Гарри против тварей-3 (джен)

История с черновиками сочинений со всех факультетов, похищенными в начале учебного года Пивзом, с целью распространения, отзывалась долго. Особенно у тех, кто оказался слишком откровенным, и чьи записки оказались самыми популярными.

Потому что родители-маги много критиковали таких чистокровных авторов за длинный язык, развесистые мозги и болтание ерунды. Преимущественно предметами критиковали, болезненно. Так что было над чем подумать. Особенно если чесалось в определённых местах, пострадавших…

Правда, Гарри Поттер и Гермиона Грейнджер в этом отношении были вполне благополучны. Да и Невилла Лонгботтома не наказывали, а так, выговорили, с умеренной сердитостью, и всё. И за немногое, если на то пошло. Зато вот Малфою точно досталось, и его вассалам тоже.

* * *

Мистер Поттер с большим удовлетворением думал, как же хорошо, что Малфою, судя по слухам, за те черновики дома наподдавали, и как следует. Вот его записи явно более безобидные. Конечно, сам дал врагам плохой материал про унижения от родни, приходится то и дело отругиваться, но ведь и есть чем. Мистер Поттер осваивает поэтическое оружие, это отличный инструмент!

Рифма больно лупит в глаз,

У неё особый сглаз!

Да, он подставился, однако это менее важно. Ведь если как следует присмотреться, то из этой истории для него очевидно главное. Ну, то есть сейчас уже и очевидно. Факт в том, что мистером Поттером правды такой понарассказано, пусть и не всей, которая школе этой, гадской, весьма неприятна.

Пусть репутацию отмывают, разводители… или хотя бы держатели троллей, церберов и василисков! И одержимых преподов, в придачу. Да, сейчас преподы делают вид, что ничего не случилось. Но он же чувствует, как ему теперь ученики, включая старших, и нормальные вопросы задают.

То есть, и умные, и сочувственные вопросы. Нечасто, правда, но всё же. Он вообще думал, что нормальных магов в природе нет, кроме очень маленького числа… Оказалось, есть, и это ценная информация, она несколько обнадёживает. То есть если громко сказать правду, она, оказывается, сильно действует. А он и не хотел громко, это за него всё сделали. И вышло, что нет худа без добра!

А вот если в газету написать, про эту школу? Например, отправить в «Пророк» что-нибудь этакое, про чудовищ посреди школы? И пусть после чихают потом, уродища. И чешутся тоже. Надо с Гермионой посоветоваться. Она что-то про оружие гласности говорила. Что сильное, мол, оно, это оружие, хуже всякого огнестрельного. Вроде химического и ядерного, почти…

…А когда Гарри гостил в Норе, Молли и Артур ни разу не плясали, и не гонялись друг за другом. Нет, разок-другой потанцевали, и очень ловко, и чувствовалось, что огневиски тоже участвовал, умеренно. Но это же была пятница!

Он слышал, что у многих магов целый культ пятницы, особенно если условия работы особенно тяжёлые. И надо про них забыть так основательно, начиная с пятничного вечера, чтобы до утра понедельника вообще ничего не помнить, из ненужного!

В конце недели и дядюшка Вернон тоже принимал успокоительного, из большой бутылки, и не меньше стакана. И потом ещё прихлёбывал, но аккуратно, потому что тётя проявляла бдительность. Артур Уизли хороший и добрый волшебник, а, стало быть, имеет право пить с большими основаниями, чем отвратительный магл Вернон. И принимать большее число успокоительных стаканов, раз очень выносливый и не злой…

Но Джинни писала так безыскусно и где-то трогательно… значит, плясали, и даже в ущерб мебели. Недаром стены в Норе какие-то косые, как и всё остальное, впрочем… Да, и в спальне Уизли-старшие шумели, было немножко слышно, так это их дело, взрослые же люди, да после виски.

Его дядя с тётей тоже, бывает, шумят. Он не подглядывал, конечно, ему далеко, да и риск ненужный. А вот Дадли подглядывал и потом дружкам что-то рассказывал, и руками показывал, и ржали они, как идиоты. Только почему как? Идиоты любят сплачиваться в компании, он это понял. Потому что Хогвартс где-то запутывает, а где-то прочищает мозги. Правда, очень грубыми способами, особенно дементорными…

Он сказал бы, что василиск всё равно получше дементоров, но сейчас даже не знает, как именно про это сказать. Хорошо бы, конечно, и не знать даже разницы между дементорами и василисками. Однако здесь завёлся интересный парадокс, который удалось только что разглядеть.

