После еды все разбрелись и занялись каждый своими делами. Снейп снова по пояс торчал в своем сундуке, причём, по словам Гарри, наружу торчала не худшая его половина. Гермиона разбирала записи, которые она делала во время путешествия. А Гарри пытался понять, как работает попрыгунчик. Он даже пообещал себе, что, как только они вернутся домой, он попросит у Луны попрыгунчика себе на несколько дней. Ему хотелось попробовать создать артефакт похожего действия, с более управляемыми точками переноса.
Обсудив свою идею с Гермионой, он буквально силой заставил её отложить свои записи и сходить с ним искупаться. Ведь когда они ещё окажутся на море в Италии? Нужно было пользоваться моментом и ловить хоть какой-то кайф от такого «отпуска». Поворчав для приличия, Гермиона всё же согласилась, и они отправились освежиться. А после, когда уже совсем стемнело, аппарировали на берег, в небольшой ресторанчик на набережной, который приметили ещё с острова. Переночевать решили в гостинице на берегу. Они, конечно, волшебники, но с проклятием лучше не рисковать, пока не разберутся, что же именно там происходит. Снейпа вместе с сундуком тоже на ночь вытащили с острова, несмотря на все его сопротивление и "комплименты" тупым гриффиндорцам, которые тени своей боятся. Гарри, впрочем, предлагал оставить профессора на острове, аргументируя тем, что зараза к заразе не пристанет, а если и пристанет, то неизвестно, кто кого победит.
Утром, позавтракав и накормив, как всегда, ворчащего что-то себе под нос Снейпа, Гарри и Гермиона отправились изучать ту самую страшную пещеру. Вначале, как и вчера, идти было легко. Солёный ветер хорошенько высушил почти все коридоры и пещеры на верхних уровнях, сквозь провалы солнце ярко освещало им путь и никакого страха или давления они не ощущали. Но стоило им пройти пещеру, где вчера они разговаривали с призраком Джейн, как Гермиона почувствовала неладное. Вначале ей показалось, что стало темнее. Она даже зажгла на кончике палочки небольшой огонек, чтобы не оступиться. Вскоре тяжесть буквально обрушилась на неё, сдавила грудь. В голову полезли самые нехорошие воспоминания. О войне, о жертвах, о тех, кого уже не спасти... Слёзы подступали к глазам, дыхание становилось всё более и более прерывистым. Каждый шаг давался с большим трудом. Наконец, не выдержав, Гермиона, которая шла немного впереди, освещая дорогу, бросилась назад и спрятала лицо на груди у Гарри.
Поттер и сам чувствовал, что вокруг них сгущается атмосфера чего-то жуткого, тяжелого и злого. Это что-то напоминало, но он никак не мог вспомнить, что именно. И когда мысль уже почти сформировалась в его голове, Гермиона кинулась к нему, а он только и успел, что обнять её, прижимая к себе посильнее. Сделав по инерции несколько шагов назад, он на что-то наткнулся и едва не упал, больно ударившись об какой-то острый выступ. Гарри прекрасно помнил, что там ничего такого не было, ведь он только что там прошел. Удивлённо обернувшись, он понял, что налетел на сундук Снейпа, который снова потащился за ними вместе со своим сундуком.
— Мистер Снейп, — зашипел почти на парселтанге Гарри, потирая ушибленное место, — вам-то что тут понадобилось?
Снейп, который, подсвечивая себе палочкой, осматривал сундук на предмет повреждений, зло зыркнул в его сторону.
— Вы, Поттер, неуклюжий и слепой, даром что в очках! — рявкнул он, оттаскивая свой сундук назад, подальше от злого Гарри.
— Если вам хотелось, чтобы вас не беспокоили, нужно было сидеть в палатке! — возмутилась Гермиона. — А если уж вам взбрело в голову пойти погулять со своим сундуком, то нечего оскорблять других за то, что мы не в курсе ваших планов.
— О, милая, это он меня не оскорбляет, это он мне так комплименты отвешивает. А еще извиняется за то, что я об его гроб чуть бедро не сломал. Правда, Снейп?
— Не смейте фамильярничать со мной, Поттер! — разъярился еще больше Северус.
