Год, которого ещё не бывало | A Year Like None Other (джен)

Пока Римус мирно спал, Гарри взялся за письма Рону и Гермионе. Запечатывать их он не стал — в конце концов, какой смысл, если вдруг Снейп решит их прочитать? Так хотя бы не придется перепечатывать их в новый конверт. Он, правда, больше не просил об этом с самого первого письма Гарри с площади Гриммо, но ведь не каждый вечер Гарри видел, как оживает Тёмная метка, не так ли?

О том, что произошло, Гарри решил не упоминать. Это поставило его в тупик: о чем же написать друзьям? Он не мог рассказать, как хорошо ладит с Снейпом, потому что Рон точно бы посчитал его сумасшедшим, а если письмо окажется в чужих руках, последствия могут быть ужасными. Не стоило также описывать успехи в окклюменции, особенно учитывая, что Снейп теперь был его наставником. И упоминать, что он живет с Римусом в штабе Ордена, тоже не стоило — эта информация должна оставаться в тайне. В конце концов, Гарри рассказал о Сэл, как ему нравится общаться с этой змеей, и поинтересовался, как Рон с Гермионой провели Хэллоуин и как у них идут дела с уроками. Главное — скрыть свое беспокойство.

Гарри действительно переживал. Переживал за Снейпа.

Увидев, что Римус начал ворочаться в постели, Гарри вышел из комнаты. Делать было нечего, и, чтобы отвлечься, приготовил завтрак, которым мог бы гордиться любой домовой эльф. И вообще, готовить оказалось не так уж плохо, особенно когда кто-то есть, кто может оценить твои усилия.

— Нам бы «Пророк» достать, — сказал Гарри, когда Римус спустился в кухню после душа. — Я хочу знать, были ли вчера какие-нибудь нападения Пожирателей.

— Не думаю, что тебе стоит читать об этом, даже если что-то и было, — ответил Римус, накладывая на тарелку оладьи, сосиски и яичницу.

Гарри не собирался сдаваться. Шваркнув вилкой по столу, он рявкнул:

— Римус, я не ребенок! И мне нужно знать, чем занимался Снейп!

Римус отложил вилку, хотя и не с таким шумом.

— Да, ты не ребенок. Но ты и не взрослый, и уж точно не нянька Северусу. Ты должен понимать одно: он делает все, чтобы Орден победил в этой войне. И вчерашнее тоже касалось этого. Так что не тебе его судить, что бы он там ни сделал.

Гарри лишь зарычал:

— Рано или поздно я все равно узнаю. Так что давай просто не будем тянуть и дай мне газету.

— Неужели ты поверишь тому, что пишут в «Пророке»? — попытался успокоить его Римус. — Они хоть раз написали о тебе хоть одну правду?

— Нет, не написали, — пробурчал Гарри, немного успокоившись. — В конце концов, этот «Пророк» — просто рупор Фаджа и его прихлебателей. Но теперь они хоть начали писать о действиях Пожирателей. Это уже что-то.

— Вместо того чтобы тревожиться о том, что происходит под управлением Северуса, лучше потренируйся с палочкой, — предложил Римус.

— Ты знаешь, что эти тренировки бесполезны, — возразил Гарри, отпивая апельсиновый сок. Интересно, Снейп заметит, если виски из бутылки уменьшится? Можно было бы добавить немного в сок, и Римус ничего не заподозрит. Хотя… возможно, и учует — все-таки он оборотень.

— Мне кажется, тебе нужен какой-то толчок, катализатор, — задумчиво произнес Римус. — Я думал, что счастливые воспоминания могут стать таким катализатором.

— Не смогут, — ответил Гарри.

— Я понял, — тихо произнес Римус. — Может, у тебя есть идея, Гарри? Хоть какая-нибудь?

Гарри немного удивился, что Римус все-таки спросил его мнение, и честно задумался, пока ел.

— Гм. Ты ведь знаешь, что все считают способность к парселтангу проявлением темной магии? И мне кажется, что мои сны — это то же самое. Особенно та часть, которая касается меня. Что касается прошлого — оно не так важно. Не знаю, считается ли окклюменция темной магией… может, для меня это так? Снейп говорит, что образ, который помогает мне лучше всего, ассоциируется со смертью и разрушением.

— К чему ты клонишь? — спросил Римус, потягивая чай.

— Не знаю. Просто мне кажется… — Гарри пожал плечами. — Все, что я сейчас умею, может не быть прямо темной магией, но для всех остальных оно точно будет казаться темным. Так что, может, нам стоит заняться чем-то другим?

