My way (гет)

Там же, вестибюль студии КБС.

Заходим, в вестибюле стоят в ряд столики с ручками, фломастерами и стопками фоток нашей группы, вместе и поодиночке. Мне предлагают сесть по центру, рядом Том и Даркнесс, остальные дальше. Много охранников, будут отсекать слишком перевозбужденных фанатов. Позади нас сидят на диванчиках онни с Чжу Воном, их пригласили для антуража больше и на растерзание журналистам. Онни давно не та простушка, которую приносили из универа в бессознательном виде. Дела нашего фонда закалили ее и выковали довольно жесткую бизнес-леди, так что журнашлюшкам светит большой такой облом. Успели с Пацаком перекинуться парой слов, а потом запускать жаждущих автографов начали. Тупая работа — улыбнись, спроси имя, напиши пожелание на фотке, протяни двумя руками, следующий. Фанаты оставляют подарки — наборы всякой всячины, мягкие игрушки, мне в основном. Два часа! Два часа придется заниматься этим нужным, но скучным делом.

Дом семьи Чон, это же время.

— Как?! Как вы её упустили? — в ярости стучит кулаком по столу Мин Гу.

— Она оглушила компаньонку и обошла все камеры, спустившись из комнаты по связанным простыням. Ее засекли на стене поместья, но задержать не успели — как сквозь землю провалилась. Мы через своего человека подключили поисковую систему, все камеры полицейского надзора Сеула и пригородов в работе, но пока ничего! Банковские карты тоже на контроле.

— Делайте что хотите, но чтобы в течении суток ее нашли! И не думайте, что вас всех просто уволят, если не найдете! Никаких журналистов при любом исходе, само собой. Свободны! — МинГу массирует лицо пальцами и грохает кулаками по столу.

— Чуть в ук не впал — подумал он. За что ему это все?

Вестибюль КБС, примерно 18-30.

У меня уже спина отваливается кланяться каждую минуту. Даже начал неспеша общаться с фанатами и медленно подписывать фото и плакаты, торговлю которыми тут же и организовали, на входе в вестибюль. Пацак и Сун Ок общаются с парочкой журналистов, вполголоса, хотя могли и громче — шумно тут, на входе гомонит толпа фанатов, вывести "обилеченных" тоже иногда удается не сразу. Присутствует даже наряд полиции на всякий случай и машина скорой дежурит у входа в здание. Все по взрослому, ага. Блин, еще больше часа, как те же короновки с улыбочками делали то же самое, я по ящику видал? Они перед тем еще и скакали, исполняя несколько новых песенок, прям как балетные, синхронно и четко. Я бы помер, наверное, если бы мы так же концерты катали, с танцами. Хотя... И мы поскакали неслабо на сцене Олимпийского. В очереди фанатов попадаются косплейщики в нарядах "Терминатора", многие довольно прикольные, при росте метр с кепкой в прыжке особенно. Микро-киборги такие все из себя.

Ю Чжин, время ближе к семи вечера.

— Уже скоро! Недолго осталось веселиться гадине и воровке, скоро веселиться буду я! Хорошо, что удалось чисто уйти из поместья, пригодился костюмчик-то доработанный, и заначенные наличными сорок шесть тысяч вон тоже. По карточке меня бы быстро вычислили. Инструмент продали за наличные в маленьком магазинчике на окраине без проблем, всего полторы тысячи, смешно даже. Так, заходим, пора!

Вестибюль студии КБС, ближе к семи вечера.

На автомате спрашиваю имя, улыбаюсь, подписываю... О, очередной косплейщик с рубленными движениями. Весь в коже, маске с красным глазом и паричке под нашего Эсперо. Наклоняется ко мне с большой фотографией "Терминатора".

— Как вас зовут? — улыбаюсь я, протягивая руки к фотографии.

— Ю Чжин! Сдохни, тварь подзаборная! — шипит "киборг" и несколько раз тыкает выхваченным из рукава чем-то тонким в область сердца. Шилом?

На автомате отмахиваюсь правой рукой, разбивая агрессорше нос. Не достала эта сука мне до сердца-то, и от второго номера сисек польза бывает. Почему я падаю куда-то в бок? Почему так холодно? Лежу на боку и вижу смутно много, много ног, бегающих туда-сюда мимо. О, к ним в гости течет какой-то темный ручеек, из-под меня. Почему так холодно...

