Катарсис магии (джен)

— Мда, не так я представлял начало каникул. — Идя под мантией, невидимым, сказал Гарри.

— Хочешь рассмешить бога, расскажи ему о своих планах, — просто ответил ему Альбус.

— А зачем ты меня вообще взял на подписание договора?

— Свидетель нужен, тем более я тебя в доверенности указал, а Сириус его подписал. Тем более сможешь что-то подозрительное заметить.

— Допустим. — Подходя уже к банку, смиренно вздохнул Гарри.

Несмотря на столь ранний час, стража уже стояла у входа, и когда Дамблдор подошёл к двери, они ему открыли как единственному клиенту. В основном зале работа только начиналась, кассы были наполовину заполнены, а гоблины выглядели заторможенно. Подойдя к стойке, Альбус поприветствовал сотрудника и дал ему письмо. Прочитав его, гоблин кивнул своим мыслям и сказал следовать за ним. Шли недолго, и перед Альбусом с уже снявшим мантию Гарри предстала вагонетка. Сев в нее, им предстояло проехать долгие 5 минут сумасшедших горок и трясок, а также искупаться под водопадом гибели воров. И наконец, пройдя через дракона и защитные механизмы, они оказались в хранилище Беллатрикс Лестрейндж. По пути к компании присоединился ещё один гоблин представительного вида, который держал в руке свиток пергамента и перья.

— И так, — скрипуче начал он, — все здравствуйте, мы собрались здесь, чтобы мистер Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор и мистер Гарри Джеймс Поттер смогли по доверенности Сириуса Блэка доставить оному одну вещь — золотую чашу с изображением барсука из бывшего сейфа миссис Беллатрикс Лестрейндж, признанной 15 марта 1992 года по заключению врача недееспособной. Итак, господа, распишитесь вот здесь, что вы это вы, и исполняете волю Сириуса Блэка под наблюдением сотрудников банка Грипхука и Сунгрэба. — Выполнив его указания, Сунгрэб продолжил, — все условия соблюдены, можете выбрать необходимую чашу, но только ее, — пригрозив костистым пальцем он.

— Хорошо, сэр. — Походив немного по хранилищу, Альбус наконец-то нашел ее и показал перед гоблинами. Удостоверившись, он кивнул, и Альбус положил в сумку чашу.

— Подпишите вот здесь, что забрали имущество. — После быстрого заполнения бумаг, Сунгрэб удовлетворенно кивнул, — готово, теперь можете выходить на поверхность.

— Спасибо, хорошего дня, — сказали Альбус и Гарри и отправились в обратный путь.

Совершив оный и выйдя на поверхность, магов ждали слепящий солнечный свет и только-только оживающие дома.

— Сколько времени? — спросил Гарри, потягиваясь.

— 6.50. Макет положил.

— Хорошо, давай перемещаться.

— Давай тогда отойдем. — быстро отыскав укромную тень, они аппарировали.

Оказались они примерно на юго-востоке Англии, в густом лесу. Подождав несколько минут, перед ними оказался Добби, одновременно выглядящим потерянно и решительно.

— Здравствуйте, Гарри Поттер, сэр, и директор Дамблдор, сэр, — как скороговорку протараторил эльф, глядя на них во все глаза, — Добби выполнил ваше пожелание, сэр Гарри Поттер, — и достав из-за пазухи, явил дневник. — И Добби смог запутать хозяина Люциуса, чтобы он дал указание выкинуть все ненужное для хозяйства.

— Спасибо, Добби, — благодарно сказал Гарри, убирая предмет в сумку, — вот, держи, замену, чтобы твои хозяева не заметили.

— Спасибо, Гарри Поттер, сэр, — радостно воскликнул Добби, — но как вы меня освободите, вы же не мой хозяин?

— Вот об этом мы тебе сейчас и расскажем, — сказал Альбус и начал рассказывать план активному эльфу, — ты все понял, Добби.

— Конечно, директор Дамблдор, — активно закивал он, тряся большими ушами, — Добби уже пора на кухню, я могу удалиться?

— Да, конечно.

— До свидания, мистер Поттер и директор Дамблдор, сэры, — выдав это, радостный Добби аппарировал.