— Сейчас, мне кажется, нам лучше всего было бы съесть мороженое у Флориана Фортескью, — ответил Римус. — И я это говорю вовсе не потому, что считаю тебя ребенком. Ты просто должен выбраться из этого ужасного дома. Теперь мне понятно, почему Сириус так ненавидел это место.

— Я тоже его ненавижу, — пробормотал Гарри. — Здесь отвратительно. Иногда хочется вообще от него отказаться, хоть Орден и нуждается в этом доме. Интересно, можно ли от него избавиться? Да и считается ли он официально моим, ведь смерть Сириуса вызывает… столько вопросов. Интересно, это где-то упоминается? Ну, в документах?

— Сходи в Министерство магии или спроси у Альбуса. Он должен знать.

— Он опять делает вид, что меня не существует, — заметил Гарри. — Раньше, когда я попадал в больничное крыло, он всегда находил время навестить меня. И мы разговаривали. Но когда я был в Святом Мунго, он даже записки не прислал. С тех пор ни слуху ни духу.

— Северус держит его в курсе, Гарри.

— И ты тоже, зуб даю, — сказал Гарри.

Римус смущенно отвел взгляд.

— Это необходимо.

— Да понимаю я, — неохотно признал Гарри. — Но он бы не умер, если бы сам поинтересовался, как у меня дела. А насчет мороженого… Хорошо бы, но мне лучше не выходить из дома.

— Конечно, — согласился Римус. — Я же не всерьез предложил. А вот что нам еще можно попробовать, чтобы вернуть твою магию… я просто не знаю, Гарри.

— И я тоже, — вздохнул Гарри. — Слушай, давай устроим перерыв. Ты почитай свою книгу про волков или что-нибудь еще, а я попробую разобраться в конспектах, которые прислала Гермиона. Она утверждает, что это наши занятия.

— Никогда бы не подумал, что ты сочтешь учебу отдыхом, — заметил Римус.

— Конечно это отдых — особенно после того, как часами пытаешься наложить какое-нибудь заклинание, а оно не выходит. И послушай, Римус — ты не мог бы не вести себя так, как будто я рассыплюсь на кусочки от любого твоего заклинания? Я же не стеклянный! И меня уже тошнит мыть посуду. Так что, может, наложишь чистящие чары на эту сковородку, а заодно на все остальное?

Римус недовольно поморщился, но все же взмахнул палочкой, наводя порядок на кухне.

Гарри поблагодарил его и поднялся наверх, чтобы изучить хотя бы часть присланных конспектов.

* * *

Снейп пришел через каминную сеть ближе к вечеру, но Гарри не знал об этом, пока его не разбудила чья-то рука.

— Что? — проворчал он, переворачиваясь на спину и ожидая увидеть дружелюбное лицо Римуса. Вместо этого он встретил взгляд человека, которого раньше считал суровым и неприветливым. Теперь, несмотря на все жестокие черты его лица, оно уже не казалось угрожающим — по крайней мере, не для Гарри.

Тем не менее, он не мог избавиться от мысли о том, какую жестокость и угрозу мог совершить этот человек прошлой ночью. Мысль об этом вызывала у него отвращение, но Гарри понимал, что он должен знать правду. Он отвел взгляд, не в силах встретиться с Снейпом глазами, и спросил:

— Э-э… Вы сегодня в порядке?

— Что Вам снилось? — ответил Снейп, избегая вопроса. — Вы кричали как одержимый.

Гарри начал тереть виски, пытаясь вспомнить. Обычно ему не составляло труда вспомнить свои сны, особенно провидческие, ведь он привык к ним. Но, конечно, обычно он не просыпался прямо посреди них.

— Э-э, я не знаю, — наконец ответил он. — Но шрам не болит, так что, наверное, это не так важно.

— Мы с Люпином только что обсуждали ваши сны, мистер Поттер, — ответил Снейп, откидывая мантию и садясь на край смятых простыней. — Мы оба считаем, что они очень важны. Нам предстоит выяснить, насколько именно. Так что подумайте над этим.

Гарри задумался, но это не принесло ему облегчения.

— Может, если бы Вы сказали мне, что именно я кричал, это могло бы помочь, — пробормотал он.

Снейп уставился на него, его тёмные глаза выражали тревогу.

— Я не могу повторить ваши слова или интерпретировать их. Они были на парселтанге.

Теперь уже Гарри посмотрел на него с удивлением.

— Я кричал на парселтанге? Я даже не думал, что это возможно. Нужно же реально шипеть, а шипеть во время крика — это… трудно.

Он замолчал, заметив, что Снейп смотрит на него с выражением, которое тот обычно использовал для особенно глупых заявлений, как он сам называл их, мастер зелий.

— Ладно, простите, я не знаю, — завершил Гарри. — Я не могу вспомнить.

