Эхо хищника (гет)

Лиам глубоко, судорожно вздохнул. Ярость медленно отступала, сменяясь холодной, трезвой ясностью. Он посмотрел на Адель. Она стояла перед ним, прямая, как натянутая струна, но в глазах застыло ожидание. Она ждала его решения.

— Два дня, — произнес Лиам, возвращаясь к исходной точке. — Что мы можем сделать за два дня?

Ричард хмуро переступил с ноги на ногу.

— Я разослал письма Стае ещё утром. До того, как началась вся эта бодяга с Натом. — Медведь достал из кармана потрепанный коммуникатор, пролистал уведомления. — Три вожака подтвердили получение. Но... — он поморщился, как от зубной боли. — Даже срочный созыв Круга — это минимум те же два дня на сбор. Три, если учесть, что кланы находятся за пределами города. К моменту, когда они приедут, Совет уже проголосует.

Лиам выругался сквозь зубы. Он снова начал мерить комнату шагами. Два дня. Сорок восемь часов. Меньше, чем нужно, чтобы нормально подготовить любое собрание. Меньше, чем необходимо, чтобы проработать хотя бы одну версию из десятка возможных.

— Значит, мы сами, — констатировал он.

Он остановился. Посмотрел на Адель. Лев внутри него поднял голову, вглядываясь в её лицо. Она встретила его взгляд, не отводя глаз.

— Ты сказала, что твой дар — видеть структуру потоков, — произнес Лиам. Голос стал ниже, приобретая вибрирующие ноты. — Скажи мне, Адель. Ты сможешь найти логово этого ублюдка за два дня? Без блокиратора. Без прикрытия Инквизиции. Без права на ошибку.

Она смотрела на него долгую, тягучую секунду. В синих глазах отражалась вся её жизнь — годы в клетке, страх, боль, унижение. А затем что-то в них щелкнуло. Ледяная корка треснула, обнажая под собой не страх, а злость. Ту самую, которая копилась десятилетиями. Ту самую, которая нашла наконец выход.

— Это билет в один конец, — произнесла она тихо, но с такой убийственной ясностью, что даже Ричард невольно выпрямился.

Лиам смотрел на неё, и внутри него, сквозь ярость и страх, пробивалось что-то другое. Что-то горячее, первобытное. Гордость. Лев внутри него одобрительно рыкнул, признавая в этой хрупкой женщине достойного противника. Достойную пару.

Ричард переводил взгляд с одного на другого, и на его морде медленно проступало выражение человека, который внезапно понял, что оказался в эпицентре чего-то грандиозного и опасного одновременно.

— Эй, — пробасил он, поднимая руки. — Я, конечно, все понимаю. Пафос. Решимость. Но давайте не будем сжигать мосты раньше времени. У нас есть два дня. Давайте хотя бы попробуем их использовать с умом.

Лиам бросил на друга короткий взгляд. Лев внутри него всё ещё рычал, требуя действий, требуя крови. Но медведь был прав. Два дня — это время. И его нужно потратить не на рефлексию, а на охоту.

— У нас два дня, детектив, — произнесла она тихо, почти шепотом, глядя ему прямо в глаза. — Может, перестанем тратить время на разговоры?

Ричард за спиной Лиама громко, демонстративно кашлянул.

— Так, — пробасил он. — Я, пожалуй, пойду. Проверю, цел ли архив, пока вы тут... стратегически планируете.

Медведь тяжело зашагал к выходу, но у двери обернулся. Его взгляд был серьезным, без привычной насмешки.

— Котенок, — сказал он тихо, но веско. — Что бы вы там ни решили... я с вами. Но если вы оба сгорите в этом пожаре... я лично воскрешу вас и убью снова. По очереди.