Минотавр Каз | Kaz the Minotaur (джен)

Отряд, которому предстояло выследить Аргаэна Воронью Тень, поневоле пришлось сделать небольшим. Из двухсот с лишним рыцарей, которыми теперь располагал Великий Магистр, добрая четверть ещё несколько дней была не готова к серьёзным нагрузкам. Другие требовались в крепости: охранять стены Вингаарда и расчищать завалы, оставленные каменным драконом. Выделив племяннику пятьдесят рыцарей, Великий Магистр и без того использовал свои силы почти до предела.

Дарий, Тесела и Делбин, разумеется, тоже настояли на участии. Рыцаря вели долг и честь. Жрица утверждала, что там, куда они направляются, наверняка пригодится её дар исцеления. Каз подозревал, что настоящая причина — сам Дарий. Пережитые невзгоды сблизили их.

Делбину же причина не требовалась вовсе, и лорд Осваль более чем охотно отпустил кендера. Рыцари справедливо опасались: останься он без присмотра Каза, утащит всё, что попадётся на глаза, а заодно, несомненно, и кое-что, что не попадётся.

Великий Магистр лично отобрал людей для похода. Отряд снабдили всем продовольствием и снаряжением, какое только удалось выделить.

Незадолго до полудня они выехали из главных ворот. Никто не кричал напутствий: уезжавшие, возможно, отправлялись на смерть, а почти все оставшиеся стояли на стенах перед столь же неясной судьбой. Когда Каз оглянулся в последний раз, прежде чем Вингаардская крепость скрылась вдали, люди на стенах всё ещё молча смотрели им вслед.

Короткий день прошёл без происшествий. Иногда попадались следы гоблинов, но самих тварей никто не видел. Деревни и другие поселения колонна обходила стороной. Пока жители не поймут, что произошло, лучше держаться подальше от людского жилья.

Самым обнадёживающим в этот день было яркое солнце. Оно вселяло надежду и заметно поднимало дух.

Перед самыми сумерками разведчик доложил: утром здесь прошёл довольно большой отряд — часть людей верхом, часть пешком. Они тоже направлялись на юг. Ничто не указывало, что цель у них та же, но Каз не мог отделаться от тревожной мысли. Кто они такие?

Когда стемнело, начался спор: не продолжить ли путь? Здравый смысл взял верх. Всем требовался отдых.

Вокруг лагеря выставили часовых и назначили смены. Казу казалось, что время повернулось вспять на несколько лет и он снова оказался на великой войне. Он задумался, что они станут делать, если неживой слуга Аргаэна вернётся под покровом тьмы.

Минотавр провёл пальцами по обоим лезвиям топора, любуясь искусной работой мастера. Несмотря на тусклый свет ночного неба, в металле отчётливо отражалась его морда. Каз некоторое время задумчиво разглядывал отражение, пока не заметил нечто странное. Он посмотрел на сам топор, на рукоять, затем на острые лезвия…

Вот оно! Там, где после удара о каменную шкуру чудовища осталась зазубрина, металл снова был целым и гладким. И таким же острым, как прежде! Каз вспомнил и то, как в хранилище неживая тварь отступила перед его, казалось бы, бесполезным взмахом топора. Неужели каменный дракон действительно боялся оружия? Да, в нём каким-то образом заключалась магия, но почему столь огромное существо, само созданное колдовством, страшилось подарка Сардала?

Насколько могуществен этот топор? Умеет ли он что-нибудь ещё, кроме как восстанавливать себя? Каз хмык, вспомнив, как оружие оказалось у него в руках, хотя он оставил его в другом месте. Случайность — или оно снова придёт к нему, когда понадобится?

— Каз?

Минотавр поднял голову. Перед ним стоял Беннет, явно чем-то обеспокоенный. — Что, человек?

— Возможно, у нас неприятности. И, пожалуй, тебе они знакомы. Пойдём со мной?

Каз встал и последовал за Беннетом.

Они направились к восточному краю лагеря. Один или два рыцаря несли караул среди спящих; остальные, включая спутников минотавра, уже уснули. Бодрствовали лишь часовые по краям стоянки.

Вокруг тянулись невысокие холмы, поросшие дикой травой и уродливыми искривлёнными деревьями. По своей воле Каз никогда не стал бы путешествовать по такому краю, но обстоятельства словно нарочно заставляли его снова и снова пересекать эти земли.

