Инженер хаоса (гет)

Гостиная Гриммо-плэйс 12 погрузилась в вечерние сумерки. В камине потрескивали поленья, отбрасывая на стены причудливые тени, которые плясали на фоне приглушённого света магических ламп. Константин, устроившись за массивным столом, с невозмутимым видом разбирал какой-то сложный механизм, смахивающий на гибрид допотопного радиоприёмника и сейсмического датчика. Воздух пах оловом, канифолью и озоном.

Дверь с грохотом распахнулась, впустив в комнату порцию прохладного воздуха и Нимфадору Тонкс. Она с силой скинула потрёпанные сапоги, которые отлетели в разные углы, и с громким вздохом облегчения плюхнулась в ближайшее кресло, закинув ноги на подлокотник. Её волосы переливались уставшим, но довольным свинцово-стальным цветом.

Константин, не отрывая взгляда от микросхемы, которую он аккуратно паял, произнёс своим ровным, безразличным к суете тоном:

— Я так понял, ты всего три дня пропустила, да? Как вливание в коллектив? Не закидали пирожками и вопросами о загробной жизни?

Тонкс фыркнула, запрокинув голову на спинку кресла и закрыв глаза.

— О, ещё как. Догберт попытался прочитать мне лекцию о некромантии, пока я кофе наливала. Я ему предложила провести практический семинар — вызвать призрака его карьеры и спросить, почему он до сих пор старший лейтенант. — На её губах промелькнула ухмылка. — Коллектив сам влился. Причём с густым осадком.

Константин наконец отложил паяльник и поднял на неё взгляд, изучающий и критический.

— Хм... Обновлённое тело не глючит? Синхронизация моторки и восприятия в норме? А то я, так-то, больше разум тестировал на валидации. Биологический носитель... сборка была кустарная, могли косяки быть.

Тонкс открыла один глаз, и в нём сверкнула насмешка.

— Скажи спасибо, что я не требую гарантийный талон. — В этот момент с стола Константина скатился маленький металлический шарик. Тонкс, не глядя, ловко подхватила его с пола и, резким движением запястья, швырнула в стену. Шарик отскочил и с идеальной точностью упал в узкое горлышко вазы на камине. — Реакция в норме. Синяк от пули на ребре, которую я сегодня поймала на обыске, — тоже в норме и уже почти прошёл. Сборка, говоришь? Отличная сборка. С завода не то выходило.

Она повернулась к нему, и её взгляд стал серьёзным, отстранённо-деловым.

— А планы... планы, Костя, грандиозные. Пока я валялась в земле, работа не стояла. Вернее, стояла. Ведро с гвоздями под названием «Министерство Магии». Так вот. Я не просто вернулась на работу. Я вернулась наводить порядок. Не тот, который был. Новый. Тот, где такие, как мы, не кончают в Великом Зале, пока бумагомараки вроде Догберта делают вид, что воюют.

Константин медленно поднял бровь, и на его губах дрогнул подобие улыбки.

— «Наводить порядок». Звучит как план по захвату власти.

Волосы Тонкс вспыхнули алым, как сигнальный огонь.

— Не захвату. Апгрейду. Ты же научил меня этому слову. Ты — главный инженер реальности. А я... — она указала большим пальцем на свою грудь, — стану его главным менеджером по внедрению. Сначала — в Отделе Магического Правопорядка. Потом — посмотрим. Кингсли ещё не знает, но его временное исполнение обязанностей министра скоро потребует... более компетентного заместителя. А там, глядишь, и до полной модернизации всего Министерства дело дойдёт.

Она встала, её движения были плавными и уверенными в своём новом теле, подошла к нему сзади и обняла, положив подбородок ему на макушку.

— Так что готовь свои чертежи, архитектор. Твоя Шехерезада только что получила продление контракта и повышение. И теперь у неё в планах — не просто рассказывать сказки. А переписать все законы в этой сказке. Под наши, новые правила.

Константин замолкает. В его голове уже щёлкают шестерёнки, просчитывая последствия, риски и траекторию карьеры женщины, которая, вернувшись с того света, решила не просто жить, а править.

— Хорошо. Надо продумать тогда следующий ход. — Он отодвигает паяльник. — Вообще, я планировал открыть компанию «Блэк-Лонгитивети», чтобы как-то систематизировать свою работу по продлению жизни. Сделать это дорогой, но рутинной процедурой, а не авральным шаманством с Маховиком. Но! — Он смотрит на Тонкс поверх плеча. — Если ты нацелена на власть прямо в... ближайшее время, то я выделю на это часть ресурсов. Приоритеты есть приоритеты.

Он аккуратно высвобождается из её объятий, встаёт и начинает медленно прохаживаться по комнате, его взгляд прикован к полу, будто он читает с него невидимые схемы.

— Вообще, как у вас карьеру обычно делают? У нас, в моём мире, обычно была ветка техспеца и ветка менеджера. Первая даёт власть над материей... изобретения, технологии... Вторая — над людьми. С точки зрения захвата власти выглядит эффективнее двигаться по менеджерской ветке. Но в тех компаниях, где я работал, я сознательно не шёл туда — это не по мне. Болтовня, интриги... не моё. Я тебя не убеждаю ни на что, просто обрисовываю карту.

Он останавливается и смотрит на неё, и в его глазах зажигается тот самый огонёк «архитектора», видящего новую, сложную, но решаемую задачу.

