Пентименто (гет)

Розовое, цвета клубничной помадки солнце дёргало Регулуса за ресницы, целовало веки. Он отмахнулся от назойливого светила, отвернулся и уткнулся носом в жаккардовую ткань.

Стоп!

Он не у себя в спальне среди россыпи подушек. Он даже не на Гриммо.

Блэк проснулся с ощущением, будто спал на мешке с щебнем. Каждый позвонок в теле ныл и молил о пощаде. Диван в гостиной Сириуса оказался жёстким, как скамья в келье. И нельзя исключать, что это происки эльфа, так и не угостившего бородатого кумира своей стряпнёй.

Рассветную тишину нарушало мерное посапывание Поттера. Гарри уснул прямо за столом, положив голову на скрещенные руки. Так и не скажешь, что этот уставший мальчишка — предвестник апокалипсиса.

Сириус до сих пор не объявился. Неужели увязался за Грюмом? От него всего можно было ожидать.

Регулус встал и потянулся. Через тонкие носки ощущалась прохлада деревянных полов. Он подошёл к окну и раздвинул шторы.

Сад лежал в сизой дымке, зато крыши маггловских домов на другой стороне дороги горели розовым пламенем. Где-то далеко прокричал петух. Последний раз Блэк слышал эту птицу в Хогвартсе, на задворках хижины полувеликана. То было лучшее время в его жизни. И почему он его не ценил?

Мысли нехотя возвращались к ночному разговору. Поттер полночи рассказывал о своём мире — мире пришедшего к власти Тёмного Лорда.

Когда-то, давным-давно — или, может, всего пару лет назад — Регулус жаждал этой победы. В его смелых грёзах сей великий маг, наставник, лидер, наследник Слизерина сметал презренных чиновников, создающих «тепличные условия» для грязнокровок, и возрождал былую славу древних родов. Магическая Британия, свободная от маггловской скверны — прекрасная, отполированная до блеска мечта в обитой бархатными речами Волдеморта шкатулке.

Поттер взломал эту шкатулку и вытряхнул содержимое на стол.

Мечта сбылась! Изуродованная, вывернутая, размалёванная кровью и доведённая до абсурда.

Регулус отвёл взгляд от розовеющих маггловских крыш, ощутив острую потребность вымыть руки. На душе развелась слякоть.

Ванная — единственная комната в доме, на обстановку которой Альфард Блэк не поскупился, облицевав стены светло-зелёным мрамором с прожилками, похожими на тропы в неизведанные земли.

«Toujours Pur»⁽¹⁾ — гласила табличка на двери ванной комнаты.

Регулус мрачно усмехнулся:

«Дядя, вы были идеальным воплощением семейного девиза».

В центре помещения, точно трон на постаменте, стояла чугунная ванна на львиных лапах — чудо, позаимствованное прямиком из римских терм. Над раковиной красовалось огромное зеркало в тяжёлой бронзовой раме. Идиллию, как ложка дёгтя в бочке мёда, портила всего одна деталь: на туалетном столике валялась расчёска, с которой Сириус не потрудился снять свои чёрные космы.

Взгляд упал на стоящую рядом корзину для белья. Там, поверх сложенных полотенец, лежала стопка журналов. Приняв их за вестники по квиддичу, Регулус взял верхний.

«Playwitch», — вещала обложка. Волшебница с неестественно изогнутой спиной и томным взглядом сидела на метле. Последняя модель «Чистомёта», между прочим.

И, лишь начав листать глянец, Регулус ясно осознал свою ошибку. Интересовался Сириус вовсе не спортом, а красотками различной степени раздетости.

Бросив порножурнал на место, Регулус повернул кран, зачерпнул ледяную воду и энергично плеснул себе в лицо. Он повторил это ещё раз и ещё, пока сонливость не отступила окончательно.

Надежда на зубную щётку тотчас была отброшена. Искать у Сириуса запасную — занятие априори гиблое.