— О чём вы думали, когда засыпали? — продолжил Снейп, его глаза впились в Гарри, как будто он пытался найти ответы в самом его взгляде.

— Эм, в основном о заклинаниях. Я читал конспекты Гермионы.

Первая реакция Снейпа была отвращением, который ясно отразился на его лице. Гарри не был уверен, связано ли это с тем, что он не должен был отвлекаться на такие записи, или с его постоянным презрением к Гермионе.

— А до этого, мистер Поттер? — продолжил Снейп, не отрывая взгляда.

— Мистер Поттер, мистер Поттер! — выпалил Гарри, нервничая не столько из-за имени, сколько из-за того, о чём он думал. — Вы не называли меня Гарри с тех пор, как пришли сюда!

— Поскольку я только что провел урок, это не должно вас удивлять, — сухо ответил Снейп. — А теперь, Гарри, ответьте на мой вопрос. О чём вы думали, прежде чем тратить своё драгоценное время на эти энциклопедии, которые мисс Грейнджер считает обязательными для копирования?

— Ну, если вам так интересно, — вспылил Гарри, — я переживал, что вы будете на той встрече! Это не имело ничего общего с парселтангом!

— Беспокоитесь обо мне, — повторил Снейп, его голос был почти скрытым издевательством. — Гарри, я и раньше выдерживал атаки Тёмного Лорда.

Гарри побледнел, вспомнив свой собственный опыт общения с Волан-де-Мортом. Не задумываясь, он положил руку на рукав Снейпа.

— Круциатус, Вы имеете в виду?

Снейп не оттолкнул его, а наоборот, накрыл руку Гарри своей.

— Я имел в виду легилименцию, — сказал Снейп, — но и с другими чарами я знаком.

Гарри сглотнул, ненавидя саму мысль об этом, но ещё больше ненавидя то, о чём собирался спросить. Но он должен был знать, просто должен был. Римус был прав насчёт двойственности, подумал он. Он доверял Снейпу, по крайней мере, думал, что доверял… или, может быть, это было скорее желание иметь возможность. По-настоящему желание иметь возможность доверится.

Гарри внезапно выдернул руку из-под руки учителя, решив, что не может больше видеть его изо дня в день, постоянно гадая, какие ужасы этот человек совершил на Хэллоуин. Он устал от того, что все скрывают от него секреты, устал от того, что они решают, что ему нужно знать.

— Я беспокоился о вас, потому что не знал, что вы делаете, — пояснил Гарри, вскочив с кровати и расхаживая по комнате в носках. — Волан-де-Морт собрал своих Пожирателей смерти для нападения на магглов? На магглорождённых? На полукровок вроде меня?

— Насколько я помню, вы полукровкой не являетесь. Ваши родители были магами — оба, — ответил Снейп, не меняя выражения лица.

— Да, ну, моя мама была магглорождённой, как Вы прекрасно знаете, так что я тоже не совсем чистокровный, — сухо уточнил Гарри. — А что насчёт прошлой ночи?

Снейп сложил руки на груди и остался сидеть на кровати.

— Всё, что вам нужно знать, было опубликовано в «Пророке».

— Римус не даёт мне копию, — возразил Гарри, чувствуя, как внутри него закипает гнев. — И в любом случае я бы предпочёл услышать это от вас. Было нападение, профессор?

— Да, — ответил Снейп коротко, не делая никакого усилия для дальнейших объяснений.

Гарри перестал расхаживать по комнате.

— Что случилось?

— Что, по-твоему, произошло, идиот? — спросил Снейп мягким тоном, скрывающим жёсткие слова. — У магглорождённых не было ни единого шанса, как и у полукровки-ведьмы, которая пришла им на помощь.

У Гарри застучали зубы.

— Это хотя бы быстро было?

Голос Снейпа стал язвительным.

— Нет, это было не быстро. О чём Вы только думаете? Это никогда не бывает быстро. Неужели Вы действительно хотите услышать все отвратительные подробности?

На самом деле он не хотел этого, но ему хотелось услышать, как Снейп расскажет об этом, чтобы убедиться, что мужчине действительно плохо.

— Ага.

— Вы еще меньший гриффиндорец, чем я думал, — прорычал Снейп. — Вы не хотите цепляться за свои утешительные иллюзии? Верить, что мир — это место, где добро торжествует над злом?

— Нет, — ответил Гарри, а когда стало ясно, что Снейп всё равно ничего не скажет, добавил: — Как, чёрт возьми, я должен победить Волдеморта, если не знаю всего, что нужно знать?

— То, что вы хотите от меня услышать, не поможет вам одолеть его! — резко сказал Снейп, не скрывая своего презрения.

