Гнев Шпиля (гет)

Фриц преследовал серебряный отблеск, устремляясь вверх и вниз по маленьким торчащим гребням и через трудную разбитую землю. Он стёр выступивший пот со лба и побежал дальше. На этом этаже не было так уж жарко, но эта яркая пирамида горела наверху, словно насмешка над солнцем, и пекла их плоть, если они не находили хоть немного времени в тени леса из колонн. Всё время так жарко не было, так что Фриц предположил, что это просто новая пытка, которую Шпиль ввёл по собственным тайным причинам.

Как эти там, Меритократические Условия. Что это вообще такое? Он был уверен, что уже слышал что-то подобное. «Может, от отца? Может, читал в одной из его книг или дневников? Не сейчас, сосредоточься на настоящем!» Разорвав цепь мыслей, которая отвлекала его, он снова направил свой разум на каменную равнину с намерением найти Стива.

Сид следовал рядом с ним. Они оба устали, Фриц видел это по лёгкой тяжести их шагов; бой заметно вымотал их, но времени на отдых у них не было. Пусть сама драка длилась всего пару минут, каждая минута форы Стива ощущалась Фрицу годами. Он поднажал ещё сильнее. Кажется, впереди он видел яркие точки сине-зелёного света.

«Двери?»

Сид пару раз споткнулся, но всегда удерживал равновесие и продолжал бежать; на таком предательском полу это было немалым достижением. Фриц услышал, как тот за спиной, задыхаясь, сердито окликнул его, когда Фриц не сбавил темп:

— Фриц, сколько у тебя Ловкости? Ты вообще не спотыкаешься.

— Три, — выдохнул Фриц, упрямо удерживая темп.

— Бред какой-то. У меня девять и ещё есть Быстроногий, так почему ты быстрее? — возразил Сид, выругавшись, когда снова едва не споткнулся.

— Я не... быстрее... Я просто выбираю лучший путь... по неровной... местности. Ты теряешь... скорость... спотыкаясь и скользя... на ровной земле ты бы меня уделал. Думаю... это должно быть взаимодействие... между моим Восприятием... Чутьём ловушек... и... «Наблюдениями», — объяснил Фриц между жадными вдохами. — Просто повторяй за мной... смотри, куда я ставлю ноги... наступай туда же... и всё будет... нормально.

Сид проворчал что-то неразборчивое под грохот их ботинок по тёмному камню и отстал, следуя за Фрицем точно так, как тот предложил. Фриц ухмыльнулся сквозь рваное дыхание, но ухмылку вскоре прервал голос Сида совсем рядом за спиной:

— Мне жаль насчёт Грега. Наверное, паршиво терять кого-то из своей команды.

Фриц хмыкнул:

— Я не особо... хорошо его знал... Я не очень хочу... говорить о нём... сейчас... Нам нужно достать этот кинжал... и... спасти Берта.

Фриц не видел этого, но почти почувствовал, как Сид тревожно нахмурился. Он позволил неловкой паузе затянуться и вместо этого сосредоточился на дороге, на том, куда ставить ноги, и на стуке собственного сердца. Он попытался взять дыхание под контроль: вдох, выдох, вдох, выдох, пока наконец не нашёл какой-то ритм и бег стал терпимее. Только на лёгких участках земли он рисковал отвлечь внимание, чтобы взглянуть вперёд — на всё более крупные Двери, их сине-зелёный свет и любые признаки Стива.

Они бежали. Минуты проходили, пока они пересекали неровный камень, перепрыгивали кратеры и трещины, огибали колонны и взбегали по крутым подъёмам. Это стачивало их выносливость, усталость въедалась в них всё глубже, шаги их становились всё тяжелее и тяжелее. Сиду, похоже, было немного легче: ему проще было следовать за Фрицем, чем самому искать дорогу, и он потратил меньше магии при спасении Вероники, Наоми и Линн.

Фрица посетила мысль, что без очков Выносливости он, наверное, уже лежал бы лицом вниз, полностью вымотанный. А так он устал, но ещё не настолько, чтобы спотыкаться и падать, и за это он мысленно поблагодарил Шпили.

