Однажды. Том 1. (гет)

Сторибрук, наши дни.

На следующее утро, Беверли укрепила входную дверь лофта, где жили Дана и Мэри Кейт, ради их безопасности, чтобы Нора не смогла вновь проникнуть в их дом и ещё ког-нибудь подставить, или того хуже.

— Готово, такой засов никому не сломать. — сказала Беверли, с улыбкой, бросив взгляд на девушек, держа в руках молоток.

— Да уж, прямо-таки камера пыток, — сказала Дана, скрестив руки на груди.

— Не нравится, средневековый шик. — сказала Беверли, с улыбкой, встретившись с ней глазами, уловив её ухмылку. Девушка непонимающе приподняла бровь.

— Ты бы ещё табличку повесила, «Осторожно, злая собака», — сказала Дана, — К чему всё это? У меня есть пистолет.

— Предосторожность не помешает, — сказала Мэри Кейт, возвращаясь в кухню, она налила себе кофе, — от Норы и её отмычек.

— Не знала, что охотница за головами так ловко может орудовать молотком и рубанком?! — сказала Дана, — Где ты этому научилась?

— Никогда не знаешь что и когда может пригодиться в жизни женщине, что пол жизни живёт одна. — сказала Беверли, с улыбкой, встретившись с ними глазами, — а серьёзно, меня этому отец научил. До того как встретил мою мать, он был простым лесным проводником, да и вообще мастером на все руки, однажды даже смог починить старый мост, что был уничтожен паводком, в одиночку.

— Оу, мне уже пора собираться, — сказала Мэри Кейт, взглянув на часы на руке, она спешно допила свой кофе, поспешив собирать сумку, чтобы пойти на занятия в начальную школу, — не хочу опоздать, сегодня у меня три факультатива.

— Ээм, ты точно хочешь вернуться?! — спросила Дана, подходя к ней, наблюдая за тем, как девушка собирала свою сумку, убирая в неё кисти и акварели.

— Ах, ту что сидела за решёткой первоклашками не напугаешь. — сказала Мэри Кейт, с улыбкой, подняв взгляд на Дану, — но сейчас меня куда более волнуешь ты.

— Я?! — спросила Дана, недоумевая, встретившись с ней глазами, — С чего вдруг?!

— Ну, кое-кто вчера грозился отнять Люси у Норы. — сказала Беверли, собирая свои вещи, находясь в стороне, она ненароком подслушала их, Дана бросила на неё взгляд.

— И это не пустая угроза, найму Ника Бойда и подам на неё в суд. — сказала Дана, — Давно пора,.. улик, доказывающих её причастность к делам моего отца более чем достаточно, документы, что нашла Аманда, то анонимное письмо, что прислали на почту Люси. Стэфан прав, нельзя это ей так оставлять, она должна ответить, за всё. — она бросила немигающий многозначительный взгляд на Мэри Кейт, та поняла о чём она, опустила взгляд.

— Но, ты ведь понимаешь, что если выиграешь... — сказала Мэри Кейт.

— Когда. — поправила её Дана.

— Да, — сказала Мэри Кейт, — когда выиграешь,.. я к тому, что ты к этому готова, быть мамой?

— Да. — уверенно ответила Дана, чуть улыбнувшись, встретившись с ней глазами, — была готова тогда, и сейчас ничего не изменилось. Я больше никому не позволю забрать у меня мою дочь. Никому, и никогда.

Тут до них по рации донёсся едва слышимый голос Люси:

— «Тревога!» «Тревога!»

— Люси, что стряслось? — спросила Дана, взяв в руку рацию, лежащую на стойке рядом с её сумкой.

— Жду в закусочной «У Бабушки», ЧП, дело касается операции «Кобра». — ответила Люси.

— Уже выхожу. — сказала Дана, взяв свою куртку, она вскоре покинула квартиру, направляясь в кафе на встречу с дочерью.

...

На улице по дороге в закусочную её нагоняет Беверли, подслушав их разговор по рации в лофте.

— Дана, постой, — сказала Беверли, нагоняя девушку, она бросает на неё взгляд, но не останавливается.

— Не могу, операция «Кобра» зовёт. — сказала Дана, не сбавляя темп.

— Вы же во всё это не верите, — сказала Беверли, недоумевая, следуя за ней.

— Не верю, но подбираю ключ к сердцу Люси. — сказала Дана.

— Такое открытое противостояние Норе ничего вам не даст, поверьте, — сказала Беверли, поправляя упавшие на лицо тёмно русые волосы, — в борьбе главное перспектива, понимание того, кто и что вам противостоит, по другому тебе точно Нору не одолеть.

— Ну и что ты предлагаешь? — спросила Дана.

— Возьмите отгул, я вас кое-куда свожу. — сказала Беверли.

— Интересно, куда же это?! — спросила Дана, бросив на неё многозначительный взгляд, скрестив руки на груди, чуть ухмыляясь, — Может быть в сказочное путешествие?!

— Если я сейчас тебе скажу, ты не поедешь. — сказала Беверли, с улыбкой, встретившись с ней глазами, Дана, ухмыляясь приподняла брови, уходя вперёд в сторону закусочной, она последовала за девушкой, — Ну, просто доверьтесь мне! — бросила она ей в спину, — Даю честное слово, вы найдёте ответы на все вопросы.

— Я нужна своей дочери, и мне сейчас не до того. — сказала Дана, бросив на неё взгляд, вскоре она направилась в закусочную.

Беверли проводила её мрачным взглядом, отводя взгляд.

...

Закусочная «У Бабушки», чуть позже,..

Люси сидела за столиком рядом со Стэфаном, пролистывая свою книгу сказок, когда в кафе заходит Дана. Найдя глазами знакомые лица парня и дочери, она подходит к ним, устраиваясь рядом за столиком.

— Привет, — сказала Дана, поцеловав Стэфана в щёку, она подсела рядом, — Что за срочность?

— Тшш,. — Люси приложила указательный палец к губам, подняв взгляд на родную маму, попросив её говорить тише, — всё сверхсекретно.

— Если сверхсекретно, почему мы в закусочной, у всех на виду?! — шёпотом спросила Дана.

— Я проголодалась. — сказала Люси, — Кто кроме нас троих знает, что книга хранится в офисе шерифа?

— Да вроде бы никто, а что? — спросила Дана, пожимая плечами.

— Её кое-кто изменил, — сказала Люси, указав им на страницы, что заметно отличались от тех, что уже были в книги, и да на первый взгляд разница не так видна, но если всмотреться, к тому же страницы явно новые, и события описываемые на них сильно разнились от тех, что были в книги изначально, — добавили новую главу, вот, поглядите.

— Как интересно, — сказал Стэфан, бросив взгляд на страницы, догадываясь, кто мог это сделать, та что просила его отдать ей книгу, он задержал взгляд на одной иллюстрации в книге, той, где был изображен город, родной город его знакомой, Эйдиндрил.

— И зачем? Кому это надо? — спросила Дана, пожимая плечами, бросив взгляд на дочь и парня, просматривая книгу.

— Наверное, чтобы предостеречь нас от чего-то, — сказала Люси.

— От чего? — спросила Дана.

— Не знаю, сказка не окончена. — сказала Люси, перелистнув страницу, следующая страница обрывалась на середине.

— То есть, кто-то выкрал книгу, а потом вписал туда сказку, но не окончил её, — сказала Дана, бросив на них немигающий взгляд, Стэфан разумеется догадывался чьих это рук дело, та что забрала книгу, чтобы позже волшебным образом вернуть, чтобы Дана уверовала в чудеса.

— Но вот что странно, эта история об искателе, — сказала Люси, пролистав книгу, остановившись на страницах, где была иллюстрация Столпов Создания, и четверых путников, чьи взгляды были устремлены за горизонт, — все знают, чем там всё закончилось.

— Может, в этом вся причина. — сказала Дана.

— А может, в чём-то ином, — сказала Люси, бросив взгляд на страницу, она изменилась в лице, чувствуя, что грядёт нечто ужасное, она подняла взгляд на своих спутников. — Возможно, он хотел нас предостеречь на счёт заклятья.

— Так, Люси кое-кто уже опаздывает в школу, — сказала Дана, взглянув на часы, — пойдём, посажу тебя на автобус.

Дана вышла из-за столика, Стэфан приблизился к девочке, накрыв её ладонь своей, чувствуя её напряжение.

— Не волнуйся, детка, мы со всем разберёмся, — сказал Стэфан, встретившись с ней глазами, Люси чуть улыбнулась ему, кивнув, уловив его едва заметную улыбку.

....

Много лет назад, Срединные земли.

Завеса восстановлена, Владетель пал и больше не сможет вновь прорваться в мир живых. Ричард и Кэлен теперь могут быть вместе, после всего пережитого, всех испытаний, они доказали, что их любовь настоящая, истинная, и заслужили свой шанс на долгую счастливую жизнь. Зедд был искренне рад за внука и молодую исповедницу, что стала ему почти как дочь. Кара решает на время покинуть компашку, из-за тяжести на сердце, чтобы разобраться в себе и с тем, её ждёт дальше.

— Всё в порядке? — спросил Зедд, подойдя к морд сит, уловив тень тревоги на её лице.

— Да. — сухо ответила Кара, не желая показывать своей слабости, наблюдая за Ричардом и Кэлен, — Я ухожу.

— Что? — не понял Зедд.

— Владетель повержен, завеса вновь крепка как никогда, но жить долго и счастливо, боюсь, это не про меня. — сказала Кара, — Я должна найти свой путь, и он не здесь.

— Что ж, раз ты так решила, уговаривать тебя остаться смысла нет, — сказал Зедд, — ровно как и пытаться удержать волшебной сетью, так?

— Нет. — сказала Кара, чуть улыбнувшись.

— Что ж, тогда удачи тебе, Кара, — сказал Зедд, коснувшись плеча морд сид своей рукой, — надеюсь, ты найдёшь то, что ищешь и может однажды, мы встретимся вновь.

— Ага, — ответила Кара, с улыбкой, встретившись с ними глазами, — спасибо вам, за всё.

Кара упаковала эйджилы в ножны, и вскоре покинула утёс, Ричард с Кэлен бросили взгляды ей в спину.

— Куда она? — спросил Ричард, — Всё нормально?

— Да, Ричард, не волнуйся о ней, это же Кара, — сказала Зедд, — ей нужно время, но не переживайте, уж она-то в обиду себя точно не даст.

Они проводили морт сид взглядами, когда её силуэт скрылся за закатными лучами солнца, и каменистыми валунами скалы, гле они стояли.

...

Эйдиндрил, несколько лет спустя,..

Кэлен заняла своё законное кресло Матери Исповедницы, вернув справедливость и истину в город. Ричард встал рядом с ней, в качестве её законного супруга и нового лорда Рала, магистра Д'Хары. Вместе они восстановили мир на всех трёх территориях, в Срединных землях, Д'Харе и Вестландии, зачистив территорию от последователей Владетеля, гибельных и прочих тварей, вернув их туда, где им место, Преисподнюю. И вскоре, у них родились дети, двое близнецы, мальчик и девочка, Терралин и Дрэфан.

Брат и сестра росли вместе, несмотря на то, какая судьба ждала всех мужчин исповедников, а Дрэфан обладал вдобавок ещё и Даром, что унаследовал по крови своего отца, как и Терралин, впрочем, несмотря на то, что все были враждебно настроены против сына Искателя и Матери Исповедницы, они позаботились о том, чтобы защитить его, и несмотря на предостережения всех, включая ведьму Шоту, сохранили ему жизнь и позволили расти вместе с сестрой, уверовав, что положительное влияние дочери а также их узы, станут сильнее его жажды крови.

Пока однажды,.. несчастье случилось в тот день, когда Эйдиндрил посетили незваные гости, о которых Ричард и Кэлен ничего не слышали со времён войны с богом смерти, сёстры Света, пожелавшие забрать близнецов учится во Дворец Пророков, опасаясь, как бы их мощнейший за три тысячи лет Дар, не стал угрозой всем живым. В тот день Ричард и Кэлен попросили детей уйти, отправив их в город на время визита сестёр, по те решают возникшую проблему.

— Всё равно не понимаю, зачем всё это, мы могли бы помочь, — сказал Дрэфан, гуляя по городу вместе с сестрой, мимо рыночных площадей,местные жители буквально расступались перед ними, кто-то с ужасом, кто-то с благоговением. Многие горожане сторонились и опасались Дрэфана, зная судьбу всех мужчин исповедников, и природу его магического Дара.

Терралин взяла с прилавка пару яблок, оставив старушке торговке пару шиллингов, она надкусила одно.

— Оставь, Дрэфан, хватит, взрослые разберутся, — сказала Терралин, беззаботно улыбаясь, бросив взгляд на брата, — маме с папой не впервой решать сложные споры. Не волнуйся, чего бы не хотели от них эти сёстры Света, они это не получат. Всё будет нормально, наслаждайся выходным, братец, ведь не каждый день нам получается выбраться в город и отдохнуть от постоянной нудной зубрёжки пыльных свитков.

— Хах, и то правда, — сказал Дрэфан, чуть улыбнувшись.

Вскоре они встречают на площади у рынка мальчика, лет десяти, старого друга Терралин, ещё с яслей, Джереми, которого та звала Джимми.

— Джимми, привет! — окликнула его Терралин, помахав ему рукой, с улыбкой, они поравнялись с ним, Джереми поднял на близнецов взгляд никак не ожидая увидеть их сегодня в это время, когда обычно у них были занятия в анклаве Первого Волшебника, что располагался в замке Волшебников.

— Терралин, Дрэфан, привет, — сказал Джереми, помахав им в ответ, чуть улыбнувшись, он заключает подругу в объятия, и пожимает руку её брату, — Что вы тут делаете? Разве у вас сейчас не должно быть занятий?

— К родителям пришли гости из Древнего мира, и их отменили, — сказал Дрэфан.

— Как матушка, Джимми? — спросила Терралин.

— Ей уже лучше, передай волшебнику, его снадобье, что он приготовил, отлично помогает, — сказал Джереми, сжав руку подруги, он чуть улыбнулся, — так что, уже совсем скоро она полностью поправится.

