По велению тьмы (джен)

После нападения Орочимару прошла неделя. Коноха, привыкшая восставать из пепла, почти залечила видимые раны, но внутри деревни зрело напряжение. В зале совета атмосфера была раскалена до предела.

— Как ты допустил смерть Хирузена, Минато?! — Данзо не скрывал ярости, его единственный глаз горел фанатичным огнем. — Ты бросил пост, оставив деревню без защиты! А теперь из-за твоей халатности наше главное оружие покинуло Лист!

— Моя дочь — не оружие, — ледяным тоном оборвал его Минато. — Что же касается Хирузена-самы... Каждый шиноби сам несет ответственность за свою жизнь. Его противник оказался сильнее, и Третий принял этот бой, зная, на что идет. Он сражался до последнего вздоха, а ты, Данзо, лишь оскверняешь его память этими криками. Кстати, где был твой «Корень» в момент нападения? До меня дошли слухи, что твои люди вели переговоры с Орочимару прямо перед вторжением.

— Да как ты смеешь, мальчишка! — Данзо заметно дернулся, его скулы заходили ходуном. — Слухи — это не доказательства!

— Мне они и не нужны, — Минато равнодушно пожал плечами. — Я не собирался тебя разоблачать. Но если ты настаиваешь, я могу заняться их поиском лично.

Данзо лишь злобно фыркнул и замолчал.

— Нам доложили, что ты покинул деревню из-за того человека в маске, — подал голос один из старейшин.

— Верно. Однако подробности этой миссии вас не касаются.

— Не касаются?! — снова вскинулся Данзо. — Он разрушил четверть деревни двадцать лет назад!

— И снова напрашивается вопрос о полной бесполезности твоего подразделения в тот момент, — Минато обвел присутствующих тяжелым взглядом. — Этот человек крайне опасен. Я буду действовать в одиночку — для вашего же блага. И у меня есть объявление. Уверен, Данзо-сама, эта новость тебя порадует.

В зале воцарилась гробовая тишина. Данзо невольно подался вперед в предвкушении.

— Я покидаю пост Хокаге.

— Что?! Как — покидаешь?! — Старейшины повскакивали со своих мест.

— В качестве рекомендации на пост Пятого я выдвигаю своего учителя, Джирайю. Уверен, вы согласитесь, что он — лучший кандидат, хотя уговорить его будет непросто. Впрочем, мне уже всё равно, кто наденет эту шляпу. Решение за ним.

Минато исчез в золотой вспышке, оставив совет в состоянии немого шока.

Оказавшись дома, он медленно снял плащ Хокаге — символ, который так долго давил ему на плечи — и убрал его в самый дальний угол шкафа. Минато опустился в кресло, уставившись в потолок. Он пытался заставить свой разум замолчать, но в ушах набатом гремел голос Наруто: «Так ты всех детей потеряешь...»

«Надеюсь, я поступил правильно», — подумал он, поднимаясь.

Минато спустился на первый этаж. Там, в гнетущей тишине гостиной, сидели Кушина и Айка.

— Пап, ты вернулся! Как всё прошло в совете? — Айка попыталась улыбнуться, но в её голосе всё равно слышалась тревога.

— Всё в порядке. А где Менма?

— Ушёл на пятый полигон, — ответила Кушина, вытирая руки полотенцем. — Сказал, что Джирайя-сама ждет его для какой-то особой тренировки. Джирайя хочет взять его с собой в путешествие, когда покинет деревню... Я, конечно, не против, чтобы сын стал сильнее, но боюсь, как бы он не набрался от учителя лишнего.

— Для Менмы это отличная возможность, — Минато через силу сохранял спокойствие, стараясь скрыть давящую тяжесть в груди. — Путешествие с Санином закалит его.

Айка внимательно посмотрела на отца.

— Пап... ты обещал. Расскажи мне всё о том, кого ты назвал Наруто.

Кушина вздрогнула. На её глаза мгновенно навернулись слезы, и она поспешно отвернулась.

— Я... пойду проверю ужин. Оставлю вас, — прошептала она и быстро вышла из комнаты.