— Позвольте мне самому судить об этом! — возразил Гарри.

— Вам не приходило в голову, — резко прошептал Снейп, — что я не хочу снова описывать эту встречу? Я уже делал это однажды ради Альбуса!

Гарри сердито посмотрел на него.

— Я должен знать. Неужели вы не понимаете?

Снейп сжал кулаки.

— Что ж, пусть так и будет. Если вы не знали, Тёмный Лорд наслаждается пытками, — выплюнул он. — На этот раз это была семья магглорождённых, пытавшихся скрыть свою магию в маггловской деревне в Чешире. Тёмный Лорд сидел на троне, как король, и наблюдал, как Круциатус обрушивался на их сына, примерно твоего возраста, пока тот не принялся вырывать себе волосы вместе с кожей. Родителям тоже пришлось смотреть, а потом они под Империусом пинали его, пока все его рёбра не сломались пополам. Примерно в это время появилась юная ведьма. Не думаю, что она хоть день в жизни училась магии, но не сомневаюсь, что её бы распределили на Гриффиндор. Храбрая и глупая одновременно.

Скривив губы при воспоминании, Снейп ледяным тоном продолжил:

— Её пустили по кругу, как и мать, которую Тёмный Лорд освободил от Империо, чтобы она могла в полной мере осознать весь ужас бесполезной борьбы. Вам действительно нужно знать, что сделали с этими женщинами более пятнадцати разгневанных, мстительных мужчин? Мужчин, которые считают, что только чистокровные являются полноценными людьми? Возможно, вас удовлетворит знание того, что после того, как женщины закричали во весь голос, Тёмный Лорд выпотрошил их обеих! Пока они были живы!

Что-то ужасное и отвратительное поднялось к горлу Гарри. Захлёбываясь, он обеими руками вцепился в живот и заставил себя сглотнуть.

— Достаточно? — Снейп ухмыльнулся, возвышаясь над ним. — Есть ещё кое-что, если вам всё ещё нужно знать всё. Я ещё не рассказал, что случилось с мужчиной или мальчиком в конце, или как легилименция может стать Тёмной магией, если использовать её, чтобы внушать жертвам то, чего они больше всего боятся во всём мире…

— Достаточно, — Гарри наконец обрёл дар речи, чтобы ответить.

— Неужели? — взревел его учитель. — Достаточно того, что я должен быть там, что я должен рассказать об этом Ордену! Я не хочу заново переживать этот опыт ради того, чтобы вас потешить, мистер Поттер!

Гарри так и не понял, откуда у него взялись силы, но он услышал, как задаёт вопрос, который не давал ему покоя с тех пор, как он увидел, как Снейп бросился на зов Волдеморта.

— Что же из всего этого Вы сделали?

Снейп нахмурился, и его лицо стало грозным.

— Какое вам до этого дело?

— Такое! — закричал Гарри, отчаянно желая знать. — Я впустил Вас в свой разум! Я доверял Вам!

— Вы знали, что я притворяюсь его слугой, — последовал холодный ответ Снейпа. — Если сама мысль об этом настолько задевает Вас, зачем же было требовать подробностей того, что произошло во время рейда?

— Ответьте на мой вопрос! Сколько непростительных заклинаний Вы применили? Вы тоже насиловали этих женщин? Это Ваша палочка их убила?

— Ваша наглость не поддаётся пониманию, мистер Поттер, — парировал Снейп, и его голос стал ещё более опасным, потому что он замолчал. — Но я отвечу вам, раз уж вам так не терпится узнать. Нет, нет и ещё раз нет.

Гарри потребовалось мгновение, чтобы сопоставить ответы со своими вопросами, и когда он это сделал, то был полон абсолютного недоверия.

— Ну конечно, — протянул он, возмущённый. — Вы что, хотите, чтобы я подумал, что Вы стояли там столпом добродетели, а Волдеморт даже не заметил? Я знаю, что Вы должны были делать эти отвратительные вещи вместе со всеми остальными!

— Вы ничего не знаете, — заявил Снейп, — но вы всё узнаете. Не потому, что я хочу оправдаться. Мне плевать, что обо мне думает шестнадцатилетний щенок. Мне плевать на ваше доверие, каким бы оно ни было! Но я всё равно покажу вам, что произошло. По одной причине, мистер Поттер.

Наклонившись, он прошипел Гарри в лицо:

— Если Вы достаточно взрослый, чтобы слышать о таких вещах, то Вы достаточно взрослый, чтобы и увидеть их. Я настаиваю на этом.

Полы мантии развевались, когда он развернулся к двери, жестом приглашая Гарри следовать за ним.