Притяжение Луны (гет)

* * *

Дверь кабинета распахнулась без стука, пропуская невысокую коренастую женщину. За собой она тащила двоих студентов-старшекурсников. Щека Джинни Уизли была перепачкана чем-то чёрным, мантия порвана. На лице Невилла Лонгботтома выделялись свежие кровоподтёки.

- Директор! Директор! — прокаркала женщина. — Эти двое снова…

- Профессор Кэрроу, — перебил Снейп, оставаясь сидеть за столом, — я, кажется, неоднократно просил вас не врываться в мой кабинет без разрешения. И тем более, не приводить сюда учеников, если я их не вызывал.

- Директор…

- Но вы продолжаете таскать ко мне всех подряд!

- Но ситуация неотложная.

- У вас они всегда неотложные. Что на этот раз?

- Вы что, директор, ничего не слышали?

- Очевидно нет, раз спрашиваю вас, что случилось, — развёл руками Снейп.

Сутулые плечи Алекто Кэрроу заметно напряглись, когда она с усилием толкнула детей вперёд. Оба с ненавистью уставились на директора.

- Они пытались устроить взрыв около вашего кабинета.

Снейп демонстративно закатил глаза.

- Если вы опять о Лонгботтоме, то я бы не стал искать в его действиях злой умысел. Я учил этого никчёмного студента шесть лет, и уверяю вас, профессор, стоит Лонгботтому только взять в руки волшебную палочку, как тут же случается катастрофа. Думаю, он просто пытался сделать домашнюю работу. По чарам, например.

- Но я видела своими глазами, — настаивала Алекто. — Лонгботтом колдовал вместе с этой девчонкой. Коридор дымом заволокло, я чуть пробралась к вам.

- Простите, директор, но мы не собирались взрывать ваш кабинет, — смело выступила вперёд Джинни. — Мы просто…

- Молчать! — рявкнул Снейп, теряя терпение.

- Глядите-ка, директор, она ещё возражает, эта дрянь! — Алекто направила на младшую Уизли волшебную палочку. — Сейчас я покажу тебе, мерзавка!

Снейп быстро поднялся из-за стола.

- Не вздумайте пачкать кровью мой кабинет, профессор Кэрроу!

- Но они заслужили наказание! — взвизгнула Алекто.

- Ну так и отведите их к Хагриду! Будто вам не известно, как в Хогвартсе наказывают учеников. Обычно одной прогулки по Запретному Лесу достаточно, чтобы очень надолго, если не навсегда, отбить желание нарушать школьные правила.

- Ну, если вы, директор, приказываете.., — она нехотя опустила палочку.

- Да, я приказываю, — ответил Снейп жёстко. — И раз уж вы явились ко мне, избавив меня от необходимости самому спускаться в учительскую, то я заодно напомню: вы и ваш брат ещё вчера утром должны были предоставить мне отчёт обо всех контактах студентов и преподавателей Хогвартса за прошедшую неделю.

- Директор, но у нас были неотложные дела.

- Так вы станете отвечать Тёмному Лорду?! — взбесился Снейп. — Я не желаю слушать о ваших якобы неотложных делах. Поттер до сих пор не схвачен, а вы тратите время на какую-то ерунду. Вся почта должна проверяться строго в срок. Возражения не принимаются. В школе полно сочувствующих Поттеру, и я не верю, что никто из них ни разу за все эти месяцы не отправлял ему писем и не получал ответов.

- Вы что, в нас сомневаетесь? — попыталась возмутиться Алекто.

- Тёмный Лорд верит вам. А я, как директор этой школы, требую от вас безупречного выполнения ваших обязанностей. И воли Тёмного Лорда.

- Я всегда выполняю волю Тёмного Лорда.

- Вот и займитесь, наконец, почтой. С этого дня я требую отчёта ежедневно. А кому наказывать учеников, в этой школе найдётся без вас.

* * *

- Знаете, что я больше всего ценю, Северус? — беззаботно поинтересовался с портрета Дамблдор, когда Алекто Кэрроу наконец покинула кабинет, утащив детей за собой. Снейп с видимой неохотой повернулся к собеседнику. — Идею задействовать в наказаниях Хагрида в своё время подали именно вы. Уверен, ребята в очередной раз отлично проведут время с нашим лесничим.

