There and Back Again | Туда и обратно (джен)

Судя по всему, я ещё жив. И просто не верю, что мне снова приходится это делать, но, похоже, очередное длинное авторское предисловие неизбежно.

Прежде всего хочу ещё раз извиниться за долгую задержку с обновлениями TBA (да и вообще с моими фанфиками). Из-за пандемии и всяких сопутствующих неурядиц моё психологическое и эмоциональное состояние долгое время оставляло желать лучшего. К тому же в последнее время меня одолевали сомнения насчёт развития сюжета, ведь многие писали в отзывах, будто TBA всего лишь пережёвывает или насильно повторяет старые сюжетные ходы из книг (вроде тролля или Норберты).

Так что мне пришлось хорошенько заглянуть в себя и в то, о чём я пишу, чтобы найти силы твёрдо стоять на своём, какую бы критику мне ни сулило будущее. Быть может, однажды я оглянусь назад и подумаю: «И как мне только в голову взбрело, что это хорошая идея?!» Но на данный момент это лучшее, на что я способен, и я надеюсь, что читателям TBA этого хватит до самого финала истории. Тем, кто меня поддерживал, кто подталкивал становиться лучше и кто по-прежнему готов пройти со мной этот путь до конца (а семь книг — это ОЧЕНЬ долго!), выражаю невыразимую словами благодарность. Вы потрясающие.

Моя глубочайшая признательность дорогой бете, ac nelli, за её нелёгкий труд и поддержку. Спасибо также за добрые слова моим читателям, в особенности **general-thinks, PaintfullAMT23, Clarroxl** и **BiiaCrvlh**. Отдельное спасибо **Hippothestrowl** за отзывы с перчиком, задавшие мне жару. Надеюсь, ты помнишь то, о чём я тебе говорил. :)

И отдельный привет **London Knight** за вылавливание нестыковок в британских реалиях. Я уже не раз повторял: я не британец, поэтому тонкостей здешней культуры мне не постичь, сколько ни изучай материалы. Теория никогда не заменит личного опыта. В моих реалиях школьные каникулы начинались на рождественской неделе (то есть двадцатого декабря), а учёба возобновлялась в первую неделю января (в первый будний день после первого января). Просто к слову.

Ладно, хватит этой тягомотины.

Счастливого Хэллоуина!

Глава 15:

Золотые глаза

* * *

Дорогая Джинни,* * *

Прости, что долго не писал. Тут, в Хогвартсе, всё закрутилось кувырком, но ты шли мне сову в любой момент, как только захочешь. Эрролу, этому ленивому комку перьев, полезно размять крылья, да и весточке из дома я всегда рад. Надеюсь, ты там не слишком скучаешь одна, без других ребят для игр, пока Фосетты и Лавгуды в отъезде.* * *

Кстати, спасибо за новые перчатки к моему дню рождения. Мама в открытке черкнула, что ты помогала их вязать.* * *

Перси, Фред и Джордж устроили для меня небольшой праздник в Башне, и, признаться, здорово меня удивили! Собрались почти все гриффиндорцы, а близнецы даже ухитрились протащить в гостиную здоровенный шоколадный торт! До сих пор не раскалываются, как им это удалось. Но между нами говоря, им и не обязательно рассказывать. Помнишь наш маленький секрет?* * *

А теперь перехожу к самой трудной части письма. Хотелось бы писать только о хорошем, Джинни. Но раз уж тебе всё равно предстоит об этом узнать, пусть лучше ты услышишь это от меня. Твой брат-остолоп влип. По-крупному. Два дня назад мы — Гарри, Гермиона и я — попались вне спален после отбоя, и ох как нам досталось! Мало того что на нас наорали и влепили отработку, так мы ещё и лишили Гриффиндор пятидесяти очков. Каждый. Сто пятьдесят очков за одну ночь. Пишу это, а у самого внутри всё сжимается.* * *

Разумеется, теперь все на нас страшно злы. Да и трудно их винить, когда мы были так близки к Кубку школы в этом году. Не знаю, дойдёт ли до мамы с папой, но к Громовещателю я на всякий случай уже морально готов. Хочу лишь, чтобы ты знала: я полез туда не ради какой-то глупости. И уж точно не ради себя. Я бы с радостью объяснил тебе, почему мы вылезли ночью, но эта тайна не моя. Может, когда-нибудь и сумею рассказать.* * *

Сейчас мне остаётся только попытаться вернуть все потерянные баллы. Со временем эта буря, конечно, уляжется, но если вернуть Гриффиндор на первое место, то и пыль, надеюсь, осядет быстрее.* * *

Скоро напишу ещё, маленькая задира. Не давай гномам слишком больно кусаться! До встречи летом!* * *

С любовью,* * *

Рон* * *

Выручай-комната оставалась потрясающим местом даже для того, кто с пелёнок рос в окружении магии.

Просторное помещение превратилось в подобие гостиной «Норы»: потёртый дощатый пол, уютный каменный камин на известковом растворе, где весело трещало пламя прямо напротив мягкого старого дивана, пара кресел-мешков и несколько подушек на прямоугольном ковре в красно-зелёную клетку. Рон сидел на полу в одном из кресел-мешков перед кофейным столиком, на котором лежала раскрытая «Второй шанс», а на его лице застыла смесь досады и глубокой задумчивости.

С тех пор как Макгонагалл поймала их с Гарри и Гермионой, минуло уже три дня, но её гневная тирада до сих пор звенела у него в ушах, а от воспоминания о её ярости нутро до сих пор мучительно скручивало. Лицо старой ведьмы покраснело как спелый помидор, а сама она вытянулась в струнку, одеревенев настолько, будто готова была в любую секунду разлететься на куски (или взорваться). Рон был почти уверен, что от сокрушительной силы её бешенства воздух вокруг потрескивал и шипел магией. Она устроила им такую взбучку, после которой факультет не досчитался полутора сотен очков, Гермиона тряслась в слезах, а Гарри стоял бледный, ошарашенный и едва ли не насмерть перепуганный.

* * *

— Подумать только, вы трое — такие блестящие, многообещающие ученики! Вы полагаете, это даёт вам право шататься по замку, наплевав на школьные правила?! Никогда не думала, что вы разочаруете меня до такой степени, мистер Поттер, мистер Уизли, мисс Грейнджер! Полнейшее разочарование!* * *

С тем же успехом Макгонагалл могла бы ударить Гермиону в самое сердце ржавым ножом — именно так подумал тогда Рон. Из всех преподавателей Гермиона всегда больше всего восхищалась именно ею, и услышать от самой профессорши, насколько горько она в ней разочарована, для девочки было настоящим крушением мира.

Но как бы ни было тяжело Гермионе или кому-то из них, никто так и не назвал истинной причины, почему они слонялись по замку после отбоя — хотя задним умом Рон понимал, что, наверное, стоило бы. При всей его тёплой привязанности к Хагриду, полувеликан откровенно подставил их с этой историей вокруг Норберты, и Рона до бешенства злило, что лесничему всё сошло с рук, пока они расхлёбывали последствия его глупости.

Как и в прошлой жизни, гриффиндорцы встретили потерю баллов факультета ледяным презрением. Куда бы троица ни пошла, их преследовали отчуждённость, хмурые взгляды и язвительный шепоток за спиной, а некоторые и вовсе в открытую глумились над ними за то, что они лишили Гриффиндор отличного шанса взять Кубок школы. Даже сокурсники-первокурсники, за исключением Невилла, держались на приличном расстоянии — не столько со зла, сколько из нежелания попасть под перекрёстный огонь.

Рон полагал, что стоит радоваться хотя бы тому, что Гарри не пришлось терпеть напряжённое молчание в спальне: Симус относился ко всему происходящему довольно беспечно, а Дин и вовсе считал этот объявленный бойкот полнейшим идиотизмом.

И всё же эта история оставила на Гарри и Гермионе глубокий след — настолько, что им хотелось лишь сидеть тише воды ниже травы и дожить до конца года без новых неприятностей, напрочь забыв о расследовании вокруг Философского камня. Рон их понимал: он и сам покривил бы душой, заявив, что это его не задело. То, что Перси и близнецы явно избегали общения, царапало гораздо больнее, чем он показывал виду…

У Гарри с Гермионой, должно быть, ангельское терпение, потому что в отличие от них Рон и близко не собирался прощать Хагрида за то, что тот втянул их в это дерьмо. И хотя за последние дни его злость на великана немного улеглась, он всё равно держался подальше — на случай, если с языка сорвётся что-то непоправимое.

Но куда сильнее, чем на Хагрида, Рон ярился на самого себя.

Его друзья могли тешить себя мыслью, что сделали всё возможное в тех обстоятельствах, но, чёрт побери, они ведь всего лишь дети! Сам-то он в душе был взрослым мужиком, пусть и запертым в тщедушном теле двенадцатилетки, а вовсе не сопливым первокурсником, не смыслящим ни черта в тактике и стратегии!

