Притяжение Луны (гет)

Она стояла у одной из камер, спрятанных глубоко в подземельях Нурменгарда. На этом — самом нижнем — уровне держали узников, к которым применили поцелуй дементора. Их лишённые души оболочки оставались здесь, пока слабое биение сердец не прекращалось полностью.

- Вы уверены, что хотите его увидеть? — волшебник со значком австрийского аврората на мантии сделал последнюю попытку убедить посетительницу изменить решение. Его патронус — крупный серебристый дог — степенно прохаживался рядом, не позволяя тюремным стражам приблизиться.

- Да, уверена, — твёрдо ответила гостья.

- В таком случае.., — он с несвойственной аврорам нерешительностью направил волшебную палочку на дверь. Раздался щелчок. — Вы можете войти. Если потребуется помощь…

- Не потребуется.

- Как скажете. Но я обязан ещё раз предупредить вас, фрау Ноктэм…

- Не стоит. Дорогу обратно я найду сама.

- Простите, но… фрау Ноктэм, правила не позволяют посетителям находиться на территории Нурменгарда без сопровождения. Я обязан доставить вас обратно — до ворот замка.

- Хорошо, — в голосе посетительницы послышалось нарастающее раздражение. — Я пришлю патронуса. А сейчас оставьте нас с мужем вдвоём. Это ваши правила позволяют.

Дальнейшие убеждения были бесполезны. Аврор понял это и толкнул тяжёлую дверь.

- Фрау Ноктэм… Прошу вас.

Дверь захлопнулась за её спиной. Патронус аврора исчез, но Селена не спешила колдовать. Было незачем. Она совершенно не чувствовала создаваемого дементорами холода и страха. Тюремные стражи питаются радостью, а радости у неё не осталось совсем. Зато отчаянием и безнадёжностью она наоборот могла бы с лихвой поделиться сама.

Узник сидел на полу, безвольно привалившись к стене. Селена парой шагов пересекла крохотную камеру и опустилась на пол рядом с ним. Капюшон дорожной мантии упал с её головы, густые жемчужные волосы рассыпались по плечам. Муж всегда восхищался её волосами, мог подолгу любоваться их лёгким сиянием в свете солнца и в отблесках пламени свечей.

Теперь он никак не отреагировал на её появление — не пошевелился, не повернул головы. Пустые глаза без тени эмоций словно застыли, уставившись куда-то в пространство. Он не почувствовал, как она дотронулась до его ледяных пальцев.

- Антарес… — тихо позвала Селена, хотя, отправляясь сюда, точно знала, что муж не ответит. Скорее всего, он даже не услышит её голоса, а если и услышит, всё равно не сможет её узнать.

Но несмотря ни на что, она ждала этой встречи. Ей было необходимо увидеть его в последний раз. В последний раз прикоснуться к нему, пусть не мёртвому и не живому, но по-прежнему любимому.

Селена знала семью Ноктэмов с самого детства. Ей нравилось, приезжая в гости к дяде Корвусу Прата, беседовать с его друзьями — профессорами Дурмстранга — братьями Антаресом и Амадеусом. Особенно о премудростях окклюменции и легилименции, к которым у неё были огромные способности. И о многих других вещах, выходивших за рамки школьной программы. Амадеус Ноктэм, сильный окклюменист, и предложил Селене после окончания Хогвартса продолжить обучение на его курсе в Дурмстранге. Старший брат полностью поддержал младшего.

Антарес Ноктэм был старше Селены почти на тридцать лет. Рано овдовев, он долго горевал по ушедшей супруге, но со временем боль понемногу утихла. Селена уже год училась в Дурмстранге, и им с профессором Ноктэмом теперь очень часто доводилось видеться и разговаривать на самые разные темы. Ей нравилось его общество и ненавязчивое внимание.

В один из дней он мягко, будто волнуясь перед первым в жизни свиданием, обратился к ней.

- Мисс Блэк.., — Антарес всегда называл её «мисс», считая, что ей привычнее и приятнее обращение как в родной стране. — Селена… Я хотел попросить вас… Вы ведь знаете, я вдовец. К тому же, я намного старше вас, и, возможно, вы воспримете мои слова, мою просьбу, как нечто непозволительное. Скажу сразу, я ни в коем случае не хочу оскорбить вас. Я всего лишь… Я хотел бы пригласить вас… поужинать со мной сегодня вечером.

Её позабавило, как обычно уверенный в себе, строгий, порой надменный профессор словно сам сдавал сейчас невероятно трудный экзамен.

- Разумеется, я хоть и расстроюсь, но пойму, если вы мне откажете. Если вы сегодня заняты или если вы… помолвлены.

Селена улыбнулась.

- Я не помолвлена. И совершенно свободна этим вечером. И я с большим удовольствием составлю вам компанию за ужином, профессор Ноктэм.

- Антарес, — поправил он. — Для вас просто Антарес. Вам давно следует оставить церемонии.

- Согласна. Но тогда и вы, Антарес, забудьте о «мисс Блэк». Мне нравится, когда вы называете меня по имени.

После ужина, когда он на прощание старомодно склонился к её руке, она тихо сказала:

- Ты ведь не хочешь, чтобы я уходила.

- Но я… О Мерлин… — профессор Ноктэм, совсем смутившись, провёл ладонями по лицу и вцепился пальцами в свои волосы. — Какой же я идиот! Как я мог забыть, что ты… Умоляю, прости. Я ничего не могу поделать со своими мыслями, ты ведь… так молода и очень красива. И я счастлив уже потому, что просто вижу тебя. Но на большее я не смею надеяться.

- А может, всё-таки стоит осмелеть?

С того вечера они больше не расставались и вскоре сыграли роскошную свадьбу. Муж обожал её, боготворил, с ним она ни в чём не знала отказа. С ним она была любима и счастлива без малого двенадцать лет. И даже когда он начал меняться на глазах, превращаясь в чудовище, Селена не сомневалась, что его чувства к ней оставались прежними.

Ей не позволили присутствовать на суде, но она всё равно появилась, нарушив запреты. Перед тем как его, почти безумного, увели на казнь, он рванулся вперёд, словно надеясь разорвать надёжно сковавшие его тело цепи, и выкрикнул ей своё последнее признание в любви. Она видела его глаза. И твёрдо знала, что в тот миг её муж не был сумасшедшим.

Селена не следила за временем. Так и сидела рядом с мужем, сжимая его холодную руку, которой больше не суждено было потеплеть. Смотрела в безжизненные глаза и вспоминала годы, проведённые с ним. Самые светлые годы своей жизни. Слёз не было. Только пустота внутри. И холод. Теперь она наконец ощутила присутствие дементоров.

- Фрау Ноктэм! — голос аврора, что провожал её к мужу, вырвал Селену из собственных воспоминаний. — Фрау Ноктэм!

Серебристый дог просунул голову в дверь — её провожатый снова не решился пройти по коридорам Нурменгарда без патронуса.

Селена поднялась на ноги и, бросив последний взгляд на узника, вышла из камеры.

- Фрау Ноктэм, я так и не дождался вашего патронуса и решил сам проверить. Слава Мерлину, с вами ничего не случилось, а то, знаете…

- Мерлин здесь не при чём, — перебила Селена. — Сомневаюсь, что ему вообще известно об этом месте… Вы собирались проводить меня до ворот. Идёмте.

- Да… да, конечно, идёмте. Тем более что я должен сообщить… Вас ожидают. Господин прибыл издалека и пожелал увидеть вас незамедлительно.

- Кто?

- Герр профессор Дамблдор.

* * *

Профессор Северус Снейп поднялся на верхушку Астрономической башни. Солнце стояло в зените, август пока не спешил сдавать позиции, но наверху ветер был по-осеннему прохладным.

Этим летом, бывая в Хогвартсе, Снейп особенно часто поднимался на самую высокую башню замка и подолгу, насколько позволяло время, оставался там, размышляя о происходящих событиях. А когда темнело, упражнялся в искусстве левитации. В школе о его умении летать без метлы было известно только Дамблдору.

Он нечасто покидал подземелье, посвящая редкие свободные часы лабораторным экспериментам и чтению. Но в последние месяцы атмосфера замка не приносила покоя. Порой в стенах школы отчаянно не хватало воздуха. На фоне грязи и зверств, на которые Снейп насмотрелся после возвращения Тёмного Лорда, Хогвартс с его вычурными интерьерами казался грубой насмешкой над реальностью. Над злом, что творилось вне его стен. Над случайными и неслучайными жертвами этого зла, для которых вместо окон — прочные решётки, вместо портретов в красивых рамах — лица палачей, вместо мягкой кровати под бархатным балдахином — холодный каменный пол, а вместо тыквенного сока и огневиски — зелья, несущие боль и смерть. Снейп сам готовил такие зелья по приказу Тёмного Лорда, сам бывал и жертвой, и палачом. А после отправлялся к Дамблдору, в Хогвартс, в иллюзию покоя, и замок словно смеялся над ним.

Лорд всё чаще призывал его к себе — в поместье Малфоев — и надолго задерживал, почти не оставляя времени на выполнение своих же заданий. Общие собрания Ордена Феникса и беседы с Дамблдором с глазу на глаз тоже не становились реже. Сегодня вечером Снейпу предстояло отчитаться о выполнении очередного поручения и, вероятнее всего, получить взамен ещё несколько. А лёгкостью поручения директора никогда не отличались.

Кроме того, приближался новый учебный год. Летом у Снейпа ещё оставались спасительные минуты тишины, но через неделю в Хогвартс вернутся дети. Все, включая Поттера и его неуёмных друзей, Драко Малфоя и его безмозглую свиту. И ему — строгому профессору — придётся присматривать за ними, учить, помогать, наказывать. Не позволить Поттеру и Драко наделать глупостей. А о том, что в итоге предстояло совершить ему самому, о поручении, выполнения которого ждал от него Дамблдор, Снейп старался малодушно не вспоминать. И ненавидел себя за это малодушие.

Как всё-таки ловко старик манипулирует людьми! Как непринуждённо просит о вещах, на которые далеко не у каждого хватит духу решиться…

- Отсюда красивый вид. Правда, на закате лучше. Но больше всего мне нравилось бывать здесь по ночам. И заметьте, я ни разу не попалась вам в ваши дежурства, профессор Снейп, — незнакомый женский голос прервал его мрачные размышления.

А впрочем… незнакомый ли? Спокойствие, плавность, слегка насмешливые нотки вдруг напомнили ему о чём-то очень далёком. О периоде жизни, после которого, казалось, прошла целая вечность.

Снейп медленно повернул голову. На него смотрела с лёгкой улыбкой молодая светловолосая волшебница в элегантной тёмно-зелёной дорожной мантии. Бывшая студентка, раз вспоминает, как нарушала школьные правила. Но кто она?

Он снова разозлился на себя. Теперь за то, что не услышал шагов, не заметил её появления.

- Привет. Вот уж кого не рассчитывала здесь встретить, так это тебя, — непринуждённо продолжала незваная гостья. — Признавайся, что заставило Грозу Подземелий выйти на свет, да ещё и подняться так высоко?

Она чуть вскинула голову, солнце заиграло в длинных жемчужных прядях. Такие волосы, словно волосы вейлы, он видел только у…

- И не говори, что ты меня не узнал, Северус.

- Селена? — наконец не без удивления откликнулся Снейп.

- Ну слава Мерлину! — она мелодично рассмеялась. — А я уже собиралась давать подсказки. И поверь, самую простую подсказку — кто помог Слизерину победить в финале кубка по квиддичу в первый год твоей работы в школе — я оставила бы напоследок. Сначала вопросы были бы посложнее.

Теперь он вспомнил её. Они учились на одном факультете, а когда он занял место профессора и декана, Селена перешла на последний — седьмой — курс.

- Как видишь, обошёлся без подсказок. Твоё плечо, надеюсь, с тех пор не болит? Такие травмы иногда дают о себе знать. В последнем матче тебе здорово досталось бладжером.

- Ваша отличная память возвращается, профессор?

- Не ожидал увидеть тебя в Хогвартсе.

- Не ожидал? Серьёзно? Ты изменился, кстати.

- В самом деле? — он иронично приподнял бровь.

- Ага, — она окинула старого знакомого оценивающим взглядом. — Ты теперь — само воплощение уверенности. В себе, в собственных знаниях, талантах и в своей исключительной правоте по любому вопросу. Студенты, наверное, боятся тебя сильнее, чем Круциатуса.

- Я не спрашивал их мнения, — холодно усмехнулся Снейп.

- Тогда поверь на слово бывшей ученице, — в её глазах мелькнули озорные искорки. — Ничего, кстати, что я на «ты»? Без всяких там «сэр» и «профессор»?

- Ну, я ведь теперь не могу назначить тебе отработки, — развёл руками декан. — Так что всё-таки привело тебя в школу? Столько лет спустя.

- Не ностальгия. И не визит вежливости, — её дружеский тон сменился прохладным деловым. — Я новый преподаватель.

- Насколько мне известно, все должности в Хогвартсе заняты.

- Разве профессор Дамблдор не делится с деканами своими идеями? Он не рассказывал, каким предметом хочет дополнить в этом году курс обучения?

- Профессор Дамблдор посвящает меня во все свои планы по поводу изменений школьной программы, — отчеканил Снейп, стараясь не подавать вида, что уязвлён. Если о новом предмете ему было известно давно, то имя профессора директор предпочёл сохранить в тайне. — Директор считает крайне необходимым изучение студентами... некоторых дополнительных дисциплин.

Он не знал, что именно известно его собеседнице, потому решил пока не раскрывать все карты.

- Основ окклюменции, например?

- Возможно, — неопределённо ответил Снейп.

- Ну вот. А говоришь, что все должности заняты.

- Но… Дамблдор уже утвердил преподавателя. Ты хочешь сказать, что тоже пришла просить эту должность? — удивился он.

- Просить? Я? — хмыкнула Селена с презрением. — Дамблдор сам нашёл меня. И любезно поинтересовался, не окажу ли я ему одну услугу. А я подумала: «Почему бы и нет?» Не то чтобы я всю жизнь мечтала преподавать в Хогвартсе, да и в принципе, учить детей, но сейчас это занятие видится мне вполне интересным. К тому же, здесь отличная библиотека.

Она чего-то не договаривала, скрывала что-то очень важное. Снейп чувствовал её ложь.

- Дамблдор сам позвал тебя в школу? — недоверчиво переспросил он.

- Ну да. А что тебя, собственно, так удивило? Я могла бы взять и защиту от Тёмных Искусств, но директор предложил другой предмет.

- Защиту от Тёмных Искусств? Если ты забыла, эта должность проклята.

- Перестань, — отмахнулась Селена. — Я всё равно не собираюсь надолго задерживаться в школе.

- А чем ты занималась раньше? После Хогвартса.

- Тебе всю мою биографию пересказать? После Хогвартса я продолжила изучать магию в Дурмстранге. Разумеется, Дамблдору об этом известно. Ладно, пойдём прогуляемся, покажешь мне школу. А то ведь целых четырнадцать лет прошло. Даже не сориентируюсь сейчас, в какой стороне гостиная Слизерина, — слукавила Селена. Добравшись до замка, она не отказала себе в удовольствии побродить по знакомым коридорам.

- Дорогу на Астрономическую башню ты, однако, сразу нашла, — холодно отозвался Снейп.

- Случайно. Ну так что, идём?

- У меня нет времени для прогулок. Тебе стоит поискать другого экскурсовода.

Его ошарашила новость о том, что Дамблдор пригласил в Хогвартс преподавателя из школы, где во все времена почитали Тёмные Искусства, и откуда вышло едва ли не больше приспешников Волдеморта, чем из стен всех прочих магических школ вместе взятых.

- Ну ты же всё равно сейчас к себе собираешься? — не унималась Селена. — Составь мне компанию хотя бы до Большого зала.

Пока они спускались по лестнице, Селена продолжала болтать о чём-то мало интересном, он почти не слушал её. Нужно было серьёзно подготовиться к очередному разговору с директором.

- О! Я гляжу, вы уже прибыли, мисс Блэк? Отлично, отлично! — раздался радостный голос Дамблдора. Лёгок на помине! Директор был ещё в дорожной мантии и спешил к ним через Большой зал, слегка запыхавшись. — Я хотел сам встретить вас, но задержался в Министерстве.

- Не стоило беспокоиться, профессор, я отлично добралась. Да и авроры, изучив ваше письмо, пропустили без проблем. А здесь, в замке, меня сразу же встретил мистер Филч.

- Смотрю, вы уже успели побеседовать со своим деканом? — голубые глаза за очками-половинками задорно блеснули.

- Немного, — Селена бросила быстрый взгляд на Снейпа.

- Ну что ж, времени поболтать с Северусом у вас ещё будет предостаточно, а сейчас пойдёмте в мой кабинет. Учебный год не за горами, и нам с вами нужно обсудить множество важных вопросов, мисс Блэк.

- Миссис Ноктэм, сэр, — вежливо поправила Селена.

- О, конечно! Как я мог забыть! Вы ведь простите старого человека? Кстати, вы, должно быть, проголодались, миссис Ноктэм? Не советую пропускать обед, мне по большому секрету сказали, что именно сегодня будут телячьи отбивные. Очень рекомендую!

- С большим удовольствием.

- А пока я угощу вас чаем с лимонными дольками, — с энтузиазмом заверил Дамблдор и обернулся к Снейпу. — Северус, надеюсь, вы помните о моей просьбе?

- Да, директор. Но вряд ли я смогу помочь вам справиться с этой, — он сделал паузу, подбирая нужное слово, — проблемой.

- А вы всё-таки постарайтесь.

- Есть одна крайняя мера, к которой я не хотел бы прибегать, но… — Снейп покосился на Селену. Обсуждать дела Ордена при ней, пусть и завуалировано, было совсем ни к чему.

- Но? — ждал ответа Дамблдор.

- Если потребуется, я буду готов это сделать.

- Очень на вас надеюсь. И жду у себя в кабинете в восемь.

- Да, сэр.

* * *

В назначенный час Снейп сидел в кресле напротив директорского стола. Очередная просьба Дамблдора, конечно, была простой и безопасной по сравнению со всем тем, что ему приходилось выполнять последние несколько лет, но, несмотря на это, вызывала у декана непонимание, переходящее в злобу.

- Поттер — копия своего отца. Ленивый, заносчивый, самонадеянный, упивающийся собственной славой, не способный думать ни о чём, кроме этого дурацкого квиддича.

- Я слышу это от вас, Северус, уже шестой год подряд.

- Потому что всё так и есть. И за прошедшие годы ровным счётом ничего не изменилось. Да собственно я и не надеялся на перемены.

Дамблдор вздохнул.

- Зато я надеялся, что изменитесь вы…

- Из его свиты одна лишь всезнайка Грейнджер научилась более-менее сносно разбираться в зельях, — с большой неохотой признал Снейп, проигнорировав последнюю реплику директора. — Может, ещё младшая Уизли. Хоть они обе и лишены тонкости восприятия, а лишь внимательно читают учебники. Мальчишка же не проявил абсолютно никаких способностей к моему предмету за все пять лет. А теперь вы требуете помочь ему попасть в этот элитарный клуб любимчиков Слагхорна. Боюсь, это невозможно.

- Сегодня вы сказали, что нашли один способ помочь Гарри.

- Допустим. Но вы даже не объяснили мне, для чего это нужно.

- Всему своё время, Северус, — терпеливо пояснил Дамблдор. — Я вам уже говорил, что ни к чему складывать все тайны в одну корзину.

- Я уверен, Слагхорн примет Поттера в свою коллекцию просто за то, что мальчишка — Избранный, — криво усмехнулся Снейп.

