Пардус. Театр теней (джен)

Вечерний Эринбург погружался в сумерки, и длинные тени от высоких зданий тянулись, словно живые, поглощая последние лучи солнца. В одной из таких теней, в укромном уголке парка рядом с домом Легостаевых, на мгновение сгустился мрак, а затем из него бесшумно вышел Никита. Он сделал несколько шагов по асфальтовой дорожке, его осанка была прямой и уверенной, взгляд спокойным и всевидящим. Никита Легостаев, известный в иных кругах как Владыка Пантер и Князь Черноруков, возвращался домой. Для мира он был обычным студентом, но под этой маской скрывался правитель стаи оборотней-пантер — магических существ, способных принимать звериную форму и наделенных древней силой.

С каждым шагом к родному порогу аура непреложной власти и магии словно истончалась, сменяясь чем-то более простым и легким.

Перед тем как подойти к двери, он на секунду замер в тени старого дуба у дома. В его кармане лежал простой, ничем не примечательный смартфон — "чистый" аппарат, не связанный с ним лично. Неделю назад с этого телефона ушло первое и последнее предупреждение:

"Твои дела — не секрет. Взятки, сокрытие, связи с Огарёвым и Шустрым. Пока что я прикрываю тебя, чтобы волна не накрыла непричастных. Но мое терпение и твое везение не вечны. Прекрати. Иначе я отступлю, и ты останешься один на один с последствиями. Чёрный Кот".

Теперь в ожидающих отправки сообщениях числилось и следующее:

"Прошлое сообщение ты решил проигнорировать. Оно было не угрозой, а констатацией факта. Ты сам выбрал свой путь. Теперь наблюдай, как твое "везение" заканчивается. Чёрный Кот".

К неудовольствию Никиты отчеты о делах Андрея Чехлыстова продолжали поступать, значит Андрей не прислушался к совету. Более того, он стал действовать еще наглее, уверенный в своей безнаказанности.

"Что ж, твой выбор сделан", — беззвучно прошептал Никита, скрывая телефон в кармане.

Он легким движением сбросил с себя остатки властной ауры. К тому времени, как его рука легла на дверную ручку, в его глазах оставалась лишь тень былой мощи, прикрытая привычной маской студента-первокурсника.

В доме пахло чем-то вкусным и домашним.

Ирина Юрьевна, адвокат по профессии и мать по призванию, ставила на стол тарелку с еще горячими пирожками. "Никита, ты же поел в институте?" — ее голос звучал одновременно уставшим и полным заботы. В гостиной Игорь Николаевич, управляющий торговым центром, оторвался от телевизора с футбольным матчем и крикнул: "Отстань от парня, Ира! Он уже взрослый!". Эта их вечная, добродушная перепалка была звуком родного дома.

На диване, свернувшись рыжим клубком, мурлыкал кот Апельсин. При появлении Никиты кот лениво приоткрыл один глаз, в его зеленой глубине мелькнула искорка осознанного приветствия, невидимая ни для кого, кроме самого Никиты. Мысленное легкое поглаживание, посланное в сторону кота, было встречено таким же беззвучным мурлыканьем.

"Пришел, наконец!" — Марина спускалась по лестнице, с телефоном у уха. — "Я уже думала, составлять описание внешности для розыска. 'Рост средний, волосы взлохмаченные, взгляд виноватый...'"

"Ой, заткни свой диктофон", — отмахнулся Никита, вешая куртку. "Ты у нас вся в работе, даже дома. Скоро про наш ужин репортаж сделаешь: 'Влияние маминых котлет на криминальные наклонности подростков'".

"Не подростков, а конкретного студента-лентяя", — парировала сестра, уже заканчивая разговор.

За Мариной следовал Андрей Чехлыстов с той самой успокаивающей, "правильной" улыбкой, которая за последние месяцы стала вызывать у Никиты лишь холодную волну раздражения.

Никита наблюдал, как Андрей уверенно рассказывает отцу о "блестяще раскрытом деле". Следователь. На словах — борец за справедливость, на деле — обычная крыса, готовая за конверт с наличными похоронить любое дело. И это было не просто неприятно. Это было опасно.

"Ты же понимаешь, к чему это может привести? — пронеслось в голове у Никиты, словно вопрос к Андрею, брошенный в пустоту. — Ты играешь с огнем, связываясь с этими людьми. Это не те, кто прощает долги или забывает обиды. Однажды они поймут, что ты их подвел — или просто захотят надавить. И первым делом придут не к тебе. Они придут к Марине. К маме. К отцу. Твоя жадность — мина замедленного действия под моей семьёй".

И дело было даже не только в этом. Отчёты "Теней" ясно показывали: у Андрея есть и другие "увлечения" — милые, мимолётные подруги, которым он дарит подарки, порой дороже, чем Марине. Рано или поздно это всплывёт. А долг Никиты — не скрывать правду, а дать сестре увидеть её сейчас, пока она ещё не связала с этим человеком свою жизнь. Лучше горькое разочарование сегодня, чем сломанная судьба завтра.

Ужин проходил шумно и по-семейному тепло. Никита смеялся шуткам отца, помогал матери убрать со стола, поддразнивал сестру. Он был тем самым Никитой, которого они все знали и любили. Но даже в этой простоте часть его сознания оставалась настороже. Он видел, как Андрей невзначай положил руку на телефон, получив новое сообщение, и как в его глазах на секунду мелькнуло беспокойство, быстро подавленное. Никита знал, что это было. Предупреждение от "Черного Кота" уже делало свою работу.

Позже, когда семья разошлась по своим делам, Никита поднялся в свою комнату. Оказавшись в одиночестве, он позволил маске окончательно растаять. Его лицо стало спокойным и сосредоточенным. Он подошел к окну, глядя на ночной город, и его взгляд был взглядом правителя, оценивающего свои владения.

В углу комнаты тень от шкафа заколебалась и из нее выплыла, словно из черной воды, темная фигура в капюшоне. Фигура склонила голову в беззвучном поклоне.

Его личная разведка, отряд "Тени", состоящий из элитных оборотней, освоивших магию скрытности и перемещения через тень, всегда приходили на его зов.

"Отчет", — мысленно произнес Никита.

В его сознании тут же возникли образы и факты: Андрей на днях получил конверт с наличными от одного из мелких криминальных авторитетов. Взамен — исчезнувшее из дела упоминание о подозреваемом. Деньги лежали сейчас в сейфе на квартире Андрея. Никита мысленно отметил сумму. Она пойдет на благо стаи, как только он решит, что пора. Он собирал досье, каждая страница которого была гвоздем в крышку гроба репутации и свободы Андрея. Но это был не его метод — просто сдать полиции. Нет, это было слишком просто и несправедливо по отношению к Марине. Она должна определиться со своим отношением к Андрею, сама должна увидеть правду. Он даст ей эту возможность.

Через несколько дней в доме Легостаевых вновь собралась вся семья. На этот раз атмосфера была наполнена особым, праздничным волнением. Марина, сияя, крепко держала Андрея за руку.

"Мама, папа, Никит... у нас новость!" — начала она, и ее голос дрожал от счастья. — "Мы решили пожениться!"

Радость, объятия, поздравления. Никита присоединился к ним, его улыбка была самой искренней из всех, что он мог изобразить. Внутри же все замерло и стало холодным как лед. Время подходило к концу.

"А знаете, что?" — предложил Игорь Николаевич, сияя от счастья за дочь. — "Надо это отметить! Говорят клуб "Кошачий Глаз" сильно обновился за последнюю пару лет. Пускают туда не всех, но может, попробуем?"

Все с энтузиазмом поддержали идею. Андрей важно кивал, его грудь расправилась от мысли, что он будет отмечать свою помолвку в таком месте.

Никита позволил себе легкую, почти незаметную улыбку. "Я слышал, там строгий фейс-контроль. Но я попробую договориться, у меня есть один знакомый", — сказал он скромно.

Его "договоренность" была молчаливым приказом, отданным тому самому "Тени", с которым он общался в комнате. Клуб "Кошачий Глаз" был его территорией, его логовом в сердце города. Бармены, охранники, официанты и даже некоторые постоянные посетители были его глазами и ушами.

Вечер в клубе был организован безупречно. Изысканный ужин, лучший стол, внимание всего заведения. Легостаевы были под впечатлением. Андрей наслаждался моментом, чувствуя себя вершителем своей судьбы. В кармане его парадного пиджака, лежал конверт — свежий, пахнущий деньгами, полученный всего пару часов назад в качестве аванса за новое "одолжение". Это был приятный бонус к сегодняшнему празднеству. Он и не подозревал, что каждый его шаг здесь наблюдают десятки преданных Никите глаз, что сам клуб — это гигантская ловушка, а он — мышь, которую пригласили на пир перед тем, как сыграть в кошки-мышки. И эта игра начиналась сейчас.

Атмосфера в "Кошачьем Глазу" была густой, как черный бархат, и сладкой, как отравленное вино. Свет приглушенных люстр отражался в хрустальных бокалах, а ритмичная, но не оглушительная музыка вибрировала в самом воздухе, создавая иллюзию приватности для каждого столика. Для семьи Легостаевых это был волшебный вечер. Ирина Юрьевна сияла, глядя на счастливую дочь, Игорь Николаевич с гордостью обнимал жену и тихонько подпевал музыке. Даже Панкрат, ненадолго заглянувший поздравить сестру, казался расслабленным.

Никита наблюдал за этим благополучием из своего кресла, стоявшего чуть в стороне, в полутени. Он был краеугольным камнем этого вечера, его невидимым архитектором, и это знание согревало его холодную, расчетливую внутреннюю сущность. Его пальцы обхватили бокал с темным соком, и он позволил себе маленькую улыбку, наблюдая, как Марина, смеясь, что-то шепчет на ухо Андрею.

Андрей. Он был на вершине своего триумфа. Его щеки порозовели от шампанского и всеобщего внимания. Он жестикулировал, рассказывая какую-то историю о "сложном деле", которое он "блестяще раскрыл". Его рука лежала на плече Марины властным жестом, и Никита видел, как пальцы Андрея сжимали ткань ее платья сильнее, чем хотелось бы. Жадность. Самоуверенность. Они излучались от него почти осязаемыми волнами.

