There and Back Again | Туда и обратно (джен)

Мать честная, да, я жив, и да, я всё ещё пишу. Прошу прощения, что публикация затянулась на целую вечность. Честно говоря, во время работы над этой главой я угодил в творческий тупик, и потребовалось огромное (нет, правда огромное) количество правок.

И вот, наконец, из всей этой трясины выросло то, что вы сейчас прочтёте.

Спасибо всем, кто оставлял отзывы и справлялся о судьбе фанфика — и на сайте, и на AO3, а также тем, кто писал мне в личку: **ReetDaKing**, **Scribe117** и **SmithofNightmares**. Отдельная благодарность ребятам, не поленившимся черкнуть мне в Tumblr, особенно **walalangao3**, **revprov1**, **general-thinks**, **pain-in-the-ass-kuroo** и **littlelazuli**. Вас слишком много, чтобы перечислить каждого поимённо, но никаких слов не хватит, чтобы выразить мою признательность. Очень надеюсь, что эта глава действительно стоила столь долгого ожидания.

И ещё кое-что для тех, у кого возник тот же вопрос, что и у **Scribe117**: насколько я помню по «Философскому камню», Макгонагалл не демонстрировала свою анимагическую форму на уроках первого курса. Мы видели её в первой главе, но больше в книгах об этом не упоминалось вплоть до «Узника Азкабана» — и, насколько мне известно, как раз потому, что концепцию анимагических превращений проходят только на третьем курсе.

Главу частично вычитала замечательная бета **acnelli**. Спасибо тебе, как всегда, за потрясающую работу!

**Глава 16* * *

Расставить и спустить**

Пасхальные каникулы подошли к концу, неделя годовых экзаменов неумолимо приближалась, и Хогвартс почти поголовно погрузился в пучину стресса и нервотрёпки. Даже первокурсники, несмотря на сравнительно лёгкую программу, не избежали этой участи: Рон то и дело натыкался на стайки ребят, сбившихся в кучки и лихорадочно перешёптывающихся над конспектами и спешно дописываемыми домашними заданиями.

Рону очень хотелось бы сказать, что ему, как путешественнику во времени, вся эта учебная нагрузка давалась куда легче, чем сверстникам. Но на деле всё обстояло не совсем так.

По крайней мере, с домашней работой он наконец раскидался, в том числе и для Учебных клубов; да и сами занятия клубов, с оглядкой на грядущие экзамены, свернули ещё в начале мая. Теперь оставалось лишь готовиться к сессии, выхаживать найденную у озера птицу и избавиться от Квиррелла. Мальчишка твёрдо намеревался сдать предметы не ниже чем на «Удовлетворительно» — отчасти потому, что внутренняя Гермиона Грейнджер вовек не простила бы ему позора провалить экзамен за первый курс.

К счастью, хоть в одном деле наметился явный успех: спасённая птица прекрасно шла на поправку в Выручай-комнате.

Дорога от озера до замка, когда Рон только подобрал существо, выдалась до предела нервной. Но стоило переступить порог Выручай-комнаты, как та мгновенно подстроилась под его панический мысленный зов: *«Мне нужно место, где можно выходить раненую птицу».*

Уютная обстановка гостиной «Норы» почти не изменилась, разве что возле камина появилась выстланная подушками корзинка, а рядом — перевязочные материалы, бинты, термометры, зелья и прочие склянки с инструментами, о назначении которых Рон не имел ни малейшего понятия. Тут же лежала стопка книг по Уходу за магическими существами (к счастью, без «Чудовищной книги о чудищах», хвала Мерлину), главным образом посвящённых волшебным пернатым, которые Рон торопливо пролистал, пытаясь сообразить, с чего вообще начать.

Сам он, по правде говоря, вряд ли сумел бы объяснить, как со всем справился, но инструкциям следовал с предельной дотошностью. Больше всего тревожила рваная рана на боку: Рон промыл её, обработал настойкой бадьяна и экстрактом растопырника, аккуратно забинтовал, а затем капнул целебного зелья на мелкие ссадины, усеявшие птичье тело.

*В этот раз мне чертовски повезло. Засеки меня кто-нибудь с этой ношей — неприятностей не оберёшься,* — думал тогда Рон. — *Но главное, что с птицей пока всё в порядке. Хотя лучше бы она позволила отнести себя тому, кто действительно смыслит в лечении животных. Или хотя бы позвать кого-то на помощь.*

*Ладно, это всё пустое, но что это вообще за птица?*

Когда первая паника и суматоха улеглись, Рон принялся ломать голову над природой своей странной находки, сверяясь с раскрытыми книгами в поисках хоть каких-то зацепок.

Золотисто-белое оперение, мощные, тяжёлые крылья, удлинённая голова с загнутым жёлтым клювом. Сложением напоминает ястреба или орла. Рон озадаченно почесал в затылке. *Что ж, из списка магических птиц сразу отпадает добрая половина — если это вообще магическое существо. Для золотого сниджета великовата. Для фвупера ведёт себя слишком тихо. Уж точно не дириколь. А для птицы-грома она слишком мелкая, да и крыльев маловато.*

*Остаётся, если брать обычных немагических птиц, какая-то разновидность ястреба, орла, сокола… или всё-таки феникс.* Рон задумчиво нахмурился. *Но это бред собачий. На феникса нельзя просто так… наткнуться, даже если ты волшебник. Куда больше шансов встретить гарпию!*

В общем, ничего путного о птице Рон так и не выяснил, но верное направление мысли ему всё-таки подсказали, и помог в этом…

Негромкое чириканье вывело Рона из задумчивости, заставив чуть улыбнуться: золотистый пушистый комок с любопытством склонил голову набок, уставившись на раскрытые перед мальчиком книги.

— Кто-то у нас тут отлично идёт на поправку, — проговорил Рон, легонько коснувшись кончиком пера птичьего клюва.

С того дня, как он подобрал существо, прошло уже больше недели. Занятия в Учебных клубах прекратились, и у Рона появилось больше времени, чтобы осматривать сломанное крыло — то медленно, но верно срасталось, — а ушибы и ссадины сошли почти без следа. Птица уже достаточно окрепла, чтобы чинно расхаживать по комнате, явно задавшись целью обследовать каждый её закоулок. Рон не возражал: ума пернатому созданию хватало, чтобы не влипать в глупости, пока сам мальчик с головой зарывался в учебники, конспекты и эссе.

Однако прямо сейчас зверюга, похоже, сочла исследовательскую вылазку завершённой. Она подковыляла обратно к Рону, издала нечто вроде раздражённого щебета в ответ на тычок пером в клюв и уставилась на него пытливыми янтарными глазами.

— Учусь, — ответил Рон на немой вопрос. — Как и всегда, когда поднимаюсь сюда.

Затем он закатил глаза, стоило птице оскорбленно каркнуть:

— Ну ладно, конечно, я и тебя пришёл проведать. Иначе сидел бы сейчас в библиотеке, а тебя бросил на попечение домовиков, ветрокрыл ты мелкий.

Мысль обратиться к ним была настоящим озарением. В тот раз Рону нужно было сменить повязки пернатому, а он уже опаздывал на урок — вот и подумал: почему бы не привлечь хогвартских домовых эльфов? Да, они были дружелюбны и рады услужить, но главное — находчивы, умели хранить секреты и блестяще обходили приказы, если требовалось выручить тех, кого они считали друзьями.

А благодаря знанию будущего Рон за этот год успел сдружиться со многими из них. (Как выяснилось, верный путь к сердцу домовика лежал через волчий аппетит, мало-мальские манеры и привычку помнить их по именам.)

На уговоры и объяснения с упрямой птицей ушли, казалось, часы, но дело того стоило. С помощью эльфов Рон добыл подходящую пищу и научился простейшим перевязкам. А уж сами домовики пришли в такой восторг от жёлтого пушистого комочка и с такой охотой бросились помогать, что взять с них клятву молчания не составило никакого труда — при условии, что птица не несет угрозы Хогвартсу.

Птица, к слову, оказалась самцом. Нодди, одна из эльфиек, подтвердила и это, и то, что они каким-то образом понимают найдёныша, разбирая его звуки и жесты как слова и чувства.

— Ну, тогда он совершенно точно волшебное существо, — заключил Рон, выслушав объяснения Нодди. — Или вы и с обычными птицами так умеете?

— Нодди не умеет, сэр, хотя другие эльфы уметь говорить с другими зверями, магическими или простыми. Но волшебные создания с высоким разумом, вроде хозяина ветрокрыла, уметь объясняться и без слов.

— Э-э, прошу прощения, ветрокрыла? Так вот он кто?

Нодди кивнула:

— У вас для хозяина ветрокрыла другое имя. Мы звать его так, потому что он уметь призывать ветер.

— Птица, которая призывает ветер? И что это вообще значит?

— Не только ветер, хозяин Рональд, — сказала Нодди с блеском в глазах. — Хозяин ветрокрыл уметь звать всё, из чего состоит небо: и ветер, и облака, и дождь. Но это очень странно. Ветрокрылы обычно не водиться в Шотландии, а такой юный хозяин ветрокрыл, да ещё совсем без клана…

— Без клана? — переспросил Рон. — В смысле, без семьи?

— Да. Ветрокрылы всегда летать кланами. Одинокий ветрокрыл мог потеряться, отбиться от своих или… — Уши Нодди поникли, а большие карие глаза сочувственно уставились на птицу, мирно дремавшую в корзинке. — Или его клана больше нет. Может, оттого хозяин ветрокрыл такой грустный? Ветрокрылы не любить оставаться одни.