Напоследок Регулус коснулся палочкой кожи под подбородком и избавился от намёка на небритость. Обзаводиться волосами на лице он был готов только в анимагическом виде.

Перед выходом из ванной он ещё раз взглянул на соблазнительную наездницу на «Чистомёте», профессионально заключив:

— В такой позе, малышка, ты и минуту не продержишься.

Поттер уже проснулся. Когда Регулус вернулся в гостиную, Гарри отчаянно боролся с зевотой, по-хозяйски расхаживая по комнате и тщетно растирая полоски на щеке — отпечатавшийся узор от манжеты.

Краковяк, невнятно бурча, разливал кофе для гостей. Как нельзя кстати.

— Попробую наведаться к Руквудам, — сказал Регулус, взяв чашку. — Хочу посмотреть, что за дочь у них объявилась. Хотя едва ли у меня получится войти в дом.

Гарри проглотил очередной зевок.

— Под мантией-невидимкой сможешь. Мне же удалось!

Регулус скептически покачал головой.

— Дважды фокус не сработает. После твоего визита Руквуд наверняка упразднил все лазейки.

— Тогда что? Используешь кошачью тушку? Анимагия — крутая штука для разведки. У меня с ней как-то не сложилось. Терпения не хватило. Крёстный был чертовски хорош в деле, но лучший шпион Ордена — дядя Питер! Он мог пробраться куда угодно и узнать что угодно! Самая обычная серая крыса. Идеальная маскировка.

— До той секунды, пока крысу не заметят, — парировал Регулус с лёгким оттенком превосходства в голосе. — Её грех не прихлопнуть. Кота в худшем случае прогонят метлой, в лучшем — угостят сливками. Разница, согласись, есть. — Он взглянул на часы.

— Беспокоишься за Сириуса? — догадался Гарри. — Я только что говорил с ним.

— Говорил? Как?!

Поттер извлёк из кармана небольшое зеркальце в простой оправе и положил на столешницу.

— Вот. Пока ты плескался, я о нём вспомнил. Вчера совсем из головы вылетело. Оно у меня от крёстного. — Гарри ткнул пальцем в стекло. — Точь-в-точь такое же, как у Сириуса здесь. Знаешь, что ещё занятнее? В конце июля родится второй Гарри! По-моему, это дико смешно! Я смогу его… э-э… понянчить, поделать с ним рожицы. — Поттер замолчал, будто представляя эту сюрреалистическую картину. — Я куплю ему «Thunderbolt '88» на день рождения! Папа всегда был патриотом в вопросе мётел. На моё восьмилетие он подарил мне британский «Rainbow Rider». Хорошая модель. Но все дети знали, что «Thunderbolt» рулит! Это же легенда.

— Что с Сириусом? — спросил Регулус, не горя желанием вникать в детские мечты Поттера. — Где он? Всё в порядке?

— Он у моих родителей. Они решили не покидать Годрикову Впадину, а навесить на дом Фиделиус.

Блэк удивился, но не подал вида.

Ритуал наложения Фиделиуса требовал высочайший уровня мастерства, концентрации и точнейшего расчёта магических контуров, которые вплетались в саму ткань охраняемого пространства. Сия задача со звёздочкой наверняка легла на плечи «Эванс». Эта магглорождённая легко осваивала волшебство. Слизнорт ей пел дифирамбы. Итак, Поттеры вверили жизни Хранителю. Одному-единственному человеку. Он должен носить их секрет в своём сердце, сделать частью себя.

— Если Сириуса не разорвало в ходе ритуала на части, он с высокой долей вероятности лопнул от гордости после, — весело заметил Регулус.

— С чего ты взял, что Хранителем назначили Сириуса? — воинственно вопросил Поттер, скрестив руки на груди.

«Ну… вариантов не так много», — подумал Блэк, но благоразумно придержал язык за зубами. Очевидно, Гарри выделял Петтигрю из всех друзей отца. В конце концов, тот отдал за него жизнь.