Именно в этот момент Никита позволил первому акту своей пьесы начаться. Он не шевельнулся, не моргнул. Лишь мысленный приказ, тихий и точный, как выстрел снайпера, ушел вглубь клуба.

Из-за бара вышел один из официантов — высокий, пластичный мужчина с невозмутимым лицом. Он направился к их столику, чтобы сменить блюдо. Проходя мимо Андрея, он сделал едва заметное, почти случайное движение. Его локоть чиркнул по карману пиджака Андрея.

"Ой, прошу прощения", — голос официанта был ровным и вежливым.

Андрей отмахнулся, даже не взглянув на него, слишком поглощенный своим рассказом. Но Никита, с его обостренным восприятием, уловил мгновенную вспышку паники в его глазах. Рука Андрея инстинктивно потянулась к внутреннему карману пиджака, нащупала прямоугольник конверта и замерла. Он успокоился. Все на месте.

Он не знал, что конверт был уже пуст. Его содержимое, пачка купюр, полученных днем ранее, теперь лежало в другом кармане того же официанта. Ловкость рук, отточенная до магического уровня, сделала свое дело.

Прошло еще полчаса. Веселье нарастало. Андрей, ободренный алкоголем и ощущением безнаказанности, стал еще громче и напористее. Он начал отпускать двусмысленные шутки в адрес официанток, его взгляд блуждал по женской половине зала. Никита наблюдал, как Марина понемногу сжимается, ее улыбка становилась все более натянутой. Зерно сомнения было посеяно.

Затем настал момент для второго акта.

С другого конца зала к их столику направилась девушка. Она была эффектно одета, и ее появление казалось случайным. Но Никита знал ее. Это была одна из его оборотней, внедренная в местный бомонд. Она играла роль легкомысленной светской львицы. Ее звали Алиса.

"Андрюша! Какая встреча!" — ее голос прозвенел, как колокольчик, притворно-радостный. Она подошла и, не смущаясь присутствия Марины и ее семьи, легкой походкой приблизилась к Андрею.

Андрей замер. Его уверенность на мгновение дала трещину. "А-Алиса... Здравствуйте. Не думал, что..."

"А я думала!" — она игриво хлопнула его по плечу, и ее пальцы на секунду задержались на его рукаве. "Мы же в прошлую среду так и не договорили о том вечере в "Сапфире". Ты так внезапно сбежал, забыв даже свой галстук. Я все еще храню его как память".

Легкость, с которой она это сказала, была убийственной. Ирина Юрьевна перестала улыбаться. Игорь Николаевич нахмурился. Марина медленно отвела свою руку из-под руки Андрея. Ее лицо побелело.

"Ты что, знаком с...?" — тихо начала она, но Андрей ее перебил, пытаясь спасти ситуацию.

"Это недоразумение! Мы просто... обсуждали одно дело с отцом Алисы!" — его голос прозвучал фальшиво и слишком громко.

Алиса лишь загадочно улыбнулась, бросив на Андрея взгляд, полный обещаний и тайны. "Конечно, "дело". Не буду вам мешать. Позвони мне, Андрюша, мы все обсудим". И она удалилась, оставив за собой тяжелое, гнетущее молчание.

Вечер был безнадежно испорчен. Попытки Андрея оправдаться звучали все более жалко и неубедительно. Марина смотрела на него, и в ее глазах читались боль, разочарование и первые ростки гнева.

Никита не вмешивался. Он лишь наблюдал, как рушится тщательно создаваемый Андреем фасад. Это было даже лучше, чем он планировал.

Перед самым уходом, когда Андрей, потупившись, надевал пальто, к нему снова подошел тот самый официант. На его подносе лежал одинокий конверт.

"Сэр, вы, кажется, обронили это у стойки", — сказал он, его голос был ледяным и абсолютно вежливым.

Андрей схватил конверт, судорожно ощупал его и побледнел еще больше. Он был пуст. В его глазах вспыхнул настоящий, животный ужас. Он понимал. Кто-то знает. Кто-то играет с ним.

Он посмотрел вокруг, его взгляд задержался на Никите. Тот сидел все в той же позе, в полумраке. Их взгляды встретились на долю секунды. И в этот миг Андрей, возможно, впервые увидел не добродушного брата своей невесты, а что-то иное. Не человека, а хищника, который наблюдал за ним из темноты с безмятежным, почти скучающим выражением.

Андрей резко отвернулся.

По дороге домой в машине царило молчание. Марина смотрела в окно, ее плечи были напряжены. Андрей молчал, сжимая руль так, что его кости побелели.

Никита сидел на заднем сиденье рядом с родителями. Он снова был просто сыном, просто братом. Но внутри он чувствовал холодное удовлетворение. Игра была в самом разгаре. И следующий ход будет за Мариной.

Тишина в машине была густой и тягучей, как смола. Она давила на уши, нарушаемая лишь ровным гулом двигателя и скрежетом дворников о стекло — с неба начал сеять холодный осенний дождь. Никита сидел сзади, глядя в запотевшее окно на расплывающиеся огни города. Он чувствовал каждую эмоцию в салоне, как будто читал открытую книгу.

Горькое разочарование и боль, исходившие от Марины, висели тяжелым облаком. Растерянность и тревога родителей были похожи на тихий, прерывистый звон. А от Андрея исходила сплошная вибрация страха и злости — запутанный, уродливый клубок, который он тщетно пытался подавить.

"Марин, я не знаю, кто эта дура..." — начал Андрей, но его голос, хриплый и надтреснутый, сорвался на полуслове, когда Марина резко повернулась к нему.

"Просто вези нас домой, Андрей". Ее голос был тихим, но в нем стояла сталь. Это была не просьба. Это был приказ.

Больше никто не произнес ни слова.

У подъезда их дома Марина вышла из машины, даже не взглянув на Андрея, и быстрыми шагами направилась к двери. Родители, с беспокойными взглядами, последовали за ней. Никита задержался на секунду. Он обернулся к машине. Андрей сидел за рулем, его лицо, освещенное приборной панелью, было бледным и искаженным злобой. Он развернулся и последовал за семьей внутрь.

Дверь закрылась, отсекая внешний мир и ту драму, что осталась в машине. Домашний уют, пахнущий чаем и печеньем, обволакивал их, но не мог прогнать напряжение.

"Что это было, Марин?" — спросила Ирина Юрьевна, пытаясь обнять дочь, но Марина отстранилась.

"Я не знаю, мама. Я... мне нужно подумать". Затем она стремительно поднялась по лестнице в свою комнату и захлопнула дверь.

Игорь Николаевич тяжело вздохнул. "И что это за девушка? И этот конверт..."

"Он пустой был", — тихо сказала Марина из-за двери, очевидно, стоя рядом с ней. "Я видела, как он его проверил. Он был пустой. Он чего-то испугался".

Никита молча наблюдал. Его план работал безупречно. Сомнение было не просто посеяно — оно проросло и дало первые ядовитые победы.

"Никит, а ты ничего не знаешь?" — отец посмотрел на него с надеждой.

Никита развел руками, изобразив искреннее недоумение. "Я первый раз эту Алису вижу. Может, правда, какое-то недоразумение? Андрей же не дурак, чтобы так... на людях..." — он намеренно не договорил, позволив родителям самим додумать худшее.

Он поднялся к себе, притворяясь уставшим. Но как только дверь его комнаты закрылась, маска спала. Он подошел к окну. Машины Андрея уже не было. Убежал, — с холодным удовлетворением подумал Никита. Побежал прятать концы, проверять свои тайники, искать несуществующего врага.

Затем Никита обратил внимание на другой источник тепла в доме. Рыжий кот Апельсин вкрадчиво вошел в комнату и прыгнул на подоконник. Его зеленые глаза горели в темноте с мягким, внутренним огнем.

"Чувствуешь напряжение?" — мысленно спросил Никита, гладя кота за ухом.

"Чувствую угрозу, что причиняет боль моей стае", — прозвучал в его сознании беззвучный, теплый ответ, больше похожий на ощущение, чем на слова.

"Не сейчас. Он должен пасть сам. Под тяжестью собственных грехов".

Никита закрыл глаза, позволяя своему сознанию расшириться. Он чувствовал свою стаю. "Тени" следовали за Андреем, их присутствие было не более чем дрожью в воздухе. Артур, вожак стаи, был в курсе ситуации и обеспечивал юридическое прикрытие на случай, если дела примут нежелательный оборот. Ксения..., она была его якорем, ее спокойная поддержка ощущалась как тихий звон где-то на краю его восприятия. Все было на своих местах.

Внизу, в гостиной, родители тихо и тревожно переговаривались. Он слышал обрывки фраз: "...нам поговорить с ним?", "...Марина так убита...", "...а вдруг это клевета?"

Никита открыл глаза. Его взгляд упал на фотографию на столе, где они с Мариной были еще детьми. Он сжал кулаки. Терпение было его оружием. Он дал Андрею достаточно веревки, чтобы тот мог повеситься. И теперь он видел, как эта петля затягивается. Остальное было делом времени.

Три дня. Семьдесят два часа напряженного молчания в доме Легостаевых. Марина отгораживалась от всех, отвечая односложно и проводя все время в своей комнате или на работе. Андрей звонил десятки раз, но она отклоняла вызовы, а его сообщения оставались без ответа.

Никита наблюдал за этим, сохраняя внешнее спокойствие. Он был тем самым "нормальным" сыном, который ходил в ВУЗ, делал домашку и смотрел с отцом футбол, словно никакого развала семьи на глазах не происходило. Но по ночам, в своей комнате, он погружался в отчеты, которые складывались в удручающую мозаику.

Андрей, вместо того чтобы осторожничать, запаниковал. Испуг, посеянный в "Кошачьем Глазе", сменился истеричной активностью. Он лихорадочно пытался "залатать дыры": встретился с двумя своими криминальными контактами, чтобы вернуть часть денег и уничтожить компрометирующие свидетельства и, что было уже верхом наглости, попытался через общих знакомых выйти на ту самую "Алису", чтобы "объясниться". Каждое его движение отслеживалось и документировалось.

На четвертый день терпение Марины лопнуло. Она не могла больше сидеть в четырех стенах со своими мыслями. Ей нужно было отвлечься, уйти в работу. Ее редактор дал ей задание — сделать репортаж о реконструкции старого фонтанного комплекса в центральном парке. Съемочная группа была небольшой: она, оператор Кирилл и водитель.

