Одиночное прохождение 2 (джен)

После происшествия с одержимостью Агаша орки стали относиться ко мне с меньшим недоверием, а некоторые проявляли и явное дружелюбие. Один из старых воинов даже согласился помочь повысить силу и владение одноручным оружием.

В итоге моя сила увеличилась до 45 единиц, а навык владения одноручным оружием я прокачал до 25. Автоматически подросла и умение обращаться с двуручным оружием — до 5 единиц. До мастера меча, конечно, оставалось очень далеко, но зато появился повод подыскать какой-нибудь приличный клинок. Орочьи топоры — «краши» — были для меня слишком тяжёлыми и неудобными.

К выполнению задания по освобождению орков-рабов я ещё не приступил. Пока мы с Ур-Шаком продумывали детали плана, два молодых орочьих разведчика по его приказу отправились наблюдать за окрестностями Нового лагеря, изучая устройство ворот, численность охраны, фиксируя, сколько людей приходят в лагерь и покидают его.

На второй день моего пребывания среди орков, ближе к вечеру, заявились Агаш и Тхантак. Развесёлые братцы позвали меня на охоту. Дождавшись одобрительного кивка Ур-Шака, я согласился, хоть и сразу предупредил, что охотник из меня так себе. Но орков это ничуть не смутило.

Солнце уже клонилось к вершинам на западе, с трудом пробиваясь сквозь мутную плёнку магического барьера, когда мы перешли мост. К моему удивлению, Агаш, кроме обычного топора, вооружился грубым, но довольно мощным арбалетом. А Тхантак вёл на крепком поводке, как он выразился, «собачку».

Я ожидал, что это будет обычная орочья гончая — уже видел парочку этих полосатых варгов в деревне. Однако «собачкой» оказалось существо совсем иного рода. Это был некрупный, но крайне свирепый двуногий ящер с тупой, как у бульдога, клыкастой мордой. Таких животных здесь называли кусачами. Я видел похожих на Юране, но издалека. У тех шкуры были однородной бурой окраски, а местные кусачи щеголяли пёстрым узором из тёмных и светлых пятен.

— Гляди, Морра, наша собачка лучше любого варга, — заметив моё недоумение, сообщил Агаш. — Его зовут Оглоед.

— Оглоед? Подходящая кличка, — хмыкнул я.

Кусач, похоже, обиделся, и обернувшись, попытался цапнуть меня за ногу. Судя по его челюстям, он был вполне способен отхватить её напрочь. Но Тхантак резко дёрнул за поводок, привязанный не к ошейнику, а к надетой на морду сбруе, напоминавшей намордник или уздечку.

— Нельзя, Оглоед! Свои! — строго рыкнул он на кусача.

— На кого будем охотиться? — спросил я, стараясь скрыть испуг.

— А кто попадётся, — беспечно ответил Тхантак. — Думаю, стоит пошарить возле маленького озера, оно тут недалеко. Там можно встретить глорхов, штеков или диких кусачей.

— А нормальные звери тут у вас водятся? — спросил я. Все перечисленные орком твари были похожи на некрупных динозавров, обладали внушительным набором острых зубов и впечатляющей скоростью,

— Какие? — не понял орк.

— Ну, волки там, кротокрысы...

— А, эти... Конечно, водятся. Но разве это добыча для настоящего охотника?

Я не нашёлся с ответом. Мне прежде приходилось охотиться в основном на кротокрысов, падальщиков и тому подобную живность. Более крупные и опасные твари были мне не по силам. Поэтому решил держаться за спинами орков и при случае помогать, не подвергая себя лишнему риску. Раз уж эти двое такие лихие джигиты, то пусть сами и отдуваются.

Мы направились в южном направлении, поднялись на пологую возвышенность, восточнее и западнее увенчанную рядами скал. На одной из вершин я заметил башенку уже знакомого облика — точно такую же я видел у самой границы в свой первый день в орочьих землях.

— Что это там такое? — спросил я у Тхантака.

— Их построили люди. Давно. Когда пытались завоевать наши земли, — пояснил он. — Там ничего нет, мы всё обшарили.

— А это? — указал я вперёд. Там, вдалеке, высилось громадное сооружение из двух соединённых между собой башен разной высоты, увенчанных ожерельями из длинных острых зубцов. Выстроенное из чёрного камня здание выглядело мрачно и, я бы даже сказал, зловеще.

— Ксар-Адаш, — коротко ответил Тхантак, приглушив голос, будто боялся громко произносить непонятное слово.

