Повелитель Тайн (джен)

Одри остановилась, закончив делиться интересными новостями и сплетнями об аристократах. Затем она приняла серьёзный вид и начала кое-что вспоминать.

Благодаря исключительной памяти Зрителя она разложила по абзацам сведения, полученные от отца, а также новости, услышанные на банкетах и салонах.

Составив в голове черновик, Одри написала:

«Что касается политической ситуации в Баклунде, о которой ты спрашивал, то она не входит в сферу моих интересов. Я могу описать её только по собственным впечатлениям и тем подробностям, которые мне случайно известны.

Некоторое время назад отец сказал мне, что после отмены Зернового закона цены на зерно быстро падают. Арендная плата за сельскохозяйственные угодья и пастбища тоже стремительно снижается, но точных масштабов я не знаю. Могу только привести пример.

Ты же знаешь, что герцог Неган — аристократ, который владеет самым большим количеством земли после королевской семьи. Говорят, его поля, пастбища и леса стоят более двенадцати миллионов фунтов. В прошлом году его земли принесли рекордные 1 300 000 фунтов арендной платы. Но в этом году, по прогнозам, она составит всего 850 000 фунтов, то есть на целых 450 000 фунтов меньше. Это больше, чем всё имущество, на которое я имею право.

Думаю, без дальнейших объяснений, мой дорогой брат, ты поймёшь поведение большинства старомодных дворян. Они гордятся тем, что являются землевладельцами, и их доходы в основном происходят из арендной платы. Они уделяют огромное внимание приличиям и будут поддерживать нынешний образ жизни, даже если для этого придётся залезть в долги. Каждый год они тратят десятки тысяч фунтов на содержание замков, ещё многие тысячи — на одежду и драгоценности, а также на неизменную охоту, светские банкеты, редкие роскошные свадьбы и похороны, и так далее, и тому подобное.

С уменьшением арендной платы, насколько я знаю, значительная часть дворян уже столкнулась с финансовыми трудностями. Из-за этого граф Вольф продал 840 000 ар сельской земли и получил за неё 290 000 фунтов. Виконт Конрад тоже продал Национальной художественной галерее свою коллекцию картин стоимостью 55 000 фунтов.

За исключением нескольких дальновидных дворян, которые уже давно переключили своё внимание на сталь, уголь, железные дороги, банки и каучуковую промышленность, остальные дворяне серьёзно пострадали из-за Зернового закона. Воздадим же хвалу нашему дорогому графу Холлу!

Отец сказал мне, что финансовые трудности ослабят контроль знати над партийной политикой и над местами в Палате общин. Нетрудно представить, что на следующих выборах число депутатов, происходящих из земельной аристократии, заметно сократится.

В попытке обеспечить финансирование Консервативная партия и Новая партия пообещали даровать дворянские титулы любому, кто пожертвует достаточную сумму денег и не будет иметь судимостей. Конечно, есть оговорка: пожертвовавший должен владеть количеством земли, подобающим дворянину.

Один из примеров — богатый мистер Синдрас. Он купил минимальный участок земли, ожидаемый от барона, — 600 000 ар, затем пожертвовал 100 000 фунтов клубу Карлтон, 400 000 фунтов Консервативной партии и 300 000 фунтов на благотворительность. В итоге он успешно получил пожалование от Его Величества и стал весьма уважаемым бароном. Я слышала, что на это даже есть прейскурант: 300 000 фунтов — за баронета, от 700 000 до 1 000 000 — за наследственного барона. Для титула виконта или графа чёткой цены нет, но я уверена, что речь идёт о достаточно нелепых суммах.

* * *

В этом году многие дворяне, столкнувшиеся с финансовыми трудностями, стали всерьёз рассматривать возможность заключения браков с богатыми купцами. За последние два месяца было уже три таких брака. Подаркам, полученным благородными девицами, можно только позавидовать.

Кроме того, рабочие, которые протестовали против Зернового закона, действительно дождались снижения цен на продукты, но качество их жизни не улучшилось. Напротив, оно, похоже, ухудшилось, поскольку обанкротившиеся фермеры пришли в город и стали отнимать у них рабочие места, соглашаясь на меньшую плату. Поэтому зарплаты рабочих быстро падают.

Я помню, как отец спросил меня, кто, по моему мнению, оказался победителем в истории с Зерновым законом.

Мой дорогой Альфред, ты должен знать ответ. Ты определённо сможешь собственными усилиями получить титул наследственного барона».

* * *

Сио Дереча и Форс Уолл возвращались в район Баклунд-Бридж после того, как получили ответ Одри.

Сио, с растрёпанными светлыми волосами, смотрела из окна кареты; её глаза сияли, как два огненных шара.

Она снова и снова бормотала про себя слова «450 фунтов», словно читала заклинание. С каждым повторением её сила и мужество росли.

— Даркхольм сегодня не сообщил, как идёт расследование. Давай съездим к нему домой! — Сио внезапно повернулась и посмотрела на Форс.

Даркхольм был главарём банды в Восточном районе Баклунда и контролировал многих нищих и воров.

Хотя он всегда выглядел добродушно — на пухлом лице неизменно играла тёплая, располагающая улыбка, — Сио знала, что этот тип был безжалостным мерзавцем. Однажды он сломал руку тринадцатилетнему воришке за то, что мальчишка утаил часть добычи.

Без необходимости Сио не хотела встречаться с Даркхольмом, но он был одним из немногих, кто знал городских бродяг лучше других.

