Эхо хищника (гет)

Лиам вернулся в конференц-зал, но Адель там не было. Терминал погашен, стул отодвинут. На столе — только её коммуникатор, забытый в спешке. Лев внутри него мгновенно напрягся, сканируя пространство. Запах снега витал в воздухе, но слабый, разбавленный. Она ушла.

Он достал телефон, набрал её номер. Гудки тянулись долго, мучительно. Наконец, на том конце раздался щелчок.

— Я внизу, — голос Адель звучал ровно, но с едва уловимой хрипотцой. — В комнате для отдыха персонала. Второй этаж.

Он нашёл её через три минуты. Комната для отдыха оказалась маленькой, душной каморкой с парой продавленных диванов и автоматом с кофе. Адель сидела в углу, поджав ноги, и смотрела в экран планшета. Рядом на диване лежала её куртка, брошенная небрежно, как попало. Это было настолько не похоже на неё — всегда собранную, всегда контролирующую каждую деталь, — что Лиам почувствовал, как внутри что-то сжалось.

— Ты ушла, — сказал он, опускаясь на соседний диван. Не упрёк. Констатация.

— Нужно было подумать, — ответила она, не поднимая глаз.

Лиам кивнул, принимая. Он тоже предпочитал думать в одиночестве. Но сейчас одиночество было роскошью, которую они не могли себе позволить.

— Рид не отвечает, — сказала она после паузы. — Ни на сообщения, ни на звонки.

Адель наконец подняла голову. В синих глазах мелькнула тревога.

— Дерьмо. — Лиам откинулся на спинку дивана, упираясь затылком в холодную стену.

Они помолчали. Автомат с кофе тихо гудел, наполняя комнату запахом жжёного пластика и дешёвого эспрессо. Лиам смотрел на Адель. Она снова уткнулась в планшет, но он видел — она не читает. Просто смотрит в экран, чтобы не смотреть на него.

— Адель, — позвал он.

Она вздрогнула, но не подняла глаз.

— Что?

Лиам помедлил. Слова давались тяжело. Он знал, что балансирует на лезвии. Одно неверное движение — и она закроется, оттолкнёт, снова наденет свою броню.

— Нат, — произнёс он тихо. — Ты уверена, что он чист?

Адель замерла. Её пальцы, лежавшие на краю планшета, медленно сжались в кулак. Она подняла голову. В синих глазах не было злости — только усталость. Глубокая, бесконечная.

— Он спас меня, — произнесла она ровно. — Когда все отвернулись. Когда я была никем. Он дал мне имя, работу, защиту. Он...

— Я знаю, — перебил Лиам мягко. — Я знаю, что он для тебя сделал. Я не говорю, что он убийца. Я просто... — он запнулся, подбирая слова. — Я просто спрашиваю. Потому что не могу позволить себе ошибиться. Не сейчас.

Это было честно. Это было больше, чем он обычно позволял себе говорить. Лев внутри него недовольно ворчал, требуя не показывать слабость, но Лиам задавил его. Сейчас важнее было не рычать, а говорить.

Адель долго смотрела на него. Затем медленно, очень медленно, её плечи опустились. Она выдохнула — долго, прерывисто.

— Я не знаю, — призналась она. Голос был тихим, почти шёпотом. — Я не знаю, Лиам. Я думала, что знаю. Я думала, что он — единственный, кому я могу доверять. Но сейчас... — она покачала головой. — Я уже не уверена ни в чём.

Лиам ничего не сказал. Он просто протянул руку и накрыл её ладонь своей. Жест был простым. Никакого давления. Просто тепло. Адель вздрогнула, но не отстранилась. Наоборот — чуть повернула ладонь, переплетая пальцы с его. Кожа у неё была холодной, как всегда.

Они просидели так минуту. Две. Автомат с кофе щёлкнул, отключаясь. Тишина стала густой, но не давящей. Скорее — уютной.

— Нам нужно работать, — наконец произнесла Адель, но в её голосе не было прежней стали. Только усталость. — Если Рид не отвечает, мы не можем просто сидеть и ждать.

Лиам кивнул, поднимаясь. Он не отпустил её руку — просто потянул за собой, заставляя встать. Адель подчинилась. Медленно, неохотно.

Они вернулись в конференц-зал. Лиам включил свет, активировал терминалы. Адель села за стол, привычным движением вытягивая планшет. И они начали.