Повелитель Тайн (джен)

Действия посланника потрясли Клейна на целых пять секунд. Потом он пришёл в себя, наклонился и поднял письмо.

«Даже если из-за потери памяти мистер Азик не может использовать значительную часть своих способностей Потустороннего, один только такой посланник должен быть достаточно силён, чтобы справиться с Потусторонним седьмой, а то и шестой Последовательности…» — в душе Клейна отразилось то же потрясённо-завистливое выражение, какое застыло у него на лице. Он не стал сразу разворачивать письмо, а положил его в карман вместе с Амулетами Сна.

Вскоре экипаж прибыл на Даффодил-стрит. Выходя из кареты, Клейн взглянул на Чезаре. На лице кучера играла улыбка, взгляд был спокоен и расслаблен — он совершенно не заметил ничего необычного.

Клейн ещё раз взглянул на Чезаре Духовным Зрением, едва заметно кивнул и вернулся домой.

Он посмотрел на балкон второго этажа и трубы. После нескольких секунд раздумий он решил сохранить образ джентльмена и не пытаться забраться по трубе обратно в комнату. Что же касается запачканной одежды, завтра он отнесёт её в Охранную компанию «Терновник», чтобы через полицейский департамент её отдали в профессиональную чистку. Так он не шокирует ни горничную Беллу, ни сестру Мелиссу.

Перед тем как выпрыгнуть из окна второго этажа, Клейн снял внутренний запор с входной двери. Теперь, пользуясь тем, что была глубокая ночь, он тихо открыл дверь и ловко пробрался внутрь.

Закрыв и заперев входную дверь, он вздохнул с облегчением. Тихими шагами он поднялся на второй этаж.

Остановившись перед запертой спальней, Клейн спокойно достал карту Таро. Он вставил её в щель двери и слегка потянул, легко сняв специальную блокировку, которую сам же и сконструировал.

Затем он вошёл в комнату, запер дверь и снял одежду, прежде чем окончательно расслабиться.

«Я словно какой-то домушник…» — Клейн рассмеялся и покачал головой. Он достал револьвер и положил его под подушку.

Покончив со всем этим, он зажёг газовую лампу и сел за стол. Клейн вынул письмо и начал серьёзно читать.

«Извини, что ответил только сейчас. Я был занят поисками следов своего прошлого. Я также часто бываю на встречах с бывшими учителями и соучениками, которые затягиваются до поздней ночи.

Прочитав твоё письмо, я наконец понял, что со мной происходило последние два дня. Полиция обыскала каждую комнату гостиницы, где я остановился. А ночью по гостинице кто-то тайно рыскал. Да, речь о человеке с потусторонними способностями.

…Итак, Вице-Адмирал Ураган Квилангос, часто появляющийся в романах и газетах, проник в Баклунд и устроил настоящую резню. Помню, что он разыскивается не только в Королевстве Лоен: он также числится в списках наград Империи Фейсак, Республики Интис и Королевства Фейнапоттер…»

«И сколько же за него дают?» — мысленно поинтересовался Клейн.

Ответа он не получил, потому что Азик уже писал о чём-то другом.

«Ты описывал способности зелья Пастыря, мне они кажутся знакомыми. Наверное, я видел их где-то раньше, но не помню где… Должно быть, это произошло в одной из моих прошлых жизней. Неспособность вспомнить очень расстраивает меня».

«Мистер Азик немного заинтересовался Пастырем. Я могу воспользоваться этим, чтобы попросить его помочь мне. Какое совпадение… Нет! Это не просто совпадение, а закономерность!

Из того, что мистер Азик живёт уже более тысячи лет и, скорее всего, является Потусторонним высокой Последовательности, можно сделать вывод: в прошлых жизнях он наверняка сталкивался с силами многих разных Потусторонних и особенно хорошо запомнил самые своеобразные из них. Иными словами, чувство узнавания у него вызовет не только Пастырь, но и такие Последовательности, как Неомрачённый, Охотник на демонов или Страж…

Очень вероятно, что любой мистический предмет, соответствующий способностям определённой Последовательности, покажется мистеру Азику знакомым и вызовет у него интерес. В этом нет ничего удивительного…»

Клейн сначала засомневался, но потом его озарило. Теперь же сомнений не было.

Он опустил взгляд и продолжил читать письмо.

«Я помню кое-что из ритуалов жертвоприношения, которые тебя заинтересовали. Скорее всего, я был священником в одной из моих последних жизней, раз у меня такие чёткие воспоминания об этом.

Но я должен напомнить и предупредить тебя: при подобных ритуалах нужно быть очень осторожным. Нельзя доверять свою безопасность злым богам или скрытым, таинственным существам. У них нет совести, как у нас.

Кроме того, нужно чётко понимать, что есть добро, а что зло, потому что злые боги и дьяволы часто создают для себя на вид безвредные обличья. По моему мнению, нельзя приносить жертву тому, чьё присутствие ты не осознаёшь в полной мере; иначе жертвенным предметом может стать твоя душа…»

«Проще говоря, злые боги и дьяволы могут принять любую форму и замаскироваться под кого-то надёжного… Напоминает общение в интернете… Под аккаунтом милой цыпочки может оказаться сорокалетний толстый мужик… А иногда бывает такое, что при встречах офлайн узнаёшь: перед тобой кроссдрессер…» — Клейн не стал игнорировать предупреждение мистера Азика только потому, что собирался проводить жертвенный ритуал для самого себя. Он согласно кивнул.

