Пардус. Театр теней (джен)

Снег скрипел под ногами. Санкт-Эринбург превратился в одну большую праздничную открытку. Центральные улицы, заполненные народом, сияли гирляндами, растянутыми между фонарными столбами. На каждом шагу горели палатки с сувенирами, горячими напитками, шашлыками и сладкой ватой, от которой в морозном воздухе стоял приторно-сладкий запах. Главная ёлка города, усыпанная тысячами огней и огромными сияющими шарами, возвышалась на центральной площади, собирая вокруг себя толпу с фотоаппаратами и детскими восторженными возгласами.

Никита шёл, слегка прижимая к себе Ксению, обняв её за плечи. Она прятала нос в мягкий шарф, из-под которого выглядывали только блестящие от мороза и веселья глаза. На ней была тёмно-синяя куртка с капюшоном, отороченным белым мехом, и такие же утеплённые джинсы, в которых она всё равно выглядела изящно. Он сам предпочёл практичность — длинное чёрное пальто и шарф, намотанный почти до подбородка.

— Ты не замёрзла? — спросил он, наклоняясь к ней.

— Нет-нет, всё отлично, — она улыбнулась, и её дыхание превратилось в маленькое облачко. — Здесь так красиво. И людей… тьма тьмущая.

— Новый год, что поделать, — Никита усмехнулся, ловко лавируя между группами гуляющих. Его восприятие работало в фоновом режиме, сканируя окружение. Среди этого моря обычных людей, будто разноцветные искры в чёрном небе, мерцали другие. Первородные. Или метаморфы.

Вон у палатки с хот-догами стоял смутно знакомый парень, на вид лет двадцати. Его иссиня-черные волосы, чуть вьющиеся и доходившие почти до плеч, были слегка припорошены снегом. По внутренним ощущениям, от него исходила странная, едва уловимая вибрацая, будто этот парень частично принадлежал иному миру.

А вон маленький старичок с растрепанной бородой, в помятой плоской серой шляпе. От него веяло чем-то лесным и природным. Он запускал из небольшой палочки мыльные пузыри, которые не желали лопаться даже от падающего снега, а кружились в воздухе, переливаясь всеми цветами радуги.

И таких людей больше, чем могут считать обыватели. В мире вообще много необычного, если знаешь куда смотреть.

— Никита! Ксюша! — прозвучал знакомый голос.

Никита обернулся и не смог сдержать широкой улыбки. Из толпы, расталкивая людей локтями и извиняясь, пробирались двое. Артём Бирюков, его друг, с которым он провел все детство. Именно Артем был первым, кто узнал в оборотне, появившемся в Санкт-Эринбурге, своего одноклассника и поддержал его в приключениях. Рядом с Артемом шла Ирина Клепцова, их общая бывшая одноклассница. В руках у неё были две бумажные тарелки, от которых исходил стойкий, аппетитный запах.

— Тоже выбрались погулять? — спросил Артём, подходя ближе. — Мы уже полгорода, наверно, обошли!

— Ага! — засмеялась Ирина, с гордостью демонстрируя содержимое тарелок. На одной лежали три золотистых, дымящихся хрустящих блинчика, щедро политые сгущёнкой. На другой — что-то похожее на маленькие жареные пирожки странной формы. — Это драники, вон там взяла, — она кивнула на ближайшую палатку, откуда действительно шёл умопомрачительный запах жареного картофеля. — Мне понравились. Хочешь?

— Пока пас, — улыбнулся Никита. — Мы только вышли. А вы надолго?

Артём вздохнул, положив руку на живот.

— Я уже на пределе. Она меня кормит, как на убой. Я, кажется, съел уже всё, что здесь не приколочено. Мы, наверное, скоро домой поползем.

— Да, к сожалению, — Ирина скорчила гримасу. — А вы?

— Мы договорились встретится с Тимом и Лизой, — ответила Ксения. — Должны ждать нас у елки.

Они ещё несколько минут постояли, обменялись пустяковыми новостями, а потом друзья попрощались, растворившись в потоке людей. Никита взглянул им вслед с лёгкой улыбкой, а затем взял Ксению под руку.

— Пойдём, они нас уже ждут.

Они двинулись дальше, к главной ёлке. Возле самого ствола гигантской ели, под сияющими гирляндами Тимофей и Лиза.

Тимофей Зверев. Сын знаменитой актрисы Ангелины Зверевой и… Огненного Змея, некогда едва не вырвавшегося на свободу и лишь чудом вновь заточенного, благодаря первородным городка Клыково. Тимофей смог навести порядок среди остатков стаи Огненных Волков. Более нейтральные согласились объединиться под его началом, чтобы избежать проблем с другими группировками первородных. А жаждущие возрождения прародителя либо скрылись сами, либо были выгнаны. Не без поддержки Парда пантер, ставшего союзником преобразовавшейся стаи.

