Изменчивая жизнь Дореи Поттер (джен)

Дору переполнял энтузиазм из-за её гениального плана. Она давно хотела украсть Мантию Невидимости у Джеймса, но она была так занята своей учёбой, клубами, написанием эссе и другими интересными вещами, что так и не сделала этого за весь год. Теперь у неё был отличный повод и немного свободного времени накануне экзамена по истории, к которому она уже была готова.

Хотя это была не совсем кража, потому что, хотя отец и отдал Мантию Невидимости Джеймсу, они договаривались пользоваться ею в Хогвартсе по очереди. Если Джеймс передумал насчёт этого после того, как Распределяющая Шляпа отправила Дору на Слизерин, ему стоило сказать ей об этом.

Самым потрясающим было то, что Джеймс даже не сможет пожаловаться на неё, когда обнаружит пропажу. Ни родителям, которые просто скажут ему, что он должен делиться с сестрой. Ни профессорам, которые точно запретили бы ему использовать Мантию Невидимости в Хогвартсе, если бы узнали о ней. Ему придётся либо смириться, либо попытаться вернуть её своими силами и найти способ попасть в гостиную Слизерина.

Дора вошла в гостиную Гриффиндора в мантии с красными оборками и с лицом Марлен МакКиннон (которая всё ещё должна была быть в библиотеке вместе с Лили и Мэри), проскользнув за группой старшекурсников (это было проще, чем пытаться подслушать пароль). Внутри оказалась всего одна большая общая комната, в которой студенты разных курсов сидели все вместе, а не множество маленьких комнат, как в гостиной Слизерина. Тёплые жёлто-красные цвета и широкие светлые окна делали её довольно уютной.

Некоторое время Дора сидела в кресле у камина, наблюдая за тем, из каких дверей выходят девочки и мальчики разных возрастов, а потом зашла в дверь, за которой, судя по её наблюдениям, должна была быть спальня мальчиков-второкурсников.

Посреди ужасного бардака, охватившего всю спальню, Дора отыскала сундук своего брата и вытащила из тайного отделения, которое он сам же и показал ей год назад, свёрток с Мантией Невидимости.

Дора надела её, хихикнула в полностью пустой комнате и пошла в библиотеку.

* * *

Долорес всё ещё занималась, сидя за одним из столов, вместе с Евой Турпин и Маргарет Блоттс. Лили, Мэри и Марлен сидели за соседним столом. Карл сидел в тесной куче пуффендуйцев недалеко от Эдвина Фусса, готовящегося к ТРИТОНАМ в компании других семикурсников. Казалось, большая часть Хогвартса была сейчас здесь.

Библиотекарь мистер Пинс был отвлечён тем, что выгонял из библиотеки енота и двух воронов, которые стащили книгу "Последовательных Преобразований" Итана Ли и забрались с ней на верхнюю полку книжного шкафа. Дора не удивилась. Она вспомнила, что это шестой курс сдаёт сегодня зачёт по трансфигурации. Утром профессор Макгонагалл выдала им зелья анимага, которые превратили их в животных в соответствии с естественным потоком магии. Те, кто успешно справится с тем, чтобы самостоятельно вернуть себе исходную форму до того, как эффект зелья закончится на следующий день сам, летом смогут записаться на курсы по анимагии в Министерстве. Остальным будет рекомендовано не пытаться.

Дора подумала, что два ворона, это, видимо, близнецы Керроу, а енот — Паркинсон, который всегда везде ходит вместе с ними. Видимо, все трое собирались провалить зачёт, раз уж они были в таком отчаянии, что пришли в библиотеку.

Дора остановилась возле двери в запретную секцию. Тихая и невидимая, она ждала удобного момента, чтобы проскользнуть внутрь, и наблюдала за тем, как мистер Пинс отчитывает одного понурого енота и двух безразличных воронов за порчу книги.

Дора много знала об анимагии, потому что Джеймс был одержим ею с тех пор, как он понял, что не сможет научиться дару метаморфомага, наблюдая за тем, как их бабушка обучала Дору контролировать свой дар. Дора плохо помнила этот период, потому что ей было всего пять. Она помнила, что это было довольно болезненно, когда взрослая могущественная ведьма вторгалась в её разум и помещала туда свои насыщенные глубокие зрелые воспоминания об опыте контроля над даром. Джеймс яростно завидовал ей, наблюдая за её трансформациями. Они ссорились почти каждый день, пока Беллатриса не рассказала ему об анимагии и он не решил, что это тоже сойдёт. После этого они помирились и много лет строили вместе планы того, как они будут разыгрывать однокурсников с помощью её дара. Но все эти планы оказались забыты, когда Дора попала на Слизерин.

Мимо Доры прошёл старшекурсник и открыл дверь в запретную секцию. Дора аккуратно придержала её и проскользнула внутрь следом за ним. Мистер Пинс, отвлечённый суматохой зачёта по трансфигурации, ничего не заметил.