— Обязательно, дедушка будет рад услышать благие вести о госпоже Сандерхолд, — сказала Терралин, просияв широкой белоснежной улыбкой.

— Кстати, раз уж вы сегодня свободны до конца дня, давайте к нам, — сказал Джереми, — мы как раз собирались поиграть в прятки.

— Здорово! — сказала Терралин, загоревшись идеей провести немного времени с ребятами.

— Детский сад, — сказал Дрэфан, закатив глаза.

— Брось, то что мы с тобой обладаем великой силой, совсем не значит, что мы должны забыть про нормальное детство, — сказала Терралин, бросив взгляд на брата, коснувшись его руки своей, — нельзя же всю жизнь просидеть в клетке.

— Я не том, Ти, — сказал Дрэфан, — дело вовсе не в нас, во мне дело. Ты знаешь, как в Эйдиндриле относятся к тому, что среди них спокойно разгуливает исповедник, спокойно и без Рада Хань.

— Пфф, ерунда, — отмахнулась Терралин, с улыбкой, — всё будет нормально, я же буду всё время рядом с тобой, ты никому не сможешь причинить вреда. Идём. — он потянула брата за собой и Джимми, но тот не сдвинулся с места.

— Нет, сестрёнка, пожалуй я всё же пас, но ты если хочешь, иди, — сказал Дрэфан, — то что я изгой в этом городе, не значит, что и ты должна прятаться от мира в башне волшебника, а я пожалуй вернуть в анклав первого волшебника и ещё раз перечитаю «Историю Д'Хары».

— Ни за что! Либо вместе, либо никак! — воскликнула Терралин, — Ты мой брат, и я точно знаю, кто ты и на что способен, и что ты никому не причинишь зла, а остальным придётся принять это и смирится, иначе поверь, мало им не покажется.

— Что ж, ладно тебе, идём уж, — сказал Дрэфан, подняв глаза к небу, заметив наступающие чёрные тучи, когда вдалеке послышался беззвучный едва слышимый гром, он взял сестру под руку, соглашаясь идти с ней, — пока ты кого-нибудь не испепелила, я то знаю, как тебя бросает в ярость от малейшей несправедливости в мире, пусть все видят меня чудовищем, из-за того кто я, но проблемы с самоконтролем тут у тебя.

Терралин улыбнулась ему, схватив брата под руку, повела через площадь на площадку, где собрались остальные ребята.

...

Тем временем, во дворце Исповедниц,..

— Вы не понимаете, если вовремя не взять под контроль их силу, то обладая столь мощным Хань, они когда-нибудь погубят и себя и всех нас! — сказала сестре Феломена, стоя посреди зала приёмов во дворце Исповедниц, — Сёстры света могли бы...

— Они ещё дети и им определённо нечего делать во Дворце Пророков! Я всё сказала! — сказала Кэлен, строго глядя на сестру света, — К тому же им прекрасно с этим помогает Зедд, и сестры Света не вправе распоряжаться судьбами и забирать детей, наделённых Даром, тех, кого взялся обучать волшебник.

— Что ж, очень надеюсь, что вы оба не успеете пожалеть о своём выборе, прежде чем нас настигнет новая трагедия. — сказала сестра Феломена, смерив их недобрым взглядом.

...

Тем временем, на городской площади,..

— Три... четыре... пять... шесть... — считала Терралин, закрыв обеими ладонями глаза, в то время пока остальные дети разбежались кто куда, прячась в укромных местах, разбредаясь по площади. Один из детей убегает далеко, неожиданно поскальзываясь обо что-т под ногами, мальчик падает на каменную дорожку, разбив колено. Вскоре он находит странный продолговатый предмет, времён войны, на нём были изображены странные мистические символы.

— Ребят, — позвал мальчик остальных, подняв с земли предмет, чтобы рассмотреть, — идите сюда, глядите-ка, что нашёл!

— Что там у тебя, Трэвис? — спросила девочка, поравнявшись с ним, бросила изумлённый взгляд на таинственную штуку.

Остальные дети вместе с Терралин, Дрэфаном и Джереми подбежали к ним, конечно же Терралин и Дрэфан узнали таинственный и чертовски опасный предмет в руках мальчика, они о нём читали в древних свитках, да и их родители не раз видели подобное в прошлом. Они больше других осознают всю опасность исходящую от этой штуки и что лучше её не трогать, даже если лет сто тут пролежала.

— Не трогай это! — сказала Терралин, приблизившись к мальчику, она смерила его строгим взглядом своих ярко синих глаз, — Это шептун, крайне опасное оружие, взрываясь, он способен своими криками погубить всё живое в радиусе лиги!

— Моя сестра права, будет лучше его не трогать, и отнести нашим родителям, они знают, что с этим делать, и как его обезвредить. — сказал Дрэфан.

— Твоего мнения никто не спрашивал, исповедник. — сказал Трэвис, зло посмотрев на Дрэфана, слово исповедник он почти что выплюнул.

— Нет! Они правы, пусть лучше Мать Исповедница и Искатель этим занимаются, это их работа, если в этой штуке сосредоточена угроза, они должны знать, они с этим уже сталкивались задолго до рождения всех нас, и знают как с этим бороться. — сказал Джереми.

— Пфф, если эта штука осталась с тех стародавних времён, — сказал Трэвис фривольно крутя шептун в руке, — это не более, чем просто мусор, и вовсе не опасен. Оп! — он ловко подь=бросил шептун в воздух, на секунду заставив всех детей замереть от ужаса.

— Ах! — они дёрнулись в сторону в испуге прикрыв глаза.

— Ха! Вы просто жалкие трусы! — сказал Трэвис, насмехаясь над ним, самоуверенно бросив цилиндр.

— А ты самодовольный болван! — парировала Терралин, до боли сжав кулаки, отчего костяшки её ладоней побелели, в глазах читался гнев. Дрэфан обратил внимание воздух стал более плотным, а небо потемнело, казалось вот вот пойдёт дождь, вдали послышался гром, и потемневшее небо прорезала молния.

— «Ох, это не к добру», — подумал про себя Дрэфан, глядя на небосвод, затем на сестру, что сцепилась с мальчишкой Трэвисом, заметив ярость в её синих глазах, он подошёл к ней, коснувшись рукой её плеча, — Ти, не стоит.

Терралин подняла на него немигающий взгляд.

— Не стоит уподобляться ему, — сказал Дрэфан, накрыв её ладонь в своей, чувствуя как она дрожала, Дрэфан приблизился к Трэвису, — Хватит! Игра окончена! Все по домам!

Дети испуганно осмотрелись по сторонам, погода заметно испортилась, вдалеке слышались раскаты грома, на каменную кладку падали первые капли дождя.

— И что ты мне сделаешь, исповедник, — сказал Трэвис, встретившись с ним глазами, усмехаясь, — если я не уйду?!

— Не стоит недооценивать меня. — сказал Дрэфан, глядя на него стальным холодным взглядом, — Ты, друг мой, даже не представляешь, на что я способен.

— Мы. Не. Друзья. — процедил Трэвис, сверля его взглядом.

В эту секунду Дрэфан с силой вломил мальчишке по лицу, тот отлетел в сторону, падая и ударяясь затылком о стоящую рядом телегу. В глазах Дрэфана был огонь ярости, его взгляд был кроваво красным, диким, жестоким.

— Ещё раз. — сказал он, подходя к нему.

— Пошёл ты, выродок. — выругался мальчик, подняв на него холодный взгляд, полный презрения, вытерев следы крови со рта.

Вскоре всё стало ещё хуже, ветер стал сильнее, поднимая ураган, что валил телеги, горожане попрятались в домах, запирая ставни на окнах, улица вскоре опустела, когда на ней остались лишь Терралин, Джереми, Дрэфан и Трэвис. Джереми коснулся руки подруги, сжав её пальцы, чувствуя её тревогу и беспокойство за брата. Дрэфан приблизился к мальчишке, в один миг схватил его за шею, глядя своими кроваво красными глазами в его карие, послышался беззвучный гром, небосвод рассекла яркая молния. Глаза мальчика заслонила тёмная всепоглощающая пелена.

— Приказывай, исповедник. — произнёс Трэвис, тут же упав ниц перед Дрэфаном, и в следующий миг Дрэфан вонзает в живот мальчишки свой охотничий нож, спрятанный в его рукаве. С губ Трэвиса стекла струйка алой крови и вскоре он упал замертво к ногам своего господина. Дрэфан вытел кровь с кинжала, убрав его в свой сапог.

— Дрэфан, что... ты сделал?! — спросила Терралин, не понимая, она подошла к брату, голос её дрожал.

— То, что должен был, — сказал Дрэфан, спокойно глядя на сестру, — его самонадеянность чуть нас всех всех не убила.

— Да, но... это не выход, брат! Вспомни, чему нас учили, — сказала Терралин, — мы должны управлять своими эмоциями! Нельзя исповедовать всех, кто с тобой не согласен, Дрэфан, это неправильно, лишать кого-то его воли.

— Я сделал, что должен был. — повторил Дрэфан, сухо глядя на неё, ни один мускул ни дрогнул на его лице, — То, что рано или поздно делают все мужчины исповедники. Такого наша природа, ничего не поделаешь. Я тот, кто я есть.

— Нет! Ты вовсе не такой! — парировал Терралин, схватив брата за руку, по щекам текли слёзы, — Ты не убийца, ты мой брат!

— Твоя вера в меня впечатляет, сестрёнка, — сказал Дрэфан, встретившись с ней глазами, — но ты ошибаешься во мне. Оно во мне, всегда, эта жажда. И есть только один способ остановить меня, сестра, и ты его знаешь!

В этот момент он взмахнул рукой, подняв сестру над землёй силой телекинеза, он откинул её назад. Терралин падает, ударяясь спиной о каменную брусчатку.

— Терралин! — с ужасе крикнул Джереми, бросаясь к подруге, он помог ей подняться, — Ты в порядке?

Она кивнула, ухватившись рукой о его руку, поднялась на ноги, подняла немигающий взгляд в сторону брата.

— Я не стану с тобой драться, брат! — сказал Терралин, прожигая его взглядом, держась за Джереми.

— Тогда умри! — сказал Дрэфан, в голосе читалась злость, нет, не злость, ярость. Глаза налитые кровью были пустыми, губы искривились в усмешке. Он направил в сторону сестры молнии, что ударили о землю под ноги Терралин и Джереми, заставив их отскочить в сторону.

— Терралин, — сказал Джереми, касаясь плеча подруги, когда заметил, как её взгляд изменился, стал жёстче, она также призвала Кон-Дар, девочку затрясло в треморе, глаза также налились кровью, она закричала, призвав молнии, что рассекли потемневшее небо.

— ААРГХ!! — выпалила она, повернув взгляд своих кроваво красных глаз в сторону брата, — Что ж, если уж и драться, то на равных, братец!

Она взмахнула руками, призывая молнии, разрезав ими небеса, послышался гром. Горожане спешно закрывали ставни, прячась по домам, чувствуя пришествие чего-то нехорошего. Близнецы поднялись над землёй, скрещивая голубые и красные молнии, вызванные их Ханом. С улиц слышались крики ужаса и тревоги, нарастала паника. Солнце почти не было видно за тёмными тучами.

— Что там происходит?! — спросила Кэлен, подходя к окнам во дворце Исповедниц, выглянув наружу, на улицах был полный хаос, но что послужило его началом?! Попытка выяснить свои отношения между близнецами наделёнными огромным могуществом и властью.

— Мать Исповедница! Магистр Рал! Нужна помощь! — сказал Джереми, прибегая во дворец Исповедниц, он был крайне напуган и встревожен, — Терралин и Дрэфан,.. они...

Ричард и Кэлен предчувствуя беду, тут же выскочили из дворца, чтобы успокоить детей, вразумить их, но им оставалось лишь наблюдать.

— Что и требовалось доказать! — сказала сестра Феломена, наблюдая со своими сёстрами за происходящим, поймав на себе неодобрительные взгляды Ричарда и Кэлен, — без должного контроля эти двое скоро убьют друг друга, а заодно и всех тех, кто рискнёт приблизится к ним сейчас.

— Последний шанс, Дрэфан, прекрати это безумие! — сказала Терралин, отбиваясь от его молний, — Пока никто не пострадал!

— Только после того, как ты признаешь правду, сестра, — сказал Дрэфан, — скажи, тебе это не надоело, вечно спасть меня! Разве ты сама не устала! Ты сама знаешь, я тот, кто я есть, и лучше убей меня сейчас, пока есть такая возможность, иначе, гарантирую, я уничтожу всё, что ты так любишь! И начну с мальчишки поварёнка, по которому ты сходишь с ума!.. Ты неисправима, сестрица, вечно пытаешься всех контролировать, всех спасти, но ради чего?! Сама знаешь, что всех спасти не получится, кто-то всё равно умрёт, или сгинет в Небытии,.. так не проще дать себе волю, взгляни, ты чувствуешь это? Силу! Вдвоём мы способны генерировать просто невероятную мощь, можешь двигать планеты, изменять судьбу,.. мы станем править этим миром, сестра!

— С великой силой, приходит и ответственность, брат, — сказала Терралин, — не нам решать, кому какой выпадет жребий, мы не Создатель!

— Нужно что-то делать, пока они не поубивали друг друга! — сказала Кэлен, в её сердце закралась тревога и беспокойство, когда она наблюдала за охваченными Кон Даром детьми, её детьми.

В это время на площади появился Зедд, бросив встревоженный взгляд в сторону детей, пытающихся выяснить свои отношения.

— Можешь что-нибудь сделать, Зедд? — спросил Ричард, бросив взгляд на деда.

— Боюсь, что сейчас кроме них самих, им никто не в силах помочь. — сказал Зедд.

Дети опустились к земле, переводя дыхание. Погода не улучшилась. Терралин в одно движение своего телекинеза, вырывает из ножен отца его меч Истины, сжав его в руках, меч в тот же миг загорелся ярким красным светом, напитавшись яростью юной исповедницы.

— Ааргх! — воскликнула она, поймав голубую молнию мечом, что держала в руках, она пронзила брата холодным немигающим взглядом, направляя меч в его сторону.