Потому что от василиска пропали ограничитель магии и подчиняющие зелья, и повредился магический паразит в голове. А от дементоров удалось получить воспоминания о родителях, правда, самые плохие. Но когда других нет…

Он не будет больше об этом думать, чтобы не расплакаться. В его возрасте это уже несолидно, ведь он даже от василиска не плакал. А от дементоров уплывал куда-то, но потом научился от них отбиваться, ненадолго. Но это обучение, пусть очень страшное, всё же закаляет. И даёт надежду отбиваться от других тварей, тех же Падлика с Полкисом и компанией.

…Он издалека эту компанию видел и понял потом, про что они там ржали. Поросёнок этот Падлик, свинья на выданье, скоро на мясокомбинат можно везти, замуж выдавать! И сочинения у него всегда тупые, ещё хуже, чем у Джинни этой, невестушки озабоченной! Хорошо хоть, что Падлик про него не пишет, не считает нужным упоминать про уродов всяких. А то бы такого понаписал…

Хотя хуже, чем Джинни накарябала, вряд ли возможно. Вроде, и хвалила всех, кроме Рона, конечно, а получилось так, что лучше уж бы придумала и ругала. Потому что такую правду на люди выносить — это уже клинический случай. Но Гермиона правильно говорит про полудурков и всяких имбецилов, их тут навалом просто, навалом, всех сортов и оттенков!

…Ещё он помнил, как старшие Уизли в темноте как-то раз странно слиплись на крыльце. И особенно странно ёрзал покрытый рыжеватым пухом зад, видневшийся над болотными сапогами. И было как-то совсем неприятно наблюдать, хотя и тянуло, раз запретное. Это же понятно, чем занимались, и естественно, раз взрослые и семейные. Естественно, но безобразно, раз прямо на крыльце…

…А ведь этот придурок Малфой больше по мелочи гадит. И раз его гиппогриф откусил, да с угрозой всему роду, значит, это магия привет передала. Возможно. А что, вполне себе понятное послание: дескать, не связывайся с Избранными, и магических тварей не дразни, плохо будет! Хотя, возможно, он просто пытается увидеть хорошее в плохом, а это не всегда успешные попытки.

Дракушка тварей дразнить, может, и не будет, а вот его доставать не перестанет, тварь такая. Ничему не учится, как Дадлик прямо… Да, наверное, так и думает, что всё в порядке: негра поймали, ему оторвали, наследничку пришили, носите — не сносите!

Во какая сильная магия, не то что у вас! Полюбите нас чернёнькими… ага, вот так и буду Дракушке говорить, пусть повизжит. Да, стишком, его, козла белобрысого, стишком!

Мой привет тебе стишком,

Наказание — стяжком!

Буду бить тебя дубиной,

И с башкой пойдёшь ты длинной!

Точно, у Хагрида этих длинных кольев-стяжков много заготовлено, хорошие штуковины, просто дубинной силы вещи! Этих Малфоев только дубиной гонять, и ещё Клыком гонять, раз неисправимые такие… При первой же встрече, как разозлился, так открыто угрожал смертью: дескать, за родителями пойдёшь, в могилу.

Сам же Драко до такого бы не додумался, верно? Он сам знакомиться пришёл, значит, надо ему было, так? Представился по всей форме, но почти сразу рассердился, и как пошёл, пошёл, и обезьян своих, дрессированных, натравил…

Гм, на обезьяну и крыса иной раз сгодится, хорошо Паршивец того шкафа мордатого тяпнул, до крови! И с тех пор всегда получал от мистера Поттера продовольственную помощь, в смысле, часто, потому что благодарным надо быть! Рон же то и дело питомца кормить забывает, там хоть пищи да испищись!

И если Малфой ему угрожал смертью, это что? Значит, родители так дома разговаривают, наследника мудростям жизни учат. И в сочинении написал, что из-за мистера Поттера слишком много галеончиков потерялось. Там, наверное, сотни тысяч, или, невероятно сказать, миллионы… Раз перестали быть неприлично богатыми, так?