Запретная секция была похожа на извилистый лабиринт из книжных шкафов, образующих спирали и зигзаги, которые устремлялись высоко вверх, соединяясь со сводами потолка. Некоторые проходы были широкими, другие узкими. Некоторые стены шкафов имели вырезанные в них арки, словно кто-то однажды не смог найти путь на другую сторону в этом лабиринте и проделал новый проход там, где он был ему нужен. Это было совсем не похоже на ровные ряды невысоких аккуратных шкафов публичной секции библиотеки.

Старшекурсник прочитал заклинание поиска и решительным шагом направился по одному из проходов. Дора осталась одна.

Дора знала, что ей нельзя снимать Мантию Невидимости, даже когда никого нет рядом, потому что защитные чары поднимут тревогу, если заметят кого-то постороннего внутри. Профессор Слизнорт в начале года говорил старшекурсникам, что им не стоит пытаться проникнуть внутрь запретной секции, используя чары дезиллюминации, потому что они всё равно будут развеяны внутри. Но Джеймс летом рассказал Доре, что Мантия Невидимости не перестанет работать, потому что наложенные на неё чары дезиллюминации были слишком древними и слишком сильными, чтобы их можно было развеять более новой магией.

Дора, что ей нельзя касаться никаких книг. Не только потому, что они могли быть опасны, но и потому, что они бы подняли тревогу, если бы кто-то без подписанного профессором разрешения коснулся их. Но Джеймс летом сказал ей, что он и его друзья попробовали использовать на них чары копирования и обнаружили, что это не поднимает тревогу.

Трансфигурированные копии книг были не так полезны, как оригиналы со всеми наложенными на них сложными зачарованиями. Авторы книг, как правило, не хотели, чтобы вы копировали их книги вместо того, чтобы покупать их, поэтому старались сделать так, чтобы их книги были как можно более бесполезными без зачарований. Но зато копии книг можно было трансфигурировать снаружи запретной секции и свободно прочесть. Джеймс и его друзья скопировали несколько книг про анимагию, и хотя большая часть информации оказалась потеряна, некоторая польза в них всё-таки была.

Дора прошла вперёд вдоль правой книжной стены, решив, что не заблудится здесь, если всегда будет поворачивать только вправо. Она читала написанные на корешках названия книг. Здесь не было того порядка, который поддерживался в публичной секции библиотеки, где книги были упорядочены по темам. Если здесь и был какой-то иной порядок, Дора его не видела.

Большинство книг не имели никаких надписей на корешках, по которым можно понять, что находится внутри, а Дора не могла просто взять и пролистать их, не подняв тревогу. Поэтому поиски заняли продолжительное время, но Дора всё же нашла книгу, название которой было похоже на то, что ей нужно, и остановилась напротив неё.

Копирование предмета подобного размера и сложности занимало у Доры около часа. Библиотека должна была закрыться только через три часа, так что у неё было достаточно времени, чтобы выполнить копирование, а потом выскользнуть из библиотеки и вернуться в общежитие до отбоя. Профессор Макгонагалл рекомендовала выполнять такие долгие чары копирования исключительно сидя, чтобы не потерять концентрацию из-за усталости и не потратить время впустую. Но Дора знала, что не устанет, даже если ей придётся стоять несколько часов, потому что она использовала метаморфомагию, чтобы быть в гораздо лучшей форме, чем было большинство людей.

Дора встала ближе к книжному шкафу, чтобы никто не врезался в неё, если решит пройти мимо по этому проходу, вытащила палочку и направила её на книгу сквозь маленькую, едва заметную щель в складках Мантии Невидимости.

— Джеминио, — прошептала Дора.

* * *

Сидя под Мантией Невидимости перед закрытой дверью, которая не реагировала ни на какие попытки её открыть и ни разу не открылась сама за те два часа, которые Дора провела, глядя на неё и ожидая возможности выскользнуть наружу, Дора подумала, что её гениальный план оказался не таким уж гениальным.

Старшекурсник, вслед за которым Дора вошла сюда, забрал свою книгу и ушёл гораздо раньше, чем Дора закончила чары копирования, а никто другой так и не пришёл, чтобы открыть эту дверь после него. Видимо, профессора не так уж часто подписывали для студентов разрешение взять книгу из запретной секции.

Дора в очередной раз прошептала темпус. Заклинание показало ей, что солнце уже почти опустилось к горизонту, и она окончательно впала в отчаяние. Она надеялась, что хотя бы мистер Пинс зайдёт проверить, всё ли в порядке в запретной секции перед тем, как закрыть библиотеку на ночь, но он этого не сделал. Комендантский час уже начался, библиотека уже была закрыта, студенты уже были в гостиных своих факультетов, но никто так и не пришёл.

Дора подумала, что, похоже, останется здесь как минимум до утра, а может и дольше, если никто не придёт утром. Она надеялась, что кто-то придёт до часа дня, потому что завтра в час дня будет её экзамен по истории, который она никак не могла пропустить.

