Цена свободы (гет)

Проснувшись утром, я чувствовал себя выжатым как лимон. Во-первых, я отрубился в собственной одежде. А во-вторых, всю ночь меня преследовали кошмары. Разумеется, не такие, как летом, и Волдеморта там не было, но всю ночь я бегал по какому-то лабиринту, убегая от других участников, кричащих что-то про то, что я ребёнок.

Стараясь не шуметь, я выбрался из кровати и, переодевшись, отправился проветрить мозги. Вставал я очень рано, так что никак не ожидал встретить в общем зале заспанную Пэнс, сидевшую в кресле и явно ждущую кого-то.

— Пэнси? — тихонько позвал я девушку.

— О, Гарри! Доброе утро. — брюнетка встала с кресла и потянулась. Черт. Если Тео перестанет наконец тупить, то он отхватит чуть ли не самую красивую девочку в школе.

— Что ты тут делаешь? — спросил я, стараясь совсем уж откровенно не пялиться на Паркинсон, которая была одета в превосходно сидящие на ней брюки и обтягивающую водолазку.

— Тебя жду. Хотела поговорить.

— И давно ждёшь?

— Нуу… Я знаю, что ты бегаешь по утрам, но не знала во сколько точно, так что я тут сижу уже час. Мне, правда, кажется, что я в какой-то момент заснула…

— Ну давай поговорим. — я оглянулся вокруг, прикидывая, куда бы сесть.

— Не-не. Не обязательно тут. Видишь, я подготовилась. — девушка демонстративно оттянула горло водолазки. — Так что я готова идти с тобой.

Усмехнувшись, я повёл девушку за собой к выходу из замка.

— Так о чём ты хотела поговорить? — спросил я её, едва мы вышли из гостиной.

— Я хотела извиниться.

— За что?

— За всё. За то, что не поддержала тебя вчера публично, за то, что это из-за моих рассказов тебя ненавидят куда больше, чем могли. Прости, что опять оказалась бесполезна и…

Девушка открыла рот, чтобы продолжить перечислять то, в чём её вина, но я мягко прервал её.

— Пэнси, послушай. — я глянул на понуро идущую рядом подругу. — Ты ни в чём не виновата. Даже если бы не твои истории, сомневаюсь, что ненависть толпы была бы меньше. И драться со всем факультетом ради меня — это глупо.

— Но Драко-то так и поступил!

— Да. Но он Малфой. Сейчас его семья — одна из самых влиятельных в Англии. Он может снять штаны и наложить кучу перед всеми, и никто ему ничего не сделает. Такое не под силу ни тебе, ни мне, ни ещё кому-то.

— Я чувствую себя всё время такой бесполезной. Когда что-то происходит, то всегда на помощь приходишь ты или Драко и всё решаете. Просто что будет, если кого-то из вас рядом не будет?

Почему-то в этот момент я опять вспомнил слова Дафны про лидерство и ответственность.

— Пэнс… — какое-то время я думал над ответом. — У каждого из нас своя роль. Драко хорош в политике, я… когда надо применить силу. Винсент — наш щит, а Грег — тяжёлая артиллерия. Тео прекрасен в науке, а ты — наши глаза, уши и голос. Без тебя мы никуда. Тот же Малфой вряд ли бы смог так надавить вчера на ребят, если бы ты не снабжала его информацией о них.

— А что насчёт Дафны? — с хитрой улыбкой спросила брюнетка. — Какая роль у Дафны?

— Ну… Дафна…

— Шучу. Не отвечай. — Пэнс рассмеялась. — Не уверена, что готова выслушать, что ты думаешь о моей лучшей подруге.

— Спасибо. — шутливо поблагодарил её я. — Кстати, раз уж ты наши «уши», то расскажи, какие у меня шансы? Что вообще слышно?

— Тебе честно? Или чуть приукрасить?

— Давай чуть приукрашенно. Хочу начать день хоть на немного более позитивной ноте.

— Ну, если приукрашено, то… тебе пиздец.

Я остановился и посмотрел на подругу.

— А если не приукрашено, то как? «Полный пиздец?»

— Всё верно! — с энтузиазмом закивала Паркинсон. И пошла дальше, вынуждая меня следовать за собой. — Начнём с того, что тебя ненавидит вся школа. И это мягко сказано. Пара человек с Хафлпафа заявили, что ты украл победу у их чемпиона, и это тут же подхватили.

— Кто главный источник?