Прикончив кофе с булочкой, Регулус засобирался на вылазку.

— Поместье Руквудов находится в Суррее, неподалёку от деревни Годалминг. Оно окружено многовековыми дубовыми рощами и защищено чарами сокрытия от магглов, — напутствовал его Гарри. — Волшебством разит за милю.

— Как-нибудь найду.

И нашёл.

Полчаса пути сквозь густой подлесок, и Регулус вышел из чащи, пропахшей гниющими в отсыревшей земле желудями. Он остановился у каменной насыпи, отмежевавшей владения Руквудов от дубравы. До дома оставалось ярдов триста. Солнце било в стёкла, превращая фасад в ослепительную мозаику. В одном из окон на втором этаже горело малиновое пятно — должно быть, задёрнутые портьеры. Западное крыло почти до самой крыши оплетали лианы какого-то растения, почуявшего весну.

Регулус обернулся котом и бесшумно побежал вперёд, скользя под кустами с набухшими почками. Как и ожидалось, вскоре он упёрся мордой в невидимую стену. Она не жгла и не отталкивала — просто не пускала, отдаваясь в ушах неумолимым гудением. Воздух стал густым, как студень. Августус постарался.

Припав к земле, Регулус оценил обстановку. Его обострённый слух уловил голоса неподалёку. Возле голого барбариса околачивались два эльфа. Один был сморщенным, как урюк. Второй — помоложе, явно простуженный. Он волок мешок с удобрениями.

— …всё равно не верю, — шипел первый, чьи огромные уши трепыхались от возмущения. — Шмяк помнит мисс Эвви с её младых ногтей! И эта девица совсем на неё не похожа!

— Ферн её ещё не видел, — сипло отозвался его спутник. — Бримпи сказала, что Ферну нужно звать девочку молодой госпожой.

Шмяк фыркнул.

— Хозяевам, конечно, виднее. Но Шмяк чует неладное! Она чужачка!

— А как бы Ферну на неё поглядеть? — жалостливо спросил младший эльф.

— Едва рассвело, как хозяин с ней отбыл в поместье Ноттов по важному делу. Теперь жди да нос свой сопливый утри!

Эльфы, продолжая сплетничать, поплелись к компостной куче.

Регулус не шевелился, пока последний шорох их ног не затих в сырой траве. Он намечал новый маршрут. Теперь его путь лежал в Вустершир, раз Руквуд взял девчонку к Ноттам. Ставки возрастали.

* * *

Тёмный Лорд.

Регулус почувствовал его приближение раньше, чем увидел. Каждая шерстинка встала дыбом. Волна магии прокатилась по саду, пригибая кусты и срывая лепестки с ни в чём неповинных крокусов.

Окна первого этажа разлетелись в крошево, в оголённый проём рамы с небес спустилась тьма, принимая человеческие очертания. Повелитель пылал яростью, и этой ярости хватило бы, чтобы стереть с лица земли не только поместье Ноттов, но и весь Вустершир.

Регулус мог бы подобраться к стене дома, подождать, выйдет ли кто живым (кроме его Темнейшества, конечно, — этого Авадой не прибьёшь), собрать информацию, как просил Дамблдор, принести пользу Ордену… Но в тот момент быть полезным означало быть мёртвым, а жить, как недавно выяснилось, Регулус очень даже хотел. Он без оглядки помчался прочь, пронёсся через заросли ежевики, миновал изгородь и впился когтями в ствол дикой яблони на окраине владений Ноттов. Только тут, вдыхая сладковатый запах коры, он позволил себе передышку. Кошачий облик спал. Регулус прислонился лбом к стволу и постарался выровнять дыхание, затем посмотрел на дом, едва различимый из-за деревьев.

Ни криков, ни взрывов.

«Что там происходит? Допрос? Расправа?»