— Что это значит? Я не понимаю.

— Ты Морра, ты и скажи, что это значит, — пожав плечами, ответил орк. В его голосе мне послышалось даже какое-то удивление.

— Впервые слышу это слово, — признался я.

— Это имя, — вставил Агаш.

Понятнее, впрочем, после его реплики не стало.

— Чьё имя? Какого-то орка? — осторожно уточнил я.

— Нет, Ксар-Адаш — человек. Это его дом, — пояснил Тхантак.

— Погоди, ты хочешь сказать, что тут, прямо посреди орочьих земель, живёт ещё какой-то человек? Получается, он тоже друг орков, как и я?

— Нет, он нам не друг, — буркнул Агаш.

— Ксар-Адаш служит Бельджару. Он очень сильный колдун. Мы к нему не ходим, — добавил Тхантак. — Неужели ты о нём не слышал?

— Ксар-Адаш, Ксар... — в голове щёлкнуло, вспомнился наш разговор с Корристо, главой огненных магов в Старом лагере. — Ксардас? Люди называют его Ксардас?

— Да, Ксар-Адаш, — подтвердил Тхантак.

— Но мне сказали, что он умер.

Оба орка посмотрели на меня с недоумением.

— Умер? Когда? — уточнил Агаш.

— Я так понял, что уже довольно давно...

— Как же давно, когда Ум-Хыр видел колдовской свет на его башне три ночи назад? — удивился он. — А в прошлом месяце Хым-Га и Гых-Ма встретили самого Ксар-Адаша, когда собирали грибы возле маленького озера. Они так перепугались, что побросали корзины и бежали до самой деревни, не останавливаясь.

— Ну, значит, мне сказали неправду... — неуверенно проговорил я.

— Люди часто врут, — без тени сомнения заявил Тхантак.

Я вскинулся было и хотел возразить, но, чуть подумав, понял, что так оно и есть. А потому лишь молча кивнул.

Кусач зарычал и натянул поводок.

— Идём дальше, Оглоед что-то почуял! — напомнил Тхантак о цели нашей вылазки и пошёл вперёд.

Агаш, сняв с плеча арбалет, зашагал следом. Я вздохнул и двинулся за ними, стараясь держаться в паре шагов позади.

Как выяснилось очень скоро, правильно сделал, что не полез вперёд. Из-за нагромождения каменных обломков стремительно метнулось удлинённое, украшенное темными полосами тело. Оглоед, испуганно взвизгнув, отскочил в сторону, чтобы не угодить в пасть более крупному хищнику. Хлопнула тетива арбалета Агаша. Тхантак, проревев боевой клич, выхватил топор и кинулся в драку. Агаш тоже не стал тратить время на перезарядку и присоединился к брату.

Чуть замешкавшись, я тоже схватился за кирку и побежал за орками. Достигнув кучи-малы, попытался ударить животное, не задев при этом никого из братьев, едва не споткнулся от метавшегося под ногами Оглоеда... И всё закончилось.

Измочаленный топорами монстр, взревев напоследок, свалился набок и затих. Это был крупный штек — рептилия, похожая на уменьшенного тираннозавра. Также этих животных или их близкую родню называют здесь остерами или бритвозубами. Телосложением они напоминают глорхов, но несколько массивнее и заметно сильнее.

— А ты смелый, Морра! Не побоялся напасть с нами на штека, — одобрительно проворчал Тхантак.

— Да вы мне даже разок стукнуть его не дали, — убирая кирку, отозвался я.

— Хочешь, найдём ещё одного, и ты его прикончишь? — с виноватым видом предложил Агаш.

Этого мне ещё не хватало! С кротокрысом, падальщиком и даже волком я как-нибудь справился бы, но такому чудовищу моё бренное тело — на один укус. Вслух я этого, конечно, говорить не стал. Лишь с как можно более небрежным видом кивнул на убитого монстра, толстый хвост которого уже яростно терзал Оглоед:

— А потом сразу две туши в деревню потащим? Тогда надо было его хоть заманить поближе к мосту.

Агаш с сомнением поскрёб в затылке. Даже такому здоровяку волочь на себе тяжеленную тварь не хотелось. Тхантак тоже не горел желанием превращаться во вьючного орка.

— Хватит нам пока одного. Разделаем его, перетащим к пещере, а утром отнесём кусками в деревню. Если поделить груз на троих, выйдет не тяжело, — сказал он.

Агаш немедленно согласился. Я, естественно, тоже спорить не стал, лишь спросил:

— Здесь есть пещера?