- Ну, не буду отрицать, именно на историю Гарри я и делал ставку, приглашая Горация вернуться в школу. Но не думаю, что мальчику будет приятно чувствовать себя «белой вороной». — Снейп попытался возразить, но Дамблдор предостерегающе поднял руку. — Он не так сведущ в зельеварении, как, к примеру, мисс Грейнджер, а я уверен, Гораций непременно захочет пополнить свою коллекцию столь талантливой студенткой. Да и особыми связями в магическом мире его родители не обладали, как семьи тех же Маклаггена или Белби. Боюсь, Гарри с его скромностью будет не слишком уютно среди более выдающихся, по меркам Слагхорна, друзей.

- Уверяю вас, директор, получив новую порцию славы, и не важно, каким способом, Поттер будет чувствовать себя прекрасно.

- Я давно уяснил себе ваше мнение о мальчике, — с нотками раздражения ответил Дамблдор. — Но не забывайте, что вы дали слово во всём помогать ему. Дали слово не самому не Гарри, и даже не мне, Северус. Вы дали слово Лили.

Дамблдор пристально вглядывался в холодные чёрные глаза своего собеседника, пытаясь понять, смог ли он наконец направить беседу в нужное русло. Казалось, в лице Снейпа ничего не изменилось.

- Поттер каким-то чудом получил «выше ожидаемого» за С.О.В. по моему предмету, а я ещё в прошлом году предупреждал всех пятикурсников, что беру на дальнейшее обучение только студентов с оценкой «превосходно». Но Слагхорн всегда был менее разборчив, — он выдержал паузу.

- К чему вы ведёте? — наконец проявил интерес Дамблдор.

- Поттер наверняка ещё не подозревает, что ему придётся продолжить изучать зелья, и потому явится на первый урок неподготовленным: без котла, весов, ингредиентов, учебника.

В ответ на вопросительный взгляд директора Снейп извлёк из складок мантии порядком потрёпанную книгу. «Либациус Бораго. Расширенный курс зельеварения», — гласили истёршиеся буквы.

- Вот, — он положил книгу перед Дамблдором и на несколько секунд задержал пальцы на ветхом переплёте, словно прощаясь.

Директор перевёл удивлённый взгляд с профессора на учебник, потом всё же взял книгу в руки и осторожно раскрыл наугад. Теперь картина начала проясняться.

- Это ведь ваша вещь, верно?

- Да, моя.

- А до вас… книга принадлежала вашей матери?

- Да.

Дамблдор продолжал листать пожелтевшие от времени страницы, исписанные между ровными типографскими строками мелким убористым почерком.

- Здесь есть всё, чтобы… разобраться в предмете, — сдержанно пояснил Снейп. — Если Поттеру не поможет и это, я бессилен.

- Это прекрасная идея. Не зря я во многих вопросах полностью полагаюсь на вас, Северус. Но как вы собираетесь передать учебник мальчику?

- Оставлю в кабинете… в шкафу. В том, где хранится запас всего необходимого для самых забывчивых и бестолковых учеников.

- Очень хорошо, — похвалил директор. — Но что, если… Гарри ведь мечтает стать аврором, а зельеварение — обязательный предмет для всех, кто планирует продолжать подготовку в аврорате. Вдруг он всё же не потерял надежду и успел обзавестись собственным экземпляром?

- Сомневаюсь.

- И всё-таки?

- Тогда пусть и Уизли ходит вместе с ним, — раздражённо бросил Снейп. — Уверен, если книга попадёт к нему, он поделится с Поттером. Если, конечно, поймёт смысл хоть одного слова.

- Значит, решено. Завтра же скажу Минерве, чтобы составила для них обоих новое расписание. А ещё я беспокоюсь, не поздно ли я убедил Министерство добавить к обязательным для всех предметам основы окклюменции, — сменил тему директор.

- Возможно, это следовало сделать и раньше, — согласился Снейп. — Но во-первых, мы не могли знать, насколько быстро Тёмный Лорд вернёт былую мощь. А во-вторых, не думаю, что Министерство год назад одобрило бы подобные начинания. Долорес Амбридж скорее позволила бы практиковать Круциатус.

- Да, верно, — вздохнул директор. — А в-третьих, преподавать тоже было бы некому. Зато теперь с нами профессор Ноктэм.

Снейп напрягся. Он предусмотрительно не стал сразу атаковать Дамблдора своими вопросами, но теперь тот сам заговорил о Селене.

- Признаться честно, директор, меня не перестаёт удивлять то, как вы подбираете учителей.

- Всем свойственно ошибаться, — не стал спорить Дамблдор. — Да, признаюсь, в случае с Квирреллом я сильно рисковал, но я и представить не мог, что он окажется под полным контролем Волдеморта. А Локхарт… как вы помните, он единственный, кто в тот год согласился преподавать защиту. В итоге бедняга пострадал от собственной глупости. Римус, я уверен, ещё многому научил бы ребят, если бы не его недуг. А Барти Крауч виртуозно обвёл нас всех вокруг пальца. Хотя преподаватель из лже-Грюма, согласитесь, получился стоящий.

- А в этом году? — нетерпеливо спросил Снейп. — Сначала вы зовёте Слагхорна…

- Ну, возвращение в школу Горация нам с вами только на руку, — перебил Дамблдор. — Скоро вы поймёте, почему. А что до защиты от Тёмных Искусств, мне не найти учителя лучше вас, Северус. И я говорил вам об этом ещё месяц назад, когда заручился поддержкой Горация. Ведь в такие тёмные времена детям просто необходимо уметь защищаться. Я уверен, с вами студенты за год освоят больше полезного материала, чем за всё время с прежними преподавателями.

- Хорошо, у меня нет возражений против Слагхорна, — Снейп не сомневался, что бывший декан Слизерина слишком труслив, чтобы встать на сторону Тёмного Лорда. — Но Блэк… Не думал, что вы готовы довериться волшебнице из Дурмстранга.

- Селена, прежде всего, выпускница Хогвартса. Как вы, как я, как все наши с вами коллеги. Да, потом она училась на курсе Высшей магии в Дурмстранге, выбрав основной дисциплиной как раз окклюменцию, но это вовсе не бросает на неё тени. Я хорошо знал профессора, который учил её всем премудростям защиты сознания. Прекраснейший был человек.

Снейпа это нисколько не успокоило.

- Но Тёмного Лорда вы тоже, как вам казалось, хорошо знали, — упрямо возразил он. — И он тоже выпускник Хогвартса, как и очень многие его приспешники. А что вы скажете на то, что эта Блэк — кузина Беллатрисы Лестрейндж?

- Ну будет вам, Северус. Не ищите врагов там, где их нет. Смею вас заверить, профессор Ноктэм никак не связана с армией Волдеморта.

Ноктэм… Снейпу вдруг показалось, что он не так давно слышал эту фамилию. Но вот подробностей он, к сожалению, вспомнить не мог.

- И всё же я не понимаю, директор, почему вы не позволили мне преподавать этот предмет. Я мог бы совмещать основы окклюменции с защитой от Тёмных Искусств, ведь оба раздела магии тесно связаны между собой.

- Да из соображений вашей же безопасности! Вы тратите столько сил на защиту сознания, разыгрывая перед Тёмным Лордом его верного слугу, что было бы слишком жестоко добавлять вам нагрузки ещё и в школе.

- Ваше беспокойство о моём здоровье весьма своевременно, — саркастично усмехнулся Снейп.

- Вы сами сделали свой выбор, — развёл руками Дамблдор. — Вам было прекрасно известно, что назад пути не будет.

- Да… Да, конечно, — Снейп болезненно поморщился. — И всё же, возвращаясь к окклюменции, в прошлом году вы просили меня лично обучить Поттера этому искусству.

- Несколько уроков с одним мальчиком не идут ни в какое сравнение с полноценным курсом для почти трёх сотен учеников. К тому же, собрания у Волдеморта проходят всё чаще и чаще, верно?

- Да.

- Всё больше информации, как правдивой, так и старательно откорректированной, перетекает между моим кабинетом и поместьем Малфоев, так?

- Да.

- И кроме всего прочего, в этом году вам предстоит присматривать за Драко.

- Да. И не только присматривать. Мне предстоит.., — лицо Снейпа исказила гримаса отвращения. — Вы знаете.

- Вам предстоит убить меня, — спокойно закончил за него Дамблдор.

- Вот именно, — хрипло пробормотал Снейп, стараясь не смотреть во внимательно изучающие его из-под очков-половинок голубые глаза.

Дамблдор чуть наклонился вперёд и несколько секунд молча рассматривал своего собеседника, опершись подбородком на переплетённые пальцы.

- Когда вы давали мне клятву сделать всё, что угодно, взамен на мою помощь вам, — наконец откликнулся он, — когда вы давали Непреложный Обет Нарциссе Малфой, обещая выполнить то, что Волдеморт поручил её сыну, вы были намного увереннее, Северус.

- Я никогда не отрекаюсь от своих слов и сделаю то, о чём вы просите, директор. И то, о чём просила леди Малфой, — бесстрастно ответил Снейп, справившись с эмоциями.

- Вот и отлично, — подвёл итог Дамблдор и указал на изящную вазочку у себя на столе. — Лимонную дольку?

- Благодарю, — ответил Снейп, не притронувшись к угощению.

- Ещё одна просьба, Северус. Гораций, конечно, превосходный зельевар, да вы не хуже меня это знаете, он ведь был вашим учителем. Однако я хотел бы, чтобы зелье, которое задерживает проклятие в моей руке, мне по-прежнему готовили вы.

- Как пожелаете, сэр.

- Тогда на сегодня вы свободны.

Снейп поднялся с кресла и быстрым шагом пересёк директорский кабинет. В дверях он остановился и обернулся к Дамблдору, подцепившему пальцами лимонную дольку.

- Могу я спросить вас, директор…

- О чём, мой мальчик? — благодушно откликнулся Дамблдор, поднося угощение ко рту.

- Селена… миссис Ноктэм, должно быть, замужем?

- Разумеется. И поверьте, я много лет знаком с её уважаемым супругом.

- Однако в Хогвартс она приехала одна. И останется здесь до конца учебного года, верно?

- Я очень на это рассчитываю.

- А её муж? Где он сейчас?

- Не торопите события, Северус. Рано или поздно вы обо всём узнаете. Я заметил, что миссис Ноктэм вам симпатизирует. Возможно, она расскажет вам сама, когда сочтёт нужным. А сейчас ступайте. Уже поздно, а мне и вам ещё нужно подготовиться к завтрашнему собранию Ордена.

* * *

Кабинет для занятий окклюменцией находился в одной из хогвартских башен. Селена пришла в восторг от предложенной директором классной комнаты. Рядом расположились и её личные покои: небольшая уютная гостиная и спальня.

Готовясь к занятиям, профессор Ноктэм обустроила класс по своему вкусу. Атмосфера здесь разительно отличались от хогвартских интерьеров, где большую часть картин составляли портреты выдающихся волшебников и волшебниц прошлого или эпизоды великих сражений. Ей нравилось неизменное великолепие замка, но для своего кабинета она выбрала то, что на её взгляд, куда точнее отражало вверенный ей предмет. Вместо привычных картин в рамы были заключены разноцветные туманы, то сплетающиеся в причудливые узоры, то распадающиеся на миллиарды мельчайших частиц. Туманы могли неподвижно «молчать», могли перетекать из одного в другой, образуя разделённые оконными проёмами панорамы, или вдруг начинали кружиться в неистовом хороводе, меняя цвета, структуру, скорость, направление. А могли складываться во вполне узнаваемые сюжеты и образы.

Селена могла менять эти иллюзии, как только пожелает, взмахом волшебной палочки или прикосновением руки. Именно таким представлялось ей человеческое сознание: неясным, запутанным, внезапным, переменчивым потоком, по-настоящему окунуться в который и вернуться с ценным уловом способны лишь единицы. Её учитель — профессор Амадеус Ноктэм — и вовсе считал, что способность к окклюменции и легилименции дается исключительно от рождения, как, например, метаморфизм. Она не спорила. Ещё в детстве она замечала, что понимает, о чём в тот или иной момент размышляют её друзья, угадывала, что родители подарят ей на Рождество, могла безошибочно определить, кто из мальчиков нравится кузинам Нарциссе, Беллатрисе и Андромеде, и какую пакость задумал этот ненавистный кузен Сириус.

Сначала Селена была по-детски убеждена, что все волшебники умеют читать мысли, ведь у обоих сыновей дяди Корвуса — брата её матери — тоже получалось подсмотреть, о чём думают другие, хотя их способности и оставались заметно слабее. Маленькой Селене не нравилось, что каждый может узнать все её секреты. Тогда она и попробовала придумывать другие мысли, чтобы в нужный момент подменить ими настоящие. А стащив из домашней библиотеки книгу об окклюменции, она начала практиковать это непростое искусство с кузенами немногим старше неё самой. Книга странным образом нашлась на полке, посвящённой Тёмным Искусствам. Селена не призналась родителям, что взяла её. И в их семье, и в семье дяди Корвуса всегда царили мир, любовь и доверие. По крайней мере, ей так казалось тогда. Наверное, родители посчитали, что скрывать себя настоящего — признак злого волшебника.

Всей семьёй они часто гостили у Прата. Селена всегда радовалась встрече с дядей и кузенами. Тот день выдался непривычно жарким, и она с мальчиками устроилась в саду под деревьями с видом на площадку для квиддича. Аквилус сидел с книгой, прислонившись спиной к стволу клёна, а Фалькус с Селеной валялись на траве рядом.

- Ты не стараешься, Фалькус. Поэтому у тебя не получается.

- А ты всё врёшь! — разозлился импульсивный, бескомпромиссный Фалькус Прата. — Сама не желаешь признаваться, что хочешь мороженого. Ты вредина, а я выиграл!

- Нет, Фалькус! Ты не понимаешь! Пусть я на самом деле хочу мороженого, но мы же играем. И в игре я как будто бы понарошку хочу… чего-то совсем другого. Специально, чтобы тебя запутать. Подожди, — она сосредоточенно прикрыла глаза. — Всё. Я готова! Ну? А сейчас что ты видишь?

Мальчик задумался.

- Вишнёвый пудинг?

- Ну почти, — снисходительно согласилась Селена. Вообще-то она представляла вишнёвое варенье. — Теперь твоя очередь. Давай соберись и представь что-нибудь… Метла?! Ты серьёзно? Ну признайся, что ты тоже хочешь мороженого, а не играть в квиддич в такую жару.

— Он всегда хочет играть в квиддич, — не отрываясь от книги, засмеялся спокойный и не по годам рассудительный Аквилус.

- Тебя не спрашивают! — ощетинился брат.

- Аквилус, тогда скажи ты. О чём подумал твой брат?

- Прямо сейчас? О десяти способах меня убить. А когда ты угадывала, действительно о квиддиче. Ему совсем не с кем полетать. Не зря наш папа тебе тоже купил метлу.

- Заткнись! — Фалькус вскочил.

- Хорошо, Фалькус, не злись, — примирительно откликнулась Селена, вставая следом. — Я тоже хочу полетать на новой метле. Но сначала мороженое.

- И окклюменция, — подхватил Аквилус, откладывая книгу. — Со мной потренируешься, да, сестрёнка? — девочка кивнула в ответ. — Ну? Кто первый за мороженым?

Она неспроста вдруг вспомнила тот далёкий эпизод. Это было последнее беззаботное лето, последние ночи без кошмаров, последние дни, когда окклюменция для неё оставалась простой забавой.

Ей было десять лет. Слишком многое ей ещё предстояло узнать и понять. И сделать это самой, в одиночку.

Селена старалась не возвращаться в ту ночь, когда погибли её родители и младший брат. Их особняк был уничтожен огнём, а её, едва живую от страха и холода, в лёгкой пижаме, с опалёнными волосами, подобрали в нескольких километрах от дома. Дрожащими руками она сжимала метлу — подарок дяди Корвуса. И молчала. Молчала, когда Вальбурга Блэк, не раздумывая, забрала её к себе. Не отвечала на бессмысленные соболезнования. Игнорировала лучших целителей, которых приглашала к ней тётя Вальбурга, а те лишь разводили руками. Девочка послушно спускалась в гостиную к завтраку, обеду и ужину, проводила много времени в богатой библиотеке, позволяла портнихам снимать мерки и с готовностью примеряла новые мантии, но всё время молчала. Пока не увидела на пороге дома 12 на площади Гриммо долгожданного гостя.

- Дядя Корвус! — радостно крикнула девочка и бросилась в его объятия.

Селена словно бы стала прежней. Но никто не знал, как часто и тяжело она с тех пор упражнялась в очищении сознания, какое множество книг об окклюменции прочитала. Тогда она пыталась закрыться не столько от других, сколько от себя самой. Спрятать подальше своё горе, больше не видеть кошмарных снов, перестать бояться огня. Ведь огонь, что преследовал её в кошмарах, был тёмным проклятием, способным вырваться из сна и убить наяву. Много раз она едва не становилась его жертвой.

Годы спустя, когда она блестяще закончила курс Высшей магии в Дурмстранге и стала выполнять задания австрийского Министерства магии (они с Антаресом после свадьбы поселились на его вилле в Альпах), Селена не сомневалась, что без тех детских тренировок, её профессиональный уровень едва ли был бы сейчас так высок.

Селена не нуждалась в деньгах, но не отказывалась поработать на Министерство. Она участвовала в переговорах, если другие стороны отправляли своих легилиментов. В качестве эксперта просматривала в Омуте Памяти воспоминания, если у суда возникали сомнения в их подлинности, и нередко восстанавливала воспоминания настоящие. Проводила разовые занятия для авроров. Ко всему этому она относилась как к полезной для себя практике: ей не хотелось, чтобы её навыки пропадали зря.

Профессор Ноктэм отлично владела своим предметом. Ей не приходилось учить детей, да она и не ждала от простых школьников выдающихся результатов, тем более, за такой короткий срок: Дамблдор отвёл её предмету лишь год, и она не спрашивала, почему. Но в том, что окклюменция вызовет у детей, пусть и не у всех, интерес, сомнений не было.

За первую неделю занятий она отметила для себя нескольких учеников с разных курсов и факультетов, к способностям которых стоило приглядеться. Сегодня ей предстояло познакомиться с последней группой, самой непростой, пожалуй. Шестой курс. Слизерин и Гриффиндор. Сегодня на урок придут избранный Поттер и…

В дверь коротко постучали. Она посмотрела на часы. Странно. До конца большого перерыва ещё достаточно времени.

- Войдите.

- Тётя Селена.

- Здравствуй, Драко. Рада тебя видеть. Проходи. Присядь.

- Незачем, тётушка.

Селена отметила про себя, как сильно изменился её племянник. Благородная бледность, делавшая Драко так похожим на мать, стала серой, болезненной. Во взгляде больше не было прежней самоуверенности, а голос и движения из плавных, размеренных превратились в порывистые, нервные и как будто неловкие.

- Я писала твоей маме летом. Она знает, что я в Хогвартсе и смогу тебя поддержать. У вашей семьи сейчас очень непростые времена, я всё понимаю, и я обещала Нарциссе присмотреть за тобой в школе.

- Я не ребёнок. И няньки мне не нужны, хоть мать и считает иначе.

- Не стоит грубить, Драко, — спокойно ответила Селена. — Раз ты пришёл ко мне до начала урока, значит, хотел о чём-то поговорить?

- Вы собираетесь учить меня окклюменции?

- Вместе со всеми без исключения студентами Хогвартса. Это приказ Министерства.