Когда выдалась возможность всё обдумать, голову захлестнула волна вопросов. Как их вообще умудрились поймать? Неужели в прошлую субботу их подслушал кто-то ещё, помимо Малфоя? Почему они не настояли жёстче, чтобы Хагрид избавился от Норберты раньше? Почему не привлекли самого Хагрида к операции по выносу, раз уж по его милости им вообще пришлось тайком переправлять дракона? С какого перепугу Рон решил, что переправлять дракона своими силами — блестящая затея? У него ведь было полно времени подготовить нормальный план!

*Потому что я решил, будто в прошлый раз всё пошло наперекосяк только из-за забытой мантии. Потому что возомнил, что со всем справлюсь сам.* Рон с глухим рычанием потёр виски. *Что ж, блестящая работа, кретин безмозглый! Пошёл бы ты сразу к Дамблдору — и ничего из этого дерьма попросту не случилось бы!*

Мысль пойти к директору пришла задним умом, а ведь логически это было идеальным выходом. В отличие от Макгонагалл, Дамблдор наверняка сделал бы всё возможное, чтобы сплавить дракона подальше и при этом прикрыть Хагрида — учитывая, как старик благоволил полувеликану. А поскольку Гарри, Гермиона и Невилл пока ещё свято верили, что Дамблдор способен творить чудеса по щелчку пальцев, Рону не составило бы труда убедить их поступить именно так.

Так почему же он этого не сделал?

* * *

«Обожаю разгадывать загадки,* * *

— сверкнули в памяти насмешливые глаза Дамблдора. — * * *

Именно поэтому ты столь интересен».* * *

Рон уронил голову на руки. *Грёбаный Дамблдор…*

После случая с зеркалом он всеми силами старался избегать встреч со стариком. Задача не из трудных: Дамблдор всё-таки директор, и у него полно дел поважнее, чем ломать голову над мальчишкой, показавшимся ему занятной головоломкой. Однако в стремлении держаться от него подальше Рон упустил из виду, насколько проще и практичнее было бы просто рассказать директору о Норберте. В своей опрометчивости он позволил страху и тревоге заслонить лучший ход на доске.

И какой шахматист так поступает?

*Только неудачник.* Рон нахмурился, с силой вдавив большой палец в переносицу. *«Шахматы — это не только чистая стратегия, но и умение запугать противника», — говаривал дед.*

Уроки Септимуса Уизли, оставшиеся в каком-то бесконечно далёком прошлом, вихрем пронеслись в голове.

* * *

«Тот, кто первым дрогнет за своего короля, обречён на поражение».* * *

«Одна фигура, один-единственный ход способны обернуть партию матом или триумфом».* * *

Рон стиснул кулак и снова перелистнул страницу тетради с надписью «Второй шанс».

*Я слишком расслабился.*

Перо со скрипом прошлось по пергаменту.

*Знание будущего вскружило мне голову. Боясь изменить ход времени, я стал слишком пассивным.*

*Случись это на войне — все мои друзья были бы уже мертвы.*

В памяти вспыхнул образ: Гарри, лежащий лицом кверху со сбившимися очками, глядящий в пустоту небес незрячим стеклянным взором. Рон до хруста сжал перо в пальцах.

*Я этого не допущу. Хватит вести себя как ребёнок, Рональд. Пора включить мозги шахматиста.*

До конца учебного года и неизбежной стычки с Квирреллом оставалось ещё несколько месяцев. Пристроить Норберту с помощью Дамблдора не вышло, но с марионеткой Волдеморта-то он сможет подсобить?

*Легко сказать.* Рон постучал новеньким сменным пером (спасибо тебе, Выручай-комната) по обведённой фамилии «Квиррелл» в блокноте «Второй шанс». *Не могу же я просто заявиться к Дамблдору и выпалить, что в Квиррелла вселился Тёмный лорд. Можно было бы предложить сорвать с него тюрбан — вот вам и все доказательства, — но тогда посыплются лишние вопросы. Откуда я вообще об этом пронюхал? И стоит ли поднимать вокруг себя такую шумиху?*

Рон дал себе пощёчину. Самую настоящую. *К чёрту всё! Хватит уже трястись, как бы не привлечь к себе лишнего внимания! Если это лучший выход, клянусь Мерлином, Рональд, ты доведёшь дело до конца!*

И ведь это действительно было лучшим выходом. Если вывести Квиррелла на чистую воду до конца года, Гарри с ребятами не придётся прорываться сквозь полосу препятствий, охраняющую камень. Что плохого в том, если Гарри не встретится с Волдемортом (или с тем жалким ошмётком ублюдка) в этом году, как было предначертано? Кошмаров с Василиском и крестражем Риддла ему на втором курсе всё равно с головой хватит.

*Кстати, об этом проклятом дневнике…* Рон покачал головой. *Не хочется признавать, но об этой дряни придётся подумать как-нибудь потом. Возвращаясь к Квирреллу: должен же быть способ слить информацию Дамблдору так, будто она всплыла совершенно случайно. Ну-ка, что ещё я помню об этой фальшивке? Прикидывается трусом, а сам — та ещё змея подколодная. И в тёмной магии явно кое-что смыслит. Это ведь он убивал единорогов и пил их кровь, бездушный ублюдок. И что ещё? За что ещё можно зацепиться?..*

Спустя несколько секунд в кармане снова разлилось знакомое тепло, и рука Рона метнулась к Делюминатору. Перед его голубыми глазами стремительно закружились свет и краски.

* * *

…Ты вообще можешь поверить, что близнецы всё это время швырялись снежками в Сами-Знаете-Кого? Чёрт побери, у меня мурашки по коже, едва подумаю об этом!* * *

Одиннадцатилетняя Гермиона закусила нижнюю губу.* * *

— Это действительно жутко, если вдуматься. В конце концов, кто мог заподозрить профессора Квиррелла в такой тайне? Одержим Сами-Знаете-Кем всё это время… Должно быть, для этого потребовалась ужасающая тёмная магия!* * *

— По-моему, это какая-то запретная магия жизни и смерти, вроде той, которой древние египтяне защищали свои гробницы. Билл рассказывал нам пару историй, когда ещё только учился на ликвидатора заклятий. — Рон содрогнулся. — Там творятся жуткие вещи: запросто может вырасти лишняя голова или кожа слезть заживо.* * *

— Какая гадость!* * *

— А близнецы решили, что это круто.* * *

— Другого я от них и не ждала, — сухо отозвалась Гермиона. — Но если говорить о Квиррелле, теперь, когда я вспоминаю всё это, кругом ведь были знаки, что он на самом деле одержим. Задним числом зрение у всех двадцать из двадцати!* * *

— При чём тут двадцать?* * *

— Это связано со зрением. Потом объясню, — отмахнулась пышноволосая девочка. — В общем, я о том, что, если подумать, вонь от его тюрбана была слишком резкой для одного только чеснока. А разве Гарри не говорил, что слышал, как Квиррелл с кем-то разговаривает? Разве не странно, что собеседника слышно не было, а самого Квиррелла — отчётливо? Наверное, именно так Снейп с самого начала и догадался, что с Квирреллом что-то нечисто!* * *

— Из-за того, что тот спятил и внезапно начал говорить сам с собой?* * *

— Это вкупе с другими мелкими зацепками, да, — кивнула Гермиона. — Скорее всего, Снейп уже вёл Квиррелла, когда Гарри заметил их вместе после матча! А может, и раньше.* * *

— Раньше? В смысле, ещё на Хэллоуин? — Глаза Рона блеснули догадкой. — Так вот почему его цапнул Пушок! Он пытался остановить Квиррелла! Чёрт побери, вот этого я точно не ожидал!* * *

— Я тоже. Слишком уж легко верилось, что злодей — Снейп. Да он и сам ни капли не старался разубедить нас в этом.* * *

Рон скривился:* * *

— Даже зная всё это, для меня он всё равно остаётся сальной желчной летучей мышью.* * *

— Мы же просто строим догадки, Рон.* * *

Рыжий мальчик пожал плечами:* * *

— Раз почти все догадки исходят от тебя, скорее всего, они верны. В смысле, это же ты, Гермиона. Ты всегда во всём права, и у тебя это чертовски здорово получается.* * *

Гермиона залилась краской:* * *

— С-спасибо, Рон.* * *

…Ты чего так на меня смотришь? Блин, только не говори, что у меня опять что-то на носу!* * *

…*А это длилось дольше, чем я ожидал,* — подумал Рон, когда воспоминание растаяло. *И я едва помню, что это вообще было. Теперь всё ясно: Делюминатор может вытягивать воспоминания, но только связанные с тем, на чём я изо всех сил сосредоточен. А когда он нагревается, мне нужно лишь сжать его в руке, чтобы вызвать видение. Обалдеть! С этой штукой я смогу вспоминать вещи, которые пригодятся мне в будущем! И это видение подбросило пару отличных мыслей, надо срочно их записать…* * *

