Кибертронский Райтобер 2024 (джен)

Перонаж — оригинальный. Кибертрон времен МТМТЕ

Он проезжал мимо этого переулка несколько раз за день во время патрулирования. Это был даже не переулок, а узкий проезд между двумя зданиями…точнее, бывшими зданиями. Они давно лежали в руинах, и никто не знал, когда до них дойдут руки — снести к шаркам и построить на этом месте что-то новое. С некоторых пор ему хотелось, чтобы руки не доходили как можно дольше.

Это случилось меньше года назад. Он уже собирался возвращаться в участок, когда услышал отдаленные голоса — из того самого проезда. Конечно, он решил, что там происходит какое-то сборище, наверняка противозаконное — иначе зачем шариться по развалинам? Он трансформировался и с пушкой наизготовку скользнул в темноту. Голоса звучали все ближе, он уже мог разобрать отдельные слова, но когда он подумал, что вот-вот наткнется на тех, кто так неумело прячется, то наткнулся… на стену. Точнее, сплошной завал из рухнувших блоков и скрученной арматуры. Ни прохода, ни тем более двери… Между тем, голоса звучали словно из-за совсем тонкой перегородки — спокойные, беззаботные, иногда веселые, порой даже слышался смех. А еще он различал шаги, далекий звук проезжающего монорельса (в этих местах — он знал точно — его еще не запустили заново), иногда кто-то явно проезжал мимо в альтмоде… Обычный шум города, живущего нормальной жизнью.

Шлак, да ничего подобного не было даже в полностью восстановленных районах, не то, что тут! Айакон был даже не призраком себя прежнего, а какой-то злой карикатурой. Как глупо было верить там, на забытых Праймусом, опаленных взрывами планетах и астероидах, в коротких промежутках между боями, что вот стоит победить — и все сразу станет хорошо. Ну, нет, не сразу, конечно, раны слишком глубоки, но с каждым днем все будет становиться лучше и лучше. Ничего подобного. Город, конечно, поднимался из руин — очень медленно, но неуклонно. Но не было чего-то главного. Не было настоящей жизни. Словно бы какой-то безумец ремонтировал и подновлял лишенный искры мертвый корпус. Хуже всего было стелющееся над улицами словно бы осязаемое уныние, смешанное с недоверием и тихой злостью. Он был потрясен, когда осознал, что их победе не очень-то и рады — и не бывшие десептиконы, их сюда и близко не допускали, а обычные нейтралы. Да и некоторые победители, даже прославленные герои, как-то ушли в тень, а то и потихоньку поснимали знаки. А еще он понял, что их брата — полицейских — не любят как-то особенно. И… боятся, что ли? Шлак, он никогда не разбирался в политике, он хотел только одного — служить своему городу и своей планете, хранить и защищать… Теперь же он чувствовал себя чуть ли не захватчиком — как было написано на плакате у одного городского сумасшедшего, который потом покончил с собой, затрансформировавшись до смерти…

Он слушал и слушал обрывки разговоров за стеной — говорили о гастролях какой-то знаменитой группы, о прошедших больших гонках, о каких-то экспедициях — вернувшихся и улетающих… Когда внезапно все смолкло и упала глухая тишина, он осознал, что его лицо мокрое от омывателя, а пальцы ужасно болят — он царапал ими перегородившие проезд обломки…

Это повторялось еще несколько раз — всего пять или шесть. Он сперва подумывал перевестись на другой участок, но его властно тянуло сюда. В редкие моменты, когда ему удавалось снова расслышать неведомую и невидимую жизнь, он растворялся в странной смеси счастья и боли, таких сильных, что ему казалось, что его искра не выдержит и взорвется. Он никому и никогда не рассказывал обо всем этом — решили бы, что он неудачно шутит или отправили к мозгоправам. Он сам подумывал обратиться к одному из них, хотя бы к этому…. Рангу, которого хвалил кто-то из его коллег. Но узнал, что Ранг пару месяцев назад вдруг решил отправиться в какой-то безумный квест с дикой компанией, годившейся ему в пациенты, а больше он никого из этой братии не знал…

В тот — последний — раз он вдруг услышал имя Мегатрона, вздрогнул и выкрутил чувствительность аудиосенсоров до предела. Какие-то мехи солидно и серьезно, но с большим воодушевлением обсуждали скорое возвращение Ориона Пакса с какой-то важной межпланетной конференции, где удалось подписать наконец договор о сотрудничестве. Пересилить недоверие органиков было непросто, но после того, как Мегатрон и войска под его командой быстро и решительно покончили с пиратством на оживленных торговых путях… Он впервые не смог дослушать до конца. Отшатнулся от корявой стены, будто она была раскалена добела, выскочил из темного проезда на тусклый свет, трансформировался и долго нарезал круги по маршруту, даже не пытаясь высматривать каких-то нарушителей…

Больше он так ничего и не услышал, хотя специально несколько раз останавливался у темного провала и ждал… А однажды в участке один из сослуживцев весело поделился новостью — тот район наконец будут реконструировать. Работы начнутся уже завтра, там все сперва выглядят в ноль, а потом построят новую полицейскую академию — давно пора, преступность растет, новичков не хватает, да и «старички» работают по наитию, а не по науке…

В тот же день он подал рапорт о переводе в космический патруль.