- Если Алекто не спустит Лонгботтома с лестницы.., — мрачно откликнулся Снейп. — На её месте я бы спустил.

- Мыслите позитивнее, Северус! — подбодрил Дамблдор. — Подумайте лучше, скольких детей вы спасли от Круциатуса, отправляя их к Хагриду. И скольких ещё успеете защитить.

- Кэрроу — не самые сообразительные слуги Тёмного Лорда.

- Но вы ведь убедили его, что в Хогвартсе не найти места страшнее Запретного Леса?

- Он не особо интересовался наказаниями. Но если поинтересуется, я знаю, что ему сказать, — заверил Снейп.

- Я заметил, Волдеморт стал реже призывать вас.

- Вы же знаете, что на это имя наложено заклятие! — вспыхнул Снейп. — Вокруг того волшебника, кто произнесёт его, мгновенно рушатся защитные чары любой силы.

- Но не в Хогвартсе, Северус, — Дамблдор с портрета снисходительно улыбнулся своему преемнику. — И не из уст мёртвого человека.

При последних словах Снейп поморщился.

- Напрасно вы так в этом уверены, — ехидно заметил чародей с соседнего портрета.

- Ну будет вам, сэр Финеас! — откликнулся Дамблдор. — Вы ведь на нашей стороне.

- Я на своей стороне, — с достоинством ответил тот. — И если я иногда оказываю вам свою неоценимую помощь, то исключительно из уважения к вашим талантам волшебника, Альбус, но никак не к политическим взглядам. И совершенно точно не за вашу лояльность к грязнокровкам.

Финеас Найджелус Блэк на портрете гордо вскинул голову и удалился в темноту.

- Можно на это мерзкое слово тоже наложить чары? — зло спросил Снейп.

- Вернёмся к моему вопросу, Северус, — голубые глаза бывшего директора испытующе смотрели из-под очков-половинок.

- Тёмный Лорд не слишком доверяет обоим Кэрроу, потому он и не желает, чтобы я часто покидал школу. К тому же, он теперь проводит большую часть времени за пределами Британии. Вам известно, что он ищет волшебную палочку. Вашу волшебную палочку.

- Безуспешно, надо полагать? — усмехнулся Дамблдор. Снейп промолчал и отвернулся. — Когда он призовёт вас снова, а я склонен считать, что это произойдёт в очень скором времени, вы скажете ему, что готовы лично заняться поисками Гарри Поттера. Готовы отыскать мальчика и доставить к нему.

- А как же Хогвартс? — Снейп снова смотрел на портрет.

- Уверен, Том не велит вам немедленно оставить школу и начать гоняться за мальчиком, но вы должны убедить его в своей полной готовности сделать это. Помните, что именно вам, Северус, в итоге предстоит рассказать Гарри всю правду. И когда момент настанет, вы должны будете добраться до него раньше, чем это сделает Волдеморт.

- Нам все равно не известно, где сейчас прячется Поттер.

- Ну, один раз сэр Финеас уже помог нам. Уверен, он снова подскажет, где искать мальчика. Но Волдеморту вы сообщите, что Гарри неоднократно видели в окрестностях Годриковой Впадины. Необходимо отвлечь Тома, навести его и его приспешников на ложный след. Пока это ваша основная задача, Северус.

* * *

Двое мужчин медленно, словно прогуливаясь, брели по погружённому в сумерки саду поместья Малфоев. Один из них скорее не шёл — скользил, не касаясь земли. Второй, хоть тоже обладал способностью к левитации, предпочитал следовать за Повелителем обычным твёрдым шагом. У их ног, шурша по слегка припорошенной снегом прошлогодней листве, петляла огромная змея.

- В последнее время я был слишком занят делами, не менее важными, чем поимка Гарри Поттера, — задумчиво произнёс первый.

- Разве есть что-то более важное, мой Лорд? — удивился второй.

- Тебе пока рано знать об этом, Северус.