- Плевать мне на Министерство! У меня есть дела поважнее вашего предмета. И я его не выбирал.

- Напрасно, Драко, — профессор Ноктэм оставалась невозмутимой. — Уверена, у тебя неплохой потенциал. Скажи, кто с тобой занимался? Мама? Или тётя Беллатриса? И с какой целью? Ведь не для того, чтобы ты сейчас закрывался от меня.

Селена почувствовала, как кирпичная стена, что племянник весьма умело выстроил в своём сознании, словно завибрировала, сопротивляясь вторжению. А ведь она даже не пыталась проникнуть в его мысли. Нарцисса умоляла её не трогать сознание сына, и она поклялась кузине, что не станет этого делать.

- Вы не посмеете!

- Не посмею что? — усмехнулась Селена.

- Копаться в моей голове.

- Я и не думала. Но на экзамене обязательно. — Драко не знал о клятве, да ему и не следовало об этом знать. — Кроме того, весь год у вас будут практические занятия. Программу я раздам на уроке.

- Я не собираюсь тратить время на дурацкие уроки!

- Однако другие уроки ты всю неделю исправно посещал.

- Не ваше дело, тётушка! — с вызовом бросил мальчик. — Вы что, следили за мной?

- Ну вот что, мистер Малфой, — ответила она холодно. — Достаточно. Запомните: в школе я для вас — профессор Ноктэм, и наше с вами родство не освобождает вас от необходимости изучать мой предмет наравне с остальными. Иначе я буду вынуждена сообщить о прогулах вашему декану и написать вашей матери, как того требуют школьные правила. Нарциссе и без ваших выходок сейчас очень тяжело. Вы ведь не хотите расстроить её ещё сильнее?

Он молчал, но Селене стало понятно, что её аргументы попали в цель.

- Вот и отлично, — продолжила она, будто услышала его ответ. — А теперь идите. До начала урока ещё восемь минут.

* * *

- Итак, окклюменция.

Профессор Ноктэм неспешно прошла по классу, шурша складками строгой дорогой мантии графитового оттенка. Длинные волосы, аккуратно перевязанные широкой чёрной лентой, ровным хвостом лежали вдоль спины. Оказавшись в этом году самым молодым преподавателем Хогвартса, она понимала, что студенты, особенно старшекурсники, будут оценивать не только знания и манеру вести урок, но, в первую очередь, её образ. Нельзя допускать, чтобы ученики начали воспринимать её как старшую подругу.

- Полагаю, всем вам известно, какое магическое искусство вам предстоит изучать, и с какой целью именно в этом году школьная программа дополнена моим предметом. Мисс Грейнджер, — она не стала игнорировать единственную тут же взметнувшуюся вверх руку, — не сомневаюсь, что вы сможете верно процитировать нам написанное в учебнике. Мы все умеем читать. Однако, тем из вас, кто действительно желает преуспеть, кто не намерен сдаваться Сами-Знаете-Кому и готов приложить все усилия, чтобы одержать над ним победу, следует понимать, что окклюменция — искусство весьма непростое. Оно гораздо более тонко и многогранно, чем то, что звучит в коротком определении из учебника. Ведь человеческое сознание — тоже инструмент тонкий и многогранный, и работа с ним требует огромного мастерства. Определение, которое предлагает нам учебник — «способность преграждать путь к своему сознанию» — это, пожалуй, только первый этап, одна из составляющих, основа, за которой стоят куда более сложные, но необходимые практики. Как нельзя сводить легилименцию лишь к чтению мыслей, так же невозможно говорить об окклюменции только как о выстраивании преград. По-настоящему искусный окклюменист не станет окружать себя стеной, — она выразительно посмотрела на Малфоя, тот быстро отвёл взгляд, уткнувшись в чистый пергамент. — Стену легко увидеть — такое под силу даже не самым талантливым легилиментам. Стену — даже самую прочную — можно пробить. Щитовые чары, обжигающие, обездвиживающие, оглушающие заклятия и прочая боевая магия хороши только в редких случаях: если вы сражаетесь с легилиментом в поединке или можете нападать открыто. Но даже в битве достигший высокого мастерства окклюменист не станет полагаться на одни боевые заклинания. Запутать противника, послать ему фальшивые образы, мысли, воспоминания, чувства, эмоции — вот что следует сделать. И сделать с ювелирной точностью. У вашего оппонента не должно возникнуть ни малейших сомнений в неподдельности всего того, чем вы наполните своё сознание. В этом и заключается цель вашего обучения.

Селена сделала короткую паузу. В классе стояла идеальная тишина.

- Замечу, что один год — это ничтожно мало для глубокого изучения моего предмета, — продолжила она. — Тем не менее, я составила программу таким образом, чтобы максимально отработать с вами важнейшие навыки. Я ни от кого не жду мгновенных результатов, но увижу, насколько усердно вы будете заниматься.

Селена взмахнула волшебной палочкой, стопка пергаментов, что лежала на её столе, разлетелась между столами учеников. Она заметила, как Гермиона поймала свиток в воздухе и нетерпеливо принялась его разворачивать.

- С планом занятий вы ознакомитесь в свободное время. А сегодня мы с вами поговорим о том, что представляет собой человеческое сознание.

Несколькими взмахами руки Селена «включила» молчавшие до этого туманы по всему периметру класса. Одинаковые и блёклые, они ожили каждый по-своему. Один повис плотной изумрудной пеленой, другой закружился смерчем, третий заискрился звёздным небом, два соседних перетекали из одного в другой кипящим потоком вулканической лавы. Сюжеты менялись. Одни туманы расцветали причудливыми цветами, из других проступали силуэты гор и озёр, дворцов и маленьких домиков, людей и животных. А из тех четырёх, что располагались над учительским столом, отчётливо проступили лица основателей Хогвартса. Несколько учеников завороженно ахнули.

Чтобы студенты не отвлекались, она «погасила» туманы, оставив их в состоянии лёгких дымок пастельных тонов, и продолжила урок.

* * *

Профессор Ноктэм наблюдала за покидающими класс учениками. Нет, среди шестикурсников точно не найдётся никого хотя бы с малыми задатками окклюмениста. Только Драко Малфой. Беллатриса наверняка приложила руку к обучению племянника навыкам защиты сознания. Драко — талантливый мальчик, жаль, что слишком избалован и слишком ленив. А теперь ещё и очень напуган. И не только тем, что его отец сейчас в Азкабане.

- …когда назначить первую тренировку по квиддичу.

- Кажется, туда придёт вся школа…

- Конечно, Гарри, ведь ты — капитан, — донеслись до Селены обрывки разговора уходящей одними из последних троицы гриффиндорских студентов. Похоже, Уизли, а главное — Поттера — тема урока совсем не заинтересовала.

- Мистер Поттер, — позвала она.

- Да, профессор, — напряжённо откликнулся тот.

- Задержитесь ненадолго. Не бойтесь, — усмехнулась она в ответ на недоумевающий взгляд Избранного, — наказание вы пока не заработали. Но вам не кажется, что нам с вами есть, о чём поговорить и вне занятий?

- Мы подождём тебя в холле, Гарри, — пообещала Гермиона и вслед за Роном скрылась за дверью.

Селена выдержала паузу, чтобы полюбоваться эффектом, произведённым на Мальчика-Который-Выжил простой просьбой задержаться после урока. Без усилий она коснулась его сознания: «…тренировка… квиддич… если Рон снова будет играть плохо… зачем она оставила меня после урока, я ведь ничего не сделал… мне не нравится эта Ноктэм…» Скучно и предсказуемо.

- Надеюсь, вы понимаете, мистер Поттер, — наконец обратилась к нему Селена, — насколько серьёзные и сложные вещи вам предстоит освоить на моих занятиях?

Гарри пока не понимал, к чему она клонит и почему решила оставить для разъяснительной беседы именно его. Если только Дамблдор не рассказал ей об уроках со Снейпом. Но и директор, и Снейп велели держать эти занятия в строжайшей тайне.

- И главное, — настойчиво продолжала Селена, отвлекаясь от его мыслей, — надеюсь, вы уяснили, почему окклюменция так необходима. И почему именно вам она необходима намного больше, чем остальным.

- Профессор.., — неуверенно начал Гарри, желая как можно скорее отделаться от новой преподавательницы, — вы сказали на уроке, что ваш предмет необходим сейчас всем, чтобы мы могли защищать свои мысли от Вол… Сами-Знаете-Кого.

Она едва заметно усмехнулась.

- Похвально, что вы так внимательны на уроках, мистер Поттер. А что касается моего предмета, от вас я ожидаю особых результатов. Вы ведь, в отличие от большинства учеников, не понаслышке знакомы с окклюменцией. В прошлом году вас обучал сам профессор Снейп, а он мастер своего дела, не сомневайтесь.

- Откуда вы знаете?! — вспыхнул Гарри.

- Я — знаю, — невозмутимо ответила Селена, глядя на него так, словно он ошибся в элементарном заклинании. — А откуда — это вас не касается.

- Снейп рассказал вам?

Он выглядел по-настоящему взбешённым. «…что Снейп наговорил ей про меня? …или она заодно с ним?» — мелькнул в голове у Селены новый обрывок мысли. Похоже, Дамблдор, рассказывая ей о выдающихся способностях Избранного, ошибался на его счёт. Поттер даже не пытался закрываться, будто не понимал, что сидящая перед ним преподаватель прекрасно владеет легилименцией.

- Профессор Снейп, мистер Поттер. И не вынуждайте меня всё же назначить вам наказание.

- Профессор Снейп рассказал вам? — не унимался мальчик.

Несколько долгих секунд Гарри гневно, выжидающе смотрел ей в глаза. Селена начала злиться, хоть и не подала виду.

- Квиддич, несомненно, отличная игра, — наконец заговорила она. — Уровень школьных команд, конечно, оставляет желать лучшего, однако я с большим удовольствием поболею, — она выдержала паузу, — за свой факультет. Но всё же, мистер Поттер, надеюсь, вы понимаете, что ваша ловкость и умение летать на метле не помогут вам в борьбе против Тёмного Лорда. И вы не сможете в полной мере противостоять ему, пока всё, о чём вы думаете, так отчётливо отражается в ваших глазах и на вашем лице. А теперь идите. На сегодня вы свободны. Надеюсь, вы подумаете о моих словах.

* * *

В учительской, как всегда после уроков, было едва ли тише, чем в факультетских гостиных. Профессор Флитвик спорил с МакГонагалл о траектории взмаха волшебной палочкой при применении отталкивающих чар, если предмет сначала трансфигурировали. Профессор Спраут обсуждала со Слагхорном, сколько времени в зависимости от способа приготовления зелье из мандрагоры сохраняет свои полезные свойства. Профессор Синистра и профессор Вектор изучали новый каталог телескопов.

- Подумать только, Помона! — завидев Селену, Слагхорн отвлёк Спраут от увлекательной беседы о мандрагорах. — Всякий раз смотрю на Селену и Северуса и диву даюсь, как быстро летит время. Только недавно они приходили на мои уроки, такие юные, любознательные, с тысячей вопросов, и вот уже сами учат студентов.

- Ну так и вы когда-то были студентом, профессор Слагхорн, — улыбнулась Селена. — А теперь к вам обращаются за советом даже ваши коллеги.

Через всю учительскую пролетел фарфоровый чайник, от которого Селена едва успела увернуться. Декан Гриффиндора наглядно демонстрировала Флитвику всю безосновательность его теории.

- Эй! Профессор МакГонагалл! Я, конечно, никогда не была особо сильна в трансфигурации, но зачем же меня за это убивать! — притворно возмутилась Селена.

- О! Простите, профессор Ноктэм! — извинился вместо МакГонагалл Флитвик. — В следующий раз мы с Минервой найдём менее людное место для наших научных экспериментов.

- В следующий раз, Филиус, вам не удастся втянуть меня в этот бессмысленный спор, — строго возразила учёная дама.

Селена наконец подошла к сидящему в кресле возле камина Снейпу и устроилась рядом. Преподаватели вернулись к прерванным беседам, а декан Слизерина, похоже, не собирался отвлекаться от свежего номера «Ежедневного Пророка».

- Северус, — негромко позвала она, — мне надо с тобой поговорить. Это важно.

- Я слушаю, — отозвался тот, откладывая газету в сторону.

- Нет, не здесь. Лучше у меня в кабинете, ну или у тебя, как скажешь. Это касается… В общем, у меня сегодня был первый урок с гриффиндорцами. Шестой курс…

- Если Поттер и на твоём уроке успел что-то натворить, — перебил Снейп и кивнул в сторону МакГонагалл, — все претензии к декану его факультета. При чём здесь я?

- Ты здесь как раз при чём, — терпеливо продолжила Селена. — Но речь не о наказании, с этим я бы справилась без помощи всей школы.

Услышав фамилию «Поттер» из уст Снейпа, МакГонагалл обернулась. Оба заметили её заинтересованно-обеспокоенный взгляд.

- Хорошо, — нехотя согласился Снейп. — Поговорим в другом месте.

- Тогда в восемь в моём кабинете, идёт?

- Вполне. Сегодня всё равно моя очередь патрулировать коридоры, — ответил он и вернулся к недочитанной газетной статье.

Селена поднялась с кресла.

- Ухожу! Подождите кидаться тяжёлыми предметами, — шутливо бросила она продолжавшим спор Флитвику и МакГонагалл, и прикрыв голову рукой, направилась к выходу из учительской.

* * *

Селена знала, что во всей магической Британии из ныне живущих волшебников не найти окклюмениста сильнее, чем Северус Снейп. Разве что Дамблдор и сам Тёмный Лорд, но едва ли последнего можно сейчас называть человеком.

Селене было известно и то, что Снейп сам предлагал Дамблдору вести основы окклюменции, но директор оставался непреклонен. Почему директор наконец решился отдать мастеру зелий проклятую должность преподавателя защиты от Тёмных Искусств, для Селены пока оставалось загадкой.

Интересно, что сказал бы Северус о теории Амадеуса. Чем он считает окклюменцию — наработанным навыком или даром? Надо спросить у него при удобном случае.

- Профессор Ноктэм, — она услышала знакомый низкий голос.

Снейп стоял на пороге её кабинета.

- Как официально! — Селена поднялась из-за стола и посмотрела на часы, показывающие ровно восемь. — И какая пунктуальность, профессор Снейп! Я как раз к себе собиралась. Идём.

- У меня не так много времени.

- Да, я помню, что ты патрулируешь коридоры. Потому я и решила отложить все свои ночные прогулки на завтра, когда дежурным останется Флитвик, — развеселилась Селена.

- Завтра дежурит МакГонагалл.

- Правда? Вот беда! Ну, тогда на послезавтра, — они вышли в коридор. Небрежным взмахом волшебной палочки Селена захлопнула дверь в кабинет и распахнула соседнюю. — Проходи.

- О чём ты хотела поговорить? — спросил Снейп, остановившись на пороге.

- О Поттере. Я знаю, что Дамблдор… — Селена заметила, как исказилось его и без того неприветливое лицо. — Ты располагайся, здесь не хоромы, конечно, зато очень уютно. И отличный вид из окна. Предложила бы тебе огневиски, да ты сегодня на дежурстве. Но можно чаю.

- Не стоит. Я не в гости зашёл, — нетерпеливо бросил Снейп. — Так, что Дамблдор?

- Не буду с тобой разговаривать, пока ты стоишь в дверях и всем своим видом показываешь, как тебе скучно, — самым непринуждённым тоном заявила Селена.

Она наколдовала иллюзию вроде тех, что были развешаны по стенам в классе для занятий окклюменцией. Только на этот раз пелена словно бы висела в воздухе, источая слабое мерцание зелёных и серебристых огоньков.

- Что это? — спросил Снейп, проходя в комнату.

- Sensus Nebula. Их ещё называют туманами. Помогают расслабиться после трудного дня, — она присела на диван.

- Не знал, что в Дурмстранге высших магов обучают такой ерунде, как создание бесполезных иллюзий, — усмехнулся Снейп, устраиваясь в кресле. Теперь их разделял заваленный книгами и пергаментами журнальный столик.

Огоньки гневно заискрились, готовые вырваться за пределы своей плоскости, после чего закружились в неистовом хороводе. Селена взмахом палочки успокоила их, вернув в состояние бледного, чуть мерцающего тумана.

- Ты их разозлил, — пояснила она в ответ на его вопросительный взгляд.

- Они нас слышат?

- Нет. Но они нас чувствуют. Они улавливают наши эмоции, мысли, настроения, потому могут меняться и без моего вмешательства, а просто «подслушав», о чём я думаю.

- И ты не закрываешь от них свои мысли?

- Зачем? Напротив, мне даже нравится, что они меня понимают, и можно ничего не скрывать. Кстати, Дурмстранг здесь совершенно не при чём. Я создала их раньше, на седьмом курсе Хогвартса. — Селена протянула руку, коснувшись бледно-зелёной пелены. Туман мгновенно стал фиолетовым и в нём заплясали яркие серебристые звёзды. Несколько секунд она внимательно изучала своё творение. — Нет. Предыдущие были лучше. Спокойнее. — Иллюзия вернулась к прежнему виду. — Ладно. Перейдём к делу. Прежде чем взять меня на должность преподавателя основ окклюменции, Дамблдор честно предупредил… скажем так, о некоторых особенных студентах, на которых мне следует обратить пристальное внимание.

- Например? — насторожился Снейп.

- Директор рассказал мне, что в прошлом году он просил тебя дать Гарри Поттеру несколько уроков окклюменции в частном порядке.

- Это было только наше с Дамблдором дело, — бросил Снейп с видимым неудовольствием.

- Да, Дамблдор предупредил меня, что это секрет, и что он велел и тебе, и Гарри молчать. Разумеется, он и меня заставил поклясться, что наша с ним беседа останется между нами.

- Тогда тебе действительно следует молчать.

- Я и молчу. Но ты — другое дело, Северус.

- Ничем не могу помочь. Кроме поразительной способности влипать в разные неприятности, другими талантами Поттер не блещет. Он такой же, как и его отец.

- Вот только не надо рассказывать мне про Джеймса Поттера. Не забывай, я кузина Сириуса.

- Сочувствую, — ядовито хмыкнул Снейп.

- Но кстати, какими бы мерзавцами не были Сириус с Джеймсом, ещё в школьные годы оба стали анимагами, что, нельзя не признать, весьма непросто. А Гарри пока…

- Уверен, всем достаточно Поттера-мальчишки, — перебил Снейп. — Не хватало ещё, чтобы он бегал по замку и его окрестностям в образе оленя. А если тебя интересует моё мнение о твоём, — он выделил это слово, как ей показалось, с ревностью, — предмете, то в окклюменции Поттер ещё бездарнее, чем в зельеварении.

- Не буду спорить, — согласилась Селена. — Оставила его после урока на пару слов, так он даже не попытался от меня закрыться. И хуже всего то, что он, похоже, не хочет понимать, зачем ему нужна окклюменция. Неужели вы с Дамблдором ничего ему не объяснили?

- Я объяснял ему, растолковывал, заставлял увидеть разницу между легилименцией и тем, что он, как последний маггл, называет «чтением мыслей». Объяснял, как важно научиться закрывать свои мысли от.., — Снейп не знал, насколько полной картиной событий владеет его собеседница, — от чужого вмешательства. Пустая бесполезная трата времени. Мои слова отскакивали от его венценосной головы, будто на них наложили отталкивающие чары. Искусство окклюменции требует сосредоточенности, усердия, непрерывной самостоятельной практики, тренировки сознания. Но Поттера интересуют только тренировки по квиддичу.

- Именно квиддич они с друзьями и обсуждали, выходя с моего урока. Знаешь, я почему-то даже не удивилась.