— Что ты хочешь мне показать?

— Может, и ничего. Но часовой впереди сообщил кое о чём. Думаю, ты предпочёл бы об этом знать.

Часовой отдал честь Беннету и с опаской посмотрел на минотавра. Беннет прочистил горло и велел: — Расскажи, что тебе показалось.

— Милорд. — Это был рыцарь Короны, как когда-то Хума, но гораздо старше: бывалый воин, возможно решивший остаться в своём ордене, а не переходить в орден Меча. — Я бы и не доложил, милорд, но нам приказали сообщать обо всём странном, даже если кажется, что обмануло зрение.

— Что ты видел? — подбодрил его Каз.

— Всего одно мгновение, заметьте. Мне показалось, что я увидел зверя. Только мельком, но он выглядел настоящим. Странно то, что он был совершенно белый. Только не как некоторые наши лошади. Скорее как мертвец.

— Белый, как мертвец? — Каз поморщился. — А на кого этот зверь походил, рыцарь?

— Точно не скажу, я едва успел разглядеть. Возможно, большая кошка или… или…

— Волк? — закончил за него минотавр.

Рыцарь кивнул. — Волк. Да, вполне мог быть волк.

Беннет посмотрел на Каза. — Это невозможно. Ты ведь понимаешь, минотавр.

— Но ты пришёл за мной. Значит, сомневаешься достаточно, чтобы допустить такую возможность. Может, Аргаэн знает ещё несколько приёмов, о которых мы не подозревали. Его проклятая Саргасом изобретательность не перестаёт меня удивлять!

— Жуткие волки! — Беннет покачал головой. — Надеялся больше никогда о них не услышать. Думал, всё, что связано с Галаном Дракосом, можно навсегда похоронить и забыть.

— Для мертвеца этот маг-отступник что-то уж слишком часто напоминает о себе, верно? — Каз задумался. — С твоего разрешения, Беннет, я бы поговорил с другими часовыми.

— Хорошо.

Первый, к кому они подошли, ничего не заметил. Второй тоже не сообщил ничего полезного, и с ним разговор получился ещё короче.

Беннет, похоже, считал всю затею бессмысленной. — Может, там просто волк-альбинос. Я иногда встречал альбиносов среди других животных. Они обычно и выходят по ночам.

— Может быть. — И всё же Каз пошёл дальше.

Следующего часового нашли не сразу: он стоял по другую сторону небольшого холма. Место для наблюдения было хорошее. Лунный свет не падал на рыцаря, и подойти пришлось бы почти вплотную, прежде чем его заметить.

— Эй, — негромко позвал Беннет. Пока он обращался к часовому, Каз, положив топор на плечо, осматривался. Что-то не давало ему покоя.

— Милорд? — Человек повернулся, но, как и полагалось, поста не оставил.

— Ты не видел сегодня ночью чего-нибудь, о чём ещё не доложил? Чего угодно?

Рыцарь вгляделся в них, пытаясь понять, кто стоит рядом с командиром. Здесь оба казались лишь тёмными силуэтами. — Ничего, милорд, разве что пару ворон-падальщиков. Летали без особой цели.

— Надеюсь, так и улетят подальше, — пробормотал Каз, стоявший почти спиной к человеку. Свет Солинари скользнул по зеркально отполированной поверхности топора и блеснул минотавру в глаза.

Рядом повернулся и вздохнул Беннет. — Думаю, пора прекратить. Ничего мы так не добьёмся. Если что-нибудь случится, часовые нас предупредят.

— Наверное. — Каз снял топор с плеча. При этом на миг увидел в металле своё отражение и отражение Беннета.

— Это всё, милорд? — спросил страж.

Каз застыл, затем осторожно оглянулся, проверяя, где стоит рыцарь. Тот находился прямо позади них.

— Всё. Продолжай службу, — ответил Беннет.

Отвернувшись, Каз поднял топор так, чтобы в его плоской стороне снова отражалось всё, что было за спиной. Он увидел всё то же удивительно чёткое отражение собственной морды и плеча Беннета. От второго рыцаря — даже смутного силуэта.

Но когда Каз снова оглянулся, тёмная фигура человека по-прежнему стояла на месте.

Часовой не отражался в зеркальной поверхности топора!

Каз замешкался. Страж, занятый наблюдением за окрестностями, не обращал на него внимания. Что это значит?