— Там, видишь его? — Фриц указал на очередную чащу каменных колонн, где мелькнул серебряный отблеск и послышался лязг металла о металл. — Кажется, Тоби и Джейн дерутся с командой Стива. Поможем им.

Они нырнули между колоннами, лавируя в зазубренных промежутках и направляясь к шуму.

— Готовь лук, — приказал Фриц, прижимаясь спиной к колонне и скрывая своё присутствие, пока слушал крики неподалёку.

— Стой, Стив! Мы не хотим драться, оставь нас, Дверей хватит на всех! — испуганный голос Джейн отразился от колонн.

— Хер вам. Может, они и идиоты, но они всё ещё моя банда, — ответил Стив, кряхтя от усилия.

Фриц жестом велел Сиду скрытно идти за ним. Сид кивнул, затем убрал с глаз вспотевшую светлую чёлку. Он пригнулся, приготовил стрелу и приложил её к луку, готовясь выпустить в любой миг.

В этот момент Фрица поразило, как много он доверяет этому человеку — тому, кого всего день или два назад назвал бы своим злейшим врагом и соперником. А теперь тот был здесь, надёжный, как любой из его команды. Вспомнив реакцию остальных на раны Берта, их смирение и бегство, Фриц предположил, что Сид надёжнее всех них.

Он был рад, что Сид рядом, и по-настоящему благодарен за его помощь, даже если всё ещё могло оказаться какой-то корыстной схемой. Ему не казалось, что Сид играет с ним, но разум велел ему не доверять. Фрицу казалось, что он что-то упускает в этом голубоглазом парне, однако нутро тянуло его к доверию.

«Можно и довериться Сиду. А что мне терять? Берт труп, если его раны не заживут. В дороге они откроются их, и он истечёт кровью раньше, чем мы пройдём каких-нибудь шесть минут.»

Крики сменились бессловесными воплями и натужным кряхтением. Криков не было. Пока не было. Фриц приготовился к предстоящей схватке и, подав сигнал Сиду, рискнул высунуть голову из-за зазубренной колонны, за которой прятался, глядя на поле боя. Увиденное его встревожило: Тоби стоял перед Джейн, защищая её от нападающих мужчин. Они прижались спинами к большой колонне, чтобы их не окружили полностью.

Парень с детским лицом ловко поднял щит к горлу, отбивая один из метательных ножей Тоби, а затем ткнул копьём, которое держал в другой руке. Тоби проворно ушёл от удара. Он всегда был хитёр и труден для попадания ещё до того, как распределил Атрибуты, а теперь, с усилениями от Ловкости, стал ещё более проворным. Он вновь доказал это, когда быстро нырнул под удар медного молота в руках последнего члена команды Стива.

Молотобоец резко отшатнулся, хватаясь за алую линию на предплечье — прощальный подарок ножа Тоби, — а Тоби отступил и снова принял низкую стойку ножевого боя, маня Стива вперёд жестом окровавленного клинка.

Джейн закричала, когда Стив бросился вокруг защиты Тоби, с мечом в одной руке и костяным кинжалом в другой. Его меч ударил, почти вонзившись Тоби в грудь. Тоби отклонился, проворачиваясь с пути клинка, но всё же получил маленькую борозду, когда тот пробил его кожаный жилет. Раздался скрежет металла, когда кинжал Тоби царапнул серебряный нагрудник Стива внизу слева; вторым кинжалом Тоби рубанул по шее Стива, но тот парировал собственным изогнутым костяным клинком.

Стив отступил после звона столкнувшихся кинжалов и оскалился, показывая кривые зубы, когда увидел кровь, капающую из нанесённой им раны.

— Просто ляг и сдохни, Тоби. Так будет легче. Тебе и ей.

Тоби нахмурился, лицо его стало кислее прежнего.

— Иди в жопу. Не угрожай Джейн, а то выпотрошу. Крысомордый трус, — ответил он низким, опасным голосом.

Команда Стива начала обходить, готовя новую атаку. Тоби следил за всеми, когда те сближались; страх и ненависть боролись в его мерцающем взгляде. Он мрачно осел в стойку, словно знал, что его уже загнали, что его каюк. И всё же в его чертах была решительная обречённость: перед смертью он собирался забрать с собой столько, сколько сможет.