- Ещё бы.

- Дай угадаю. Ловец?

Холодные чёрные глаза зло вспыхнули, а губы сжались в презрительной гримасе.

- Да, — согласилась с красноречивым молчанием Селена. — Я тоже всегда предпочитала быть охотником. По-моему, целиться в кольца, пытаясь обойти вратаря и не попасть под бладжер, куда сложнее, чем носиться где-то в стороне от всей команды за этим дурацким снитчем.

- Селена! — взмолился Снейп. Его длинные пальцы с ненавистью сжали подлокотники кресла. — Если ты намерена обсуждать со мной квиддич, то лучше мне уйти.

- Прости. Была уверена, что ты поменял своё отношение к этой игре.

- С чего бы мне его менять? — недовольно отозвался Снейп.

- Ну, хотя бы с того, что ты — декан Слизерина. А потому просто обязан болеть за свою команду и, как минимум, интересоваться нашими… их успехами.

- Разумеется, я верю в команду своего факультета. Кубок школы сейчас украшает кабинет Минервы МакГонагалл лишь по досадному недоразумению, и очень скоро он вернётся на своё заслуженное место — в мой кабинет.

- Значит, ни слова о квиддиче? — поддразнила Селена.

- В данном случае, квиддич — такая же часть жизни факультета, как уроки, контрольные или экзамены.

- Ну да, — недоверчиво усмехнулась она.

- Но мы отвлеклись. Кажется, я закончил на том, что не один раз во всех подробностях объяснил Поттеру, какому магическому искусству и с какой целью я вынужден его обучать.

- Но он не внял твоим объяснениям.

- Естественно. Как и всему полезному и разумному, что ему вот уже шестой год пытаются втолковать в этой школе.

- И тем не менее… Вот уже пять лет подряд он каждый год сталкивается лицом к лицу с опасностью. С Тёмным Лордом, — Селена заметила, как напрягся её собеседник. — И каждый раз он выходит из схватки лишь с незначительными потерями. Смерть студента на Турнире Трёх Волшебников не в счёт. Тот парень… Диггори, кажется? — Снейп утвердительно кивнул. — Тот парень оказался случайной жертвой. Если бы не благородство Поттера, Диггори не стал бы победителем Турнира, зато остался бы жив.

- Тебе многое известно, — задумчиво проговорил Снейп.

- Не больше, чем мне следует знать. Дамблдор предпочитает не складывать все тайны в одну корзину.

- Верно, — ограничился коротким ответом Снейп. Он и подавно не собирался делиться с Селеной своей информацией.

- Сколько занятий было у вас с Поттером?

- Он ходил ко мне почти четыре месяца.

- Четыре месяца?! — поразилась Селена. — Послушать Дамблдора, так ты вышвырнул Поттера после пары занятий.

- Вышвырнул?! — вспыхнул Снейп. — Дамблдор преподнёс то, что произошло, именно так?

- Ну, не совсем так, — поспешила погасить его гнев Селена. — Директор сказал только, что вы прекратили занятия. Но зная твоё отношение к Гарри и твой характер… нетрудно себе представить, как всё было на самом деле.

- Поттер слишком любит совать свой нос не в свои дела. Да и я с самого начала прекрасно понимал всю бессмысленность этих занятий. Я был уверен, что он не проявит никаких способностей, как и во всём остальном, что касается учёбы. Мне действительно следовало вышвырнуть его в первый же вечер. Ведь все его так называемые геройства — лишь стечение обстоятельств и помощь чуть более удачливых и способных друзей. И покровительство Дамблдора, разумеется.

Задумчиво приложив палец к губам, Селена неотрывно смотрела на туманы. Огоньки по-прежнему излучали слабое спокойное мерцание.

- Ну что ж, примерно это я и хотела услышать, — наконец ответила она, снова обернувшись к гостю. — Твоё мнение относительно Гарри Поттера мне понятно. Учту его в дальнейшей работе.

- Дамблдор велел тебе узнать моё мнение?

- Нет, — искренне удивилась Селена. — Но, по-моему, это логично. Сам понимаешь, теперь учить Поттера окклюменции предстоит мне, и не с нуля, как других студентов. Поэтому мне и было так важно знать, каких результатов он достиг с предыдущим преподавателем. Выводы я сделала. Спасибо, что нашёл время. О Мерлин! — искры беспокойно заметались. — Совсем забыла о твоём дежурстве. Но когда у тебя появится свободный вечер, заходи. Если туманы окажутся в настроении, разрешу тебе с ними поэкспериментировать.

- И часто они бывают не в настроении?

- Ну… смотря как часто ты станешь называть их бесполезными иллюзиями, — несколько зелёных искр на короткое мгновение вспыхнули, но тут же затихли.

Из недр замка донёсся грохот и дикий вой.

- Пивз! — Снейп вскочил с кресла. — Уверен, это его гнусные проделки.

- Согласна, этот Пивз всегда был отвратительным созданием.

Грохот повторился где-то совсем близко. Не попрощавшись, Снейп выскочил в коридор.

Как только дверь за ним захлопнулась, Селена наложила защитные чары и протянула руку к пребывающим в покое туманам. Какое-то время огоньки продолжали, не спеша, переливаться зеленью и серебром, но потом среди хаотичного зеленоватого мерцания проявилось лицо немолодого мужчины, обрамлённое густыми тёмными волосами, чуть тронутыми сединой. Тонкие надменные черты, гордо вздёрнутый подбородок и холодноватый оценивающий взгляд безошибочно указывали на чародея, ставящего чистоту крови превыше всего.

Оглядевшись вокруг, иллюзорный гость скривил губы, недовольный весьма скромной по его меркам обстановкой. Но когда он увидел Селену, его лицо смягчилось и озарилось тёплой улыбкой.

- Антарес.., — Селена улыбнулась в ответ сдержанно и грустно. — Поговори со мной.

Она знала, что это бесполезно. Туманы только создают образы, но эти образы не могут разговаривать, не могут даже слышать. Но всякий раз, когда она видела среди тумана его лицо, ей хотелось думать, что муж всё-таки её слышит.

- Не могу привыкнуть, что тебя теперь нет рядом. И смириться с тем, что никогда не будет…

Призрачный Антарес лишь покачал головой. Селена карикатурно скопировала его движение.

- И что ты хочешь этим сказать? — спросила она чуть раздражённо. — Если бы ты знал, как мне нужен твой совет. Когда я собиралась в Хогвартс, я и не подозревала, с чем мне предстоит здесь столкнуться. Я ведь сбежала сюда, потому что… надеюсь, ты понимаешь, почему.

Иллюзия недовольно поморщилась.

- Да, я помню всё, что ты думаешь о Хогвартсе, Дамблдоре и его покровительстве магглорождённым. Но предложив вернуться в школу, он помог мне, иначе.., — изображение не шелохнулось. — Иначе, не знаю, что было бы со мной сейчас. Но обстановка здесь намного сложнее и запутаннее, чем я предполагала. Гарри Поттер… Какая горькая ирония. В детстве я терпеть не могла Джеймса Поттера, а теперь вынуждена стараться ради успехов его сына. Антарес, кроме тебя мне больше некому доверять, даже Дамблдору, а тем более Снейпу, что бы про него не говорил директор. Я даже не смогу пробраться к кому-то из них в сознание. Слишком грубо, слишком рискованно, ведь они оба очень сильны в окклюменции. Уверена, только ты помог бы мне во всём разобраться.

Она помолчала немного и, понизив голос до шёпота, продолжила:

- Да Мерлин с ними со всеми. Антарес… Не представляешь, как сильно я соскучилась по тебе.

Его лицо снова озарила искренняя улыбка. Туманы молчали, как всегда, но в её голове словно прозвучал голос мужа. «Я тоже очень скучаю, моя дорогая».

- Ну всё! — она решительно отбросила сжавшую горло стальными тисками тоску. — Давай только без этих нежностей.

Изображение потускнело и покрылось волнами помех. Призрачный Антарес протянул руку, словно желая вырваться за пределы тумана. Пальцы Селены в ответном движении коснулись его иллюзорных пальцев. Образ растаял, превратившись в неясную чёрно-белую пелену: именно таким было сейчас её состояние. Она попыталась заставить картину измениться, но туман только сгустился и ещё больше помрачнел. Селена взмахнула волшебной палочкой ещё раз, и Sensus Nebula исчезли, оставив после себя лишь лёгкую дымку, как от потухшего огня.

Профессор Снейп был в бешенстве. Он прекрасно знал, что ученики высказывались о нём не самым лестным образом. Он умел слушать, к тому же, превосходно владел легилименцией. А уж наказывать нерадивых студентов у него всегда получалось куда лучше всех прочих преподавателей. Даже Минерва МакГонагалл, хоть и не признавалась, слегка завидовала дисциплине на его уроках и строгости отработок. А уж в заступниках он тем более не нуждался. И откуда только она взялась — эта Блэк, Ноктэм или как там она теперь себя называет!

Двое гриффиндорцев, что недавно целую неделю перебирали у него на отработках старые пыльные свитки с рефератами давно закончивших школу учеников, так увлеклись беседой о его бывшем предмете, что не замечали никого вокруг. Вот только обсуждали они вовсе не зелья, которые, Снейп был уверен, так и не научились готовить правильно. Конечно… Гораздо интереснее разглагольствовать о характерах и методах работы преподавателей. Им-то — тринадцатилетним глупцам — лучше знать, как надо вести уроки, какие ставить баллы и сколько задавать на дом. Разумеется, для них Слагхорн с его демократией во всём превосходит своего ненавистного предшественника.

Нет, Снейп не стал бы немедленно наказывать их за случайно подслушанную болтовню. Зато на следующем практическом занятии он потребовал бы от этих умников идеального выполнения всех защитных заклинаний. Если добренький Гораций не считает нужным загружать учеников домашними заданиями, свободное время следует посвятить другим не менее важным предметам. Именно это он собирался сказать на завтрашнем уроке. Так какого дьявола Ноктэм вмешалась?! Зачем вступилась за него при свидетелях? При МакГонагалл, при Малфое и ещё при десятке студентов.

- Минус двадцать баллов Гриффиндору за неподобающие высказывания о преподавателе. И считайте, что вы легко отделались. В следующий раз отправлю на отработку.

- Позвольте, профессор Ноктэм, но речь шла не о вас и не о вашем предмете, — зло процедил Снейп, как только провинившаяся парочка и прочие зеваки поспешили скрыться из виду. — Вам следует быть сдержаннее.

- Куда уж сдержаннее, — Селена равнодушно пожала плечами. — Если ты заметил, я даже голос на них не повысила.

Её ледяное спокойствие разозлило Снейпа ещё сильнее.

- Ты прекрасно поняла, о чём я, — прошипел он. — Эти недоумки говорили не о тебе.

- Какая разница?

- Впредь в подобных случаях я сам буду решать, когда и каким образом мне наказывать студентов.

- Ну, отнятые баллы обратно не вернёшь, но если ты позволяешь студентам говорить о тебе в таком тоне… Что ж, могу поощрить Гриффиндор на следующем уроке дополнительными очками.

Она развернулась и пошла прочь. Проникший сквозь высокое окно солнечный луч на миг запутался в жемчужных прядях её волос.

Снейп отправился к себе. По дороге он оштрафовал за беготню по лестнице двух первогодок с Равенкло и велел пятикурснику со своего факультета поторопиться на урок заклинаний. Мерлин… Зачем Селена вернулась? Что ей нужно в Хогвартсе? И что ей нужно от него? Снейп задумывался об этом каждый раз, когда видел её: за завтраком в Большом зале, где Селена взяла за правило садиться рядом с ним, в учительской, когда она всякий раз подходила поинтересоваться его мнением о том или ином студенте, в школьных коридорах, где им доводилось случайно пересекаться. Снейп привык, что все профессора, кроме Дамблдора, его сторонятся. Так почему Ноктэм ведёт себя так, будто они с ним добрые друзья? Впрочем, она всегда была такой — привыкшей получать желаемое. Она всегда была слишком уверена в себе и слишком многое считала само собой разумеющимся.

Снейп вдруг вспомнил, как познакомился с ней. Он перешёл в выпускной класс, Селена училась четырьмя курсами младше. Наверняка он встречал её и в гостиной, и в Большом зале, но просто не замечал, всегда слишком увлечённый учёбой и другими не менее важными вещами. Он готовился вот-вот получить Чёрную Метку, которая, как ему казалось тогда, станет пропуском в новую жизнь вдали от Хогвартса и заклятых врагов.

К вечеру Большой зал почти опустел. Лишь несколько самых стойких старшекурсников, впереди у которых маячила безрадостная перспектива выпускных экзаменов, продолжали корпеть над грудами учебников.

Худой черноволосый парень в мантии Слизерина сидел, низко склонив голову над пергаментом, и с бешеной скоростью строчил что-то мелким убористым почерком, периодически сверяясь со страницами увесистой книги, что лежала под его левой рукой.

- Привет, — услышал он рядом с собой девчоночий голос.

Даже не подумав, что приветствие может быть адресовано ему, семикурсник обмакнул перо в чернильницу и продолжил увлечённо писать домашнюю работу.

- Привет! — повторил тот же голос чуть громче и настойчивее.

Скрипнула скамья, и обладательница голоса уселась рядом. Обычно ребята его сторонились и не спешили сесть с ним за одну парту. Была только одна… да и та теперь вовсю гуляет с его злейшим врагом. Но эта девчонка, напротив, придвинулась поближе и с интересом заглянула в его книгу, а потом и вовсе бесцеремонно приподняла обложку, чтобы посмотреть автора и название.

- Вот! Как раз то, что я искала, — констатировала она. — Северус.

Мальчик невольно вздрогнул, услышав собственное имя. Он давно привык, что даже одногруппники обращались к нему по фамилии. Он оторвался от пергамента и взглянул на соседку: густые светлые волосы, в которых играли отблески свечей, открытый взгляд с ноткой надменности и собственного превосходства, выдающий истинную чистокровку. Такое выражение он наблюдал у невесты Люциуса — Нарциссы Блэк.

Девчонка тем временем невозмутимо, словно болтая со старым другом, продолжала:

- Прости, что отвлекаю, но мне нужна твоя помощь, Северус. Понимаешь, я сейчас пытаюсь разобраться с составом огнезащитного зелья, о нём в этой книге всё подробно написано, но профессор Слагхорн сказал, что отдал книгу тебе. В общем, я даже не расстроилась, скорее наоборот обрадовалась. Раз так, ты мне поможешь, ведь ты по зельям лучший в школе.

Снейп желал только одного — чтобы она поскорее испарилась. Ещё не хватало — помогать какой-то настырной девчонке!

- Я не даю уроков, — ответил он грубо. — Если тебе что-то непонятно, спроси у профессора Слагхорна.

- Но книга-то у тебя, — резонно возразила девочка, не замечая его недовольства. — Кстати, забыла представиться. Мы с тобой, конечно, с одного факультета, но я только на третьем курсе, так что, вряд ли ты меня знаешь. Селена Блэк.

- Блэк? — так вот откуда это сходство с Нарциссой.

- Ну да. Я кузина Регулуса. Он из твоей компании, я видела, как вы все о чём-то шепчетесь в гостиной. А этот придурок Сириус не в счёт. С тех пор как он поступил на Гриффиндор, его никто в нашей семье за родственника не считает, — небрежно заметила она. — Терпеть его не могу и его мерзких дружков, особенно Поттера.

Снейп едва заметно усмехнулся.

- Мне нужно ещё пару дней, чтобы закончить работу. Потом я обещал вернуть книгу профессору Слагхорну, но если он разрешил, отдам тебе.

- А зелье, о котором ты пишешь, ты готовить пробовал?

- Да.

- Я читала о нём летом в «Расширенном курсе зельеварения».

- В учебнике для шестого курса? — удивился Снейп.

- Ну да. У меня дома их три, даже у профессора Слагхорна просить не пришлось.

- Зелье для подавления эмоций не входит в школьную программу, в учебнике о нём сказано очень мало, — мальчик указал на лежавшую на столе книгу. — А здесь я нашёл инструкции, как приготовить это зелье правильно.

— Я его в другой книге находила и считаю, что в рецепте ошибка.

- Неужели? — вскинул брови Снейп.

Дело было даже не в том, что девчонка, едва перешедшая на третий курс, решила поспорить с учебником для шестикурсников. Его позабавило, с какой уверенностью она излагала свои выводы.

- Варить зелье я не пробовала, но меня заинтересовал его состав. По технологии приготовления оно ведь относится к быстро сгущаемым?

- Да, — подтвердил Снейп, по-прежнему не понимая, к чему она клонит.

- Но для того, чтобы сгустить зелье в самом конце варки, надо добавлять слизь флоббер-червя прежде, чем экстракт лирного корня и листья китайской жующей капусты, хотя в учебнике пишут, что слизь нужно добавлять последней. И при размешивании надо обязательно сделать два оборота из шести против часовой стрелки, иначе зелье получится слишком густым и накрепко прилипнет к стенкам котла.

- Достаточно одного оборота.

- Ну, допустим, — нетерпеливо ответила Селена. — Говорю же, не пробовала. Но в прошлом году мы на уроках готовили простейшее средство от ожогов. А я читала и про другие быстро сгущаемые зелья. Например, Раствор мгновенного исчезновения и Незримый яд.

- Незримый яд?! — поразился Снейп. — Это очень сильное и опасное зелье. После него зрение полностью не восстановит ни одно противоядие. Зачем оно тебе?

Она пожала плечами.

- Я вообще люблю читать. А ты, получается, тоже не прошёл мимо «Самых опасных ядов», раз всё знаешь об этом зелье, — поддразнила она. — Ведь в «Большой энциклопедии ядов и противоядий», которую только ленивый не открывал, про него нет ни слова.

Возразить было нечего. Он много лет мечтал о книге «Самые опасные яды», и к окончанию пятого курса наконец смог накопить денег на это давно ставшее редкостью издание.

- Так вот, к какому выводу я пришла, — продолжала новая знакомая. — Во всех быстро сгущаемых зельях есть слизь флоббер-червя. И обязательно по паре растительных ингредиентов, которые добавляются в самом конце при помешивании против часовой стрелки. И я подумала, что логично было бы и зелье для подавления эмоций готовить таким же способом.

- Да, пожалуй, в этом есть логика, — задумчиво проговорил мальчик. Он в своё время пришёл к похожим выводам немного с другой стороны: не сравнивая разные зелья, а изучая свойства их отдельных компонентов. — Я делал иначе. Выяснил, что слизь флоббер-червя при контакте с растительным компонентом…

- Мисс Блэк! Вы уже десять минут как должны были вернуться в свою гостиную! — прервал увлекательную беседу строгий голос Минервы МакГонагалл.

- Ой! — Селена выбралась из-за стола. — Простите, профессор, уже ухожу. Задержалась… в библиотеке.

Заместитель директора, поджав губы, окинула взглядом снова ссутулившегося над своим пергаментом Снейпа. Старшекурсникам позволялось находиться вне факультетских гостиных до девяти вечера.

- Быстро к себе, мисс Блэк, — сказала она и, пересчитав оставшихся в Большом зале учеников, отправилась на ночное дежурство.

- Она даже не сняла баллы со Слизерина. У меня сегодня определённо удачный день, — констатировала нарушительница школьных правил.

- Иди, не то МакГонагалл поймает тебя в коридоре. И тогда тебе точно не повезёт.

- Знаю. Она меня не любит. Как и всех слизеринцев, наверное. Ну так что, Мастер Зелий, если не справлюсь, поможешь мне с работой? — она подала новому знакомому руку.