Рон помрачнел, вспомнив этот разговор. *Надеюсь, его семью не перебили, хотя после того, как я нашёл его раненым в Запретном лесу, исключать ничего нельзя. Но кто мог быть настолько силён, чтобы напасть на целую стаю кочующих ветрокрылов? И зачем они вообще летели в Шотландию?* Он тряхнул головой, отгоняя мысли. *Ладно, сейчас главное — поставить мальца на ноги. А обо всём остальном побеспокоимся потом.*

Размышления Рона прервало сердитое карканье, заставившее его виновато улыбнуться пернатому соседу:

— Извини. В последнее время голова кругом идёт. — Он легонько коснулся пером макушки птицы. — А тебе здесь, небось, уже невтерпёж сидеть, да? Прости, прямо сейчас ничем помочь не могу. Дай мне только разобраться со всеми здешними делами.

Птица склонила голову, словно раздумывая, а затем издала короткую трель, которую Рон безошибочно истолковал как: «Хочешь поговорить об этом?»

Рон пожал плечами:

— Да всё то же: переживаю из-за экзаменов и из-за того нехорошего профессора, про которого я тебе рассказывал.

В последнее время это вошло у них в привычку. Стоило Рону слишком глубоко уйти в мрачные мысли, птица каким-то чудом улавливала это и ненавязчиво подталкивала его выговориться. А поскольку Рон знал, что крылатому другу можно доверять свои тайны — да и самому отчаянно требовалось выговориться кому-то, с кем можно не притворяться, — рыжий мальчишка в итоге распахивал душу.

Впрочем, для Рона не было в новинку изливать пернатому всё дерьмо, скопившееся в жизни, куда охотнее, чем друзьям или родным. Он помнил, как точно так же говорил по душам с Сычом и даже — к стыду своему — со Скабберсом в прошлой жизни. Звери просто умели вызывать доверие и были отличными слушателями, только и всего.

— В общем, Квиррелл, тот самый приспешник великого тёмного мага, вот-вот затеет нечто грандиозное, и я обязан его остановить. Но раз уж я уже рассказывал тебе, чем обычно заканчиваются попытки всё разрулить в одиночку, когда можно попросить о помощи… — Рон скривился от воспоминаний о кошмарных последних неделях. — На этот раз я обращусь к союзникам. Вот только как доказать, что наш добрый профессор на самом деле злодей? — Рон усмехнулся. — Кажется, я придумал!

Достав «Второй шанс», который по мере приближения часа Икс (Рон про себя расшифровывал это как «день катастрофы») он постоянно носил при себе, мальчик раскрыл тетрадь на загнутой странице и пододвинул пернатому другу для ознакомления:

— Вот! Мой план «В», вариант… сбился со счёта, какой по счёту! Ну как тебе?

Рон уже упоминал, что ветрокрыл был чертовски умной птицей? Потому что не заметить этого было невозможно: создание вспорхнуло на разворот журнала, наклонило голову и почирикало, будто внимательно читало написанное, а затем прицельно постучало клювом по одной из строчек.

— «Сделать до окончания экзаменов», — прочёл Рон. — Ты спрашиваешь, почему не прямо сейчас? Я мог бы выложить другим всё о планах злодея, но, пока я не раскрою все свои карты, они мне попросту не поверят. И неважно, смогу я их убедить или нет — я в любом случае окажусь в крайне незавидном положении. Риск себя просто не оправдает.

Рон ткнул пальцем в соответствующие пункты плана:

— Так что вместо этого мне нужно выманить Квиррелла. Фигуры расставляются медленно, но времени у меня более чем достаточно. Рано или поздно нервы у него сдадут, и ему придётся сделать ход, явив миру своё истинное нутро. И вот тогда… — Он с размаху припечатал пергамент ладонью. — Тебе шах и мат, ублюдок.

Ярость наверняка отразилась у него на лице: чирикнув, птица сделала то, чего не позволяла себе прежде — вспорхнула Рону на плечо и ласково боднула головой его висок. Это было настолько неожиданно, что злая гримаса сошла с лица мальчика, сменившись благодарной улыбкой.

— Эй, ты что, утешить меня вздумал? — протянул Рон, шутливо щёлкнув пернатого кончиком пера по макушке.

Птица тихо чирикнула и кончиком крыла указала на следующий пункт на пергаменте.

…Ох, ты беспокоишься об *этой* части плана? — поморщился Рон. — Прекрасно тебя понимаю. Мне тоже не по душе подвергать других смертельной опасности. Но, надеюсь, обойдётся без *крайностей*. — Он прочистил горло: — По крайней мере, они единственные, кому я могу доверить эту задачу и кто точно с ней справится.

Ветрокрыл задумчиво посмотрел на него, а затем снова легонько коснулся лбом лба Рона.

— Чёрт побери, если уж этот замысел напугал даже тебя, страшно представить, как отреагируют Гарри и остальные, — с лёгкой усмешкой произнёс Рон, поглаживая птицу по голове. — Но ты ведь доверяешь мне, пернатый приятель? Всё будет в порядке. А когда мы покончим с этим, я вернусь сюда и всё подробно тебе расскажу.

Золотая птица осторожно прихватила клювом его палец, негромко щебетнула и уставилась на него так выразительно, словно говорила: «Ловлю тебя на слове». Чем чаще это происходило, тем сильнее поражало Рона: он без малейшего труда понимал каждый жест и каждый звук своего крылатого спутника. Надо будет при случае расспросить об этом Нодди, подумал он, слегка щёлкнув птицу по клюву.

— Знаешь, ты чересчур сообразительный для собственного блага. Если будешь и дальше так помогать, я привыкну полагаться на тебя во всём и оставлю себе насовсем.

Мысль грела душу, но Рон понимал: этому не бывать. Если этот ветрокрыл действительно принадлежал к роду редких магических созданий, чья стая, возможно, ещё скиталась где-то на воле, птице следовало вернуться в родные края.

И всё же приятно было ощущать рядом присутствие кого-то, столь похожего на настоящего фамильяра. Пусть даже при взгляде на птицу тоска по Сычику с каждым днём становилась лишь острее.

Отогнав печаль, Рон снова вернулся к «Второму шансу»:

— Станет легче, если мы ещё раз пройдёмся по всему плану? Правда, почти всё из намеченного на этот этап уже сделано, но, полагаю, повторить не помешает.

*Да и моим собственным нервам это явно пойдёт на пользу.*

Золотая птица согласно чирикнула и перескочила на пергамент блокнота, указав клювом на самое начало схемы, выведенной чернилами. Уловив намёк, Рон принялся читать.

* * *

ПОМЕШАТЬ КВИРРЕЛЛУ ДОБРАТЬСЯ ДО КАМНЯ* * *

ПЛАН «В»* * *

ЦЕЛЬ: Разоблачить Квиррелла как марионетку Волдеморта, не спускаясь в люк* * *

— Привет, Сью.

Сью широко улыбнулась и махнула рукой, несмотря на бледность:

— Рон. Гермиона. *Нихао!* — Она повернулась к девочке, сидевшей рядом с кроватью: — Это Чжоу Чанг, моя подруга и тоже из Когтеврана! По отцовской линии она наполовину китаянка, так что мы с ней на одной волне! Обожает димсамы с акульими плавниками, суп из ласточкиных гнёзд и «Балладу о Мулан»!

— Рада познакомиться, Рон, Гермиона, — приветливо произнесла Чжоу. — Сью столько рассказывала о вас. Надеюсь, мы тоже подружимся.

Рон с Гермионой пожали руку Чжоу, обменялись ещё парой вежливых фраз, после чего Рон снова обратился к Сью:

— В общем, мы услышали, что тебе всё ещё нездоровится, и решили заглянуть на минутку.

— А ещё я принесла тренировочные листы, которые ты просила проверить, — добавила Гермиона, протягивая Сью несколько исписанных пергаментов. — Разумеется, я не требую браться за них прямо сейчас! Сперва нужно поправиться! Просто побоялась упустить момент, ведь экзамены уже на носу, а тебе наверняка придётся нагонять кучу уроков и домашних заданий… — Она смутилась и залилась румянцем: — Прости, я опять тараторю. Как ты себя чувствуешь?

— Куда лучше, если честно. Мадам Помфри сказала, что завтра меня уже выпишут из Больничного крыла, — тепло улыбнулась Сью. — Прости, что заставила переживать, Гермиона.

Лохматая ведьма кивнула:

— Пенни и Рон объяснили мне, что с тобой такое бывает и в этом нет ничего страшного. Главное, что обошлось без осложнений.

Когда Сью пропустила третье с конца занятие кружка нумерологии, именно Пенелопа объяснила Гермионе, что у девочки время от времени начинается сильный насморк, из-за которого в худшие дни ей приходится пропускать уроки.

— Ничего смертельного, — заметив встревоженный взгляд Гермионы, вмешался Рон, знавший об этом ещё несколько месяцев назад. — Волшебники при подобной простуде обычно просто мучаются заложенным носом, головной болью да лёгким жаром. Сью просто нужно отлежаться денёк-другой.

— Какое облегчение. Но всё-таки странно. Никогда не слышала, чтобы волшебники болели обычной простудой.

— Обычной простудой? — с любопытством переспросила Пенелопа. — Это какая-то магловская болезнь?

— Да. Её обычно вызывает вирус — микроорг… ну, крошечное, очень-очень маленькое существо, — и симптомы в точности такие же, как при вашем насморке, — принялась объяснять Гермиона. — Её называют обычной, потому что подхватить её можно круглый год, и каждый магл переболел ею хотя бы раз в жизни.

— Занятно, но вряд ли мы подцепили магловскую заразу. Хотя, когда наши расклеиваются, приятного мало. — Рон вспомнил те редкие случаи, когда хворь сваливала Джинни и Перси: опухшие слезящиеся глаза, красные носы, из которых текло ручьём, и приступы кашля такой силы, что казалось, внутри вот-вот что-нибудь лопнет. — К счастью, у нас эта напасть случается куда реже, чем ваша, э-э, обычная простуда.

И всё же из-за обычного насморка пришлось провести в Больничном крыле по меньшей мере ночь. К несчастью для Сью, хворь настигла её в самый неподходящий момент.

