Дочь Принца (гет)

Глава 19. Кольцо

Экзамены навалились как снежный обвал.

Восьмой курс зубрил дни и ночи напролёт. Гермиона сидела за учебниками с утра до вечера, зарываясь в конспекты, выискивая забытые заклинания, повторяя формулы зелий. Она не замечала ни времени, ни голода, ни усталости.

— Ты себя угробишь, — сказал Драко, забирая у неё очередную книгу.

— Отдай.

— Нет. Ты не ела с обеда.

— Я не голодна.

— Неважно.

Он поставил перед ней тарелку с супом и хлебом.

— Ешь.

— Драко…

— Ешь, или я скормлю тебе это ложкой.

Она улыбнулась — и взяла ложку.

--

Гарри и Драко стали общаться.

Странно, но факт. После той сцены в библиотеке, когда Гермиона раскрыла тайну, они как будто заключили молчаливое перемирие. А потом начали летать вместе на метлах. Гарри учил Драко новым трюкам — тем, что показывал Сириус. Драко, в свою очередь, показал Гарри скрытые коридоры в замке, о которых знали только слизеринцы.

— Вы стали друзьями? — спросила Гермиона, увидев их однажды смеющимися над чем-то в Большом зале.

— Не преувеличивай, — сказал Гарри.

— Просто он перестал быть идиотом, — добавил Драко.

Гермиона закатила глаза, но внутри потеплело.

Драко больше не ревновал. Он был рядом почти всегда — на завтраке, на обеде, в библиотеке по вечерам. Они гуляли по территории, держась за руки, целовались в тени старых дубов. Иногда спорили о глупостях — о домовиках, о зельях, о том, кто лучше летает. Иногда просто молчали, сидя у Чёрного озера.

Она не думала, что может быть так спокойно. Так тепло. Так… правильно.

--

Но тело сдавало.

Гермиона худела. Она не замечала — всё списывала на нервы. Тошнило по утрам, но она убеждала себя, что это голод или усталость.

— Плохо выглядишь, — сказал Гарри однажды.

— Спасибо, приятно.

— Я серьёзно. Сходи к Помфри.

— Некогда. Экзамены.

— Гермиона.

— Всё нормально, Гарри. Правда.

Он не поверил, но спорить не стал.

--

Экзамен по Зельям шёл уже три часа.

Гермиона сидела в первом ряду, варила оборотное зелье, когда мир вдруг качнулся. В глазах потемнело. Она схватилась за край котла, но не удержалась.

— Гермиона! — услышала она чей-то крик.

А потом — темнота.

--

Она очнулась в больничном крыле.

Над ней склонилась мадам Помфри и, как ни странно, Драко. Гарри стоял за их спинами, бледный.

— Что случилось? — спросила Гермиона.

— Ты потеряла сознание на экзамене, — сказала Помфри. — Истощение. Сильный токсикоз. Нехватка витаминов.

— И ещё кое-что, — добавила она.

Гермиона замерла.

— Что?

— Вы беременны. Срок — около двух месяцев.

Тишина.

Гермиона смотрела на врача, не веря своим ушам.

— Беременна? — переспросила она.

— Да. Когда вы в последний раз принимали предохраняющее зелье?

Гермиона закрыла глаза.

Она забыла. В тот вечер в Выручай-комнате — после всего, после их близости, после того, как Драко заснул спокойно впервые за долгое время — она забыла.

— Я не выпила зелье после того раза, — прошептала она. — Забыла.

— Сейчас это неважно, — сказала Помфри. — Вам нужно больше отдыхать и полноценно питаться. Джинни Уизли сейчас на четвёртом месяце, тоже из-за недосмотра. Видно, весенняя любовь ударила в головы.

Гермиона покраснела.

Мадам Помфри вышла, оставив их одних.

Драко взял её за руку.

— Мы справимся, — сказал он.

— Ты счастлив?

— Я люблю тебя. И ребёнка. Нашего. Конечно, я счастлив.

Она не знала, плакать или смеяться. На глаза навернулись слёзы — от страха, от неожиданности, от того, что он не испугался. Что он рядом.