Блэк недовольно уставился на левое предплечье. Если бы не метка, он бы не бежал прочь, сверкая пятками. Он испугался, что Повелитель ощутит его присутствие рядом. И всё же… с чего тот так разгневался? Что, если Грюм своей проклятой деревяшкой задел волшебную сигналку и оповестил Тёмного Лорда о вторжении в тайник?

Пора убираться отсюда. Бессмысленно сидеть на ветке и ждать, когда эльфы Нотта понесут закапывать трупы Руквудов.

Аппарация ударила по нервам хлыстом. Регулус в одночасье перенёсся к коттеджу Сириуса, приземлившись на крыльце. Тело до сих пор мелко трясло. Рука поднялась к молотку, но дверь распахнулась раньше, чем его коснулись пальцы.

Сириус сердито пучил глаза на пороге.

— Ты где, чёрт возьми, пропадал? — завёлся было он, потом пригляделся. — Мерлин… Реджи, ты будто призрака увидел. Или… бессмертного.

— Ты потрясающе проницателен, — выдохнул Регулус, опираясь плечом о косяк. — Я был у Сайлуса Нотта. Он принимал гостей. Тёмный Лорд тоже заглянул на ланч, и мне пришлось откланяться.

Сириус отступил вглубь прихожей.

— Заходи. Ножками мог бы и снаружи пошаркать, этот коврик мне дорог как воспоминание. Выкладывай скорее, что узнал.

— В том-то и дело, что ничего.

Выслушав краткий доклад брата, Сириус озадаченно потёр шею.

— Мне тоже особо сообщить нечего. Угрюмый Грюм отправился в деревушку с колоритным названием, велев мне туда носа не казать. От него я аппарировал в Годрикову Впадину. — Сириус нервно хохотнул. — Сохатый рвался познакомиться с сыном. Еле отговорили. Кто знает, что там Руквуд наболтала… Пусть уж сидит дома. У нас своих проблем хватает: у крестника стрёмная шишка на лбу прорезалась.

— Что прорезалось?!

— Шишман! — Сириус ткнул себя в лоб. — Вот здесь. Краковяк, как увидел, заорал: «Порча, порча!», а я говорю: «Человек просто лбом неудачно шандарахнулся, когда пол в поместье Руквудов полировал».

— Это след тёмной магии, — проскрипел домовик, выйдя навстречу. — Тьфу!

— Вытри слюни с ковра и принеси нам по пиву! Я не в состоянии мириться с безвестностью в трезвом виде. Реджи, тебе, конечно, принесут сливочное.

Регулус придержал Сириуса за локоть.

— Ты стал Хранителем Поттеров?

— Эй! Полегче! Допустим, я.

— Ты или не ты? — напирал Регулус, сжимая пальцы.

— Питер, — выдохнул Сириус и потёр руку, как только хватка пропала. — Но для всех будет лучше, если пустить слушок, что Фиделиус закольцован на меня.

— Для всех, кроме тебя. Собираешься стать мишенью вместо пухлого дружка? Не один Гарри владеет грамотой. Список членов Ордена не заставит себя ждать. Тёмный Лорд объявит на вас охоту.

— Я что-нибудь придумаю!

Спорить бесполезно — Регулус знал не понаслышке.

— Тебе тоже не помешает возобновить уроки окклюменции у дедушки. Или мы можем обратиться к Теду Тонксу. Ментальная магия как раз его профиль, он мозги вправляет в Мунго. С ним даже легче договориться.

Они вошли в гостиную. На столе лежал исписанный Гарри лист пергамента. Регулус взял его и прочёл начало списка. Некоторые имена он и не слышал.

— Почему Дамблдор не попросил меня сделать то же самое? Вообще-то, я — Пожиратель смерти.

Сириус глянул на бумагу поверх его плеча.

— Просто профессор сразу понял, что ты мелкая сошка. Откуда тебе знать теневых игроков?

— Ну спасибо.

— Сириус! — Крик Гарри долетел со второго этажа.

— Пойду проверю, что там.