— Ну что, сейчас ко мне на перерыв.

— Да, давай, — спустя мгновение никого в лесу не оставалось.

Когда они оказались дома, они немного вздремнули и поели, а также сложили все крестражи по разным коробкам в дальние комнаты особняка. Сделав это, они переместились к пещере с медальоном.

Дневное море встретило их спокойно, и Альбус с Гарри без усилий смогли добраться до входа. Отдав кровь, пред ними проступило слабо освещенное озеро, через которое они скоро проплыли к островку.

Уже зная, что делать, они наколдовали на островке животное, которое выпило зелье, и заменив медальоны, уже собирались идти, как Гарри вдруг спросил.

— А чисто теоретически, мы можем достать тело Регулуса?

— Можем, но избавиться от проклятия инфернала, к сожалению, нет, только третье непростительное или адский огонь.

— Жаль, — с грустью и сожалением он продолжил идти.

Снаружи они переместились уже в Литтл-Хэнглтон, недалеко от холма, где жили Гонты. Пройдя к нему и отгоняя змей, они столкнулись с серьезной защитой. Тяжело, но они справились и смогли забрать крестраж.

— Пусть он будет у тебя до уничтожения, — предложил Альбус, кивая на его сумку.

— Ладно, — согласился Гарри, понимая намек. Произошла очередная аппарация.

Решив не терять времени, они собрали все предметы и мечом Гриффиндора, который заранее взяли, уничтожили крестражи. После меча это оказались всего лишь бесполезные испорченные вещи. Но произошло нечто странное.

Воскрешающий камень, лишившись чужой души, начал светиться знаком даров смерти, а за ним и бузинная палочка с выемкой в основании и мантия-невидимка узорами в виде линий. Альбус и Гарри переглянулись между собой вопросительно. Перейдя в другую комнату, для безопасности, они сложили мантию на линии в виде треугольника, положили на нее палочку и в деревянную выемку положили камень.

Соединившись в знак даров смерти, артефакты засветились и начали образовывать уменьшенный силуэт молодого человека в старой мантии и длинными черными волосами.

— Ну здравствуйте, маги-потомки, — поприветствовал их ликующе призрак, чьи эмоции ярко читались на полупрозрачном лице. Он сощурив в любопытстве и искреннем интересе глаза, — наконец-то хоть кто-то додумался соединить артефакты нашего производства. Ой, забыл представиться. Антиох Певерелл, к вашим услугам, — сделал он шутовской поклон и выжидательно посмотрел на магов.

— А так можно было? — спросил Гарри, неверяще глядя на дары и на призрака.

— Нужно, а то я за все эти века успел и заскучать. Наблюдать за безусловно интересными магами хорошо, но со временем приедается, — сказал мужчина, играя бровями.

— Простите за глупый вопрос, но вы действительно Антиох Певерелл, старший брат из легенды? — миролюбиво и осторожно уточнил Альбус.

— Конечно, — произнес он такой интонацией, как будто это был всеми известный факт. — Правда, только я захотел сделать такую особенность у своего творения. И пожалуйста, не упоминайте эту перековерканную ересь в будущем, я за столько времени настолько пресытился ею, что сейчас у меня она вызывает лютое отторжение, — преувеличенно сложил руки в просящем жесте призрак.

— А как вы могли наслушаться и насмотреться, если не секрет? — полюбопытствовал Гарри, склонив набок голову.

— Так же, как и портреты, я именно с них вдохновлялся при создании. Но это не единственная функция, не описанная в писаниях, — с гордостью приосанился мужчина, выдвинув вперед указательный палец. — Если правильно сочетать артефакты, можно получить дополнительные силы, например, мантия и камень дают полную невидимость и для легилименции, камень и палочка — более качественные ментальные чары, а все вместе — полную защиту и силу.

— А чем ещё отличается реальность от, как вы сказали, перековерканной писанины? — дождавшись, когда Антиох выговорится, спросил Альбус, предвкушая интересные подробности.