— Ну, так и вы со мной не смейте. Какой я вам Поттер? Я уже давно не ваш мальчик для битья! — сверкнул зелёными глазами Гарри.
Гермиона поняла, что пора заканчивать эту склоку. Она уже выходила за пределы допустимого, и дело тут было явно не в самих мужчинах, а в том, что незримо витало в этих пещерах.
— Прекратите! — она протиснулась между ними, разведя их руками подальше друг от друга. — Вы что, не чувствуете, что это дело рук того, что обитает здесь? Если у него, конечно, есть руки, — пробормотала она, вспомнив, как на них действовал медальон Слизерина с крестражем внутри.
Гарри прислушался к себе и кивнул.
— И правда, странно. Я — будто и не я вовсе. Словно во мне сидело что-то, ненавидящее весь мир. А теперь давление ослабло, чувствуешь? — повернулся он к Гермионе.
Она кивнула.
Снейп, который не успел как следует прочувствовать то, что ощутили впереди Гарри и Гермиона, не вполне понимал, о чем они говорят. Но он тоже чувствовал чужое вмешательство, которого ему хватало в жизни, а потому решил пока благоразумно промолчать. Извиняться он не собирался.
Гермиона поёжилась.
— Странно… Наверху жара, в первых пещерах тоже тепло, но здесь у меня просто мороз по коже…
— Точно! Гермиона, ты — гений! А я все думал, что мне это напоминает? Дементоров!
Он взмахнул палочкой, и рядом с ним засветился олень с красивыми ветвистыми рогами. И сразу стало легче дышать и идти. Только Снейп позади них что-то фыркнул, но Гарри и Гермиона уже не стали обращать на него внимания. Они знали, что патронус Гарри неминуемо напомнил Снейпу о Джеймсе, а потому не мог не вызвать неприятные воспоминания.
Пройдя под защитой Патронуса ещё несколько коридоров, они внезапно уткнулись в тупик. Дальше коридор был полностью завален осыпавшимися камнями. Гарри и Гермиона, посовещавшись, решили попробовать разобрать завал.
— Если окажется, что камней слишком много, тогда вернёмся в палатку и будем думать, как быть дальше, — заявил Гарри.
Снейп отодвинул сундук подальше от завала и поближе к себе, уселся на него и взмахнул палочкой — несколько камней поднялись и поплыли в угол пещеры. Гарри и Гермиона сделали то же самое. Но стоило им попробовать поднять ещё несколько камней, как из стены вылетела полупрозрачная фигура разъярённой девушки. Сначала Гермионе показалось, что это Джейн, но стоило призраку открыть рот, как она тут же поняла свою ошибку. Призрачная девушка кричала и ругалась на них так громко и такими словами, что Гермиона невольно отступила, выставив перед собой палочку.
Снейп, которому надоела эта ругань, попытался наложить на призрак Силенцио, но у него, разумеется, ничего не вышло. Напротив, она начала наступать на него, её лицо исказилось и превратилось в ужасную маску с черными провалами глаз и острыми осколками зубов. Побледнев, Снейп вцепился в свой сундук и попятился от неё в коридор, из которого они пришли.
Гарри, который совершенно растерялся от такого напора, попробовал заговорить с девушкой, но явно начал не с того.
— Мисс, простите, но где вы набрались таких слов? — растерянно пробормотал он извиняющимся тоном.
Девушка резко отвернулась от Снейпа и пролетела сквозь него, отчаянно вереща. Гарри, который со школы не любил проходить сквозь призраков и не любил, когда те проходят сквозь него, содрогнулся и отступил.
И тогда Гермиона решила всё взять в свои руки. Она осторожно подтолкнула Гарри в сторону Снейпа.
— Побудьте пока там, а я попробую её успокоить, — прошептала она, и Гарри, пусть и нехотя, пришлось уступить. Ведь он и правда не представлял, как справиться с этой разъярённой мегерой.
Когда оба мужчины скрылись за поворотом коридора, девушка повернулась к Гермионе. Снова приняв вид жуткого существа, она завыла и полетела, набирая скорость, явно намереваясь пролететь и сквозь неё, но Гермиона лишь улыбнулась и опустила палочку, спрятав ее за пояс.