Кирилл был идеален в своей роли. Спокойный, надежный, профессиональный. Он не лез с расспросами, но и не строил из себя безмолвного стража. Он шутил по-доброму, рассказывал забавные случаи из жизни, стараясь хоть как-то отвлечь ее. И это работало — его легкое, ненавязчивое общение понемногу возвращало ее к жизни.

Они работали несколько часов. Марина, погружаясь в привычный процесс, понемногу оживала. Она давала указания, строила кадры, и на ее лице даже появилось подобие улыбки, когда Кирилл ловко забрался на сложный ракурс, чтобы сделать эффектный снимок сверху, при этом комично балансируя и делая вид, что вот-вот упадет.

Именно в этот момент, когда она на секунду расслабилась, из-за деревьев появился он.

Андрей. Он выглядел уставшим, небритым, его одежда была мятой. Вид у него был жалкий и в то же время агрессивный.

"Марин! Мы должны поговорить!" — он шагнул к ней, пытаясь схватить за руку.

Марина отпрянула, как от огня. "Нет, Андрей. Все уже сказано".

"Ничего не сказано! Это какая-то провокация! Эта дура Алиса... я ее еле знаю! А тот конверт... я не знаю, что это было!"

Он был плохим актером. Его ложь била в глаза, как яркий свет. Марина смотрела на него, и в ее глазах гасла последняя надежда. Она видела не того уверенного мужчину, за которого собиралась замуж, а запаниковавшего мальчишку, запутавшегося в собственной паутине.

"Эй, дружище, видишь, мы работаем", — раздался спокойный, но твердый голос. Кирилл бесшумно спустился со своей точки и встал между Андреем и Мариной. Его осанка, обычно расслабленная, изменилась. Он не был угрожающим, но в нем чувствовалась стальная пружина, готовая разжаться.

"А ты кто такой, чтобы указывать?" — прошипел Андрей, его злость нашла новый выход. "Ясно. Уже нашла замену? Быстро вы, девочки, находите утешение!"

Это была роковая ошибка. Оскорбление, брошенное в ее сторону и в сторону человека, который вел себя куда достойнее, стало последней каплей. Лицо Марины исказилось от гнева и обиды.

"Молчи!" — крикнула она, и ее голос сорвался на низкий, гортанный звук, в котором была не просто злость, а что-то дикое, первобытное. Она сама на мгновение замерла от удивления, а Андрей отшатнулся, пораженный не столько словами, сколько этой странной, непривычной интонацией.

В этот миг в кустах на противоположной стороне аллеи мелькнула "тень". Еще один кадр для коллекции: взбешенный Андрей, отстраняющая его Марина и Кирилл, заслоняющий ее собой. Идеальная иллюстрация к истории о преследовании.

"Уходи, Андрей, — сказала Марина, и ее голос снова стал тихим, но обретенная сталь никуда не делась. — И не звони мне. Никогда".

Андрей постоял еще мгновение, его взгляд метнулся от Марины к невозмутимому Кириллу, он, что-то бессвязно пробормотав, развернулся и быстрыми шагами удалился.

Марина тяжело дышала, опираясь на штатив. Кирилл подошел, его лицо снова стало обычным, живым, полным участия.

"Ну и тип. Нормально так заводится по пустякам", — сказал он, вручая ей бутылку с водой. Его тон был легким, но взгляд — теплым и внимательным.

"Спасибо, Кирилл", — выдохнула она.

"Да не за что. Всегда помогу даме в беде", — ответил он с легкой, ободряющей улыбкой.

Вернувшись домой, Марина была не сломлена, а решительна. Она прошла в гостиную, где собралась вся семья, включая Никиту, и без предисловий заявила:

"Все кончено. Свадьбы не будет".

Вздох облегчения Ирины Юрьевны был слышен по всему дому. Игорь Николаевич кивнул, его лицо выражало понимание и поддержку.

Никита подошел к сестре и молча обнял ее. Он чувствовал, как она дрожит, но в этой дрожи была не слабость, а высвобождение.

"Ты приняла правильное решение", — тихо сказал он.

Теперь, когда Марина была свободна от влияния Андрея, путь для финального акта был открыт. Чехлыстов, лишившийся своего прикрытия и невесты, остался один на один с гневом криминальных связей, которых он подвел, и с вниманием "Теней" Парда пантер. Его падение было вопросом ближайших дней. И Никита уже видел этот момент — момент, когда он позволит правде выплеснуться наружу и навсегда стереть этого человека из жизни его семьи.

Он посмотрел на окно, за которым сгущались сумерки. В отражении он видел не свое лицо, а тень — тень большого черного зверя с холодными, знающими глазами. Охота подходила к концу.

Тишина, наступившая после разрыва, была другого качества — не напряженная, а очищающая, как после грозы. Марина больше не пряталась в своей комнате. Она вышла из нее, бледная, с тенью грусти в глазах, но с новым, твердым огоньком решимости. Она была ранена, но не сломлена.

Семья окружила ее тихой, ненавязчивой заботой. Ирина Юрьевна готовила ее любимые блюда, Игорь Николаевич как-то по-отечески потрепал ее по волосам, промолчав, — и в этом молчании было больше поддержки, чем в словах. Никита был рядом, но не давил, давая ей пространство.

В это же время тени Эринбурга сомкнулись вокруг Андрея Чехлыстова плотнее и беспощаднее. "Тени" Никиты больше не направляли его и не прикрывали его следы. Теперь они просто перестали мешать. Затертые записи с камер наблюдения, которые могли бы указать на его связи с криминалом, внезапно "всплыли" в памяти серверов. Дела, которые он когда-то "похоронил", снова оказались на столах у следователей, уже без магического налета забвения, мешавшего обратить на них внимание.

Его мир, выстроенный на лжи и самоуверенности, начал рушиться с нарастающей скоростью. Недоверие со стороны сослуживцев. Гневные, полные угроз, звонки от тех, кого он считал просто источником дохода, — теперь они видели его следы, которые раньше были скрыты. Он метался, пытаясь понять, почему его везение внезапно кончилось, но не находил ответа. Ветер превратился в ураган, и дул он со всех сторон сразу.

Никита наблюдал за этим, сидя в своем кресле в логове под "Кошачьим Глазом". Перед ним на столе лежала папка с последними отчетами. Фотографии перепуганного Андрея, записи его панических разговоров.

"Что дальше?", — спросил Артур, стоя по другую сторону стола.

Артур, нынешний вожак стаи, стал им не так давно — после гибели прежнего вожака. Адвокат, работавший в одной фирме с матерью Никиты, он поначалу смотрел на сына своей коллеги с долей скепсиса. Сила и знания, унаследованные от Иллариона, впечатляли, но одного наследия мало, чтобы стая подчинилась, на тот момент, подростку. Однако скепсис быстро сменился уважением, а затем и преданностью, когда Артур увидел, что стоит за этим наследством. Никита не просто обладал силой — он мыслил как правитель. Именно он наладил быт стаи, укрепил границы леса магией, создал отлаженную структуру управления, где у каждого было свое место и обязанности. Стая не просто подчинилась ему — она признала его своим Владыкой, потому что он доказал делом, что ведет их к новому уровню силы, порядка и процветания. Теперь Артур был его правой рукой — не из-за давящей силы предка-чернокнижника, а по доброй воле, видя в Никите настоящего лидера.

"Ничего, — спокойно ответил Никита. — Ситуация разрешится сама. Нам остается лишь наблюдать и быть готовыми убрать осколки, если они полетят туда, куда не нужно".

Как глава Парда, Никита не испытывал ни злорадства, ни жалости. Был лишь холодный интерес садовника, который перестал поливать ядовитый сорняк, наблюдая, как тот вянет под солнцем. Но как брат, он еле скрывал удовлетворение. Марина была свободна. И он расчистил пространство, чтобы однажды, возможно, в ее жизнь вошел кто-то действительно достойный.

Андрей оказался в полной изоляции. Бывшие коллеги отворачивались, "друзья" по криминальному миру, видя теперь четкую связь между его провалами и "проявленными" уликами, разорвали все контакты, пригрозив расправой. Даже его многочисленные подруги испарились.

Именно в этот момент, когда он, затравленный и отчаявшийся, прятался в своей съемной квартире с зашторенными окнами, раздался звонок в дверь. Не грубый стук участковых, а один вежливый, но настойчивый гудок домофона. Сердце Андрея ушло в пятки. Он подошел к панели, не включая видео.

"Кто?" — его голос прозвучал хрипло.

"Курьер, документы для Андрея Чехлыстова", — ответил нейтральный мужской голос.

Обещание "документов" заставило его дрогнуть. Может, это какая-то надежда? Лазейка? Он нажал кнопку открытия двери, не спрашивая, от кого посылка.

Через минуту в квартире стало темнее. Андрей обернулся и замер.

В дверном проеме, заполняя его собой, стоял Никита, но не тот студент, которого знал Андрей. На нем был безупречно сидящий черный пиджак, такие же черные брюки и белая рубашка, рукава которой были закатаны выше локтей, открывая обвивающие предплечья золотые цепи. Свет из коридора падал сзади, очерчивая его силуэт и бросая длинную, искаженную тень, которая, казалось, жила собственной жизнью, извиваясь по полу квартиры. Его руки были спрятаны в карманах, а лицо выражало спокойное, почти скучающее любопытство. За его спиной в коридоре, растворяясь в тенях, мелькнули две высокие фигуры — Клык и Коготь. Они остались снаружи, мягко закрыв дверь. Андрей и Никита остались одни.

"Ты?!" — выдохнул Андрей, отступая к стене. Этот образ... он был чужд и пугающе знаком одновременно. "Что... что тебе нужно? Денег? Я все отдам! Скажи Марине..."

"Марина больше не хочет тебя видеть и слышать", — Никита перебил его, и его голос был тихим, но он резал слух, как сталь. "И дело не в деньгах. Они у меня уже давно. Все, что ты спрятал. И даже больше".

Он медленно прошелся по комнате, его взгляд скользнул по немытой посуде в раковине, по разбросанным вещам.