— Ну слушайте, много чем, — задумчиво замолчал Антиох, вспоминая. — А давайте сейчас я вам и расскажу. — Хрустнул шеей и пальцами, Антиох пока неуверенно находил слова, но постепенно все больше и экспрессивнее была его речь.

…

— Ну что, братья, где хотите привал устроить? — спросил самый старший на вид мужчина, несущий свою часть груза, с задорными зелёными глазами.

— Давайте у озера, там очень живописный вид и заодно соберем кору дуба мне для зелья, — предложил второй по старшинству молодой человек.

— Я не против, Антиох и Кадм, — тихо ответил совсем юный парень, любуясь природой и морем вокруг.

— Тогда давайте создадим мост, а то вместо привала будет у нас купание, — сказал Антиох, вытащив узловатую палочку из бузины из кармана мантии. Когда братья встали по его бокам, они синхронно взмахнули палочками и начали создавать мост. Наколдовав его, они начали идти, рассказывая о своих планах, но неожиданно, когда они уже почти дошли, их встретила сгорбленная фигура в старой мантии.

— Здравствуйте, путники, — сказала она неопределенным голосом и приветственно развела руками в стороны, — я долго живу в лесу и давно не видела таких талантливых магов, обычно путники здесь гибли.

— Хм, благодарим за комплимент, — взяв общение на себя, сказал Антиох, почувствовав что-то неладное, — вам что-то нужно?

— О, ничего, даже наоборот, я хотела вам кое-что предложить в награду за ваши умения.

— И что же? — сказал Кадм из-за спины Антиоха, делая странный жест в сторону Игнотуса, на которого будто уже никто и не обращал внимание.

— Я вам дам фантастический рост к вашей силе, из-за которой в будущем вы прославитесь как легендарные фигуры магического мира, получите славу и признание, — выдержала небольшую паузу для осознания предложения братьям и продолжила, — ну, а вы мне позволите к себе приблизиться, опустив при этом палочки.

— Спасибо за предложение, добрый человек, но я и мои братья, пожалуй, откажемся, — постарался сохранить вежливый тон, чтобы не сбить человека, Антиох начал аккуратно двигаться назад с братьями, держа палочку наготове, — у нас ещё вся жизнь впереди, мы в силе вырастем и славу заработаем.

— Ну что же, ваши жизни действительно впереди, — спокойно ответила фигура, начав снимать капюшон, — но продлится она недолго.

Сказав это, человек полностью показал голодные глаза, ярко выделявшиеся на фоне серого лица своим золотым свечением, и набросился на мужчин.

Но не зря в их деревне Певереллов называли самыми сильными магами, — первым атаковал Антиох, сделав уколяющее движение палочкой, из которой вышла ярко синяя спираль. Кадм старался страховать, нападая из-за спины старшего брата и держа щит. А Игнотус ждал случая, если что-то пойдёт не так, и он сможет неожиданно нанести удар. И такой случай случился: фигура, понимая, что она не справится с тремя сильными магами и не получит желаемого, решила из последних сил испортить им жизни, и из пальцев вырвались белые вспышки в Антиоха и Кадма, которые тут же упали на мост без сознания, а также в мост, и побежала в сторону леса на хромающих ногах, надевая на ходу капюшон. Мост начало раскачивать, и Игнотус, кинув случайное проклятие, быстро снял мантию и отлевитировал своих братьев на берег. Под звуки падающего моста Игнотус, стараясь снять дрожь с рук, колдовал над братьями диагностирующие и лечебные заклинания.

— Эх, вот и устроили привал, — сказал меланхолично Игнотус, который после проверки братьев осел на землю, пытаясь осознать, что вообще произошло.

…

— Игнотус, пожалуйста, скажи, что это неправда, — выпалил неверяще бледный Антиох, лёжа на своей кровати.

— Нет, к сожалению,. Даже ритуалы врядли помогут, да и ритуалистов давно уже не водится. А знаний Кадма точно для этого не годятся, невелики слишком — вздохнул он грустно и сел на стул, поджав под себя ноги, — тоже касается и тебя, Кадм, кстати.

— Я понял, — кивнул он, провел рукой по своим темным волосам и продолжил: — Это же надо напороться на нечто и словить от нее проклятия в день, когда ты этого совсем не ожидаешь.

