Лунные Сонаты v2.0 (гет)

Вечером мы собрались у наших комнат, и аликорны отвели нас к отдельно стоящему строению, вдали от основного комплекса Замка. Весь путь Грета была на взводе, едва сдерживаясь от желания засыпать Войса и Райз вопросами о гостях.

Небольшое помещение оказалось практически пустым — лишь в центре возвышался невысокий пьедестал со странным шаром. Слегка прозрачный, мерцающий мягким светом, шар удерживался витиеватой золотой подставкой.

— И... что это? — протянула Грета, округляя глаза.

— Это Жемчужина, — начал объяснять Войс. — На самом деле, крайне сложный артефакт из Параллели.

— Войс, попроще, — мягко попросила Райз, слегка толкнув его крылом.

— Если совсем просто — это мост между мирами. Видишь эти трещины, идущие от центра к поверхности? — он указал копытом на едва заметные прожилки внутри шара.

Грета прищурилась. Я тоже внимательно рассмотрела артефакт.

— Ну... да? — неуверенно кивнула грифониха.

— Это многомерные каналы, связанные с такой же Жемчужиной по ту сторону. Они преобразуют материю, адаптируя её под наш мир. И не только материю. Разум, базовые знания о том, как дышать и как двигаться в новом теле — всё перестраивается. Ничего подобного мы, пони, создать не можем. Это за гранью нашего понимания...

— Значит, люди создали такое? Они настолько превзошли нас? — не скрывая восхищения, спросила Грета.

— Не совсем, — быстрее брата ответила Райз. — Они нашли эти артефакты на своей планете — около двух сотен штук. Кто и зачем их оставил — остаётся загадкой. Люди отправляли посланников, некоторые возвращались, рассказывая о пустых мирах и... странных изменениях.

— Но большинство не вернулось, — подхватил Войс. — Поэтому о Жемчужинах забыли на время. Пока не началась та разрушительная война. Людям пришлось рискнуть, чтобы найти хоть какую-то помощь извне. Именно благодаря этой сфере их посланница попала в наш мир, а дальше... — он сделал драматическую паузу. — Тайна.

Грета разочарованно щёлкнула клювом. Я тоже невольно вздохнула.

— Интриганы, — фыркнула Фрайхарт.

Райз уже открывала рот, чтобы ответить, как вдруг Жемчужина резко взмыла вверх, заполнив комнату нарастающим гулом. Свет от неё усилился в разы, заставляя нас щуриться.

— Все отойдите на пять шагов назад! — скомандовал Войс.

Два потока энергии, похожих на сгустки жидкого света, медленно стекали с шара на пол, принимая расплывчатые очертания. Постепенно проступали ноги, туловище, наконец — головы. Я отвернулась от ослепительной вспышки, а когда зрение восстановилось, перед нами стояли двое существ невероятно странного вида.

"Будто пони и олень слились воедино", — мелькнуло у меня в голове. Их конечности были непропорционально длинными, тела поджарыми, а копыта — разделёнными, как у оленей.

Я задержала внимание на кобылке, как мне подумалось из-за её роста и телосложения. Цвет её шëрстки и гривы мне напоминал что-то. “Будто бы, будто бы… будто бы принцесса Твайлайт выцвела”.

И действительно, бледно фиолетовая шерсть и светло-серо-синяя грива с едва видимой некогда пурпурной полосой выглядели именно так, будто бы фотографию правительницы выставили на солнце на много-много дней. Или же, да простит меня Селестия за такие мысли о принцессе, её “постирали” так много раз, что весь цвет вымылся.

Жеребец же был полной противоположностью: угольно-чёрная шерсть напоминала принца Мунлайта, но ядовито-яркая фиолетовая грива, казалось, светящаяся в полумраке, полностью разрушала это сходство. Я впервые видела настолько яркий и насыщенный цвет волос.

— Мира вам, люди, — необычным приветствием встретил их Войс, встав рядом с кобылкой.