— Хуже и быть не может, — надув губы, пожаловалась Сью, просматривая листок с заданиями, который принесла Гермиона. — Ну почему я расклеилась именно сейчас? Как я успею сдать эссе по нумерологии, не говоря уже о куче остальных хвостов?

Чжоу, которая до этого молчала, предложила:

— Завтра суббота, верно? Давайте сразу после завтрака пойдём в библиотеку и сделаем уроки вместе. Свою часть я уже наполовину закончила, так что помогу тебе чем смогу.

— Замечательная мысль, — с готовностью поддержала Гермиона. — Я тоже со всем справилась, но у меня есть конспекты, они пригодятся для подготовки к годовым экзаменам. Могу одолжить, если хочешь.

— На твоём месте я бы не отказывался, Сью, — заговорщицким театральным шёпотом вставил Рон. — У Гермионы записи настолько аккуратные и подробные, что заткнут за пояс любой учебник. А делится ими она далеко не с каждым. Нам с Гарри и Невиллом однажды пришлось чуть ли не на коленях умолять.

— *Рональд!*

— Правда одолжишь? Ой, *hou do ze nei*, Чжоу, Гермиона! — с облегчением улыбнулась Сью и порывисто обняла обеих, отчего Гермиона лишь растерянно пискнула от приятной неожиданности.

— Полагаю... это означало «спасибо»?

— Очень горячее «спасибо», — улыбнулась в ответ Рону Чжоу. — Вы тоже можете присоединиться к нам завтра, если свободны.

— Ой, правда? Я... — Гермиона замерла, словно олень в свете фар, пока Рон легонько не подтолкнул её локтем. — Да, конечно, я... я с радостью! После завтрака, да? Я... сегодня же вечером разберу свои записи!

Рон со вздохом почесал в затылке:

— Я бы с радостью, но не выйдет. Завтра мне, э-э, снова нужно кое-что обсудить с Хагридом. Но если освобожусь пораньше, может, загляну к вам.

— Мы займём столик так, чтобы ты сразу нас нашёл, на всякий случай, — заверила его Сью, а Гермиона тут же добавила:

— Опять к Хагриду? Ты в последнее время часто к нему ходишь.

— Да ничего особенного. Просто расспрашиваю его кое о чём... ну, об уходе за животными, — отмахнулся Рон. — Думал завести нового питомца взамен Пе... Коросты. Чёртова крыса сбежала от меня прямо на каникулах. Наверное, из-за того, что я вечно держал её в клетке.

Это, само собой, было ложью. На самом деле Рон наведывался к Хагриду ради советов о том, как выхаживать загадочную птицу, найденную у озера. Разумеется, прямо о ней он лесничему не рассказывал. Вместо этого, взяв за отправную точку таинственное происшествие в Запретном лесу во время отработки, Рон задавал гипотетические вопросы о лечении раненых зверей — в том числе и птиц. Заход был шит белыми нитками, однако Хагрид охотно шёл навстречу: он всей душой стремился поделиться знаниями и отвечал на расспросы Рона с таким терпением, какого рыжий от него, честно говоря, никак не ожидал.

Конечно, в прошлой жизни они с Хагридом не были особенно близки, и Рон знал полувеликана далеко не так хорошо, как Гарри или Гермиона. Не говоря уже о том, что прежде Уход за магическими существами его мало занимал, так что и поводов сблизиться на этой почве у них тогда не находилось. Но теперь, слушая, с каким безграничным воодушевлением и искренней страстью Хагрид рассуждает о своём предмете, Рон начал понимать: возможно, Дамблдор выбрал его преподавателем вовсе не случайно.

Быть может, выпади Хагриду шанс окончить школу, он стал бы полноценным профессором, а не просто школьным лесничим. Во всяком случае, Рону приходилось признать: недавние беседы почти до капли смыли прежнюю злость на полувеликана, и они снова прекрасно ладили.

Что Гермиона, разумеется, не преминула подметить:

— Что ж, я очень рада. Ты ведь довольно долго был в ссоре с Хагридом. Хорошо, что вы снова друзья.

— С Хагридом? С лесничим? А почему вы... — Чжоу осеклась и тут же залилась краской: — Ой, простите, это не моё дело. Так или иначе, насчёт... постойте, разве это не профессор Флитвик?

Вся компания разом повернула головы к выходу из Больничного крыла. Промелькнула лишь смазанная тень, но Рон успел заметить, как мимо с непривычно суровым лицом просеменил профессор-полугном.

— Кажется, он, — озадаченно помолчав, произнесла Гермиона. — Но я никогда не видела его таким серьёзным. Неужели... — Встретившись взглядом с Роном, кудрявая девочка округлила глаза и быстро покачала головой: — Надеюсь, ничего страшного.

Чжоу со Сью переглянулись, после чего Чжоу нахмурилась:

— Вообще-то на этой неделе такое сплошь и рядом.

— В смысле?

— Не только с профессором Флитвиком, — пояснила Чжоу. — Старшекурсники говорят, что профессора Спраут и Макгонагалл, даже мадам Трюк, в последние недели вечно куда-то спешат с озабоченным видом. Я-то думала, всё из-за экзаменов, но остальные утверждают, что это странно. Даже Пенни заволновалась, хотя прямо ничего не говорит. Вы не замечали, как часто в последнее время стали собирать старост?

— Гм, — кашлянула Сью. — Я не уверена, но... как думаете, это никак не связано с теми слухами, которые ходят по замку?

— Слухами? — Гермиона, которая была слишком поглощена уроками, чтобы обращать внимание на сплетни, удивлённо и с живым любопытством нахмурилась: — О чём?

Чжоу замялась, а затем подалась вперёд и зашептала:

— Поговаривают, будто один из преподавателей сейчас... скажем так, не совсем в своём уме. Кое-кто из учеников слышал, как он в последнее время часто разговаривает сам с собой, и... говорят, то, что они слышали, звучало довольно жутко.

— Я тоже об этом слышал! — понизив голос, поддакнул Рон. — Некоторые болтают, будто он словно сам с собой ругается! — Он зябко передёрнул плечами. — Представляете, каково случайно такое подслушать?

— Как бы то ни было, всю последнюю неделю об этом трещит вся школа, так что до преподавателей слухи наверняка уже дошли, — Чжоу задумчиво замолчала. — Может, за ним просто приглядывают на всякий случай? Слышать голоса в волшебном мире — всегда дурной знак…

Гермиона обеспокоенно нахмурилась:

— Я немного читала об этом. Если ведьмы или колдуны слышат голоса, дело обычно в тёмной магии или каких-нибудь тварях, верно? Но если так, разве с этим… гм, профессором не должны были быстро разобраться? Насколько я знаю, все преподаватели на месте.

Сью пожала плечами:

— Потому что никто ничего не смог доказать. Казалось бы, всё должно было заглохнуть само собой, и всё же…

— Очевидно, кому-то очень выгодно крутить эту мельницу слухов. К тому же сплетни умирают неохотно… — Гермиона запнулась. — Постойте, а о каком профессоре вообще речь?

— Вот это как раз самое странное, — понизив голос до шёпота, произнесла Чжоу. — Хотя, если подумать, всё сходится. Он ведь, прямо скажем, не производит впечатление самого собранного человека, правда?

— Кто?

Чжоу снова переглянулась со Сью, и обе одними губами выдохнули:

— Профессор Квиррелл.

— Профессор Кви… — Гермиона метнула острый взгляд на Рона, но тот лишь покачал головой, и она продолжила: — Н-ну да, надо признать, он постоянно заикается, всего пугается и выглядит довольно… м-м, робким. Но заявлять, будто он может быть…

Чжоу закивала:

— Я сперва тоже так думала. Но сплетни поползли после того, как кто-то подслушал, как профессор Квиррелл спорит сам с собой — прямо как Рон рассказывал. Этот некто хотел сразу пойти к учителям, но почему-то струсил. А потом, не успели оглянуться, как по замку стали всплывать точно такие же истории!

Гермиона прямо-таки задохнулась от возмущения:

— Ну это же верх безответственности! Если они правда хотели помочь, надо было сразу бежать к профессорам! А теперь они, возможно, только навредили!

Сью сочувственно тронула её за плечо:

— Скорее всего, они не со зла…

— Обсуждая услышанное между собой?! Там, где их могут подслушать и раздуть из мухи слона?! Да они словно нарочно всё это устроили!

Чжоу удивлённо приподняла бровь:

— Раздуть… кого?

— Раздуть из мухи слона. Преувеличить. Обычное магловское выражение… — Сью тут же ухватилась за возможность всё растолковать, и девочки с головой ушли в беседу, то возвращаясь к пересудам о профессоре Квиррелле, то объясняя Чжоу очередные магловские поговорки. Они так увлеклись, что совершенно не заметили едва уловимую усмешку, тронувшую губы Рона.

* * *

Пустить слух, что Квиррелл — полоумный псих, который слышит голоса и без умолку разговаривает сам с собой.* * *

Рон пожал плечами: «…Слушайте, моей вины нет в том, что я случайно услышал, как он спорил с тем полукровным ублюдком, решил, будто у него голоса в голове, и, э-э, немного поделился этим со школой, ясно? И откуда мне было знать, что сплетни так быстро разносятся именно из библиотеки? Я не виноват, что вокруг книжных полок вечно крутится куча любопытных ушей.* * *

Кстати, я рассказывал, до чего потрясающе работают чары изменения тона? Похоже на Сонорус, только вместо того, чтобы усиливать громкость, когда прижимаешь палочку к горлу, они делают голос ниже или выше. А если приноровиться, можно звучать сразу как два или даже три совершенно разных человека! Занятная штука, правда?»* * *

— Э-э, профессор Макгонагалл?