— Глупости, сестрица, ты ведь не убьёшь меня, — сказал Дрэфан, усмехаясь, глядя в её красные от ярости глаза, — Тебе просто не хватит на это духу, кишка у тебя тонка.

— Ты сам сказал, брат, что выбора у меня нет. — сказала Терралин, смерив брата холодным взглядом, — Я обязана, тебя убить, пока твоя ярость не погубила нас всех! А!

В следующие пару секунд она бросилась на него, сжимая в руках меч, чувствуя клокочущую силу внутри себя, невероятную ярость, Кон Дар.

— Терралин, нет! — выпалила Кэлин, желая броситься между ними, не в силах наблюдать за тем, как её дети убивают друг друга, но Ричард не дал ей этого сделать, удержав её, схватил за руку, прижал к себе ближе.

Он знал, она сама должна остановиться. И в эту же секунду, когда Терралин была совсем близко, меч упирается прямо в грудь Дрэфана, в миллиметре от его сердца, едва его касаясь. Терралин замирает, когда её ярость в миг проходит, её отпускает. Кроваво красные глаза вновь приобретают нежно бирюзовый оттенок.

— Хах! Я так и знал, ты слабая, сестрица. — сказал Дрэфан, усмехаясь, глядя на неё, — В этом ты вся, никогда не доводишь дело до конца, ты попросту неспособна принимать тяжёлое решение, даже во имя спасения тех, кто тебе дорог. Но знаешь что, я не ты.

В один миг он с силой дёрнул сестру за руку, притянув к себе ближе, в тот момент когда меч Истины был направлен на его грудь, прямо в сердце, и тут же он пронзает его грудную клетку насквозь, словно мясо на вертел, словно он сам этого и желал,.. чтобы Терралин убила его, собственно ручно.

— Нет,.. брат, нет, — чуть слышно произнесла Терралин, по её щекам текли слёзы, с губ Дрэфана стекла алая струйка крови, вскоре он замертво упал на влажную от дождя площадь. Терралин опускается над ним, закрывая его рану своими руками, пытаясь остановить кровь, даже зная, что это тщетно, бессмысленно да и попросту глупо. — Нет! Дрэфан! Зачем? Почему?!

— Потому что... так нужно... — сказал Дрэфан, сжав руку сестры в своей, глядя в её голубые глаза, он оставляет ей своё ожерелье из звериного клыка, — Я люблю тебя, сестра, я знал, что из нас двоих останется лишь один, и это должна быть именно ты. Просто поверь, у тебя есть предназначение, невероятное предназначение, и твоя жизнь стоит много больше моей.

— Что?! — не поняла Терралин, — О чём ты, я не совсем понимаю?

По щекам Кэлен стекали слёзы, которые сливались с каплями дождя. Ричард прижал супругу к себе ближе, приобнимая её за плечи.

С помощью телекинеза, Дрэфан вырывает из руки сестры Феломены, стоящей чуть поодаль от Ричарда с Кэлен, её дакру, уловив её возмущение во взгляде, он передал дакру сестре.

— Вот, возьми, — сказал Дрэфан, — нельзя, чтобы мой Дар ушёл в никуда, просто канул, когда я отправлюсь в подземный мир. Ты должна забрать мою силу себе, тогда я всегда прибуду с тобой. Все мои знания, воспоминания, умения, прибудут с тобой. Твоя жизнь много важнее, чем моя, сестра, тебе предначертано сделать нечто большее, именно тебе. Ты должна пообещать мне лишь одно, живи. Любой ценой, кого бы тебе не пришлось убить или предать, или солгать, ты должна выжить. Дай слово.

— Даю. — чуть ли всхлипывая ответила Терралин, сквозь слёзы, сглатывая их, она сжимала его ладонь в своей, — Да прибудет с тобой Создатель, брат мой, — она крепче сжала в руке дакру, и надавила сильнее на его грудь, когда тут же из неё хлынул на площадь яркий почти ослепляющий свет, что проходил внутрь тела Терралин, сливаясь с её Хань, заставив всех зажмурится от слепящего в глаза света.

Когда свет померк, на площади лежали без сознания двое детей, в луже крови, правда один из них был мёртв. Тучи вскоре расступились, уступая место первым лучам солнца.

...

Спустя несколько дней,..

Терралин просыпается в своей постели в комнате во дворце Исповедниц в Эйдиндриле, казалось произошедшее было лишь дурным сном, кошмаром, о котором она даже не желала вспоминать. Голова её разрывалась от эха голосов, криков. Она поднялась с постели, накинув на плечи шаль, она не чувствовала в себе никаких новых изменений, всё было как обычно, солнце как и прежде палило своими яркими лучами ей в лицо, через распахнутые служанками шторы. Она старалась вспомнить, были ли события той ночи правдой, или же кошмаром, о котором вообще не думать. Осторожно она направилась к дверям, выходя в коридор на поиски родителей.

Она шла по холодному каменному полу, устланному мрамором, только сейчас заметив, что она босая, в коридорах стояла мёртвая тишина, даже слуг не было, и стражи, что должны нести вахту почти всегда. Открыв двери в зал приёмов, полагая, что мама как обычно занята, принимая у себя членов совета, или разбираясь с мелкими проблемами и спорами местных горожан. Она осторожно прошла внутрь, боясь потревожить их, оборвав тишину скрипом дверного косяка.

— Терралин, — сказала Кэлен, заметив дочь, она бросилась к ней, окинув её тревожным взглядом, — Почему ты не в постели? Разве лекари разрешили тебе уже встать?

— Мам, что тут происходит? — спросила Терралин, ничего не понимая, поймав беспокойный взгляд матери.

— А ты разве не помнишь?! — спросила Кэлен, девочка отрицательно замотала головой, чувствуя как вновь разболелась голова, потёрла руками виски́, — Неважно,.. может оно и к лучшему.

— Мам, скажи, что случилось? — спросила Терралин, — И где Дрэфан?

Кэлен опустилась перед дочерью, так чтобы их глаза были на одном уровне, она взяла её руки в свои.

— Я не стану тебе лгать, милая, — сказала Кэлен, изменившись в лице, по её щекам текли слёзы.

— Ты бы и не смогла, — сказала Терралин, чуть улыбнувшись, сжав её руки в своих, в тот же миг всё поняла, считав её боль и... скорбь, отпечатавшие в синих глазах матери, — Ты не сможешь лгать исповеднице.

— Точно. — сказала Кэлен, встретившись с ней глазами, накрыв одну её руку своей.

— Так, что происходит? — спросила Терралин, уже зная ответ, она до последнего не хотела верить в ужасную явь, и боялась услышать слова матери, что прозвучали бы словно приговор. Кэлен заключает дочь в объятия, чувствуя её страх, и беспокойство, по щекам текли слёзы. Ричард подошёл к ним, обнимая обеих. Терралин бросила взгляд через плечо мамы, увидев в центре зала гроб, увешанный цветами, в окружении членов совета, рядом стоял Зедд, зажигая свечи.

— Нет! НЕЕТ! — воскликнула девочка, тут же всё вспомнив, нет это точно был не сон, его правда больше нет, он погиб, и это её вина, по щекам девочки текли слёзы, она сильнее прижималась к родителям, не в силах больше сдерживать боль, — Нет! Невозможно,.. я не... это не... я убила его?!

— Нет, нет, родная, это была не ты,.. ты не виновата, — сказала Кэлен, пытаясь утешить и успокоить дочь, которая уже не сдерживала рыданий, — Ты ни в чём не виновата.

— Я... я убила... это моя вина. — повторяла Терралин, сквозь слёзы, — но я этого не хотела,..

— Это была не ты. — сказал Ричард, спокойно, бросив взгляд на плачущую дочь, — Тебя охватил Кон Дар. Ты не могла это контролировать.

Терралин вновь упала в объятия матери, не прекращая плакать, кто бы что не говорил, как бы они не пытались её успокоить, она знала, что сделала, она знала, что её Дар опасен для дорогих ей людей, и знала, что больше не хочет никому навредить и потому должна сделать то, что считала верным, исчезнуть, навсегда. Пока она рядом с ними, она угроза, она должна найти управу на свой Дар, или вовсе избавится от него, только тогда она вновь сможет без опаски обнять близких.

...

Поздняя ночь того же дня,..

Терралин собрала рюкзак, запихав в него самое нужное, кое-какие вещи, и провиант на дорогу, неизвестно сколько времени могут занять её поиски, но здесь она оставаться больше может, по крайней мере, пока не найдёт управу на свою силу.

Она набросила на плечо рюкзак, ещё раз окинув взглядом комнату, в которой жила чуть больше десяти лет, освещённую лишь парой тройкой свечей у письменного стола. По её щеке скатилась слеза. Девочка оставила на столе письмо, для своих родителей, запечатанное сургучевой печатью и тихо вышла в коридор, который как ни странно до сих пор пустовал, ни патрулей, ни служанок, но может оно и хорошо.

Девочка тихо прошла по коридорам, стараясь ни шуметь, чтобы никого не разбудить, к главным воротам, где заметила спящих на посту часовых, закатила глаза.

— Хм, надо будет сказать маме, чтобы наняла новую стражу на ворота, эти явно халтурят, спят на посту. — подумала девочка, чуть улыбнувшись.

— Сбегаешь среди ночи?! — сказал Джереми, нагоняя её, — Что, и даже не попрощаешься?

— Джимми, ты знаешь я не могу остаться, — сказала Терралин, шёпотом, — по крайней мере сейчас, я опасна для тех, кто мне дорог, и должна уйти, пока ещё кто-то не пострадал от моей руки.

— Мне жаль твоего брата, Ти, — сказал Джереми, — но в том нет твоей вины. Я тебя знаю, ты никому не причинишь вреда.

— А вот я в себе не так уверена, — сказала Терралин, опустив мрачный взгляд, полный печали.

— И куда ты пойдёшь? — спросил Джереми.

— Не знаю,.. куда-то, — сказала Терралин, пожимая плечами, — главное подальше от Эйдиндрила.

— Я с тобой. — сказал Джереми, с улыбкой.

— Нет, это лишь мой путь, — сказала Терралин, — и я не вправе...

— А я не смогу тебя отпустить одну неизвестно куда, — сказал Джереми, — ведь мы лучшие друзья, а если что случиться, да меня совесть съест. Мы с тобой повязаны, куда ты, туда и я, и дорога у нас одна на двоих. Матушка поймёт..

— Спасибо, Джимми, — сказала Терралин, чуть улыбнувшись ему, она заключила друга в объятия. Он крепче прижимает подругу к себе.

....

Наши дни.

Гостиница «У Бабушки», некоторое время спустя,..

Беверли сидела в своём номере у стола, погружённая в свои мысли, касаясь пальцами металлического ошейника Рада Хань, за которым гонялась почти несколько лет, с того дня как решила покинуть родной дом, она размышляла о своей жизни, о прошлом, тоскуя по родным. Наконец она достала свой мобильный, набирая номер Ника Бойда, чтобы просить его о помощи. На том конце провода послышались гудки.

— Ник, надо встретиться,.. с Даной, всё не так просто, как мне казалось. — сказала Беверли, — Мгм, — она отключилась, сняв со спинки стула свою куртку, она коснулась рукой камня на своём ожерелье, что носила на шее, на секунду прикрыв глаза.

Вскоре она покинула свой номер, направляясь в антикварную лавку, на встречу с Ником Бойдом.

...

Начальная школа Сторибрука, в это же время,..

Мэри Кейт возвращается к преподаванию, да уж, и давно же она не брала в руки кисть. Она чуть улыбнулась, наблюдая за играющими во дворе школы детьми, разных возрастов, из разных классов, когда один из мальчишек пнул в её сторону мяч, что откатился прямо женщине под ноги.

— Не подкинете мяч! — крикнул мальчик, бросив улыбчивый взгляд на женщину, она улыбнулась в ответ, подняв мяч, передала его мальчонке, потрепав его по волосам, — Спасибо, мисс Олсен.

— Не за что, малыш, — сказал Мэри Кейт, с улыбкой, проводив того взглядом, наблюдая за игрой.

— Мисс Олсен, — позвала её Нора, тихо подойдя сзади, отчего девушка аж вздрогнула от неожиданности и испуга, бросив взгляд на женщину, — вернулись к детям?

— Да, как замечательно, что всё наконец закончилось. — сказала Мэри Кейт, одарив её широкой улыбкой.

— Люси забыла свой обед, вы её не видели? — спросила Нора, оглядываясь по сторонам в поисках дочери.

— Видела, — сказала Мэри Кейт, ровно, поправив свою сумку на плече, — с матерью.

— Мисс Олсен, какие-то проблемы? — спросила Нора.

— Уже нет, — сказала Мэри Кейт, — хотя кое-кто очень постарался обставить всё так, будто бы я убийца, но не вышло.

— Да, — сказала Нора, ухмыляясь, — Сидни Гласс, он уже за решёткой.

— Речь не о Сидни. — сказала Мэри Кейт, смерив её многозначительным взглядом.

— Спросите подругу, он признался. — сказала Нора.

— Ну, разумеется, — сказала Мэри Кейт, глядя на неё немигающим взглядом, скрестив руки на груди.

— Вы на что-то намекаете? — спросила Нора.

— Не намекаю, говорю прямо, — сказала Мэри Кейт, — и я вас прощаю, хоть вы никогда и не признаетесь в содеянном. Всё равно я вас прощаю. Сколько безысходного одиночества должно быть в вашей душе, чтобы черпать радость в загубленном счастье других. Мне вас жаль, госпожа мэр, но на чужом несчастье счастья не построишь, они лишь оставят огромную брешь в вашем сердце. А вот и Люси.

Девушка ушла на занятия, чтобы успеть ещё подготовиться к первому уроку, Нора проводила её немигающим взглядом, изменившись в лице.

— Что ты тут делаешь? — сухо спросила Люси, поравнявшись с приёмной матерью.

— Кхм, ты забыла дома свой обед, — сказала Нора, чуть улыбнувшись, отдав ей её ланч бокс, Люси неохотно его забрала.