Какое-то время был слышен только шорох и хруст листвы под ногами.

- Мне приходилось часто покидать страну, и я весьма разочарован, что без меня поймать мальчишку до сих пор не удалось. Не удалось никому из тех, кого я считал своими верными, своими лучшими слугами, — в холодном голосе Волдеморта с каждым сказанным словом нарастало раздражение.

- Мой Повелитель, — Снейп коротко поклонился. — Все эти месяцы я оставался там, где вы и велели мне — в Хогвартсе. Я покидал школу только тогда, когда вы призывали меня. Как и сегодня. Но если вы прикажете мне заняться поимкой Поттера и его друзей, то будьте уверены, что я готов приступить немедленно.

- Эти идиоты упустили его! — словно не услышав своего собеседника, продолжил Волдеморт. — Мальчишка снова ускользнул от меня!

- Селвин и Трэверс были заслуженно наказаны вами, мой Лорд.

Волдеморт вдруг резко остановился и пристально вгляделся в чёрные глаза своего слуги.

- А что известно тебе, Северус? Где он? Где скрывается Поттер?

- Мне известно не больше фактов, чем любому волшебнику из вашего Ближнего круга, мой Повелитель. О прочем я пока могу только догадываться.

- О чём же? — Тёмный Лорд продолжал испытующе смотреть на Снейпа.

- Мне сообщили, что после происшествия у Лавгудов Поттер был снова замечен неподалёку от Годриковой Впадины.

Голову пронзила знакомая вспышка боли: хозяин не перестал терзать его сознание легилименцией даже после того как Снейп, казалось, прошёл все испытания на верность. Даже после убийства Дамблдора.

- В Годриковой Впадине полно егерей. Неужели мальчишка настолько глуп, чтобы снова отправиться туда? — не поверил Волдеморт.

- Егерей полно по всей Британии, однако главной их цели… вашей главной цели, мой Повелитель, а ваша главная цель — это безусловно Гарри Поттер — до сих пор удавалось скрываться. Даже от Пожирателей Смерти.

- Я уделял слишком мало времени своей цели, понадеявшись на кучку идиотов, не достойных милости Лорда Волдеморта!

Его зрачки опасно вспыхнули красным. За такой реакцией обычно следовал выбор жертвы. Сегодня Снейп был призван один. Он понимал, что жертвой станет или он сам, или кто-то из пленников, что были заперты в подвале поместья. Школьница — дочь Лавгуда, и хозяин лавки волшебных палочек Олливандер. Пусть мельком, но он видел их обоих: последний может и не пережить ещё одну пытку.

- Оставаясь в Хогвартсе, я за шесть лет успел хорошо изучить Поттера и его слабые стороны. Глупая сентиментальность, попытки ухватиться за прошлое, которого он даже не помнит… Поэтому мальчишку так тянет к месту, где он родился — к Годриковой Впадине. Уверен, он станет возвращаться туда снова и снова, и мы скоро схватим его. Мой Повелитель, если бы вы позволили мне лично заняться мальчишкой, я давно доставил бы его к вам.

- Может быть, и позволю, Северус, — ответил холодный голос. — Но пока твоё место в Хогвартсе.

Они пошли дальше по погрузившемуся в вечернюю темноту саду. Огромная змея не отставала, то и дело касаясь чешуйчатым телом подолов мантий и ног.

- Мне известно, что Хогвартс по-прежнему не избавлен от предателей крови. Почему очистка школы от грязи идёт так медленно, Северус? Или тебе напомнить, кто поставил тебя во главе? — вкрадчиво произнёс Волдеморт.

- Мой Повелитель, смею заверить вас, в школе остались лишь те ученики, чьи родители подтвердили статус своей крови. А определение статуса и выдача разрешения на ношение и использование волшебных палочек — задача Министерства магии, а никак не директора Хогвартса.

- Министерство подчиняется мне, и я прекрасно знаю, у кого какие задачи. Но где результат?!

- Мой Лорд? — не понял Снейп.

- Уизли! Лонгботтомы! — нетерпеливо перечислил Волдеморт. — Их отпрыски всё ещё в Хогвартсе!