Кабинет Макгонагалл сочетал в себе строгость и сдержанное изящество: полированное красное дерево, кресла с алой обивкой, книжные стеллажи, уходившие колоннами под самый каменный свод, и камин из старого белого кирпича. Пожилой профессор трансфигурации подняла взгляд от пергаментов с домашними заданиями и поправила очки на переносице:

— Чем могу помочь, мистер Уизли?

Шла пятница перед самыми экзаменами. Уроки только что закончились, и Рон рассудил, что лучшего момента не найти: Гарри пропадал на тренировке по квиддичу (Оливер Вуд даже перед сессией не признавал никаких поблажек), Гермиона засела зубрить вместе с Чжоу и Сью, а Невилл строчил письмо бабушке.

— Простите за беспокойство, профессор, но… э-э, я снова насчёт *того самого*.

Макгонагалл явно поняла его с полуслова, потому что тяжело, устало вздохнула:

— Мистер Уизли, вы приходите уже в четвёртый раз.

— Я знаю, но я просто места себе не нахожу. — Рон нарочито украдкой огляделся по сторонам. Декан снова вздохнула и жестом пригласила его войти. — Знаю, в прошлый раз вы велели мне не лезть на рожон и подождать, пока всё уляжется само. Но слухи ведь ползут отовсюду, профессор! И с каждым днём они всё чудовищнее!

Молва по Хогвартсу и впрямь разлеталась со скоростью лесного пожара. Хватило всего нескольких дней, чтобы «душевное расстройство» Квиррелла сделалось главной темой для пересудов во всём замке. Даже сейчас, когда студенты отчаянно дописывали свитки и до дыр зачитывали конспекты, разговоры только и вертелись вокруг профессора, который слышит чужие голоса в собственной голове и ведёт себя как сорвавшийся с катушек психопат.

(Хотя, возможно, масло в огонь этих сплетен щедро подливал один конкретный студент при помощи нехитрых чар для изменения голоса. Но кто же теперь докажет?)

Теперь бедняга в тюрбане не мог ступить и шагу без того, чтобы ученики не косились на него с опаской или вовсе не обходили стороной за версту. Нервная суета и бесконечное заикание самого Квиррелла лишь усугубляли положение. Рон даже заметил, что преподаватели тоже провожали коллегу встревоженными взглядами всякий раз, стоило тому оказаться поблизости.

Судя по дерганому, явно измотанному виду большинства преподавателей — куда более издерганному, чем Рон помнил по прошлой жизни, — вся эта кутерьма порядком выбила их из колеи. И все же надо отдать Макгонагалл должное: несмотря на очевидную усталость, голос ее оставался терпеливым, а взгляд — сочувствующим.

— Я понимаю ваше беспокойство, мистер Уизли, но на данный момент мы сделали все возможное, учитывая, что до экзаменов осталось всего несколько дней.

— Но я именно из-за них и переживаю! Профессор Квиррелл и так с ног валится от подготовки к сессии, а эти слухи только все усугубят! — Рон сглотнул и потер шею сзади. — Знаю, мне стоило сразу прийти к вам. Не надо было трусить только из-за страха, что профессор Квиррелл узнает, будто я… — Он запнулся: — С ним… с профессором Квирреллом все в порядке? Знаю, не мне об этом спрашивать, но я правда за него беспокоюсь…

Выражение лица Макгонагалл за учительским столом смягчилось:

— Профессор Квиррелл… справляется, насколько это в его силах. (При этих словах Рон мысленно фыркнул: *Если под «справляется» понимать привычку шарахаться по углам, вздрагивать от каждого шороха и привлекать к себе ещё больше подозрений.*) И хотя ваши прежние действия могли непреднамеренно осложнить ситуацию, это вполне объяснимая детская оплошность, и я уверена, что профессор Квиррелл не станет держать на вас зла.

— Правда не станет? Но я ведь выставил его сумасшедшим, профессор!

Взгляд Макгонагалл остался бесстрастным:

— Разве таково было ваше намерение?

*Именно таково.*

— Конечно нет! Но я же помню, что видел и слышал, и меня это до смерти напу… взволновало, * * *

очень* * *

взволновало! — Рыжий мальчишка поежился. — Он разговаривал сам с собой, будто ругался с кем-то. И клянусь Мерлином, по голосам это звучало точь-в-точь так, словно там было двое, но в комнате находились только профессор Квиррелл и его тень! И я даже не знаю, что хуже: то, что профессор Квиррелл спорит сам с собой, или то, что его тень на самом деле может быть другим человеком, который к нему цепляется!

Макгонагалл покачала головой:

— Можете быть уверены, мистер Уизли, ни то, ни другое действительности не соответствует. Должно быть, он просто переутомился, как вы сами заметили, и чувствовал себя неважно, когда вы его услышали.

— Но профессору Квирреллу *ведь* помогают, правда? — Рон картинно, уже в который раз опасливо огляделся по сторонам. — А то после того, что я тогда услышал… мне кажется, он захочет мне отомстить.

— Исключено, — отрезала Макгонагалл с подчеркнутой твердостью. — Мы уже обсуждали это, мистер Уизли: мы ни в коем случае подобного не допустим.

— Но профессор…

— Я и остальные преподаватели сделали все возможное не только ради профессора Квиррелла, но и для того, чтобы эти слухи ни за что не связали с вами. Он никогда не узнает о вашей роли во всей этой истории, если только вы сами не решите ему открыться. Впрочем, я настоятельно советую этого не делать, пользы от подобного признания не будет никакой…

В голосе старой волшебницы звучала непреклонная решимость, и Рон покорно кивнул, понимая, что больше из нее ничего не вытянуть — ровно как и в прошлые разы. До сих пор никто из учителей — включая самого Квиррелла — ни единым словом прямо не обмолвился о случившемся. Он отдавал себе отчет, что виной тому экзамены, но Рону до смерти хотелось хоть какого-то намека на то, что преподаватели (помимо Снейпа) хотя бы допускают крупицу правды в этих слухах…

…можете сделать, так это сосредоточиться на учебе и предоставить заботу о профессоре Квиррелле нам, — внимание юного путешественника во времени вернулось к разговору. — У меня к вам высокие требования, мистер Уизли, и я жду, что вы непременно их превзойдете. По * * *

всем* * *

вашим предметам, не так ли?

*А? Что-то… странно она это завернула. Понятное дело, что у нее ко мне высокие требования. Но с какой стати говорить, что я должен?..*

Краска сбежала с лица Рона в ту же секунду, как до него дошел смысл сказанного.

— Погодите! Минутку! Профессор, вы же не всерьез…!

Однако строгая преподавательница лишь кивнула, и уголки ее губ едва заметно дернулись вверх:

— Если у вас больше ничего нет, вы свободны, мистер Уизли.

— Н-но по всем предметам?! *Даже по чёртовой Истории…*?!

— Посредством усердных занятий, как я только что и сказала. И да, включая «чёртову Историю магии», — отозвалась Макгонагалл сухим, высокопарным тоном с легким оттенком самодовольства. — Всего хорошего, мистер Уизли.

С пылающими от собственной ругани в присутствии декана ушами Рон невнятно пробормотал слова прощания и выскользнул из кабинета с такой прытью, словно трансгрессировал на месте. В коридоре, к счастью, никого не оказалось. Прикрыв за собой дверь, он перевел дух (заодно дав ушам немного остыть) и побрел в Большой зал за заслуженным ужином, надеясь после урвать еще пару ночных часов тренировок в Выручай-комнате. Похоже, теперь ему стоило опасаться не только своей внутренней Гермионы, если результаты экзаменов окажутся недостаточно блестящими…

Сделав всего несколько шагов, Рон уловил натренированным войной чутьем едва заметное шевеление тени на самой периферии зрения, а следом — легкое прикосновение холодка, от которого волоски на загривке встали дыбом.

Разумеется, все это могло быть игрой воображения (или нервной реакцией на то, как декан внезапно взвалила ему на плечи неподъемные академические ожидания). Но от мысли, что дело может быть вовсе не в нервах, Рон про себя усмехнулся.

* * *

Донимать учителей расспросами о нестабильности Квиррелла. Изображать крайнюю обеспокоенность и страх из-за того, что слухи поползли по моей вине.* * *

«…Теперь, когда тайна раскрыта, я просто обязан переживать! Разумеется, я без конца буду дергать преподавателей по поводу Квиррелла, при каждом удобном случае сокрушаясь, что мои неосторожные страхи зашли слишком далеко. Ну, знаете, чтобы все выглядело так, будто именно из-за меня за Квирреллом теперь следят в оба глаза. Достаточно очевидно, чтобы этот тип сообразил: первопричина всех пересудов — я сам.* * *

Но что, если до тупицы все равно не дойдет? Что ж…»* * *

— П-профессор Квиррелл, сэр?

Профессор как раз разбирал на столе свитки пергамента и стопки книг, когда Рон подошел ближе. От испуга дерганый волшебник взвизгнул и неловким движением смел все добро прямо на пол:

— М-мистер У-уизли!

— Ой, простите, профессор! — Рон изобразил крайнее смущение и бросился помогать преподавателю собирать рассыпавшиеся книги. — Не хотел вас напугать. Я… я просто подумал, раз уж экзамены закончились, самое время поговорить. Давно уже собирался, правда.

Последние годовые экзамены наконец-то подошли к концу, ознаменовав финал того, что для большинства казалось вечностью: лихорадочной зубрёжки конспектов в последнюю минуту, бесконечной вычитки эссе и бессонных ночей над учебниками. Даже первокурсники вымотались до мозга костей, включая Гермиону, которая неохотно признала, что передышка пришлась как нельзя кстати.

(Правда, в её понимании «передышка» включала дотошный разбор экзаменационных вопросов и яростные споры о правильности ответов, что для Рона отдыхом отнюдь не являлось.)