Регулус рассеянно кивнул, проводив брата взглядом, и вернул внимание списку. Глаза скользили по строчкам. Почерк Гарри оставлял желать лучшего, но это неважно. Дамблдор будет счастлив получить эти сведения даже в виде иероглифов на гипсовой табличке.

«Бартемиус Крауч, — написал Гарри. — Служащий Отдела магических разработок. Курирует опыты над пленными волшебниками и магглами. Он пытал Ремуса. Он убил дядю Пита».

Барти.

Регулус не знал убийцу из списка, но он знал Барти — своего лучшего друга.

Барти, который всегда делился последними драже в пачке.

Барти, который признался, что боится собственного отца.

Барти, который смеялся, прикрыв рот ладонью, когда Регулус пародировал профессора Биннса.

Блэк зажмурился, и под веками всплыло напряжённое лицо друга, склонившегося над эссе для мадам Вектор. Расчёты, на уме всегда одни расчёты. С такой же важной физиономией Крауч препарировал жабу на «зельях» и уплетал тыквенный пирог в Большом зале. Получив задание, он выглядел, как одержимый, до тех пор, пока не получал высший балл.

Как эта одержимость превратилась в… «курирует опыты над пленными волшебниками и магглами»?

«Всё очень просто. Он нашёл другого наставника. И других подопытных».

Где-то там, в будущем, которое ещё можно было предотвратить, Барти педантично разбирал на части живых людей. Во имя той самой мечты, что дети возбуждённо обсуждали, дурачась на берегу Чёрного озера. Глупые дети. Наивные мечты.

— Я не позволю тебе стать чудовищем, Барти, — пообещал Регулус. — Никогда.

* * *

В окнах гостиной горел тёплый свет. Значит, родители вернулись. Их поездка в Санкт-Мориц, на волшебный курорт «Сильвервассер», где термальные воды избавляли от подагры, бронхита, невроза и скуки, а горные тролли в ливреях подавали глинтвейн, закончилась раньше запланированного. Скорее всего лечение невроза мадам Блэк не задалось, и чету Блэков мягко, но настоятельно попросили завершить визит досрочно. Естественно, им вернули все деньги за доставленные неудобства, несмотря на то, что причина неудобств для всего курортного городка с высокой долей вероятности заключалась в них самих.

Регулус бесшумно открыл дверь родного дома и очистил ботинки заклинанием. Лампа на стене прихожей вспыхнула приветливым заревом.

Он повесил мантию на крючок, чувствуя, как плечи, избавившись от тяжести ткани, загудели от усталости. Рваный сон на адском диване, на котором пять часов пришлось промучиться, тоже нельзя списывать со счетов. Как и блуждание по Мерлином забытым лесам Суррея. Регулус поплёлся по коридору, потирая покрасневшие глаза. Он морально готовился к выволочке. Мама ни за что не оставит без внимания его безбожно помятую рубашку и растрёпанные волосы… Надежда, что она почивает у себя, разбилась вдребезги, когда из гостиной донёсся музыкальный звон фарфора — вечернее чаепитие.

Регулус подошёл к открытой двери, сочинив душераздирающую историю о непростых рабочих буднях Пожирателя смерти, но усилия ушли впустую.

За сервированным чайным столиком, будто палки проглотив, восседали его родители. Место между ними было занято важным гостем, впервые пожаловавшим на Гриммо, — Тёмным Лордом. Пока выражения лиц мистера и миссис Блэк стремительно менялись, Волдеморт преспокойно оценил экстравагантный вид их парализованного ужасом сына и сказал:

— Ах, Регулус, наконец-то. Мы как раз обсуждали поездку на воды. Составишь нам компанию?

Сбросив смятение, Регулус склонил голову в принятом поклоне.