"Я пришел проявить великодушие, Андрей. Показать тебе, за что тебя наказали. Чтобы ты не мучился вопросами".

"Какое наказание? Я... я просто попал в полосу неудач! Это клевета!" — попытался он выкрикнуть, но в его голосе слышалась лишь истерика.

Никита усмехнулся. Звук был мягким, но ледяным.

"Неудача? — Он повернулся к Андрею, и его глаза вспыхнули в полумраке комнаты золотисто-зеленым огнем. — Ты получил сообщение. От "Черного Кота". Тебе вежливо, без угроз, предложили свернуться. Даже предупредили, кого ты подставишь первым. Я дал тебе шанс. Подарок. Ты его не оценил.

Он сделал шаг вперед. Воздух в комнате стал густым и тяжелым, затрудняя дыхание.

"Каждая твоя взятка, каждая твоя ложь, каждая твоя "мимолетная подруга" — все это было тщательно задокументировано. Но самое главное — все это было скрыто. От всех. Было скрыто мной.".

Андрей смотрел на него, и постепенно, сквозь пелену паники, до него начало доходить. Мелкие странности. Необъяснимое везение, которое внезапно кончилось. Все пазлы сложились в ужасающую картину.

"Ты..." — просипел он. "Это все... ты? Но... как? Почему?"

"Почему?" — Никита подошел вплотную. Он не был выше Андрея, но казался ему гигантом. Аура власти, исходившая от него, была почти осязаемой. "Потому что мое терпение кончилось, улики накопились, а твоя бессовестность так и не нашла границу. Потому что твои действия сейчас причинили бы боль моей сестре. Если не сейчас, то позже, когда "лучшие годы жизни" будут потрачены на такого как ты. Я просто отошел в сторону, перестал подтирать за тобой. И твоя собственная грязь тебя и поглотила. А я наблюдал за этим из первых рядов...".

Вдруг тени в углу комнаты зашевелились. Они сгустились, потемнели и вытянулись, словно живая субстанция. Из этой черноты бесшумно выплыл и материализовался тот самый официант из "Кошачьего Глаза". Он не вышел из-за угла — он родился из самой темноты. Он молча склонил голову перед Никитой, а затем зашагал назад, и тень поглотила его, словно его и не было. Воздух на мгновение стал ледяным.

Андрей отшатнулся, ударившись спиной о стену. Его лицо исказил чистый, животный ужас. Это было не просто предательство или подстава. Это было нечто из другого мира.

"Кто ты?!" — закричал он. "Что ты такое?!"

Никита наклонился к нему, и его шепот был слаще яда и холоднее льда.

"Я — тот, чью защиту ты принял за свою удачливость. Я — тот, кого некоторые называют Князем или Владыкой пантер. И знаешь, что самое главное?" — Он выпрямился, глядя на Андрея. "Ты ничего не можешь с этим сделать. Никто не поверит сумасшедшему коррупционеру, который будет рассказывать сказки. Все улики против тебя — настоящие. Но если ты посмеешь приблизиться к кому-либо из моей семьи... полиции не придется тратить время на суд над тобой — твоя жизнь закончится так тихо и незаметно, что о твоем исчезновении даже не напишут в газетах".

Он повернулся и пошел к выходу, не оглядываясь. У двери он остановился.

"У тебя есть выбор, Андрей. Исчезнуть из этого города и никогда не возвращаться. Или остаться и столкнуться с правосудием людей... или со мной. Выбирай мудро".

Дверь закрылась. Андрей остался один в полутемной комнате. Хотя теперь бы он поостерегся так уверенно говорить о своем одиночестве.

* * *

Примечание от автора:

Сегодня выложены сразу две главы, так что следующие две главы через неделю. Это будет конец арки про Андрея, но не книги.

Спустя неделю после визита Никиты Андрей Чехлыстов, затравленный и лишенный своей искусственной "удачи", совершил отчаянную попытку спастись. Он попытался выйти на своего самого крупного криминального контакта, чтобы выпросить денег и помощи в побеге. Но "Тени" Никиты, больше не скрывавшие его следы, позволили этому сообщению уйти. И позволили тому самому криминальному авторитету, уже раздраженному внезапно "всплывшими" на Андрея уликами, принять меры.

Андрея нашли в его же квартире избитым. Рядом валялся его ноутбук с неубранными следами финансовых махинаций — уликами, которые раньше были надежно скрыты от посторонних глаз. Нападавшие, видимо, искали что-то конкретное, но в итоге просто оставили все как есть, невольно оказав помощь полиции.

Вечером того же дня в доме Легостаевых царила тяжелая атмосфера. Марина была бледна, но спокойна.

"Слава богу, что ты с ним рассталась", — тихо сказала Ирина Юрьевна, обнимая дочь.

Игорь Николаевич мрачно кивал. "Сам себя наказал".

Никита молча слушал их. Он выполнил свое обещание — не вмешивался напрямую, позволив карточному домику Андрея рухнуть под тяжестью его же грехов.

* * *

На следующий день Никита получил короткое сообщение от Панкрата: "Встречаемся. „Заливной мост“, 18:00".

"Заливным мостом" они с братом называли старый, уединенный пешеходный мостик в глубине парка, с которого открывался вид на заводи реки. Место было пустынным, особенно под вечер, и идеально подходило для разговоров без лишних ушей. Панкрат уже ждал его, прислонившись к перилам и глядя на темнеющую воду. Его лицо было серьезным.

"Дело Чехлыстова закрывается в ускоренном порядке", — без предисловий начал он. "Улики легли идеально. Слишком идеально. Как будто кто-то аккуратно убрал все камни, о которые оно могло споткнуться".

Никита молча смотрел на закат.

"Главный прокурор, отец твоей Ксении, сегодня вызвал меня", — продолжил Панкрат. "Он поинтересовался, не владеет ли наша семья, цитата, "исключительными источниками информации". Сказал, что последние месяцы все ниточки, ведущие к Чехлыстову, странным образом обрывались. А теперь — раз — и все само всплыло. Словно кто-то перестал мешать".

Никита медленно повернулся к нему.

"И что ты ему ответил?"

"Он не собирался ждать ответа. Сказал только: "Передай Никите, что я благодарен за... бдительность. Но в следующий раз пусть действует через меня. Мне не нужны лишние волны в моем городе, даже от самых талантливых зятьев"".

"Я просто убрал свою защиту с того, кто не ценил то, что имеет. Закон сделал все остальное сам", — спокойно ответил Никита.

Панкрат изучающе посмотрел на него.

"Ты уверен, что это все, что ты сделал?"

"Абсолютно", — Никита встретил его взгляд без колебаний. "Он сам связался с теми, кто его избил. Сам оставил улики на виду. Я лишь... перестал быть его ангелом-хранителем".

Панкрат тяжело вздохнул, но в его глазах читалось понимание.

"Ладно. Семья в безопасности, мусор убран — это главное. Но, Никита... в следующий раз, если увидишь подобную угрозу — дай знак. Официально. Чтобы нам не пришлось разбирать обломки после твоих... невмешательств".

Никита кивнул. Это был разговор на равных — руководителя спецотдела и того, чье влияние простиралось далеко за рамки любых должностей. Они понимали друг друга. И пока Никита защищал своих, а Панкрат поддерживал порядок, их интересы совпадали.

ОТЧЁТ СЛУЖБЫ БЕЗОПАСНОСТИ "ПАРДА"

Подразделение: "Тени"

Куратор: Коготь

Дата составления: 10 октября 2023

Вх. номер: Т-78-2-АЧ

1. РЕЗЮМЕ ИНЦИДЕНТА

Зафиксирована попытка сокрытия преступления с участием следователя А. Чехлыстова. Объектом манипуляций стало дело о пропаже несовершеннолетней Карины М. (14 лет). Чехлыстов официально закрыл дело по сфабрикованному основанию "отъезд к родственникам в другой регион без уведомления". Физическое дело осталось в архиве, но скрыто магией, наложенной отрядом "Теней". Электронная версия и связанные материалы удалены из базы данных полиции. Все материалы сохранены в базе данных Парда. Оперативной группой "Тени" проведено независимое расследование, результаты которого анонимно добавлены в физическое дело.

2. ХРОНОЛОГИЯ СОБЫТИЙ

2.1. Исходное дело

Дата пропажи: 25 сентября 2023

Потерпевшая: Карина М., 14 лет, ученица 8-Б класса гимназии №45.

Обстоятельства:

14:30 — вышла из школы после дополнительных занятий

14:45 — замечена на камере у остановки "Центральный парк"

15:10 — последний звонок матери: "Встречаюсь с Леной в парке, вернусь к 18:00"

С 19:30 — телефон недоступен, дома не появилась

2.2. Вмешательство А. Чехлыстова

Дата контакта: 27 сентября 2023

Похититель: Дмитрий С., 38 лет, родной дядя Карины, бывший военнослужащий

Мотив похищения: Крупные долги из-за пристрастия к азартным играм, планировал шантажировать родственников

Метод вербовки: Перехватил Чехлыстова в подворотне, представился членом ОПГ

Предложение: 150 000 руб. и обещание "безопасности семье" за закрытие дела

Действия А. Чехлыстова:

Сфабриковал показания "очевидцев", якобы видевших Карину в автобусе междугороднего сообщения

Внес в базу данных фиктивный запрос в соседний регион с заранее известным отрицательным ответом

Официально закрыл дело 5 октября с формулировкой "отъезд к бабушке в Краснодарский край без уведомления родителей"

В заключении указал, что "родители скрывают семейный конфликт, связанный с переездом"

2.3. Действия отряда по сокрытию

Магические меры:

Наложено "забвение" на физическое дело в архиве

Эффект: сотрудники архива непроизвольно пропускают дело при поиске

Технические меры:

Полное удаление электронного дела и связанных материалов из базы данных полиции

Все файлы сохранены в базе Парда

3. ОПЕРАТИВНЫЕ МЕРОПРИЯТИЯ "ТЕНЕЙ"

3.1. Сбор информации

Наблюдение за Чехлыстовым:

— 28 сентября — зафиксирована передача денег на подземной парковке ТЦ "Центральный"

— Установлена личность родственника пострадавшей через анализ телефонных переговоров

Анализ обстоятельств пропажи:

— Просмотр 89 камер видеонаблюдения

— Обнаружено перемещение Карины в автомобиле дяди (синий Ford Focus)

— Установлено место содержания — заброшенный гараж в дачном кооперативе "Рассвет"

3.2. Розыскные мероприятия

Оперативное наблюдение:

— Тень-04 осуществлял круглосуточное наблюдение за гаражом

— Зафиксированы переговоры похитителя с родителями пострадавшей с требованиями выкупа

Особенности похитителя:

— Дмитрий С. — бывший контрактник, имеет боевой опыт

— Использовал навыки маскировки и противодействия слежке

— Действовал в одиночку, тщательно планировал операцию

3.3. Раскрытие дела и документирование

Собранные доказательства:

— Аудиозаписи телефонных переговоров о выкупе

— Фотофиксация передачи продуктов и предметов первой необходимости

— Финансовые документы, подтверждающие долги похитителя

— Расшифровка переписки с кредиторами

Анонимное добавление в дело:

— Все материалы помещены в физическое дело в архиве

— Документы расположены так, чтобы быть обнаруженными при целенаправленном поиске

— Добавлены пометки, указывающие на фальсификацию в официальном заключении

3.4. Нейтрализация и контроль похитителя

Задержание и допрос:

Дмитрий С. задержан 8 октября 2023

Проведен усиленный допрос с применением ментальных техник

Получены полные признательные показания, включая детали планирования похищения

Модификация памяти:

Память о похищении, его планировании и последствиях временно заблокирована

Установка магических триггеров:

— Активность при контакте с правоохранительными органами

— Срабатывание при упоминании в разговорах или переписке событий, связанных с похищением

— Уведомление операторов "Теней" о попытках расследования инцидента

4. РЕЗУЛЬТАТ

Карина М. возвращена родителям 8 октября 2023 после анонимного звонка в службу 112 о местонахождении девочки

Дмитрий С. задержан, допрошен, подвергнут модификации памяти с установкой контролирующих триггеров

Физическое дело с компрометирующими материалами сохранено в архиве под магической защитой

Электронные следы устранены, копии сохранены в базе Парда

Родителям сообщено о "находке дочери в соседнем городе" для сохранения легенды

Обеспечен постоянный мониторинг ситуации через магические триггеры

5. РЕКОМЕНДАЦИИ

— Сохранять текущее состояние дела до получения указаний от Князя

— Продолжить мониторинг действий А. Чехлыстова

— Быть готовыми к вмешательству по сигналу триггеров

— Поддерживать режим наблюдения за Дмитрием С. для контроля срабатывания триггеров

Исполнители:

Тень-04 (наружное наблюдение, магическое сокрытие, модификация памяти)

Тень-11 (техническое обеспечение, документирование, установка триггеров)

Тень-07 (задержание и допрос субъекта)

Утверждено: Коготь

Князю доложено. 10.10.2023 23:45

* * *

Примечание автора:

Конец Первой части. Следующая глава через неделю

Денис медленно закрыл последнюю страницу, отодвинув от себя стопку исписанных от руки листов. Его пальцы слегка дрожали. Всего час назад он ознакомился с сухим, официальным отчетом «Теней» по делу Андрея Чехлыстова — входящий номер Т-78-2-АЧ. А теперь — эта хроника. Художественный пересказ, написанный Когтем с такой детализацией и проникновением в мысли героев, будто он сам был невидимым участником тех событий.

Он только что «прожил» всю историю падения Андрея — от первого предупреждения «Черного Кота» до леденящего душу визита Князя в квартиру предателя. Он видел, как рушился мир Марины, чувствовал холодную ярость Никиты и бессильный ужас Андрея. Два взгляда на одну историю. Две стороны работы стаи — бездушная машина протоколов и живая, дышащая плоть поступков.

— Всего несколько месяцев назад я не знал, что вы вообще существуете, — тихо произнес он, глядя на темный экран монитора на столе. — А теперь... Теперь я читаю личную жизнь Владыки Пантер как книгу.

В углу кабинета Коготь отложил планшет с цифровой картой.

— Не просто "как книгу", — поправил он. — Как учебное пособие. Ты должен понимать, как и ради чего мы работаем. И что бывает с теми, кто решает поиграть с огнем рядом с нашей семьей.

Их общение за последние недели стало простым, почти братским. Коготь, как и его брат Клык, не видел смысла в чопорности среди своих, а Денис постепенно привыкал к тому, что его наставник мог за минуту перейти от дружеской улыбки к ледяной серьезности.

— Я понимаю, — кивнул Денис. — Просто... масштаб осознается не сразу. Вы — не просто группа сильных парней. Вы — система. Со своими законами, своей правдой.

— Не «вы», а «мы», — мягко, но твердо поправил Коготь. Он подошел и положил руку ему на плечо. — Ты теперь часть этого. И доступ к таким делам — не привилегия, а доказательство доверия. И ответственности.

Денис молча кивнул, его взгляд упал на собственное предплечье. Под кожей на секунду проступил четкий контур — татуировка в виде стилизованного кошачьего глаза. Знак мягко замерцал тусклым зеленоватым светом, отзываясь на его внимание, и так же мягко погас.

Коготь отошел к двери и приоткрыл ее.

— А теперь хватит сидеть в четырех стенах и упиваться чужими историями. Ты видел только верхушку айсберга — клуб, несколько служебных помещений. Но «Пард» — это не только слежка и отчеты. Пора показать тебе самое главное.

— Самое главное? — насторожился Денис, вставая. — Что может быть еще?

Коготь улыбнулся, и в его глазах мелькнула та самая теплая искорка, которая всегда появлялась, когда речь заходила о стае.

— Жизнь, парень. Обычная жизнь. Наши семьи, наши дети, наша земля. Ты же до сих пор видел только боевую машину. Пора показать тебе, ради чего она работает. Наше логово в Ягужино — это не просто база. Это наш дом. И я хочу, чтобы ты его почувствовал.

С этими словами Коготь вышел в коридор.

* * *

Сейчас и далее главы будут выходить каждую среду в 13:00.

Дождь за окном автобуса стекал по стеклу мутными ручьями, искажая огни вечернего Эринбурга. Денис прижался лбом к холодному стеклу, наблюдая, как городской пейзаж сменяется более темными, малоэтажными окраинами. В кармане его куртки лежал скомканный листок с адресом, который он перечитывал уже десятки раз, и простой, ничем не примечательный пропуск с логотипом, напоминающим стилизованный кошачий глаз. Его собственное отражение в стекле казалось ему чужим: взгляд, в котором смешались страх, надежда и смутное ожидание чего-то, что должно было навсегда изменить его жизнь.

Всё началось три месяца назад. Вернее, оно началось гораздо раньше, с самого его рождения, но осознавать себя не таким, как все, он начал именно тогда. Первым звоночком стали ночные кошмары, настолько яркие и реальные, что, просыпаясь, он еще несколько минут чувствовал под пальцами шершавость коры деревьев и влажную землю, а в ноздрях стоял запах мокрой листвы и чего-то дикого, звериного. Потом пришла странная ловкость. Он, всегда довольно неуклюжий, начал с невероятной легкостью взбираться на деревья в парке, перепрыгивать через высокие заборы, его слух и обоняние обострились до болезненности. Запах перегара от соседа этажом выше, шепот влюбленных на другой стороне улицы, сердцебиение кошки, прячущейся под машиной — мир обрушился на него лавиной звуков и запахов, с которой он не знал, как справляться.

Кульминацией стал инцидент в подворотне. Двум подвыпившим громилам, решившим «попросить» у студента денег на выпивку, не повезло. Они не видели, как в глазах тихого парня вспыхнул желто-зеленый огонек, не слышали низкого рычания, рвущегося из его глотки. Они только почувствовали, как кто-то сильный и невероятно быстрый швырнул их друг в друга, а потом скрылся в темноте, не оставив и следа. Денис забежал в соседний двор, трясясь от адреналина и ужаса. Он смотрел на свои руки в свете лампы — на них не было ни царапины, но под кожей будто бы ползала чужая, дикая сила.

Именно в таком состоянии, растерянный и напуганный, он и встретил Его. Высокий, широкоплечий парень в темной худи, с невозмутимым, спокойным лицом. Он подошел к Денису у арки на выходе из двора, как будто ждал его.

«Неплохо справился, — сказал Незнакомец, и его голос был низким и уверенным. — Хотя мог бы и просто убежать, не привлекая к своим способностям лишнего внимания. Меня зовут Коготь».

Денис отшатнулся, готовый броситься наутёк, но что-то в глазах незнакомца удержало его. В них не было угрозы.

«Я не знаю, о чем вы», — пробормотал Денис.

«Знаешь, — мягко парировал Коготь. — Ты чувствуешь, как земля шепчет тебе под ногами. Слышишь, как бьются сердца людей за пару метров. Хорошо видишь в темноте. Ты не болен, Денис. Ты — оборотень. Пантера. Как и я».

* * *

Спустя несколько дней, в логове под «Кошачьим Глазом», в просторном, лишенном окон кабинете, шёл совсем другой разговор.

Никита, откинувшись в кресле, перебирал в руках магический артефакт, похожий на полированный чёрный камень. Перед ним на столе лежала тонкая папка. В ней было всего несколько листов.

«Итак, этот Денис, — произнёс Никита, его голос был ровным, лишённым эмоций. — Ты уверен в нём?»

Коготь, стоявший по другую сторону стола, кивнул.

«Да. Наблюдаем за ним с момента первого всплеска силы. Пробуждение в семнадцать — идеально, без срывов и лишних жертв. Сила первородная. Но дело даже не в силе».

«В чём же?» — Никита отложил камень и взял в руки папку.

«В голове. Парень умный, аналитический склад ума. После того инцидента в подворотне он не стал хвастаться, не испугался окончательно. Он начал искать информацию. Осторожно, по крупицам. Провёл новичков, которым мы поручили первичное наблюдение за ним. Заметил хвост и отлично его отрикошетил по городу, используя толпу. У него нюх на слежку. Для «Тени» — отличное качество».

Никита медленно перелистывал страницы. Биография Дениса была обычной, насколько можно назвать обычной жизнь парня из приюта: школа, техникум, увлечение паркуром и фотографией. Ничего примечательного, кроме внезапно проснувшихся способностей.