Киборг сначала просто идет к выходу, а после криков и шума сзади переходит на бег. Ему удается вырваться из здания КБС и уехать на мотоцикле, пока охрана пыталась пробиться через запаниковавших фанатов.

Здоровенный парень стоит на коленях около Юн Ми, пытаясь зажать несколько ран тампоном из носового платка, из груди девушки торчит рукоятка шила. Губы девушки медленно что-то шепчут.

— Что, что ты говоришь, Юна? Лучше помолчи, любимая, береги силы, скорая рядом, врачи уже бегут сюда!

— Почему так холод...

Тогда же, Ю Чжин.

Угнанный мотоцикл летит по крайнему левому ряду, душа Ю Чжин поет — у нее все получилось! Осталось немного — бросить мотоцикл с ключами в бедном районе, уничтожить костюм киборга и можно возвращаться домой. Хорошо, когда плевать на правила — если мото и не разберут на запчасти, штрафы платить идиоту, оставившему мотик с ключами у торгового центра.

Мотоцикл входит в поворот, наклоняется, и заднее колесо начинает скользить наружу поворота. Меньше часа назад на этом месте была авария и масляную лужу успели только слегка затереть. Мотоцикл падает, вращаясь летит в столб освещения. Удар, и темнота накрывает Ю Чжин.

Тогда же. Дом Юн Ми.

В комнате Юн Ми и Джун раздается жуткий вой Мульчи.

Студия шоу КБС "Звезды эстрады", тогда же.

В студии идет горячее обсуждение прошедшего показа рок-концерта, страсти кипят, несколько рокеров в этот раз всё-таки позвали. Они не стесняясь называют критиков хэви-метал-стиля замшелыми пеньками, а те их варварами и невежами, дело близится к рукопашной. Внезапно зрители шоу видят ведущую новостей вместо студии, она объявляет срочное сообщение.

— Только что в вестибюле студии КБС, где проходила автограф-сессия группы "Бандитос", произошло нападение на госпожу Пак Юн Ми! Нападавший был в маске и костюме "Терминатора", он несколько раз ударил госпожу Пак шилом в грудь и скрылся. Госпожа Пак в критическом состоянии доставлена в Сеульский Центральный Госпиталь, врачи борются за ее жизнь. Нападавший, пытавшийся скрыться на мотоцикле, превысил скорость, не вписался в поворот и погиб на месте. Полиция сообщила, что это девушка. Вот ее фото, всем, кто ее узнал, просьба позвонить в полицейское управление своего района.

Дом семьи Чон, тогда же.

Начальник СБ главы "Хундаи" вбегает в кабинет Мин Гу и кричит: — Господин, ваша дочь нашлась!

— И где она?

— Она погибла, господин. Мы не успели! Мы виноваты. — его плечи поникают...

26 декабря, центральный госпиталь Сеула, палата Юн Ми, день.

На кровати лежит бледная девушка, пикают приборы, в углу за столиком сидит дежурная медсестра. У кровати девушки сидит Чжу Вон, он гладит тонкие пальчики любимой и говорит с ней так, будто она его слышит.

— Все будет хорошо, Юна! Ты скоро очнешься, хирург сказал, что тебе повезло, ты просто потеряла много крови и поэтому пережила шесть минут клинической смерти. Они успели тебя вытащить, значит, теперь будешь жить до ста лет, не меньше. И не вздумай помереть раньше меня — я не переживу, ты же знаешь!

Дом Юн Ми, вечер.

Мама Юн Ми, онни, Джун и Кван сидят за столиком и под ужин смотрят новости. Хотя Юн Ми и выжила, настроение у всех плохое, она не приходит в себя! Мама и онни помнят, чем закончился прошлый раз с клинической смертью и волнуются. Только Джун думает, что мамочка скоро приедет и потому спокойна. Ведущий новостей рассказывает срочные новости экономики, и их есть у него, да еще какие!

— На фоне совершенного дочерью главы "Хундаи" Чон Мин Гу нападения на певицу и композитора госпожу Пак Юн Ми акции концерна резко упали. После заявления МИД Франции и Италии, а так же Гос. Департамента США о введении санкций против концерна "Хундаи" торги были прекращены из-за общего обвала Сеульской биржи. На общем фоне устояли акции горнодобывающих компаний и концерна "Сиа Групп", чьим младшим наследником является муж госпожи Пак Ким Чжу Вон. На предприятиях и в офисах концерна "Хундаи" проходят обыски, уже выявлены "серые" схемы ухода от налогов.