Дорогой Рон,* * *

Знаем, что с опозданием, но с днём рождения тебя!* * *

Гарри в подробностях расписал нам вечеринку, которую вы устроили в гриффиндорской башне. Надеюсь, вы с ребятами отлично повеселились. Помню, как здорово гремели наши праздники в той же башне. Мы с Джеймсом всегда находили способ протащить сливочное пиво и немного огневиски, чтобы расшевелить народ. Лили вечно бесилась от того, какой бардак мы разводили.* * *

В основном потому, что нам приходилось убирать за неблагодарными болванами—* * *

Потрясающее было время, честное слово! В следующий раз расскажу обо всём подробнее! Включая ту историю, когда мы подлили Римусу в тыквенный сок—* * *

В общем, Рон—* * *

А потом он так надрался, что полез флиртовать с—* * *

Т=========* * *

=И====с=======ф=======в========* * *

А==========* * *

=о=====е=======г==========ни====Л======* * *

=======Д============Р============* * *

Прости за сумбурное начало, Рон. Не переживай, Сириуса лишили всех прав на переписку, пока он не научится вести себя прилично. На чём мы остановились?* * *

Реабилитация Сириуса идёт очень успешно. Он заметно набрал вес и может ходить уже гораздо дольше. Скоро ему нужно будет наведываться в больницу Святого Мунго всего раз в месяц — правда, не уверен, радует это тамошний персонал или огорчает. Пациент из Сириуса просто невыносимый, уж поверь мне на слово, но, думаю, пара целительниц всё же будет по нему скучать. Обаяния ему никогда было не занимать.* * *

Позже на этой неделе мы собираемся в Гринготтс по кое-каким делам. А главное — наконец-то купим Сириусу новую палочку. Хвала Мерлину. Он уже все уши мне прожужжал, требуя поскорее её достать.* * *

Прости, Сириус снова попытался вырвать перо. И да, он именно жужжал. Причём невыносимо. Что бы он потом ни написал, пытаясь это оспорить.* * *

Хотя волнует его не только палочка. Честно говоря, меня тоже. В последних письмах Гарри тон заметно изменился. Раньше его восторг буквально рвался с пергамента. Но несколько дней назад в его словах появилось что-то тревожное. Мы спросили, не случилось ли чего, но он упрямо твердит, что всё в порядке.* * *

Но мы с Сириусом отлично понимаем, что это не так.* * *

Привет, Рон, это Сириус. Да, Римус снова подпустил меня к перу. И нет, я вовсе не канючил.* * *

Насчёт Гарри... Римус говорит, что ему нужно дать время и позволить открыться самому, когда он будет готов. Но мы места себе не находим от беспокойства. Перемена в его письмах настолько странная, что мы ничего не можем с собой поделать. Прежде ему пергамента не хватало, чтобы рассказать о Хогвартсе и о вас, а теперь каждое слово будто клещами вытянуто. Слишком сухо, понимаешь? Он молчит, но мы же видим: что-то стряслось. И нас терзает, что мы ничем не можем помочь. Мы... я... ничего для него не сделал за последние десять лет, а ведь я, чёрт побери, его крёстный! Ради ==== Мерлина!* * *

Сириус пытается сказать, Рон, что если тебе самому нужно выговориться — или просто написать нам, — мы всегда рядом. Понимаем, мы знакомы не так давно, но если мы хоть чем-то можем помочь, только дай знать. До нас всего лишь взмах совиных крыльев.* * *

Просто дай Гарри понять, что мы с Римусом готовы поддержать его в любую минуту. Как и всех вас.* * *

Не пропадай, Рон. И спасибо за твои письма, как и всегда.* * *

Береги себя!* * *

Сириус и Римус* * *

Шёл восьмой час вечера, когда Рон наткнулся на Гарри, как раз возвращавшегося из совятни. У Рона сжалось сердце при виде поникших плеч лучшего друга и его затравленного, опущенного взгляда. Впрочем, робкая улыбка на лице Гарри подсказала, что письмо, которое тот бережно прижимал к груди, пришло от Сириуса и Римуса. Пожалуй, это было единственное, что в последнее время вообще могло заставить его улыбнуться.

— Рон? — моргнул Гарри, удивлённо уставившись на рыжего приятеля. — А у тебя разве нет факультативов сегодня?

— Профессор Дюран отпустил нас пораньше. Сказал, чтобы потратили время на эти чёртовы звёздные карты. — Рон помахал свитками пергамента. — А ты как? Квиддичная тренировка закончилась?

— Отменили. Оливер схлопотал отработку: умудрился нарваться на Снейпа, пока спорил с Флинтом насчёт расписания поля.

Рон состроил такую же мину.

— Вот уж не повезло.

Но несмотря на короткий кивок Гарри, в его зелёных глазах мелькнуло такое явное облегчение, что Рон не удержался:

— Квиддичная команда всё ещё капает на мозги?

Гарри покраснел и уставился в пол.

— Да нет, не так уж всё и плохо. На Тисовой улице с шайкой Дадли бывало и похуже. По крайней мере, надо мной в открытую не издеваются и пакостей не строят. Хотя Оливер до сих пор злится из-за того, что я заикнулся об уходе из команды.

Рон шумно выдохнул.

— Дай им немного времени, Гарри. Скоро всё уляжется, и жизнь вернётся в привычное русло.

— Хотелось бы, чтобы это «скоро» наступило побыстрее. — Гарри нервно теребил письмо в руках. — Сто пятьдесят баллов как корова языком слизала всего за одну ночь, а до конца года рукой подать! Как вообще можно наверстать такую пропасть за столь короткий срок?

— Будем делать то, что в наших силах, — заметил Рон. — К тому же, это не *целиком* наша вина.

— Ну... да. — Гарри нахмурился. — Только бы узнать, откуда про всё пронюхала профессор Макгонагалл! Уже сколько дней прошло, а я всё никак в толк не возьму! С ума сойти можно! Где именно мы просчитались?

Мальчишки вдоль и поперёк перемывали эту тему с той самой злополучной ночи. Было совершенно очевидно, что Макгонагалл кто-то на них натравил: она оказалась в нужном месте ровно в нужное время, будто специально караулила.

В прошлый раз они попались из-за того, что Рон оставил письмо Чарли в книге, которую Малфой «одолжил», пока сам Рон валялся в больничном крыле. Потом хорёк попытался сдать Макгонагалл Гарри и Гермиону, но сел в лужу и сам угодил на отработку. Однако на этот раз Малфой к их компашке даже близко не лез, да и Невилл ни словом не обмолвился, чтобы белобрысый гад привязался к нему, пока тот болел.

*И всё же я ни капли не удивлён, что Малфой не упустил случая испортить нам жизнь после всего случившегося. Хуже для него самого, что действовать скрытно он так и не научился. Но вопрос, как они с Макгонагалл разузнали о нашем плане, всё равно остаётся открытым. Полагаю, Малфой мог подслушать нас на прошлой неделе в коридоре, когда мы трепались о драконе, но, судя по тому, как именно нас накрыли, на этот раз к ней побежал не он. А раз я абсолютно уверен, что за пределами гостиной мы о Норберте больше не обмолвились ни единым словом, остаётся лишь одно...*

Мысль эта не давала Рону покоя, но делиться ею с Гарри он не стал, втайне надеясь, что ошибся. Не то чтобы ему хотелось поддерживать в Гарри слепую веру в гриффиндорцев как в безупречных благородных рыцарей, не способных на дурной поступок, но если Рон всё-таки прав... узнать, что их подставил кто-то из своих, а потом малодушно спрятался в тени, словно трусливая крыса...

— Надо же, кого к нам занесло. Поттер и Уизли.

Дорогу Гарри и Рону преградили двое старшекурсников. Один — рослый, длинноносый, с рыжевато-бурыми волосами, а второй — пониже и похудее, с густой копной тёмных, до того взбитых волос, что он смахивал на карликового пушистика. От их взглядов у Рона волоски на затылке встали дыбом.

— Чего надо? — отрезал Рон.

Тот, что повыше, осклабился:

— Мы с Кёртисом, — он кивнул на низкорослого спутника, — только что из Большого зала после ужина. А вы куда намылились? Опять спускать баллы факультета?

Гарри сжался, а Рон глухо зарычал:

— Не знаю, что вы там себе навоображали, придурки, но мы баллами направо и налево не раскидываемся. Мы просто шли поужинать.

— Ну да, кто бы сомневался, — протянул Кёртис с таким снисходительным презрением, что Рону стоило немалых трудов не выхватить палочку и не запустить в него парочкой сглазов.

— Да какого чёрта вы... А, к лешему. — Рон мотнул головой Гарри: — Пойдём, друг. В зале нас дожидается пара пирогов с патокой.