Поддержкой молодому вожаку стаи выступала Лиза — его девушка и, по совместительству, сводная сестра. На их долю выпал долгий год, каждый месяц приносящий новые смерти и приближающий возвращение Огненного Змея, но теперь все закончилось. Есть время устроить себе лучшую жизнь, не думая о глобальных проблемах.

— Наконец-то! — Тимофей, заметив их, широко улыбнулся и пошёл навстречу, по-дружески обнимая Никиту, а затем и Ксению.

— Простите, народу много, пробирались, — улыбнулась Ксения. — Вы давно здесь?

— Минут двадцать, — ответил Тимофей. — Уже замерзать начали.

— Это ты на меня намекаешь? Тут всем известно, что быстрее айсберг растает, чем ты в нем простудишься. — Прокомментировала Лиза, взяв Тимофея за локоть. — Ну что, куда пойдем? Можем в ту сторону — на соседней площади что-то вроде концертной площадки сделали.

На соседней площади действительно раскинулась сцена. Играла музыка. В лучах фиолетовых прожекторов, на фоне всполохов красного огня танцевала группа из пяти парней, называвших себя «Львы». Парни, все стройные, пластичные, с идеальной хореографией, были одеты в чёрные длинные пальто. На их предплечьях, шеях, иногда на щеках, светились неоновые линии — голубые, фиолетовые, изумрудные. Их движения были резкими и точными. А когда они поворачивали головы в сторону толпы, на секунду в их глазах вспыхивал неоновый отблеск. Их песня была гипнотической. Если бы Никита не чувствовал отсутствие ментального воздействия, то подумал бы, что они колдуны или демоны, желающие повлиять на зрителей.

— Ну что, Николай Черноруков, — Тимофей ткнул его локтем в бок, не сводя глаз со сцены. — Не проспонсируешь земляков? Их стиль мне что-то напоминает. Чёрное, грация, свет в глазах, кошачее название… Прямо мини-Пард на сцене.

— Подумаю, — ответил Никита после недолгого раздумья. — Может и выльется во что-то интересное.

Они постояли ещё несколько минут, а затем решили двинуться дальше.

Никита вдруг замедлился. Его лицо осталось спокойным, но глаза сузились. Его чувства, обычные и магические, мгновенно обострились.

— Никит? — тревожно спросила Ксения, тут же заметившая перемену в нём.

Он не ответил. Среди какофонии праздничных звуков, запахов, среди знакомых всплесков магии окружающих, проскользнуло что-то отличное от них. След уходил от площади, сворачивая в боковую улочку, к арке, ведущей в один из внутренних дворов.

Никита быстро отправил мысленный образ и координаты по связи, опутывающей стаю.

Ответ пришёл почти мгновенно. Никита почувствовал едва заметное возмущение в магическом поле — переход сквозь тень. Если бы кто-то считал людей на соседней улице, то внезапно не досчитался бы одного.

Сознание на время разделилось, чтобы проследить за происходящим. Из тени, отбрасываемой деревом, в углу того самого двора возник мужчина лет тридцати в тёплых штанах и красной куртке и пошел вдоль дома. След здесь был сильнее, но обрывался за дверью одного из подъездов. Замок на двери стандартный, электромагнитный. Создать импульс, чтобы вывести его из строя на несколько секунд, не составляло труда для отряда теней.

— Стой. Не нужно. — прозвучал мысленный приказ.

Мужчина, подходящий к подъезду, прошёл мимо него, будто этот подъезд его нисколько не интересовал.

— Организуйте наблюдение. По возможности определите жильцов дома, получите данные с камер. Не попадайтесь.

— Принято.

Связь оборвалась. Мужчина выйдя из двора, зашагал прочь, растворяясь в потоке людей.

— Все в порядке? — Ксения положила руку Никите на рукав.

Тимофей и Лиза тоже смотрели на него внимательно.

— Да, — сказал Никита, и его голос прозвучал спокойно. Он даже улыбнулся. — Просто… почудилось что-то.

— «Почудилось», — с недоверием повторил Тимофей. — У тебя ничего просто так не чудится. Что почувствовал?

— Пока не знаю. Просто какой-то необычный магический след в толпе. Но в такой день это может быть кто угодно. — Он посмотрел на Ксению. — Серьёзно, Ксю, всё нормально. Просто взяли на карандаш. Потом разберёмся. Дома расскажу.

Она ещё секунду смотрела ему в глаза, а потом кивнула.

— Ну, раз инцидент исчерпан, — встрял Тимофей, — может, продолжим?

Ощущение, что сейчас испытывал Никита, было не таким сильным, как четыре года назад, но тоже говорило о том, что этот случайно замеченный след ещё напомнит о себе. В ближайшие дни он изучит сохраненную в памяти магическую структуру, а Тени соберут информацию по жителям подъезда. А пока… пока был праздник.

Под дружный смех ребята пошли дальше, вглубь сверкающего города.