— Ээм, спасибо, — сказала Люси, — но не стоило, я бы поела в столовой.

— Люси, надо что-то делать. — сказала Нора, устраиваясь вместе с дочерью на скамейке во дворе школы, — Мне кажется тебе больше не стоит заниматься живописью.

— Почему? — спросила Люси, бросив на неё многозначительный взгляд, — Это от того, что ты подставила мисс Олсен?

— Люси! — сказала Нора, встретившись с ней глазами, — По твоему я способна на такое вот чёрное дело?

— Разумеется. — сказала Люси, — Ведь ты Злая Королева.

— Довольно! — отрезала Нора, строго глядя на девочку, — Не путай реальность со сказками, мистер Скотт зря отдал тебе ту книгу, и пусть скажет спасибо, что я его за это не прибила.

— А ты только попробуй! — воскликнула Люси, подскочив со скамейки, срываясь на крик, — Попробуй тронуть хоть кого-то их них! Попытайся! Всё равно у тебя ничего не выйдет! Марисса всё равно найдёт своё счастье, они с принцем будут вместе, заклятье падёт и добро победит! А тебя ждёт печальный финал. — она оттолкнула её, — А уроки живописи я бросать не собираюсь!

Люси смерила её холодным взглядом, полном безразличия и презрения и направилась в класс на первый урок. Нора проводила её взглядом, изменившись в лице.

...

Лавка Бойда, чуть позже,..

Беверли заходит в антикварную лавку ростовщика, замерев на пороге, когда увидела рядом с Ником мужчину, с чёрными как ночь волосами, собранными сзади в тугой хвост, у прилавка.

— Оу, мисс Джеймс, сейчас освобожусь, — сказал Ник, заметив Беверли в дверях, он чуть ухмыльнулся ей, — впрочем поинтересуюсь, как один любитель древностей, другого, стоит ли отдать в починку эти вот часы?

Беверли приблизилась к ним, на минуту встретившись взглядами с мужчиной, в котором она узнала своего дядю, который как впрочем и все в этом городе ничего не помнит, попав под действие заклятья, что перенесло всех в этот мир, оказавшись не в том месте, не в то время. Она замерла, изменившись в лице.

— Молчание, как знак подтверждения, — сказал Ник, поймав её взгляд, ухмыляясь, наблюдая за ними.

— Честно скажу, заказов сейчас много, — сказал Марк, осматривая старые часы с кукушкой, — а я работаю в одиночку, и сейчас вдвое сильнее, поскольку моя жена решила вернуться, но как будет свободное время, я обязательно ими займусь.

— Буду вам признателен. — сказал Ник, улыбаясь, Беверли отвела взгляд, но прислушивалась к их разговору.

Марк забрал с собой старинный часы с кукушкой, направляясь к дверям, он сталкивается в проходе с Беверли, девушка чуть отступила назад, на секунду их взгляды встретились.

— Здравствуйте, — сказал Марк, чуть улыбнувшись ей, она слабо кивнула ему.

— Ага, — ответила лишь девушка, провожая его взглядом.

— Первая встреча с дядей за всё время, что вы в Сторибруке, верно?! — спросил Ник, проследив за её взглядом.

— Простите!? — сказала Беверли, бросив немигающий взгляд на Ника, не понимая о чём он, или делая вид.

— Бросьте, вы исповедницы может и хорошо распознаёте ложь, но врать не умеете, — сказал Ник, — На мой взгляд, даже немного странно, та что так отчаянно рвётся к родным, боится встречи с дядей. Вам есть что терять?

— Это моё дело. — сказала Беверли.

— Оу, что ж, ладно, — сказал Ник, — поговорим о нашем. Вы утверждали, что только вам под силу внушить мисс Стивенс веру, убедить её выполнить её, скажем так миссию, однако для той, кто так отчаянно стремится спасти своих близких, вы не больно-таки стараетесь.

— Дело не во мне, в ней. — сказала Беверли, — Всё, что её заботит, как добиться опекунства над дочерью.

— То есть цель шерифа Стивенс нужно слегка подкорректировать, — сказал Ник, подняв на неё взгляд.

— Она придёт к вам, как к адвокату, — сказала Беверли.

— И я должен перенаправить её к вам. — догадался Ник.

— Я смогу её убедить, поверьте. -сказала Беверли, встретившись с ним глазами.

— Хах! Простите, — сказал Ник, усмехаясь, — просто зная вашу подноготную, вам поверит не каждый. Но так уж и быть, перенаправить не составит труда. — он бросил на неё взгляд, скрываясь в подсобке.

...

Некоторое время спустя,..

— Моя дочь должна быть со мной, а не с Норой! — сказала Дана, придя в антикварную лавку к Нику Бойду, просить помощи в борьбе за дочь.

— Благородно, спорить не стану, — сказал Ник, не глядя на неё, — однако я за это дело не возьмусь.

— Что?! — не поняла Дана, последовав за ним, — Она зло во плоти!

— Всё это не доказуемо, — сказал Ник, — а учитывая влиятельность мэра, судебная тяжба может быть долгой, изматывающей и тщетной. Могу гарантировать одно, Люси придётся несладко. Зачем мучить девчушку!?

— Значит, пусть живёт с этой социопаткой! — сказала Дана, с силой ударив кулаком по стеклянному прилавку, отчего на стекле образовались трещины.

— Простите, шериф, — сказал Ник, — я своё решение принял.

— Так измените! — сказала Дана, настаивая на своём, прожигая Бойда стальным взглядом, её синие глаза излучали огонь, — Вы единственный в Сторибруке, кто может выиграть схватку с Норой!

— Потому что просчитываю все риски, — сказал Ник.

— Так в чём же сейчас дело?! — не поняла Дана.

— Простите, я не тот человек,который поможет вам одолеть мисс Миллс, — сказал Ник, встретившись с ней глазами, поймав её испепеляющий немигающий взгляд.

— Да, вы не тот. — сухо ответила Дана, смерив его холодным стальным взглядом, и вскоре покинула его лавку.

...

Некоторое время спустя, Дана с неистовой яростью колотила двери гостиничного номера Беверли Джеймс. Девушка открывает её, пока она не сломала дверь.

— Дана?! — сказала Беверли, встретившись с ней глазами, она чуть улыбнулась, увидев её на пороге, не сказать что она её ждала, это ничего не сказать, но она постаралась сделать как можно более непринуждённый вид, приглашая её к себе в номер, — Проходи.

— Привет. — сказала Дана.

— Спокойно, — сказала Беверли, чувствуя её гнев, — Что-то случилось?

— Нет, — сказала Дана, — просто, я снова почти зашла в тупик.

— Почти?! — спросила Беверли, скрестив руки на груди, глядя ей в глаза.

— Ты говорила, что в борьбе с Норой главное перспектива, — сказала Дана, встретившись с ней глазами, — а можно поподробнее.

...

Тем временем, Дэвид как закончил свою смену в приюте для животных, когда видит у обочины заглохший приус мэра. Мужчина подошёл к женщине, переходя через улицу.

— Что, сломалась? — спросил Дэвид, Нора подняла на него взгляд, стоя у раскрытого капота машины.

— Не заводиться, — сказала Нора, — полный багажник продуктов и... пожалуй, не самый мой удачный день.

— Так, посмотрим, — сказал Дэвид, подкрутив что-то в радиаторе, он прошёл в салон машины, пробуя завести двигатель, тщетно, — аккумулятор сел.

— Что?! — не поняла Нора, подходя выбившиеся от ветра волосы с лица.

— Троса у меня нет, — сказал Дэвид, — но могу подбросить вас домой на своей, — он махнул ей в сторону стоящего у обочины с противоположной стороны у вет клиники пикапа.

— Оу, нет, нет, я... я не хочу вас утруждать. — сказала Нора, отказываясь.

— Бросьте, — сказал Дэвид, — не то у вас будет полный багажник растаявшего мороженого.

— Хах, ну да, — сказала Нора, широко улыбаясь, отводя взгляд, она последовала за ним в сторону его машины.

...

Особняк мэра,некоторое время спустя,..

— Спасибо, вы мой рыцарь в сверкающей броне, — сказала Нора, когда они шли по аллее к её дому, Дэвид чуть усмехается.

— Скорее в трикотаже, — сказал Дэвид, с улыбкой, помогая ей донести пакеты с покупками до дома, — но всегда пожалуйста.

— Хах! — Нора улыбается ему в ответ, задержавшись на крыльце, она бросила взгляд на мужчину, — А, оставайтесь на ужин, нам с Люси столько не съесть, и... у нас в меню лазанья.

— Да нет, поздно уже, а завтра мне надо рано вставать на работу, — сказал Дэвид, со всей деликатностью пытаясь ей отказать.

— Понятно. — сказала Нора, но в голосе чувствовалось разочарование, но она старалась не подавать вида, скрывая печаль за широкой улыбкой. Женщина открывает дверь своим ключом, проходя в дом, Дэвид прошёл за ней, помогая ей с пакетами, — Пакеты можно оставить вон там, — сказала Нора, указав ему на столик в углу гостиной, она прошла в комнату, увидев на столе в столовой письмо, она изменилась в лице, заметно мрачнея.

— От кого это? — спросил Дэвид, заметив её мрачное выражение лица, она была явно чем-то расстроена.

— Люси,.. решила сегодня поужинать с няней после занятий, не дома. — сказала Нора, убрав письмо, она подняла взгляд на мужчину.

— Мне жаль. — сказал Дэвид.

— В последнее время она готова быть где угодно, лишь бы не со мной, — сказала Нора, — но я наверное напрасно гружу вас своими проблемами, тем более что вы и так мне сегодня очень помогли. Спасибо.

Дэвид улыбается ей, прощаясь, направился к дверям, собираясь вернуться к машине, чтобы ехать домой, но внезапно у двери он останавливается, от чего-то ему стало жаль Нору, он бросил взгляд на женщину.

— А впрочем, я обожаю лазанью. — сказал Дэвид, возвращаясь в гостиную, решив ненадолго задержаться, Нора подняла на него удивлённый взгляд, чуть улыбнулась, встретившись с ним глазами.

....

Годами ранее.

Иной мир, зачарованное королевство, несколько лет спустя, незадолго до тёмного заклятия,..

С холма вылетела стрела, попадая в тушу пробегающего мимо оленя. Молодая охотница появилась на утёсе, сбросив капюшон своего тёмно синего плаща, улыбаясь. Уже много лет она скрывалась в лесах соседнего королевства, далеко от родного дома, выживая в одиночку и скрывая ото всех свою истинную сущность, что причиняет вред людям, в особенности тем, кто ей близок и дорог. Она сжала в руке медальон, на секунду прикрыв глаза, вспомнив о брате, и об обещании, что дала ему в день, когда его не стало, выжить любой ценой, но правда в чём именно заключалось её великое предназначение, она так и не разобралась за годы своих скитаний по мирам.

Она вынула стрелу из тела оленя, услышав шорох среди ветвей, эхо нескольких голосов. Она последовала на шум, притаившись за деревьями, увидела возле огромного дерева пожилого мужчину и мальчика едва ли старше её брата в день его гибели, в стороне ото всех под деревьями отдыхала под солнцем чёрная волчица кайот, принявшая облик молодой девушки.

— Злая Королева пойдёт на всё, чтобы разрушить счастье Мариссы и принца, — сказала фея, — мы должны пойти на всё, чтобы разрушить заклятье.

— «Заклятье?!» — подумала Терралин, ничего не понимая, подслушав их из своего укрытия.

— Какой исполин! — восхищённо сказал старик, окинув взглядом огромное дерево рядом с которым они стояли.

— Последнее волшебное древо во всём королевстве, — сказала фея.

— Вот увидишь, я сделаю из него шкаф редкой красоты. — сказал Джеремайя, коснувшись рукой ствола дерева.

— В древе достаточно магии, чтобы уберечь от заклятия друх человек, — сказала фея, — до того как грянет беда, ещё до рождения дочери, Марисса и принц должны войти в этот шкаф и перенестись за три девять земель, в страну без волшебства, где согласно пророчествам и родиться принцесса...

Терралин отвела взгляд, изменившись в лице, она заметно напряглась, вспоминая слова пророчества, из Дворца Пророков, что ей довелось прочесть:

— «В чёрный час, когда свет накроет тьмой, на землю явится ребёнок, отмеченный Создателем, и станет она Светом и надеждой тех, кто давно её потерял. А когда ей исполнится двадцать четыре, она найдёт тот город, что скрыт волшебством, ей откроется Истина и тогда начнётся Последняя битва. И то что было потеряно, вновь станет найдено.»

Она бросила взгляд на старика и фею на поляне у волшебного дерева.

— И когда той исполнится двадцать четыре, она бросит вызов Злой Королеве и одолеет её. — сказала фея, — Понимаешь теперь, сколь высока твоя задача?!

— «А та, что защищает Истину, встанет перед нелёгким выбором, и если ей достанет сил, станет той, кто направит дитя к её предназначению.» — продолжила она, вспоминая слова пророчества, когда наконец до неё доходит смысл слов Дрэфана, она коснулась медальона на своей шее.

— «Ты знал это?.. Потому пошёл на жертву, чтобы я могла исполнить свой долг.. — подумала она, по её щеке вновь скатилась одинокая слеза, воспоминания по прежнему ранили ей сердце, — И я сделаю то, что должна, чтобы оправдать твою жертву, брат мой!»

— Я смастерю вам этот шкаф, — сказал Джеремайя, — но при одном условии. Мой внук, Стэфан, займёт второе место в нём. — Старик приобнял мальчика за плечи, бросив строгий взгляд на фею.

— Нашёл время для торга, глупый старик, когда всё королевство может погибнуть! — сказала Анна, вмешиваясь, вставая на пути Джеремайи, с укором глядя на него.

— Не хочу потерять внука, — сказал Джеремайя, опустив взгляд, — дочь Мариссы сможет вырасти и без отца.

— Джеремайя, подумай, какой пример ты подаёшь внуку, — сказала Анна, в отчаянии сжав его руку, он тут же отдёрнул её ладонь, отстраняясь.