Гарри коротко и напряжённо кивнул и уже шагнул следом, когда рыжеватый снова подал голос:

— Поттер, тебе бы получше выбирать друзей. Свяжешься с таким баламутом, как Уизли, — потом сам же локти кусать будешь.

Рон всей душой стремился пройти мимо, но Гарри вдруг резко затормозил как вкопанный.

— Не строй из себя невинную паиньку, Уизли, со мной этот номер не пройдёт. Все записали тебя в любимчики учителей, но нас-то не проведёшь. Ты из того же теста слеплен, что и эти чокнутые близнецы. Обязательно нужно было вылезти и спустить в трубу наш лучший шанс взять Кубок школы.

Вот тут Рон уже круто развернулся:

— Так вот вы из-за чего взъелись? Кишка тонка наехать на близнецов, так решили отыграться на мне? Да кто вы вообще такие, чёрт вас по... дери?!

Кёртис цокнул языком:

— Ещё и сквернословит, лицемер мелкий. Вылитые братья, а, Таулер?

*Таулер?* — Рон нахмурился. — *И откуда мне знакома эта фамилия?*

— Дружеский совет от старшего товарища, Поттер, — продолжал вещать Таулер. — Такие, как этот Уизли, вечно пытаются казаться умными, забавными и блестящими. Вот только ласковые они лишь с теми, кто им выгоден. Карьеристы и дешёвые показушники. Прямо как кое-кто из моих знакомых.

*Ну всё, приехали.* Эти ублюдки могли поливать помоями лично его сколько угодно, но даже если близнецы порой и заслуживали взбучки, никому не позволено безнаказанно оскорблять братьев Рона прямо ему в лицо. Однако прежде чем он успел дернуться, пальцы Гарри железной хваткой вцепились ему в запястье, не позволяя рыжему вытащить палочку.

— Таулер и Кёртис, так ведь? — голос Гарри звучал негромко, но в нём звенела такая глухая ярость, что даже по спине Рона пробежал холодок. — Вы двое чертовски напоминаете мне одного мерзкого типа, с которым я столкнулся в поезде по пути в Хогвартс. Он тоже заявлял, будто я достоин лучшей компании, чем Рон. Тогда я не успел сказать ему всё, что думал на самом деле. Так что скажу вам.

— Что?

— Можешь засунуть свой «дружеский совет» себе в задницу, прямо туда, где ему и место, — глаза Гарри вспыхнули авадно-зелёным огнём. — Потому что Рон куда лучше вас всех, раз вы способны только задирать тех, кто вдвое меньше.

Кёртис лишь задохнулся от возмущения, а бледное лицо Таулера налилось уродливой багровой краской:

— Уизли лучше нас?! Этот идиот, который потащил тебя шататься после отбоя, попался и лишил факультет кучи баллов?! Да ты спятил!

— Меня никто никуда *не тащил*, как чертову куклу, Таулер! Ты даже не знаешь, что там произошло. *Ты вообще ничего не знаешь!*

— Знаем вполне достаточно, чтобы убедиться в своей правоте, — запальчиво бросил Кёртис. — Попомни наши слова, Поттер: ты ещё пожалеешь, что связался с этим Уизли!

На этот раз уже Рону пришлось придержать Гарри, не давая тому выхватить палочку.

— Знаете, раз уж вы заговорили об этом... Откуда вам вообще известно, что мы потеряли баллы именно из-за прогулки после отбоя?

Таулер запнулся:

— Ч-что?.. Разве это не очевидно? А из-за чего ещё?

— Да из-за кучи других причин. Вполне вероятных, не меньше наших ночных прогулок. Но только что ты говорил с такой уверенностью, — взгляд Рона стал колючим. — Будто знал наверняка.

Потому что и в прошлом, и в настоящем все знали только об отнятых баллах, но понятия не имели, за что именно их сняли. Даже годы спустя у остальных гриффиндорцев ходили лишь смутные догадки. Некоторые подобрались близко к истине, да, но никто и никогда не рассуждал о своих домыслах с такой безапелляционной уверенностью, словно это доказанный факт.

До этой самой секунды.

Рон услышал, как Гарри яростно прошипел из-за его плеча:

— Так это были *вы*?!

Но сам не сводил глаз с парочки: Кёртис явно стушевался, а вот лицо Таулера словно окаменело, если не считать пылавших злобой карих глаз.

— Решил так выкрутиться, Уизли? — ядовито процедил Таулер. — Раскидываешься обвинениями, чтобы спасти лицо? Да даже если бы и так, разве это было бы неправильно? Если вы шлялись по замку после отбоя, кто-то обязан был проучить вас за содеянное.

— Ну да, ведь настучать преподавателю куда благороднее, чем сначала подойти к старостам.

Кёртис закатил глаза:

— Староста Гриффиндора — твой брат. Мы не настолько тупые, чтобы не понимать, кого бы он выгородил.

Рон усмехнулся:

— Зато настолько тупые, чтобы выдать себя с потрохами, кретины.

Лицо Кёртиса потемнело от злости, а Таулер весь напрягся, словно разъярённый бык перед броском:

— Ах ты, наглый мелкий ублю...

— *Что здесь происходит?*

Рон вскинул брови.

*... Легок на помине.*

Перси появился из-за спин Кёртиса и Таулера столь внезапно, будто только что трансгрессировал прямо посреди коридора, нахмурив брови.

— У-Уизли? Ты что тут делаешь?

— Я возвращался в башню, как полагается и вам, — Перси смерил взглядом Рона. — Разве что вы ещё не поужинали.

— Нет ещё, — Рон ответил на незаданный вопрос Перси. — Мы с Гарри задержались на кружке... то есть, на кружке и квиддиче. И как раз шли в Большой зал.

…Мы просто разговаривали, — деревянным голосом выдавил Таулер, заставив Кёртиса бешено закивать.

— Разговаривали? — Перси приподнял бровь. — Не знал, что разговоры подразумевают перегораживание коридора и давление на первокурсников, которые вам едва до пояса достают, пока вокруг никого нет.

— М-мы не врем, Уизли...

— Для тебя — *староста Уизли*, Томас Кёртис!

…Староста Уизли. Мы правда... просто говорили. Мы же не доставали палочки или что-то в этом роде.

— Стало быть, насколько я понимаю, этот... разговор уже окончен, верно?

Кёртис и Таулер переглянулись, молча кивнули и развернулись уходить. Они успели отойти на приличное расстояние, когда Перси окликнул их снова:

— И ещё кое-что.

Оба замерли, но обернулся только Кёртис.

— Если у вас проблемы с Фредом и Джорджем, то и выясняйте их с Фредом и Джорджем, — Перси опустил ладонь на плечо Рона, и в его голосе звенел холод, способный остудить даже Адское пламя. — А не отыгрывайтесь на нашем младшем брате или ком-то из его друзей.

Рон почувствовал, как щёки заливает краска — он смутился и в то же время был тронут этим неожиданным порывом Перси.

…Ты нам угрожаешь, староста Уизли?

— Вовсе нет. — Перси поправил очки на переносице. — Просто дружеский совет, только и всего.

Челюсть Таулера с отчётливым стуком захлопнулась, после чего они с Кёртисом зашагали дальше, к башне Гриффиндора. Лишь когда те скрылись из виду, Рон позволил себе расслабиться:

— Спасибо, Перси.

Перси тяжело выдохнул:

— Честное слово, почему ты вечно влипаешь в такие неприятности? Пытаешься доказать, что Чарли был прав?

— Эй, мы вообще никого не трогали! Они сами налетели на нас ни с того ни с сего, вели себя как конченые придурки!

— Следи за языком, Рон, — устало вздохнул Перси. — Я вовсе не утверждаю, что виноват ты. Просто неприятности словно сами тебя находят.

— Извини за это, — вмешался Гарри. Староста в ответ лишь покачал головой:

— В таких ситуациях староста обязан вмешаться. В любом случае... можно мне поговорить с Роном с глазу на глаз? Это ненадолго.

Рон недоумённо вскинул бровь, а Гарри понимающе кивнул:

— Тогда увидимся в Большом зале.

Рон проводил Гарри взглядом, пока тот не отошёл достаточно далеко, и лишь затем повернулся к Перси:

— Если ты собираешься отчитать меня после того, как неделями копил в себе злость, то лучше не надо, ладно? О том, какой я идиот, я уже наслушался от всех подряд по горло.

Перси опешил:

— Ты думал, я хочу поговорить только ради этого?

…То есть ты не собирался?

Лицо Перси так явно исказила обида, что у Рона всё внутри сжалось.

— И-извини, я не хотел...

— Не стоит. Полагаю, я сам виноват, раз ты сделал такой вывод... Да и, если честно, поначалу такая мысль у меня мелькала.

Неуверенная пауза в конце фразы разбудила любопытство Рона:

— А почему передумал?