Снейп секунду поколебался, но вспомнив вскользь брошенное ею высказывание о Блэке и Поттере, всё-таки пожал протянутую ладонь.

- Уверен, ты справишься.

Октябрь в тот год выдался на удивление тёплым, и на большом перерыве стены замка пустели. Студенты младших курсов, весело болтая, прогуливаясь по залитой осенним солнцем территории школы или забавлялись играми. Старшекурсники, нагруженные неподъёмными домашними заданиями, сидели на одеяле из опавшей листвы, склонившись над книгами и пергаментами.

Селена нашла Снейпа сидящим под одним из деревьев, как всегда, увлечённого чтением. Не спрашивая разрешения, она уселась рядом.

- Привет!

- Привет, — буркнул мальчик.

Ему совсем не хотелось никого видеть и ни с кем разговаривать. Сегодня вечером Лили Эванс снова пойдёт на свидание с Поттером. Он подслушал, как они договаривались. И Лили… Его Лили позволила этому Поттеру себя поцеловать.

- Тебе не интересно, какую оценку профессор Слагхорн поставил мне за реферат об огнезащитном зелье?

- Не мешай. Мне надо к уроку готовиться.

- Ну да, — она многозначительно хмыкнула. — Следующим уроком у тебя гербология. Именно поэтому ты читаешь о тринадцати способах противостоять непростительным заклятиям. Не знала, что профессор Спраут на уроках пытает семикурсников.

- К твоему сведению, до начала урока у меня ещё полчаса.

- К твоему сведению, Слагхорн оценил мой реферат на «превосходно». И знаешь, что? Одной из твоих подсказок я всё-таки воспользовалась. А какой — теперь из вредности не скажу.

- Гляди-ка, Джеймс, похоже, у Нюнчика завелась подружка, — донёсся до обоих ненавистный скучающий голос.

Оба заметили компанию гриффиндорцев с седьмого курса, определённо не собиравшихся портить чудесный день мыслями об учёбе.

- Подружка?! — присвистнул Джеймс. — Откуда? У него могут завестись только блохи.

- Да ты сам погляди!

- Не-е-ет, Сириус, наверняка здесь не обошлось без любовного напитка или Империуса. Иначе ни одна девчонка к нему бы и близко не подошла.

Селена подняла глаза от книги, которую внимательно изучал Снейп, и взглядом, способным испепелить на месте, воззрилась на подошедшую компанию. Джеймс понял, кто перед ним.

- Эй, Сириус! — обернулся он к другу. — А у меня для тебя плохие новости. С Нюнчиком гуляет мелкая.

- А я говорил, что вся моя семейка — сплошные психи, — равнодушно бросил тот. — И мелкая туда же. Нет бы гулять с Карлосом: наш вратарь, между прочим, по Сели с ума сходит. А она взяла и втрескалась в этого урода.

- Сам ты урод. И не смей называть меня мелкой, — прошипела девочка.

- Ещё как посмею! — разозлился Сириус. — И погляжу, что это вы тут читаете. Небось, из особой секции стащили, а, мелкая? — он наставил на Селену волшебную палочку.

Студенты, что были поблизости, обратили в сторону начинающейся потасовки любопытные взгляды.

- Не трогай её! — Снейп попытался подняться, но в тот же момент завертелся в воздухе и беспомощно упал на спину под пущенным Джеймсом заклятием. Он успел увидеть среди зевак огненную гриву Лили Эванс.

- Гляди-ка, Сириус, какой рыцарь нашёлся! Эй, Сели, не садилась бы ты к Нюниусу так близко, а то… Хотя, на его немытой башке, должно быть, дохнут даже блохи.

Не успев опомниться, друзья оказались ничком на земле, а над ними разъярённой фурией возвышалась Селена.

- Не смейте. Трогать. Нас. Больше. Никогда, — отчеканила девочка. — А ты, мистер Я-Поймал-Снитч, опасайся лучше блох своего дорогого Бродяги. И не смотрите на меня так, оба. Я всё про вас знаю.

Она презрительно отвернулась от по-прежнему не способных пошевелиться друзей и быстро пошагала в замок.

- Селена! — крикнул ей вслед Снейп. — Селена, подожди!

Собрав рассыпавшиеся учебники, он поспешил за ней, пока поверженные враги не успели прийти в себя. Снейп догнал девочку только у входа в Большой зал, где она задержалась, встретив своих подруг. Все они торопились на следующий урок.

- Идём, Селена! Второй урок подряд на трансфигурацию опаздывать нельзя, не то МакГонагалл с нас шкуру спустит.

- Идите, я догоню, — бросила подругам Селена и обернулась к Снейпу. — Чего тебе?

- Зачем ты это сделала?

- Что — это? — не поняла девочка. — Получила «превосходно» за реферат?

- Вступилась за меня. Заколдовала Поттера и Блэка.

- Хотя бы потому, что эти двое меня бесят.

- Я сам мог справиться!

- Тогда считай, что я только себя защищала. А сейчас мне пора на трансфигурацию.

Селена сделала шаг, чтобы уйти, но остановилась и добавила:

- Она глупая, кстати. Та девочка с Гриффиндора. Иначе не выбрала бы Поттера. Так что, забудь её лучше.

- Ты… Откуда… Да что ты знаешь! — голос его задрожал.

- Я легилимент.

И она убежала, оставив Снейпа в полном смятении.

Да, Селена всегда была такой. Не навязчивой, нет. Ни тогда, ни теперь она не обращалась к нему без повода, но каждый раз оставляла последнее слово за собой. Каждый раз словно выходила победителем, даже в те редкие их беседы, когда они ни о чём не спорили. И когда сама спрашивала совета, всё равно смотрела на него немного свысока. Раньше он не замечал этого, но теперь весьма отчётливо осознал.

Блэк. Чистокровная волшебница до мозга костей. Одна из тех, кто очень гордится своим происхождением.

Ноктэм. Ему однозначно знакома эта фамилия. Кажется, Люциус Малфой упоминал о нём, вот только в связи с чем? Должно быть, некто тоже без сомнений в статусе крови. Никто из Блэков не связал бы себя узами брака даже с полукровкой.

Снейп поднялся из-за стола, открыл шкаф и извлёк оттуда небольшую каменную чашу. Позавчера его и ещё нескольких Пожирателей Смерти призвал Тёмный Лорд и продержал в поместье Малфоев почти до утра. Вчерашняя ночь прошла на дежурстве по школе. А завтра очередное собрание Ордена Феникса… Нужно проверить накопившиеся за два дня домашние работы студентов.

Чтобы больше не отвлекаться на лишние воспоминания, он поднёс к виску волшебную палочку и отправил в Омут Памяти несколько серебристых нитей. Он узнает всё об этом загадочном мистере Ноктэме. Кто он, откуда, и что с ним сейчас. Может быть, полученная информация поможет понять, что привело в Хогвартс его супругу. Или бывшую супругу? Или… вдову? А пока его ждёт куда менее увлекательное занятие. Снейп плеснул в стакан на дюйм огневиски, вернулся за стол и развернул первый в нескончаемой стопке пергамент.

* * *

Погода в день первого в этом учебном году похода в Хогсмид оказалась на редкость отвратительной: по дороге в деревню студентов ждал сильный порывистый ветер и дождь с мокрым снегом в лицо. Если преподаватели могли, дойдя до границ замка, аппарировать в любую желаемую точку, то ученикам приходилось проделывать весь путь до деревни пешком. Но разве плохая погода способна помешать детям покинуть школу хотя бы на несколько часов…

Профессор Ноктэм хотела посвятить эту субботу подготовке к контрольным, которые собиралась провести до конца октября: у преподавателей свободные выходные выдавались крайне редко. Впрочем, бывать в Хогсмиде профессора школы могли хоть каждый день. Селена не отказывала себе в удовольствии поздно вечером прогуляться по опустевшим деревенским улочкам. Сливочное пиво в «Трёх мётлах» было по-прежнему очень вкусным. Она бы с радостью выпила этого согревающего напитка прямо сейчас, но выходить на улицу совсем не хотелось.

Туманы сегодня переливались тёплыми оттенками пламени. Селена разожгла камин. Она любила огонь, любила подносить руки совсем близко, пока не чувствовала, что вот-вот обожжётся. Прошёл не один год после пожара, в котором погибла её семья, прежде чем она смогла заставить себя снова приблизиться к открытому огню. Факелы, свечи, что использовались для освещения, не пугали её — обычно они были слишком высоко, она не ощущала большой опасности. А вот подходить к камину она стала, наверное, только к шестому курсу. Но окончательно побороть свой страх, научиться отделять кошмары от реальности она смогла лишь после серьёзной магической практики в Дурмстранге. И теперь она всякий раз наслаждалась теплом и смотрела на огонь, находя в нём покой и красоту.

Как-то ночью, незадолго до свадьбы, Антарес Ноктэм обнаружил свою невесту в слезах. На её плече краснел свежий след от ожога. Селена рассказала ему всю правду, понимая, что узнав о её проклятии, он может расторгнуть помолвку. Но Антарес снова надел на палец любимой кольцо, которое она сорвала в порыве отчаяния. А потом, уверяя в своих чувствах, успокаивал долго и нежно.

Антарес находил для неё лучших целителей и зельеваров, чьи заклинания и снадобья спасали от кошмаров и ран. Муж никогда не оставлял попыток отыскать магию, способную её освободить, но полностью снять тёмное проклятие так никому и не удалось.

Антарес...

Если бы они по-прежнему были вместе…

Она инстинктивно протянула руку к туманам, но тут же отдёрнула. Нет. Хватит. Если она снова увидит мужа, пусть даже иллюзорного, справиться с чувствами, которые она изредка позволяла наедине с собой, будет гораздо сложнее. Какой она тогда, к дьяволу, окклюменист! Чему она сможет научить детей, если не способна контролировать даже собственное сознание?

Селена налила в бокал эльфовского вина. Выдержанное, терпкое, оно помогло немного отвлечься. Надо работать. За полтора месяца она составила для себя ясное представление обо всех учениках и теперь чётко понимала, у кого действительно есть интерес и потенциальные способности к окклюменции, а кто посещает уроки только потому, что предмет навязан Министерством и школой. Эта странноватая мисс Лавгуд с Равенкло была среди первых, а вот Поттер и Уизли — однозначно относились ко вторым. Даже Грейнджер, хотя она очень старалась, не смогла бы стать приличным окклюменистом. Слишком сильные эмоции, слишком открытые чувства. К Рону Уизли, например. И надо быть полным идиотом, чтобы их не замечать. Впрочем… Достаточно просто быть Роном Уизли. Селена усмехнулась. А ведь девочка отнюдь не глупа. Все преподаватели признают её лучшей ученицей школы. Даже Северус не отрицает её способностей. Только и он утверждает, что гриффиндорской всезнайке не хватает широты взглядов и тонкости восприятия. Зато в избытке лишних эмоций. Бесконечные походы в библиотеку, множество прочитанных книг — это прекрасно. Некоторым не помешает читать хотя бы десятую часть этого объёма. Но иногда важнее другое — умение не зубрить, а анализировать, делать свои, пусть не всегда совпадающие с учебниками выводы.

Нет, проверки только теоретических знаний недостаточно. Контрольная будет состоять из двух частей. Сначала студенты письменно ответят на вопросы по пройденному материалу, после чего Селена выберет нескольких учеников, кто до конца урока попытается применить знания на практике. А продемонстрировать свои таланты она попросит именно тех, кто с начала учебного года старался меньше всего.

Туманы вдруг беспокойно заметались и заискрились, заставив её насторожиться. Но за дверью было тихо, Селена не улавливала чужого присутствия. Может, просто кто-то из привидений проплывал мимо. Она продолжила составлять задания, периодически посматривая в сторону Sensus Nebula. Искр больше не появлялось, но тёплая дымка стала другой. Теперь она кружилась в своей плоскости то ускоряясь, то чуть замедляясь, и по-прежнему не желала успокаиваться. Странно. Всё-таки надо пойти проверить.

В этот миг туманы вспыхнули ярко-красным, словно почувствовали смертельную угрозу, и закружились в бешеном темпе, превратившись во множество смерчей, затем стали сгущаться и мрачнеть. Селена отложила перо, взяла волшебную палочку и осторожно выскользнула за дверь. Тишину в этой части замка нарушал только вой ветра за высокими окнами. Но что-то было не так. Туманы не ошибались в восприятии, будь то невинная шутка или реальная опасность. Сейчас их поведение однозначно указывало на источник тёмной магии. Достаточно близкий и сильный.

Не опуская палочку, Селена направилась в сторону учительской. Навстречу ей стремительно шагала Минерва МакГонагалл.

- Профессор Ноктэм! Как хорошо, что вы не в Хогсмиде. Я вас искала.

- Я была у себя.

- Идёмте со мной, — скомандовала МакГонагалл. — В кабинет профессора Снейпа.

Селена поспешила следом.

- Что случилось, профессор? — спросила она обеспокоенно.

По пути в подземелье заместитель директора в общих чертах рассказала ей о происшествии: к студентке Гриффиндора Кэти Белл в «Трёх мётлах» каким-то образом попало проклятое ожерелье, до которого та по дороге обратно в школу, к несчастью, дотронулась. Девочку поместили в больничное крыло, она оставалась без сознания.

- Скорее всего, мы отправим мисс Белл в госпиталь святого Мунго. А директору… директору придётся запретить ученикам походы в Хогсмид, возможно, навсегда. Боюсь, другого выхода у нас нет. В понедельник, когда профессор Дамблдор вернётся, я обязательно донесу до него своё предложение.

- Уверена, все учителя вас поддержат, — согласилась Селена. — Никто не знает, где и когда учеников может подстерегать опасность. А замок надёжно защищён.

- Учителям тоже следует быть осторожнее и не покидать школу без надобности.

«Поэтому отлучаться из школы впредь надо только под дезиллюминационными чарами», — сделала для себя вывод Селена.

Они спустились в подземелье. Дверь в кабинет Снейпа была приоткрыта, но встречал их не декан Слизерина, а профессор Флитвик. Профессор Спраут тоже была здесь.

- О, Филиус, Помона, вы уже пришли. Отлично! — сказала МакГонагалл. — Северус ещё не вернулся?

- Проходите, проходите, дамы, — пропищал крошечный профессор Флитвик. — Профессор Снейп задерживается в больничном крыле, но он велел дождаться его, прежде чем мы приступим.

- Приступим к чему? — не поняла Селена.

- Конкретно вас я хочу попросить поработать с мисс Белл в качестве легилимента, — пояснила МакГонагалл. — Возможно, вам удастся увидеть, что на самом деле произошло в «Трёх мётлах». Ну... или хотя бы какие-то детали.

- Сознание подвергшегося столь сильной тёмной магии, как правило, необратимо меняется. По крайней мере, та его часть, что непосредственно столкнулась с проклятием, — ответил вместо Селены только что вернувшийся Снейп. Их взгляды на секунду встретились.

- Хотите сказать, Кэти может и вовсе потерять рассудок? — ужаснулась МакГонагалл.

- Не думаю. Я смог остановить распространение проклятия раньше, чем оно затронуло её разум, но, повторюсь, процесс восстановления будет долгим. Завтра утром мисс Белл переправят в госпиталь святого Мунго. Мадам Помфри сейчас решает этот вопрос. Возможно, когда мисс Белл вернётся, а произойдёт это нескоро, нам и следует попытаться прибегнуть к легилименции. Но гарантировать результат я не могу.

- Что ж, тогда… профессор Ноктэм, я вас больше не задерживаю, — констатировала МакГонагалл. — Деканы останутся на небольшое собрание. Не возражаете, Северус, если мы воспользуемся вашим кабинетом?

Но Селена не спешила уходить. Она подошла к профессорскому столу, где прикрытое красно-оранжевым шарфом лежало вычурное серебряное с опалами ожерелье.

- Позволите взглянуть?

- Не стоит, профессор Ноктэм, — отозвался хозяин кабинета. — Как вы, вероятно, поняли, это слишком опасная вещь.

- Поверьте, профессор Снейп, я держала в руках достаточно опасных вещей, — Селена уверенно направила волшебную палочку на украшение.

МакГонагалл, Флитвик и Спраут как по команде отступили на шаг. Снейп остался стоять у своего стола, не спуская взгляда с проклятой вещи.

Ожерелье медленно, будто нехотя, приподнялось над столешницей. Через пару мгновений, словно управляемое кем-то невидимым, оно вдруг резко взвилось вверх и описало по комнате идеально ровный круг, заставив собравшихся вздрогнуть и отшатнуться в стороны. Селена тоже испугалась, но не подала виду. Снейп выхватил палочку, но она опередила его, произнеся заклинание. Украшение тут же опустилось вниз и повисло над столом.

- Думаю, я смогу удержать под контролем то, что сейчас попыталось высвободиться, — спокойно сказала Селена, заметив страх во взглядах коллег. — Оно не причинит никому вреда.

- Но объясните, что вы собираетесь делать? — потребовала МакГонагалл, поправляя мантию.

- Проклятые предметы в отдельных случаях хранят память о тех, кто прикасался к ним, — пояснила Селена, не опуская палочку. — Но вовсе не обязательно, что это память именно о том, кто наложил проклятие. Вещь может знать и о тех, для кого её создавали, и помнить о тех, кто стал случайными жертвами. И неслучайными. Хочу попробовать поговорить с ним.

- И мы узнаем, как ожерелье попало к мисс Белл? — насторожилась МакГонагалл.

- Возможно. Но обещать ничего не буду. Повторюсь, проклятые предметы способны открыть нам имена только в некоторых случаях. Всё зависит от того, какие именно чары применял волшебник, в руках которого безобидное украшение превратилось в смертельное оружие. Впрочем, иногда даже самые опытные маги забывают о защите. Или сами желают, чтобы жертва узнала, от кого получила «подарок».

- И каким же образом ожерелье сообщит нам имена? — иронично поинтересовался Снейп. — Скажет? Или нарисует на доске?

- Увидим, — ответила Селена, не глядя в его сторону. — Если сообщит.

Она принялась шептать формулы сложного заклинания, совершая волшебной палочкой волнообразные движения. Какое-то время ничего не происходило, но потом нить ожерелья резко дёрнулась вверх и взмыла под самый потолок, а зеленоватые камни замерцали не своим цветом, образуя кроваво-красный ореол. Комната наполнилась зловещим свечением. Пламя свечей опасно заколыхалось, но не погасло. Нить натянулась с такой силой, что казалось, вот-вот разорвётся, и проклятые опалы рассыплются по всему кабинету.

Ожерелье сопротивлялось. Селена чувствовала запертую в нём огромную силу. Украшение заметалось по комнате с бешеной скоростью. Несколько колб с грохотом упали со стеллажей и разлетелись вдребезги. Их содержимое под действием злых чар вскипело, выплеснулось на пол, зашипело и задымилось, источая омерзительный запах. МакГонагалл и Спраут инстинктивно зажали носы. Флитвика, кажется, и вовсе чуть не стошнило. Снейп шагнул вперёд и взмахом палочки убрал зловонную лужу. Ожерелье в своём хаотичном полёте едва не коснулось его руки.

Селена не лгала насчёт опасных вещей. Ей не раз доводилось осматривать предметы, подвергшиеся воздействию тёмной магии. Она умела с ними работать: снимать заклятия, пусть и не каждое, на время блокировать их действие и главное — получать максимум полезных сведений о колдовавшем и его жертвах. Но теперь она уже не была уверена, что справится с этой силой одна. Однако отступать было поздно: пробуждённое зло не утихнет без магии. Без особой магии. Она продолжала произносить заклинания, ставшие похожими на какой-то мрачный пугающий напев.