А если из-за денег месть, то это и сильно, и навсегда. Миллионы ему никогда не простят. Он бы точно не простил… Наверно, через день проценты от убытков подсчитывают и на его счёт записывают.

Плохо, конечно, таких врагов иметь, как Малфои, которые многим заправляют. И даже имеют какую-то маглорубку, где одно название уже как бы… Но Волдеморт всяко хуже любых Малфоев. А сколько таких врагов, о которых он и не знает? Есть же другие богачи, которые из-за ликвидации Волдыря тоже обеднели?

Да наверняка, там же целая тёмная мафия. И Хагрид говорил, и Люпин говорил, что большое было перераспределение этих, ресурсов, после войны с Волдемортом. И трофеи тоже делили, шумно ссорясь, и трупы в пауков только так прятали, особо секретно...

Наверное, правильно, что наследничек сразу себя проявил, а то бы всё равно в спину ударил, как пить дать. Коварно бы ударил, неожиданно, как учили. Плохо иметь такого врага, раз ещё и с вассалами, зато всё ясно стало про Малфоев, всю семейку — вот уж враги, так враги, законнейшие!

И он с ними по-вражески должен поступать. В принципе, что Добби, поклонника несчастненького, их лишить удалось — это неплохой удар по Малфоям, пусть и детский. Но тут, главное, победить, сейчас это понятно. Тогда общая кредитная история лучше будет, верно Хагрид рассуждает.

И ведь на Слизерине полной поддержки Малфою нет, раз и в унитаз окунали, и коли частенько смеются слизни над ним, особенно в спину. Логично, раз воображала такой, и всех достаёт. А у мистера Поттера ушастый вредитель Добби есть, разведчик и диверсант, неплохо начинает работать, а если научить?

Такой весь ушастый союзник-невидимка, это же вещь… в смысле существо, так? На котором не только пахать… для этого Хагрид… а и летать можно! Да без неприятных ощущений. Правильно Гермиона настояла, что Добби следует как изучать, так и осмысленно использовать…

И даже очень вредное, типа, существо, как Пивз, тоже пока на его стороне, а Малфоя за оскорбления просто ненавидит, и хорошо поливает. И мы знаем, как с Пивзом обращаться, то есть хвалить и стишки подбрасывать, делов-то! Кстати, если с мистером Поттером такие интересные существа, как Добби и Пивз, то это может быть лучше, чем Крэбб и Гойл у одного слизнячка.

А у него ведь и Гермиона, и Рон, и Невилл ещё. Гриффиндорская компания сильнее! И Клык тоже за него. Но дементоры, дементоры эти! И ещё беглый Сириус Блэк, массовый убийца… Поэтому последний стих получился тревожный, прямо скажем. Но Гермиона одобрила.

Дети бегают в вагоне,

А за ними вдруг погоня,

Чернота над самой головой.

То дементор ужас веет,

Мозги сушит, ноги клеит,

Настоящий лагерный конвой.

Вот такая это школа,

Где по лёгкому приколу

Твари мерзкие тебя сожрут.

Дети по вагонам в лёжку,

Поттер влип не понарошку,

Без сознания, как был ни крут.

А директор недоволен,

Министерством приневолен,

И, конечно, он не виноват.

Жизни ощутив угрозу,

Принимай это за прозу,

Лучше ткнись ты мордочкой в салат.

А потом Запретным лесом,

За каким-то интересом,

Поброди полночною порой.

Там тебя кентавры встретят,

Чуточку стрелой пометят,

Потому что ты у нас герой.

Отдохнув от василиска,

Не издав протеста писка,

Целовался ты с дементором,

Ну, а верная подруга

Была камнем, не упругим,

И огорчена директором.

Но тут новая проблема -

Крёстный есть, вот теорема,

Очень хочет крестника убить.

Это как-то слишком горько,

Ведь врагов уже так столько,

Проще вам героя утопить!

Записали вы в герои,

Чтобы больше геморроя

Учинить подростку-сироте.

А ему бы поучиться,

Да в игре той отличиться,

Зрелищной, как будто варьете!