Фриц подал Сиду знак стрелять в молотобойца, а сам скрытно двинулся вперёд в низком приседе, надеясь застать Стива врасплох. Он услышал, как Сид вышел из-за колонны и прицелился; лук согнулся с лёгким стоном, и воздух втянулся, будто великан сделал вдох. Что-то в изменении почти отсутствующего ветра насторожило молотобойца, и тот повернулся, увидев Сида и Фрица на грани засады.

Он поднял молот, шагнул в сторону и уже собирался крикнуть, когда стрела вонзилась ему чуть ниже ключицы. Стрела глубоко пробурила верх его груди, её наконечник вырвался из спины парня, брызнув красным на руку Стива с мечом. Стрела застряла там, торча наружу, а кровь потекла из прокола и вниз по деревянному древку.

— Аргх! Берегитесь! Богомерзкие Сид и Фриц здесь! — предупредил молотобоец, выкрикивая сквозь боль.

Судя по громкости голоса, стрела явно прошла мимо лёгкого, к досаде Фрица.

Фриц отбросил всякую видимость скрытности и бросился прямо на Стива, пока Сид накладывал новую стрелу и снова целился в молотобойца.

Фриц выкинул Сида и молотобойца из мыслей, нырнул под внезапно выставленное копьё и ударил рыбьим мечом. Лезвие чиркнуло по серебряному нагруднику, высекая искры, пока Стив разворачивался к нападавшему. Фриц отдёрнул меч, а затем ударил по незащищённым ногам и рукам Стива, как и должен был сделать с самого начала, если бы его не вынудили действовать поспешно.

Стив уклонялся, пригибался и парировал своим мечом, используя преимущество двух оружий, чтобы беречь свои конечности от бешеных атак Фрица. Однако цель Фрица была не только ранить, а заставить его повернуться спиной к Тоби.

Он посмотрел через спрятанное за бронёй плечо Стива и встретился с Тоби глазами. Джейн что-то прошептала ему, и его тёмные глаза стыдливо метнулись в сторону. Тоби развернулся, обхватил Джейн за локоть и, не оглядываясь, вместе с ней скользнул вокруг колонны и исчез из виду.

Они оставили Фрица и Сида сражаться со Стивом и его командой в одиночку. Спасать Берта в одиночку.

Именно в этот миг Фриц понял: команда сломалась безвозвратно. Он думал, что это случится, если Берт умрёт, но, похоже, ошибался. Хватило пары ножевых ран.

Ярость вскипела в Фрице, обрушиваясь на него самого, Тоби и Джейн. Он направил эту злость в удары, рубя и коля Стива так быстро, как мог. Получалось не очень, он видел это по тому, как начал получать лёгкие порезы от меча Стива и как вынужден был отступать, пока копейщик заходил к нему с фланга и добавлял копьё к дуэли.

Фриц перекатился прочь под рубящим боковым ударом меча Стива, пытаясь увеличить расстояние от двух мужчин, зажимавших его. Копейщик был готов к перекату и ткнул копьём вперёд, пронзив предплечье Фрица как раз в момент, когда тот собирался встать. К счастью, это была пустая рука, а наруч из рыбьей чешуи поглотил часть силы.

Фриц закричал, потянув за копьё, застрявшее в его плоти, и яростно рубанул рыбьим мечом вниз, высекая глубокую зарубку в деревянном древке. Увидев, насколько эффективна кромка его меча, Фриц повёл лезвие вниз и через дерево, с поразительной лёгкостью рассекая его надвое.

Фриц отступил, когда щит ударил ему в лицо, унося с собой верхнюю половину копья, застрявшую в его предплечье и наруче. Удар щитом открыл копейщика, и Фриц ворвался в этот промежуток, ударив мечом вперёд и пронзив мужчину насквозь через грудь. Должно быть, он попал в сердце, потому что копейщик рухнул мгновенно, с шоком на лице врезавшись в землю и выдохнув проклятие на последним издыхании.