Форс заправила её слегка вьющиеся волосы за ухо.

— Только если это не задержит мой обед.

— Без проблем! Может, после этой недели я угощу тебя интисским пиром! — самодовольно пообещала Сио.

— Ого, мне стоит поблагодарить Бога за это? — рассмеялась Форс.

В отличие от Сио, Форс верила в Бога Пара и Машин лишь поверхностно.

За разговором они пересели в другой общественный экипаж, добрались до Восточного района Баклунда, а затем — до дома Даркхольма.

Это был рядный дом в узком переулке. Со стен свисали зелёные растения, а снаружи он выглядел довольно неухоженным.

Сио подошла к двери, подняла правую руку и постучала особым ритмом.

Незапертая дверь после её стука скрипнула и приоткрылась.

Растерянность на лице Сио мгновенно сменилась суровостью, как у ощетинившегося льва.

Она достала трёхгранный шип, который носила с собой, и осторожно толкнула дверь. Затем она медленно вошла внутрь.

Форс тоже утратила беззаботный вид и откуда-то достала кинжал.

Они не почувствовали никаких странных запахов, но богатый опыт подсказывал им: здесь что-то не так.

Один шаг, два шага, три шага. Сио и Форс вошли в дом Даркхольма.

Затем они увидели бледную конечность на газовой лампе, внутренние органы на кофейном столике и полосы плоти, разбросанные по полу и развешанные на вешалке для одежды!

Очищенные куски костей были сложены в кучу у двери.

А среди костей лежала голова с открытыми пустыми глазами. Это был не кто иной, как Даркхольм.

Его пухлое лицо всё ещё сохраняло дружелюбную улыбку, как будто всё было нормально. Кроме того, в доме не было запаха крови.

Как бывшая врач в клинике, а затем автор бестселлеров и Потусторонняя Последовательности 9, Форс видела множество сцен смерти, куда более отвратительных. Она похлопала напряжённую Сио, которая была на грани рвоты, и огляделась.

— Квилангос? Вице-Адмирал Ураган Квилангос? Он понял, что Даркхольм расследует дело пропавших бродяг, и проследил за ним до дома? Или Даркхольм сам его выследил, но в итоге попался?

Сио с трудом подавила рвотный позыв и с серьёзным выражением лица сказала:

— Он действительно оправдывает своё имя безжалостного и хитрого пиратского адмирала. Странность этого места тоже соответствует тому, как проявляет себя его мистический предмет.

— Хитрый… — внезапно встревожилась Форс и выпалила: — Может, он затаился поблизости и ждёт в засаде того, кто стоит за расследованием?

Сио на мгновение застыла, а затем взволнованно ответила:

— Это очень вероятно!

Он был Потусторонним Последовательности 6, Благословлённым ветром, могущественным пиратом с мистическим предметом, тогда как они были всего лишь двумя Потусторонними Последовательности 9!

Сравнение было предельно простым и очевидным!

…

В доме напротив мужчина лет тридцати с необычным широким подбородком и тёмно-зелёными глазами стоял у окна и холодно наблюдал, как Сио и Форс открывают дверь и медленно входят.

Это был не кто иной, как Вице-Адмирал Ураган Квилангос!

Чёрная перчатка на его левой руке вдруг зашевелилась, словно живая. На её поверхности проступил слой мелких тёмно-золотых чешуек.

На лице Квилангоса отразилась жестокость, смешанная с восторгом, а его тёмно-зелёные глаза стали бледно-золотыми и безразличными.

…

В тот миг, когда Форс это осознала, она потащила Сио в сторону, прочь от места прямо напротив главной двери.

Затем она стиснула жемчужно-белые зубы и достала браслет, скрытый под рукавом.

На этом серебряном браслете было три тёмно-зелёных грубых камня со следами ожогов — неровных и шероховатых.

Форс отсоединила один камень и низким голосом на древнем гермесе произнесла: «Дверь!»

Она крепко сжала руку Сио Дереча, когда камень испустил слабое голубое свечение.

Фигуры двух дам стали расплывчатыми, почти невидимыми.

Они увидели множество форм, которые было трудно описать. Были там и прозрачные предметы, словно вовсе не существующие. Они видели разные цвета и сияющие переливы, будто хранившие безмерные знания. Они вошли в таинственный мир духов.

В этом странном мире, отличном от реальности, Форс двигалась в определённом направлении, таща за собой Сио.

Через несколько секунд они вышли из расплывчатого состояния и вернулись в реальность — в Баклунд.

Но они уже не были в доме Даркхольма, а оказались на пустом кладбище.

…

Квилангос в чешуйчатой перчатке бесшумно появился у двери дома Даркхольма. Он холодным взглядом осмотрел комнату.

Он на мгновение застыл, затем нахмурился и пробормотал:

— Путешественник?

* * *

На кладбище.

— Что нам теперь делать? — спросила Форс, тяжело дыша; ей было и жаль потраченного камня, и страшно от пережитого.

Браслет был мистическим предметом, который она получила вместе с формулой зелья Ученика и соответствующими материалами во время того счастливого случая. Если не считать того, что каждый месяц в полнолуние он заставлял её слышать странное слабое бормотание, браслет не представлял никакой угрозы.

Изначально на браслете было пять камней, каждый из которых позволял ей проходить через мир духов, по сути телепортироваться. Но теперь осталось всего два камня.

Сио успокоилась и ответила:

— Сначала сообщим мисс Одри, а потом… Потом мы вызовем полицию!