— Состояние госпожи Пак остается стабильным, врачи утверждают, что кризис миновал. Как заявил глава хирургического отделения госпиталя, шило не достало до сердца госпожи Пак всего на сантиметр. Одно из двух других ранений было даже опаснее, была задета крупная вена, именно из-за этого госпожа Пак потеряла так много крови. На имя госпожи Пак и её семьи пришли сообщения от президента Франции и премьера Италии со словами поддержки и пожелания здоровья.

Диктор делает восторженное лицо и сообщает: — Также семья Пак получила личное послание Папы Римского со словами поддержки. Папа написал и о том, что он молится за здоровье Благословленной Господом Девы Юн Ми.

— Полиция проводит расследование инцидента. По мнению пожелавшего остаться анонимным источника из полицейского управления Сеула, причиной нападения была ревность! До внезапной свадьбы младшего наследника семьи Ким и Пак Юн Ми именно нападавшая утверждала, что является невестой господина Ким Чжу Вона. Как заявил наш источник, расследование скорее всего прекратят из-за гибели главной подозреваемой, дочери главы концерна "Хундаи" Чон Ю Чжин.

— Так ей и надо, гадине! — Громко говорит Сун Ок, Кван берет ее руку в свои и похлопывает по ней.

— Она свое уже получила, не надо так про покойницу. Пострадала и её семья. — онни упрямо поджимает губы. Она бы эту Ю Чжин оживила и убила еще раз своими руками за мучения своей тонсён. Три раза!

— Главное, Юночка жива! Надо молиться, чтобы она скорее пришла в себя и стала здоровой. Завтра нам разрешили посетить ее всем вместе, госпожа Му Ран тоже будет. Джун возьмем с собой, пусть посмотрит на мамочку. Врачи сказали Чжу Вону, что раны заживают аномально быстро, и физически Юна будет здорова уже через две недели.

Где-то, когда-то...

Вишу в пустоте и темноте, как в тот, первый раз. Судя по всему, я опять помер, но почему-то не волнуюсь так же сильно, как тогда. Жаль только маму Юн Ми и сестру, а больше всего жаль дочку. Ну и Пацака жаль — туго ему придется. "Бандитос" мои не пропадут — песен у них задел еще на полтора диска минимум, а там и сами напишут что-то свое. Потенциал у них приличный, солисты есть, аж три штуки. Станут первой рок-группой, собирающей стадионы.

Где-то вдалеке появляется яркая точка и быстро приближается. Это женщина в старинной одежде, и со шлейфом из тысяч рук за спиной. От ее фигуры исходит яркий свет.

— Ну здравствуй, Сергей Юркин. Вот мы и опять встретились. — С грустью в голосе говорит Богиня.

— Я опять умер, верно? Как же это переживет моя семья, дочь, Чжу Вон? — даже тут я не хочу называть Пацака мужем, что странно, сейчас-то уж что?

— За них не беспокойся. Душа прежней владелицы тела Юн Ми прошла перерождение в другом мире и займет твое место.

— Так быстро?

— Время в разных мирах течет по разному, она прожила там свою жизнь и освободилась.

— А как же мама, онни, Джун? Она их не вспомнит?

— О нет! Она получит твою память, только без тебя. Для нее твое прошлое в том мире будет как сон, она будет думать, что это из-за ранения, и привыкнет. Голос и навыки владения музыкальными инструментами останутся, как и знание языков. Что будет у нее с Чжу Воном не скажу — не знаю, решать Юн Ми.

— А что со мной? Мне туда, на Дорогу Мертвых? — мне грустно, что я не увижу, чем все закончится в том мире. Как проживут свои жизни мама, онни, Чжу Вон и особенно Джун. Я уже скучаю.

— Это зависит от твоего выбора. Когда-то, если так можно сказать про нас, Богов, одна сущность оказала мне услугу. Как раз сейчас Он попросил меня подобрать свободную душу для замены ушедшей. Душа ушла на перерождение задолго до срока, сама, по своему желанию, и в Его мире нет ей замены. Нужна сильная душа, ушедшая была талантлива и ты талантлив, ты подходишь! Но выбор за тобой, ты можешь тоже уйти по дороге перерождений. Это просто моя просьба.

Хотя тут все чувства и приглушены, мне стало любопытно, что это за мир и кем я буду.

— А я не попаду опять в женское тело??? Мне бы не хотелось...