* * *

Рон Уизли тосковал по быстро исчезнувшим сладостям и думал, как бы вспомнить про что-нибудь хорошее… Вот, припомнилось, как братья, вернувшись из больничного крыла, хвастались канарейкой в заднице у Крэбба. А Поттер на это смеялся, про какую-то грустную канарейку напевал-наигрывал, неплохая песенка, впрочем…

Вот над мистером Уизли смеются, а он зато тролля с одного раза глушанул! Такого же вообще не мог никто, и даже никто не слышал, чтобы школьник троллей валил, без Бомбарды и Авады! Он же герой, о нём писать надо, и печатать, с колдографиями!..

А братья не воспринимают этого достижения, совершенно и нисколечко. Дескать, это случайно ты смог, понял-нет, ты, совсем не получившийся, абсолютный брак магии, уныние Мерлина и отвращение Морганы! Да тролль, после Гарриной палочки в носу, уже никакой был!.. Тьфу! Ну что за невезение с роднёй!

И они ведь не наследники, и он, тем более, не наследник, а отношения с близнецами такие, как будто на разных факультетах учатся. Причём таких факультетах, где только таксидермизму обучают! То есть Страшил друг из друга делать, чучелки разные, соломенные да железные, и всяких буратин выстругивать ещё…

Они и Перси за человека не воспринимают, раз не хулиганит. Нет, он тоже Персика рад покритиковать, раз зануда, хуже Грейнджер, если честно. Однако если ещё честнее, то ему Перси никогда зла не делал. Максимум, ругал за плохие отметки, так на то он и староста! Раз работа такая, и очень перспективная…

Но вот Джинни что про него написала, а? Это же ужас просто, непрерывный, который все повторяют! Дескать, и родители его любят меньше других, и упырь им кажется почти таким же несимпатичным, как он…

Хорошо, что не знала про другой ужас, ведь упырь — их бывший родственник… Если бы про это догадалась бы написать, а запросто же могла… тогда наших совсем с дерьмом бы съели. Какая же несправедливость: родители накосячили, и весь род проклят! Разве был бы у него такой запор, без предательского клейма? Да никогда…

И Гарри обиделся на его слова в том черновике, гораздо сильнее, чем когда он его сочинение просто сдул и про тупого брата написал, который всё вкусное съедает. Ну, заучка, понятно, что обиделась на то, где про неё, там же правда прямо в глаз. Да и не сильно жалко, хотя списывать труднее стало, но вот Поттер чего? Подумаешь, пару обид высказал, накипевших. Он ведь по-дружески же, почти, и в черновике… Его-то куда сильнее обижают!

Ладно, что не стал описывать, как мама в сердцах как-то пнула и ступню ушибла, и ещё растянула в ноге что-то. А потом хвалила, что крепкий, уже прочнее мамы стал. На самом деле нет, куда там! Мама, когда не пинает, может так заколдовать, что лучше бы пинала и пинала!

Как отец, примерно, может заколдовать, в разные места. А когда два Больших жалящих в одно место, то и больнее гораздо, и проходит дольше. Плохо, что отец любит ещё и рукой наказывать, в которой у него кулак, очень крепкий.

И предметами ещё любит, особенно плёткой. Очень плохое изобретение, эта плётка, магловское и унизительное, до опухания половинок. И уха тоже, если случайно задеть. Или не случайно, спрашивать же не будешь…

С мамой проще, она очень поварёшкой любит, а та же довольно лёгкая, эта поварёшка. Главное, чтобы не краем попало, без рассечения. Хотя после рассечения наказание сразу прекращается, и лечится это рассечение на раз, мама же умелица…

Вот преподы его ругают и ругают, а у него же палочка была сломана! Ну и этот английский, заодно с литературой, хоть палочка не нужна, а дрянь такая, что вообще, очень трудно вынести! И Брюквик такая: мистер Рональд, девяносто процентов английских текстов содержат только тысячу слов. Вы же у нас всегда вдвое короче!

И дальше его несёт и несёт, прямо по кочкам. Вы такой короткий не потому, что краткость — сестра таланта! А потому что вы — словесной скудости брат! Читайте, а то хуже вас английский знают только мистеры Крэбб и Гойл. А такая неважная ученица, как Миллисента Булстроуд, знает уже много больше слов, чем вы, потому что старается и учит!

Какую-то скудость приплела, тысяча — это же страшно много! И проценты какие-то, дурацкое слово, только Грейнджер и знает про него, наверное…