Но если Гарри, Гермиона и Невилл покинули класс сразу после окончания экзамена — отчасти из-за непрекращающейся пульсирующей головной боли Гарри, — то Рон отлучился под благовидным предлогом, чтобы повидаться с профессором Квирреллом. Рыжий прекрасно знал, что тот дежурил на экзамене у третьекурсников этажом выше.

Брови Квиррелла озадаченно сошлись к переносице:

— Э-это по п-поводу ваших э-экзаменов, мистер Уизли? Е-если вы б-беспокоитесь об о-оценках, т-то уверяю в-вас, вы с-справились о-очень хорошо, как и с-следовало ожидать от студента в-вашего ур-ровня.

— О, это здорово, спасибо, но я хотел поговорить совсем о другом.

— О д-другом? П-прямо с-сейчас?

Рон опустил глаза в пол:

— Простите ради бога, сэр. Меньше всего я хотел бы вам докучать, но… потом у меня наверняка не будет времени, а мне и правда очень нужно…

Преподаватель нахмурился сильнее:

— Неужели э-это настолько б-безотлагательное д-дело, м-мистер Уизли?

— Э-это кое-что личное, сэр, — замялся Рон. — Мы могли бы поговорить где-нибудь без лишних глаз? Честное слово, я не отниму много времени.

Мальчик казался до предела взвинченным: нервно заламывал руки, испуганно озирался по пустому классу и вообще излучал в поверхностных слоях разума такую искреннюю панику, что Квиррелл в конце концов уступил и повёл его за собой в опустевший кабинет защиты от тёмных искусств.

Кабинет располагался посреди обычно оживлённого коридора, но сейчас, с учётом времени суток (да и поры года), вокруг не было ни единой живой души: ни студентов, ни преподавателей, ни даже привидений. Правда, дорога заняла заметно больше времени, чем помнил Рон, а в затылке назойливо зудело смутное предчувствие: что-то здесь не так. Тем не менее он ни словом не выдал своих подозрений профессору, который к тому же нашёл время заварить чай.

— П-прошу п-прощения за столь с-скромный приём, м-мистер Уизли, — с мягкой улыбкой произнёс Квиррелл, поставив перед Роном дымящуюся чашку «Эрл Грея». — К-как видите, я с-совсем не ж-ждал г-гостей.

— Это вы меня извините, сэр, — отозвался Рон, поднеся чашку к губам. — За то, что доставил столько хлопот.

— Н-ничего с-страшного, мистер У-уизли, — ответил Квиррелл, опускаясь на стул за своим столом. — В к-конце концов, долг п-профессора — п-помогать ученикам ч-чем только в-возможно.

Рон поставил чашку обратно на блюдце и помрачнел:

— Нет, правда, мне очень жаль, сэр. Я… э-э… вы ведь наверняка в курсе, какие слухи о вас ходят?

При этих словах улыбка с лица Квиррелла сползла, хотя в остальном он сохранил совершенно бесстрастное выражение:

— Д-думаю, во всём з-замке не найдётся т-того, кто их н-не слышал.

— Должно быть, вам пришлось очень нелегко, сэр.

— Скажем т-так, э-это с-создало лишние… э-э… т-трудности. Д-достижение само по с-себе, учитывая, что я и б-без того н-не самый п-популярный преподаватель. — Квиррелл задумчиво прищурился. — Н-но к чему в-вы заговорили об э-этом, м-мистер Уизли? В-вам что-то из-звестно о т-том, о-откуда поползли эти с-слухи?

— В о-общем… — Рон стиснул кулаки на коленях и низко опустил голову. — Профессор, простите меня, пожалуйста… это был я.

В комнате повисла такая тяжёлая тишина, будто из неё разом выкачали весь воздух.

— Ч-что, п-простите?

— Я… я вовсе не хотел, чтобы всё зашло так далеко, сэр! — путаясь и заикаясь от раскаяния, забормотал Рон. — Я… я просто пересказал то, что услышал, паре друзей! Не думал, что об этом раззвонят по всей школе! Я собирался…

— И что именно вы слышали? — резко спросил Квиррелл. Рон снова сглотнул.

— Я слышал вас, профессор, — наконец выдавил юный волшебник. — Не так давно в коридоре… вы… вы разговаривали сами с собой!

Квиррелл замолчал на добрую тягучую минуту, а затем медленно откинулся на спинку стула:

— Вот как? Э-э… п-прошу прощения, мистер У-уизли. У м-меня просто д-дурная привычка р-разговаривать с с-самим собой, когда я т-тревожусь. П-помогает успокоить н-нервы, п-понимаете?

— Но почему тогда этот голос звучал… совсем иначе?

— И-иначе? И к-как же?

— Профессор, вы... как бы это сказать? — Рон снова заломил пальцы. — Тог... тогда, когда я вас услышал, вы казались таким напуганным. Куда сильнее, чем обычно. Словно дрались с кем-то, — он вздрогнул. — С кем-то нехорошим.

— С кем-то нехорошим?

— Вы о чём-то умоляли, я не очень расслышал. Сначала я подумал, что к вам просто придирается кто-то из преподавателей. Неко... некоторые вполне способны. — Поймав пытливый взгляд Квиррелла, Рон продолжил: — Но... но профессор, я никому не рассказывал: когда я говорил, что вам чудятся голоса, будто вы говорите сами с собой... я... я ведь тоже его слышал.

— Слышали что?

— Тот голос. С которым вы спорили. — Рон заметил, как профессор по ту сторону стола подобрался и выпрямился, но сам упорно не поднимал глаз от собственных колен. — Хриплый, ледяной и очень злой. И ещё всё время шипел, насколько помню. Как змея.

Квиррелл резко втянул воздух, однако Рон не унимался:

— Знаю, это не моё дело, но помните, что говорят про голоса в голове в нашем мире? Я... я просто не хочу, чтобы у вас были неприятности, профессор.

Волшебник в тюрбане тихо хмыкнул:

— Неприятности? С чего вы вообще взяли, что я?..

— Может, я и не всё разобрал, но угрозу в голосе ни с чем не спутаю! — воскликнул Рон, наконец осмелившись взглянуть учителю в глаза. — Пожалуйста, профессор, я знаю, что сделал только хуже, но ес... если вам помочь с этой штукой, чем бы она ни была, то, может...

— Здесь не с чем помогать, мистер Уизли...

— Да говорю же, я точно знаю, что слышал и видел! Вы спорили, вам было страшно, вы боялись этого голоса, а рядом никого не было! — Рон вскочил, в его синих глазах полыхнул огонь. — Профессор Макгонагалл велела мне больше не лезть, но я не могу просто сидеть сложа руки, когда знаю, что вам нужна помощь! Что бы это ни было, профессора обязательно разберутся! Особенно профессор Дамблдор! Надо просто сказать им, прямо сейчас.

— Ох, мистер Уизли, — с жалким вздохом протянул Квиррелл и судорожно обхватил себя за плечи.

— Профессор? — Мальчик растерянно нахмурился: Квиррелл ссутулился, по его телу пробежала дрожь. — Профессор, что с вами? Вам ду...

Но тут волшебник внезапно расхохотался. Не просто тихо фыркнул или усмехнулся — из его горла вырвался лающий, резкий клёкот. Рон отшатнулся, ошеломлённо пробормотав:

— Профессор Квиррелл?

— А Минерва была права на твой счёт. У тебя и правда синдром героя.

— * * *

Несносный мальчишка.* * *

Глаза Рона расширились, он сделал ещё шаг назад, глядя, как Квиррелл поднимается из-за стола. Само по себе движение не несло угрозы, но то, как переменился вечно заикающийся недотёпа... На бледном лице не осталось и следа прежней нервозности или робости. В тёмных глазах, когда-то кротких и улыбчивых, теперь сквозил мертвенный холод, подёрнутый неприкрытой брезгливостью и раздражением.

— Ты и впрямь держал меня за круглого дурака, мистер Уизли. Неужели всерьёз думал, что я ни о чём не догадаюсь?

— В... вы знали? Но ка...

— Тебе ещё многому предстоит научиться, мистер Уизли, — с насмешливым укором цокнул языком Квиррелл. — Ты сунул нос куда не следует, но так и не понял, что делать с этой правдой. Каждый раз бежал к Минерве за советом и утешением. Твоя собственная душевная слабость тебя и сгубила.

— Я... я не пони...

…маешь, мистер Уизли? Разумеется. При всей своей сообразительности ты всего лишь сопливый ребёнок. Наивный, глупый и *слабый*. — Последнее слово Квиррелл буквально выплюнул. — Но угораздило же тебя оказаться настырной трещоткой, от которой одни неприятности! Месяцы подготовки, бесконечное выжидание под маской жалкого заики... Все мои труды пошли прахом из-за сопливого щенка, возомнившего себя слишком умным!

— * * *

Хватит пустых разговоров, Квиринус,* * *

— проскрежетал бестелесный голос откуда-то из-за затылка Квиррелла.

Взрослый маг глубоко вздохнул, и его кривая ухмылка обнажила зубы в хищном оскале.

— Впрочем, не имеет значения. Ты сполна искупил всю доставленную мне головную боль, явившись сюда сам. Теперь я убью двух зайцев одним выстрелом.

Прежде чем Рон успел вымолвить хоть слово, Квиррелл резким взмахом выхватил палочку. В то же мгновение обе двери класса с грохотом захлопнулись, и гулкое эхо прокатилось по стенам.

Рон прищурился:

— Вам никто не угрожал, так ведь? Вы... вы заодно с этой... чем бы оно ни было!..

В следующее мгновение воздух перед ним разорвал оглушительный хлопок. Неведомая сила сшибла Рона с ног и впечатала его долговязое тело в стену, намертво прижав к каменной кладке. Мальчик помотал головой, пытаясь стряхнуть застилавшие глаза мутные пятна.