— Есть, и не одна, — ответил Тхантак. — Вон там, наверху, возле скал по левую руку. И возле озера. Думаю, нам лучше переночевать именно в ней.

— А почему мы с утра не пошли на охоту? Успели бы вернуться засветло.

Братья переглянулись.

— Добычу положено делить на всех, — объяснил Агаш.

Понятнее не стало.

— И что?

— Пока мы не принесли мясо в лагерь, можем есть сколько влезет и выбирать лучшие куски. Право добытчика, — уточнил Тхантак.

Вот хмыри! Решили попировать вволю, а уж что останется, разделить между сородичами.

— Хороший обычай, — кивнул я.

— Разве у людей не так? — удивился Агаш.

— По-разному.

Беседу прервал Тхантак.

— Хватит болтать! У нас много работы, надо успеть до темноты.

Они с Агашем пинками отогнали Оглоеда и принялись сдирать со штека шкуру, затем разрубили добычу на несколько кусков, и мы поволокли их вниз, к берегу озера. Хотя мне выделили самый маленький груз, пришлось попотеть, пока мы оказались на месте.

Вход в пещеру обнаружился у основания прибрежного утёса. Внутри она оказалась довольно просторной и, к моему облегчению, пустой. Влезать в драку ещё с какой-нибудь тварью мне сегодня не хотелось.

— Надо набрать дров, — сказал Тхантак, когда мы с облегчением свалили куски туши у входа.

Но прежде он отрезал полоску мяса и бросил кусачу, который вертелся вокруг, нетерпеливо порыкивая. Оглоед принялся с урчанием пожирать подачку.

Вскоре посреди пещеры весело горел костёр, над которым шипели несколько насаженных на деревянные вертела кусков.

— Не знал, что штеков вообще едят, — сомнением глядя на очень тёмное, почти чёрное мясо, сказал я.

— Да, слышал, что люди их не любят. Но они вкусные, если не пережаривать, — причмокнул толстыми губами Агаш и облизал торчащие вверх клыки.

Тхантак снял мясо с огня и раздал нам с Агашем. Оглоед тоже получил очередную порцию. Я осторожно попробовал непривычное блюдо и нашёл его недурным, хоть и жестковатым. А нагулянный за день аппетит послужил дополнительной приправой.

Не прошло и часа, как наевшиеся до отвала орки уже храпели вокруг костра. Оглоед, по-птичьи подогнув лапы, улёгся у входа и попытался прикрыть широкую морду коротким хвостом. Получилось так себе, но кусач остался доволен и блаженно урча, прикрыл глаза полупрозрачными веками.

Я тоже растянулся на куче веток, но мне не спалось.

Встал, подбросил несколько поленьев в почти прогоревший костёр, и вышел наружу. Над тёмной поверхностью озера стелился туман. На противоположном берегу, высоком и обрывистом, чёрной громадой возвышалась башня Ксардаса. Одно из узких окошек на самом верху светилось тусклым багровым светом.

Вид туманного озера и башни мага-отступника навевал какое-то тревожное ощущение. Оно заставило все чувства обостриться, вздрагивать от каждого шороха. Поэтому чьи-то негромкие шаги я услышал издали. Кто-то в темноте шёл в мою сторону по прибрежной полосе.

Волосы на затылке встали дыбом, и я не заметил, как в руках оказалась кирка. Шаги приблизились, и на фоне тумана я различил высокий силуэт.

— Кто здесь? — стараясь скрыть испуг, спросил я.

Ответом стал вспыхнувший магический огонёк, яркий свет которого заставил меня зажмуриться, как казалось, лишь на мгновение. Но когда я снова открыл глаза, незнакомец стоял всего в двух шагах от меня.

Впрочем, почему незнакомец? Пару раз мне уже доводилось видеть это изборождённое морщинами лицо, совершенно седые волосы, мутный, но при этом пронзающий насквозь взгляд затянутых белёсой плёнкой глаз.

—Ты ещё кто такой? — вырвалось у меня.

— Разве ты меня не узнал? Мы уже встречались. Правда, тогда это был скорее мой призрак, а теперь ты видишь меня во плоти, — с едва заметной усмешкой сказал незваный гость.

— Кто ты? — повторил я вопрос.

— Меня зовут Ксардас. Наверняка ты слышал моё имя?

— Да. Это твоя башня там, за озером.

— Верно.

— Чего ты от меня хочешь?

— Поговорить, просто поговорить, — миролюбиво вскинул ладони старый маг. — Мы с тобой уже как-то беседовали, но тогда по определённым причинам я не стал раскрывать свою личность.