После того как Азик подчеркнул несколько вещей, которых стоит остерегаться, он описал ритуал жертвоприношения, который помнил.

«Во-первых, обустрой алтарь. Выбери символы в зависимости от того, какому божеству или неортодоксальному таинственному существу ты собираешься принести жертву. Используй соответствующие травы и минералы из „Его“ или „Её“ домена. Конечно, можно заранее сделать из них священные масла, мази, благовония и другие предметы…»

«Символ?» — Клейн на мгновение замер. Он понял, что сам — Шут, не принадлежащий этой эпохе, — не знает, какой символ ему соответствует…

Но внезапно в голову ему пришёл сложный символ, который он видел на спинке кресла в мире над Серым Туманом. Он состоял из Глаза без зрачка, олицетворяющего сокрытие, и частично искажённых линий, олицетворяющих перемену.

«Это, должно быть, мой символ, точнее то, что символизирует меня в мире над Серым Туманом. Мой домен гораздо проще: сокрытие, перемены, удача… Всё же я не могу быть стопроцентно уверен, стоит сначала попробовать… Даже если символ неверен, если я правильно произнесу своё почётное имя, цель жертвоприношения не укажет на какую-то другую сущность. Худшее, что может случиться, — это провал ритуала. В этом я уверен…» — подумал Клейн, потирая лист бумаги и обдумывая план действий.

Его взгляд снова сосредоточился на письме:

«Во-вторых, нужно ясно понимать, должно ли жертвоприношение происходить в определённое время. Затем следуй процессу обычного ритуала, пока не произнесёшь почётные имена и заклинания.

Важно помнить, что в заклинании нужно использовать джотунский, драконий, эльфийский или древний гермес. Используя естественную силу этих языков, необходимо установить прямую связь с соответствующей сущностью. Точное заклинание можно составить самому, но в нём обязательно должны быть следующие ключевые слова: „Прошу“, „Заметь“, „Приношу“, „Царство“, „Врата“, „Открой“.

И наконец — нужно использовать материалы, обладающие определённой духовностью, чтобы создать связь с естественными силами заклинания. Это позволит построить туннель, который соединится с вратами Царства, где пребывает соответствующая сущность. Если сущность заинтересуется, твоё жертвоприношение завершится.

Этот шаг не является абсолютно необходимым. Если ты сумеешь очень сильно заинтересовать соответствующую сущность своим жертвоприношением, то она откроет для тебя врата в своё царство сразу после того, как ты закончишь читать заклинание, и по собственной воле образует устойчивый туннель. Конечно, это часто сулит беду и опасность, ведь ортодоксальные и относительно дружественные скрытые боги редко так поступают. Только злые боги и дьяволы готовы напрямую откликнуться тебе ради достижения своих целей».

«Материалы, обладающие духовностью, стоят недёшево… интересно, позволит ли мне простое чтение заклинаний открыть жертвенный туннель, похожий на Врата Призыва? Смогу ли я использовать способности мира над Серым Туманом… Сначала попробую так, а потом уже куплю материалы с духовностью на подпольном рынке, если не получится… Нужны ли Потусторонние ингредиенты? Должно подойти всё, что обладает определённой духовностью, верно?» — Клейн подумал о трёхстах фунтах, что лежат на его анонимном счёте, и о десяти с лишним фунтах накоплений…

Потусторонние материалы не были полностью тем же, что материалы, обладающие духовностью. Например, сердце, которое осталось после Юджина Гуда, было Потусторонним ингредиентом, а чёрные чешуйки — материалом, обладавшим определённой духовностью.

Закончив читать письмо мистера Азика, Клейн потёр пальцы и зажёг духовный огонь. Он сжёг бумагу дотла и выбросил её в мусорное ведро.

Была уже глубокая ночь, и Клейн не спешил пробовать ритуал. Он намеревался сначала составить план и пройтись по всем пунктам, которые нужно учесть, прежде чем приступить к практике.

Он уже давно смутно осознавал свои недостатки: стоило событиям отклониться от заданного маршрута или нахлынуть внезапному озарению, как он начинал видеть только хорошее, а плохого не замечал.

Проще говоря, в порыве он легко мог сам себя довести до смерти… Клейн протянул ладонь и прикрыл лицо.

На следующий день Данн Смит, который уже успел связаться с Уполномоченными Карателями и Сердцем Машины, начал раздавать миссии. Клейн также получил задание: ему поручили расследовать ряд людей, имевших связи с Ланевусом. Но из-за его предложения и политики Ночных Стражей ему не нужно было заниматься теми, с кем он уже встречался ранее.

Разумеется, после обеда Клейн продолжил уроки боевой подготовки. Данн также не назначил его главным следователем.

* * *

Баклунд, Хиллстон. В здании с конюшней и садом.

Квилангос, у которого был характерный широкий подбородок и тёмно-зелёные глаза, посмотрел на лежащего без сознания человека. Он раздел его и надел его одежду.

Затем он неторопливо подошёл к зеркалу и увидел, как чёрная перчатка на его левой руке зашевелилась, точно что-то переваривая, а на её тыльной стороне появилось множество искажённых линий.

Через несколько секунд Квилангоса окутала тонкая вуаль света. Его мышцы, кожа и кости начали претерпевать странную трансформацию.

Некоторое время спустя он превратился в лежавшего на полу человека — полностью совпадая с ним ростом, внешностью и манерой держаться!