— * * *

Используй его. Используй мальчишку.* * *

— Не смей называть моего господина какой-то там «*штукой*», мистер Уизли! Предатель крови вроде тебя вообще не имеет права поминать Его вслух! — В ушах Рона стоял яростный гул: Квиррелл подошёл вплотную и уставился на него, направив кончик палочки прямо в лицо.

Рон стиснул зубы, напрягся всем телом и постарался отодвинуться как можно дальше от Квиррелла:

— Вы и этот ваш… хозяин… что вы задумали?

— О-о, какое любопытство. Но тратить на тебя слова попусту — непозволительная роскошь, мне пора в другое место, — ухмыльнулся Квиррелл. — Хотя должен поблагодарить тебя, мистер Уизли. Я ломал голову, как бы выманить тебя одного, но ты сам прямо-таки шагнул в мою маленькую ловушку… — Квиррелл поднял палочку. — С прискорбием вынужден признать: твой выдающийся ум вряд ли переживёт то, что мне предстоит сделать.

— Ч-что? Нет, стойте, профессор, пожалуйста! — Рон отчаянно замотал головой, крича сквозь дрожь в голосе и губах: — Профессор Квиррелл, в-вам вовсе не обязательно это делать! Простите меня, я… я больше ни слова не скажу! Я не стану вам мешать! Я… я пойду к другим профессорам и скажу, что ошибся! Умоляю, только не убивайте!

Ухмылка Квиррелла стала лишь шире:

— Увы, твои жалкие оправдания мне без надобности. А вот твоё тело послужит отличной приманкой, чтобы отвлечь внимание.

Окружающее пространство внезапно поплыло перед глазами Рона: знакомые очертания кабинета Защиты от тёмных искусств начали преображаться во что-то совершенно иное.

— Это же… — с трудом выдавил Рон, задыхаясь. — Кабинет Астрономии? Как вы… как вы это сделали?..

— Магия, разумеется, — холодно бросил Квиррелл. — Ну и чуточку помогла твоя собственная невнимательность.

— Вы… вы с самого начала собирались заманить меня сюда… в эту ловушку… — хрипел Рон. — В-вы правда думаете, что вам это сойдёт с рук?! Убить ученика прямо в Хогвартсе?! Неужели вы всерьёз рассчитываете остаться безнаказанным?!

— Ты будешь не первым учеником, погибшим в стенах Хогвартса. И далеко не последним.

— * * *

Используй его. Используй мальчишку. Убей его.* * *

Казалось, по классу пронёсся запертый в четырёх стенах ураган дикой магии. Шкафы и парты стояли нерушимо, но книги, пергаменты и всякая мелочь взмыли в воздух, закружившись в бешеном вихре, а от взрослого волшебника повалил густой, зловещий тёмный туман.

— *Империо.*

— А-а-агрх! — голова Рона дёрнулась назад, едва он грохнулся на каменный пол: Квиррелл сбросил чары, вжимавшие его в стену, прямо перед тем, как метнуть Непростительное.

— Твои последние слова перед тем, как ты шагнёшь с балкона башни?

— * * *

Убей его!* * *

В этот миг классная доска позади стола Квиррелла треснула с таким оглушительным грохотом, что тот едва не подскочил на месте.

— Какого Мордреда…

И в ту же секунду с лица Рона разом слетели весь страх и растерянность. Тело расслабилось, а взгляд стал предельно собранным, жёстким и мрачным.

— Передай… своему бесхребетному куску тролльего дерьма… который зовёт себя твоим хозяином, — с едва сдерживаемой яростью отчеканил девятнадцатилетний боец, запертый в теле двенадцатилетнего мальчишки, заставив Квиррелла вновь обернуться к нему. — Пусть катится… ко всем чертям.

* * *

ХРЯСЬ! ТРЕСК! БУМ!* * *

Заставить Квиррелла остаться со мной один на один, а затем спровоцировать его на нападение.* * *

«* * *

Квиррелл, может, и трусливая, подлая гадина, но далеко не дурак, так что наверняка придумает, как отвести глаза преподавателям и добраться до Камня сразу после экзаменов.* * *

Но двух вещей он предусмотреть не сможет: что я задержу его и сам признаюсь, что пустил эти слухи. А когда он это поймёт, ему придётся разбираться с назойливым мелким сопляком, сунувшим нос не в своё дело».* * *

— *Хозяин Рональд! Хозяин Рональд!*

Рон вяло махнул рукой, так и лежа на полу, куда повалился кулем, как только чары Квиррелла рассеялись.

— Просто голова раскалывается, ерунда.

*Чёртов Квиррелл, обязательно было со всей дури впечатывать меня в стену? И надо же, он и впрямь пустил в ход… ай! Что за?..*

Дотянувшись до левого виска, Рон почувствовал, как обожгло щёку, и отдёрнул пальцы: они были в крови.

*Твою мать, он что, распорол мне лицо?*

Он с трудом разлепил веки и встретился со взглядом огромных, полных тревоги карих глаз:

— Всё в порядке, Нодди. Отличная работа, вовремя поймала сигнал.

*Надо было придумать фразу покороче, но упустить шанс послать Волдеморта на три весёлые буквы было выше моих сил.*

Рядом с ним Нодди тревожно заламывала ручки:

— О-о-ох, Нодди так испугалась, хозяин Рональд! Нодди не знала, что этот плохой человек настолько опасен!

Рон виновато поморщился. Он просчитывал вероятность того, что Квиррелл захочет от него избавиться, но даже подумать не мог, что профессор зайдёт настолько далеко и выстроит столь изощрённую ловушку. Которая, насколько Рон успел разобрать, включала в себя несколько дезиллюминационных чар, заклятие для помутнения рассудка (видимо, невербальный Конфундус?), запирающие чары и, наконец, Империус. Какое счастье, что он не притронулся к чаю. Кто знает, чего Квиррелл туда подмешал.

— Прости, что втянул тебя в…

— Нодди не беспокоится за Нодди! Нодди беспокоится за вас, хозяин Рональд! — Эльфийка указала на Квиррелла. — От этого дурного человека разит скверной магией! И Нодди слышала два голоса, когда отталкивала его своей силой!

Профессор в тюрбане сейчас валялся на полу: Нодди впечатала его в классную доску, применив эльфийскую магию ровно в тот момент, когда Рон произнёс условную фразу. А подать знак он должен был лишь после сигнала самой Нодди — разбитой доски.

И сделать это она должна была только тогда, когда…

*БА-БАХ!*

…мистер Уизли?!

Рон обернулся и встретился взглядом с ошарашенными — нет, полными ужаса — глазами своего декана.

— Профессор Макгонагалл!

Пожилая волшебница выглядела непривычно взъерошенной. Она тяжело, со свистом дышала, а из её обычно безупречно строгого пучка выбилось несколько прядей. Поспешно шагнув к Рону, она воскликнула:

— Боже милостивый, мистер Уизли, что здесь стряслось?! Мне сообщили, что вы…

Краем глаза заметив, что Квиррелл судорожно пытается подняться, Рон не стал терять времени и заорал:

— Это профессор Квиррелл! Он… он пытался меня убить!

— Квиринус?! — Казалось, лишь сейчас Макгонагалл обратила внимание на коллегу. — Мерлин правый, Квиринус, что всё это значит?

Поняв, что в кабинете появился другой преподаватель, Квиррелл смертельно побледнел:

— М-Минерва, я… я всё объясню!..

— Не слушайте его, профессор! — Рон ткнул обвиняющим пальцем в дрожащего мужчину. *Отлично, стоило прижать к стенке, как он снова включил жалкого дурачка! Отрасти уже яйца, скотина!* — Я… я просто заговорил с ним о слухах! Я помню, вы велели не лезть не в своё дело, и, наверное, зря я полез, но это не даёт ему права убивать меня! — Напустив на себя смертельно испуганный вид, Рон вцепился в рукав мантии Макгонагалл. — Он сказал, что заставит меня спрыгнуть с Астрономической башни!

— М-Минерва, прошу…

— Хозяин Рональд говорит чистую правду! — пискнула Нодди, выскакивая из своего укрытия за спиной Рона. — Нодди всё слышала, госпожа заместитель директора! Этот скверный человек угрожал покалечить хозяина Рональда, и Нодди пришлось применить магию, чтобы защитить его! Но… — Уши эльфийки поникли. — Хозяин Рональд всё равно пострадал…

Прежде чем Рон успел заверить бедную преданную домовиху, что он не *настолько* сильно ранен, леденящий, скрежещущий бесплотный голос взревел:

* * *

— АВАДА КЕДАВРА!* * *

ТВОЮ МАТЬ!* Раздались крики ужаса и неверия, но ветеранская закалка сработала мгновенно: Рон рванул Нодди на себя и с силой толкнул Макгонагалл в сторону, уводя её с траектории смертоносного зелёного луча.

К чести Макгонагалл, она молниеносно задвинула Рона с прижатой к нему эльфийкой себе за спину. Палочка уже была в её руке, хотя лицо профессора оставалось белее мела от пережитого шока.

— Квиринус, вы что, применили Убивающее заклятие?! *Против ученика?!*

Но Квиррелл вместо того, чтобы вновь обратиться холодным, насмешливым хищником, готовым секунду назад без колебаний оборвать чужую жизнь, задыхался и корчился на полу, свободной рукой изо всех сил удерживая запястье с палочкой. Его лицо перекосило от смеси отчаяния и неистовой ярости, и он надсадно закричал в пустоту:

— Нет! Мы же договаривались не так!.. Повелитель, умоляю, позвольте мне… А-А-АРХ!

* * *

— У меня нет времени терпеть твои провалы! Убей их немедленно и принеси то, за чем я пришёл!* * *

Рон почувствовал, как Макгонагалл вздрогнула от звука этого потустороннего голоса, сочащегося чистейшей ненавистью. Но пока она ошарашенно оглядывалась в поисках источника звука, Рон не спускал глаз с молящего о пощаде Квиррелла:

— Повелитель, пожалуйста!.. Нам нужен только мальчишка! Только мальчишка!..