Наконец ожерелье замерло и повисло в метре над поверхностью стола. Опалы засветились призрачно-синим. Хороший знак. Это означало, что зло стало поддаваться чарам. Проклятая вещь начала медленно и очень плавно опускаться. Теперь камни светились огненно-жёлтым. Ну, конечно! Мерлин, как она не подумала об этом сразу?

- Пергамент! — выкрикнула Селена. — Северус, разверни пергамент. Положи на стол.

Снейп мигом сделал, как она велела. И кажется, он понял, для чего.

На пергаменте стали проступать тени — контуры невысокого здания, нечто похожее на дорогу, ещё один, скорее деревенский, дом, женский силуэт.

- Хогвартс? — выдохнула Селена, едва ожерелье коснулось пергамента.

Но украшение больше не шевелилось.

- Эту вещь передал не ученик, — сообщила Селена, чуть задыхаясь. Колдовство отняло у неё немало сил. — Это сделала какая-то женщина, возможно, знакомая вам, но к ней ожерелье попало не из школы. Его никогда не было в замке. До сегодняшнего дня. Всё. Камни больше ничего нам не скажут.

- Ожерелье… больше не опасно? — с недоверием спросила МакГонагалл, держась за сердце.

- Если его не трогать.

МакГонагалл обратилась к деканам:

- Собрание отменяется. Проследите, чтобы все ученики, включая старшие курсы, были в своих комнатах через пять минут. Скажите, что я распорядилась. Северус, ваших студентов это тоже касается.

Но взгляд Снейпа был прикован к пергаменту. Как и Селена, он заметил ещё один нечётко проступающий из-под камней символ, слишком хорошо ему знакомый.

МакГонагалл шагнула к столу, но вдруг остановилась, словно наткнувшись на невидимую преграду.

- Ну всё, достаточно! — строго заявила она. — Профессор Ноктэм, профессор Снейп, вернитесь к своим прямым обязанностям.

- Позвольте, профессор, но защита от тёмных сил с некоторых пор как раз моя прямая обязанность, — возразил Снейп. — Я проконтролирую, чтобы все студенты Слизерина через пять минут оказались в своей гостиной, но потом я должен буду изучить послание, что оставила нам чья-то тёмная магия. А сейчас прошу всех покинуть мой кабинет.

* * *

Несмотря на поздний час, Селена была в своём в кабинете. Туманы молчали, ей не хотелось сейчас колдовать. Огневиски в стакане поблёскивал тёплым янтарём.

Вернувшись от Снейпа, она попыталась отвлечься и продолжить подготовку к контрольной, но сосредоточиться на работе так и не смогла. Символ, что отпечатался на пергаменте последним, не выходил у неё из головы. Безумие какое-то… Неужели, мальчик действительно причастен?

Дверь отворилась без стука. Да, Селена ждала этого гостя и задавалась сейчас единственным вопросом: почему он не явился сразу, как только вместе с другими деканами разогнал студентов по комнатам.

- Профессор Снейп! — она изобразила искреннее удивление. — Чем обязана?

- Ты прекрасно знаешь, чем, — резко ответил поздний гость.

Селена мгновенно выстроила в сознании мощную защиту. Сама не до конца понимая причины, она не доверяла ему. Не доверяла, пожалуй, сильнее, чем всем остальным в этой школе. И видела, что он тоже ей не доверяет.

- Присаживайся, — невозмутимо откликнулась Селена, гостеприимно указывая на кресло напротив своего стола.

Снейп взглянул на её напиток и иронично хмыкнул.

- Угощайся, кстати. Трудный выдался день, — она наколдовала пустой стакан. — И не смотри на меня так, будто сам пьёшь только тыквенный сок.

Он молча налил себе огневиски из стоявшей на краю стола бутылки и опустился в кресло. Селена заметила, как он чуть задержал взгляд на песочных часах в серебряном корпусе в виде поддерживающих колбы рук. Она небрежным жестом перевернула часы. Мельчайший песок медленно поплыл вниз словно густой дым.

- Ты умело управилась с тёмной силой, — сделав глоток, начал Снейп. — Признаюсь, весьма впечатлён.

Она уловила сарказм и улыбнулась уголками губ.

- У меня была обширная практика. И весьма интересная.

Снейп опёрся о подлокотники кресла и переплёл пальцы перед собой, не отводя от собеседницы глубокого взгляда холодных чёрных глаз.

- Интересная, значит? Тогда почему ты не осталась там? В Дурмстранге.

- Разве я говорила о Дурмстранге?

- Всем известно, что в этой школе всегда почитали Тёмные Искусства. А теперь, очевидно, чтут идеи Тёмного Лорда?

- Не знаю, — бесстрастно ответила Селена. — Как видишь, я в Хогвартсе.

Снейп задумчиво глотнул огневиски.

- И всё-таки? — продолжил он после короткой паузы. — Почему ты здесь?

Селена тоже сделала глоток. Почему она в Хогвартсе? Да, представительница древнейших родов Блэков и Прата, где чистоту крови всегда ставили превыше всего, заняла бы достойное место среди преподавателей Дурмстранга. Почти все они встали под знамёна Волдеморта. Если бы и она в критический момент приняла сторону мужа, а не пыталась всеми силами убедить его прекратить свой последний эксперимент. Если бы ею как женой Пожирателя Смерти и беспощадного убийцы не интересовался аврорат, от которого её спасли только протекция Дамблдора и бегство в Хогвартс. Если бы она смогла жить и работать там, где каждая деталь напоминала об Антаресе…

- Устала от бесконечной зимы, — наконец ответила Селена, усиливая мысленную защиту. Она допускала, что нынешние способности Снейпа к легилименции могут превосходить её собственные. — А профессор Дамблдор пригласил меня в Хогвартс. Кстати, когда мне, как учителю, стали доступны все секции библиотеки, я наконец-то смогла оценить её полноту. В общем, пока мне здесь нравится, но кто знает, возможно, через год мне станет скучно преподавать. Тогда я отправлюсь путешествовать. Уеду в Америку, например. Там есть не только школа, а ещё Университет Чародейства и Волшебства.

Снейпа явно не убедил такой ответ. Он продолжал пристально вглядываться в её лицо, однако пока он не делал попыток пробраться в её сознание. Селена сразу почувствовала бы это вторжение.

- Если ты с такой лёгкостью готова менять свою жизнь и считаешь преподавание скучным занятием, зачем тебе Хогвартс?

- Странно слышать такой вопрос от тебя, Северус.

- Почему же?

- Никогда не поверю, что твоё призвание — учить детей. Тебе гораздо интереснее не учить, а изучать. Исследовать, делать открытия, совершенствоваться. Ты мог бы достичь гораздо большего, не ограничивая себя школьной программой.

- Мне никто не мешает посвящать свободное время совершенствованию и открытиям.

- Свободное время? В Хогвартсе? — усмехнулась Селена. — Впрочем, дело твоё. И ты ведь пришёл поговорить не обо мне, верно?

- Я заметил, как ты провела невидимую черту, не позволив МакГонагалл подойти ближе и рассмотреть пергамент, — вернулся к основной теме Снейп.

- Но ты же сам видел ответ. Наверняка, и МакГонагалл узнала бы герб Малфоев даже в нечётком отпечатке. Разве ты готов был это допустить?

- Разумеется, нет. Малфой — студент моего факультета, и я, как декан, обязан разобраться во всём сам, не привлекая других преподавателей.

- В таком случае, чем ты недоволен? Я лишь немного помогла.

- Я не просил помогать мне, — отрезал Снейп. — Хватило того, что ты и так вмешалась без спроса. Объясни, к чему было это представление?

- Представление? Ты шутишь? — удивилась Селена. — Девочка чуть не погибла, а других жертв удалось избежать только чудом. Я всего лишь хотела попробовать выяснить, откуда взялось это ожерелье.

- Выяснила? Довольна? — зло бросил он.

Снейпу однозначно было что-то известно. Селена чувствовала это. И известно гораздо больше, чем ей, чем МакГонагалл. А возможно, даже больше, чем Дамблдору. Иначе он бы сейчас так не злился. Ей показалось, будто он сожалеет, что вообще подпустил её к украшению и позволил над ним колдовать. Да только она и сама была не рада тому, что открыли ей тёмные чары.

- Я не знаю, каким образом Драко связан с проклятием, но я боюсь за него. Разумеется, я не стану писать Нарциссе о том, что произошло в школе, но отправляясь сюда, я обещала ей, что буду присматривать за мальчиком.

- Он уже взрослый.

- Он тоже так думает. Мы все в шестнадцать лет были слишком уверены в себе.

- В Хогвартсе Драко в безопасности. Не трать понапрасну время и силы.

- Драко — мой племянник, — тихо ответила Селена.- И я переживаю за него. И за мою сестру. Нарциссе и без того хватает бед. Она сейчас очень страдает. Из-за сына, из-за мужа. Что бы ни натворил Люциус, она любит его.

Впервые она говорила со Снейпом искренне. Он помолчал, допивая огневиски, и вдруг спросил:

- А твой муж? С легкостью так надолго отпустил тебя в Хогвартс одну?

Этот вопрос застал её врасплох. Внезапно беседа коснулась той темы, говорить о которой ей хотелось меньше всего. Хуже было только то, что она пока не понимала, действительно ли Снейпу ничего не известно об Антаресе или он лишь умело притворяется.

- Ты переходишь границы, — сдержанно, но строго ответила Селена. — Мы с тобой даже не друзья и никогда ими не были.

- Вижу, тебе есть, что скрывать.

Селена одним глотком допила остатки огневиски. Она ни с кем не откровенничала о своей жизни. Даже с кузиной Нарциссой, с которой они всегда были очень близки. И уж тем более, не собиралась делать этого со Снейпом.

- Чего ты хочешь, Северус? — прямо спросила она, глядя ему в глаза.

- Правды.

- На сегодня достаточно правды, тебе не кажется? — взмахом палочки она заставила исчезнуть бутылку с остатками напитка и опустевшие стаканы и встала из-за стола. Теперь она почувствовала, как сильно устала за этот кажущийся бесконечным день. — Поздно уже. Пойду спать.

Снейп поднялся следом. Она сделала шаг, чтобы уйти, но он преградил ей путь, вдруг оказавшись непозволительно близко.

- Я всё равно узнаю, кто ты и зачем появилась в Хогвартсе, — отчеканил декан.

Она выдержала его холодный взгляд, не опуская глаз. Он резко развернулся и быстро, почти бегом, покинул её кабинет.

Поздним вечером Снейп сидел в привычном кресле в кабинете директора. Пергамент с отпечатками, что оставили злые чары, лежал на столе между ними.

Прошло больше недели с того злосчастного дня, когда в школу попало проклятое ожерелье, но Дамблдор только сегодня наконец нашёл время для беседы. Снейпа разозлило, что директор, едва вернувшись в Хогвартс, позвал к себе Поттера. Ладно, допустим, он назначил мальчишке встречу заранее. Но Дамблдору ведь было прекрасно известно о том, что случилось в школе в его отсутствие. Неужели он не мог перенести визит Избранного на любой другой день? Чему бы ни были посвящены эти их… Что? Уроки? Дружеские посиделки за чаем с лимонными дольками? Едва ли занятия с мальчишкой могли оказаться важнее проделок Малфоя и безопасности всех учеников, преподавателей и самого директора, между прочим. Но нет же! Дамблдор практически выставил их с МакГонагалл из кабинета перед появлением Поттера, заявив, что не стоит деканам смущать мальчика своим присутствием. Можно подумать, ему — Снейпу — так уж хотелось лишний раз видеть Избранного… Вот только этот наглый самоуверенный сопляк не смутится и не испугается, даже если сюда явится лично министр магии со всеми своими заместителями! Нет, у директора определённо были другие, ему одному ведомые причины. Старик никогда ничего не делает просто так.

Да и сами эти загадочные занятия вызывали у Снейпа не меньшее негодование. Если бы Дамблдор хоть полусловом обмолвился об их цели, возможно, осознав всю важность, он и изменил бы своё отношение. Не к Поттеру, нет. Но хотя бы к неотложности встреч директора с ним. Но старик упрямо молчал. Сколько раз Снейп ни пытался просить объяснений, он неизменно получал отказ. Однако, выполнения своих заданий, если не сказать — приказов, директор по-прежнему требовал в полной мере и строго в поставленные сроки.

«Вижу, вы меня почти ненавидите, Северус, — недавно, пребывая в добром расположении духа, весело заметил Дамблдор. — Это и к лучшему, мой мальчик! Тем легче вам будет убить меня». В тот момент Снейп готов был сделать это незамедлительно.

Впрочем, даже отношение директора к дерзкому гриффиндорцу временно отошло на второй план.

Благодаря Люциусу Малфою Снейп в своё время познакомился не только с трусливым Каркаровым, но и ещё кое с кем из Дурмстранга. Теперь он снова завязал общение с этим волшебником. Похвалил идеи Тёмного Лорда, под соусом тайны поведал о своих экспериментах над одним на деле малозначимым зельем, но вызвал тем самым определённое доверие. А потом очень аккуратно, сразу не называя имён, подобрался к главной цели — Антаресу Ноктэму.

Снейп лучше других знал, что вся почта в Хогвартсе тщательно проверяется. Ему самому доводилось обследовать подозрительные посылки и письма — и те, что отправлялись из школы, и те, что почтовые совы приносили студентам и учителям. Доверять почте Хогсмида тоже было слишком рискованно, потому свою недолгую переписку он, хоть и не без осторожности, вёл из поместья Малфоев.

Два дня назад он наконец получил ответ на вопрос, который не давал ему покоя с конца августа. К лаконичному письму прилагалась датированная июнем этого года газетная вырезка с колдографией немолодого волшебника, прикованного цепями к креслу в зале суда. Кажется, обвиняемый что-то кричал. В его глазах сквозило безумие, длинные волосы свисали спутанными прядями, движения, насколько позволяли кандалы, были резкими и отчаянными. Но несмотря на всё это, лицо волшебника на колдографии ещё сохраняло благородные черты, надменность и строгую холодную красоту. Ниже шла короткая статья на немецком. Снейпу и раньше приходилось обращаться к этому языку при чтении редких справочников по зельям и магическим растениям. Вооружившись словарём, он без особого труда смог понять смысл написанного.

«Герр профессор Ноктэм, примкнувший несколько месяцев назад к армии Того-Чьё-Имя-Нельзя-Называть и получивший отличительный знак — Чёрную Метку, был обвинён в жестоком хладнокровном убийстве не менее чем восьми человек, включая семью из четверых магглов и их сына — магглорождённого волшебника (имена всех известных на данный момент жертв перечислены на последней странице нашего издания).

За свои деяния герр Ноктэм был приговорён Верховным судом к поцелую дементора. Обвинение отклонило ходатайство защиты о замене казни пожизненным заключением в тюрьме Нурменгард. Приговор был приведён в исполнение незамедлительно.

Защита супруги обвиняемого, ранее работавшей в Министерстве магии Австрии, смогла доказать суду её непричастность к преступлениям мужа. После чего фрау Ноктэм сразу покинула страну. Её нынешнее местонахождение Министерству магии не известно».

Теперь Снейп вспомнил, где слышал фамилию Ноктэм. В начале весны, может, раньше, Люциус Малфой упоминал о давнем знакомом своей семьи. Тот, по словам Малфоя, был так впечатлён идеями Тёмного Лорда, что только и мечтал о личной встрече с Повелителем. Если бы знать тогда, насколько полезными окажутся эти сведения через несколько месяцев, Снейп выведал бы у Люциуса гораздо больше.

Её муж — Пожиратель Смерти. Понятно, почему она так уклончиво отвечает на все вопросы, касающиеся её самой, эта фрау Ноктэм…

- …поэтому у меня нет сомнений в том, что мальчик снова попытается это сделать. И я очень рассчитываю на вас, Северус.

- Да, директор, — занятый своими размышлениями Снейп слушал Дамблдора вполуха и чуть не потерял нить его рассуждений. — Однако, не думаю, что Драко предпримет новую попытку убить вас в ближайшее время. Он не настолько глуп.

- И всё же, присматривайте за ним. Конечно, шансов убить меня у юного мистера Малфоя не больше, чем у «Пушек Педдл» в этом сезоне выйти в финал, но нельзя допустить, чтобы пострадал кто-нибудь ещё. Бедняга Кэти…

- Жизнь девочки сейчас вне опасности.

- Во многом благодаря вам, Северус.

Снейп ни словом, ни жестом не отреагировал на похвалу. Дамблдор задумчиво дотронулся до пергамента.

- Образцовое колдовство, — проговорил он. — Очень сложное и опасное. Не каждый волшебник рискнёт выполнить что-то подобное. Не будь ситуация столь критической, я пожалуй доверил бы Селене Ноктэм защиту от Тёмных Искусств.

Нет, это уже слишком! Снейп едва удержался, чтобы не вскочить с кресла и не высказать директору всё, что накопилось. И не только о Ноктэм и защите от Тёмных Искусств. Старик определённо сошёл с ума. Или ведёт какую-то очень хитрую игру, в детали которой не считает нужным посвящать даже своего шпиона.

Снейп извлёк из складок мантии сложенный вдвое газетный листок, развернул его и положил на стол поверх пергамента.

- А что вы скажете на это, директор?

Дамблдор помолчал. Как Снейп ни пытался понять, о чём тот думал, голубые глаза за очками-половинками не выражали ничего кроме усталости.

- Не буду спрашивать, где вы это взяли, Северус, — наконец ответил Дамблдор, как показалось, с долей нетерпения, — но ничего нового вы мне в данном случае не сообщили.

- Вы знали, — произнёс Снейп утвердительно. — Знали, что Селена — жена Пожирателя Смерти. Пожирателя, виновного в страшных преступлениях. И тем не менее, вы позволили ей попасть в Хогвартс. Вы доверили ей предмет, который…

- Разумеется, мне было обо всём известно, — перебил Дамблдор. — И я выступал на суде одним из свидетелей защиты. Всё дело в том, что я не одно десятилетие знаком с семьёй Ноктэмов и хочу вам сказать: достойнейшие были волшебники. Хоть и, что правда, немного зацикленные на чистоте крови. А то, что случилось… Всем людям свойственно ошибаться. Каждый может пойти неверной дорогой, не осознавая последствий, вам ли не знать.

Снейп был одновременно взбешён и разочарован. Он ожидал от директора если не гнева или удивления, то очередного ухода от ответа: «Вас это не должно касаться, Северус». Но никак не абсолютного спокойствия, и не важно, настоящего или напускного.

- И вы так легко называете «ошибкой» убийство восьми человек? Может, нам и Тёмного Лорда следует оправдать? И встретить в школе со всеми почестями? Он ведь, помнится, как раз претендовал на должность преподавателя защиты от Тёмных Искусств.

- Не иронизируйте, — Дамблдор снисходительно улыбнулся. — Я понимаю ваше негодование, но поверьте, у нас с вами нет причин сомневаться в том, на чьей миссис Ноктэм стороне. А Антарес… Он понёс самое жестокое наказание. Уж лучше смерть. Мой давний друг Антарес… Помню его ещё совсем мальчишкой. Пусть мы часто расходились во мнениях, и в том числе, о статусе крови, но никогда всерьёз не ссорились и не переставали общаться. Сколько у нас с ним было споров, и какие великолепные аргументы он приводил! Впрочем, вряд ли вам всё это интересно.

- Отчего же? — сейчас ему, напротив, была интересна любая деталь.

- Ерунда… Лишь глупые воспоминания старого человека. Завтра собрание Ордена. Идите отдыхать, Северус.

