Круг (гет)

«Я в совершеннейшем возмущении, Ева!

С самого детства я учила тебя не показывать эмоций тем, кто относится к тебе с недоброжелательностью, а ты упорно игнорируешь все мои наставления!

Я всё понимаю, дорогая. Это невыносимо сложно, но ты сама приняла решение отправиться на Слизерин в свои одиннадцать вопреки моему мнению. И ты обещала мне тогда, что будешь вести себя с умом, лишь бы добиться своей цели, но только года проходят, а тебе всё сложнее сдерживать свой характер.

Я начинаю думать, что это в тебе бунтует кровь Оджи, которая и проявилась благодаря его появлению два года назад…»

«Как ты вообще могла сказать такое, бабушка? — нахмурилась Ева, поджав губы. — Я ведь даже не твоя кровная внучка и не его двоюродная племянница».

«…Ты моя внучка, единственная и самая настоящая, поэтому не смей цепляться за мои слова!

Оджи, узнав о произошедшем, собирался посетить твою школу! (К счастью, более благоразумные люди остановили этого безумца!)

Я говорила тебе, что не смогу тягаться с Долорес в её положении и в моём. Я не смогу защитить тебя. И Оджи не сможет. Профессора Дамблдора теперь нет. И хоть я и просила профессора Снейпа следить за тобой, но это не значит, что он обязан вытаскивать тебя из неприятностей за твою же не сдержанность, а потому ты остаёшься единственным человеком, кто может тебя обезопасить.

Потерпи совсем немного! Осталась сдача экзаменов, и ты вернёшься домой. А со временем всё возвратится на круги своя, и в этом ты можешь не сомневаться.

Вспомни, чему учил тебя мистер Кавагучи. «Если нрав горяч — жди неудач. Пришла беда — полагайся на себя».

Того же и я советую тебе. Ты в слишком невыгодном положении, при котором играть на два фронта сложно и практически невозможно…»

«Об игре на два фронта ты знаешь всё, что только можно было бы знать, бабушка», — горько усмехнулась самой себе слизеринка.

«…А потому не лезь на рожон!

С наилучшими пожеланиями, твоя бабушка.

P.S. Удачной сдачи экзаменов!»

Устало вздохнув, Хейг сложила в несколько раз зашифрованное письмо и убрала в учебник по трансфигурации, после чего взяла стопку учебников и направилась прочь из библиотеки.

Вот и долгожданное письмо от бабушки, в котором той устроили ожидаемый разнос. Конечно же, Лира Блэк не стала поддерживать Еву в её выходке с Амбридж. Да и кто стал бы?

Всего несколько дней прошло, а уже почти все постояльцы гостиной Слизерина иногда перешёптывались у неё за спиной, обсуждая слова, вырезанные на руке при помощи Чёрного пера Амбридж. Не прошло и дня, как фраза «Знай своё место, Хейг!» приняла ещё более издевательское для неё значение. Взаимоотношения становились всё хуже по той причине, что многие считали Еву своеобразным позором своего факультета, однако злополучные экзамены неминуемо приближались, и тогда многие углубились в повторение предметов, решив позабыть о своей непутевой однокурснице. Ева и Аяно также решили углубиться в повторение дисциплин, которые им предстоит сдавать в этом году.

В тот день Хейг направлялась из библиотеки с кучей книг по её предметам и письмом от бабушки в одной из них, но вдруг на горизонте появился счастливый обладатель рыжей шевелюры, а следом за ним и такой же второй. Ева в недоумении остановилась, наблюдая подозрительно решительное и слегка озлобленное выражение лица одного из Уизли. Это дало ей понять, что искали они именно её.

— Покажи мне свою руку! — потребовал Джордж, даже не здороваясь.

— Ну и быстрый же ты, братец! — нагнав первого, пропыхтел Фред, пытаясь изобразить подобие улыбки. Джордж, в отличие от него, не улыбался.

— В смысле? — спросила Ева, изображая искреннее непонимание. — Какую руку?

— Левую руку, кисть покажи! — повторил тот, выхватывая у неё книги и откладывая на подоконник рядом. Фред тоже больше не улыбался.

Вздохнув, Ева вынула руку из кармана и показала ладонь так быстро, что тот даже не успел прочесть слова, что отпечатались на ней лёгкими белёсыми полосами.

— Доволен? — недовольно поинтересовалась Хейг, пряча руку обратно.

— И что ты писала… ей? — с непроницаемым выражением лица спросил Джордж.

— «Я должна знать своё место», — ответила Ева, внимательно наблюдая за тем, как мрачнеет лицо рыжего.

— Мерзкая жаба! — проговорил Фред, а после вздохнул и потрепал Еву по голове. — Держись, Снежок. А ещё лучше не лезь на рожон, ибо, в отличие от нас, ты это делать не умеешь!

— Отстань! — фыркнула она, ударив его по руке.

— Да я уже! — сказал он с ухмылкой, а затем неожиданно обнял Еву, чего раньше без особой причины никогда себе не позволял. Джордж же наблюдал за ними с каким-то мрачным молчанием.

— Да что с тобой? — воскликнула Ева, упираясь руками в его грудь, но Фред и сам выпустил её из объятий.

— С каких пор для объятий с другом нужен какой-то повод? — таинственно сказал он, после чего хлопнул её по плечу и, бросив взгляд на близнеца, направился дальше по коридору. Ева смотрела ему вслед в попытке понять, что происходит.

— Не воспринимай всерьёз, — сказал Джордж, и Хейг обернулась. — Он просто прощался.

— Прощался? Что значит «прощался»? — недоуменно поинтересовалась Ева, на что Джордж издал смешок.

— Это было не простое прощание, — намекнул он.

Осознание начало медленно прокрадываться в её голову.