— Ага, мира вам, пони, — ответила она, сделав шаг и едва не потеряв равновесие. Принц ловко помог ей, лёгким толчком вбок вернув в равновесие.

Райз же поспешила поддержать жеребца. Он столкнулся со схожими проблемами.

— Давайте, небольшими шагами, — подбодрила принцесса гостей. — Телу нужно привыкнуть к движению.

Сделав несколько осторожных шагов, пони-люди освоились. Тогда Войс наконец представил их.

— Знакомьтесь, — сказал он и указал кивком головы сначала на кобылку, а потом на жеребца. — Это Лайна и Ардан, они брат и сестра.

— А это наши друзья, — Райз указала на нас, — Мелоди, Фрайхарт и Грета.

— Рады знакомству, — Ардан первым поднял копыто для традиционного приветствия.

Когда очередь дошла до Греты, Лайна внимательно рассмотрела грифониху:

— А вы не похожа на пони. Впервые вижу такой вид. Расскажете о себе?

Грета растерялась под таким пристальным вниманием.

— Лучше удовлетвори её любопытство, — с лёгкой усмешкой заметил Ардан. — Иначе не отстанет.

— Она грифониха из Грифонии, — поспешил на помощь Войс. — Страны за океаном.

— Похожа на ваших птиц... Хищница? — Лайна нахмурилась.

— Исторически — да. Но с развитием цивилизации необходимость охотиться отпала.

— Очень интересно, — пробормотала Лайна, не отрывая взгляда от Греты.

— Уже жалеешь, что не взяла с собой аппаратуру для исследований? — поддразнил её Ардан.

— Помолчи, — огрызнулась она, затем перевела взгляд на Фрайхарт. — А вы тоже необычная пони, да?

В отличие от Греты, Фрайхарт не смутилась:

— Совершенно верно. Я — Фрайхарт Моро из Фракии, — с лёгким пафосом представилась она, демонстративно расправив крыло и показательно несколько раз согнув и разогнув свои особые перья.

— А вы так не можете? — Лайна показала на крылья, обращаясь к Войсу.

— Увы, это особенность фракинайцев, — подтвердил он.

— Неудачники, — констатировала Лайна с такой непосредственностью, будто мы были старыми друзьями.

— В этом ты права, — с улыбкой согласился Войс, затем пояснил нам: — Лайна ещё не совсем освоила наши манеры общения. Относитесь снисходительно — в этом плане она как жеребёнок.

Ардан фыркнул, Райз сдержанно хихикнула. Лайна же оскалилась.

— Хочешь, я напомню, кто первые дни в моём мире на четырёх "копытах" ползал?

— Не надо, — парировал он. — Пойдёмте, нужно разместить вас в комнатах.

И он первым направился к выходу, обойдя нас сбоку. Постепенно вся наша группа направилась за ним следом, и вскоре мы покинули помещение с Жемчужиной. Стоявшие на своём посту стражники закрыли за нами дверь.

Едва мы вышли на свежий воздух и задержались на месте, как Лайна оказалась рядом с Гретой и начала осыпать её вопросами. Чтобы поддержать подругу, я приблизилась к ней с другой стороны, словно показывая, что я рядом и могу ей помочь.

— И что было в вашем рационе?

— Н-ну, мелкие звери там всякие, — неуверенно ответила на вопрос грифониха.

— И только? А крупную добычу избегали? Не было групповой охоты? Вы одиночки?

— Д-да как-то да, наверное?

— А на пони охотились?

— Н-нет! В те времена мы ещё и не знали, что по ту сторону большой воды.

— Понятно. А потом, когда развились до кораблестроения, уже никто не охотился?

— Н-ну точно не на пони.

— А по поводу…

— Лайна, — обратился к ней её брат. — Оставь беднягу в покое. Ты её своим излишним вниманием совсем смутила. Потом расспросишь.

— Не мешай, — нейтральным тоном отозвалась она на просьбу.

Я решила вмешаться в разговор, чтобы поддержать подругу.