Единственным способом выбраться отсюда раньше, который Доры видела, было снять Мантию Невидимости и поднять тревогу. Но она не хотела разочаровывать профессоров, терять баллы факультета и получать насмешки от Джеймса из-за того, что она попалась на том, с чем он сам прекрасно справился уже несколько раз.

Дора вздохнула, встала и отошла от двери, которая в любом случае не откроется в ближайшее время, чтобы немного прогуляться. Если подумать, это было не худшее место, в котором можно было застрять. Здесь было много интересных книг, которые она могла скопировать и прочитать, сидя под Мантией.

И у неё в карманах было достаточно конфет, которые она могла съесть, если проголодается.

* * *

— У-у-у-у! — прогудела Дора своим самым пугающим голосом. Она пыталась подражать Кровавому Барону, истинному призраку, обитающему в подземельях и часто пугающему студентов младших курсов.

Конечно, она не смогла удержаться и не подкрасться к Северусу в пустом коридоре, где она его нашла после того, как сдала экзамен по истории. Она едва успела на свой экзамен сегодня, но вроде бы смогла ответить на большинство вопросов, несмотря на бессонную ночь и усталость.

Северус резко обернулся, но не удивился и не испугался, как Дора ожидала, а просто взмахнул рукой, пытаясь поймать то место, откуда шёл её голос. Ей пришлось сделать быстрый шаг назад, чтобы не дать схватить себя, и капюшон Мантии Невидимости свалился с её головы от резкого движения.

— Я так понимаю, под "жди меня здесь, я сейчас вернусь" ты имела в виду "я вернусь через несколько дней, не жди меня, занимайся своими делами"? — спросил он её. — Или представители Благородных Домов такие незначительные опоздания считают допустимыми?

— Так нечестно, — проворчала Дора. — Ты должен был испугаться!

— Я уже догадался, что Джеймс Поттер умеет становиться невидимым, — ответил он немного высокомерно. — Полагаю, у всех его друзей есть такие?

— А вот и нет! — ответила Дора. — Мантия Невидимости — древний артефакт, принадлежащий Поттерам! Я вчера стащила её у моего брата, потому что, как я и сказала, я даже краду вещи лучше, чем мой брат! Других таких нет, все остальные мантии зачарованы гораздо позже, они недостаточно стары и не могут скрыть тебя идеально. Думаю, они просто умещаются под ней вчетвером! Она рассчитана на взрослого мага, поэтому довольно большая.

— На взрослого мага? — переспросил Северус. — Зачем вообще взрослому магу такая мантия, если он может просто наложить дезиллюминационные чары, у которых не сваливается капюшон?

— Затем, что он хочет, чтобы с него сваливался капюшон! — ухмыльнулась Дора. На самом деле, дело было в том, что наложенные несколько веков назад чары древнее и могущественнее тех чар, что маг накладывает на себя прямо сейчас, но Дора решила, что её ответ смешнее.

— Потрясающе, — фыркнул Северус. — Мантия, рассчитанная на взрослого, которая полезна только для ребёнка. Да, действительно, артефакт, достойный Поттеров.

Дора хихикнула, довольная собой, и достала из расширенного кармана своей мантии три скопированные ею книжки.

— Я отдам их тебе, если ты дашь мне скопировать твой учебник по зельям за второй курс! Ты же наверняка снова записал все правильные ответы, верно? — сказала она, показывая ему обложки с названиями. — Я не знаю, что внутри, потому что ещё не читала их сама. Думаю, "Прикладное Маггловедение" окажется самым полезным. "Проблемы жизни в крупных городах" и "Сосед-Маггл" тоже могут пригодиться.

Они посмотрели друг на друга.

— Потрясающее чувство юмора, — наконец сказал Северус. — У тебя есть книги по зельеварению в другом кармане или этот разговор закончен?

— Зачем тебе книги по зельеварению? — растерянно спросила Дора.

— А зачем мне книги по маггловедению? — ответил он.

— Потому что твои родители магглы! — воскликнула Дора. Северус всё ещё смотрел на неё со смесью непонимания и раздражения. — Ты что, сошёл с ума, пока притворялся, что это не так? Обычные зелья не действуют на магглов так, как на волшебников, потому что они слишком сильны для них. Тебе нужны специальные зелья, которые придуманы специально для магглов, но их изучают на маггловедении, а не на зельеварении... Мерлин, если не веришь мне, можешь спросить профессора Слизнорта! Он подтвердит это!

— Я не магглорождёный, — сказал Северус. — И да, конечно, я спрошу профессора Слизнорта. Он никогда не говорил об этом на занятиях.

— Потому что все и так это знают, — ответила Дора и зевнула. Она слишком устала, чтобы спорить, после бессонной ночи и двух часов экзамена по истории. — Я иду спать. Ты берёшь книги или нет?

Северус взял книги.

Дора ушла в гостиную Слизерина, чтобы успеть немного поспать до ужина, размышляя, может ли она использовать метаморфомагию, чтобы превратить себя в более бодрую версию себя. Это должно было быть возможно, раз уж она смогла сделать свои мышцы сильнее. Но она слишком устала, чтобы пытаться сделать это прямо сейчас.