— Мисс, может, мы просто поговорим? — обратилась она к девушке, и та, словно напоровшись на щит, остановилась. — Клянусь, мы не хотели потревожить вас. И не будем беспокоить вас впредь. Нам только нужно кое-что найти в этих пещерах. Мы уже встречали тут призрака мисс Джейн…
— Это та тихоня, что вечно плачет и смотрит на море? — вдруг ехидно выдала девушка и упёрла руки в бока, разглядывая Гермиону.
Гермиона в свою очередь смотрела на девушку. Она тоже была в платье начала двадцатого века, но это платье было более ярким и открытым, в отличие от платья мисс Джейн. Корсет охватывал её грудь, широкий пояс опоясывал тонкую талию, а кружевная накидка напоминала испанские вуали.
— Мисс Джейн тоскует по своему погибшему мужу, её можно понять, — осторожно сказала Гермиона.
Девушка-призрак фыркнула.
— Если этот муж был похож на того типа, что сидел тут на своем сундуке, то он явно не стоил её слёз, — громко заявила она и зло расхохоталась, услышав шипение Снейпа из коридора и фырканье Гарри. — Впрочем, если он был таким же хорошеньким, как тот, что прикрывал тебя — я её понимаю.
Гермиона почувствовала, как её щеки заливает румянец.
— Это Гарри, мой жених. Он может подойти? Вы поговорите с нами?
Девушка еще раз внимательно оглядела Гермиону и кивнула.
— А тот крючконосый пусть остаётся там, — она указала на коридор, из-за угла которого уже выходил Поттер, — я не хочу с ним разговаривать!
Гарри осторожно приблизился к девушкам, скромно улыбаясь. Гермиона тут же взяла его за руку и притянула поближе к себе. Она понимала, что испытывать к призраку ревность иррационально, но ничего не могла с собой поделать.
— Пожалуйста, простите нас за то, что мы вас потревожили. Расскажете нам, почему вы здесь? — тихо обратился к девушке Гарри.
Она кокетливо ему улыбнулась, потом перевела взгляд на хмуро сведенные брови Гермионы, и её улыбка померкла.
— Расскажу, чего уж там. Не часто меня посещают такие милые молодые люди.
Она легко взлетела и устроилась на выступе стены, а Гарри с Гермионой устроились на выпавших из завала камнях.
— Мы с отцом жили здесь в 1911 году. Меня зовут Бьянка, кстати. А отца звали Гаспаре Альбенга. Он был капитаном корабля. Вообще, у него было несколько кораблей, на которых он возил разные товары по здешним морям. Я выросла среди моряков и уже в четырнадцать могла сама запросто справиться и с парусом, и с командой.
— Теперь понятно, откуда такие словечки в лексиконе мисс, — улыбнулся Гарри, но Гермиона толкнула его локтем под рёбра, и он затих.
— Здесь, на острове, отец хотел устроить склад товаров и место, где мы сможем отдохнуть от долгих морских переходов. Когда он ненадолго уплывал, я оставалась здесь одна. И в один из таких дней решила обследовать здешние пещеры, чтобы узнать, какие из них заливает вода во время прилива, а какие можно использовать как склад. Я забрела в эти дальние пещеры, не осознавая опасности, и уже собиралась возвращаться, как вдруг услышала за спиной грохот и, бросившись в коридор, с ужасом увидела, что прохода больше нет. Я пыталась убрать камни, искала другой путь, кричала — всё впустую. Никто не пришёл меня спасти! Никто не пытался разобрать завал с этой стороны! Никто, понимаете?!
Она вскочила и заметалась по пещере, снова переходя на крик и срываясь на рыдания.
— Я звала отца! Я надеялась, что он вспомнит обо мне и придёт меня искать. Но никто, никто так и не появился! Я умирала в ужасных мучениях, без воды и еды. За стенами моей невольной темницы плескались волны, а у меня не было ни глотка! О, это было мучительно долго! И когда я уже не могла шевелиться и сознание начало меркнуть, я прокляла этот остров и всех, кто не пришёл мне на помощь!