— Если бы я знал, что вы здесь, мой Лорд, то непременно поспешил бы вас встретить лично. — Мышцы лица не слушались. Мозг, видимо, тоже стал отказывать — как иначе объяснить, что Регулус, повинуясь приглашающему жесту Волдеморта, опустился на свободный стул напротив. Похоже, Повелитель уже прикончил Руквудов и Ноттов и явился к Блэкам заедать стресс после тяжких трудов.

Отец совладал с эмоциями и принял вид человека, скучающего на поминках.

— О чём я говорила? — Следом самообладание вернула и мама.

— Кажется, о троллях, дорогая, — напомнил Орион.

— Верно. Сложно нанять более неповоротливый персонал. Так бы ноги всем и поотрубала!

— Нам хватает и одной подставки для зонтов, Вэл.

— Едва ли эта мера поспособствует улучшению обслуживания, — сухо заметил Волдеморт и холодно рассмеялся. При этом на его груди что-то шевельнулось, сверкнув на свету. Медальон! Ублюдок забрал его! Но почему? Что заставило его так спешно проверить пещеру и забрать реликвию Слизерина спустя всего несколько дней после того, как он её там спрятал? Или кто заставил?.. Руквуд! Всё дело в ней. Вот гадюка! Кажется, этой девчонке было известно куда больше, чем наивно полагал дурачок Поттер.

Регулус сглотнул ком в горле и отвёл взгляд от украшения. Нельзя себя выдать. Нельзя глазеть на медальон, как на таракана, устроившего заплыв в суповой тарелке.

Что теперь? Зачем Тёмный Лорд пришёл на Гриммо? Убить? Подвергнуть пыткам? Просто запугать? Его рука под столом наверняка уже лежала на палочке.

— А где же был ты, Регулус? — всё тем же светским тоном поинтересовался Волдеморт.

Безусловно, всё дело в пагубном влиянии Сириуса, только в нём и исключительно в нём. Ответ не заставил себя ждать:

— В доме удовольствий.

Мама поперхнулась. Чай полился из её аристократического носа. Брови отца взлетели на лоб, как вспугнутые птицы.

Волдеморт опешил:

— Прошу прощения?..

— Я не осмелился солгать вам, Повелитель, но… Мне жаль, что тебе пришлось это услышать, мама, — пролепетал Регулус, подав Вальбурге салфетку.

Его неряшливый вид, лёгкое амбре и осоловелый взгляд проще всего было списать на распутство. Мерлин его простит.

— Уповаю на то, что бутылка «Black Tot» не была потрачена зря, — холодно произнёс отец. Пропажу главной звезды из буфета он подозрительно быстро обнаружил.

— Регулус, надеюсь, ты проявил себя патриотом и выбрал салон «Камелия» в Лютном переулке, — растянув губы в карикатурной улыбке, проговорил Волдеморт, — а не заведение мадам Берне в магическом квартале Эдинбурга. Антонин рассказывал, что все француженки там похожи на вобл, зато это единственное место в Магической Британии, где играют в русский бильярд.

Регулус опустил глаза. Пусть думает, что от стыда, лишь бы не лез в голову, сметая ментальные блоки.

— Это было маггловское заведение. Повелитель, умоляю, не заставляйте делиться подробностями!

Отец кашлянул в кулак.

— Да, не стоит шокировать леди.

— Вот до чего опустился наш сын! Пошёл по стопам старшего обормота! — Упомянутая леди побагровела от злости. — Маггловское?! Ты слышал, Орион? Мне нужно принять успокоительное. Где Кричер? Или ты оставил его в борделе вместо чаевых?

— В самом деле, Регулус, — добавил отец. — Я звал его. Кричер не откликнулся. Это очень странно. Что случилось? Нам пришлось самим заниматься подготовкой к приёму гостя.

Волдеморт слегка подался корпусом вперёд. Кажется, он узнал, что в будущем, из которого явились Руквуд и Поттер, медальон был украден. И домовик — возможно, единственное существо, знающее путь в пещеру, — интересовал его как никогда.

— Я не видел Кричера вот уже несколько дней, — солгал Регулус.