— Лайна, могу ли я поинтересоваться, почему вы так заинтересованы Гретой? — я подобрала максимально вежливые слова, чтобы гостья не подумала, что я ей хочу нагрубить.

— Не только Гретой, а всем вашим миром в частности, — она перевела взгляд на меня. — Хочу сравнить естественное развитие видов с нашим... ускоренным. У вас не было мейнфреймов и направленной эволюции.

— Направленной… чего? — переспросила Грета.

— Мой термин для описания нашего развития после освоения мейнфреймов.

— Мейнфреймов?

Лайна нахмурилась.

— Разве в ваших учебниках нет информации? "Орёл", "Оракул", "Змей"... Я же помогала составлять эти материалы, ещё в детстве, я это точно помню!

— Грета училась в Грифонии, там этому не учат, — пояснил Войс. — Объясни, что такое мейнфреймы.

— А, хорошо, — Лайна чуть приблизилась к Грете и начала свой рассказ. — Я надеюсь, ты хотя бы знаешь об особенности нашей планеты? Ну, что она будто бы сделана кем-то иным, а не появилась сама по себе?

— Да, что-то такое я слышала, — кивнула грифониха.

— И что её вращением управляет гигантский механизм внутри? — Лайна увлеченно махала копытом, рисуя в воздухе невидимые круги — иллюстрировала собственные слова. От этих движений она опасно пошатывалась, едва не теряя равновесие. — Ой! Нет, нормально всё. Так вот, помимо этого, на поверхности кто-то оставил три исполинских сооружения — мейнфреймы. Представь себе... — она замолчала на мгновение, подбирая слова, — ...живые города размером с горы, способные думать и создавать что угодно.

— "Живые"? — Грета нахмурилась. — Но они же машины?

— Ну конечно не в буквальном смысле! — Лайна закатила глаза. — Но их разум... он настоящий. Просто искусственный. Созданный кем-то до нас.

— А-а, вот в каком смысле. Простите меня, продолжайте.

— Да, конечно. Так вот, на поверхности планеты кем-то были оставлены три таких огромных рабочих комплекса, которые мы прозвали “мейнфреймами”. Ну, сначала мы как только их не называли, от вместилищ богов до различных иных существ. Ещё забавнее было то, что они оказались расположены близко друг к другу и рядом с предполагаемым местом появления нашего вида, нашего основного скопления. Будто бы кто-то посадил семечко в землю и заранее удобрил всё вокруг. Поначалу наши предки, ещё похожие на зверей, не понимали, что они видят перед собой. Но постепенно мы стали изучать этих исполинов. Сначала мы укрывались в огромных входах, как в пещерах, а затем рискнули и направились вглубь. Экспедиция за экспедицией приносила обратно как новые знания, так и новые открытия. И с этого момента всё резко ускорилось.

— Не преувеличивай, — вмешался Ардан. — Мы просто подбирали обломки, которые находили внутри.

— Но именно это и стало началом! — возразила ему Лайна. — По сравнению с тем, как долго развивались те же пони, мы прошли их путь почти что за секунды. Метафорически, конечно. Сам же знаешь, пара сотен лет, и вот уже мы сменили каменные орудия на металл.

— Ага, используя оторвавшийся хлам от мейнфреймов.

— И тем не менее, сама мысль сменить острый булыжник на палке на куда более острый кусок обшивки на палке стала одной из отправных точек нашего развития, — продолжила спорить Лайна. — Год за годом, поколение за поколением мы стали изучать мейнфреймы. Мы поняли, что такое металл и сплавы раньше, чем научились доставать их из недр. А когда случайно запустили одного из мейнфреймов, узнали и о гравитационных двигателях, и о массовом пожаре, и о возможности передвижения такой конструкции. Тогда “Оракул”, один из трёх мейнфреймов, сдвинулся совсем немного, ничтожно для его размеров. Но при этом впился в землю и оставил после себя огромный холм.

— Святая Селестия, — выдохнула я, представив масштаб трагедии.