— В принципе, есть опция, что я специально под тебя разверну производство чего-нибудь эдакого. Что ты будешь или лично использовать, или выдашь «своим» людям в Министерстве... Создашь свою фракцию не на словах, а на технологическом превосходстве. Но надо подумать, что именно выдать.

Он внезапно поворачивается, хватает со стола свой магловский планшет и быстрыми движениями пальцев начинает чертить на нём схему.

— Скажем... могу сделать систему воздушной разведки. Магловские спутники — это хорошо, но они слепы к магии. А я сделаю дрон, который на высоте в 10 километров будет сканировать не оптику, а... фоновые магические искажения. Он выявит все Фиделиусы. Ну, в тех местах камера будет просто «глючить», показывая искажение пространства. А можно написать программу, которая будет автоматически замечать такие аномалии.

Он поднимает взгляд, и на его лице — намёк на ту самую хищную ухмылку, которая появлялась перед самыми безумными операциями.

— Протестируем на Гриммо-12. Он как раз накрыт Фиделиусом. Посмотрим, как твой новый дом выглядит с высоты птичьего полёта для моего «глаза». Если алгоритм сработает... Ты, Кингсли и парочка верных авроров получите инструмент, который найдёт любую секретную базу Пожирателей, любую конспиративную квартиру... за пару часов, а не месяцев.

Он смотрит на Тонкс, оценивая её реакцию. Он только что предложил ей не просто помощь, а силовой множитель. Не шпионаж, а прямое видение сквозь любые чары.

Тонкс замирает. Её волосы, ещё секунду назад уставшие, теперь медленно вспыхивают цветом тёмного, насыщенного золота — цветом чистой, неподдельной жадности к возможностям. В её глазах читается не просто одобрение, а восторг алхимика, получившего философский камень.

— Чёрт возьми, Костя... — её голос низкий, полный благоговения и азарта. — Ты только что предложил мне не оружие. Ты предложил мне зрение бога. С таким... — она обводит рукой комнату, будто очерчивая будущие владения, — я не просто «сделаю карьеру». Я перепишу все учебники по тактике и разведке. Сделай. Сделай это. А «Блэк-Лонгитивети»... она подождёт. Сначала мы обеспечим себе информационное бессмертие. А уж потом возьмёмся и за биологическое.

Константин кивает, его мысль уже ушла далеко вперёд, в область технических спецификаций и логистики.

— Хорошо... А заодно это будет подготовка к следующему этапу. К тому, чтобы сказать им: «Кажется, мы уязвимы для маглов». — Он смотрит на Тонкс, проверяя, понимает ли она весь масштаб затеи. — Я могу нарочно использовать полностью немагическую камеру. Маскировочные чары нацелены на обман восприятия живого существа, на его мозг. Но свёрнутое пространство Фиделиуса — его нельзя спрятать идеально от физики. Если смотришь на одну иллюзию, её можно и не заметить. Но если машина повидала кучу иллюзий... она поймёт паттерн. Аномалию. Дырку в данных.

Он снова склоняется над планшетом, его пальцы летают по экрану, рисуя схемы дрона и графы анализа данных.

— У маглов есть хорошие разведывательные беспилотные самолёты. Высокий потолок, долгое время в воздухе. Тихие. — Он поднимает взгляд, и в нём вспыхивает огонёк предвкушения охотника, расставляющего капкан. — Я просто невидимость кастану на него, и погнали. Он будет летать неделями, собирая данные. Никто его не увидит и не услышит. А мы получим карту всех магических аномалий Британии. Всех потайных убежищ. Всех «несуществующих» мест.

Он откладывает планшет и смотрит на Тонкс, его голос становится тише, но твёрже, как закалённая сталь.

— Это будет не просто отчёт для Кингсли. Это будет доказательство концепции. Что наша магия, наша вера в свою исключительность — это стеклянный замок. И что тот, кто контролирует «немaгические» технологии и умеет на них смотреть... видит все наши секреты насквозь.

В его словах — не просто план по поимке Пожирателей. В них — экзистенциальный ультиматум всему магическому обществу. Он готовится не просто помочь Тонкс сделать карьеру. Он готовится переломить хребет самой идее о превосходстве волшебников.

Тонкс замирает, осознавая глубину замысла. Её волосы не просто горят — они становятся цветом расплавленного металла, цвета новой, более жёсткой реальности, которую они собираются выковать вместе.

— Ты хочешь не просто дать мне козырь в игре. — Она выдыхает, и в её голосе слышен одновременно ужас и восхищение. — Ты хочешь поменять саму игру... и показать всем, что правила, которым они сотни лет следовали, устарели в день появления первого маггловского спутника.

Константин сухо кивает, его лицо — маска спокойной, неумолимой логики.

— Примерно так. Сначала мы найдём Пожирателей. Потом... может быть, решим, что пора показать этот отчёт Визенгамоту. Чтобы следующие полвека они боялись не нового Тёмного Лорда, а парня с ноутбуком и спутниковой связью. Это — хороший стимул для тотальной модернизации. И для твоей карьеры, кстати. Ты будешь больше, чем «вернувшейся с войны», ты будешь проводником в новый мир. Единственным человеком, который понимает и магию, и угрозу извне.

Он предлагает ей не просто власть. Он предлагает ей стать ключевой фигурой на стыке двух цивилизаций. И в его спокойном, аналитическом взгляде ясно читается: это не мечтания. Это — следующий логический шаг.