— Когда это? — с недоумением пробормотал я.

Да, я видел этого старика как минимум дважды. Первый раз — на Юране, когда влез в кишевшее скелетами гоблинов подземелье. Второй раз позже, когда подвис на загрузке. Но оба раза он не произнёс ни слова.

— Не помнишь?

— Нет.

— А так?

Ксардас вскинул руки над головой, окутался красноватым свечением, и миг спустя передо мной стоял тощий, словно заживо высохший от старости орк.

— Рыр-Гаш! — вырвалось у меня.

— О, морра узнавать старый шаман! Старый шаман быть сильно-сильно рад, — весело прорычал он, а затем снова принял человеческий облик.

— Какого чёрта ты творишь, старый колдун? К чему этот маскарад? — не сдержался я.

— Видишь ли, меня крайне интересуют верования здешних орков. Думаю, этот их Крушак представляет угрозу. Возможно, не для одних только обитателей Рудниковой долины, но для всего острова или даже, по меньшей мере, известной нам части мира, — ответил Ксардас. — Поэтому я разработал заклинание превращения в орка. Думал заявиться к ним и втереться в доверие, чтобы разузнать побольше. Правда, заклинание пока несовершенно. Тебя мне легко удалось ввести в заблуждение, однако любой орк в два счёта поймёт, что я не тот, за кого себя выдаю. Мало принять облик орка, нужно ещё говорить как орк, двигаться как орк, смотреть как орк...

— А время? Зачем ты посылал меня в прошлое?

— По той же причине. Крушак появился в нашем мире около тысячи лет назад. Я хотел лично увидеть, как и почему это произошло, чтобы разгадать его тайны.

— Но при чём тут я?

— Управление временем оказалось крайне сложным делом, — досадливо поморщился Ксардас. — Мне нужно было на ком-то испытать своё заклинание. Как мы с тобой выяснили, работает оно совершенно непредсказуемо, полагаться на него нельзя. Не найдись в прошлом толковый колдун, вообще не знаю, как бы мне удалось вернуть тебя обратно.

Говорил старик, совершенно не понижая голос, словно не опасался разбудить спавших в пещере орков. Я невольно бросил взгляд на вход в наше убежище, слегка озарённое отсветами костра.

— Не бойся, они не проснутся до утра, — верно истолковав моё движение, сообщил Ксардас. — Так что у нас с тобой есть время спокойно поговорить.

— О чём?

— Я же сказал, что меня интересует Крушак, — раздражённо передёрнул старый маг затянутыми чёрной мантией плечами, над которыми топорщились высокие матерчатые «крылья». Похоже, его бесила моя несообразительность.

— А-а, вон в чём дело! Тебе нужен шпион в деревне орков? — догадался я.

— Что-то вроде того.

— Ну, не знаю... Эти ребята меня приютили, когда все человеческие лагеря в долине объявили на меня охоту. А теперь ты хочешь, чтобы вместо благодарности я их предал? — протянул я, отчасти совершенно искренне, отчасти — набивая себе цену.

Понятно было, что настырный старикан от меня не отвяжется и так или иначе вынудит с ним сотрудничать. Так что стоило попытаться извлечь из нашего будущего партнёрства какую-никакую выгоду.

— Не мели чепухи! Я не собираюсь причинять вреда твоим новым друзьям. Напротив, хочу избавить и их, и людей от возможной угрозы, — отозвался Ксардас.

— Ну, допустим, всё так и есть. Но что я буду иметь, кроме на фиг не нужных мне лавров спасителя мира?

Как ни странно, Ксардас понял непривычные для этого мира обороты и, в отличие от магов воды, с которыми я некогда свёл знакомство по пути на остров Юран, не стал переспрашивать, «кто такой Фиг». Непростой старик.

— Ну, руды и тому подобного барахла, которое так ценят каторжники, у меня нет. Однако я много знаю и умею. Могу обучить тебя кое-каким магическим приёмам, помочь избавиться от твоего врага из другого мира...

— Ты и о нём знаешь!

— Я много чего знаю, сказал ведь уже. Можешь не сомневаться, заключив со мной соглашение, ты не прогадаешь.

— Что ж, придётся поверить тебе на слово, — проворчал я. — Ты ведь всё равно не отстанешь.

Мы обменялись рукопожатием, скрепляя наш договор с весьма расплывчатыми условиями. Затем Ксардас объяснил, что я должен выведать у орков в первую очередь, и мы расстались.