Заметив странное поведение минотавра, Беннет тоже остановился. — Что-то не…

— Тихо. Подожди, — прошептал Каз. Держа топор наготове в одной руке, он подошёл к часовому. — Ты!

Человек медленно повернулся. — Чего ты хочешь, минотавр?

— Твоё имя.

— Алек, рыцарь Меча.

— Алек, — Каз крепче сжал рукоять топора, — ты знаешь, что означает «Эст Сулярус от Митас»?

Последовала короткая пауза. — Сейчас не могу вспомнить.

Все мышцы минотавра напряглись. — Я так и думал.

Топор взлетел по крутой дуге, чтобы плашмя ударить ничего не подозревающего Алека. Беда была лишь в одном: Алек всё прекрасно подозревал и рыцарем не был. Он пригнулся, и оружие Каза пронеслось в футе над его головой. В руке самозванца сверкнул длинный меч.

— Каз! Что ты делаешь? — потребовал Беннет.

Минотавр отбил сильный выпад и прорычал: — На нас могут напасть в любую секунду, командир! — Второй взмах топора оказался столь же безуспешным, как первый. — Если… если ты ещё не понял, это не рыцарь!

— Паладайн! — Беннет выхватил меч и шагнул вперёд, но Каз крикнул: — Забудь обо мне! Предупреди лагерь! Беги!

Беннет на миг замер, затем кивнул и побежал. Кричать он не стал, чтобы не выдать их догадку тем, кто мог поджидать за пределами лагеря. Сейчас важны были тишина и осторожность.

Едва Беннет исчез, Каз начал жалеть, что отослал его. Самозванец оказался опасным противником. Высокий человек, с длинными руками и длинным мечом, мог достать издалека.

Несколько секунд они обменивались ударами, но что-то, похоже, подтачивало решимость противника. В его движениях появилась неуверенность.

Ну конечно! — Кажется, друзья тебя бросили, человек!

Каз попал в больное место. — В отличие от тебя, минотавр, мы верны своей госпоже. Они… они не бросят меня!

Из лагеря донеслись крики. Противник Каза принялся сражаться с новыми силами. Похоже, человек был прав: на лагерь напали.

— Мы перебьём твоих соламнийских друзей, зверь! Но не тревожься. Ты до этого не доживёшь!

— Готов поспорить, пять или шесть лет назад ты носил чёрные доспехи, — прорычал Каз. — Только ты дважды ошибся, гвардеец! Во-первых, рыцари отобьются, а во-вторых, умирать я не собираюсь! — Он мрачно оскалился. — Да, ты похож на одного из Чёрной Гвардии. Кстати, я видел, как погиб ваш военачальник Кринус. Под конец он совсем спятил.

Меч гвардейца дрогнул.

Топор ударил его в грудь и рассёк шею. Лезвие прошло сквозь нагрудник, почти не встретив сопротивления. Человек медленно повалился на землю; голова едва держалась на шее.

Ругаясь, Каз остался на месте и принялся ждать, не появится ли новый враг. Никого.

Через несколько мгновений к нему подбежали рыцари, среди которых был помощник Беннета Гриссом. Каз с облегчением повернулся — и увидел полдюжины направленных на него мечей.

— Это ещё что? — прорычал он.

— Что ты сделал с нашим часовым, минотавр?

Было очевидно: ни Гриссом, ни остальные не знают, что здесь произошло. Каз понимал, что некоторые рыцари ему не доверяют, но не думал, что настолько.

— Спроси у своего командира, человек! Это я обнаружил опасность!

Гриссом заколебался. — Зачем тебе предавать их? Когда-то ты сражался на той же стороне.

Каз вздохнул. Сколько ещё раз придётся объяснять?

— Опустите оружие, сэр Гриссом! Минотавр — наш союзник, и весьма ценный!

Услышав голос Беннета, рыцари расступились. Гриссом отдал честь. — Прошу прощения, милорд! Мы знали только, что вы прибежали в лагерь и предупредили об опасности!

— Извиняйтесь не передо мной, Гриссом. Перед Казом. Это его честь вы поставили под сомнение.

— Милорд?

Беннет строго посмотрел на помощника. — Разве это так трудно понять? Мне извиниться за вас? Я непременно сделаю это, потому что он заслуживает извинений. В конце концов, возможно, он спас всем нам жизнь.

Гриссом резко выдохнул и повернулся к Казу. — Прошу прощения за поспешный вывод, минотавр. Я решил, что за этим может стоять только один человек.