- Чистота крови этих волшебных семей не подвергается сомнению. Тем не менее, из-за возможных контактов с Гарри Поттером все, кто носит эти фамилии, на особом контроле у Министерства и школы. И лично у меня.

- И никто из них за всё время не делал попыток связаться с Поттером?

- Никто, мой Повелитель. Вся почта по моему приказу тщательнейшим образом проверяется.

- Кем именно проверяется?

- Кэрроу, разумеется. В Хогвартсе я полностью доверяю только им двоим.

Снейп прикрыл глаза и незаметно сжал кулаки, едва справляясь с новым приступом боли: Тёмный Лорд вторгся в его сознание с такой силой, что чуть не разрушил выстроенную защиту.

- А остальные? Неужто эти глупцы всерьёз готовы сражаться со мной — Лордом Волдемортом? — он рассмеялся неприятным холодным смехом.

- Любое неповиновение жестоко карается. Кэрроу подтвердят мои слова.

- Методы Кэрроу я знаю. А каковы твои, Северус? Ты изобретателен. Ты не станешь ограничиваться Круциатусом.

- Разумеется, мой Лорд, — Снейп попытался скрыть болезненную гримасу за кривой саркастичной усмешкой. — Тем неженкам, что боятся боли, как правило, бывает достаточно одного наказания у Алекто. Такие трусы не станут всерьёз противиться установленным правилам. И их, к нашей общей радости, большинство. Для прочих... особо непонятливых, мне, как вы верно подметили, приходится быть изобретательным. И сама школа помогает мне в этом. В Хогвартсе и его окрестностях есть места, способные полностью изменить сознание. Места, откуда никто не возвращаются прежним.

- Например?

- Запретный Лес.

- И только?

- Разве этого недостаточно? Я отправляю студентов к Хагриду за любые провинности. А ему лучше других знакомы все самые опасные уголки Запретного Леса. Знакомо всё, что обитает там. Боль от Круциатуса временная, проходящая. Она быстро забывается, — объяснил Снейп, тщательно смакуя каждое слово. — А в Запретном Лесу неизбежна встреча с такими существами и такой древней, не всегда подвластной даже самым опытным волшебникам магией, что побывавшие там студенты станут бояться каждого шороха и днём, не говоря о ночных кошмарах.

- Ты прав, Северус. Если эти глупцы вообще вернутся оттуда, — оскалился Тёмный Лорд.

Снейп улыбнулся в ответ.

* * *

Тяжёлая бархатная штора едва заметно колыхнулась. В комнате на втором этаже зажегся неяркий свет. Селена пряталась в темноте за шторой и смотрела в окно, пока Снейп с Волдемортом не скрылись из виду. Оба они бывали в поместье крайне редко. За несколько месяцев, что Селена провела у Малфоев, она видела Снейпа всего дважды. Сегодняшний вечер стал третьим. Пусть так, но она хотя бы знала, что он по-прежнему в Хогвартсе. Что он остаётся в Ближнем круге Тёмного Лорда. Что он жив.

Со стороны, из темноты окна, неспешная прогулка директора Хогвартса и Волдеморта могла показаться чем-то вроде дружеской или деловой встречи под приятную расслабленную беседу. Селена понимала, что это далеко не так. Что бы она ни слышала о Тёмном Лорде — от Антареса, от Беллы, от Нарциссы, от Люциуса, от Мирты и прочих, кто хотя бы раз видел его воочию — не шло ни в какое сравнение с реальностью. У Малфоев ей довелось испытать на себе его магию: почувствовать пронизывающий насквозь взгляд красных змеиных глаз, услышать его холодный бездушный голос. Голос, который обращался к ней, называя по имени.

«Селена…»

И с тем же змеиным шипением: «Антарес… Я помню его. После моего возвращения он присоединился ко мне среди первых».

«Я всегда следовала за своим мужем. И готова вместо него идти за вами, мой Лорд», — ответила она тогда, склонив голову.