«Брать в разведку того, кого мы так недолго знаем. Он видел тебя. Может попробовать описать».

Коготь усмехнулся.

«Попробовать может. Но ты же знаешь, как работает наша защита. Он не сможет удержать в памяти твоё или моё лицо в деталях. Стоит отвести взгляд — и образ расплывается. Он запомнит общее впечатление, но не черты. А его потенциал... Никит, я редко ошибаюсь в людях. Из него получится отличный разведчик. Он не силовой боец, он — тень. А таких у нас все еще не достаточно».

Никита закрыл папку. Его взгляд встретился с взглядом Когтя.

«Хорошо. Действуй. Начни с малого. Дай ему прочитать его собственное дело. Пусть поймёт, с какой точностью мы работаем. Потом — мелкие, несвязанные с нами поручения. Проверь его на надёжность, на умение хранить секреты. И только если всё будет чисто... тогда мы поговорим с ним о вступлении. И о том, что скрывается за ним».

«Понял, — кивнул Коготь. — Сделаем всё по протоколу».

* * *

Последующие недели стали для Дениса временем полного переворота картины мира. Коготь стал его проводником в этом новом, невероятном мире. Он объяснил, что Денис — «первородный», потомок магического существа. Он рассказал о стае, о магии, которая пронизывала всё вокруг. Но о Князе, главе стаи, говорил уклончиво, и всякий раз, когда Денис пытался вспомнить его лицо после их единственной мимолётной встречи в клубе, образ в памяти упрямо расплывался, оставляя лишь ощущение спокойной, неоспоримой силы. Денис слушал, впитывая каждое слово, и понемногу его страх сменился жгучим интересом.

Однажды вечером, после одной из их встреч безлюдном сквере, Коготь задал прямой вопрос.

«Ты хочешь просто научиться контролировать свою форму и жить дальше, как жил? Или хочешь узнать больше? Вступить в Пард?»

«Пард?» — переспросил Денис.

«Наша стая. Мы — семья. Но семья, у которой есть враги, обязанности и секреты. Твои способности... — Коготь оценивающе посмотрел на него, — они не для того, чтобы их прятать. У тебя талант оставаться незамеченным и замечать других. «Тень» из тебя может получиться отличная».

Решение не было простым. Денис думал несколько дней. Мысль о том, чтобы стать частью чего-то большего, тайного и могущественного, манила его. Но его пугала ответственность и неизвестность. Решающим аргументом стала... скука. Его старая жизнь, жизнь обычного студента техникума, внезапно показалась ему плоской, пресной и бессмысленной. А здесь, в этом новом мире, он чувствовал себя живым.

«Я хочу присоединиться к Парду», — сказал он Когтю.

Тот кивнул, как будто не сомневался в ответе. «Тогда готовься. Проверим, на что ты способен».

Проверка была сложной, но честной. Сначала Коготь дал ему прочитать его собственное досье. Денис с удивлением и легкой дрожью читал о себе: от оценок в школе до подробного разбора того инцидента в подворотне, с выводами о проявленных физических способностях и уровне агрессии. Это было жутковато — видеть свою жизнь, разложенную по полочкам. Но в то же время это был жест доверия. Ему показывали инструмент, частью которого он должен был стать.

Потом были мелкие поручения: проследить за человеком, не привлекая внимания, запомнить и точно описать обстановку в кафе, найти спрятанный «жучок». Денис справлялся блестяще. Его природная наблюдательность и обострившиеся чувства делали его идеальным кандидатом. Он научился лучше контролировать свою звериную сущность, понемногу превращая её из источника паники в рабочий инструмент.

И вот настал день, когда Коготь привёл его в одну из комнат «Кошачьего Глаза». В комнате, больше похожей на рабочий кабинет, его ждало получение Знака. И на этот раз человек, ожидавший его в кресле, не растворился в памяти. Его черты были чёткими и ясными. Взлохмаченные черные волосы, спокойные зелёные глаза, в которых читалась бездна опыта. Денис наконец-то ясно видел Князя.

«Это не клеймо и не ошейник, — сказал Никита, его голос был тихим, но заполнил всё пространство комнаты. — Это ключ. Ключ к связи со стаей, к нашей базе знаний, к твоим новым способностям. Он будет скрыт от чужих глаз и проявится только по твоей воле или воле тех, кто выше тебя в стае. Ты всегда сможешь избавиться от него, уйдя. Но пока ты его носишь, ты — под защитой стаи и обязан следовать ее законам. Ты согласен?»

«Согласен», — выдохнул Денис, чувствуя, как от встречи с этим взглядом перехватывает дыхание.

Процесс был быстрым и почти безболезненным. Коготь провел рукой над его предплечьем, и на коже выступило легкое жжение. Через секунду оно прошло, оставив после себя лишь едва заметный, теплящийся изнутри зеленоватым светом контур кошачьего глаза. Денис почувствовал, будто в его голове зажглась тихая, фоновая радиостанция, вещающая на языке чужих, но уже не враждебных эмоций. Он чувствовал спокойное присутствие Никиты, деловитость Когтя. Это было странно, но не пугающе.

«Добро пожаловать в Пард, Денис», — сказал Никита, и его улыбка была настоящей.

Следующие несколько недель пролетели в тренировках и учебе. Коготь был строгим, но справедливым наставником. Он учил Дениса базовым приемам боя и маскировки, работе с информацией, аналитике, психологии. Он показывал ему другие, скрытые для публики части клуба, давая постепенно привыкнуть к новому статусу. Денис получал доступ к новым, более сложным делам. Он читал отчёты о мелких метаморфах, о нарушениях магического устава города, о наблюдении за потенциальными угрозами. С каждым разом папки становились толще, а информация в них — серьёзнее.

Коготь кивнул, просматривая на планшете его успехи. Он открыл сейф в стене и достал оттуда картонную папку, на которой стоял номер Т-78-АЧ.

«Это — не отчёт о наблюдении за каким-то посторонним человеком, — серьёзно сказал Коготь, протягивая папку Денису. — Это дело о том, как мы защищаем своих. Читай. Вникай. После обсудим».

Денис взял папку. Она была увесистой.

Он поднял взгляд на Когтя. В его глазах читалось смятение.

«Всё это... это же про семью Князя?»

Коготь кивнул.

С первых же строк Денис понял, что это не просто очередное задание. Это была история. История падения человека по имени Андрей Чехлыстов. И в каждой строчке, в каждом отчёте о наблюдении сквозила холодная, методичная рука той самой силы, что теперь защищала и его. Он читал о Марине, о семье Легостаевых, о тонкой паутине, которую сплели «Тени», чтобы оградить своих.

Коготь повел Дениса обратно через лабиринт коридоров, но на этот раз их путь лежал не в служебные и административные помещения, а в парадную часть клуба. Они миновали шумящий танцпол и свернули в тихий, богато отделанный коридор, стены которого были обиты темным деревом, а под ногами лежал густой ковер, поглощающий шаги.

В конце коридора, в нише, висел огромный, в массивной раме из черного дерева, гобелен. Он был выткан из темных, переливающихся нитей и изображал не конкретных людей или зверей, а абстрактный, но узнаваемый символ — кошачий глаз, окруженный сложным переплетением узоров, напоминающих то ли древесные корни, то ли лозы, то ли следы когтей. В центре зрачка мерцала вставка из темного нефрита, вбирающая в себя и поглощающая свет.

«Парадный вход для тех, кого не стоит вести через служебные помещения», — тихо произнес Коготь. Он подошел к гобелену и приложил ладонь к центру кошачьего глаза. Нити гобелена на мгновение вспыхнули тусклым зеленоватым светом, пробежавшим по сложному узору.

Раздался тихий, почти неслышный щелчок. Часть стены рядом с гобеленом от пола до потолка бесшумно отъехала в сторону, открывая за собой не темный проход, а просторный, освещенный лифт с зеркальными стенами и мягким бархатным сиденьем.

«После тебя», — Коготь жестом пригласил Дениса войти.

Дверь закрылась. Лифт не дернулся, не загудел. Денис лишь почувствовал легкое давление в ушах, а когда взглянул на стену лифта увидел, что там нет кнопок с этажами. Вместо них на сенсорной панели горели три символа: кошачий глаз, дерево и волна.

«Глаз — это клуб, дерево — подземелья в Ягужино, волна — выход к реке», — пояснил Коготь, прикасаясь к символу дерева. «Это не лифт в обычном понимании. Он перемещается сквозь тень, используя закрепленные точки-якоря».

Ощущение было странным, словно они плыли сквозь толщу чего-то плотного и темного. В зеркалах на секунду поплыли, исказились их отражения, прежде чем все вернулось в норму. Путешествие заняло не больше двадцати секунд.

Двери лифта разъехались, и Денис шагнул в просторный, уютный холл. Воздух был свежим, пахло древесиной, смолой и свежей землей — точь-в-точь как в глубине леса после дождя. Свет исходил от стилизованных под старинные фонари светильников, мягко освещавших стены, отделанные тёплым деревом и диким камнем. Напротив лифта располагалась стойка из тёмного полированного дуба, за которой сидел молодой мужчина в тёмно-зелёной удобной куртке. Он поднял взгляд от планшета и кивнул Когтю.

Пока они обменивались короткими фразами, Денис огляделся. На стене за стойкой висела большая карта Ягужинского леса, выжженная по дереву, с цветными штифтами, отмечавшими посты и маршруты. Рядом, в нише, журчал небольшой источник, стекавший по груде гладких валунов в неглубокий каменный бассейн.

«Идём, — Коготь тронул Дениса за локоть, направляя его к широкой деревянной арке, ведущей куда-то вглубь.

Они вышли из холла, и Денис снова замер, на сей раз от удивления, смешанного с восторгом.

Перед ним раскинулся огромный подземный зал, но он нисколько не напоминал мрачную пещеру. В высоком потолке был проделан световой колодец, но вместо каменного свода над ними сияло голубое, бездонное небо с редкими пушистыми облаками. Свет, падающий сверху, был мягким и естественным и невозможно было поверить, что над ними — десяток метров земли и скальных пород.

«Иллюзия неба», — Коготь последовал за его взглядом. «Технологии плюс магия. Так мы не теряем связь с миром и знаем, какая погода наверху. Да и психологически легче жить под открытым небом, даже если это всего лишь его изображение. Такие же купола есть во всех основных жилых зонах подземелий».