Стив накинулся на Фрица в тот же миг: его меч завладел вниманием Фрица, пытаясь широким взмахом отделить его голову от плеч. Фриц парировал удар собственным мечом, отбивая его в сторону. Он ухмыльнулся, когда Стив слишком вложился в удар: Фриц заманил его под ответ. Он ударил вперёд вдоль клинка противника и вошёл в кожу незащищённой верхней части руки, оставив маленькую ярко-красную борозду Стиву.

Фриц уже собирался развить контратаку, использовать преимущество и сильнее разорвать плоть Стива, когда заметил клубящуюся тень вокруг другой руки мужчины. Кинжал почти оказался у него в животе, прежде чем Фриц наконец его увидел.

Фриц бросился назад, отказавшись от остатка своей контратаки, и тяжело упал на спину. Падение выбило из него воздух, оглушив на секунду, пока внимание не притянул крошечный порез и ползущий холод там, где теневой кинжал зацепил его чуть ниже пупка.

Как он на это попался? Та атака не была слишком вложенным ударом, это был финт. Как он мог не заметить изогнутый костяной клинок до последнего мгновения? Он понял: Способность была очень похожа, если не та же самая, на Сумрачный удар, который ему предлагали на первом этаже.

Фриц попытался вспомнить описание: там было что-то о том, что атаку труднее отследить. Должно быть, в этом и дело. Он серьёзно недооценил эту Способность, если она могла так его обмануть; наверное, он увидел её в последний миг только благодаря высокому Атрибуту Восприятия.

Он проклял свою удачу и в тот момент пожалел, что выбрал Каменную яму. С Сумрачным ударом он мог бы развить стиль боя, который позволил бы ему взять на вооружение собственные показушность и лишние телодвижения, использовать главную руку для отвлечения и обмана, а второй наносить смертоносные удары, которые трудно заметить. Почти как, теперь понял Фриц, поступал Стив.

Всего второй этаж, а Стив уже ухватил стиль, пусть и в самой простой, самой неотточенной форме, без пользы образования или наставлений учителя. Это потрясло Фрица.

Стив — скрытый талант, гений раз в поколение? Нет, он знал этого человека. Хитрый — да, подлый ублюдок с талантом к уличным дракам. Но гений? Нет.

«Но если он не гений, как он меня побеждает? Я был подготовлен и обучен, я читал вводные книги и руководства по Способностям и стратегии Восходцев. Да, моё образование оборвалось, но оно должно было дать мне огромное преимущество, особенно против простолюдинов или подлых воришек вроде Стива.»

Фриц знал: в Верхнем Кольце считали, что из крови черни не может выйти ничего великого. Без сомнений, получались иногда хороший стражник или ремесленник, но в целом у них просто нет ни умения, ни храбрости, ни дисциплины, чтобы восходить по Шпилям, как это делают Дворяне.

Фриц считал Берта исключением из правила — постоянным, ярким фонарём в море слабых, коптящих свечей, которыми был простой люд. Сам будучи из младшей знати, Фриц думал, что ему предначертано подняться выше всех, кого он знает, и взять Берта с собой. Теперь, когда ему действительно пришлось драться с уличными крысами, он понял, что его пренебрежение их силой и хитростью было страшно ошибочным.

Может, тех, кто не родился в богатстве или титуле, не стоит недооценивать. Может, это он сам по-настоящему не годится для грядущего восхождения.

Фриц лежал, а мысли грохотали в его потрясённом разуме и по ушибленному самолюбию, пока он заново пересматривал взгляд на мир и своё место в нём. «Ты дерёшься насмерть, сейчас не время. Вставай, дурак.» Подавив откровения и хаотичный изгиб скачущего разума, он вскочил на ноги и поискал Сида, надеясь, что тот тоже не сбежал, как Тоби и Джейн.

К счастью, Сид всё ещё был там, но занят — уворачивался от молотобойца, у которого в плече торчала ещё одна стрела, чуть выше первой.

Фриц видел: для молотобойца это проигранная схватка. Он никак не мог поймать Сида.

Сид ждал, пока тот споткнётся или оступится, чтобы в момент восстановления всадить в него стрелу, когда он не сможет увернуться. Сейчас Сид помочь Фрицу не мог; удерживать другого парня отвлечённым и подальше от боя Стива с Фрицем было лучшим, на что ему можно рассчитывать. Но этого было достаточно.