Перси снял очки и потёр переносицу:

— Ну, во-первых, ты прав. Я видел, сколько помоев выливают на тебя не только гриффиндорцы, но и остальные факультеты. Слишком много, если спросишь меня. И я понял, что добавлять к этому ещё и от себя бессмысленно. А во-вторых, — он прочистил горло. — Я... я могу понять их разочарование, но срывать злость на тебе — это полнейший абсурд!

— Слить сто пятьдесят очков — тоже абсурд.

— И как именно травля помогает делу? Кроме того, все эти разговоры о том, что ты просто возгордившийся хулиган, уже по-настоящему действуют нам на нервы! В тебе полно всякого, Ронни, но ты не из тех, кто лезет в неприятности ради забавы!

…То есть ты не злишься?

— Меня тревожит потеря очков и то, что наши шансы на Кубок школы повисли на волоске, да. Но злиться? Нелепость! — Перси снова водрузил очки на нос. — Я лучше потрачу время на то, чтобы заработать как можно больше баллов до экзаменов, чем буду в открытую травить троих детей, которые просто оступились!

Рон не мог заглушить тёплую искру надежды, вспыхнувшую в груди:

— Но вы же всё это время избегали меня. Ты, Фред и Джордж.

Лицо Перси перекосило от изумления:

— Избегали тебя? Да тебя вообще нигде не поймать, мы даже попытаться не успеваем! Близнецы и те едва представляют, где ты пропадаешь, а уж у них-то по школе везде уши да глаза, чёрт знает почему!

Теперь, задумавшись об этом, Рон понял, что сам не давал себе передышки: он покидал башню лишь ради еды, уроков и зубрежки в библиотеке, Выручай-комнате или клубах, возвращаясь в спальню только ко сну и почти ни с кем не разговаривая, кроме своих друзей.

Выходит, не братья избегали его, а скорее он сам сторонился их? Разве Гарри не говорил раньше, что близнецы были одними из немногих гриффиндорцев, кроме Невилла, кто ни словом его не попрекнул?

— Похоже, зря я переживал. — Лицо Рона расплылось в самодовольной ухмылке. — Спасибо, Перси. Я потом найду близнецов.

— Уж постарайся. Насколько я слышал, эти двое отчаялись настолько, что всерьёз собирались устроить засаду, лишь бы до тебя добраться.

*Наверняка пытались выследить меня по Карте. Но раз уж я пропадал в Выручай-комнате, найти меня было не так-то просто.*

Тут Рон вспомнил кое-что ещё:

— Ты упоминал, что Таулер и Кёртис точат зуб на близнецов? Из-за чего?

Слабая улыбка сошла с лица Перси.

— Ох, это... целая история. Таулер и Кёртис учатся на одном курсе с Фредом и Джорджем, и, по правде говоря, поначалу они вполне ладили. Но со временем отдалились друг от друга, да и выходки близнецов — в некоторых из них наверняка досталось и Таулеру с Кёртисом — делу явно не помогли.

— Фред и Джордж порой перегибают палку со своими шутками...

— Дело не только в этом. Я готов даже поспорить, что львиная доля причин кроется в... — Перси снова поправил очки. — Впрочем, какими бы ни были их мотивы, это не даёт им права срывать злость на тебе или твоих друзьях.

— Хотел бы я знать, с чего они вообще взъелись. Я этого парня толком не знаю, не говоря уже о том, чтобы хоть раз поговорить.

Странно: в прошлом Рон едва помнил Таулера или Кёртиса, ведь за все школьные годы те его ни разу не тронули. Что же изменилось теперь?

*Грёбаные путешествия во времени с их грёбаным эффектом бабочки.*

— Не стану тебя больше задерживать, Рон. Ты ведь ещё даже не ужинал?

Рон кивнул:

— А ты сейчас в башню?

— Сначала быстро загляну в библиотеку. — Перси взъерошил Рону волосы. — Не вешай нос из-за этих потерянных баллов. И дай мне знать, если эти двое снова попытаются устроить неприятности.

— Только если пообещаешь не говорить близнецам. — Рон закатил глаза, поймав осуждающий взгляд Перси. — Ты сам сказал, они уже давно не ладят. Не хватало ещё подливать масла в огонь. Или давать близнецам лишний повод.

— Ты же знаешь, они взбесятся, если выяснят, что я промолчал.

Рон отмахнулся:

— Брось. К тому же я и сам могу справиться с этой парочкой.

Перси вздохнул:

— Ладно. Но ты мне *обязательно* скажешь, если они снова начнут к тебе лезть.

…Ладно, ладно. Мерлин, ты начинаешь говорить точь-в-точь как мама!

* * *

Дорогие Сириус и Ремус!* * *

Спасибо за подарки на день рождения. Кошель для монет и сам по себе был отличным сюрпризом, но деньги на нового питомца превзошли всё! Сейчас я не особо планирую заводить зверушку, но уж точно найду этим сбережениям хорошее применение.* * *

Рад, что восстановление Сириуса идёт на лад, хотя ничуть не удивлён, что Сириус уже успел прослыть невыносимым пациентом и одновременно очаровать колдомедичек. Он производит именно такое впечатление. В хорошем смысле, Сириус, честно.* * *

Вы также упомянули, что Гарри показался вам странным в последних письмах. В целом он в порядке, но кое-что произошло — из-за нас факультет потерял кучу баллов, и нам назначили отработку. Всех подробностей раскрыть не могу, но мы влипли не из-за того, что намеренно искали приключений. Честное слово. Там всё сложно, но дело было стоящее.* * *

Беда в том, что, помимо самого факта поимки, остальные гриффиндорцы ведут себя как полные придурки. Я понимаю, что Кубок школы важен, но то, что мы потеряли баллы, не даёт им права обращаться с нами как с дерьмом. И всё же Гарри принимает всё слишком близко к сердцу, хотя дело тут не только в упущенном Кубке.* * *

В общем, надеюсь скоро получить от вас весточку! И пусть выздоровление Сириуса проходит гладко.* * *

Скоро ещё напишу!* * *

Рон* * *

P. S. Не знаю, правильно ли я поступил, выложив вам всё это. Просто не могу больше смотреть, как Гарри убивается. Вряд ли я сам способен сделать что-то ещё, но если кто и может поддержать его и убедить, что всё наладится, то готов поставить все деньги — это вы двое. Я видел, как Гарри держался рядом с вами, и вы, наверное, самое близкое к настоящей семье, что у него когда-либо было.* * *

Приближался час отработки.

Рон стоял у замковых ворот вместе с Гарри, Гермионой, Малфоем и Филчем. Завхоз ухмылялся до ушей, и в свете его ржавого фонаря глаза мерзко поблёскивали.

— Ну всё, сопляки, доигрались, — злорадно процедил омерзительный смотритель. — Отработка в Лесу. Прекрасная выдастся ночка для таких хулиганов. Посмотрим, выбьет ли из вас спесь одна ночь среди зверья.

Малфой, с самого прихода державшийся от их компании на приличном расстоянии, заметно побледнел:

— З-зверья?!

Филч захохотал:

— А вам, негодникам, только подавай подробности?

— Вы с ума сошли! Да с какой… кому вообще придёт в голову посылать детей в Запретный лес! Мой отец обязательно обо всём узнает!

*Да твою же мать.* Рон закатил глаза от всей нелепости происходящего. Да, Запретный лес — место опасное, но чем поможет эта паника, словно у кота, брошенного в воду?

*Не то чтобы он был неправ. Группа детей на отработке в лесу, кишащем тварями высшей категории опасности, способными переломить нас пополам? Разве прогулка после отбоя — это преступление, караемое смертью?*

— Хагрид? — удивлённо окликнул Гарри, когда из темноты показался полувеликан, а рядом с ним — Клык.

Филч фыркнул:

— Не расслабляйся, Поттер. Наказание никто не отменял.

— Хватит уже молоть чепуху, — грубо оборвал его Хагрид. — А вы, мелюзга, за мной.

Малфой скривился от отвращения при виде Хагрида, но всё же пошёл за остальными в чащу. Освещая путь фонарями, они молча пробирались сквозь густой туман, пока Гермиона не подала голос:

— Что нам предстоит делать, Хагрид?

— Небольшое расследование, — ответил полувеликан. — Кто-то нападает на единорогов. Мы попытаемся выяснить, кто.

— Нападает на единорогов? — переспросил Гарри. — В смысле, охотится на них?

— И выцеживает досуха. Высасывает всю кровь.

— Как вампир?

Хагрид покачал головой:

— Эти твари, конешно, кровожадные мерзавцы, но даже они не станут пить кровь единорога. За такое будешь проклят на всю жизнь, а вампирам ещё жить да жить. На такое пойдёт только совсем уж отбитый и отчаявшийся… — Хагрид вскинул руку. — Стойте.