В центре зала зеленел настоящий сад — высокие папоротники, молодые клёны, даже небольшая рощица стройных берёз, их листва шелестела от движения воздуха, поступавшего по вентиляционным шахтам, скрытым в «скалах». Между деревьями вились дорожки из плоского речного камня.

Вдоль стен стояли уютные, прочные срубы и дома-полуземлянки, гармонично вписанные в ландшафт. Из труб некоторых из них поднимался лёгкий дымок, пахло хлебом и дымом. Возле одного из домов мужчина в рабочей одежде что-то точил на современном точильном станке с электроприводом, а рядом, на крылечке, женщина качала люльку с младенцем, одной рукой листая что-то на смартфоне. Под деревьями, на деревянных скамьях, сидели несколько подростков, увлечённо обсуждая что-то, один из них показывал остальным видео на своём телефоне. Детишки младшего возраста играли в догонялки, их смех эхом разносился под сводами.

Каменная тропа, по которой они шли, мягко виляла между домами, то поднимаясь по пологому склону, то спускаясь к тихо журчащему подземному ручью. Денис чувствовал, как его первоначальное нервное напряжение постепенно растворяется в этой умиротворяющей атмосфере.

«Здесь своя система вентиляции и очистки воздуха», — сказал Коготь. «Магия в симбиозе с технологиями. Свежий воздух из леса поступает в эти подземелья, а на выходе очищается, в том числе от любых посторонних запахов, которые могли бы нас выдать».

Они свернули за угол и Денис увидел, что огромный зал, в котором они находятся, плавно перетекает в следующий, не менее просторный. Здесь иллюзия неба тоже сияла над головой, но ландшафт изменился. В центре этого нового зала змеилась настоящая подземная река, через которую были переброшены мосты. А по ее берегам кипела жизнь маленького городка.

С одной стороны реки располагались мастерские. Денис увидел кузницу, где мужчина с голым по пояс торсом и густыми волосами управлялся с раскаленным докрасна металлом, орудуя молотом и наковальней. Рядом, в столярной мастерской, пахло свежей древесиной и лаком. Пожилая женщина с руками, покрытыми тонкими узорами шрамов, с помощью электрического лобзика выпиливала из доски сложный контур.

«Федор, наш главный кузнец», — Коготь кивнул в сторону силача. «Он не только кует, но и помогает Никите зачаровывать изделия. А резные обереги тети Любы есть в каждом доме. Они не просто красивы — они работают. Отводят взгляды, создают приятные запахи, согревают, освещают, или просто успокаивают. И все это обычным инструментом и без особого владения магией, просто нужно знать, как».

С другого берега доносились аппетитные запахи. Там, в большом помещении с открытой кухней, несколько человек готовили еду. Одна женщина месила тесто в огромной деревянной деже, другая помешивала что-то в большом котле. Денис заметил, как одна из поварих, не отрываясь от готовки, легким движением запястья заставила серебряную цепь, обвитую вокруг ее предплечья, метнуться к дальней полке и аккуратно подцепить банку со специями, доставив ее прямо в руку.

«Цепи — далеко не украшение», — словно прочел его мысли Коготь. «Это магические артефакты. Пропуская по ним свою силу, можно ими управлять. Могут удлиняться, двигаться по воле хозяина, даже держась в воздухе, могут заостряться на конце. Удобно как в бою, так и в быту. Но для их контроля нужны сила и умение, а для создания — ресурсы, потому есть они не у многих».

«Это наша общая столовая», — продолжал он. «Готовят все по очереди, по графику. Есть, конечно, те, кто предпочитает готовить у себя дома, но сюда приходят пообщаться, обсудить новости».

Они пересекли один из мостов. Под ногами звенели доски, а внизу темной, спокойной гладью текла вода. Денис заглянул за перила и увидел в глубине темные, стремительные тени — крупную рыбу.

«Форель», — улыбнулся Коготь. «Разводим сами. И не только её. Есть у нас и свои грибные пещеры, и огороды на верхних ярусах, куда выведены световоды от настоящего солнца. Полной автономности у нас нет, слишком сложно, но месяца на три-четыре припасов и своих продуктов хватит».

«И это Князь все построил?» — не удержался Денис, оглядываясь вокруг.

Коготь усмехнулся.

«Нет, конечно. Часть, примыкающая к выходу в Ягужинский лес, появилась до него, да и то, что ты видишь, строили всей стаей. Но он участвовал в проектировании, организации, вложил силы, знания и, не побоюсь этого слова, душу. Раньше стаей правила Иоланда — так называемая Зеркальная Ведьма. Она была сильна, но ей не было особого дела до быта, до детей, до будущего. Она ждала возвращения Иллариона. Для нее оборотни были лишь инструментом или боевой силой, которую нужно в сохранности вернуть хозяину. А Никита... он стал думать о том, как нам жить здесь и сейчас. Даже получив знания и силы предка, он не приказывал строить, а сам брал в руки инструмент и работал рядом со всеми. Он собирал самых способных к магии и науке и вместе с ними разбирал магические структуры, которые теперь знал, адаптируя под наши нужды. Так он и заслужил полное доверия подавляющей части стаи».

Тропа, по которой они шли, начала подниматься, и стены искусственной пещеры с «небом» остались позади. Они миновали тяжелую, но изящно отделанную резными символами дубовую дверь, которая бесшумно отъехала в сторону по малейшему прикосновению Когтя, и вышли на свежий воздух. Денис глубоко вдохнул. Воздух был совершенно другим — живым, прохладным, наполненным ароматами хвои, влажной земли и опавшей листвы. Они стояли у входа в естественную пещеру, скрытую в склоне холма, а перед ними простирался настоящий, бескрайний Ягужинский лес.

Солнечный свет, пробивающийся сквозь высокие, вековые сосны и ели, лежал на земле золотистыми пятнами. Где-то вдали стучал дятел, и слышалось щебетание птиц. Лес казался диким и нетронутым, но Денис, уже привыкший доверять своим обострившимся чувствам, уловил в нем следы разумной деятельности. Аккуратные просеки, почти невидимые глазу метки на деревьях, напоминавшие царапины от когтей.

«Добро пожаловать в наш лес», — с улыбкой произнес Коготь, широко раскинув руки, словно обнимая все пространство вокруг. «Эта часть леса — наша. И она живет по нашим правилам».

Он повел Дениса по едва заметной тропинке, петляющей между могучими стволами.

«Это необычный лес, — объяснял Коготь. — Князь, используя знания Иллариона и собственную магию, вплел в него защитные чары. Для чужака, для врага, тропинки здесь будут вести в никуда, закручиваться в петли. С вертолета или со спутника ты увидишь лишь обычный труднопроходимый лесной массив. Ни одного намека на нашу деятельность. Но своих лес ведет и защищает».

По мере их продвижения Денис начал замечать и других обитателей. Не людей — зверей. Стайку пугливых косуль, мелькнувшую в чаще; белку, деловито перепрыгивающую с ветки на ветку; следы кабана на размягченной дождем земле.

«Мы их разводим, — сказал Коготь, кивнув в их сторону. — Поддерживаем популяцию. Лес должен быть живым, полным дичи. Это важно для экосистемы. И для нас».

Он посмотрел на Дениса, оценивая его реакцию.

«Наша звериная натура требует охоты. Подавлять это — вредно и для психики, и для контроля над формой. Но мы же не дикари, чтобы рыскать по окрестным деревням и резать скот. Поэтому Князь нашел компромисс. Охота разрешена. Но только в звериной форме. И только здесь, на нашей территории, на выращенных нами же животных. Это честно. Оборотни такая же часть природы — не будешь же запрещать медведям добывать себе пропитание».

Денис кивнул, понимая. Внутри него что-то отозвалось на эти слова глухим, одобрительным рыком. Его собственная сущность восприняла положительно эту информацию.

Они вышли на небольшую, залитую солнцем поляну. На краю поляны, прислонившись к стволу старого дуба, стоял высокий, худощавый оборотень. Его кожа была смуглой, а черты лица — острыми. У него были золотисто-желтые глаза с вертикальными зрачками, как у большой кошки. Он что-то негромко говорил другому, помоложе, чьи уши были заострены и покрыты коротким темным мехом, а ногти на руках больше напоминали короткие, но острые когти.

«Частичные трансформации, — тихо пояснил Коготь. — Самый частый и практичный вариант. Усилить слух, обоняние, зрение. Отрастить когти для лазания или боя. Это требует меньше сил и контроля, чем полное превращение».

Денис кивнул. Да, он тоже мог по желанию сделать свое зрение более острым, а обоняние — невыносимо чутким. Но видеть такое же умение у других было совсем иным чувством. Он был не один в своих странностях.

«А полное превращение?» — робко спросил он. — «Ты же говорил, что я... что мы можем становиться пантерами».

Коготь улыбнулся, и в его глазах вспыхнул озорной огонек.

«Полагаю, теория без практики — мертва. Смотри и мотай на вибриссы»

Он отошел на несколько шагов к центру поляны, закрыл глаза и сделал глубокий медленный вдох. Поначалу ничего не происходило, а потом... это началось.

Это не было резким или болезненным превращением из фильмов ужасов. Словно волна прошла по его телу. Рост его немного увеличился, плечи стали шире, а позвоночник выгнулся, обретая звериную грацию. Слышался тихий, похожий на шелест листьев звук — по его коже, на руках, на лице, начал прорастать короткий, густой иссиня-черный мех. Черты лица стали грубее, нос сплющился и почернел, превратившись в мочку, а из губ выступили белые клыки. Его уши заострились и сместились выше по черепу. Пальца на его руках укоротились, срослись, и на их месте появились мощные лапы с втяжными когтями, которые он с щелчком выпустил, вонзив в землю.

И тут Денис заметил странность. Одежда Когтя — куртка, джинсы, футболка — начала таять. Не рваться и не спадать, а именно таять, растворяться в воздухе мельчайшими частицами. За секунду от них не осталось и следа. Денис вспомнил рассказ о магических структурах, встроенных в знак. Видимо, это и была работа одной из них.