- И всё же, я думаю, следует пока присматривать за ней, — Снейп взял со стола газетный листок и спрятал обратно в карман. — За профессором Ноктэм.

- Не могу отказать вам в удовольствии присматривать за красивой женщиной, — развёл руками Дамблдор. — Но разумеется, это не должно мешать вашим основным обязанностям.

- Кажется, защита школы от Тёмного Лорда и его сторонников тоже является частью моих обязанностей, — холодно ответил Снейп, поднимаясь.

- И вы превосходно справляетесь.

Он снова проигнорировал похвалу.

- Спокойной ночи, директор.

Школьные коридоры в этот поздний час казались абсолютно пустыми. Сегодняшнего дежурного — Флитвика — тоже не было видно. Наверное, остался рядом с башней факультета Равенкло — охраняет сон своих подопечных. Филч и миссис Норрис, должно быть, бродят где-нибудь неподалёку от кухни: чаще всего ночные нарушители дисциплины попадаются именно там. Путь в подземелье Слизерина чист. Прекрасно. Снейп не хотел больше ни с кем разговаривать. По крайней мере, сегодня.

Вдруг в неярком свете волшебной палочки он словно заметил жемчужный всполох, тут же скрывшийся за поворотом. Он бегом бросился вперёд, но коридор, где исчезло видение, тоже был пуст. Снейп проверил: все ведущие из него двери оставались запертыми. Должно быть, один из призраков. Или игра света. Или, что гораздо хуже, воображения. Теперь он злился сам на себя. Да что ей делать в этой части замка?! Ещё и в такой час… Погулять по ночному Хогвартсу она вполне может и в свои дежурства. Показалось. Просто показалось.

Снейп постоял в коридоре ещё немного, чувствуя себя как никогда глупо, после чего, не оглядываясь, пошагал к себе. По пути в своё подземелье он размышлял, что лучше поможет уснуть в эту ночь: зелье для сна без сновидений или всё-таки пара-тройка глотков огневиски?

- Ты опоздал, Северус, — произнёс высокий, холодный голос.

- Повелитель, — Снейп поцеловал край мантии хозяина и поднялся с колен. — Я был вынужден присутствовать на собрании Ордена.

- По моим сведениям, Орден не планировал проводить собрание раньше четверга.

Голову словно взорвало изнутри. Тёмный Лорд никогда не щадил даже самых верных своих соратников. Даже Пожирателей из Ближнего круга. Владея легилименцией на высочайшем уровне, он мог применять это заклинание совершенно незаметно, но каждый раз он старался причинить испытуемому максимальную боль.

- Я никогда не лгу вам, мой Повелитель, — покорно ответил Снейп, пытаясь замаскировать гримасу боли подобострастной улыбкой.

- Я вижу, Северус. За это я и ценю тебя выше, чем прочих.

- Мой Лорд, — Снейп почтительно поклонился. — Задержавшись на собрании, я смог получить весьма интересные сведения.

- Возможно, ты будешь прощён за своё опоздание, если я сочту твои сведения полезными.

- Речь о школе. Дамблдор оставил свои намерения уйти на покой. Теперь он планирует оставаться во главе Хогвартса ещё как минимум год. Может, дольше. Нам нужно спешить, Повелитель.

- Но директор… Разве Тёмный Лорд не знает о проклятии в вашей руке?

- Не думаю. Ему известно, что кольцо его предка уничтожено, но точно не о том, какой ценой. Что для него жизнь жалкого старика...

- Не прибедняйтесь. Ваша жизнь оценена жизнью Драко Малфоя. И моей.

- Вы скажете ему, что я полон сил и свежих идей и вовсе не намерен покидать свой пост ещё много лет. Ну, года полтора как минимум.

Огромная змея подползла к своему хозяину и стала подниматься, обвивая его тело. Снейп почувствовал, как её хвост коснулся ног.

- Нагайна, — проговорил Волдеморт почти с нежностью, — как ты думаешь, нам стоит дать больше времени мальчишке Малфою? Или пусть Северус сделает это сейчас?

Дамблдор неплохо владел парселтангом и Снейп был обязан научиться змеиному языку хотя бы на уровне понимания. Но Лорду не следовало знать об этом умении верного слуги.

- Повелитель?

- А ведь ты можешь убить его в любой момент, Северус, — проговорил Волдеморт, задумчиво поглаживая змею по голове длинными бледными пальцами.

- Когда прикажете.

- Пока я запрещаю тебе выполнять задание вместо юного Малфоя. Не мешай ему.

- Да, мой Лорд. Но уверяю вас, все чистокровные волшебники, особенно те, кому повезло обзавестись наследниками, и я, как учитель Хогвартса, сильнее всего желаем, чтобы школа как можно скорее оказалась в ваших руках.

Нагайна заползла на плечо Волдеморта, приблизив голову к его уху. Змея словно что-то шептала ему.

Снова взрыв боли в голове. Не такой сильный, как в первый раз, но весьма ощутимый.

- С Дамблдором скоро будет покончено.

- Вы считаете, Драко всё же найдёт способ убить директора? И сделает это до Рождества?

- Не думаю, что так скоро. Но когда это случится, мне понадобится новый директор школы.

- Не сомневаюсь, что вы выберете достойного мага. Школу давно пора очистить от маггловских выродков. Я как декан Слизерина окажу новому директору всяческую поддержку. В Хогвартсе не должно остаться и единой грязнокровки.

Теперь стало трудно дышать. Только на этот раз магия Волдеморта была не при чём. Снейп сам произнёс то слово, от которого защемило в груди.

- Вообще-то я планирую назначить директором тебя, Северус.

- После моей смерти директором Хогвартса должны стать вы, Северус. Вам придётся убедить Волдеморта, что больше всего вы ненавидите грязнокровок… и не морщитесь так, это всего лишь слово. Волдеморт должен отдать мой пост вам. Это единственный шанс спасти школу.

- Мой Повелитель, — он снова поклонился. — Вы так щедры. Я даже не надеялся, но… Если вы отдадите мне этот пост, клянусь, я не подведу вас.

- Скажу тебе, что Дамблдор — вовсе не главная моя цель.

- Конечно. Вашей главной целью был и остаётся Поттер. Поэтому нам и нельзя медлить со стариком. Пока Дамблдор жив, схватить мальчишку будет очень непросто.

- Ценю твоё рвение, Северус. Или это лишь потому… потому что ты хочешь поскорее сам стать директором? — Волдеморт рассмеялся собственной шутке.

- Повелитель, я действую только в ваших интересах.

И снова боль. И долгий пристальный взгляд красных змеиных глаз.

* * *

Эта суббота в Хогвартсе была особенной: сегодня на поле для квиддича встречались Слизерин и Гриффиндор. Их сражения по-прежнему вызывали бешеный интерес у всей школы. Казалось, даже студенты Равенкло и Хаффлпафа изменили своим цветам, разделившись на красных с золотом и зелёных с серебром.

Селена тоже спешила поддержать команду своего факультета. По пути на стадион к ней подошла пятикурсница с Равенкло. Голову девочки украшала немыслимая шляпа в виде рычащей головы льва.

- Здравствуйте, профессор Ноктэм.

- Здравствуйте, мисс Лавгуд. Вижу, вы выбрали, за кого болеть.

Эта не совсем обычная девочка была одной из немногих, в ком Селена заметила неплохой потенциал к окклюменции. Её отстранённость и придуманный мир в данном случае могли сыграть на руку.

- На Гриффиндоре все мои лучшие друзья.

- Ну, несмотря на ваши успехи в окклюменции, поддержать вас сегодня, увы, не смогу. Вот и профессор Снейп со мной согласен, правда?

- Удачи вам, — безмятежно отозвалась Луна и побежала искать место среди многочисленных зрителей.

- Успехи? — хмыкнул Снейп, поравнявшись с Селеной. Он тоже направлялся в сторону преподавательских трибун. — Морщерогий кизляк оставил новые следы своего обитания?

- Ты несправедлив к ней, Северус, — ответила Селена. — На моих уроках Луна Лавгуд — одна из лучших учениц.

Они со Снейпом почти не разговаривали с того дня, когда проклятое ожерелье оказалось в Хогвартсе. Они и виделись теперь только за завтраком в Большом зале. На переменах он почти перестал появляться в учительской, а по вечерам часто покидал замок или запирался у себя в кабинете и работал до глубокой ночи.

Селена не следила за ним, но многое замечала. И в свои ночные дежурства, и когда сама поздно возвращалась из Хогсмида или из Лондона. А Снейп совершенно точно за ней следил. Не открыто, но временами она чувствовала, что он за ней наблюдает. Снейп неспроста стал чаще ходить мимо её кабинета, задерживаясь у дверей: Sensus Nebula всегда выдавали его присутствие. Когда туманы становились беспокойными и Селена, вооружившись волшебной палочкой, выглядывала в коридор, она несколько раз успевала заметить исчезающий за поворотом подол чёрной мантии. Она не стала признаваться декану, что видела его. Сначала следовало выяснить, что он задумал.

Они вместе поднялись на трибуну, пока Селена рассказывала об учениках, у которых были шансы стать хорошими окклюменистами. И не только о них.

- …а что касается Поттера…

- Ну хоть ты не произноси это имя, — поморщившись, перебил Снейп. — Я и так сегодня услышу его не меньше, чем тысячу раз за весь матч. Мы уже выяснили, что мальчишка абсолютно бездарен.

Игра ещё не началась, но на стадионе стоял такой гул, словно кто-то из игроков уже приготовился забивать. Селене пришлось наклониться к собеседнику совсем близко.

- Какие планы на вечер, кстати? — она сменила тему. — Я собираюсь в Хогсмид после матча. Хочешь прогуляться?

- Нет.

- Так категорично?

- Мы не друзья. Ты сама это подтвердила. Зачем тебе компания постороннего?

Селена рассмеялась.

- Так вот почему ты меня столько времени игнорируешь! Ладно, в знак примирения приглашаю тебя сегодня выпить сливочного пива в «Трёх мётлах». Я угощаю.

Впереди квиддич. Ничто не испортит ей настроение.

- Мне есть, чем заняться в школе. Достаточно того, что я трачу время, чтобы посмотреть дурацкую игру.

- Жаль, — ответила Селена. Но сожаления в её голосе не было. — Ну, как знаешь. Пойду одна. Но если передумаешь, моё предложение в силе.

Снейп что-то сказал ей, но она не расслышала. Игроки вылетели на поле, и стадион взорвался овациями. Захария Смит из Хаффлпафа в комментаторский рупор объявлял составы команд. Селена насторожилась, не услышав фамилию Малфой.

- Северус, — позвала она. От прежнего легкомыслия не осталось и следа. — А где Драко? Разве он не в команде?

- Он ведь твой племянник, — хмыкнул Снейп. — Ты лучше меня должна это знать.

- Он меня избегает последнее время, и я не…

Но её голос потонул в рёве трибун. Игра началась.

Селена обожала квиддич. Ещё в детстве она побывала на множестве самых значимых матчей. Дядя Корвус всегда получал приглашения на лучшие места для всей семьи. Впрочем, привычный комфорт министерских лож не мешал девочке желать и самой однажды оказаться на поле в центре событий. Себя она всегда видела в роли охотника и на третьем курсе, выдержав строгие испытания, заняла долгожданное место в команде Слизерина.

Антарес Ноктэм был равнодушен к квиддичу, но чтобы порадовать супругу, он часто водил её на матчи. Даже их свадебное путешествие началось с поездки на финал чемпионата мира. Это стало сюрпризом от мужа: коснувшись портала, Селена до последнего не знала, куда они перенесутся.

Антарес дарил ей лучшие мётлы последних моделей, чтобы она всегда могла полетать по окрестностям их виллы в Альпах. Иногда муж присоединялся к ней. Он неплохо управлял метлой, но каждый раз с замиранием сердца смотрел, как жена, весело смеясь, делает сложные трюки.

Но полёты в горах, даже на суперскоростной метле, всё равно не могли заменить квиддич. Селена скучала по этой игре: непростой, непредсказуемой, опасной, требующей выносливости, собранности и хладнокровия. Но от того ещё более увлекательной и азартной.

До конца учёбы в Хогвартсе она — с поражениями, но чаще с победами — не пропустила ни одной игры за свой факультет. Кубок школы в те годы покидал кабинет профессора Слагхорна только однажды. И только для того, чтобы занять место в кабинете нового декана — профессора Снейпа. Чтобы помочь Слизерину сохранить кубок, Селена готова была раз за разом совершать невозможное. Вплоть до последней своей школьной игры, которая во всех деталях почему-то вспомнилась ей именно сейчас.

В том матче Слизерину тотально не везло. Накануне решающей игры с ненавистным Гриффиндором, ставшим ещё более ненавистным от того, что в этом году красно-золотые не понесли ни одного поражения, вратарь Слизерина — четверокурсник Дэйв О’Брайан — умудрился сразиться на дуэли с семикурсником с Хаффлпафа. Теперь Дэйв лежал в больничном крыле покрытый густой бурой шерстью, что делала его похожим на медведя, и периодически по-медвежьи рычал. Мадам Помфри обещала в скором времени вернуть незадачливому дуэлянту человеческий облик и голос, но сделать это ко дню матча она точно не успевала. Джефферсону Синнарду — капитану — пришлось заменить Дэйва на пятикурсника из запасного состава, но тот усиленно готовился к экзаменам и два месяца почти не появлялся на тренировках. А в довершение всех неприятностей Шелби — третий охотник — на последней тренировке неожиданно для всех и для самого себя упал с метлы (вся команда была уверена, что это дело рук гриффиндорцев, каким-то образом заколдовавших его метлу). Несмотря на бурные протесты мадам Помфри и её жалобы декану, играть Шелби вышел, но сломанная рука всё ещё давала о себе знать. В строю, конечно, оставались оба загонщика, но Селена понимала, что вытягивать игру предстоит им с Миртой Мальсибер. Загонщики, конечно, нужны команде, но количество забитых мячей зависит главным образом от охотников.

Они с Миртой были лучшими подругами и вместе играли последние четыре года. Такой сыгранной пары охотниц не было, пожалуй, ни в одной команде. Но Мирта совсем недавно рассталась со своим парнем, и настроение в день матча у неё было совсем не боевым. Селене же этот месяц принес потерю куда тяжелее. Её дядя — Корвус Прата — был для неё больше, чем просто родственником. Даже патронус Селены всегда принимал форму ворона. Но вернувшись с похорон, она все свободные от уроков и подготовки к выпускным экзаменам часы стала посвящать тренировкам. Помогало отвлечься.

- Ещё одна ошибка Шелби! Соня Грин перехватывает квоффл! Ну же, Соня! — разносился над стадионом усиленный рупором голос комментатора.

Красно-золотая трибуна ликовала.

- Есть! Счёт «сто девяносто — тридцать» в пользу Гриффиндора! Спасти Слизерин может только чудо! Но что я вижу! Эштон Эйвери — ловец команды Слизерина, который ещё пару минут назад, не спеша, патрулировал территорию неподалёку от своих колец, резко меняет курс и устремляется куда-то вниз! Неужели?! Неужели он увидел снитч?! Да!!! Я не ошибся! С другой стороны поля в том же направлении уже мчит ловец команды Гриффиндора Тони Ричмонд! Ну же, Тони! Оооо! Вот это манёвр! Надеюсь, все видели?! Тони, я уверен, место в сборной Англии тебе обеспечено! Но посмотрите, что творит Эйвери! Он пикирует почти вертикально вниз! Нет, он не разбился! Кажется, снитч пролетел у самой земли!

Селена не верила своим глазам и ушам. Они проигрывают с разрывом в сто шестьдесят очков. Что собирается делать этот придурок? Если при таком счёте Эйвери поймает снитч, кубка Слизерину не видать. Что это за дурацкий героизм? Снитч престижа? Поймать этот чёртов мячик ценой проигрыша всей команды? Видимо, все ловцы — идиоты!

- Ну уж нет! — вслух сказала Селена самой себе и решительно направила метлу к Шелби, который только что крайне неудачно попытался поймать квоффл травмированной рукой. К мячу, вытянув руку, устремилась семикурсница из команды Гриффиндора Майра Олсен. Селена едва увернулась от несущегося прямо на неё бладжера и, круто спикировав между мётлами Шелби и Олсен, выхватила квоффл почти из рук гриффиндорской охотницы.

Сегодня Селена Блэк играла за Слизерин в последний раз. Она была обязана принести победу и сохранить кубок любой ценой. Это было делом принципа и чести.

- Шелби снова теряет квоффл! Но… о чудо! Блэк эффектным рывком оставляет Олсен в нокауте! Мяч у Слизерина! Блэк мчится к кольцам! Вот это техника! Вот это скорость! У неё на хвосте все трое гриффиндорских охотников во главе с Майрой Олсен! Майра вырывается вперёд! Сейчас она попытается скинуть Блэк с метлы! Но не тут-то было! Блэ-э-эк совершает обманный манёвр и отправляет квоффл в среднее кольцо!

Наконец настала очередь зелёных с серебром трибун ликовать.

- Счёт «сто девяносто — сорок»! С мячом по-прежнему Слизерин! Мяч у Мальсибер! Кажется, она собирается повторить успех подруги. Но нет! Ей удаётся ускользнуть от бладжера, но она упускает квоффл!

- Всего один мяч! — на ходу крикнула Мирте Селена. — Отвлеки их от снитча! Как угодно! Здесь я сама всё сделаю!

В следующий миг она почувствовала удар и резкую вспышку боли. Бладжер угодил ей в плечо, но она всё же удержалась на метле и ловко увернулась от второго бладжера.

Квоффл снова был у Майры Олсен, которая мчалась к кольцам Слизерина. На вратаря особой надежды не было. Селена летела за гриффиндоркой на предельной скорости. Казалось, она перестала слышать комментарии и рёв трибун. В ушах был только свист ветра, а в руке — нарастающая пульсирующая боль. Нет. Не думать о боли. Думать о победе.

Оба загонщика тоже спешили к Майре, пытаясь зажать её между своими мётлами. Селене пришлось несколько раз резко менять траекторию, чтобы опять не встретиться с бладжером. Нужно было как-то подобраться к гриффиндорской охотнице. Загонщики смогли притормозить метлу Майры Олсен, но она точным пасом передала квоффл Соне Грин. Слизеринцы метнулись к ней, но Соня тут же бросила мяч обратно Майре. Собрав все силы, Селена взмыла высоко вверх. Теперь она летела почти над головой гриффиндорки и смотрела, как та пытается обойти слизеринских загонщиков, вставших на защиту своих колец. Приём сработал. Майра Олсен на пару секунд забыла о ней и упустила из виду. Этого было достаточно. Селена резко направила метлу вниз, туда, где металась соперница. Среагировать вовремя последняя не успела. Схватив квоффл здоровой рукой, Селена рванула к кольцам противника. Другая рука слушалась уже совсем плохо, но оставлять игру было нельзя. Забросить мяч в кольцо, а потом… Она стряхнула с метлы двоих преследующих её гриффиндорцев. Кажется, кого-то вывел из строя запущенный Синнардом бладжер. Отлично. Теперь замедлиться перед кольцами, будто она не решается бросать, потом ещё рывок и…

Звуки стадиона вернулись.

- Счёт «сто девяносто — пятьдесят»!!! Кажется, Блэк неслабо зацепило бладжером, но она сделала это! Какой точный бросок! Все оценили?!