* * *

— Ты смеешь колебаться, Квиринус? Позоришь своего господина подобной слабостью?!* * *

— Но Повелитель… Минерва, она же… *А-А-АРХ!*

— КВИРИНУС! — ахнула Макгонагалл с неподдельной тревогой, когда Квиррелл взвыл и согнулся пополам от невыносимой боли. Но стоило пожилой волшебнице сделать шаг к нему, как он дёрнулся и начал подниматься жутко, неестественно-ломано. Рука с палочкой сама собой вырвалась из судорожной хватки и вскинулась вперёд. Квиррелл истошно завопил:

— Минерва, нет! СТОЙТЕ!

* * *

— АВАДА КЕДА…* * *

— НЕТ! — Рон выхватил палочку и рявкнул во всю глотку: — *ЭКСПЕЛЛИАРМУС!*

— *ОСТОЛБЕНЕЙ!*

Грянул ещё один оглушительный треск — столь мощный, что Рону пришлось заслониться рукой от яростного порыва ветра, поднятого столкновением нескольких заклятий, сорвавшихся с его палочки, от Макгонагалл и от остальных, только что ворвавшихся в кабинет.

— Минерва! — донёсся звонкий крик откуда-то от пояса Рона. Он повернулся к вновь прибывшим ровно в тот миг, когда Макгонагалл воскликнула:

— Филиус! Помона!

В то же мгновение Нодди оживилась, заметив ещё одну домовую эльфийку — на сей раз с волосами столь же ярко-рыжими, как у любого из Уизли, с более мелкими, но острее заострёнными ушками и раскосыми зелёными глазами.

— Джинджерснэп!

Завидев соплеменницу, Джинджерснэп тут же с хлопком возникла рядом с Нодди и вцепилась в её руку, после чего робко помахала Рону, вопросительно блеснув огромными глазищами.

Юный волшебник одобрительно улыбнулся и одними губами прошептал: «Отличная работа».

Он просил Нодди приглядывать за ним во время встречи с Квирреллом, тогда как задачей Джинджерснэп было найти ближайшего преподавателя, едва профессор пустит в ход силу. Нодди лично рекомендовала юную эльфийку для этого поручения, заверив: «Джинджерснэп лучше всех домовых эльфов умеет трансгрессировать и выведывать, что где творится. До того как поступить на службу в Хогвартс, она была тем, кого зовут эльфом-разведчиком».

Когда всё уляжется, нужно будет найти способ отблагодарить всех хогвартских домовиков как следует. Может, устроить внезапное чаепитие? Он знал, что Нодди и ещё парочка эльфов до такого просто сами не свои…

— О боже правый, Минерва! Мистер Уизли! — смертельно бледная Спраут поспешила к гриффиндорцам. — Вы целы?

— Всё в порядке, Помона, — отрезала Макгонагалл, не сводя глаз с Квиррелла, который снова лежал на полу, кашляя и стеная. Она припечатала его ещё одним Оглушающим, отправляя в глубокий нокаут. — Полагаю, Джинджерснэп позвала и вас?

— Она возникла прямо посреди моего кабинета, а по пути сюда я наткнулся на Помону, — объяснил Флитвик. Вид у него был столь же мрачный, как у Макгонагалл. — Господи помилуй, да что с вами стряслось, Квиринус?

— Поговорим об этом позже. Сейчас нужно увести мистера Уизли в безопасное место. — Макгонагалл кивнула Спраут: — Не поможете, Помона? Я бы сама, но…

— Никаких проблем, Минерва, — бодро отозвалась Спраут. — Пока Альбуса нет в замке, ваше место здесь. К тому же дуэлянт из меня никудышный по сравнению с вами.

Рон нахмурился пуще прежнего:

— Профессора Дамблдора нет в школе?

— Срочные дела в Министерстве, милый, — ободряюще улыбнулась Спраут. — Ну же, идёмте, мистер Уизли. И вы, друзья-домовики.

Она мягко потянула мальчика за рукав, пока Макгонагалл и Флитвик принялись связывать бесчувственного Квиррелла.

— А где его палочка? — вдруг спохватился Флитвик. — Мне послышалось, его кто-то обезоружил?

— О… эм, кажется, это был я, — Рон нерешительно поднял руку. — Только, по-моему, слегка перестарался? Видел, как она вылетела в окно.

— Тем лучше, — поджала губы Макгонагалл. — Джинджерснэп, мне нужно, чтобы ты позвала остальных преподавателей, особенно профессора Снейпа. Как только мы надёжно свяжем Квиррелла, я должна буду известить Министерство и Альбуса.

— А я отведу этого ходячего ловца неприятностей в Больничное крыло, — усмехнулась Спраут и взъерошила непокорные рыжие вихры Рона, когда тот недовольно воззрился на неё. — Без обид, мой мальчик.

Рон снова шутливо насупился, хотя в глубине души признал: заслужил, учитывая всё, во что успел вляпаться за этот год. И, Мерлин упаси, впереди ещё шесть лет…

*И всё же,* Рон не удержался от вздоха облегчения, глядя на бесчувственного Квиррелла (и, надо надеяться, Волдеморта вместе с ним). *Слава Мерлину, на этот раз всё сработало как надо.* * *

Попросить кого-нибудь из домовых эльфов позвать учителей, чтобы поймать Квиррелла с поличным. И задержать его.* * *

— Но не переживай: прежде чем дело станет совсем опасным, Нодди с остальными приведут ближайших профессоров, — поспешил успокоить Рон пернатого друга. — В конце концов, заботиться о безопасности учеников — их прямая обязанность. Никаких подозрений не возникнет: они просто окажутся в нужном месте в нужное время. Да и магия у домовых эльфов — штука потрясающая!* * *

— РОН!

Означенный рыжий волшебник чуть не подскочил на кровати на добрый фут, когда полог лазарета с резким треском распахнулся, и его синие глаза встретились с парой пылающих изумрудов.

— Эм… привет, Гарри?

Из-за спины совершенно взвинченного Гарри Поттера показались Гермиона с Невиллом — оба бледные как полотно и перепуганные до смерти.

— Мерлин, Рон, что с тобой стряслось? — запричитал Невилл, едва троица гриффиндорцев расселась вокруг раненого друга. — Стоило нам на минуту выпустить тебя из виду, как уже пошли слухи, что ты ввязался в драку!

— Не было никакой драки. Я толком и сделать-то ничего не успел, — устало вздохнул Рон, подавляя искушение почесать левую щеку, которую мадам Помфри уже заклеила слоем грубой марли. Чёрт побери, мельница хогвартских слухов перемалывала сплетни с бешеной скоростью, но вот с точностью у неё явно были проблемы. — Я просто собирался переговорить с профессором Квирреллом, а он вдруг слетел с катушек и попытался… ну, в общем, что-то сделать. Как бы то ни было, профессора и пара домовых эльфов подоспели на помощь, так что его скрутили. — Он указал на забинтованную щеку. — Да и в этот раз мне досталось *не так уж* сильно. Всего лишь царапина на лице!

Гарри, Гермиона и Невилл переглянулись с нескрываемым ужасом и недоверием.

— Профессор Квиррелл напал на тебя? — приглушённым шепотом переспросила Гермиона. — Сам профессор Квиррелл? Но это же бессмыслица! Он ведь… он же совсем не…!

— Из буйных? Выходит, образ неуклюжего недотёпы был всего лишь спектаклем. — Рон принялся более подробно пересказывать свою стычку с Квирреллом, упомянув и то, что именно он пустил по замку слухи, но умолчал о намерении профессора не просто исполосовать ему лицо. В конце концов, по мнению Рона, эта подробность была совершенно несущественной.

К тому же, судя по лицам друзей, им и отредактированной версии событий хватало с лихвой.

— Господи, — пролепетала Гермиона, прижав ладони ко рту; глаза её блестели от слёз. — Рон, почему же ты ничего нам не сказал?

— Я хотел, — поморщился Рон. — Но просто не знал, как к этому подступиться. А потом слухи вдруг расползлись сами собой, и я… я не хотел, чтобы кто-то прознал, что зачинщик — я, пока сам не пойму, что делать дальше. Я… я не думал, что всё обернётся вот так. — Что, строго говоря, ложью не являлось, так что…

— Рон, — мрачно произнёс Невилл. — Ты не хуже меня знаешь, что слышать голоса в нашем мире — это всегда дурной знак. Я допускал мысль, что профессор Квиррелл болен, но теперь ясно: тут замешано нечто куда более скверное. Тёмная магия, например.

Гарри, молчавший до этого мгновения, резко вскинул на Невилла пронзительный взгляд:

— Тёмная магия?

Этого взгляда хватило, чтобы робкий Лонгботтом стушевался.

— Н-ну, посудите сами. Будь это просто… э-э… порез, мадам Помфри залечила бы его одним взмахом палочки. Уж мне ли не знать. Но она отчего-то стала возиться с повязками. Либо рана куда опаснее, чем говорит Рон, либо её нанесли чем-то таким, против чего обычная целительская магия бессильна.

Путешественник во времени мысленно застонал — раздосадованный, но в то же время гордый за Невилла. Впрочем, удивляться не стоило. Мало того что Невилл уже доказал, что умом и сообразительностью ничуть не уступает друзьям (как в прошлой жизни, так и в этой), так сейчас у него за плечами было куда больше опыта в реалиях волшебного мира, чем у Гарри или Гермионы.

— Нев прав, — снова тяжело вздохнул Рон, оказавшись теперь под прицелом испепеляющего взгляда Гарри. — По правде говоря, она не смогла срастить края раны заклинанием: чарам что-то мешало, поэтому ей сперва пришлось сварить зелье. Вслух она ничего не сказала, но я и так понял, что дело в тёмной магии. — Он виновато глянул на Гарри. — Помнится, в Запретном лесу я почувствовал нечто похожее.