Весь процесс занял не больше десяти секунд. И вот там, где только что стоял человек, теперь стоял он — огромный, величественный зверь. Пантера. Ее шкура была не просто черной, а поглощающей свет, бархатной, на фоне которой ярко горели только изумрудно-зеленые глаза. Она была воплощением мощи, грации и смертоносной красоты.

Коготь-пантера медленно повернул свою голову в сторону Дениса. Из его глотки вырвалось низкое, вибрирующее урчание, которое Денис почувствовал скорее грудью, чем ушами.

И тут в голове Дениса, ясно и отчетливо, прозвучал голос Когтя, но лишенный привычных интонаций, больше похожий на мысль, рожденную в его собственном сознании: «Вот так. Полная форма. Сила, скорость, чувства... не сравнится ни с какой частичной трансформацией. Ты все понимаешь?»

Денис кивнул, ошеломленный. Слова были переданы ему напрямую. Это и был мысленный контакт через Знак.

«Хорошо, — прозвучало снова в его голове.

Пантера потянулась, выгнув спину дугой, ее мощные мышцы играли под кожей. Коготь сделал несколько плавных, бесшумных шагов по поляне, демонстрируя невероятную грацию хищника. Потом он снова подошел на то место, откуда начинал, и трансформация пошла в обратную сторону. Мех втягивался, кости и мышцы с тихим хрустом возвращались в человеческую форму. В воздухе возникли черные частицы, которые, иногда закручиваясь в маленькие вихре, быстро сгустились в знакомые очертания куртки, джинсов и футболки. Через несколько секунд перед Денисом снова стоял Коготь, лишь слегка взъерошенный и дышащий чуть глубже обычного.

«Вот так, — сказал он. — Сначала это требует концентрации, но с опытом приходит легкость. Главное — не бояться и доверять себе. Твоя сущность знает, что делать. Ты лишь должен ей позволить. А насчет одежды и связи... — он хлопнул Дениса по плечу, — всему научишься. Сначала будешь рвать одежду при превращении, как и все мы когда-то. Пока не настроишь под себя магию Знака. И мысленно говорить в звериной форме научишься — это проще, чем кажется».

Денис мог только кивать, слова застряли у него в горле. Увиденное и прочувствованное было одновременно и шокирующим, и вдохновляющим.

Коготь жестом показал следовать за собой. Они пошли дальше, глубже в лес и вскоре вышли к подножию высокого, скалистого утеса, поросшего мхом и низкорослыми соснами. Отсюда открывался вид на долину, но Коготь повел его по узкой тропе, вьющейся вдоль склона. Они поднялись выше, и через несколько минут тропа вывела их на небольшую, плоскую каменную площадку, нависающую над лесом.

«Наша смотровая», — объявил Коготь.

Вид отсюда был захватывающим. Лес простирался почти до горизонта, волнуясь зеленым морем. Где-то внизу блестела лента реки. На полянах Денис смог разглядеть фигурки людей — одни тренировались, другие просто отдыхали, кто-то играл с детьми.

«У тебя сложилось мнение, что мы тут живем под землей, как кроты? — Коготь стоял рядом, его руки были засунуты в карманы. — Это не так. Для безопасности, пока стая спит, логово закрыто. Но утром...»

Он подошел к самому краю площадки. Его поза изменилась, стала более властной, собранной. Он поднял руку, и Денис почувствовал, как по лесу пронеслась легкая, почти неосязаемая дрожь. Это была магия, но не та, что бьет молнией или рвет землю. Это была воля, переданная самому лесу.

«Я, как глава службы безопасности и заместитель Князя, имею доступ к управляющим чарам леса, — сказал Коготь, и его голос обрел металлические нотки. — Лес... слушается».

И лес послушался.

Прямо перед ними, на том месте, где только что была сплошная стена деревьев и кустарника, стволы вековых сосен и берез с глухим, но мягким скрежетом начали расходиться в стороны, как занавес в театре. Земля под ними заколебалась, и в ней появились глубокие трещины. Глыбы дерна и пласты почвы плавно, без грохота, съехали в стороны, обнажая то, что было скрыто под ними.

Земля расступилась, открывая взору внутренность логова. Денис смотрел, завороженный, прямо в жилое сердце Парда. Он видел тот самый зал с садом и домами, видел улицы, ранее освещенные иллюзорным небом, видел людей, которые внизу продолжали заниматься своими делами. Он видел реку, мастерские, играющих детей. Это был вид с высоты птичьего полета на их подземный мир, лишенный крыши.

«А если кто-то упадет?» — вырвалось у Дениса, когда он смотрел на этот зияющий провал в земле.

Коготь усмехнулся.

«Территория вокруг этих «дверей» покрыта особым запахом. Для животных он невыносим — они обходят это место за версту. Для наших — это сигнал: «здесь вход». Но дети... — он покачал головой с ухмылкой, — дети есть дети. Некоторые вместо того, чтобы идти через туннель, предпочитают спрыгнуть вниз, цепляясь за выступы и корни по пути. За ними, конечно, следят, но... Даже если они сорвутся, наша регенерация справится с полученными ушибами за считанные часы. Получают урок, становятся осторожнее».

Денис смотрел, не в силах оторвать взгляд. Он обвел глазами все это подземное чудо, поляны в лесу, где также отдыхали или работали оборотни, бескрайние просторы леса за его пределами. Он видел людей, которые жили здесь своей необычной, скрытой от посторонних глаз, но полной и прекрасной жизнью. Он видел детей, которые росли, не зная страха перед своим даром, не прячась, а гордясь им. Он видел не просто укрытие в глубине леса — он видел Дом. Настоящий, живой, дышащий Дом, созданный силой, умением и любовью.

«Вот он, Пард, — тихо, почти шепотом, сказал Коготь, стоя рядом с ним. Его голос был полон глубокой неподдельной гордости, что не нуждается в громких словах. — Не цифры в отчетах, не приказы и не тайные операции. Не сила, демонстрируемая врагам. Вот он. Наше сердце. И ради этого стоит работать. Ради этого стоит сражаться».

Денис молчал. Ему не нужны были слова. Все, что он видел, все, что он чувствовал, было лучшим ответом на все его сомнения и страхи. Он смотрел на этот подземный город, крепость, замаскированную под дикий лес, общину могущественных существ, живущих простой жизнью. И он чувствовал, как что-то окончательно и бесповоротно щелкает внутри него. Это было чувство принадлежности. Чувство цели. Это было чувство дома. Он стоял на краю каменной площадки, вдыхая воздух леса, и чувствовал, как под кожей на его предплечье теплится и тихо пульсирует в такт этому новому ощущению Знак его стаи. Его Парда.

«Ягужинский вестник»

Выпуск от 31 декабря 20... г.

Добрый день, дорогие соседи!

Что за чудо случилось с погодой? Ещё в понедельник мы ходили по лужам, а сегодня просыпаемся — и весь мир белый и пушистый! Второй день снег идёт не переставая, будто зима вспомнила, что мы о ней уже стали забывать, и решила нагнать всё разом. Дети, конечно, в восторге — на заднем дворе школы уже лепят снеговиков, а лыжи из сараев достали. Да и нам, взрослым, приятно: какой же Новый год без снега?

* * *

На этой неделе в нашей деревне случилось сразу несколько событий. Во-первых, наконец-то починили фонарь на центральной улице — теперь вечером до магазина идти не страшно. Спасибо нашему старосте Петру Ильичу, который лично следил за работой. Во-вторых, в школе прошёл конкурс новогодних поделок — победила работа семьи Ковалёвых: целая композиция из шишек, веточек и светящихся гирлянд под названием «Лесная сказка». Красота необыкновенная! Все работы можно посмотреть в фойе клуба до 10 января.

* * *

Из необычного за последние дни. Ходят слухи, что на прошлой неделе в наши края пожаловала компания «гостей» на внедорожнике — с ружьями и вряд ли с соответствующими разрешениями. Заявились в лес, а через пару часов выбежали оттуда, бледные, без добычи и без одной машины (говорят, бросили, чуть не перевернув). На вопросы нормально не отвечают, только бормочут что-то про странные тени и светящиеся глаза. Удивительно, что это происшествие прошло мимо меня. Ну, уехали и слава богу. Похоже, наш лес не любит непрошеных гостей.

* * *

Не забываем и о празднике! Завтра, 1 января, в деревенском клубе с 14:00 будет детский утренник с Дедом Морозом и Снегурочкой. А вечером, с 19:00, начнётся танцевальная программа для взрослых. Приносите с собой угощения к общему столу — будем встречать Новый год вместе, по-соседски тепло!

* * *

Дорогие ягужинцы! Пусть этот снег, такой неожиданный и такой долгожданный, станет для нас символом чистоты, обновления и надежды. Пусть в новом году в наших домах будет уют, в семьях — мир, в сердцах — радость. Желаю вам здоровья, терпения и побольше поводов для добрых улыбок.

С наступающим Новым годом! Пусть он принесёт нам только хорошие новости и счастливые дни!

Ваша Даша из Ягужино.

P.S. Если у вас есть интересные истории, события или просто красивые зимние фотографии, мой дом — крайний у лесной тропинки, с синей калиткой и рябиной у забора. Вместе сделаем нашу газету ещё живее!

Дорогие читатели и все, кто заглянул сюда случайно или неслучайно.

Спасибо всем, кто проявил интерес к моей первой книге «Пардус. Театр теней». Спасибо за ваше время, за лайки, за отзывы. Для меня важно, что история, которую я долго прокручивал у себя в голове и наконец решил написать и опубликовать, нашла отклик и у других людей.

На этом завершается вторая часть произведения. Третья часть уже пишется. Она будет новогодней, с зимними праздниками и происшествиями, следы которых скроет метель. В ней планирую начать основной сюжет истории. Все предыдущие главы были знакомством с лором вселенной «Пардуса» и моими дополнениями к нему.

Надеюсь, у меня хватит идей и воли, чтобы довести историю до конца. Того конца, который удовлетворит и меня, и вас. Ваши отзывы, вопросы, идеи для сюжета и даже молчаливое чтение — лучший двигатель для продолжения.

Присоединяюсь к жителям Ягужино и поздравляю вас с наступающим 2026 годом! Желаю, чтобы новый год принес вам новые стоящие истории — как в книгах, так и в жизни.

Ваш Шессс.