— М? Не, её ещё тогда не было, — вдруг сказала мне Лайна. — Селестия пришла к власти лет сто пятьдесят назад, не более того.

— Лайна, она про нашу имела в виду, — решил объяснить ей Войс. — Это у нас фраза такая, обращение к куда более сильной и всемогущей правительнице в случае чего-то ужасного.

— А-а, поняла, ну, ладно, — гостья вернулась к рассказу. — Вот таким образом мы стали изучать оставленные нам механизмы и развиваться ускоренными темпами. То, что у вас произошло за тысячелетия, мы прошли за сотни лет максимум. Именно это я и называю направленной эволюцией нашего общества и нашего вида. Люди развивались, подражая технологиям, а не придумывая их и не изобретая заново. Мы ещё не создали колесо, но уже плавили с помощью лазеров мейнфреймов металл и ковали из него примитивные инструменты.

— Круто, — искренне сказала Грета. — Сложно и непонятно, но звучит круто.

— О, думаю, нам будет о чём пообщаться, — уверенно заявила Лайна.

— Но позже, — Войс мягко, но настойчиво прервал её, указывая копытом в сторону замка. — Сейчас нам нужно успеть на ужин.

Лайна недовольно заворчала, но подчинилась. Я отметила, как по-разному аликорны обращались с гостями и с Дастами. Между людьми и аликорнами чувствовалась давняя близость.

"Сколько ещё секретов хранит Войс?" — мелькнуло у меня, прежде чем я присоединилась к общему разговору.

Трапезная встретила нас тёплым светом и ароматом трав. За столом сидела только принцесса Твайлайт, которая поднялась нам навстречу.

— Рада видеть вас, — искренне улыбнулась она.

— Мира вам, принцесса, — хором ответили гости.

— Мира вам. Синди не смогла прийти?

— Мама загружена работой, — ответила Лайна. — Но они с отцом обещали приехать на Гала.

— Жаль, но хорошо, что хотя бы на Гала увидимся, — слегка разочарованно вздохнув, произнесла принцесса. — Впрочем, ничего страшного. Прошу к столу вас, дорогие гости.

Вся наша группа не спеша заняла места за столом. На ужин был подан травяной суп. В моей тарелке аппетитно плавали тёмно-зелёные листочки и кусочки крахмалистых клубней. Лёгкое для желудка, но при этом достаточно сытное блюдо. Впрочем, о Грете не позабыли, и для неё вскоре отдельно принесли тарелку с поджареным мясом. Я поспешно отвернулась от неё, ведь несмотря на моё общение с грифонихой, всё ещё имела неприязнь к виду мяса.

Гостям помогли наполнить тарелки. Они с недоверием смотрели на блюдо.

— Суп? На ночь? — Ардан скептически покосился на тарелку.

— Он лёгкий, — шепотом ответила Лайна. — Эти тела переваривают иначе, не забывай.

— К слову об этом, — обратила на себя внимание принцесса Твайлайт. — Пожалуйста, воздержитесь от мяса во время визита. Оно не убьёт вас, но... неприятности гарантированы.

— Да, хорошо, ма… — Лайна осеклась, замолкла, после чего поправила себя. — Прошу прощения, принцесса Твайлайт.

Твайлайт лишь понимающе кивнула. Я задумалась — неужели их мать так похожа на правительницу?

— К слову, как у неё дела?

— У мамы? Да всё нормально. Погружена в исследования по клонированию, — ответила Лайна. — Я помогаю, но пока больше мешаю.

— А отец?

— Годами не слезает с "Орла", — ответил Ардан. — Очищают восточное побережье от металлолома. Может, через полвека там снова можно будет жить.

Меня смутили его слова о том, что люди очищали землю от металлолома. Но затем я вспомнила кое-что из учебников, затрагивающих мир Параллели, и соединила картину воедино, чуть кивнув себе головой.

