У семи нянек, или Чем бы дитя ни тешилось! (гет)

Секунд десять после исчезновения Тома Реддла и Беллатриссы царила ошеломленная тишина.

— И что мы теперь будем делать? Они же сейчас вернутся! — растерялся Гарри.

— Не так быстро, — возразила испуганная Гермиона. — Чаще, чем раз в час, Маховик не сработает.

— Откуда знаешь? — полюбопытствовал Поттер.

— Оттуда! На третьем курсе не все лекции по дополнительным предметам были интересными. Некоторые я знала наизусть, но приходилось сидеть и ждать.

— Понятно.

Тем временем на лице малыша все явственнее и явственнее проступала обида.

Куда это убежали от него мама и папа? Они его совсем не любят, да?

Глаза малыша переполнились слезами, и они потекли у него по щекам.

Слизя растерянно прошипела Гарри:

"Змееус-с-с-стый, х-х-хватит ш-ш-шипеть не по-нашему! Малыш-ш-ш с-с-сейчас рас-с-с-стает!"

Они опомнились и начали утешать расстроенного ребенка.

Тот долго не мог успокоиться, а потом прильнул к плечу Гарри, обиженно посопел и заснул.

— Ну, наконец успокоился, — прошептала Гермиона.

— Слушай, — ответил Гарри тоже шепотом, — так ведь мы же тоже не можем применить Маховик. А что теперь делать?

— Пока не знаю, но у нас есть время подумать...

Тут Гарри осенило.

— Ну-ка, подержи его!

Осторожно передав малыша Гермионе, он закружил по комнате, заглядывая во все углы, открывая дверцы всех шкафов и шкафчиков.

— Ты чего ищешь? — шепотом поинтересовалась Гермиона.

— Погоди, погоди, где же он? Не могла же она его выбросить.

Он еще некоторое время пошарил на всех полках и с радостным вскриком извлек из прикроватной тумбочки... старинный телефонный аппарат.

— Ох, ты! — изумилась Гермиона.

— Я вспомнил, что иногда миссис Фигг кому-то звонила с этого телефона и разговаривала, отвернувшись от меня и понизив голос. Я еще удивлялся, кому она может звонить.

Гарри вытянул из тумбочки длинный провод и поставил аппарат на стол.

— Кому бы он ни звонил, ты не знаешь номера, Гарри.

— А тут и нет колесика для набора, — возразил тот. — Она вот эту ручку крутила.

При ближайшем рассмотрении аппарата они убедились, что набирать номер нечем, а есть на телефоне только выдвижная ручка на корпусе и рычажок на трубке, который выдвигал нижний микрофон.

— Я такие в кино видела. Какой древний телефон. Быть не может, чтобы он был подключен к современной телефонной станции.

— Сейчас мы это узнаем. Но миссис Фигг точно им пользовалась, и не один раз.

Гарри, припомнив, как это делала старушка, постучал по выступающему рычажку, поднес трубку к уху.

Тишина.

— Гарри! Сначала рукоятку покрутить надо! — громким шепотом подсказала Гермиона.

— Точно! Я и забыл.

Он покрутил ручку и замер, вслушиваясь.

В трубке запищало.

— Что-то есть...

Высокий женский голос отозвался:

"Тринадцатая линия, слушаю! Соединять?"

Гарри онемел от неожиданности.

— Отвечай! — отчаянным шепотом вскричала девушка.

— Э-э-э-э... девушка, дайте Смольный, пожалуйста соедините... да, да...

"Соединяю!"

Что-то еще погудело в трубке, потом пощелкало, и вдруг раздался громкий голос:

— Что случилось, миссис Фигг? Том Реддл и Беллатрисса покинули ваш дом?

От неожиданности Гарри чуть не уронил трубку. А Гермиона открыла рот и застыла, как живое воплощение крайнего изумления.

Этот голос они узнали бы из сотен тысяч других. Спутать сиплый тенорок директора Хогвартса с каким-либо другим было невозможно...

* * *

Самое странное заключалось в том, что Дамблдор совсем не был смущен тем обстоятельством, что трубку держит не миссис Фигг, а Гарри Поттер собственной персоной. Хотя в первые секунды общения в его голосе угадывалась растерянность. А может, и не растерянность, а некоторое торможение на осознание и анализ изменившихся обстоятельств.

Впрочем, он быстро расспросил Гарри об обстоятельствах и антураже, в котором они оказались. Выразил удовлетворение тем фактом, что малыш с ними и в полном здравии, и попросил Гарри не вешать трубку, пока ему, Дамблдору, не удастся решить несколько маленьких технических вопросов.

Потянулись длинные и неприятные минуты ожидания.

Гарри соображал, сколько уже прошло времени и сколько осталось до возможного появления разгневанных родителей малыша. А Гермиона не соображала, а просто следила за временем, которое показывал ей Темпус, невербально наколдованный и подвешенный у Гарри над головой.

Время еще было, но его оставалось все меньше.

Малыш сопел, Гарри нервничал, а ей самой очень хотелось в туалет по-маленькому. Зверски хотелось! Понимаете?

Э-э-э-э, вам не понять...

— На! Держи! — пискнула она, вручая Поттеру малыша в руку, свободную от телефонной трубки. — Я быстро!

Понимая, что она вот-вот проиграет борьбу со своим мочевым пузырем, девушка опрометью выскочила за дверь и уселась прямо за ней.

Зажурчало.

"Фу! Никакой культуры! — подумал сидящий под грушей книззл Лапка, деликатно отворачиваясь. — И как только Мастер Живоглот может держать при себе такую невоспитанную хозяйку? Вот наша миссис Фигг никогда себе такого не позволяет. Хотя, может быть, все дело в том, что она именно миссис, а не мисс".

С этой мизантропной мыслью разочарованный предводитель местных книззлов потрусил от дома к живой ограде, чтобы при случае потроллить собак, а может быть, и оторвать хвост какой-нибудь из них, если повезет...

Поттер дождался ответа Дамблдора, когда Гермиона еще не вернулась из своей непонятной отлучки.

— Гарри, я вам отправил два портключа. Один оставьте на столе, а вторым перенеситесь в более безопасное убежище, которое я вам приготовил.

— Но...

— Гарри! Я обо всем позабочусь. Сделай, как я тебя прошу! И учти, что ваш портключ это тот, который...

В этот момент малыш вздрогнул во сне и сильно дрыгнул ногами. Гарри его чуть не уронил и удержал с большим трудом, но зато уронил трубку. Когда он перехватил поудобнее малыша и снова прижал трубку к уху, в ней звучали короткие гудки.

В комнату вернулась Гермиона с невольной улыбкой облегчения на лице.

— Ну, что тут у вас?

В этот момент над их головами раздалось хлопанье крыльев, радостный клекот Фоукса, и на стол спланировали два радужных пера. Одно ярко-алое, а второе оранжевое.

— Это портключи! Один из них наш. А второй надо оставить здесь.

— И какой из них наш?

— Ну конечно, алый! — самонадеянно заявил Гарри. — Давай руку!

И, когда рука Гермионы оказалась на его предплечье, он схватил со стола алое перо.

Знакомый рывок в подвздошье — и магия внепространственного перемещения понесла их в убежище, приготовленное директором Хогвартса...