— Больше ничего не просишь, как в прошлый раз? Ты изменился, и в лучшую сторону! Про тело не знаю, нам это все равно, душа не имеет пола. Только дух. Если хочешь, я часть твоего духа удалю, и тебе станет все равно, какое тело.

— Нет! — пугаюсь я.

— Это буду уже не я! И просить я ничего не буду, вы мне и так дали больше, чем я думал когда-то. Пусть я прожил в этом мире и не долго, но интересно, у меня была хорошая семья и дочка! Будет что вспомнить. Я согласен на перерождение в том мире.

— Ну тогда прощай, Сергей Юркин, тот мир не входит в область моих миров, мы скорее всего не увидимся больше.

— Прощайте, и спасибо!

Лондон, палата интенсивной терапии детского отделения Госпиталя Эвелины, день.

Сознание возвращалось медленно, глаза видели плохо, звуки и запахи как сквозь вату. Серега с трудом скосил глаза и понял — он опять в больнице! Что-то запикали-заорали приборы, набежали всякие в масках, помахали пальцами перед глазами и укололи чем-то. Очнувшись намного позже, он понял — полегче стало. Рядом на стуле сидела женщина в маске и шептала: — Доченька моя, очнулась, счастье ты мое. — что-то не так, что-то царапало, но тут в палату зашла группа медиков, женщина тихо сказала, что это какое-то светило медицины, погладила Серегу по руке и вышла. Один из медиков, видимо ассистент, начал читать с листка бумаги: — Пациентка Гермиона Джин Грейнджер, десять лет, читала на ходу и упала с лестницы, трещина височной кости и кровоизлияние в мозг, была в коме 11 дней. Серега понял — говорят по английски, он в Англии! И имечко знакомое — Гермиона. Тут-то до него и дошло...

27 декабря, палата Юн Ми, день.

Вся родня обступила кровать с лежащей Юн Ми. Все ей пожелали выздоровления, Му Ран так и вовсе произнесла спич на тему стойкости и воли к жизни. Чжу Вон опять присел около Юн Ми и взял ее руку в свои.

— Возвращайся к нам, Юночка. Мы все тебя любим и ждем, мы скучаем по тебе.

Веки девушки дрогнули, пальчики слегка сжали руку Чжу Вона, заверещали приборы. Набежавшие врачи выгнали всех из палаты и только через полчаса вышедший зам.начальника отделения сообщил, что пациентка очнулась, но пока слаба и спит. Короче, приходите завтра!

28 декабря, палата Юн Ми, день.

Чжу Вон сидит у кровати Юн Ми, они спокойно разговаривают, иногда смеются, иногда задумываются. Она еще слаба, но явно идет на поправку, уходит бледность, глаза сверкают, когда Чжу Вон шутит.

— Я не могу вспомнить, почему так отталкивала тебя. Может, боялась своих чувств, может, не верила тебе. Мы женаты, но я плохо знаю тебя до сих пор. Понятно, что брак был фиктивный, но может, мы попробуем сначала?

— И не вспоминай плохое, тебе нужны только позитивные эмоции. Вот выздоровеешь и вспоминай потом что хочешь.

Они еще не знают, что через несколько лет все мировые хиты и даже рок-композиции Юн Ми в мире назовут "Новой Корейской Волной", что она напишет роман "Собор Парижской Богоматери", а потом и мюзикл по нему, что будет снят музыкальный фильм, а сам мюзикл прокатится по всему миру, как тайфун, и люди будут с ночи занимать очереди за билетами. Что первой Эсмеральдой будет сама Юн Ми, а первым Горбуном станет Чжу Вон, у которого окажется грубоватый баритон и неплохой слух. Как он шутил — история Горбуна и Цыганки похожа на их с Юн Ми, только концовка счастливая. Позже муж Юн Ми исполнял и другие песни Юны.

https://yandex.ru/video/preview/13992608189671429191

Участие в мюзикле примет вся группа "Бандитос", а через десяток лет все участники группы, Юн Ми и Чжу Вон получат свои звезды в Зале Славы рок-н-рола.

И будут у них с Юн Ми трое детей, два мальчика и лапушка-дочка, а старшая сестра Джун будет их строить,

воспитывать и любить. Все еще будет, а пока...

Юн Ми смеется.

— Что я сказал смешного? — Притворно хмурится Чжу Вон.

— Мне так странно... У меня есть муж и дочка. А ты красивый. — тонкая рука с длинными пальчиками скользит по щеке Чжу Вона, вытирая слезу.

— Почему ты плачешь?