— Ты правда не злишься?

— Глупая, — сказал он. — Как я могу злиться на то, что мы создали вместе?

Она уткнулась лицом в его плечо, и слёзы потекли сами.

— Всё будет хорошо, — шептал он. — Я обещаю.

--

Помфри разрешила выписаться к вечеру.

Драко проводил её до гриффиндорской гостиной, но на полпути остановился.

— Гермиона.

Она обернулась.

Он стоял в коридоре, залитый лунным светом, и смотрел на неё так, как будто она была всем, что у него есть.

— Я не планировал делать это сегодня. У меня нет кольца.

Он снял с пальца перстень — серебряный, с тёмным красным камнем.

— Он принадлежал Северусу. Его мать отдала ему перед смертью. Он носил его всегда. А перед битвой отдал мне на хранение. Сказал: «Если не вернусь, пусть он останется у тебя. Может, когда-нибудь пригодится».

Гермиона смотрела на перстень, не в силах вымолвить слова.

— Я хочу, чтобы он был у тебя, — сказал Драко. — И я хочу, чтобы ты стала моей женой. Официально. Когда всё закончится. Когда мы найдём твоего отца. Но сейчас… сейчас я просто прошу: будь со мной. Всегда.

Он надел перстень на её палец.

— Выйдешь за меня?

Гермиона смотрела на кольцо, на красный камень, на серебряный ободок.

— Да, — выдохнула она. — Да, дурак.

Он засмеялся и поцеловал её. Долго, нежно, счастливо.

--

В спальне девочек было тихо.

Лаванда уже спала, свернувшись калачиком под одеялом. Джинни сидела на своей кровати, поджав ноги, и смотрела в окно на луну.

Гермиона села рядом.

— Не спится?

— Тебе тоже? — Джинни повернулась к ней. — Помфри сказала мне. Про тебя.

— Знала бы ты, как я испугалась, — призналась Гермиона.

— Испугалась? А я до сих пор в шоке. Четыре месяца. Живот ещё не видно, а внутри уже… — Джинни положила ладонь на ещё плоский живот. — Иногда забываю. А потом вспоминаю.

— Как ты справляешься?

— Плохо, — честно ответила Джинни. — Тошнота, слабость, экзамены. Теодор переживает. Но он молчит. Думает, что не показывает, а я вижу.

— Драко сказал, что счастлив.

— А ты?

Гермиона посмотрела на перстень у себя на пальце.

— Я тоже. Но страшно. Мы так молоды. У нас даже жилья своего нет.

— Есть особняк Принцев, — напомнила Джинни.

— Это не моё. Это наследство. Я ещё не привыкла.

Они помолчали.

— Мы справимся, — сказала Джинни.

— Ты уже вторая, кто мне это говорит.

— Драко?

— Драко. И ты. И Гарри. Все вокруг уверены, а я…

— А ты боишься. Это нормально.

Гермиона взяла её за руку.

— Мы будем делать это вместе.

— Что, рожать одновременно? — усмехнулась Джинни.

— Не смешно.

— Ещё как смешно. Представь: две беременные девицы на экзамене по Трансфигурации.

Гермиона представила. И невольно улыбнулась.

— Ужас, — сказала она.

— Ужас, — согласилась Джинни.

И они обе рассмеялись — тихо, чтобы не разбудить Лаванду, но искренне.

— Ладно, — сказала Джинни, — ложись спать. Завтра экзамен.

— Угу.

Они легли. Но ещё долго лежали в темноте, каждая думая о своём.

--

Ночью, когда все уснули, Гермиона крутила перстень на пальце. Он был чуть великоват, но тёплый от её тела.

Вдруг камень под её пальцем щёлкнул.

Гермиона замерла. Поднесла руку к свету луны. Камень открылся — внутри, на серебряной пластинке, лежала маленькая тёмная капля. Засохшая. Потемневшая от времени.

Кровь.

Она поняла это сразу.

Кровь Северуса Снейпа.

Гермиона провела пальцем по камню, закрыла его обратно. Прижала перстень к груди. Слёзы текли по щекам, но она улыбалась.

Они нашли.

Последний ингредиент.