— Угадай. Разумеется, твой любимый Гриффиндор. Ты нажил там слишком много врагов, особенно после того, как избил всеобщих любимцев.

— Окей. А Равенкло?

Стоило нам выйти за пределы замка, как брюнетка недовольно посмотрела по сторонам. Очевидно, ей крайне не нравилась такая погода.

— Пока не знаю. Но не думаю, что сильно позитивно. У Уизли там много друзей. Но как бы то ни было — ты токсичная персона сейчас. И любой, кто находится рядом с тобой, автоматически тоже попадает под удар. Ты должен понимать это.

— Понимаю. И я не забуду, что ты готова идти через это вместе.

— Спасибо, конечно, но я не про себя, а про твою подружку, Гарри.

— Астрид? — Я удивлённо глянул на Пэнси. — Да не, с ней всё нормально будет.

— Хорошо, если так. Просто это может быть нелегко для неё. Прямо сейчас каждый, кто хотел тебе навредить, но боялся это сделать, пойдёт в атаку. И бить будут не только в тебя, но и в тех, кто рядом.

— Пэнс… — начал было я, но девушка меня перебила.

— Я это говорю не потому, что она точно тебя бросит, а потому, что хочу, чтобы ты понимал, почему она может это сделать. — Пэнси посмотрела на меня и развела руками в стороны. — Встречаться с популярным и богатым Гарри Поттером — это одно, а быть в отношениях со всеобщим изгоем — это совсем иное.

— Да ладно, разберёмся. — со вздохом сказал я.

— Прости, не хотела тебя грузить с утра пораньше. — Пэнси виновато посмотрела на меня. — Зато я начала уже собирать информацию на всех трёх твоих конкурентов.

— Пяти.

— Чего?! — воскликнула девушка. О да, Пэнси, ты не всё на свете знаешь.

— Того. Чемпионов шесть. Я предложил, директора согласились. От Дурмстранга какая-то Мила Стойчева, а от Шармбатона — Люсьен Фурнье. Девочка выглядит неопасной, но, имея возможность свободного выбора, он точно не выбрал кого-то слабого. — Я почесал затылок, вспоминая подробности вчерашнего вечера. — А вот Фурнье может быть проблемой. Помнишь огромного рыжего здоровяка?

— Ага. — Девушка задумчиво кивнула.

— Так вот, это он.

— Мда-а-а. — протянула подруга. — Видать, у тебя и правда на роду написано драться с рыжими.

— И не говори. Так какой у нас план? Что будем делать?

— Ты — ничего. Сосредоточься на турнире и своих тренировках. Попробуй не выделяться. Знаю, ты привык делать всё наоборот, но в этот раз надо залечь на дно. Однако не смей бегать и прятаться. Просто веди себя как ни в чём не бывало и не твори новой херни. Я же попробую насесть всем на уши и что-то сделать с твоей репутацией. Попробую как-то продать то, что тебя подставили, и всё в этом духе. — Пэнси посмотрела в сторону озера, где нарезали круги Крам и рыжий здоровяк. — Нифига себе, какой он огромный! Короче. Да, я попробую что-то сделать с твоей репутацией и нарыть как можно больше информации про твоих оппонентов.

— Спасибо, Пэнси. Правда. Чёрт, так приятно было чувствовать, что я не один.

— Да не за что пока. — Девушка хлопнула меня по плечу и указала в сторону озера. — А теперь иди, бегай. А я посмотрю за тобой отсюда. Буду твоим тренером.

Оставив девушку одну, я неторопливо побежал на свой привычный маршрут. Почти всё как обычно. Только бегал я теперь не один, а ещё было непривычно время от времени слышать Пэнс, которая то и дело кричала что-то в духе «Вперёд, Гарри!» и «Ты порвёшь их». Похоже, она уж слишком вжилась в придуманную себе роль.

Когда мы, подшучивая друг над другом, вернулись в общежитие, много кто уже был на ногах. Первой моей реакцией было выйти обратно в коридор. Потом я подумал, что мог бы просто быстро промчаться в свою комнату. Но потом я увидел взгляд подруги и вспомнил её просьбу. Ладно, соберись, Гарри, не будь тряпкой!

Максимально стараясь делать вид, что вчера ничего не произошло, я неторопливо пошёл через всю общую зону. По пути я непринуждённо здоровался со своими однокурсниками и каждый раз по их реакции пытался отловить их отношение ко мне. И, на удивление, оно в большинстве своём как минимум было нейтральное, а где-то даже… позитивное.