— Вы… куда-то собираетесь? — с сомнением предположила она, но к её разочарованию Джордж не опроверг слова. — И куда же?

— Подальше отсюда до тех пор, пока здесь рассекает эта зловонная карга, — ответил Джордж, прислоняясь к каменной стене спиной.

— То есть, как только директор вернётся, вы продолжите обучение?

— Очень вряд ли, — хмыкнул рыжий. — Наш поезд уже ушёл, Хейг, а чем заниматься дальше, мы с Фредом уже давно решили!

Ева поджала губы, стараясь не выдавать своего расстройства.

— Магазином, да?

— Именно! Лучше раньше, чем терять время на то, что нам обоим в будущем не пригодится.

— Но ты уж постарайся, чтобы потом действительно не пришлось локти кусать, — выдавила Ева подобие улыбки, легко хлопнув друга по плечу. Джордж улыбнулся.

— Ты ещё скидку выпрашивать у меня будешь!

— Ещё чего! У меня пожизненная скидка в вашем магазине в виде пяти процентов, забыл?

— Что-то не припомню, чтобы мы заключали какой-то договор, — улыбаясь, заметил он.

— Вот засранец! — возмутилась Ева и отвернулась, однако тот мягко дёрнул её за плечо, заставив прислонится спиной к стене. Она упёрлась плечом в грудь Джорджа и выдохнула от неожиданности, подняв глаза. Его рука прижимала её к нему.

— Да шучу я! — ответил он, глядя куда угодно, но не на Еву. — Я помню про скидку. Вот только…

Он посмотрел на Еву, хитро прищурившись.

— …Её ещё нужно подтвердить.

— Я уверена, что хочу об этом знать? — настороженно спросила Ева.

— Во-первых, постарайся не попасться Амбридж из-за совершения какой-нибудь пакости во имя светлого имени Дамблдора! Заставь меня гордиться тобой! Ну, а во-вторых… ты уж не разочаруй меня!

И с этими словами он схватил Еву за плечи и, изловчившись, легко поцеловал в губы. Та не успела среагировать, как Джордж уже сам оторвался и заблаговременно отскочил в сторону.

— Зря я сказал «не разочаруй», ведь прочувствовать что-то так быстро невозможно, но…

— Ты идиот, Уизли! — воскликнула Ева, проведя пальцами по губам. — Никогда, чёрт тебя возьми, больше так не делай!

Джордж тяжело вздохнул, и всё, что ему только оставалось сделать, это улыбнуться.

— Береги себя, Ева.

Однако та ничего не ответила; она чувствовала невероятный стыд за то, что не смогла этого предотвратить. Но Джордж не мог этого знать, а потому подошёл и крепко обнял. Внутри неё всё перевернулось.

— Пиши мне, — попросил Джордж.

— Не буду! — фыркнула Ева, уверенно высвобождаясь из его объятий. — Не заслужил!

— А хочешь попробовать ещё раз, чтобы заслужил? — лукаво поинтересовался тот.

— Не хочу! — испуганно ответила она, скрестив руки на груди. — Уходи!

— Да, пора, пожалуй, — согласился Уизли. — Всё, что я хотел, я уже сделал.

С этими словами, отдав честь, он развернулся и стремительно направился прочь. Ева смотрела ему вслед, пытаясь унять бешеное биение сердца. Так отвратительно она себя уже давно не чувствовала. Укоряя себя за то, что не смогла предотвратить этого идиотского прощания, она схватила книги с подоконника и направилась в подземелья.

* * *

— Вы полагаете, что создать болото посреди школьного коридора — это смешно?

Ева протискивалась через толпу людей, надеясь увидеть близнецов в последний раз. Слова Амбридж эхом отдавались в ушах.

— Думаем, да! — невозмутимо ответил Фред, рыжую шевелюру которого она уже видела в толпе других учеников.

— Оно готово, мэм! — раздался радостный вопль Филча, несущегося к Амбридж. — Разрешение на розги!

Хейг испуганно взглянула на близнецов.

— Очень хорошо, Аргус! — громко проговорила Амбридж, поворачиваясь обратно к близнецам. — Теперь вы узнаете, что значит нарушать школьные правила…

— Боюсь, Вы ничего не успеете сделать, поскольку, как мы считаем, идея школьного образования для нас исчерпана, — весело сказал Джордж. — Не так ли, Фред?

— Абсолютно точно, Джордж! — не менее весело согласился его брат.

И не успела директриса ответить что-либо, как близнецы подняли свои палочки и хором произнесли «Акцио, мётлы!». Те появились спустя мгновение, затормозив перед братьями, и вроде в следующий мог они взмыли в воздух под вопли Амбридж. В воздухе они ненадолго задержались, и пока Фред рекламировал их новый магазин и давал прощальное напутствие ученикам Хогвартса, Джордж перевёл взгляд на Еву, которая смотрела на него во все глаза. Она всё ещё была обижена на него за тот поцелуй и на саму себя за собственную глупость, но, тем не менее, смотреть на то, как дорогие ей люди вот так вот покидают школу, было как минимум не по себе. Какая-то незримая опора покидала её в этом школьном безумии.

Джордж словно понял это, после чего улыбнулся так словно хотел утешить. Ева ничего не успела сделать, а тот напоследок нахально подмигнул ей, и спустя миг они с братом уже неслись из каменных стен Хогвартса навстречу долгожданной свободе. Под возбужденые крики толпы и визги Амбридж Ева смотрела им вслед, сжимая в руке свёрнутый пополам листок, в котором было написано всего несколько слов, заставившие её трепетать.

«Помни, кто твой настоящий враг. Ничто ещё не проиграно, и ты не опускай рук, как делала это всегда. Ведь именно поэтому ты всегда так нравилась мне, Хейг!»