— В чем хотя бы суть проклятия, ты смог установить, Игнотус? — спросил Антиох.

— Как я понял, — растрепав волосы, тихо начал он объяснять, — суть проклятия в том, что оно ухудшает баланс вашего сознания и делает от этого магию нестабильной.

— Как именно проклятие ухудшает? — вопросительно посмотрел Кадм.

— Ну, например, есть человек, который имеет слабость к выпивке, но старается пить реже. Но после попадания в него проклятия, он начинает пить без меры, разрушая себя, — постаравшись найти подходящие слова и при этом нейтральные, Игнотус смотрел тревожно в окно.

— Твои метафоры всегда прекрасны, — постаравшись подбодрить брата, сказал из своей койки Кадм.

— И заклятие снять нельзя? — уточнил Антиох, поворачивая голову в его сторону.

— Это все, что я смог достичь с помощью твоей палочки и пока не законченного камня Кадма, — развел руками Игнотус.

— Тогда я предлагаю до того, как мы превратимся в худшие версии себя с хаосом вместо мозгов и магии, наконец-то доработать наши творения и внести дополнительные эффекты, так на всякий случай и для потомков, — уверенно предложил Кадм, сверкнув своими карими глазами.

— И что ты предлагаешь, Кадм? — с интересом прищурил зелёные глаза Антиох.

— Ну, слушайте, — и Кадм начал предлагать свои идеи. Когда он рассказал, то Игнотус и Антиох между собой с улыбкой переглянулись и с воодушевлением согласились, договорившись начать после их выздоровления.

Предложение заключалось в этом: — сделать свои артефакты — палочку, камень и мантию-невидимку — одним общим артефактом, который будет полностью защищать своего хозяина от врага, как, например, от той фигуры, которую они встретили, и помогать владельцу его победить. Также они решили усилить первоначальную силу артефактов: Антиох добавил больше универсальности и магического эффекта, чтобы каждый маг, вне зависимости от особенностей, смог ею воспользоваться, Кадм сделал, а точнее переделал камень (раньше он должен был воскрешать любимых, но концепция оказалась нерабочей) на усиление силы легилименции и окклюменции мага, надо лишь повернуть камень три раза, а Игнотус сделал свою мантию долговечной и с полной невидимостью и неуязвимостью. Главное лишь найти специальный знак на каждом артефакте для их раскрытия их полной силы. Но более интересный эффект даров проявлялся во время их совмещения и сочетания — полная невидимость и неслышимость, другой уровень чар и другое.

И вот, смотря на уже измененные и доработанные артефакты: к палочке и застежке на мантии добавилась выемка для камня, братья гордились своей общей работой.

Но и проклятие не отставало и начало проявляться. После окончания работы Антиох становился все более эмоциональным и раздражительным, а Кадм — более печальным и задумчивым.

Первое время этого не замечалось со стороны, ибо причины для эмоций были существенны. Но когда Антиох начал кричать на братьев, к которым всегда относился тепло, все резко поняли положение. На следующий день после перепалки Антиох неожиданно для Кадма и Игнотуса предложил то, что казалось невыполнимым.

— Братья, вы меня извините за вчерашнюю грубость, — поникшим голосом сказал он, — но я хотел кое-что сделать, чтобы вы меня хотя бы частично запомнили в трезвом уме и твердой памяти.

— Говори, Антиох, — принимая извинения, ответил Кадм.

— Я хочу сделать из своей палочки некое подобие портрета, который будет проявляться во время соединения всех артефактов.

— Это будет трудновато в реализации, — после недолгой паузы сказал Игнотус.

— Но я хочу себе оставить хотя бы такую личность, ещё не до конца испорченную из-за проклятия, — умоляюще сказал Антиох.

— Кадм, а ты хочешь себе нечто подобное и с камнем? — повернулся в его сторону Игнотус.

— Идея интересная, но я воздержусь, уходить из мира так полностью, — пожал плечами Кадм, поворачиваясь в сторону Антиоха, — мы согласны.

— Спасибо, братья, — Антиох заключил в объятия их и понадеялся, что они смогут это осуществить до окончательной порчи его сознания и магии.