Прямо перед ногами отряда расплескался след мерцающей серебристой жидкости.

— Кровь единорога, — мрачно произнёс Хагрид. — Так, делимся на две группы. Двое пойдут со мной, остальные двое — с Клыком. Если кто-то заметит неладное, пускайте палочкой искры, чтоб другая группа знала. — Хагрид сурово оглядел каждого. — И никаких глупостей, от группы не отбиваться! И держаться тропы!

— Тогда пёс идёт со мной! — громко объявил Малфой. — Забирайте Грейнджер! Толку-то от неё!

Гермиона вздрогнула, и Рон тут же заслонил её собой:

— Раз уж тебе так приспичило взять с собой трусливую псину — забирай. У него хотя бы яйца покрупнее твоих будут, Малфой.

Малфой издал сдавленный возмущённый звук, но Хагрид перекрыл его громовым басом:

— А ну тихо, мелюзга! Гарри, Малфой, пойдёте с Клыком. Я беру Гермиону и Рона. Помните: с тропы ни шагу, ясно вам?

— Мы не идиоты. Ты это уже раз тысячу повторил, — ответил Рон. — Давайте уже покончим с этой дурацкой отработкой.

Хагрид выглядел обеспокоенным, но Рону было плевать: вместе с Гермионой он последовал за ним вглубь леса. В конце концов, он вполне рассчитывал, что для них эта ночь пройдёт более-менее спокойно. Когда Гарри разберётся с Квирреллом и кентаврами, Рон просто вернётся в постель и продолжит осуществлять свои планы.

Вдруг он заметил, как Гермиона нервно теребит шарф. Рон прочистил горло:

— Ты в порядке, Гермиона?

Глаза Гермионы откровенно округлились от удивления, но затем она выдавила улыбку:

— Конечно, Рон. Всё в порядке.

— Правда? — Рон вгляделся в её нахмуренный лоб и вымученную улыбку, после чего вскинул бровь. — Попробуешь ещё разок, но без вранья?

Лицо Гермионы помрачнело:

— Да ладно, ничего страшного... то есть не должно было стать трагедией. Гарри ведь куда хуже достаётся, я уверена.

— Остальные гриффиндорцы всё ещё ведут себя как безмозглые придурки?

…Всё не *настолько* плохо.

Если бы Рону давали по кнату каждый раз, когда он слышал эту чушь...

— Позволь мне самому это решить.

Гермиона прикусила губу.

— Все... ну, почти все меня избегают. Никто, кроме тебя, Гарри и Невилла, не хочет садиться рядом на уроках или в Большом зале. А некоторые судачат за спиной, хотя я прекрасно знаю: они понимают, что я всё слышу.

— Даже девочки из твоей спальни?

Лохматая девочка покачала головой:

— Да нет, они-то как раз... нормально? Просто стараются держаться подальше, когда мы на людях. Обидно, конечно, но понять их можно. — Губы Гермионы дрогнули. — Просто это так... невыносимо! Подумать только, свой же факультет ополчился против нас! Разве они не должны быть домом вдали от дома? Второй семьёй? Потому что, насколько я знаю, в семьях не относятся друг к другу как к дерьму!

То, что Гермиона в кои-то веки ругается, было признаком её крайнего отчаяния? Или доказательством того, что Рон стал для неё дурным влиянием? Рыжий отмахнулся от мимолётной мысли:

— Мне жаль, Гермиона. Хотелось бы сказать, что все львы стоят горой друг за друга, но, честно говоря, меня куда больше поддерживают люди за пределами нашей башни.

— Меня тоже! Сью ведёт себя просто чудесно! Вступить в клуб арифмантики было моим лучшим решением за весь год — и всё благодаря вам двоим!

Рон и ожидал чего-то подобного. Конечно, нельзя было сказать, что все члены кружка проявили сочувствие, но те, чьё мнение имело для Рона вес — вроде Сью, Пенелопы и Седрика, — подбадривали и сопереживали. Слизеринцы держались нейтрально (хотя Гринграсс отпустила пару язвительных замечаний, а Пьюси высказал разочарование с таким видом, что Рон почувствовал себя последней дрянью на земле).

— Вот и держись за это. Не обещаю, что мы в последний раз настроили всех против себя, или что в следующий раз нас поддержат остальные гриффиндорцы. Но в одном я могу поклясться: у тебя есть мы, Гермиона. Я, Гарри и Невилл. Даже если покажется, что против тебя ополчился весь факультет или весь Хогвартс.

Гермиона пристально посмотрела ему в глаза:

— Ты серьёзно?

— Мы вместе завалили тролля. Хочешь ты того или нет, теперь ты связана со мной до самого конца. Так что не вздумай бросаться на троллей в одиночку. — Прежде чем здравый смысл успел его остановить, Рон приобнял её за плечи одной рукой: — Что бы ни случилось, мы с тобой. До победного чёртова конца.

— Уж на троллей я точно больше охотиться не стану. Можешь не сомневаться. — Гермиона всхлипнула и слабо рассмеялась, хотя глаза её блестели от слёз, а щёки пылали. — Не знаю, что ты во мне нашёл, Рон, но мне безумно повезло с таким другом, как ты.

Теперь настала очередь Рона недоуменно уставиться на неё:

— Серьёзно? Значит, я для тебя больше, чем просто двухметровый рыжий болван?

— В тебе нет двух метров.

— Пока нет, но кто знает?

— Ты по-прежнему бываешь тугодумом и ведёшь себя как *мальчишка*, — на последнем слове Гермиона закатила глаза. — Но ты куда добрее и чутче большинства. — Она вскинула бровь: — Тебе когда-нибудь говорили, что ты рассуждаешь слишком взросло для своего возраста?

Рон снова пожал плечами:

— Не припомню.

— С трудом верится. С другой стороны, ты вечно почему-то себя недооцениваешь, — произнесла Гермиона. — И всё же я говорю искренне. Ты замечательный друг, и я рада, что ты с нами.

То, как она улыбнулась ему — чуть обнажив крупные передние зубы, выглядя одновременно мягкой, робкой и уверенной в себе, — отозвалось в груди Рона знакомым тёплым чувством привязанности. Он никогда не понимал, почему Гермиона вечно твердит, будто эти зубы её уродуют. Ему они всегда казались милыми — чисто по-гермиониному, особенно когда она улыбалась.

Но прежде чем он успел ответить, слух его что-то уловил.

Трель. Высокая. Мелодичная. Эхом разносящаяся по чащобе.

— Стойте! — внезапный окрик Рона заставил спутников замереть на месте. — Что это было?

Хагрид и Гермиона неуверенно переглянулись. Лесничий покачал головой:

— Ты чаво-то слыхал?

— А вы разве нет? — Рон резко обернулся. — Этот звук. Вон там, впереди. Это... это похоже на музыку!

— Музыка? — переспросила Гермиона.

— Будто песня. Словно кто-то поёт, — Рон напряг слух, вслушиваясь в темноту.

Переливчатая. Звенящая. Зовущая эхом сквозь чащу.

— Неужели совсем не слышишь? — Он нахмурился. — Звучит… знакомо.

…Рон, по-моему, нам не стоит… — Но прежде чем Гермиона успела договорить, Рон сорвался на бег. — Что?.. Рон! Рон, стой!

— Рон, вернись немедля!

Но мальчишка мчался вперёд, заглушая крики Гермионы и Хагрида звучавшей в ушах песней.

*Клянусь Мерлином, это близко. Теперь я слышу отчётливее. Кто бы — или что бы — это ни было, оно совсем рядом. Где же?*

Песня. Перелив. Зов. Отдающийся эхом в такт тяжёлым шагам по мху и прелой листве.

Голос. Детский голос. Мечущийся меж высоких тёмных стволов, кружащий в стылом воздухе с терпким запахом трав.

— Рон!

— Рон! Рон, вернись!..

Но он продолжал бежать, ведомый одним лишь слухом, пока мелодия становилась всё громче и разборчивее.

*Всё ближе. С этим старым фонарём толком ничего не видно, но я прямо чувствую. Может, бросить его и подсвечивать палочкой?..* — Рон с досадой цокнул языком. — *Дурная мысль. Палочка должна быть свободна на случай нападения. Но откуда идёт звук? Кто это поёт? Где он? Где ты?*

— *Ха!*

*Справа?* — Вспахав пятками землю, Рон резко затормозил и крутнулся на месте.

Голубые глаза встретились с золотыми, и Рон дважды моргнул, силясь поверить увиденному: за всю его вторую жизнь зрелища сюрреалистичнее, пожалуй, ещё не случалось.

В нескольких футах, прижавшись к укутанному густыми тенями стволу — прямо под лунным лучом, пробивавшимся сквозь колышущуюся сосновую хвою, — сидел мальчик с самыми светлыми волосами, какие Рону только доводилось видеть. Волосы казались ещё ярче на фоне его выцветших бело-жёлтых одеяний. Разглядеть всё в подробностях не получалось, но казалось, будто светящуюся бледную кожу усеивали бледно-красные и лиловые следы.