— Оу, пусть ты и изменила свой облик. но не тебе указывать мне как поступать! — сказал Джеремайя, зло глядя на неё.

— Пойми, я лишь... хочу помочь. — сказала Анна.

— Помочь?! Как ты моей дочери помогла! — воскликнул Джеремайя, срываясь на крик, заставив Анну замереть от чувства вины, она отступила, — То, что ты сделала не искупить! Так, хотя бы теперь постарайся не лезть! Поняла меня!

Анна отступила назад, опустив взгляд, полный вины и сожалений.

— Да. — ответила Анна.

— Хорошо, — сказал Джеремайя, он позвал Стэфана, — Эй, малыш, иди ко мне. — Стэфан подбежал к деду, улыбаясь, тот поднял его на руки, — Стэфан пойдёт вторым, или шкафа не будет.

— А что я скажу принцу и Мариссе? — спросила фея.

— Что магических сил шкафа хватит лишь на защиту одного. — сказал Джеремайя, бросив взгляд с феи на внука, — Договорились, или нет?!

Фея изменилась в лице, отводя взгляд. Терралин поймала её мрачное выражение лица, полное безысходности и отчаяния. Она изменилась в лице, понимая, что не может этого допустить и должна вмешаться.

...

Королевский дворец, некоторое время спустя,..

Терралин накинула плащ, и проникла в замок, желая встретиться с королевской четой.

— Я должна говорить с Мариссой и принцем. — сказала она, сталкиваясь у ворот с королевскими рыцарями, заслонившими ей проход.

— Не велено никого пускать. — сказал страж ровно, не глядя на неё.

— Я друг, — сказала Терралин, настаивая на своём, — и настаиваю на встрече, это важно. Это касается будущего их дочери и всего королевства.

— Мне жаль, у меня приказ. — сказал страж, закрывая ей проход копьём.

— Ну что ж, видит меня Создатель, я хотела по хорошему, — сказала Терралин, закатив глаза, она в следующий миг вырывает у него копьё в одно движение ударяет им стражника, пнув между рёбер, — Я сказала, что это важно. — она отбросила копьё в сторону, поспешив во дворец.

...

Зал совета, в это же время,..

— Волшебное древо в виде лодки или шкафа отразит любое заклятье, — сказала Голубая фея, обращаясь к совету, она перевела взгляд на сидящего напротив старика, — Джеремайя, тебе такое по силам?

— Нам с мальцом по силам и не такое, — сказал Джеремайя, улыбаясь, потрепав внука по макушке. Мальчик чуть улыбнулся, подняв взгляд на деда, сидя под столом.

— Мы спасёмся, главное верить, — сказала Голубая фея, — правда есть одна загвоздка, чары волшебного дерева сильны, но не безграничны, оно может защитить лишь кого-то одного.

Марисса и принц переглянулись друг с другом, мрачнея, предрекая тяжёлый выбор и скорую разлуку.

В это время Терралин замерла в проходе у входа в зал совета, поймав взгляды всех присутствующих, видя их отчаяние в глазах, поняла, что опоздала, чёртов стражник, чтоб его, она тихо выругалась, спрятавшись за массивными дверьми, чтобы её не заметили, изменилась в лице, опустив мрачный взгляд.

— Придётся сделать выбор, — сказала Голубая, с сожалением опустила взгляд. Джеремайя приобнял Стэфана за плечи, мальчик поднял взгляд на деда, но вскоре заметил в дверях фигуру, наблюдающую за ними через щель, на секунду встретившись с ней глазами. Она знала, что тоже должна сделать выбор, как когда-то её брат, чтобы исполнить предназначение.

....

Наши дни.

Вскоре, Беверли отвозит Дану за пределы города, девушка устроилась позади знакомой на её мотоцикле. Беверли решила устроить ей небольшую экскурсию в прошлое, чтобы убедить её в правдивости своих слов и в существование заклятия, чтобы она поверила и спасла их.

— Беверли, скажи, куда мы едем? — спросила Дана, когда они остановились на светофоре, — и как это поможет мне прижать Нору?

— Да так, в одно местечко, — сказала Беверли, встретившись с ней глазами, она широко улыбнулась, — где я расскажу вам одну историю.

— Чью историю? — спросила Дана.

— Мою. — ответила Беверли, когда вновь загорелся зелёный сигнал, она завела мотор и поехала дальше, пересекая городскую черту. Дана крепче уцепилась за девушку, чтобы не свалиться с мотоцикла.

...

Особняк мэра, в это же время,..

Дэвид остался на ужин у Норы, пробуя её новый рецепт лазаньи. Нора улыбается, наблюдая за ним, она допивает бокал красного вина.

— Как лазанья? — спросила Нора, нарушая тишину меж ними, которая стала почти неловкой.

— Ничего вкуснее не едал. — ответил Дэвид, с улыбкой, подняв на женщину взгляд, — Да, вы умеете творить чудеса. Теперь помою посуду.

Дэвид вышел из-за стола,собирая грязные тарелки со стола, собираясь идти в кухню, но Нора его останавливает, чувствуя заметную неловкость, смутилась.

— О, ну что вы, Дэвид, — сказала Нора, запротестовав.

— Нет, нет, хоть как-то поучаствую, — сказал Дэвид, не принимая её возражений.

— Ох, мало того, что вы меня эвакуировали, так теперь ещё посуду помоете, — сказала Нора, смущённо отводя взгляд, — это уже слишком.

— Бросьте, последние недели стали для меня испытанием на прочность, — сказал Дэвид, направляясь вместе с тарелками в кухню, Нора последовала за ним, не упуская из рук бокал с вином, — и вы всегда были рядом.

— А как иначе, — сказала Нора, подходя к нему, — я ведь за вас отвечаю,.. раз уж вы мой... найдёныш.

— Знаете, а я ведь до сих пор не знаю, как всё случилось, — сказал Дэвид, закончив с посудой, вытер руки о лежащее рядом на столешнице полотенце.

— Что случилось? — спросила Нора, не совсем его понимая.

— То, как вы меня нашли, — сказал Дэвид, поясняя, Нора широко улыбнулась, поправляя волосы, упавшие на лицо.

— А кроме меня этого никто и не знает, — сказала Нора, с улыбкой, она поймала его улыбку, — Хах!.. Я работала до поздна, ночь выдалась холодной, минус десять наверное, а по дороге домой я вспомнила, что телефон остался в офисе, помню подумала, ну и пусть, не так уж он мне и нужен, но что-то заставило меня развернуться и поехать обратно.

— А, где вы меня увидели? — спросил Дэвид, подавшись к ней.

— На обочине дороги, без сознания, — сказала Нора, — холодного, как лёд. Врачи сказали, ещё минут десять, и вас было бы не спасти. Удивительно, согласитесь, не забудь я телефон, меня бы на той дороге... не оказалось.

— Да, будто бы само провидение привело вас ко мне, — сказал Дэвид, встретившись с ней глазами.

Нора подалась ближе, на секунду поддавшись своим чувствам, или всему виной было выпитое спиртное, она потянулась к Дэвиду, чтобы поцеловать его, когда он внезапно отстраняется, чувствуя ещё большую неловкость.

— Простите, я... вы меня не так поняли, — сказал Дэвид.

— Нет, — сказала Нора, отводя смущённый взгляд, она чувствовала себя ещё более неловко, — Вы простите, поддалась минутному порыву.

— Прошу вас, не извиняйтесь, просто мы... — сказал Дэвид, — Пусть всё останется, как есть.

Она чуть заметно кивнула, улыбнувшись ему.

Дэвид направился к выходу, собираясь домой, забрав с крючка в прихожей свою куртку. Нора последовала за ним, проглотив обиду.

— Спасибо за ужин, — сказал Дэвид, прощаясь с ней у дверей, вскоре он покинул дом мэра, оставляя её.

Нора проводила его взглядом, сжав в руке бокал, она допила оставшееся вино, и в следующую секунду, обронив взгляд на своё отражение в зеркале, она со всей силы запустила бокал в зеркало, разбивая его на осколки.

....

Годами ранее,

Ночь заклятья, тёмный туман начал подступать к окрестностям королевства, накрывая всё на своём пути, леса, ближайшие селения, дороги, приближаясь в сторону замка. В это же время ко дворцу также приближался кортеж Злой королевы, колдунья была намерена расправится с единственной, кто могла разрушить её чары, лишив тем самым всех их последней надежды на спасение.

Терралин находилась в городе, недалеко от королевского дворца, купив несколько яблок у старушки торговки в небольшой лавке на рыночной площади.

— Благодарю, — сказала она, одарив старушку приветливой улыбкой, она улыбнулась ей в ответ, в это же время юная исповедница слышит приближающийся грохот колёс кареты, и топот лошадиных копыт, десятки, даже сотни чёрных рыцарей королевы Нериссы шли в сторону замка Мариссы и принца, приближаясь к стенам города, стража у ворот начала бить тревогу, ударяя в колокола, предупреждая всех о наступлении, но армия это пол беды, огромная тёмно фиолетовая туча клубящейся магии медленно надвигалась на город и дворец, накрывая собою окрестности Зачарованного леса. До ушей девушки донесли крики с башен дворца, боевой предупреждающий клич часовых:

— Началось! Проклятие!! — гно со всей силы ударил в колокол уведомляя рыцарей к полной боевой готовности.

В это же время у Мариссы отходят воды, и она вот вот родит, из окон королевских покоев донёсся крик:

— ААА!!

— Скорее, мэм, найдите укрытие, — сказала Терралин, бросив беспокойный взгляд на старушку у прилавка с овощами и фруктами, — Предупредите всех, чтобы не выходили из домов. Скорее! Кажется надвигается..

Старушка кивнула ей, тут же закрыв лавку, горожане также поспешили спрятаться по домам, запирая все окна и двери. Она потянулась к кинжалу в своём сапоге, бросившись в сторону дворца, чтобы успеть предупредить Мариссу и принцу о прибытии рыцарей королевы Нериссы и о заклятии. Старушка вняла совету девушки, поспешив как и остальные спрятаться в доме, и пусть от наступающего заклятия это их не спасёт, зато убережёт от клинков чёрных рыцарей, что прорвались в город, направляясь в замок, уничтожая всё и всех на своём пути.

...

Терралин бежала в сторону королевского дворца, по пути отбиваясь от чёрных рыцарей королевы Нериссы, что преследовали её, пытаясь прорваться к замку, откуда доносились крики Мариссы, что рожала раньше срока, и план спасения подлежал корректировке, в этот раз она успеет вовремя, расскажет им правду и защитит Мариссу, принца и будущую Спасительницу, несущую Свет.

— Сделай же что-нибудь, — сказал принц, находясь рядом с любимой, он сжимал её руку в своей, — Хорошо, шкаф почти закончен, потерпи.

— ААРГХ! — вскрикнула Марисса.

...

Тем временем, в покои принцессы, где находились Джеремайя с внуком, влетает через распахнутое окно Голубая фея, тоже встревоженная происходящим снаружи хаосом.

— Обстоятельства изменились, — сказала фея.

— В каком смысле?! — не понял Джеремайя, подняв взгляд на фею.

— Марисса родит раньше срока, — сказала фея, — принцесса вот вот появится на свет, Стэфан должен остаться, ведь без мамы малышка пропадёт! Кто её защитит там, в мире без волшебства?! Кто наставит на истинный путь? Расскажет о её предназначении? Кто, как ни родная мать!

— Но у нас уговор! — сказал Джеремайя, коснувшись рукой плеча внука, бросив многозначительный взгляд на фею.

— Сейчас не до споров, проклятие вот вот грянет, — сказала фея, — мне надо возвращаться к феям, чтобы успеть подготовится. Передай Мариссе всё, что я вам сказала, наша судьба в её руках! Только она может нас всех спасти!

— А мой внук, — сказал Джеремайя, бросив беспокойный взгляд, полный отчаяния на фею, — что станется с ним?

— Нам остаётся лишь верить, что однажды мы все вновь обретём тех, кто нам дорог. — сказала фея, улетая прочь, оставила их.

Джеремайя отошёл в сторону, терзаясь смешанными чувствами, не зная что делать, он должен принять непростое решение, сделать выбор. Он опустил взгляд в пол.

— Скажем Мариссе? — спросил Стэфан, нарушая тишину в комнате, стоя позади него.

— Нет, — ответил Джеремайя, решительно, бросив взгляд на мальчика, — Полезай в шкаф, малыш.

— Джеремайя, одумайся, — сказала Анна, нарушая молчание, бросив на старика взгляд, — фея правду сказала, Спасительница без матери пропадёт!

— Нет, она пропадёт без защитника, который укажет ей путь. — парировал Джеремайя, бросив взгляд на внука, — а им станет мой внук.

— Не понял,.. — сказал Стэфан, глядя на деда немигающим взглядом, — но фея сказала...

— Неважно, что она сказала, важно, чтобы ты уцелел. — сказал Джеремайя, встречаясь с ним глазами, коснувшись руками его плеч.

— Но ты сам учил меня быть честным, — сказал Стэфан, — никогда не лгать.

— Порой, мой мальчик, ради спасения тех кто нам дорог, приходится лгать. — сказал Джеремайя, опустившись перед внуком на колени, так чтобы их взгляды были на уровне, глядя в глаза, — Заботься о малышке, там на чужбине, оберегай её.

— Я не хочу туда, — сказал Стэфан, — я хочу остаться с тобой!

Мальчик прильнул к деду, заключая того в объятия. Анна отвела взгляд, почуяв что-то, или скорее кого-то. Все её волчьи инстинкты напряглись, волосы встали дыбом на затылке, она бросила настороженный взгляд в дверной проём.

— Стэфан, вспомни, что сказала Голубая фея, пройдёт двадцать четыре года, и принцесса нас всех спасёт. — сказал Джеремайя, — Обещай, что не бросишь её, что внушишь ей веру и мы снова будем вместе.

— Даю слово. — ответил Стэфан, встретившись с ним глазами, мальчик кивнул.