“Орёл”, как и другие мейнфреймы, способен перерабатывать материал для создания внутри себя абсолютно различных вещей. Если верить книгам, этот огромный механизм может фильтровать воздух, вылавливая из него необходимые частицы веществ, выгрызать огромные карьеры и откусывать горы при необходимости. А ещё, если верить всё тем же книгам, после победы над силами их Найтмер Мун на планете осталось невероятное количество мусора из металла. Воображение живо представило, как огромный, плавно левитирующий мейнфрейм собирает с поверхности земли под собой куски ржавого металла, утягивая его неведомой силой куда-то вглубь себя. Интересно, насколько эта картина далека от правды? И кто же такой могущественный оставил столь невероятные объекты на планете людей?

— Если что, не забывайте, Эквестрия готова помочь вам с восстановлением экосистемы, — без какой-либо шутки в голосе сказала принцесса. — Если не сможем вернуть прежние виды, то предоставим свои. Вдруг приживутся?

— Не факт, но спасибо за помощь, — кивнула ей Лайна. — Хотя, думаю, наша Селестия помнит об этом предложении.

— Кстати, как она? С ней я не общалась ещё дольше, чем с Синди.

Гости переглянулись с Войсом, словно проверяя, можно ли говорить про это в нашей компании. Он едва заметно кивнул им.

— Всё... сложно, — начал Ардан. — Она старается, но забота о Луне отнимает много сил.

— Ничего не меняется? — Твайлайт звучала почти обеспокоенно.

— Каждый шаг вперёд — шаг назад, — тихо ответила Лайна.

Наступило неловкое молчание. Кажется, с их принцессой Луной что-то не так? Я снова задумалась, старательно вспоминая всё то, что знала о Параллели. Но нет, кажется, о её состоянии я не знала ничего, словно бы этой информации и не было.

Но почему о ней так отзываются? После победы над Найтмер Мун сама Луна сильно пострадала? Произошло нечто непоправимое? Разум представил множество ужасных вариантов, но что конкретно случилось?

— Прошу прощения, — Твайлайт оправилась первой. — Приятного аппетита.

Гости поблагодарили её. Кажется, больше ничего я так и не услышу от них сейчас.

Лайна и Ардан переключились на еду. Недолго думая, жеребец попробовал поднять тарелку, чтобы отпить суп. Но не получилось, копыта скользили по краю, не позволяя безопасно поднять её, чтобы не пролить.

— Не так, — сказала ему Райз.

— А как?

— Ложкой, — она показательно подняла свою и несколько раз переложила из копыта на копыто, используя телекинез.

Ардан попробовал сделать также, и у него почти получилось. Ложка приподнялась со стола вслед за копытом, но упала обратно.

— Сильнее, — подсказал ему Войс. — Давай, давай, вы же умели в прошлый раз.

— Да когда он был, этот прошлый раз.

Но всё же, у гостей получилось справиться с приборами. Вскоре Войс завёл разговор о планах на праздники, по большей части для того, чтобы люди услышали их от нас.

Чуть позже в трапезную зашёл принц Мунлайт, а затем и обе Сестры. И вновь к моему небольшому удивлению, все они тепло встретили людей, как впрочем и те также тепло отзывались в ответ. И без этого очевидная мысль в моей голове о том, что Лайна и Ардан очень тесно связаны со всеми аликорнами, укрепилась ещё сильнее.

До конца ужина атмосфера за столом была дружелюбной. Мы общались друг с другом, перекидывались какими-то фразами под тему разговора и часто, но тихо хихикали над удачными маленькими шутками.

Я поймала себя на том, что несмотря на свой кроткий характер всё равно участвовала в общении и чувствовала себя довольно спокойно. Я не нервничала и не подбирала каждое слово. Было ли это потому, что я ощутимо устала после целого дня, проведённого с Фрайхарт за прогулками по магазинам, где я выступала в роли ходячей вешалки для вещей, или я действительно так быстро привыкла, адаптировалась к общению среди правителей? Я не могла ответить на свой же вопрос, да и сейчас особо не хотелось.

Но одно было ясно — встреча с гостями прошла как нельзя лучше.