Минато тяжело опустился на диван рядом с дочерью.

— Хорошо, Айка. Пришло время правды. В ту ночь, когда ты родилась, я запечатал в тебя Кьюби. Но мы не говорили тебе главного: ты была не одна. У тебя был брат-близнец. Мой план состоял в том, чтобы разделить силу Девятихвостого на две части и запечатать их в вас обоих. Это позволило бы избежать лишних жертв и дало деревне защиту.

— Но это было двадцать лет назад! — Айка недоуменно нахмурилась. — Он выглядит на тринадцать, максимум на пятнадцать лет! Как такое возможно? Я ни за что не поверю, что он мой ровесник.

— Я и сам не знаю, почему время почти не коснулось его, — Минато покачал головой. — Но это был он. Твой брат.

— Понятно... — Айка обхватила плечи руками. — Рассказывай дальше.

— Во время ритуала случилось непредвиденное. Вся чакра Лиса устремилась к тебе. Я понял это слишком поздно.

— Значит, он не джинчурики? Но почему тогда он настолько силён? Он развеял мой Расенган одним касанием и даже не почесался от ударной волны!

— За эти двадцать лет враги могли сотворить с ним что угодно, — голос Минато дрогнул. — Сразу после запечатывания появился тот человек в белой маске. Он хотел украсть Хвостатого. Увидев, что зверь уже заперт, он просто схватил Наруто и исчез в вихре пепла.

— Но зачем брать его, если вся чакра Лиса была во мне? — Айка пыталась найти логику в действиях масочника. — Ведь даже остаточная чакра Кьюби...

— В тот момент вас было сложно различить, — перебил её Минато. — Но чакра самого Наруто... его собственная энергия была невероятно плотной. По мощности она не уступала Биджу, а в чем-то даже превосходила её.

— Если в нём не было Лиса, то как такое вообще возможно?

— У меня нет ответа, Айка. Через пять лет я выследил того масочника. Когда я спросил о сыне, он ответил, что Наруто погиб при попытке извлечь Кьюби.

— Чтобы извлечь Биджу, нужно разрушить печать, но раз Кьюби в нём не было... Значит, они использовали какую-то иную технику выкачивания жизни.

— Я тоже так думал все эти годы, — Минато сцепил пальцы в замок. — Но в тот миг на скале... Это точно был он. Я почувствовал это каждой клеткой своего тела.

— Я поняла, — Айка серьезно кивнула. — Но Менме не стоит знать правду. Скорее всего, он тут же бросится на поиски, чтобы вернуть брата домой. Но для Наруто мы — чужие. Я видела его взгляд... Он не убил меня только потому, что я была ему неинтересна. В следующий раз он не пощадит.

— Ты права, для него мы лишь тени из прошлого, — Минато тяжело вздохнул. — Но как отец я не могу просто сидеть на месте, зная, что мой сын жив. Пусть он на стороне врага, пусть он ненавидит меня... я обязан попытаться.

— Я пойду с тобой, пап, — твердо произнесла Айка.

— Что?! Нет, это слишком опасно!

— А вдруг у меня получится его уговорить? — в глазах девушки блеснула надежда. — К тому же, моя помощь тебе не помешает. Я всё-таки джинчурики.

— Думаю, это хорошая идея, — в комнату вошла Кушина, неся поднос с горячим чаем. — Заодно отдохнете от этой бесконечной работы. Ты, Айка, вечно пропадаешь на миссиях, а ты, Минато, совсем зарос в своих бумажках.

— А как же ты, мам? — Айка с беспокойством посмотрела на неё.

— А что со мной? Всё хорошо! — Кушина натянуто улыбнулась, стараясь скрыть тревогу в глазах. — Недавно ко мне подошла одна стеснительная девочка и попросилась в ученицы. Так что скучать мне будет некогда, даттебане!

Спустя три дня, на рассвете, Минато и Айка без лишнего шума покинули Коноху. На этот раз их вела не воля совета или долг перед страной, а призрачная надежда вернуть того, кто давно стал частью тьмы.