«Ладно, сделаем это. Я не могу проиграть, Берт надеется на меня.»

Те несколько мгновений, которые Фриц потратил на мысли и оценку окружения, едва не стали смертельными для него: Стив рывком кинулся мимо рыбьего меча Фрица и кольнул кинжалом в его бедро. Фриц шагнул назад, уходя от смертоносного падения кинжала, и только потому, что особо следил за любыми тенями, успел поднять свободную руку и поставить её на пути чёрного, окутанного тенями стального клинка меча Стива, когда тот дугой летел к его голове.

Тупой холод приглушил сильную боль, сопровождавшую страшный удар, который встряхнул кости в предплечье Фрица и заставил задребезжать наконечник копья, всё ещё застрявший там.

Фриц закричал от сильнейшей боли, когда клинок врезался в предплечье, срезав наруч из рыбьей чешуи и плоть под ним. Чешуйчатая ткань застучала по земле, холод заизвивался в его мышцах и костях. Зрение Фрица потемнело, а мир вокруг стал приглушённым.

Фриц стиснул зубы и поднял рыбий меч, пытаясь пронзить Стива, пока крысомордый парень дёргал меч, высвобождая его из руки Фрица с брызгами крови.

Стив отступил от неуклюжей атаки Фрица, посмотрел на нанесённую им рану и шустро облизнул тонкие губы языком. Он огляделся в поисках своей команды, но, увидев их мёртвыми или занятыми, начал торговаться.

— Да брось, Фриц, к чему вообще эта драка. Я не хочу убивать тебя только потому, что тебе надо свести счёты. Берту кирдык, это верно как дождь, и моя смерть этого не изменит, — заявил Стив с переигранной попыткой дружелюбия и обыденности.

В притуплённом слухе Фрица его слова почти казались шёпотом.

Стив слегка переступил в стойке, пока Фриц смотрел в ответ и, впервые за долгое время, хранил молчание. Так они простояли несколько секунд, удерживая взгляды, едва заметно напрягая конечности и хваты, готовясь к возобновлению боя. Тьма, тишина и холод словно отступали с каждой секундой.

— Кинжал. Оставь его. Тогда катись, куда хочешь, крыса сраная. Вот моё предложение, Стив: кинжал или смерть, — произнёс Фриц, слегка покачиваясь, пока кровь с его вялой руки стекала вниз и брызгала на тёмный камень.

Фриц был изнурён. Ноги у него горели от бега, боя и уклонений, и он знал: стоит ему ещё раз использовать Каменную яму, и он опустеет. Так что ему нужно сохранить Способность для правильного момента, иначе он умрёт. Всё как и сказал Стив.

— Смерть? — неверяще выплюнул Стив, его глаза расширились от злости. — Это ты сдохнешь, скалгово отродье. Кинжал мой, и ты его не получишь. Я ухожу. Не иди за мной, если хочешь жить.

Стив уже собирался отступить, но, должно быть, прочитал в мрачном выражении Фрица что-то, что ему не понравилось, потому что вместо этого сделал выпад.

«Вот мой шанс», торжествующе подумал Фриц, и ухмылка растянула его лицо, когда он создал последнюю Каменную яму прямо там, куда должен был ступить Стив, как уже делал с гоблинами и людьми из команды Стива. Когда энергия покинула его, а отверстие появилось, сердце Фрица ухнуло, и отчаяние потянуло его за живот: Стив не ступил в яму. Он вообще не пошёл вперёд. Он отвёл ногу назад, бросив свой теперь очевидный финт, и стукнул каблуком по камню.

Фриц поднял взгляд к его лицу. Стив выглядел слегка удивлённым появлением дыры, но ответил на исчезающую ухмылку Фрица собственной.

— Так вот что ты выбрал? Вот ведь хитрая сука, — злорадно сказал Стив, пока Фриц чувствовал, как усталость оседает в его теле, превращая даже его попытку стоять в мучение.

Оба клинка Стива покрывала рябящая тьма, сопровождаемая жутким шёпотом на самом краю слуха:

— Что ж, сказал бы я, что был рад знать тебя, Фриц. Да только совру ведь.