Когда послушал старую, мудрую шляпу и не прогадал (джен)

Косой переулок гудел, как улей. Гарри пробирался сквозь толпу, мысленно прикидывая список покупок. Новые книги, ингредиенты для зелий, перо взамен сломанного...

У входа в книжный его уже ждали Гермиона и Хагрид.

— Гарри! — Гермиона помахала рукой, её волосы стали, кажется, ещё пушистее. — Ты вовремя! Тут сегодня будет выступать сам Златопуст Локонс! Представляешь, я прочитала все его книги, это просто потрясающе!

— Ага! — прогудел Хагрид. — Он, говорят, с вампирами сражался и с йети! Настоящий герой!

Гарри сомневался, что человек с такой улыбкой способен сражаться с кем-либо кроме собственной расчёски, но промолчал.

Магазин был забит под завязку. Локонс, сияя зубами, как отполированный унитаз, позировал для колдографий и раздавал автографы. Его мантия была оттенка «я украл радугу и выжал из неё всё самое яркое», а волосы лежали так идеально, что, казалось, нарушали законы физики.

И тут он заметил Гарри.

— Ох, Мерлин! — воскликнул Локонс. — Неужели сам Гарри Поттер?! Друзья, смотрите! Мальчик, который выжил, пришёл сюда, чтобы встретиться со мной! Он знает, кто — настоящий герой!

Толпа ахнула. Гермиона восторженно прижала руки к груди. Гарри и глазом моргнуть не успел, как Локонс уже вытащил его к себе, схватил за плечо и развернул лицом к публике.

— Скажите, Гарри, вы ведь пришли за моим автографом? Я прав?

Гарри открыл рот, и в его голове мгновенно пронеслось несколько вариантов: сказать правду — скучно, возмутиться — бесполезно, сыграть дурачка — не его уровень. А потом он понял: это же идеальный момент.

— Вообще-то, сэр, — громко сказал он, обращаясь к толпе, — у нас с вами была договорённость. Вы обещали написать мою биографию и не взять за это ни кната. Чтобы все деньги от продаж пошли мне.

Улыбка Локонса застыла. Он медленно повернулся к Гарри, и в его глазах промелькнул ужас.

— Я... э-э... да, конечно, мой мальчик! Я просто... ещё не анонсировал это!

— Ну вот и анонсируйте, — ласково сказал Гарри.

Толпа зааплодировала. Локонс, продолжая улыбаться, выглядел как человек, который только что согласился бесплатно красить забор длиной в милю. Гарри похлопал его по плечу и спустился в зал. Гермиона смотрела на него с восторгом.

— Ты будешь писать биографию?!

— Похоже на то, — скромно ответил Гарри.

Позже он отошёл к стеллажам с учебниками и увидел знакомую сцену: Драко Малфой, прислонившись к полке, лениво разглядывал рыжую делегацию Уизли.

— Уизли, опять за подержанными книжками? — протянул он. — Отец говорил, что у вас даже мыши в подвале у других мышей милостыню просят...

Рон побагровел. Рядом с ним стояла девочка с ярко-рыжими волосами — судя по всему, Джинни. Она смотрела на Драко с неприязнью, но когда перевела взгляд на подошедшего Гарри, её лицо вдруг стало цвета спелого помидора.

— Драко, — негромко сказал Гарри. — Перестань.

Малфой осёкся на полуслове, посмотрел на Гарри и — о чудо — закрыл рот. Просто взял и закрыл. Рон вытаращил глаза. Джинни вытаращила глаза ещё больше, и её лицо из помидорного стало свекольным.

— Мы же говорили об этом, — добавил Гарри всё тем же спокойным тоном, но уже шёпотом. — Нельзя так открыто показывать своё плохое отношение.

— Да, точно, — пробормотал Драко. — Ты прав. Я... это... пойду посмотрю книги.

И он ушёл. Рон открыл рот, закрыл, снова открыл. Джинни смотрела на Гарри так, словно он только что голыми руками остановил дракона. А потом ещё и вежливо попросил дракона больше не безобразничать.

Гарри перехватил её взгляд и мысленно выругался. «Так. Стоп. Она как-то странно на меня смотрит. Уизли-младшая, которая явно наслушалась дома невесть чего от Рона. И теперь у неё в глазах — обожание. Это проблема. Надо уходить».

— Что ж, — сказал он вслух, — мне уже пора. Рад был увидеться.

И Гарри растворился в толпе быстрее, чем Локонс согласился на бесплатную работу.