Это было преувеличением — единорогов вместе с Квирреллом в лесу он, разумеется, не видел, — но таким образом Рон ненавязчиво подталкивал Гарри в верном направлении.

И Гарри, судя по задумчиво нахмуренным бровям, принял это со всей серьёзностью:

— Ты говорил, Квиррелл упомянул, будто что-то задумал. Он и его Хозяин. — Зелёные глаза сверкнули тревогой. — Думаете, речь о Камне?

Гермиона шумно перевела дух:

— Если так, то всё сходится! Ради чего ещё стоило бы лезть в Хогвартс и красть что-то прямо из-под носа у профессора Дамблдора?

*Я бы припомнил ещё парочку вещей.* Рон снова покосился на Гарри, пока Гермиона продолжала:

— Но тогда получается, это он помог Хагриду раздобыть Норберта? И, возможно, даже впустил тролля?

— Верно, — кивнул Невилл. — Сами тролли ни за что бы не прорвались сквозь чары Хогвартса. Куда правдоподобнее звучит то, что их провёл кто-то из преподавателей. К тому же есть волшебники, одарённые в общении с магическими тварями…

— Мы говорили об этом на берегу озера, когда разделились, — пояснила Гермиона для Рона и пересказала всё, что они обсуждали у воды; Гарри пришёл к мысли о том, что Квиррелл подсунул Хагриду драконье яйцо, почти так же, как и в прошлый раз.

Рон понимал, что должен изобразить удивление, поэтому выпалил:

— Ах он ублюдок паршивый! Столько дерьма наворотил только ради того, чтобы выведать, как пройти мимо Пушка!

— Мы всё ещё не уверены до конца, что это профессор Квиррелл, — дипломатично заметил Невилл, но даже эта его попытка заступиться за учителя прозвучала донельзя неуверенно. Гермиона тут же её пресекла.

— Сомнений почти не осталось, Невилл, если взглянуть на то, как он обошёлся с Роном, и припомнить всё, что мы о нём знаем. А слова Квиррелла о некоем хозяине? — Гермиона прикусила губу и повернулась к Рону, но тот покачал головой.

— Имени он не назвал, но бросил, будто такой предатель крови, как я, не имеет права даже заговаривать о нём.

Рон выдержал паузу, прежде чем продолжить:

— Возможно, я забегаю вперёд, но, насколько мне помнится, есть только один ублю… подонок, которому так не даёт покоя чистота крови и которого другие называют Хозяином. — Рон снова помедлил. — А порой и вовсе… Тёмным Лордом?

При этих словах Невилл выпрямился как струна, Гермиона испуганно пискнула, а взгляд Гарри ожесточился:

— Ты имеешь в виду Волде…

— *А-А-А-А-А-А-А!*

Разговор оборвался отчаянным многоголосым воплем — настолько оглушительным, что Гермиона подскочила на месте:

— Мерлин, что это ещё за чертовщина?!

Мальчишки переглянулись, и Гарри первым вскочил со стула:

— Это из коридора!

В животе у Рона всё похолодело, когда он поднялся с постели и принялся одеваться.

— Что бы там ни стряслось, это явно что-то серьёзное. Надо выяснить.

— Рон, тебе нельзя…

— Это просто царапина, Гермиона. Я в порядке, — бросил Рон, натягивая мантию. — Ну так мы идём или нет?

Гарри с нескрываемым раздражением посмотрел на него, но возражать больше не стал, и четверо друзей направились к выходу из Больничного крыла. Они едва сделали пару шагов, как двери с грохотом распахнулись, заставив их отпрянуть назад, и чей-то громкий голос позвал:

— ПОППИ!

Гарри, Невилл и Рон ахнули, а Гермиона уже второй раз за день прижала ладони ко рту.

Там был Хуэй, поддерживающий Флитвика, Пинс с Дюраном и незнакомый сотрудник школы — высокий широкоплечий мужчина с каштановыми волосами, отливавшими кроваво-красным на самых кончиках. Его вели под руки Спраут и — к удивлению Рона — Трелони. Из всех раненых этот мужчина единственный оставался в сознании, хотя едва держался на ногах.

Не успели Рон с друзьями опомниться, как к ним подбежала мадам Помфри с выражением яростной решимости на лице.

— Сюда, Помона, проходите все. Дети, освободите дорогу, пожалуйста. — Помфри пригвоздила Рона сердитым взглядом: — А вы, мистер Уизли, марш в постель. Я займусь вами, как только закончу зелье.

— Но… — Гермиона тревожно заломила руки, пока взрослые протискивались мимо. — Ч-что происходит? Профессор Флитвик, профессор Дюран… почему они?..

— На них напали.

Кудрявая девочка испуганно пискнула, когда слева от неё раздался глухой, усталый голос. Глаза Невилла вспыхнули от узнавания:

— Профессор Имхотеп!

Имхотеп тепло улыбнулся Невиллу в знак приветствия, но тут же помрачнел:

— Дети, мне нужно, чтобы вы оставались здесь, пока мы разбираемся с ситуацией. Заприте двери и никого не впускайте.

— Но профессор, да что вообще стряслось?..

* * *

БАХ! БАХ!* * *

По коридорам эхом прокатилась череда оглушительных ударов, сопровождаемая новыми воплями и глухим грохотом.

Имхотеп выругался на незнакомом языке — Рон даже не разобрал слов — и резко развернулся, вскинув волшебную палочку.

— Какого чёрта эта тварь попёрлась сюда?!

— Профессор!

Но Имхотеп уже умчался, не дав Рону и слова вставить, а тяжёлая, мрачная аура вокруг него пробрала Рона до самых костей.

*Какого хрена происходит? Почему это происходит? Мы же схватили Квиррелла до того, как он добрался до Камня! Так почему всё летит в грёбаные тартарары в сто раз хуже, чем в прошлый раз?*

И в этот миг Рона словно под дых ударило внезапной догадкой.

*Если только… да ну на фиг, быть того не может!..* * *

Р-Р-Р-Ы-Ы-Ы-А-А-А-Р-Р-Р!* * *

Гермиона снова в ужасе зажала рот руками, а Невилл попятился, моментально побелев как полотно:

— Это… это было похоже на…

…*Да вы, блять, издеваетесь!*

— Рон? — выдавил Гарри, когда Рон пулей пронёсся мимо него и выскочил из Больничного крыла. — РОН! РОН, КАКОГО ЧЁРТА ТЫ ТВОРИШЬ?!

— Это Квиррелл, Гарри! — крикнул Рон через плечо, со всех ног припустив к Запретному коридору. — Квиррелл сбежал, он идёт за Камнем!

— * * *

ЧТО?!* * *

— прогремел Гарри, уже не отставая ни на шаг, пока позади с топотом догоняли Гермиона и Невилл. — Тогда надо предупредить профессоров!..

— Некогда! Если ты не слышал *этот* рёв, то у них сейчас явно руки будут заняты ещё одним грёбаным троллем! — Рон заскользил подошвами, пытаясь взбежать по лестнице, едва улавливая голоса друзей позади.

Он понятия не имел как, но Квиррелл точно умудрился вырваться от остальных профессоров и каким-то образом призвал тролля. Или всё было наоборот? Может, Квиррелл заранее держал тролля наготове на крайний случай?

Рон грязно выругался про себя:

— У него уже огромная фора. Мы должны…

* * *

ТОП! ТОП! ТОП!* * *

— Твою мать! — Земля внезапно заходила ходуном, и Рон едва не пропахал носом ступени, успев в последний миг вцепиться в перила. Он только-только сумел опереться на руку, как снизу донёсся отчаянный крик Гарри: — *РОН, БЕГИ!*

*Что? Зачем бежать?..* Но тут ноздри резанул знакомый тошнотворный смрад.

«* * *

... Но что, если Квиррелл всё-таки сумеет вырваться? — Рон тяжело выдохнул. — Мерлин, надеюсь, обойдётся: там же профессора. Но если до этого дойдёт, у нас останется лишь один ход...* * *

»

Рону даже не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кто высится прямо за его спиной: двенадцать футов неуклюжей серой громадины с дубиной длиной в его собственный рост. Вместо этого он изо всех сил попытался встать на ноги, пока эта самая дубина не выбрала его своей мишенью.

— РОН!

— МИСТЕР УИЗЛИ!

— РОН, С ДОРОГИ!

— * * *

РОН!* * *

Дерьмо! Дерьмо! Дерьмо! Дерьмо!*

Двенадцатилетний мальчишка с девятнадцатилетней душой что есть силы оттолкнулся от деревянных ступеней, лихорадочно выхватывая на ходу палочку.

*А, да к чёрту всё!* * *

ЕСЛИ ВСЁ ОСТАЛЬНОЕ ПРОВАЛИТСЯ, ПОМОГИ ГАРРИ БЕЗОПАСНО ПРЕОДОЛЕТЬ ЛОВУШКИ, ОХРАНЯЮЩИЕ КАМЕНЬ* * *

Счастливого всем Рождества!

Огромное спасибо за то, что уделили время этой главе! Пожалуйста, делитесь впечатлениями — я страшно нервничаю из-за того, как её примут. (Знаю, что повторяю это постоянно, но к этой главе это относится вдвойне.) Прошу прощения, если не успеваю отвечать на каждый отзыв, но поверьте: я читаю абсолютно всё и всегда внимательно прислушиваюсь к вашим словам. И наконец, я бесконечно благодарен каждому из вас за тёплые слова и поддержку. Вы просто невероятные!

В СЛЕДУЮЩЕЙ ГЛАВЕ: Финал гонки за Философским камнем — по большей части глазами Рона, прикованного к больничной койке (на которой к этому моменту уже наверняка выбито его имя). А кроме того: праздничный пир, разъярённый Мародёр (или даже два), прощания и пара новых сюрпризов на исходе первого года для нашего путешественника во времени.