— Вот и славно, — сказал Джеремайя, подходя к волшебному древу, он открыл дверцы шкафа, чтобы отправить через него внука, правда не тут-то было, в эту же секунду, едва он коснулся дверцы волшебного шкафа в комнату буквально влетает незнакомка в чёрных одеждах убитого ею рыцаря, скрывая своё лицо под маской, она в секунду перерезала глотки двоим чёрным рыцарям, что последовали за ней, не давая им ступить за порог покоев новорожденной принцессы, Терралин в секунду преодолевает расстояние между ней и стариком, в миг захлопывая двери портала.

— Не сегодня. — сказала она, прожигая старика стальным взглядом своих лазурных синих глаз, она схватила того за шею и старик упал перед ней на колени, послышался беззвучный гром, взгляд старика накрыла тёмная пелена. Он не мог отвести взгляда от больших синих глаз незнакомки. Вдали послышались раскаты грома, и молнии разрезали небосвод.

— Кто ты такая?! — в ужасе спросила Анна, прижимая к себе Стэфана, глядя на незнакомку.

— Приказывай, исповедница. — произнёс старик Джеремайя, глядя невидящим взглядом на девушку.

— Стэфан не займёт место в том шкафу, — решительно сказала Терралин, — Сейчас мы пойдём в покои, где сейчас находятся Марисса и принц, и Марисса с дочерью пройдут через портал сами.

— Да, госпожа. — ответил Джеремайя.

— И ты скажешь им всю правду. — сказала Терралин ровно.

Старик кивнул, не смелясь возразить ей.

Но когда они бросились к дверям, в коридоре к ним прорвались чёрные рыцари, окружая их, это засада. Джеремайя бросился защищать свою госпожу, Терралин сжала в руках кинжалы, Анна скинула свой плащ, что сдерживал её трансформацию, обратившись оборотнем койотом, и бросилась на рыцарей. Стражник рубанул по ней мечом, откидывая в сторону, словно весила не больше пёрышка.

— Аргх!!

— Анна! — крикнул Стэфан, в ужасе пятясь назад, наблюдая как подруга истекала кровью из раны в боку, в это же миг Джеремайя бросился на меч, что другой рыцарь королевы Нериссы поднял против Терралин, в тот же миг оказавшись насажанным на него же, старик замертво падает на каменный пол, — Дедушка!

Терралин отбивалась от атак наступающих на неё чёрных рыцарей, наводнивших дворец, словно тараканы, только вот эти чертовски живучие ребята, никак не хотят умирать, или быть может даже наоборот.

— Зараза,.. вот же гадство,.. планы меняются, — сказала Терралин, заметив что рыцари отрезали им все пути отхода, она тут же схватила Стэфана за руку, повела в сторону портала, желая таким способом защитить его от клинков, — Ты уходишь.

— Но, как же... — сказал Стэфан, ничего не понимая, глядя на неё немигающим взглядом, — Мне казалось, ты...

— Не волнуйся, Дана не будет одна в том мире, — сказала Терралин, встретившись с ним глазами, толкая его в шкаф, — Я найду тебя, позже. Держи. — она вложила ему в руку ожерелье в виде драконьего клыка, на шнурке, улыбнулась ему, накрыв его ладонь своей, — помни последние слова своего деда. Он быть может и малодушен был, но всё же он любил тебя, больше жизни. — она целует мальчика в лоб, — может мы встретимся вновь.

Она закрывает ставни волшебного шкафа, отправляя мальчика в иной мир, мир без волшебства.

В эту секунду в покои прорываются квот чёрных рыцарей, видимо подмога, тех, что уже валялись на полу без признаков жизни. Она бросила на них взгляд, крепче сжав в руках кинжалы. Её глаза горели огнём.

— Что ж, потанцуем, — сказала Терралин, бросившись на рыцарей, в пляске смерти разрубая их на части. Она вонзала кинжалы в их тела, резала гортань,рыцари нескончаемым потоком наступали на неё, и тут же падали замертво к её ногам. Кровь лилась бесконечным ручьём, забрызгав ей одежду и попав на лицо, — О, класс, — она закатила глаза, окинув свой видок, но заострять внимание не стала, не было времени, нужно было торопится.

Прорываясь через многочисленные орды квота чёрных рыцарей, Терралин бросилась в сторону башни, где располагались покои Мариссы и принца.

Мгновение, все крики исчезли, в коридорах стояла мёртвая тишина, которую прорезал внезапный плач младенца. Терралин шла по коридорам, сжимая в руках кинжалы, оглядываясь, нет ли за углом засады, она направлялась в сторону покоев, дорога была устлана трупами, причём не только стражников, что до последнего бились, защищая принца и Мариссу, но и мирных граждан, прислуги, что просто оказалась не в том месте, не в то время. Терралин передёрнуло от отвращения, она отвела взгляд. Чёрные рыцари оккупировали весь замок, в поисках принцессы, и исповедница боялась опоздать.

На пути к покоям, она убивает ещё двоих чёрных рыцарей, метнув им в спины свои кинжалы, когда те падают замертво на каменный пол, она сталкивается с принцем, держащим на руках младенца, завёрнутого в одеяльце, а в другой руке он сжимал свой меч, которым отбивался от рыцарей королевы Нериссы, с плеча стекала кровь.

— Вперёд! Я задержу квот! — бросила им Терралин, на мгновение встретившись с принцем глазами, он кивнул ей и поспешил в сторону покоев, где находился волшебный шкаф портал, что должен был уберечь спасти его новорождённую дочь.

Терралин взяла на себя оставшихся чёрных рыцарей, что словно речной поток хлынули из всех щелей, окружая её.

Она хватает одного из них, также как с Джеремайей, в одночасье теряя сознание, она падает на каменный пол, чувствуя острую слабость в всём теле, все-таки она может хоть в тысячу раз быть самой могущественной исповедницей, но даже она не может так часто использовать свой Дар. Исповеданный ею рыцарь атакует своих же, нападая на них с мечом на перевес, защищая жизнь своей госпожи, остальные недоумевали отчего он вдруг ни с того ни с сего пошёл против них, но недолго, вскоре рыцарь погибает, пронзённый мечом. Чёрный рыцарь поднимает меч над головой исповедницы, с ухмылкой приблизившись к ней, чтобы нанести ей фатальный удар.

Терралин кажется смирившись с судьбой, на секунду прикрыла глаза, когда неожиданно нависшего над ней рыцаря пронзает мечом в спину, прорезая грудную клетку насквозь. Рыцарь падает замертво в метре от девушки.

— Ты в порядке? — спросил принц, протянув ей свою ладонь, чтобы помочь подняться, она кивнула, подметив, что с ним больше не было ребёнка, видимо положив малышку в шкаф, принц решил вернуться, чтобы спасти её, благородно, но глупо, рисковать ради незнакомки, но она не скрывала своей благодарности, чуть заметно улыбнувшись.

— Где малышка? — спросила Терралин.

— В безопасности, — сказал принц, еле дыша, он был тяжело ранен, и едва мог стоять на ногах, — надеюсь.

— ты ранен, — сказала Терралин, придерживая его своей рукой, когда он в конец ослаб, и чуть не упал, девушка замечает кровь не только из пореза на плече, его рубаха была вся в крови, он держался за окровавленный бок, зажимая колотою рану, девушка накрыла его руку, испачканную в крови своей, встретившись с ним глазами, — и ты всё равно решил рискнуть и вернуться, чтобы спасти меня?!

— Ерунда, бывает, это так царапина, — сказал принц, чуть улыбнувшись ей, — и я не мог поступить иначе.

— Спасибо. — сказала Терралин, улыбнувшись ему в ответ.

— Ааргх!, — принц уже едва мог стоять на ногах, исповедница его удержала, не давая упасть.

— Держись, ещё есть надежда, — сказала Терралин, достав из кармана плаща волшебное зёрнышко, она показала его принцу, — мы ещё можем спастись, найдём Мариссу и уйдём все вместе, а после разыщем вашу дочь.

— Нет! Не успеем,.. — сказал принц, — боюсь, что я так долго не протяну, да и вообще могу не пережить переход,.. лучше оставь меня, стражница, спасай себя.

— Нет! — выпалила девушка, по её щекам текли слёзы, — Ведь ты не бросил меня, а я не могу бросить тебя сейчас! Давай, идём же,.. ну!

— Нет, ничего не выйдет, ты должна уходить, — сказал принц, сжав её ладонь в своей, — ступай, найди её, обещай, что защитишь мою дочь. — его рука упала, разжав ослабевшие пальцы, он отключился на руках девушки.

— Дэвид! — сказала Терралин, сквозь слёзы, что текли ручьём по щекам, она прошептала, — даю слово.

Вдалеке послышались голоса чёрных рыцарей, что бежали в её сторону.

— Сюда! Она там!

Терралин сжала в руке волшебное зёрнышко, прикрыв глаза, с ресниц упали последние слезинки.Она бросает боб в сторону, открывая волшебный вихревой портал.

— Где девчонка? — спросил один из рыцарей королевы Нериссы, застигнув исповедницу у портала, за миг до того, как она успела сбежать.

— Там, где королеве до неё не добраться. — сказала Терралин, ухмыляясь, она бросилась в портал.

— За ней! — скомандовал рыцарь двум другим, что стояли чуть поодаль, — Нельзя дать ей уйти! — они бросились за исповедницей в вихревой портал, который вскоре закрывается за ними, а сам он тем временем бросился в сторону покоев принцессы, к волшебному шкафу.

.....

Наши дни.

Дана вместе с Беверли ехали вдоль дороги, уже заметно стемнело, над небосводом поднялась полная луна.

Беверли останавливает мотоцикл недалеко от придорожной закусочной, у обочины шоссе. Дана слезла с мотоцикла, осматривая место, куда привезла её Беверли, слегка опешив.

— Ну и что это?! — не поняла Дана, бросив взгляд на Беверли, уловив её спокойную ухмылку.

— Придорожное кафе, — сказала Беверли, слезая с мотоцикла.

— Могу я узнать, что это ещё за очередной сказочный сюжет, и зачем мы здесь? — спросила Дана.

— А не понятно, — сказала Беверли, встретившись с ней глазами, она достала из кармана старую газетную вырезку двадцати четырёхлетней давности, показав её Дане, — Вы здесь уже бывали. В это кафе вас принесли, когда нашли в лесу младенцем.

— Ну, прочла статью обо мне, и что дальше?! — сказала Дана, пожимая плечами, — А твоя-то история тут причём?

— Так и есть, это моя история, — сказала Беверли, сжимая в руке газетную вырезку, — и ваша тоже.

— Не поняла?! — сказала Дана, встретившись с ней глазами.

— Та девушка, что тогда вас нашла, — сказала Беверли, — это была я.

Дана изменилась в лице, глядя на Беверли немигающим взглядом.

.....

Наш мир, двадцать четыре года назад, некоторое время спустя,..

Посреди лесной глуши открывается портал, через который выбрасывает мальчика лет десяти. Он падает на стылую землю.

Поднявшись на ноги Стэфан осматривается вокруг, куда интересно его занесло?! Что за странный причудливый новый мир?! В небе послышались оглушающие звуки пролетающего над головой самолета. Мальчик прикрыл на секунду глаза от палящего в них яркого солнца. Когда вновь раздался толчок, мальчик на секунду теряет равновесие, падая на попу, он сильно ударяется головой. Когда перед глазами промелькнули образы из прошлого, словно киношный флешбэк:

— «Мама!.. Папа!»

— «Обещай защищать малышку в новом мире, будь храбрым, малыш...» — произнёс Джеремайя.

— «Не сегодня!» — исповедница схватила старика, подчиняя его своей воле, чтобы помешать ему, — «Приказывай, исповедница.»

После нападение, Анну серьёзно ранят чёрные рыцари Нериссы, Джеремайя погибает, защищая жизнь таинственной незнакомки.

— «Анна!... Дедушка!» — воскликнул он.

— «Планы слегка меняются... ты уходишь, — сказала исповедница, из-за которой погиб его дед, заталкивая его в волшебный шкаф, — Я найду вас позже, слышишь,.. не волнуйся, она не будет одна. Всё ступай!»

Она закрыла двери шкафа, и Стэфан отправляется в иной мир, мир без волшебства.

Вскоре, Стефан вспомнив обо всём, приходит в себя посреди леса, и слышит рядом подле себя, доносящийся детский плач младенца. Он подходит к ней, осторожно взяв на руки, на детском одеяльце было вышито имя: «Даниэль».

Она плакала, он постарался её успокоить, чуть улыбнувшись, когда девочка слегка коснулась своей крохотной ручкой его ладони, улыбаясь, на шее малышки блестел необычный медальон, с гравировкой розы, оставленный ей Мариссой, когда она родилась.

— Всё будет хорошо, Дана, — сказал он, — с тобой ничего не случится, пока я рядом.

Малышка чуть улыбнулась ему, в больших как у Бэмби синих глазах был едва заметный блеск.

В эту секунду из-за деревьев послышался звон стали о сталь, лязг мечей. Стэфан насторожился, на автомате потянувшись к небольшому охотничьему ножу, подаренному ему его братом, сжав его в руке.

В эту секунду из-за деревьев показались чёрные рыцари, те самые, что последовали за исповедницей, увидев детей, она их тут же признали, по одежде мальчика, явно не из этого мира. Стэфан направил на них нож, закрывая малышку. Те лишь усмехались, обнажив оружие, направились к нему, то ли это удача, разом покончить и с мальчишкой и с девчонкой, что в будущем может принести много хлопот их королеве.

Мгновение и они тут же упали, когда Терралин всадила им сзади в глотки свои кинжалы, спасая детей.

— Ещё чего, — сказала она, ухмыляясь, убрав кинжалы в сапоги, бросила взгляд на мальчика, — Вы в порядке?

Стэфан кивнул, поправляя одеяльце малышки Даны, держа её на руках, крепче прижав к своей груди.

— Хорошо, — сказала Терралин, забирая у него малышку, — Идёмте, — она протянула Стэфану руку, — надо уходить, мало ли ещё какие опасности есть в этом мире.

....

Наши дни.

Беверли повела Дану лесными тропами, к месту, где она нашла их со Стэфаном и спасла от последовавших за ней чёрных рыцарей.

— Почему мы в лесу? — спросила Дана, шагая за ней, стараясь не отставать, не хватало ей ещё тут заблудиться.