— Это моя вина, Орион, — вмешался Волдеморт, его голос вновь стал гладким и деловым. — Я одолжил его у Регулуса. Мне понадобился смышлёный слуга для одного ритуала из кельтских трактатов о ядах, но ваш домовик оказался… недостаточно сообразителен. Я проводил ритуал под открытым небом на берегу Темзы. Эльф сунулся в котёл с экспериментальным зельем, вдохнул пары и в спутанном сознании свалился в реку.

Вальбурга помрачнела, скомкав салфетку до хруста в пальцах.

— Кричер служил ещё моему деду. Он был расторопен и исполнителен, но, видимо, старость взяла своё.

— Мог ли эльф пойти куда-то ещё?

— Исключено! Он привязан к этому дому, к хозяевам!

— Выходит, он погиб, раз не вернулся сюда. Мне стоит компенсировать вам порчу имущества.

— Нет необходимости, — отрезал Орион.

— В таком случае не буду вас больше задерживать. — Волдеморт поднялся. Его тень накрыла столик.

Вальбурга вздрогнула от удивления.

— Вэл, ты по-прежнему прекрасна, — сказал он, поднеся к губам протянутую руку Вальбурги. Затем Волдеморт повернулся к главе семьи, заметно приободрившемуся объявлением об уходе свидетеля неприглядной семейной сцены. — Орион, Регулус нужен мне в полном здравии. Не наказывай сына чересчур строго. Он молод. Джаз, женские прелести, богемный шик, игра в «упадок» и «грех»... Вспомни себя в его годы. В таком возрасте юному джентльмену необходимо быть уверенным в себе, чтобы не ударить в грязь лицом в некоторых вопросах, когда придёт время заключать династический брак.

— Мне нужно выпить что-то покрепче, — сипло проговорила Вальбурга, уставившись в чашку перед собой.

— И я всё же пришлю бутылочку Огденского.

Орион машинально кивнул.

— Камин? — спросил он.

— Сегодня я предпочту пешую прогулку по Лондону. Ваш сын меня проводит.

Уже у парадной двери Регулус склонился в прощальном поклоне и почувствовал призрачную вибрацию у самого виска. Он инстинктивно поднял взгляд, встретившись с алыми глазами, и в тот же миг выстроил первую линию обороны. Образ разнузданной девицы с обложки «Playwitch» ожил в его воображении, обрастая деталями. Но этого мало… Срочно, отодвинув панику, Регулус выудил из памяти расчёску с длинными чёрными волосами, неприлично огромную ванну, в которой и троим не будет тесно, мраморные стены и охапки цветов в вазах… Все прелести утончённого гедонизма. Каприз выходца из «золотой молодёжи». Он не сопротивлялся вторжению, подкидывая Тёмному Лорду ментальный хлам. И это сработало.

— Не переутомляй себя, Регулус. Ты мне ещё нужен, — снисходительно повторил Тёмный Лорд и был таков.

Проводив его, Блэк закрыл дверь и прислонился к ней спиной.

Волдеморт не знал. Он не знал о его предательстве. Остальное не столь важно.

— Мастер Регулус… — шёпот из тени.

— Кричер!

Эльф выполз из шкафа, и Регулус ахнул.

— О, Мерлин! Что ты с собой сделал? — прошептал он, оглянувшись назад. Родители всё ещё были в гостиной.

— Кричер исполнял приказ. Кричеру запретили показываться кому-либо на глаза. Молодой хозяин сказал, что от этого зависит благополучие всей семьи. Кричер залил уши воском, чтобы не слышать зов хозяина Ориона. Кричер прижёг пальцы в наказание.

— Ты не представляешь, какой ты молодец! Ты спас нас всех! — Регулус, не сдержавшись, прижал вздрагивающее тельце эльфа к себе. — Спасибо, Кричер! Спасибо за всё!

1) Девиз семьи Блэк: «Чисты навек» (фр.).

Вернуться к тексту