— Они убили нашего часового, — объяснил Каз, — и поставили на его место своего, чтобы никто ничего не заподозрил. Повезло, что мы обнаружили их прежде, чем они успели как следует подготовиться.

— Они попытались напасть на лагерь через несколько секунд после того, как я предупредил людей, — вмешался Беннет. — Явно не ожидали, что все уже проснулись и готовы к бою. Атаковали одной волной. Мы убили шестерых или семерых, ещё нескольких ранили. Кроме этого часового, потеряли лишь одного человека. Они почти сразу бежали. Трусы!

— Думаю, мы с ними ещё встретимся. Этот был из Чёрной Гвардии Кринуса, Беннет.

— В центральной и южной Соламнии их бродит немало. В Харолисе тоже. Набеги заметно участились. — Беннет обратился к Гриссому: — Попробуйте найти тело нашего брата, отдавшего здесь жизнь. Утром, прежде чем отправиться в путь, проводим его и второго погибшего как положено. До рассвета удвойте караул.

— Как прикажете, милорд. А с этим что? — Гриссом коснулся тела кончиком меча.

— Пусть соберут вражеских мертвецов. Сложим для них отдельный погребальный костёр и пожелаем дурного пути к их госпоже. Если оставить тела так, они могут стать рассадником заразы. Только этого нам не хватало.

Двое рыцарей остались в карауле, остальные, кроме Гриссома, отправились искать погибшего товарища. Помощник отдал честь и вернулся в лагерь выполнять другие распоряжения Беннета. Племянник Великого Магистра остался с Казом.

— Как ты понял, что он не наш? Я половины своих людей не знаю. Слишком многие не из ордена Розы.

— Эст Сулярус от Митас.

— «Моя честь — моя жизнь». Закон, по которому мы живём. А что?

— Он не сумел объяснить, что это значит, даже когда от ответа зависела его жизнь. А она зависела.

У Каза появилась догадка о том, почему гномий топор назвали «Ликом Чести». Каким был гном, выковавший столь необычное оружие? Помогал ли ему маг? А может, его посетил сам бог Реоркс? Теперь Каз полагал, что зеркально отполированная сторона топора отражает лишь тех, у кого есть честь, кому можно доверять. Враги, бесчестные существа, отражения не оставляют. Полезное свойство — жаль, минотавр не знал о нём раньше. Интересно, знал ли Сардал Хрустальный Шип?

Сардал Хрустальный Шип. О другом эльфе Каз почти забыл. Не заодно ли Сардал с Аргаэном? Минотавр решил, что вряд ли. Иначе эльф ни за что не подарил бы ему этот гномий топор. Спасти Казу жизнь, а потом ещё и вручить столь прекрасное оружие — не похоже на поступок тёмного эльфа.

— Минотавр?

Каз моргнул. — Что, Беннет?

— Тебе бы отдохнуть. Кажется, ты уже засыпаешь стоя.

Так и было. Углубившись в мысли, Каз постепенно погружался в дрёму. Эльфы и волшебные топоры подождут до утра. Сон в последнее время стал роскошью, которую минотавр редко мог себе позволить. Нужно наверстать упущенное, прежде чем они доберутся до Аргаэна Вороньей Тени.

* * *

Больше той ночью их никто не тревожил, хотя часовые оставались начеку. Рассвет Каз и остальные встретили лишь немного отдохнувшими. По-хорошему, следовало бы устроить привал на целый день, но никто не хотел терять столько времени. Все чувствовали: дело не терпит промедления.

По мере приближения к цели Каз всё сильнее тревожился за Дария. Молодой рыцарь ехал рядом с Теселой и часто с ней разговаривал, но минотавр, время от времени оглядываясь, замечал: человек всё чаще смотрит в небо с каким-то обречённым выражением. Каз знал, кого он высматривает, — каменного дракона, который оставил его умирать.

Такой взгляд Каз уже видел во время войны. Дарий ждал, что тварь вернётся и попытается закончить начатое. Будто считал несправедливым то, что выжил, когда все остальные погибли. Такие мысли толкали на глупые, а порой и самоубийственные поступки. Соламнийские Рыцари, думал Каз, слишком охотно идут на смерть. Ещё больше его беспокоило, что и собственному народу были свойственны такие порывы.