— Потому что ответы на ваши вопросы там, где я вас нашла, — сказала Беверли, с улыбкой, бросив на девушку взгляд.

— Вы не та девятнадцатилетняя девушка, — сказала Дана, следуя за ней, — меня нашли не в лесу, а на обочине автострады.

— Откуда сведения, — сказала Беверли, ухмыляясь, — из той жёлтой газетёнки?! А вам не приходило в голову, что та девушка могла слегка приврать.

— Нет, — сказала Дана, — зато приходило, что ты врёшь, при чём на каждом шагу.

Беверли резко останавливается посреди тропы.

— И мне всё это надоело. — сказала Дана, разворачиваясь, чтобы вернуться к шоссе, и вызвать попутку обратно до города.

— Я вас нашла завернутую в детское одеяльце, — сказала Беверли, желая остановить её, — с красиво вышитым именем «Даниэль» на нём. Этого в статье не было,верно? Так, откуда бы я это узнала, м?

— Ладно, допустим, вы та девушка, — сказала Дана, — но как такое возможно, вам же сейчас должно быть...

— Я старше, чем выгляжу, хорошая уходовая косметика, — сказала Беверли, чуть улыбнувшись, — и немного магии.

Дана скептически подняла бровь, встретившись с ней глазами, скрестила руки на груди.

— Но зачем было врать про лес? — спросила Дана.

— Чтобы вас защитить. — сказала Беверли.

— Отчего? — спросила Дана.

— Этого. — ответила Беверли, указывая куда-то за её спину, где находились двое деревянных креста, тех, кто тогда напал на неё и Стэфана, последовавших за исповедницей рыцарей, но случайно нашедшие Спасительницу, и ствол дерева откуда вынесло Дану и Стэфана в этот мир.

— Дерево?! — не поняла Дана.

— Вы ведь читали книгу Стэфана, — сказала Беверли, Дана тяжело вздохнула, — и знаете про проклятие и вашу миссию. Всё правда.Вас со Стэфаном перенесло сюда это дерево, а потом я последовала за вами через другой портал, и убила тех двоих, что погнались за нами. Точнее, за мной, то что они нашли тебя, моя ошибка. — она коснулась рукой ствола дерева, бросив виноватый взгляд на девушку, — которую я исправила. — она коснулась рукой крестов.

— То есть я должна поверить, что ты сказочная героиня?! — не поняла Дана, приблизившись к ней.

— Исповедница, — сказала Беверли, встретившись с ней глазами, — Терралин Дженсен Рал.

— Ну да, разумеется, — сказала Дана, закатив глаза, бросив на неё немигающий взгляд, — постой, Рал,.. значит, ты?!

— Ага, я их дочь. — сказала Беверли, чуть улыбнувшись, — Единственная дитя Матери Исповедницы Кэлен Амнелл и Искателя Ричарда Рала, ныне магистра Д'Хары.

— Это ты вписала в книгу последнюю главу. — догадалась Дана, подняв на девушку взгляд, поймав её улыбку.

— Чтобы ты увидела Истину. — сказала Беверли.

— Правда в том, что у вас не все дома, да и врёте то вы кое-как, — сказала Дана, — и сказку оставила незаконченной.

— Потому что её конец мы пишем здесь и сейчас. — сказала Беверли.

— И каков же её конец? — спросила Дана.

— Вы поверили. — ответила Беверли, встретившись с ней глазами.

— И не надейтесь, — сказала Дана, развернувшись, она собиралась уходить, Беверли проводила её взглядом, последовала за ней, нагоняя девушку на тропе, она не собиралась так просто сдаваться.

— Дана! Дана! Стой! — окликнула её Беверли, остановившись на тропе, когда у неё спёрло дыхание, она почувствовала тремор в ладони, тут же накрыв руку другой, — Не сейчас,.. — она последовала за Даной, остановив тремор, — Не хочешь слушать, придётся читать, — она достала свой мобильный, отправив Дане на сотовый мэйл, привлекая её внимание.

Дана останавливается, читая почту, увидев знакомый адрес, тот что она уже видела в компе её дочери, именно с этого адреса Люси прислали то письмо, в котором говорилось о её фиктивном удочерении. Она обернулась, бросив взгляд на Беверли, что еде стояла на ногах. Она показала ей телефон, с отправленным мэйлом.

— Что это значит? — спросила Дана, резко приблизившись к ней.

— Ты знаешь. — ответила Беверли.

— Значит, это была ты,.. ты прислала письмо моей дочери, — сказала Дана, — Ты тот аноним, но зачем? Да и откуда ты вообще об этом всём знаешь?

— Я была достаточно близко чтобы приглядеть за тобой, но достаточно далеко, на случай если бы Нерисса или кто-то другой каким-то образом вышли бы на мой след, не стать путеводной стрелой к тебе. Я не совершаю таких ошибок дважды, — сказала Беверли, — а шесть лет назад я работала в Бостонском агентстве по усыновлению, и однажды нашла на пороге приюта младенца, без каких либо документов, решив поискать сведения о девочке, о её прошлом, родителях, и узнала о тебе, а ещё о том, что официально дитя числится среди погибших, но я точно знала, что это не так. — сказала Беверли, — Увидела в этом шанс, когда мне позвонили м сообщили о том, что некая женщина, мэр небольшого заштатного городка в Мэйне, ищет дитя. Я отдала её ей, внесистемно, то биш неофициально. Полагала она сможет присмотреть за малышкой какое-то время, только после поняла, какую фатальную ошибку я допустила, опять. И отправила мэл девочке с признанием.

— Погоди, снова?! — не поняла Дана.

— Да, в первый раз, когда решила что Джон станет отличным опекуном для тебя, — сказала Беверли, — видимо в этом мире мой Дар распознавать истинные намерения людей сильно подкачал, в отличии от других. — она подняла на неё взгляд, увидев как её взгляд изменился, а брови сложились домиком, насупившись.

— Ты... отдала меня ему?! — сказала Дана, пытаясь осмыслить услышанное, — Значит, всё это из-за тебя! Если бы не твои «ошибки»,мы с Люси могли бы быть вместе с самого начала!

— И ещё можете! — сказала Беверли, достав из внутреннего кармана куртки книгу в чёрном переплёте, ту что Дана уже видела, когда просила показать её содержимое кейса, сжав её в руке, — Это всё не враньё и не сказки! Верите ли вы или нет, неважно, но это всё реальность, Дана! Вы бывали на Пхукете, изумительный райский остров, безумно красивый, живи да радуйся, я и радовалась, полагая что наконец освободилась от того, что стало причиной моего разрыва с семьёй, моей треклятой силы, что в этом мире работает не так, как та, которой владеют другие наделённые Даром, до тех пор пока тыне решила остаться в Сторибруке!

— Откуда вам знать, когда я решила остаться!? — сказала Дана.

— В 8:15 утра я проснулась от изнывающей головной боли, это четверть девятого в Сторибруке, припоминаешь?! — сказала Беверли, — Как раз с этого момента время возобновило свой бег! Я дала слово твоему отцу, защищать тебя, но я ушла, — она оперлась о ствол дерева, в это же время небо заволокло тучами, как в ту ночь, когда погиб её брат, поднялся сильный ветер, где-то вдали послышалась гроза, и небо разрезало молнией, — и поскольку меня занесло далеко на другой конец света, мне напомнили об обещании страшной болью, когда я поняла, что мой Дар до сих при мне! Если не дерево, то может быть это вас убедит. — она отдала ей книгу, её пальцы дрожали, она силилась скрыть подступающие эмоции, — Прочти её. Прочти, и ты сразу всё поймёшь, и в каждое мое слово возможно поверишь.

Дана неуверенно открыла книгу, пролистав её, но текст был ей не знаком, и непонятен, какие-то знаки, символы. Она отрицательно пожала плечами.

— Ну, может ваша Спасительница и знает этот язык, я нет. — сказала Дана, возвращая ей книгу.

— Прочти, пожалуйста,.. сосредоточься! — сказала Беверли, срываясь на крик, по её щекам текли слёзы, — Прошу тебя, ты должна поверить!

— Зачем?! Почему это тебе настолько важно? — спросила Дана, срываясь на крик, по щекам текли слёзы, — Настолько, что ты нас всех тупо использовала, меня, Стэфана, Люси,.. просто ответь, для тебе всё это!?

— Да потому что, Дана, иначе я больше не увижу свою семью, и жертва моего брата будет напрасной, — сказала Беверли, — потому что ты их последняя надежда, Дана,.. и моя, — её голос дрогнул, она опустила взгляд.

— Не собираюсь я быть ничьей мисси́ей! — выпалила Дана, срываясь на крик.

— Слишком поздно, от предназначения не сбежать, уж поверь, — сказала Беверли, тяжело дыша, — Будь это так, мой брат был бы жив.

— Кто взвалил на меня ответственность за всеобщее счастье, что за бред! Мне этого не надо, я этого не просила! — продолжала кричать Дана, по щекам текли слёзы.

— Не я определила, пророчество, — сказала Беверли.

— Да будь оно проклято ваше пророчество, и вы все вместе взятые! — выпалила Дана, в глазах горел огнь гнева, — Кто додумался вешать судьбу человечества на дитя, я вам что Создатель!

— Нет, ты Спаситель, — сказала Беверли, — дитя, несущее Свет его, рождённая любовью, истинной, настоящей.

— Прекрати! — оборвала её Дана, не желая её слушать, — Мне всего этого не надо!

— А ещё буквально несколько месяцев назад, не нужна была Люси, — сказала Беверли, — а потом нашли её и готовы за неё буквально грызть глотки!

— За неё! Она моя дочь! — парировала сквозь слёзы Дана, — Это мой предел, да я и в этом-то не очень то преуспела! Какой там спасать всех поголовно, это же... безумие! Я этого не просила!

— Что поделать, Дана, но факт остаётся фактом, — сказала Беверли, приблизившись к девушке, глядя в её синие глаза, влажные от слёз, — и неважно, примешь ли ты свою судьбу, ты наша соломинка, спасательный круг, единственное, что удержит нас от полного падения в бездну!

— Тогда боюсь, что вы обречены, — сказала Дана, осушив слёзы, бросив взгляд на девушку, собираясь уходить.

В эту секунду Беверли чувствует себя не очень хорошо, отступив вновь к стволу дерева, держась рукой о ствол, едва могла сдерживать подступившие чувства, сглатывая огромный комок в горле.

— АА!! — вскрикнула Беверли, в темноту, когда её глаза в тот же миг налились кровью, поднялся сильный ветер, вдали послышался гром, и небо разрезало молниями, что ударили ровно между девушками, заставив Дану отскочить в сторону, она подняла взгляд в небо, заметив погодные изменения, напряглась.

— Беверли, — сказала Дана, беспокойно посмотрев на девушку, она рискнула приблизится к ней, Беверли прятала глаза, её всю трясло, и лихорадило, от подступившей ярости, — Надо уходить, погода портиться, если пойдёт дождь... Беверли?!

Беверли упала на землю, зайдясь в припадке, тёмно русые волосы,влажные от пота и дождя упали на лицо, глаза были красные, налитые кровью.

— Уходи, Дана, — сказала Беверли, не глядя на неё, — Прошу тебя, уходи,.. оставь меня.

— Что происходит?! — не поняла Дана, приблизившись к ней, пытаясь понять, что с ней происходит, она коснулась рукой её плеча, когда в следующий миг Беверли внезапно напала на девушку, едва не придушив, схватив за горло.

— Бев... кхе... кхе... — прохрипела Дана, глядя на стеклянные кроваво красные глаза девушки, под ними были тёмные круги, — это же... я..

— Я сказала ПРОЧЬ! — выпалила Беверли, и её голос словно гром раздался во тьме, эхом отражаясь от деревьев, она оттолкнула Дану с такой невиданной силой, что девушка отлетает в сторону, бросив испуганный и ошарашенный взгляд на девушку, по щекам текли слёзы.

Дана поднимается на ноги, отряхнув одежду от грязи и сухих листьев, она в ту же минуту бросается прочь уносить ноги, подальше, в сторону шоссе.

....

Годами ранее.

Терралин вместе со Стэфаном, с малышкой на руках продирались через лес в сторону шоссе. Малышка казалась спокойной и даже не плакала на руках исповедницы. Она слегка поправила её детское одеяльце.

— Тшш,.. стой, — сказала Терралин внезапно останавливаясь, и останавливая мальчика, нагоняя его. Они спрятались в кустах, увидев у шоссе мужчину о чём-то разговаривающим с парой полицейских штата, он спорил с ними, размахивая руками, указывая куда-то вперёд, где по его мнению располагался город, которого никто не видел. Терралин бросила взгляд на мальчика, коснувшись рукой его плеча, — Помнишь план?

Мальчик кивнул, встретившись с ней глазами.

— Да, но как я попаду в город, если даже не знаю, есть ли он там вообще?! — спросил Стэфан, — И что будет с Даной?

— Не волнуйся об этом, — сказала Терралин, успокаивая малышку на руках, она чуть улыбнулась ей, она передала кроху Стэфана, и сняла со своей шеи ожерелье, в котором был яркий лазурный огонёк, она передала его мальчику, — Вот, держи.

— Что это? — спросил Стэфан, бросив взгляд на кулон в её руке.

— Не что, кто, — сказала Терралин, поясняя, — Ша, мерцающая в ночи, — он бросил на неё немигающий взгляд, чуть склонив голову, — неважно. главное, она поможет тебе найти тот город и пройти защитный барьер.

Терралин передала Ша в ладони мальчика, он услышал её тихий едва слышимый напев.

— Она что-то говорит? — спросил Стэфан.

— Желает удачи, — ответила Терралин, с улыбкой, — Ну же, ступай. Я позабочусь о Дане, не волнуйся, а когда придёт время я тебя найду и мы вместе разрушим заклятие, давай.

Стэфан кивнул, встретившись с ней глазами, он подошёл к малышке ближе, коснувшись ручки Даны, поцеловал её в лоб.

— Я найду тебя, обещаю, — сказал Стэфан, она улыбнулась ему.