Зайдя в спальню, я тут же обратился к Драко, указывая большим пальцем себе за спину:

— А что ты им всем вчера рассказал?

— И тебе доброе утро, Гарри. — проворчал блондин. — А что такое?

— Ну, они не хотят меня убить.

— Тебе не нравится?

— Нравится, но просто это странно… Не, реально, что ты им наплёл?

— Правду. — пожал плечами Малфой. И, увидев мой взгляд, полный недопонимания, продолжил:

— Ну, что тебя подставили и что, возможно, кто-то пытается таким образом тебя убить.

— И это помогло?

— Не совсем. Ещё я напомнил, что ты не раз впрягался за многих из присутствующих перед другими факультетами. Да и вообще никогда не бросал никого в беде.

— Короче, Гарри, твои действия принесли плоды! — сказал подошедший Гойл и хлопнул меня по плечу.

— Кхм. Спасибо.

— Но не особо радуйся, да, Винс?

— Угу. — Крэбб кивнул головой. — Не все согласились с Драко. Уорингтон явно затаил обиду. А с ним и другие старшекурсники. Они с трудом приняли факт того, что выбрали Диггори, а ты для них вообще красная тряпка.

— Так сказать, ты уязвил их гордость. — закончил за друга Грег.

— Понятно. — задумчиво протянул я. Это проблема, но не сильная. Всё могло быть хуже. — Ладно, я в душ. Дождётесь?

* * *

Когда Пэнси говорила, что вся школа меня ненавидит, она явно не преуменьшала. Стоило мне подняться из подземелий, как я тут же ощутил на себе десятки злобных взглядов. Помимо этого, я также заметил ещё одно новшество — многие ученики носили на мантиях значки с моим лицом, которое менялось на фразу «Потти — вонючка».

Увидев такой креатив, Грег, недолго думая, схватил одного из учеников Равенкло и напрямую спросил, а кто такой у нас в школе умный. Ответ никого не удивил. Разумеется, авторами значков были братья Уизли, которые всего за одну ночь сделали сотни таких значков и теперь раздавали их бесплатно на входе в Большой зал. В который раз я подумал о том, что их мастерство — да в полезное бы русло…

Собственно, там мы их и нашли — стоящих рядом с двумя огромными коробками. Едва они заметили меня, как сразу же приободрились и заулыбались во все свои зубы.

— Привет… — начал один.

— Потти! — закончил за него другой.

— Привет, дерьмоеды. — поздоровался я с ними. — Мне казалось, у нас был договор.

— Ты помнишь про какой-то договор, Фред? — правый близнец повернулся к левому.

— Конечно помню, Джордж! — ответил левый.

— И я помню. Кажется, там было что-то про то, чтобы не устраивать над другими розыгрыши и не пытаться навредить Великому Гарри Поттеру! — моё имя было чуть ли не пропето издевательским тоном.

— Всё верно, брат. И что-то я не вижу, где бы мы делали что-то из того, что мы обещали не делать. Это просто карикатурное творчество. Что поделать, если мы просто творцы.

— Так что, Потти, мы чисты! — ухмыляясь, произнёс тот, которого звали Джордж. — Или что, ты хочешь всей публике показать, насколько ты неуравновешенный психопат?

Я смотрел на ухмыляющуюся морду рыжего утырка и вспоминал, как смачно мой кулак входил в его тупое лицо. Чёрт. Как же хорошо это было. И как же сильно я хочу это повторить. Но, к сожалению, вокруг нас действительно начинало собираться всё больше и больше людей. Но просто так я этого спустить всё же не мог.

Я резко потянулся к левой руке и сделал вид, что пытаюсь схватить палочку, но в последний момент просто положил правую руку на левое запястье и, подняв сцепленные руки над головой, лениво потянулся.

— Как хорошо, что вы, мои маленькие сучки, всё ещё помните, кто ваш папочка. — протянул я, глядя на отпрыгнувших и перепуганных близнецов, которые купились на мой манёвр.

Неспешно подойдя к коробке со значками, я наклонился и взял один. На удивление, он был очень даже качественно сделан для игрушки, собранной на коленке за один вечер.

— Неплохо. — искренне похвалил их я. — Оставлю его как трофей.

С этими словами я прошёл в Большой зал, полностью игнорируя собравшихся людей.

— Почему ты не сжёг значки? — спросил меня Гойл, едва мы сели за стол.