*Но что здесь делает ребёнок? Уж точно не студент. Толком не разобрать, во что он одет, но на мантию Хогвартса это совсем не похоже.* — Рон тряхнул головой. — *Не до того сейчас!*

— Эй! Ты! — окликнул Рон ребёнка. Тот весь одеревенел и вжался спиной в древесную кору, судя по всему, держась за бок. — Эй, тише. Я не трону тебя. Я помочь пришёл.

Однако мальчик в отчаянной панике попытался отползти, скорее даже волоча себя по земле. Он выглядел настолько беспомощным и несчастным, держась за свой бок, что Рон сбавил шаг, боясь напугать найдёныша ещё сильнее.

— Тише, тише, всё хорошо. Клянусь, я не причиню тебе вреда. Гляди, видишь? — Он показал открытые ладони. — В руках ничего нет. Я просто хочу помочь.

Эти золотые глаза впились в него, казалось, на целую вечность, прежде чем мальчик подал голос:

— Кто… ты такой?

— Рон, — постарался он говорить как можно мягче и спокойнее. — Рон Уизли. Я здешний студент, учусь в Хогвартсе.

— Хог… вартс… — Мальчик моргнул, и на его лице появилось задумчивое выражение. — Хогвартс? Это… безопасное место?

…Я не совсем понимаю, о чём ты. Но в Хогвартсе определённо безопаснее, чем в этом лесу. — Рон протянул ему руку. — Пойдём. Со мной друзья. Мы поможем…

Но глаза мальчика внезапно распахнулись от ужаса:

— БЕРЕГИСЬ!

— Чт?.. — Ветер засвистел в ушах, и Рон инстинктивно отпрянул назад как раз вовремя, чтобы разминуться с чем-то тяжелым, рухнувшим прямо туда, где только что была его голова.

*Хорошо, что для Люмоса я не доставал палочку.*

Вскинув лампу повыше, Рон выхватил палочку, и луч света выхватил из темноты длинные мохнатые сочлененные лапы...

— ДЕПУЛЬСО! — рявкнул он, резко выбросив руку вперед и всадив мощную белую вспышку прямо в нависшего над ним акромантула, подобравшегося в опасную близость.

*Класс! Наручная кобура — чертовски удобная штука! Надо не забыть как следует поблагодарить Лавгудов при следующей встрече.*

Огромный паук пронзительно заверещал, когда удар заклятия отшвырнул его на несколько футов назад. Зрелище было жуткое — когда-то он затрясся бы от ужаса и превратился в дрожащую размазню, но только не теперь.

— РЕДУКТО! ДЕПРИМО! — Рон осыпал чудовищного паука чарами, раз за разом пуская в ход известные боевые заклинания и попутно высматривая Хагрида и Гермиону.

*Да где же они? Неужели я забежал настолько далеко? Чего они так долго?*

Очередной визг. Мальчишка за спиной судорожно вздохнул. Взгляд Рона ожесточился, наполнившись решимостью.

— КОНФРИНГО! *РЕДУКТО!*

Хвала Мерлину, старая палочка Чарли худо-бедно слушалась. Под непрерывным градом заклятий акромантул неуклонно пятился, оглашая лес истошным визгом, пока наконец не подобрал огромное брюхо и не убрался восвояси.

*Может, надо было пустить Диффиндо и перерубить лапы? Нет, откуда мне знать наверняка, хватит ли у моего Диффиндо убойной силы. Судя по всему, заклятия его достали, но раз тварь сумела сбежать, сильного урона ей это не нанесло...*

БАХ!

Небо в некотором отдалении озарилось снопом красных искр, и у Рона все внутри сжалось.

*Гарри и Малфой!*

— * * *

РОН!* * *

— сквозь чащу к нему неслись Гермиона с Хагридом. Подруга тяжело дышала и выглядела не на шутку рассерженной.

— РОН! ТЫ СОВСЕМ СДУРЕЛ?! ЗАЧЕМ ТЫ УБЕЖАЛ?! — закричала Гермиона так пронзительно, что Рон едва удержался от того, чтобы не зажать уши.

— П-прости, Гермиона. Но по-другому было нельзя! Тут был мальчик, кажется, раненый. Надо доставить его в Хогвартс!

— Мальчик? — Гермиона нахмурилась. — Какой еще мальчик?

— Вон тот со светлыми воло... что? — Рон осекся и оглянулся. Когда он повернулся к тому месту, там не было ни души — только он, Гермиона и Хагрид. — Куда он делся?

— Про кого это ты? — почесал в затылке Хагрид. — Когда мы подоспели, ты тут один-одинешенек стоял. Правда, я видал, как ты пулял заклятиями в кого-то. Кто там был-то?

— Акр... огромный паучище. Настоящее чудище, — Рон для вида передернул плечами. — Но он уже удрал.

— Паук, говоришь? — Хагрид прокашлялся с таким мучительно виноватым видом, что Рон предпочел отвести взгляд. — Э-э, ну, раз ты в порядке, надо бы поспешать к Гарри. Не по душе мне оставлять его наедине с этим Малфоем.

— Но... — Рон досадливо вздохнул. — Ладно, идем.

*Не знаю, что это было, но я точно видел его. Где бы ты ни был, парень, надеюсь, с тобой все в порядке.* * *

Дорогой Ронни!* * *

Какая печальная весть. Надеюсь, вам с Гарри и Гермионой скоро станет полегче. Могу только представить, каково вам сейчас, после потери стольких очков! Как к вам относятся в гостиной? Надеюсь, Перси и близнецы не слишком вас изводят! Готова спорить, Фред и Джордж в свое время растеряли куда больше, чем вы трое вместе взятые!* * *

Мама с папой, кажется, еще ничего не знают. Во всяком случае, я не слышала, чтобы мама собиралась отправить тебе Громовещатель. Удивительно, что Перси ей до сих пор не настрочил, но, думаю, стоит радоваться тому, что есть.* * *

В «Норе» довольно тоскливо сидеть только с мамой и Эрролом. Не верится, что пишу это, но я уже искренне мечтаю, чтобы гномы в саду объявлялись почаще — хоть какое-то развлечение. А то только и остается, что готовить да вязать. Не то чтобы я против женских занятий, но ведь не с утра же до ночи! Я бы лучше полетала, если б мама отпустила, но одной летать совсем не то. Надеюсь, мы скоро снова полетаем вместе, и когда-нибудь нам больше не придется делать это тайком от мамы.* * *

Фосетты уедут на всю неделю, вроде бы во Францию. Может, они хотят отправить Флор и Фину в Шармбатон? Надеюсь, нет. Буду по ним скучать. А Полумна, наверное, ещё сильнее, она ведь дружит с ними ближе, чем я. Было бы здорово, если бы в Хогвартсе училось больше наших соседей, вроде тебя и Седрика. Хотя тебе стоит быть осторожнее. Старшие братья могут решить, что ты присматриваешь замену кому-то из них.* * *

Не переживай так сильно из-за потерянных баллов, Ронни. Я уверена, ты сможешь вернуть их обратно. Не знаю, зачем ты разгуливал ночью после отбоя, но уверена, причина была веской. Просто береги себя. После той истории с негодяем, который притворялся Коростой, мама и папа всё ещё за тебя тревожатся. И я тоже, так что, пожалуйста, будь осторожнее, ладно?* * *

Надеюсь, ты скоро напишешь.* * *

С любовью,* * *

Джинни* * *

Какая же тяжёлая выдалась неделя...*

Рон глубоко вдохнул свежий утренний воздух, сделав передышку после пробежки. Наконец-то наступили выходные — предпоследние перед экзаменами. И как бы Рон ни понимал важность зубрёжки, сейчас хотелось урвать каждую свободную минуту для отдыха. Особенно учитывая, что в последнее время он катастрофически недосыпал, и на то был целый ряд причин.

Помимо подготовки к экзаменам, покоя не давали кошмары Гарри, да и сам Рон не переставал ломать голову над встречей со странным мальчиком в чаще. Вернувшись с отработки, Гарри мучился снами об увиденном: фигура в капюшоне — Волдеморт, склонившийся над неподвижным единорогом и пьющий его кровь. Малфой в панике запустил сигнальные искры и сбежал вместе с Клыком. Спасибо Мерлину, на этот раз Флоренц снова успел спасти Гарри!

Но экзамены неумолимо приближались, и их маленькой компании пришлось переключить внимание на спешное дочитывание учебников, авральную сдачу домашних заданий и отчаянные попытки заработать для Гриффиндора хоть сколько-нибудь баллов. Рону, впрочем, предстояло думать не только об учёбе и подсчёте дней до летних каникул.