Мальчик вскоре убежал в сторону границы и через короткое время исчез по ту сторону, что конечно не обходит вниманием того мужчину, оставшегося у границы, в полном отчаянии, после того, как ему никто поверил, он убеждается в своей правоте, когда видит как десятилетний мальчонка просто взял и испарился.

— Что ж, теперь наш ход, да, — сказала Терралин,бросив взгляд на малышку, она задержала взгляд на мужчине у дороги, чуть улыбнулась, — И кажется, я нашла для тебя подходящий дом, милая.

Она смотрела на мужчину, находясь в своём укрытии, улыбаясь, она чувствовала его отчаянное желание добраться до города которого нет на картах, а значит это могло сыграть ей на руку в будущем, она лишь надеялась, что не пожалеет об этом после.

....

Наши дни.

Тем же вечером, Дана возвращается в лофт очень поздно, Мэри Кейт уже крепко спала в своей постели, девушка взбежала по ступеням наверх, по щекам текли слёзы, сердце бешено билось в груди, от страха, или скорее ужаса, нарастающей паники. она схватила со шкафа свой огромный чемодан, побросав туда всю свою одежду, опустошила шкаф, комод, бросив в чемодан всё необходимое. Единственное, что ей сейчас хотелось это сбежать, сбежать как можно дальше из этого сумасшедшего города.

Захлопнув чемодан, она на мгновение задержала взгляд на фото в рамке на комоде у постели, вытерев слезу тыльной стороной ладони, убрала фото подальше в ящик. Девушка спускается вниз с чемоданом, стараясь не шуметь, чтобы не разбудить Мэри Кейт. На секунду она задержала взгляд на её спальне, подумав, может стоит всё же хотя попрощаться, или записку какую оставить, сказать, что-то, но что?!.. Она тут же отбросила эти мысли и покинула лофт, закрывая за собой дверь.

...

На улице, Дана бросила чемодан в багажник своей машины, захлопнув его, когда сталкивается на улице со Стэфаном. Парень приблизился к ней, почувствовав её заметную озабоченность и тревогу.

— Дана?! Ты уже вернулась,.. что происходит? — спросил Стэфан, заметив её влажные испуганные глаза, — Ты куда-то уезжаешь?

— Да. — ответила Дана, бросив на него взгляд, поправляя упавшие на лицо от ветра светлые волосы, прилипшие к губам, — Надоело всё.

— Что случилось? — спросил Стэфан, останавливая её, коснулся своими руками её плеч, забеспокоившись, она выглядела расстроенной, напуганной, и тревожной, — Беверли сказала что-то не то?

— О, она мне много чего наговорила, — сказала Дана, отталкивая его, — не считая того, что едва не убила меня! Стэфан, твоя подружка ненормальная!

— Что?!.. Но ты ведь не можешь уехать, — сказал Стэфан, а как же твоя дочь, работа,.. твои родные, ты нужна им, Дана! Я нуждаюсь в тебе,.. Дана, я... я..

— Поэтому я и хочу уехать, я просто устала, Стэфан, — сказала Дана, встречаясь с ним глазами, — С чего вы все взяли, что один человек может изменить мир!? Я не Господь бог, не какая нибудь мисси́я,.. я никого не спасу, Стэфан, я совершенно обычная девушка! И я не просила взваливать на меня судьбу всего человечества!

— Прошу, останься, — сказал Стэфан, — не горячись, я знаю, сейчас ты просто расстроена, но давай успокоимся и завтра утром поговорим обо всём на свежую голову.

— Не указывай мне, что мне нужно! — выпалила сквозь застилавшие глаза слёзы Дана, отталкивая парня, — Я сама решаю свою судьбу, и никто не вправе...

— Я знаю, просто... хочу помочь. — сказал Стэфан, касаясь её руки своей, — просто давай поговорим.

— Не о чем больше говорить! — сказала Дана, — Я уже всё решила и хватит на этом!

В этот момент на телефон Даны раздаётся звонок,она чувствует вибрацию в кармане джинс, на дисплее высветилось имя: «Лилит Пейдж»

— Да, что, Лилли? — спросила Дана, отвечая на звонок, она изменилась в лице, закатив глаза, — Час от часу не легче, ладно, не волнуйся, скоро приеду, прикрой меня там, пока, хорошо. Спасибо.

Она повесила трубку, отключаясь.

— В чём дело? — спросил Стэфан, уловив её беспокойство, Дана подняла на парня взгляд, сжав в руке телефон.

— Я еду в Бостон, — сказала Дана, встретившись с ним глазами, — в университете, возникли проблемы.

...

Тем же вечером,..

Марк работал у себя в гараже, пытаясь починить часы, что дал ему Ник. Лиззи вышла к нему, накинув на плечи шаль, на улице было прохладно, она принесла ему кружку горячего какао, отдав чашку молодому человеку.

— Спасибо, — сказал Марк, улыбнувшись ей, он делает глоток какао, отставив кружку на столе, — Что-то не так?

— Ничего, просто не спится, — сказала Лиззи, пожав плечами, чуть улыбнулась ему, запахнув шаль, — Кэт весь день плакала, я никак не могла её успокоить.

— Как она? Всё нормально? — встревоженно спросил Марк, бросив взгляд на женщину, она выглядела спокойной, хоть под её глазами и залегли тёмные круги.

— Всё хорошо, не волнуйся, просто у неё зубки режутся, доктор Вейл сказал, что это нормально, — сказала Лиззи, с улыбкой, — она только что заснула.

— Хорошо, — ответил Марк, расслабляясь, встретившись с ней глазами, — и тебе не мешало бы, иди, сегодня не жарко.

Лиззи улыбнулась его заботе, это так мило, забрала кружку с горячим напитком, собиралась уходить, когда к их дому у доков подошла молодая девушка в чёрной куртки из кожи, с тёмными как вороново крыло волосами, убранными назад, под её глазами были красные круги, она была явно чем-то подавлена, расстроена.

— Вам чем-то помочь? — спросил Марк, подняв взгляд на девушку, заметив её покрасневшие синие глаза, наполненные влагой и такой же красный опухший нос, словно она плакала пару часов назад, — Вы кажетесь расстроенной? Что-то случилось?

— О, нет,.. я просто... — сказала Беверли, пытаясь взять себя в руки, вытерев слёзы, встретилась с ними глазами, — была тут... рядом. Мне нравится смотреть на море ночью, оно успокаивает.

Она махнула рукой в сторону причала.

— Да, это точно. — сказал Марк, с улыбкой, — отчасти потому я купил тут дом, виды тут очаровательные.

— Дорогой, не взглянешь как там Кэт, — сказала Лиззи, коснувшись рукой его плеча, встретившись с ним глазами, он поймал её многозначительный взгляд, — кажется, я слышала её плач.

— Оу, да, разумеется, — сказал Марк, встретившись с ней глазами, он поспешил удалится, оставляя и наедине, скрылся в доме.

— Ух ты, да ты крутишь им как хочешь, — сказала Беверли, чуть улыбнувшись ей, — материнство явно пошло на пользу, вам обоим.

— Да?! Не заметила, — сказала Лиззи, сильнее запахнув шаль, скрестила руки на груди, — Чего хотела?.. Послушай, я пытаюсь наладить жизнь, с чистого листа, в этом проклятом мире, прошу не рушь всё,..либо говори чего надо, либо уходи.

— Брось, неужто ты правда думаешь, что я поверю, что ты правда его любишь. — сказала Беверли, встретившись с ней глазами.

— Люблю. — ответила Лиззи, спокойно глядя ей в глаза. Беверли смерила её многозначительным взглядом, чуть приподняв бровь.

— И потому сбежала, — сказала Беверли, вперившись в неё взглядом, — Признай, даже в этом мире тебе невыносимо быть его женой, тётя.

— У нас весьма сложные отношения, — сказала Лиззи, в глазах читалось явное волнение, — ты знаешь.

— Неужели ты осмелилась лгать исповеднице, — сказала Беверли, чуть ухмыльнувшись, встретившись с ней глазами.

— Чёрт с тобой, прекрати, ненавижу когда ты так делаешь, — сказала Никки, сдаваясь, она отвела взгляд, — Как ты поняла?

— Брось, мы давно знакомы, — сказала Беверли, — Так, что же тебя заставило вернуться к человеку, которого ты презираешь, да ещё позволяешь быть рядом с твоей дочерью!, наедине?

— А что заставило тебя, — сказала Никки, ловко парируя её вопрос своим, — вы с дядей не то чтобы очень близки, особенно учитывая то, как он поступил с твоим братом.

— Туше. — сказала Беверли, смиренно подняв руки, она подошла к ней, — на самом деле я не к нему, мне нужна ты, Никки,.. ты должна мне помочь. ты моя последняя надежда.

— В чём дело? — спросила Никки.

— Я правда пыталась,.. я сделала всё, чтобы убедить её поверить мне, но кажется налажала, при чём по крупному. — сказала Беверли, по щекам вновь покатились слёзы.

Никки осторожно приблизилась к ней, коснувшись её, заключая в объятия племянницу, что когда-то очень сильно выручила её.

— И теперь всё кончено. — сказала Беверли, — это конец, мы проиграли.

— Уверена?! — спросила Никки, — Насколько я знаю тебя, ты никогда рук не опускала, может ещё не всё потеряно, может, шанс есть. Вспомни, сколько раз твой отец думал, что это конец, а в последнюю минуту раз, и случалось что-то хорошее, и он побеждал.

— Не в этот раз, — сказала Беверли, осушив слёзы рукой, встретившись с ней глазами, — я чуть... я чуть её не убила! — наконец произнесла она, заставив Никки замереть, — я потеряла контроль, и сегодня могла убить её! Никки, знаю, наверное я слегка невовремя, тебя об этом прошу, но ты можешь забрать мой Дар, также как ты забрала Дар у моего отца?

— Как?! В этом мире ни осталось магии, я больше не сестра Света, и здесь даже не чародейка, — сказала Никки, — я не могу забрать у тебя силу, но даже если бы и могла, не стала бы.

— Почему? — спросила Беверли, недоумевая.

— Во первых, я мать, и должна думать в интересах своего ребёнка, а твой Дар много мощнее, чем у твоего отца, и если я попытаюсь, он скорее всего убьёт меня. — сказала Никки, — а оставлять свою дочь на воспитание одного лишь моего неблагонадёжного супруга, я не собираюсь. К тому же, не велика проблема, даже если бы ты её и убила, подумаешь, получила бы желаемое так или иначе.

— Это как?! — не поняла Беверли, глядя на тётю немым взглядом. — В каком смысле?! Никки, что ты такое говоришь? Как можешь!

— То и говорю, — сказала Никки, — полезно жить в тени, скажи, всё видишь, всё слышишь,.. и всё помнишь. Замечаешь вещи, которые никто не видит.

— И какие? — спросила Беверли, последовав за ней, Никки бросила на неё взгляд.

— Ты знаешь, почему именно Дана ключ к снятию этого заклятия? — сказала Никки, — Нет, не потому о чём ты подумала, да, она особенная, сильная, и могущественная в этом нет сомнений, но дело не в этом, точнее не только,.. тёмный кое-что сделал, скажем так для подстраховки, чтобы разрушить чары, при любом исходе, и об этом он никому не сказал, я узнала случайно, когда зашла в лавку, присмотреть новенький мобиль, для детской, там и узнала, он проговорился.

— Что он сделал? — спросила Беверли.

— Знаешь почему Нерисса до сих пор не убила Дану, хотя возможностей было много, — сказала Никки, — она пыталась выслать её из города любыми доступными способами, хотела чтобы она уехала, хотя для такой как Нерисса, смерть Даны решение всех проблем.

— Потому что это вызвало бы кучу подозрений, ведь теперь она шериф. — сказала Беверли.

— Но она им не была, когда только приехала в Сторибрук. — сказала Никки, — А Нерисса уже хотела избавится от неё, чувствовала угрозу.

— Невозможно, — сказала Беверли, изменившись в лице, встретившись с тётей глазами.

— Да боюсь что возможно, — сказала Никки, — чтобы разрушить заклятье, Дана должна умереть.

...

Особняк мэра, некоторое время спустя,..

Поздней ночью, Нора чуть приоткрыла двери в спальню дочери, Люси крепко спала в своей постели, укутавшись в одеяло с головой, (ну, или просто делала вид, что спала) Она чуть улыбнулась, прикрыв дверь.

Вскоре девочку будит шум, доносящийся по рации у неё на комоде.

— «Тревога!», «Тревога, Люси..» — послышался очень встревоженный голос Даны по рации, девушка сидела в машине у обочины рядом с домом девочки.

— Дана, в чём дело? — спросила Люси, просыпаясь, она чувствовала тревогу в её голосе, и печаль.

— Надо поговорить. — сказала Дана.

— Про операцию «Кобра»? — спросила Люси.

— Нет, про нас, — сказала Дана, — Жду на улице.

Люси поднялась с постели, взяв свою куртку, тихонько вышла из комнаты, спустившись вниз, осторожно, чтобы не разбудить Нору.

Вскоре она садится в машину к Дане, уловив её беспокойное выражение лица, красные опухшие от слёз глаза, по видимому, она чем-то огорчена.

— Если мама увидит нас тут вместе, так разозлится. — сказала Люси, Дана бросила взгляд на свои пальцы, не зная как начать этот разговор, но она должна. Девушка вытерла слёзы со щёк, бросив взгляд на дочь.

— Люси, — сказала Дана, — мне надо спросить тебя, это важно. Ты хотела бы уйти от Норы, и переехать жить ко мне?

— Больше всего на свете. — сказала Люси, широко улыбаясь, встретившись с ней глазами, Дана чуть улыбнулась.

— Что ж, тогда пристегнись, — сказала Дана, Люси застёгивает ремень безопасности, Дана включает передачу, заводя двигатель машины, сворачивая с обочины на трассу.

— Мы куда-то едем? — спросила Люси, бросив на неё немигающий взгляд.

— Да. — сказала Дана, выезжая с обочины.

— Куда? — спросила Люси.

— Подальше отсюда. — сказала Дана, выезжая на автостраду, направляясь к городской черте.