— Всё просто, Грег. Ну сожгу я их, и что? Они налепят новых. Зато точно будут знать, что меня это зацепило. А так… — я показал ему свой трофейный значок. — У меня есть это!

— Круто. У тебя есть херовина, которая тебя же и оскорбляет. Поздравляю. — язвительно протянул Драко. А затем встрепенулся и с огоньком в глазах посмотрел на меня. — Погоди. Ты хочешь…

— Ага. — прервал я блондина. — Только не я, а Тео!

С этими словами я кинул Нотту значок, который тот от неожиданности едва поймал.

— И что мне с ним делать? — недоумённо спросил брюнет. Крутя в руках металлическую хреновину.

— Сожрать, разумеется. — съязвил я.

— Я вообще серьёзно спрашиваю!

— Ладно, ладно. Тео, ты помнишь, как как-то раз все уши прожужжал про зачаровывание одинаковых предметов?

— Это то, где если наложить определённые чары на какой-то один предмет, то можно настроить, чтобы они повторились на все дубли этого предмета, которые оказываются в радиусе пары метров?

— Ага. — кивнул Малфой. — Всё верно. Бьюсь об заклад, что Уизли сначала сделали один значок, а потом просто размножили его. А значит, по всей школе находятся сотни одинаковых предметов.

— Понял! — воскликнул Нотт. — И вы хотите, чтобы я как раз наложил такие чары и чтобы они как «вирус» поразили остальные значки, верно?

Дождавшись наших с Драко утвердительных кивков, слизеринец продолжил:

— Ладно, я сделаю так, чтобы значки отключались, не проблема.

— Не-не. Не надо, чтобы отключались. Давай-ка просто поменяем содержимое.

— На что?

— Это я потом скажу. — с озорной улыбкой ответил я. — Мне сначала надо дизайн нарисовать. У нас сейчас двойная история магии. Ты сможешь за это время разобраться с чарами?

— Но…

— Мы всё законспектируем, не волнуйся.

— Ладно. — сдался Нотт. — Давайте сделаем это!

Как Тео и обещал, к концу второй истории магии наш особый значок был готов. Вообще, я и сам мог бы попробовать это сделать, но, во-первых, у меня не получилось бы настолько хорошо, как у брюнета, а во-вторых, я чувствовал, что было необходимо дать слизеринцу возможность самостоятельно поднасрать близнецам и отомстить за лестницу.

Более того, Тео в какой-то момент так вошёл во вкус, что сам предложил немного изменить наш значковый вирус так, чтобы он менял содержимое не сразу, а лишь через пять минут после контакта.

Ну а дальше — дело техники. Нам оставалось всего лишь пройтись по школе с нашим значком в кармане. Так как, следующим уроком у нас были зелья, то и идти до подземелий нам как раз и надо было через добрую половину замка. Впрочем, даже не это было главным. Зельеварение у нас, как водится, шло вместе с гриффиндорцами, а у них почти у всех, за исключением Невилла, Грейнджер и, на удивление, младшего Уизли, на груди уже красовались значки.

Мы специально тянули до последнего и зашли в класс буквально за минуту до начала урока, чтобы не дать значкам времени среагировать раньше, чем нужно. Расчёт оказался почти идеальным. Когда влетевший с небольшим опозданием Снейп повернулся лицом к классу, перед ним предстала кучка гриффиндорцев, у которых на мантиях болтались значки, где сначала вылетала надпись: «Братья Уизли представляют», а затем она сменялась криво нарисованным, но тем не менее легко узнаваемым лицом декана, которому в рот запихивалась огромная пиписька. И подпись: «Гомоснейп».

В тот момент Гриффиндор потерял очень, очень много баллов. Ну а я никогда в жизни не видел профессора настолько бешеным. Он орал, краснел, плевался, грозил директором, довёл Лаванду Браун до слёз, а остальных гриффиндорцев — чуть ли не до седых волос, и остановился только когда услышал робкий стук в дверь.

В открывшийся проём протиснулся ещё один гриффиндорец, которого, кажется, звали Колин Криви. Он хотел было что-то сказать, но вот беда: на его мантии тоже болтался злополучный сувенир от братьев Уизли. И пока Колин мялся у двери, не решаясь войти внутрь, его значок уже успел вступить в реакцию с остальными значками в кабинете. Так что, когда львёнок набрался храбрости и зашёл внутрь, и без того разъярённый Снейп лицезрел ещё один свой «сосущий» портрет.