заявляя, что скоро вернут в учебную программу этику и психологию семейной жизни. Группа «Тараканы!» только рассмеялась такой инициативе. А оленевод Бердыев послал всех наших чиновников «на шесть букв», т. е. в тундру.

Племянник тёти Аси уехал на время на историческую родину, где познакомился с одним охранником, назвавшим одного из невоспитанных жителей Северной Африки «папуасом, бл…ь». Охранник тут же стал героем дня и интернета. Звали его Сергей Афанасьевич, храни его Аллах. А крокодил Бюль-Бюль Оглы принялся консультировать Гобелена Марковича Ящикова по поводу выпускаемой в ближайшем будущем книги «Приёмы управления гиперсексуальностью в условиях ограниченного круга представителей противоположного пола». Книга должна была поступить в продажу в Саудовской Аравии. Вскоре арабские шейхи полностью раскупили тираж вместе с тиражом «Спортлото-82». Иван Израилевич пошёл за хорьками в тайгу, в район Разлива. Самолёт из Рио наконец-то вылетел с грузом «КамАЗов».

Вероника Маврикиевна ждала своего часа, но долгожданный час оказался не тот. Пришлось вызывать старушке совершенно другого доктора — доктора Кальтенбруннера.

Штирлиц тем временем пробирался к нашим. Никто не мог предугадать, куда приведёт его тропинка: в КГБ или МИ-6.

«Долго к нам подбирался, змей», — сухо прокомментировал всю эту историю Средних веков Григорий Качкаев (славный малый, но чего-то зачастивший по врачам, наверное, к симпатичным докторшам).

Дьявольским зноем наполнен был воздух, когда ночью наши «слили» матч и Вероника Маврикиевна поругалась с Ящиковым. Ящиков хотел возразить, но тут за Мезозойскую заступился вновь Чебурашка, заявив, что Ящиков шёл к себе в «долгий ящик». Назло заступнику Чебурашке Ящиков приволок нам ящик Пандоры. Долго рассматривая сей предмет, Иван Израилевич открыл его. Оттуда в полном составе вывалилась группа «Pandora» и отыграла нам целый гастрольный тур по городам Японских островов. Японские самураи, отдавая должное действиям холериков (страдающие холерой депутаты сейма), понаделали харакири, название которой понравилось музыкантам группы «Пикник». А альбом вышел в 1991 году. Гобелена Марковича долго журили в жюри конкурса недокументальных фильмов о разлуке с операционными системами «Windows», особенно «полоскал» его некий Билл из рода Гейтсов.

— А вообще откуда у вас привычка каждый раз стреляться? — спросила как-то на досуге у дяди Дони Бабаягова.

И дядя Дональд поведал нам романтическую историю про клей «Клео». Вот как это было…

Пошёл как-то за клеем гражданин Кузнецов, дабы наклеить обои в квартире Хармса. Во время ремонта большинство хозяев задаётся вопросом, какого типа обои купить и какому оттенку отдать предпочтение. Редко кто задумывается о клее. А зря! Ведь именно от того, насколько качественно будут приклеены обои, во многом зависит эстетический вид комнаты. Даже самые дорогие и эксклюзивные обои легко испортить некачественным клеем. А самый лучший клей можно попросту вылить, если он неправильно разведён или не соблюдены условия его хранения.

Чтобы избежать подобных проблем, нужно ознакомиться с существующими видами клея и выбрать наиболее подходящий. А тут попался «Клео», а именно его разновидность, которая предназначена для флизелиновых обоев — Kleo Extra.

Но в рассказ вмешался великий Чармс Шардам из «Школы клоунов», грозно заявивший, что пока пишет про Кузнецова, никто не имеет права читать вслух. Вознесенского тоже не принято было читать вслух — мухи засмеют.

— Вот рассказать про далёкого предка дяди Дони вполне могу, — мягко добавил Хармс, глядя на нас хитрым прищуром и несколько сутулясь.

Вокруг него собрались все мы. Прибежал из Израиля племянник тёти Аси, негр ведь. Ему всегда было интересно слушать. Ювачев-Хармс вдохновенно начал повествовать:

— Несколько тысяч лет назад, когда деревья были большие и растабайки соблюдали ПДД, предок дяди Дональда по имени Шмаровоз Трамп-престарший во время Великой депрессии захотел накормить кашей голодных гризли. Но человек этот носил очки, и вот однажды он их забыл, когда выходил из личного поезда Нестора Махно (уникальный человек — анархист из Гуляйполя). Пришлось человеку с миопией идти в магазин промтоваров Бахрейна. Сослепу Шмаровоз взял две-три пачки, как он думал, каши «Семь злаков». Придя в проклятый старый дом, где взаперти сидел «старик слепой и жутко злой», предок Дони принялся варить кашу для арестантов-гризли. Подойдя к кастрюле кладбищенского сторожа, Шмаровоз засыпал туда содержимое порошка (он-то думал, что это каша «Семь злаков» — примечание), налил воды и поставил греться. Закипев, содержимое коробки начало издавать некий малопонятный запах. Запах был похож на запах, который остаётся после наклейки обоев на Стену Плача. Прибежал на запах троюродный дед Шмаровоза, Шэдоуз Трамп, и спросил, а что это за интересный запах, который напоминает запах из-под коротких юбок старшеклассниц аниме. Шмаровоз обиделся, взял кастрюлю кладбищенского сторожа Сосуна Сосфеновича, уехал в город Бикин и доварил там кашу, которая была не каша. Сам город Бикин был назван в честь проходящего кинофестиваля бикини. А руководила городом Биканаева Адель (МБОУ «Школа №110» имени Героя Советского Союза, лётчика-космонавта С. И. Иванченкова — примечание). Ну, это неважно. Важно то, что каша «Семь злаков», которая была не кашей «Семь злаков», была готова. Обрадованный такому раскладу дел («дело Бейлиса», 1913 год), Трамп-престарший пригласил к столу всех голодных и рабов Афин. Афиняне, поев «каши», скончались от дизентерии. Комиссия УЕФА по расследованию массового отравления имени Марии Медичи установила, что предок дяди Дональда варил не кашу «Семь злаков», а обойный клей для флизелиновых обоев марки «Клео». Не дождавшись трибунала из Гааги, господин Шмаровоз застрелился из Царь-пушки мастера Андрея Чохова. С тех пор все далёкие и не очень потомки Шмаровоза Трампа-престаршего всегда стреляются. Кто во что горазд.

Милые мои хорошие слушатели! Никогда не путайте кашу с обойным клеем, тем более что фирма-изготовитель из Франции на оборотной стороне упаковки вписала надпись: «Внимание! Не употреблять в пищу. Не давать детям».

Дядя Дональд при таких словах хотел в очередной раз застрелиться, но пролетавший мимо по дороге на Алтай орёл нагадил ему на голову. В адрес Дони послышались ржание гнедых коней, мыльных пузырей и остальных людей.

В адрес Хармса раздались аплодисменты и выстрелы из охотничьего ружья. Это охотился на песцов товарищ Бердыев — хитрый оленевод.

На другом проводе телефона сообщили, что колорадские жуки объели весь картофель на полях Лиги Европы. А канадские «клюшкобразы» понуро покидали полуфинальный матч, продув его «альпийским сыроедам» из Монтрё.

К концу мая поползли слухи: в Подмосковье завелись медвепуты. Слухи распространяли торговцы из Биробиджана, за что их привлекли к ответственности за оскорбление властей.