Тёмному Лорду не было нужды воздействовать Империусом. На какой-то миг Селена и без заклятия ощутила полную готовность пойти за ним. Как Белла, как Антарес, как много лет назад её тётя Вальбурга. Как Регулус, Люциус, Северус. Как все, кто был и кто остаётся верен ему. Как все, кому ещё предстоит испытать на себе его чары.

Тогда она и почувствовала боль. Внезапную, острую, словно раскалывающую голову на множество осколков. Боль, о которой ей говорила Нарцисса. Волдеморт по-своему применял легилименцию. И этот удар был во много раз сильнее, чем все прежние попытки вторгнуться в её сознание. Даже со стороны самых опытных, не гнушающихся чёрной магии колдунов. Но боль, призванная разрушить защиту, наоборот, вернула Селену к реальности. Заставила вспомнить, почему она оказалась здесь: в Британии, в Уилтшире. Одна. Почему так надолго задержалась в гостях у кузины и её супруга. И кто этот монстр, что стоит сейчас перед ней. Селена едва выдержала это противостояние и долго потом приходила в себя.

В ту ночь к ней снова вернулось её проклятие, её огненный кошмар на границе сна и реальности. Он успела проснуться прежде, чем Адское пламя добралось до её тела, опалив только кончики волос. Нестерпимый жар пламени в кошмарных снах, напротив, сменился наяву жутким холодом, словно не меньше сотни дементоров пролетели где-то поблизости. Больше не сомкнув глаз до утра, она пыталась согреться у огромного камина в своей спальне.

В ту бессонную ночь у Селены было время подумать. Она не представляла, не хотела представлять, как Северус Снейп порой так подолгу общается с Тёмным Лордом. Что он чувствует, возвращаясь от своего Повелителя. Впрочем, утверждать с уверенностью, на чьей Снейп на самом деле стороне, Селена не могла и сейчас. Она сама видела Волдеморта, говорила с ним, и ей наконец стало понятно главное. Понятно, почему, несмотря ни на что, волшебники шли за ним, часто теряя не только своих близких, но и самих себя. Теперь она понимала Беллатрису, страстно обожающую своего Повелителя и готовую ради него абсолютно на всё. Понимала Антареса, который поддался чарам Волдеморта, сам будучи очень опытным и далеко не молодым волшебником, всю свою жизнь, однако, ослеплённым манией чистоты крови. Понимала Драко, что при всей сыновней любви и уважении, в роковой момент не пожелал больше оставаться в тени своего отца и под чрезмерной опекой матери. Понимала Северуса, что примкнул к Тёмному Лорду, будучи совсем юным. Впервые за прожитые семнадцать лет он смог почувствовать себя нужным, полезным, значимым. Своим среди своих.

Утром, когда Селена, набросив чары, спустилась к завтраку, она выглядела для всех свежей и отдохнувшей. Она не стала рассказывать Нарциссе, что пережила той ночью. Это был только её кошмар, никому не следовало знать о нём. Даже самым близким. Особенно самым близким. Тем, кто всё равно не в силах ничего изменить.

Целебное зелье, которое помогало ей несколько лет, справлялось всё хуже. Даже когда Тёмный Лорд был далеко, ей теперь требовалась двойная порция. А как пройдёт для неё эта ночь, Селена не знала. Пусть сегодня она и не встречалась с монстром, лишь высматривала его в окно в полумраке, но присутствие Тёмного Лорда ощущалось всегда, стоило ему появиться у границ поместья.

Селена достала флакон: зелья оставалось совсем немного. Она заранее отправила сову с заказом аптекарю из Цюриха, чьего авторства был последний эликсир, но если зелье перестанет действовать окончательно, ей снова придётся искать новый состав. И новых мастеров, что смогут справиться с ещё больше усложнившейся задачей. Смог бы Северус Снейп найти для неё рецепт и сварить спасительное зелье? Она не раз задумывалась об этом, будучи в Хогвартсе. Рассказать ему обо всём? Попросить помощи? Нет. Она не станет этого делать. Никто не должен знать.