Даже сам Каз начал смотреть на всё слишком мрачно. Чтобы отвлечься, он полез в поясную сумку за одной из сухих лепёшек, которыми рыцари снабдили отряд. Вкуса в них почти не было, зато они были плотными и сытными. Давно привыкший к такой пище, Каз обнаружил, что она нравится ему всё больше. Верный признак, решил он, что с головой у него не всё в порядке.

Однако пальцы коснулись не лепёшки, а пергамента. Каз ухватился за край и вытащил его. Свиток, запечатанный янтарём. Откуда же он… Конечно! За всеми событиями минотавр совершенно забыл об этой вещице. Тот самый свиток, который Сардал Хрустальный Шип просил передать Аргаэну Вороньей Тени. Всё это время… Интересно, что за послание было предназначено тёмному эльфу? Каз снова задумался: а вдруг Сардал всё-таки заодно с похитителем магии?

Он решил сломать печать и посмотреть, что написал Сардал.

Янтарь оказался крепче, чем ожидалось. Каз думал сковырнуть его когтем большого пальца, но тот раз за разом соскальзывал. Раздосадованный минотавр вытащил кинжал и попытался вскрыть печать им. Лезвие тоже соскользнуло.

Вырезать янтарную печать оказалось непросто: нужно было удерживать поводья, а лошадь на ходу трясла. И всё же Каз сумел обвести кинжалом круг, и печать упала на землю. Убрав оружие, он начал разворачивать пергамент.

Перед ним разверзлась золотая пустота.

— Каз! — крикнул кто-то, возможно Делбин.

— Пала… — Минотавр не успел закончить клятву, прежде чем лошадь безмятежно шагнула в пустоту. Отряд, всё вокруг исчезло.

Пустота была прекрасна, захватывала дух, но Казу было не до созерцания. Он едва удерживался в седле, пока лошадь падала, падала, падала, падала… Казалось, падению суждено длиться до Последнего дня. При этом конь ни разу не выказал страха. Он всё ещё пытался скакать, словно не замечал, что с ним происходит.

Наконец падение стало замедляться. Каз почувствовал, что и сам двигается всё медленнее. Через несколько секунд он уже почти ничего не мог делать, кроме как дышать, да и это давалось всё труднее.

Как муха в мёде, беспомощно подумал он. Внутри закипала ярость — та, что делала его страшным противником в бою. Сейчас она лишь усиливала мучительное бессилие. При всей своей мощи Каз не мог ни пошевелиться, ни защититься.

Когда минотавр и его конь окончательно замерли, Каз лишился даже возможности дышать. Теперь он был уверен, что умрёт. Ждал, когда начнёт задыхаться, но этого не происходило. Он почти желал удушья: появился страх, что ему суждено навеки остаться в этой пустоте и вечно смотреть в прекрасное золотое ничто.

— А-а-а, минотавр! — загремел со всех сторон голос. — Что же ты опять с собой натворил?

Каз узнал его. В ловушку его заманил Сардал Хрустальный Шип.

* * *

— Каз! — закричал Делбин.

Нескольким рыцарям пришлось сдержать коней. Беннет привстал в стременах и тщетно огляделся в поисках минотавра. Дарий выругался, а Тесела взмолилась своей богине, прося хоть как-то объяснить, что произошло с Казом.

Беннет опустился в седло. — Бездна забери этого тёмного эльфа! Наверняка его работа! Всё это время следил за нами и ждал подходящего мгновения!

— Вы… вы думаете, Каз мёртв? — наконец решился спросить Дарий.

— Нет. Но, думаю, похититель магии каким-то образом захватил его. — Беннет посмотрел на остальных. — Нужно двигаться дальше. Единственный шанс Каза — и наш — найти эльфа, прежде чем тот станет ещё сильнее! Если повезёт, спасём минотавра. Где бы он ни был, если жив, Аргаэн Воронья Тень об этом знает.

Тесела отпустила медальон. — Я ничего не чувствую, но это ещё мало о чём говорит. Здесь нет никаких следов Каза. В этом я уверена.

Беннет кивнул, будто ждал именно такого подтверждения. По его мнению, терять время больше было нельзя. — Значит, решено. Едем дальше.

Пока рыцарь поворачивался, чтобы подать знак остальным, Тесела и Дарий обменялись тревожными взглядами. Если враги и впрямь похитили Каза колдовством и держат в плену, что может этот небольшой отряд против столь грозной силы?

И всё же никто даже не предложил повернуть назад.