*До экзаменов осталась всего неделя, а под конец Квиррелл пойдёт напролом, когда Дамблдора якобы вызовет министр. Впрочем, я ничуть не удивлюсь, если и этот вызов подстроит сам Квиррелл,* — размышлял Рон. — *Так что если я хочу удержать Гарри, Гермиону и Невилла от похода по ловушкам, можно сразу взять быка за рога и сдать Квиррелла как шестёрку Волдеморта.*

К этому решению Рон пришёл ещё тогда, когда вернулся из леса: разговор с Флоренцем лишь укрепил уверенность в том, что задуманный план так же хорош на деле, как и в мыслях. Конечно, было немного не по себе — раньше Рону толком не доводилось с ними общаться, но Флоренц, хоть и с чудинкой, всегда оставался одним из самых доброжелательных кентавров.

Вот только его туманные речи оставили в груди неприятный холодок, и вовсе не из-за своей двусмысленности.

«* * *

Приветствую тебя, избранник Смерти, благословлённый бурей».* * *

«* * *

Что?» — по спине Рона пробежал ледяной пот, заставив его воровато оглядеться по сторонам, проверяя, не слышит ли кто. Убедившись, что все отвлечены благополучным возвращением Гарри, он украдкой взглянул на невозмутимого кентавра: «О чём ты вообще говоришь?»* * *

«* * *

Я знаю, кто ты. Точнее, что ты такое, — ответил Флоренц. — Твой приход в этот мир был начертан нашими звёздами. Двойственность твоей магии, сама твоя душа — яркая, но мимолётная, словно падающая звезда. И бремя судьбы, которое ты обязан нести».* * *

Рону это чертовски не давало покоя: то, с каким священным трепетом Флоренц рассуждал о его явлении в этот мир, будто он какой-то герой или избранный. Это работа Гарри, а вовсе не его! Но по крайней мере напутственные слова кентавра придали уверенности. Теперь оставалось лишь выждать подходящий момент.

Но когда именно?..

**Чирик. Чирик. Чирик.**

— Чего?.. — Слышать птичьи голоса во время ранней утренней пробежки было делом привычным, но в этом крике прозвучало нечто такое, что заставило Рона замереть на месте. Зов раздался чересчур громко и явно совсем близко.

*Звучит так... словно птица ранена.*

Рыжий осторожно направился к предполагаемому источнику звука — толстому корявому дереву с тёмной корой, самому громадному из тех, что высились над озером. Выглянув из-за массивного ствола, Рон озадаченно вскинул бровь:

— Птица?

Определённо не обычная, Рон понял это с первого взгляда. Размером с хагридовского петуха, но с всклокоченным, грязным бело-золотым оперением, перепачканным землёй и кровью. Она сжалась в такой жалкий комок, а её тонкий щебет так походил на жалобный стон, что Рону невольно вспомнился больной плачущий ребёнок.

*Это питомец Хагрида? Вряд ли. Такую штуку я бы точно запомнил, будь она у него. Может, из Леса прилетела?*

Рон попытался подойти ближе, но тут же отшатнулся назад: птица распахнула глаза — золотые настолько, что они могли бы поспорить по яркости с самим солнцем, — и пронзительно заверещала.

— Эй, тише, тише. Я тебя не трону. Тебе и так досталось. — Рон поднял раскрытые ладони. — Я просто хочу помочь, видишь? Без палочки.

Он уже приготовился к тому, что птица продолжит защищаться, однако по какой-то причине напряжённое тельце обмякло, и существо с тихим воркованием уронило голову обратно на траву.

— Э-э... значит, можно подойти? Ты хочешь, чтобы я помог?

Птица выдавила пару трелей, и с каждым звуком в её голосе сквозило всё больше бессилия.

*Ла-адно. Наверное, у неё просто не осталось сил сопротивляться,* — мрачно нахмурившись, заключил Рон. — *И это совсем не к добру. Насколько же сильно она ранена?*

— Я просто тебя осмотрю, ладно? Расслабься, — он скривился. — Ну, настолько, насколько вообще можешь.

Рон не был уверен, что сумеет правильно наложить диагностические чары — даже несмотря на то, что Гермиона во время охоты за крестражами буквально вдалбливала их в головы ему и Гарри (к тому же он сомневался, сработают ли они на зверях), — поэтому мальчик ограничился визуальным осмотром, вспоминая уроки ухода за магическими существами с Хагридом.

*Пара ссадин и синяков тут и там, но настоящая беда — это раны на боку. Да и с крылом явно что-то не то.* Рон нахмурился ещё сильнее. С его скудными познаниями о волшебных тварях с этим в одиночку было не совладать.

— Так, судя по всему, тебе здорово досталось. Отнесу-ка я тебя тому, кто сможет помочь.

К изумлению Рона, в птице словно открылось второе дыхание: она возмущённо каркнула и отчаянно, будто от этого зависела жизнь, забила ослабевшими крыльями.

— Ай! Какого дья... Эй, перестань! Ты и так еле дышишь! Муха тебя укусила, что ли?!

Однако пичуга продолжала оглашать окрестности воплями и клекотом, от которых у Рона едва не лопались барабанные перепонки, пока он лихорадочно соображал, в чём успел напортачить. Ведь пока он осматривал птицу, та вела себя вполне смирно — значит, дело не в том, что он задел больное место или причинил ей боль...

…Погоди, ты что, взбесился из-за того, что я собрался отнести тебя кому-то другому? — Рон замер в немом остолбенении, когда существо вдруг замолкло и уставилось на него свирепым взглядом, словно говоря: «Ну наконец-то дошло, тупица».

*Мерлиновы подштанники, я, конечно, разговаривал с ним, но даже не думал!.. Не может же птица на самом деле...*

— Ты что... меня понимаешь?

Ему показалось, или эта пернатая бестия и впрямь закатила глаза? Разве птицы вообще на такое способны?! *Чем дальше, тем страннее!*

Рону пришлось отвесить себе пощёчину, чтобы вернуть мысли в кучу.

— Послушай, я правда хочу помочь, но... я же не магозоолог и не ветеринар. У меня есть друг, который, возможно, сумеет подлечить эти раны, но для этого придётся отнести тебя к...

Снова раздался сердитый клёкот, и на этот раз Рон готов был поклясться, что прозвучало это как: «Мне плевать, я сказал — *НЕТ*!»

— Даже если ты подохнешь, если я тебя к нему не отнесу?

Очередной негодующий писк заставил Рона шумно выдохнуть. *Ох, Мерлин, а я-то считал упрямцем Гарри!*

— Ладно, ладно, не понесу я тебя к нему. Но мне же нужно оттащить тебя *куда-нибудь*! Да и раны перевязать необходимо! — Рон выставил ладони вперёд. — Ты хотя бы мне довериться можешь?

Птичьи глаза впились в него так, словно заглядывали в самые глубины души, однако Рон не отвёл взгляда, и наконец создание снова тихо курлыкнуло, озадаченно склонив голову набок.

— Ну, раз ты не хочешь показываться никому на глаза, придётся унести тебя куда-нибудь поскорее, пока вся школа не проснулась. — Рон почувствовал, как спало напряжение во всём теле, когда раненая птица покорно опустила голову и позволила взять себя на руки.

— Раз уж тебе почему-то приспичило остаться со мной, придётся хотя бы оправдать твоё доверие. — Рон не знал наверняка, правильно ли поступает, но всё было лучше, чем бросить птицу умирать. Да что за напасть в последнее время — постоянно натыкаться на тех, кому нужна помощь?

*Сначала тот паренёк, теперь вот это... кем бы оно ни было. Тому мальчишке я ничем помочь не смог, но хотя бы этого спасу. Только вот куда отнести птицу, если к Хагриду она не хочет? Ну же, Рон, шевели мозгами! Что ей нужно? Тихое место, где можно отдохнуть и зализать раны. Было бы здорово раздобыть какие-нибудь бинты да зелья, чтобы перевязать её, и всё остальное, что только может... понадобиться...*

— Кажется, я знаю идеальное место.

Ну что, глава вышла немаленькой, правда? Стоила ли она столь долгого ожидания?

Мы подобрались к финишной прямой. И впереди ещё больше оригинальных персонажей! Какая радость!

Если глава вам понравилась, пожалуйста, оставьте кудос/отзыв/подпишитесь/добавьте в избранное — и надеюсь на ваше терпение, пока я корплю над следующей главой.

Берегите себя!

**В СЛЕДУЮЩЕЙ ГЛАВЕ:**

Рон обзавёлся новым другом (?) прямо посреди завершения планов насчёт Квиррелла. Но в чём именно заключается план? Неужели он и впрямь удержит Гарри от прохождения полосы препятствий и рандеву с Волди?

Вы когда-нибудь слышали о таком понятии, как «фиксированные точки во времени»?

(Постойте, я что, только что проспойлерил следующую главу? Ай-яй-яй, Чучи, нехорошо! XD)