* * *

Ей снился огонь. Не Адское пламя из кошмаров. Огонь, который она легко укротила бы парой заклинаний. Но этим огнём повелевал другой волшебник — её кузен Фалькус Прата. Этот огонь совсем не обжигал, но отталкивал, отдаляя от неё брата. Как только она пыталась приблизиться, пламя становилось сильнее, а все её чары словно отражал невидимый щит, который она, как ни старалась, не могла пробить. Фалькус сначала смотрел на кузину почти равнодушно, но вдруг, наблюдая за её безуспешными попытками колдовать, разразился диким безумным хохотом. Не слыша собственного голоса, Селена звала его, просила остановиться, но его глаза — тоже безумные — выражали лишь злобу. Вдруг зрачки налились красным, кожа побледнела, лицо брата вытянулось и превратилось в лицо Тёмного Лорда, который продолжал смеяться над ней холодно и пугающе.

Огонь внезапно потух, и отовсюду поползли змеи. Десятки, сотни самых разных змей — от мелкой гадюки до гигантской анаконды. Селена словно оказалась скованна обездвиживающим заклятием не в силах выхватить волшебную палочку. Теперь на неё смотрело улыбающееся лицо Антареса. Но в его улыбке вовсе не было привычного тепла, она скорее напоминала хищный оскал. Змеи со злобным шипением подобрались почти вплотную, но прежде, чем они сомкнули кольцо, Селена услышала своё имя. Только голос принадлежал не Антаресу, не Волдеморту и не Фалькусу.

«Селена!» — громче повторил голос. Она почувствовала, что оцепенение спало, и в следующий миг летела — именно летела — без метлы, не касаясь земли — летела туда, где в плотном змеином кольце ещё оставалась узкая щель.

Её опять стал преследовать огонь. Холодный смех Тёмного Лорда, мужа и кузена слился в единый хор безумцев. Но теперь Селена знала, что делать. Она взлетела выше, и когда языки пламени тоже устремились вверх, она снова услышала голос, что звал её. Только на этот раз он звучал тихо, почти шёпотом и совсем близко. Подол её мантии загорелся, Селена вскрикнула и проснулась.

Она лежала, тяжело дыша, и пыталась вспомнить свой странный кошмар. Но память возвращала только короткие обрывки: размытые лица, силуэты, чужой безжалостный смех, чувство страха и безысходности. Было три часа ночи. Селена выбралась из постели, понимая, что вряд ли сможет снова заснуть, взмахом руки разожгла камин и налила в стакан на полдюйма огневиски.

Не раз с тех пор как она поселилась в поместье, ей хотелось сбежать. Если не из страны, то точно из Уилтшира. Она солгала кузинам и Люциусу: в Лондоне у неё был свой дом, доставшийся в наследство от отца. Не такой роскошный, как особняк Малфоев или дом её детства, что сгорел дотла в том злополучном пожаре, но достаточно просторный и уютный. Она никогда не жила там, но за домом следил старый эльф. Когда тот умер, она, чтобы привести жилище в порядок, вызывала Хатти.

Война не могла продолжаться бесконечно. Селена понимала, что финал, каким бы он ни был, совсем близок. Однако временами ей начинало казаться, что все они — Пожиратели Смерти, аврорат, Министерство, да и сам Тёмный Лорд — ходят по кругу, не понимая, где давно пора свернуть.

Круг. Плотное змеиное кольцо.

Её мысли снова вернулись к сегодняшнему сну. Кажется, она видела Антареса. Но муж совсем не был похож на себя прежнего. Лишь фантом — далёкий и бездушный. Кажется, она видела Фалькуса. Несмотря на разногласия и обиды, он всегда оставался сыном своего отца, истинным Прата, презирающим всех, в ком текла хоть капля маггловской крови. Как знать, может, и он присоединился к Пожирателям Смерти. Надо написать ему. Снова попытаться поговорить. Впрочем, Тёмный Лорд умел насылать видения. Селена так и не смогла восстановить свой сон до конца и не была уверена, что видела именно кузена и мужа. Но в одном она не сомневалась: в том, чей голос позвал её и вытащил из ловушки сновидений. Громкий, разгневанный, тихий, спокойный, шепчущий, во сне, наяву, даже под заклятием — она не перепутала бы его ни с чьим другим. Никогда. Голос Северуса Снейпа.