Время шло, и желание Антиоха смогло осуществиться: нужно лишь сложить мантию по узору в виде треугольника, на нее положить палочку с камнем в выемке, и представлялась некая проекция Антиоха — высотой в один фут, он был очень похож на своего оригинала, разве что более прозрачным, при этом сохраняя способность понимать мир и помнить события.

Но вместе с тем и проклятие не дремлет — будто ожидая, когда братья закончат с идеей с палочкой, оно с новой силой обрушилось на Антиоха и Кадма. Антиоха все легче было вывести из себя и заработать с ним дуэль, на которых он раньше блистал, но теперь все чаще допускал ошибки в заклинаниях и их силе. Кадм становился все более погруженным в себя и прошлое, постоянно вспоминая о своей невесте, но забывая о нынешней жене и детях. А Игнотусу оставалось лишь смиренно наблюдать за изменениями и печальным концом родных. Антиоха убили, а палочку так и не нашли, а Кадма нашли повешенным, и рядом с ним лежало кольцо с камнем, вероятно, он вспоминал перед смертью свою любовь.

Похоронив братьев, Игнотус завел свою семью, стараясь также следить за детьми Кадма. Так и жил самый младший брат мирной жизнью семьянина и артефактора. Сумел даже дожить до свадьбы своей внучки Иоланты, в приданое которой входила его мантия-невидимка. Передав вместе с нею хронику семьи Певереллов и наказ беречь приданное как зеницу ока, Игнотус в скором времени присоединился к своим братьям.

…

Когда Альбус и Гарри дослушали сбивчивый монолог призрака, они не знали, что сказать. Рассказ был настолько богат на удивительные подробности и детали, что требовалось время на осмысление.

— Вы чего зависли, господа? — помахал им перед глазами Антиох, устав ждать их реакции.

— Мы просто осмысляем ваш рассказ, мистер Певерелл, не беспокойтесь, — сказал Альбус.

— Можно просто Антиох, не каждый век я знакомлюсь с интересными людьми, ценить надо.

— Погодите, а вы ничего не перепутали с тем человеком, напавшим на вас? Глаза у него светились золотом?

— Нет, конечно, — возмущенно выпалил призрак, — как можно забыть человека, от которого у тебя мозги как шарики за ролики встали. Но да, глаза были золотыми, а сам человек был достаточно голодного и отчаянного вида.

— Весьма вероятно, что это Родомагия, — предположил Альбус, задумчиво потирая подбородок, — вы ведь из палочки слышали, как мы с Гарри её обсуждаем?

— Да, хотя я не придавал вашим словам большого значения, думал, просто очередная напасть на владельца легендарной бузинной палочки, — саркастично подвигал бровями Антиох, но после перешёл на более серьезный тон, — насколько я понимаю, это всё-таки немаленькая беда для вас.

— Очень, — кивнул Гарри, — мозги магам пудрит, своего посредника нашла в виде

сумасшедшего темного мага с крестражами, которые мы уже уничтожили, но это мелочи.

— Хм, молодцы, что уничтожили, — похвалил Антиох, щелкнув пальцами, — если хотите, то иногда можете со мной советоваться.

— Почему иногда? — уточнил Альбус.

— Потому что дары дарами, а время на накопление силы им тоже нужны, — наставительно сказал призрак, глубокомысленно кивая, — да и у меня нервы не бесконечны после семисот лет в палочке.

— Тогда давайте вы нам расскажете, как вас подзарядить, и мы по необходимости будем к вам обращаться, — предложил Гарри.

— Договорились. И так, для этой вашей подзарядки нужно… — начал Антиох, скрестив руки на груди. После краткой инструкции, Альбус и Гарри разложили предметы, и призрак мужчины исчез.

— Что-то теперь мне пользоваться палочкой не так спокойно, как до этого дня, — посмотрел на палочку в руках Альбус.

— Да у нас что ни день, то типичный детективный роман. Столько запутанных деталей и информации, а подозреваемый всё ещё где-то шастает, — философски заметил Гарри, складывая мантию и кладя камень в ранее незамеченный отсек в застёжке.