Но Селена не увидела, как пущенный ею квоффл идеально вписался в правое кольцо. Бладжер снова угодил в травмированное плечо. Новый взрыв боли едва не лишил её чувств. Голос комментатора теперь доносился словно откуда-то издалека. Она сделала глубокий вдох, изо всех сил сжала древко метлы и рванула туда, где два ловца боролись за золотой снитч. Мирта Мальсибер кружила возле них, не зная, что предпринять. Селена кивком головы показала подруге на Тони Ричмонда. Девушки поняли друг друга и с двух сторон бросились наперерез гриффиндорскому ловцу. Мирта успела первой, а Селена проскочила в сантиметрах от метлы Ричмонда. Опоздай она на каких-то пару секунд и столкновение было бы неизбежно.

- Разрыв в счёте — сто сорок очков! И если Эйвери успеет... Эйвери!!! Я не верю своим глазам!!! Эштон Эйвери поймал снитч!!! Ещё сто пятьдесят очков!!! Слизерин побеждает и вновь завоёвывает кубок школы!!!

Под оглушительный рёв трибун Селена со всей командой летела в круге почёта, почти ничего не видя перед собой. Не хватало только позорно свалиться с метлы. Она первой спустилась вниз и без сил упала на траву. У Селены и раньше были травмы, включая пару довольно серьёзных — если хочешь играть в квиддич, ты должен быть к этому готов — но каждый раз она добиралась до больничного крыла своими ногами. Сейчас мир вокруг закружился и потерял чёткость: к острой боли добавились напряжение и усталость последних месяцев. Вся команда уже приземлилась и бежала к ней. И не только команда. Последним, что она увидела, прежде чем потерять сознание, стало бледное, искажённое страхом лицо своего декана. И его левое предплечье, где под задравшимся рукавом мантии была видна выжженная Чёрная Метка.

Часть стены бесшумно отодвинулась, пропуская Северуса Снейпа в факультетскую гостиную. Молодой декан приходил сюда лишь один раз — первого сентября после церемонии распределения в Большом зале. Его тогдашнюю речь нельзя было назвать триумфальной. Он и сам понимал, что при всём старании не выглядит убедительным и внушающим уважение. Разумеется, студенты младших курсов остались впечатлены, чего никак нельзя было сказать о старшекурсниках. Те слушали почти ровесника с нескрываемым скептицизмом.

Но за год изменилось многое. Профессор Снейп показал себя настоящим мастером зельеварения, знающим ответ, казалось, на любой каверзный вопрос. Он умел рассказывать, умел преподнести свой предмет так, чтобы заинтересовать даже отпетых лентяев. Но оставался при этом очень строгим, требовательным и бескомпромиссным. Впрочем, студентам Слизерина иногда дозволялись небольшие вольности. Явиться на урок с минутным опозданием и не лишиться баллов. Едва слышно переговариваться с соседом по парте и не быть за это наказанным. Оказаться замеченным в коридоре после отбоя и не получить отработку у Филча. Но на этих мелочах привилегии заканчивались. Даже капитан команды Слизерина по квиддичу — шестикурсник Джефферсон Синнард — не слишком лестно отзывавшийся о декане, побаивался его гнева, если факультет в этом году не сохранит кубок школы. Но теперь, опорожняя очередную бутылку со сливочным пивом, счастливый Синнард и думать забыл о возможных последствиях. Однако мрачный вид мастера зелий, пожаловавшего в общую комнату, немного пригасил краски.

- О… П-профессор! Добрый вечер, сэр! — поздоровался капитан, пряча недопитую бутылку под стол.

Студенты, заметившие декана, мгновенно повскакивали со своих мест, словно на уроке.

- Добрый вечер, — декан обвёл взглядом собравшихся в гостиной учеников.

Один из первокурсников, сидевший к дверям спиной, от неожиданности резко обернулся и опрокинул отставленную кем-то из старших бутылку. Снейп недовольно сжал губы и, взмахнув волшебной палочкой, убрал осколки и стремительно впитывающуюся в ковёр жидкость.

- Сидите, — велел он. — Я пришёл, чтобы поздравить команду своего факультета с победой в сегодняшней нелёгкой игре.

Голоса мгновенно смолкли. Скупые похвалы из уст профессора Снейпа студентам доводилось слышать считанные разы.

- Сегодня вы показали далеко не самую лучшую игру, — продолжил декан в полной тишине. — Совсем не такую, какой и я, и ваши болельщики, и даже ваши соперники от вас ожидали. Тем не менее, вы смогли вырвать победу и сохранить кубок для Слизерина. Безусловно, это огромная заслуга, и я награждаю каждого члена команды, кто сегодня помог нашему факультету остаться на прежней высоте, десятью баллами.

По гостиной прокатился одобрительный гул.

- Я рассчитываю видеть кубок только в своём кабинете, и надеюсь, что в следующем году вы снова подтвердите звание чемпионов.

- Мы постараемся не подвести вас, профессор, — заверил капитан и тяжело вздохнул. — Жаль, что на следующий год с нами не будет Мальсибер и Блэк. Лучших охотниц я пока не видел…

- Зря ты так, Джеф, — откликнулась Селена. Она сидела в кресле в дальнем углу гостиной, скрытая в тени высокого стеллажа с книгами. Снейп только сейчас заметил её. — Трэверс и Конелли — отличная смена. Я не раз видела их на тренировках, а с Эвелин Конелли и сама занималась.

- Блэк? — нахмурился декан. — Что вы здесь делаете? Вам велено оставаться в больничном крыле.

- Сбежала, профессор, — она пожала плечами и тут же пожалела об этом небрежном жесте: по перебитой бладжерами руке словно ударили взрывающим заклятием. Стараясь скрыть гримасу боли, Селена спешно поднесла к губам бутылку со сливочным пивом. Она, в отличие от Синнарда, прятать свой напиток не собиралась.

Снейп вернулся в Хогвартс и занял свой пост, когда она перешла на выпускной -седьмой — курс. Селена попыталась поговорить с ним и вернуть едва начавшуюся три года назад дружбу. Но он упрямо не пошёл навстречу, сразу дав понять, что теперь он для неё только декан и преподаватель. Она не стала настаивать и весь год держалась с ним с отстранённой прохладой.

- Но сэр, Селена сказала, что хорошо себя чувствует, — капитан рискнул вступиться за свою охотницу. — Мы не могли оставить нашу героиню одну там, в лазарете. Без неё не было бы этой победы. Праздновать — так всем вместе.

- Победа в матче по квиддичу не даёт вам права нарушать режим, мисс Блэк, — отчеканил Снейп. — Но… вы отлично проявили себя в игре. Вы до последнего держались достойно Слизерина. Только поэтому я не стану отнимать у вас баллы.

Но она услышала не эти дежурные фразы. Она услышала правду.

«Зачем ты это сделала? Хотела упасть с метлы и разбиться? Ради чего? Дурацкая игра не стоила таких жертв!»

Северус Снейп тогда неосмотрительно, а может, намеренно, не закрыл своё сознание.

С того дня прошло почти пятнадцать лет.

Сегодняшняя игра закончилась для Слизерина совсем не так феерично. Конечно, до финальной битвы за кубок школы оставалось почти полгода, но Селена, к своему разочарованию, заметила энтузиазм и волю к победе только у гриффиндорцев. Она не стала делиться безрадостными выводами с и без того мрачным и злым Снейпом, но ей было обидно за свой факультет, который теперь вот так запросто год за годом оставляет кубок вечному сопернику.

Зато у директора настроение после матча было больше чем превосходным.

- …а погода сегодня просто чудесная! — Дамблдор в компании МакГонагалл стоял у парадных дверей. Он заметил возвращавшихся со стадиона коллег. — Северус! Селена! Мы с Минервой решили пропустить по стаканчику в «Трёх мётлах». Отметить, так сказать. Не желаете составить компанию?

- С удовольствием! Я тоже собираюсь в Хогсмид. Вот только не отмечать, а заливать горе, — вздохнула Селена.

- Тогда пойдёмте вместе!

- Только давайте всё же уточним, Альбус. Это не мы, а вы решили пропустить стаканчик, — строго поправила директора МакГонагалл.

- Ну будет вам, Минерва! Грех в такой чудесный вечер отказываться от медовухи мадам Розмерты. Представьте, Селена, я едва убедил своего декана выбраться из застенков школы. Даже по случаю праздника.

- А вот я так и не смогла убедить своего декана, — с притворным разочарованием откликнулась та.

- Когда я был вашим деканом, я что-то не замечал вас в компании гриффиндорцев, мисс Блэк, — холодно усмехнулся Снейп. Теперь он был зол не только на свою бездарную команду и на удачливых соперников, но и на откровенно веселящегося директора.

- Да кто из гриффиндорцев, будучи в своём уме, рискнул бы связаться с одной из Блэков! — рассмеялась Селена.

- Я, например! — заверил Дамблдор.

- Ну в вас-то я никогда не сомневалась!

- Давайте поторопимся, друзья, не то всю медовуху выпьют без нас. Северус, раз уж вы остаётесь, надеюсь, вы помните о зелье для меня?

- Да, директор, — он с неудовольствием посмотрел на двух дам, и не думавших отходить в сторону. — Сегодня оно будет готово.

- Отлично. Тогда жду вас в своём кабинете… скажем, в одиннадцать. Справитесь к этому времени?

- Я-то справлюсь. Главное, чтобы вы к этому времени вернулись, — заметил тот с иронией.

- Ничего не обещаем, профессор Снейп! — весело откликнулась Селена. Все трое спустились по ступенькам и направились прочь от замка. — А знаете, профессор Дамблдор, о чём я сегодня вспоминала? Я вспоминала свой последний матч за Слизерин.

- Вы тогда угодили под бладжер и чуть не упали с огромной высоты, — как оказалось, МакГонагалл тоже запомнила ту игру. — Это был очень безрассудный поступок.

- Зато мы победили. Я и сейчас поступила бы так же.

Снейп провожал взглядом уходящую прочь компанию. Селена шла рядом с директором. Смеясь над очередной его шуткой, она чуть запрокинула голову, ветер вместе с вечерним солнцем заиграл в длинных жемчужных волосах. Мерлин… Она ведь не вейла. Что это за магия? Не без труда прогнав наваждение, он поспешил скрыться за дверями замка.

* * *

Снейп не оставил идею проследить за Селеной. Даже если бы Дамблдор категорически запретил ему это делать, он бы всё равно не остановился. Декан докладывал директору обо всех своих наблюдениях, но пока не происходило ничего такого, что могло бы сложиться в связный отчёт.

На первый, даже привыкший замечать каждую мелочь взгляд, профессор Ноктэм вела вполне обычную для преподавателя Хогвартса жизнь. Ну, почти обычную. Она чаще других учителей отлучалась из школы и не только в Хогсмид. Селена совершенно точно бывала в Лондоне, он слышал, как она говорила об этом с Дамблдором. А вот в поместье Малфоев она не появлялась. Реши Селена навестить Нарциссу и Беллатрису, Снейпу стало бы об этом известно. Её муж не успел войти в Ближний круг соратников Тёмного Лорда, но Мерлин знает, с какими ещё волшебными семьями водили дружбу Ноктэмы. Ему не хотелось думать, что Селена вслед за супругом станет искать встречи с Волдемортом.

Она почти ни с кем не вела переписку, по крайней мере, через школьную совятню. Единственное письмо, что доставили для неё в Хогвартс за последний месяц, прилетело из Нью-Йорка от некоего Аквилуса Прата. Снейп вскрыл конверт, не сказав Дамблдору. Из довольно скучного послания, выведенного ровным каллиграфическим почерком, стало понятно, что ей писал кузен. Конечно, Селена могла пользоваться почтой Хогсмида или любой другой. Это он тоже собирался выяснить.

Ещё сидя на стадионе, Снейп решил сегодня же осмотреть её кабинет. А лучше вместе с гостиной и спальней, какими бы заклинаниями она не запирала двери. Раз уж она собралась в Хогсмид после матча, её отсутствие в замке как минимум на пару часов гарантировано. Но сначала требовалось закончить кое-что другое.

Зелье для директора, что сдерживало последствия проклятия в его руке, было на финальной стадии. Оно настаивалось в медном котле ровно одиннадцать суток. Оставалось нагреть его до семидесяти семи градусов, затем помешать два раза против часовой стрелки и, выключив горелку под котлом, добавить две капли выжимки из цветков белого олеандра. Снейп проделал всё это, и теперь лёгкий лиловый пар свидетельствовал о том, что зелье полностью готово. И что оно сварено идеально правильно. Перечитав множество источников и проведя не один десяток экспериментов, Снейп смог усовершенствовать этот непростой даже для опытного зельевара эликсир, сведя к минимуму побочные действия, и добиться полного исчезновения осадка к концу варки. Он на несколько секунд замер над котлом, наслаждаясь результатом. Но допускать промедлений было нельзя: разливать получившийся состав по флаконам следовало горячим.

Наполнив последний флакон, Снейп посмотрел на часы. Что ж... Пока Дамблдор развлекает двух дам в «Трёх мётлах», надо успеть наведаться к одной из них в гости.

* * *

Попасть в кабинет профессора Ноктэм оказалось легко. Похоже, она не считала нужным ставить на дверь особую защиту. Впрочем, так ли проста защита, Снейп задумался сразу, как шагнул внутрь. Не успел он зажечь свет на конце волшебной палочки, как вокруг в темноте замерцали серебристо-белые огоньки. Постепенно их становилось всё больше: туманы, заключённые в рамы на стенах, словно проснулись, потревоженные внезапным вторжением. Первой мыслью было стать невидимым, но Снейп понимал, что это бесполезно.

«Они нас чувствуют», — объясняла ему Селена, и он запомнил её слова. Надо было всё-таки ответить на приглашение и заглянуть к ней. Может, он узнал бы и о других возможностях её туманов. Теперь же ему казалось, что за ним наблюдают сотни крохотных глаз.

Снейп решительно пересёк классную комнату, отворил дверь в рабочий кабинет Селены и огляделся: здесь туманов не было. Он подошёл к её столу. Гора свитков с работами студентов, классный журнал, пара учебников. Песочные часы. Он уже видел их, но только сейчас рассмотрел гравировку «A.N.» Теперь было не трудно догадаться, кому принадлежали эти часы. Как трогательно — хранить вещь своего супруга — убийцы и Пожирателя Смерти! Однако больше Снейп не заметил ничего заслуживающего внимания. На столе — чернильница, перо, чистый пергамент. Он поднёс к последнему волшебную палочку, но не обнаружил никаких исчезающих записей. В ящиках стола — новые перья, пузырьки чернил, пергаменты, учебные материалы, планы занятий. На стеллажах — книги, свечи и снова пергаменты. Нужно пробраться в её личные комнаты. Если даже здесь, у всех на виду, она держит вещь Ноктэма, то в её спальне наверняка найдётся куда больше интересного.

- И что понадобилось Мастеру Зелий в моём кабинете?

Снейп невольно вздрогнул. Он был уверен, что Селена задержится в деревне допоздна, и упустил момент, когда она оказалась почти рядом. Он не исключал, что заметив вторжение, она воспользовалась дезиллюминационными чарами.

- К твоему сведению, я преподаю защиту от Тёмных Искусств, — парировал он.

- Да хоть бы и маггловедение. Ты всё равно навсегда останешься мастером зелий. Для меня. Для Дамблдора. Для всех.

- Дамблдор вернулся? — он проигнорировал её реплику.

- Так ты у меня Дамблдора искал? — усмехнулась Селена. Взмахом руки она погасила туманы и зажгла свечи. — Нет. Они с МакГонагалл встретили в «Трёх мётлах» знакомых директора из Министерства. А мне стало скучно, и я ушла.

Она казалась абсолютно спокойной и, похоже, была в хорошем настроении.

- Теперь твоя очередь, — продолжила Селена.

- Что? — нахмурился Снейп.

- Говорить правду. Что ты здесь делаешь? Да ещё и в темноте. Имей в виду, я не поверю в историю про Поттера, Пивза или кого-нибудь другого, кого ты вдруг услышал и прибежал на шум. И в то, что ты успел по мне соскучиться, я тоже не поверю, — светлые глаза смотрели на него насмешливо, отблески пламени отражались в их глубине.

Снейп разозлился ещё больше, но пока старался не подавать виду.

- Тебе ли не знать, что после квиддича и сливочного пива студентов особенно сильно тянет на разные авантюры. Я всего лишь помогаю профессору Флитвику патрулировать коридоры.

- Как благородно. Вот только мы сейчас не в коридоре.

- Я имею полное право заходить в любой кабинет в этой школе, — ответил он холодно.

Да какого дьявола он вообще должен перед ней оправдываться!

- Ты следишь за мной, — утвердительно сказала Селена после секундной паузы.

Он не был готов к такому повороту.

- А может, у тебя паранойя? Или Розмерта подмешала в медовуху дурманящей настойки?

- Не иронизируй. Я не раз видела тебя около моего кабинета.

Снейп чувствовал, что она не блефует. Но как? Он ведь всегда был крайне осторожен. Откуда она могла знать, что он наблюдал за ней? Мерлин! Он вдруг всё понял. Туманы. Это они каким-то образом сообщали своей хозяйке о его присутствии поблизости. Но он не стал делиться с ней своей догадкой.

- Ты сама дала мне повод. И не один, — хрипло проговорил Снейп.

- Вот как. Ну давай, выкладывай свои поводы по порядку. Я даже присяду, пожалуй, — но садиться она не стала, лишь облокотилась о ближайшую парту. — Или пойдём ко мне? Ты ведь и в моих личных вещах покопаться планировал? Идём, покажу, что где лежит.

Её ледяное спокойствие выводило Снейпа из себя с такой силой, что он едва не терял контроль. Ну хватит! Нет времени для игр. Сегодня не ему, а ей — Селене Ноктэм — наконец придётся говорить правду.

- То, как ты справилась со злом, запертым в том ожерелье, мог сделать только маг, который и сам способен создать такой же разрушающий, несущий смерть проклятый предмет. Ты не смогла бы противостоять ему, владея одними лишь защитными заклинаниями.

- Разумеется, — она пожала плечами.

- То есть, для тебя это — «разумеется»?

- Можно научиться готовить любое противоядие, но безупречным и по-настоящему эффективным оно получится только если ты умеешь варить и яд. Разве нет?

При других обстоятельствах он вероятно оценил бы этот оборот. Но сейчас ему было не до красоты, даже если эта красота относилась к приготовлению зелий.

- Эти чары пришли из самых тёмных разделов магии.

- Я хорошо знакома с тёмной магией. Уверена, во всех Министерствах изучают конфискованные предметы.

- Где ты бываешь, когда покидаешь школу?

Если Селена и удивилась внезапной смене темы, то виду не подала.

- Профессорам покидать школу не запрещается.

- Никто из профессоров, кроме тебя, не отлучается из школы так часто.

- А тебе не кажется, что я не обязана перед тобой отчитываться?

- А что не так? — он вскинул брови. — Не ты ли только что собиралась провести для меня экскурсию по своим комнатам?

- Что ты пытаешься найти, Северус? Доказательства моей связи с тёмными силами? И ты думаешь, Дамблдор позвал бы меня в Хогвартс, если бы я…

- Не прикрывайся Дамблдором! — резко перебил Снейп.

- Ну, если ты не доверяешь даже директору, то у кого из нас паранойя?

Селена не повышала голоса. Снейп же давно кипел от гнева.

- Ты не ответила! И не ври про Хогсмид. Всё, что продаётся в деревенских лавках, можно заказать совиной почтой.

- А что же ты сам так не делаешь? И заметь, я не спрашиваю, куда ты исчезаешь из замка по вечерам.

Снейп крепко сжал волшебную палочку, борясь с острым желанием применить к Селене легилименцию. И ещё пару заклинаний, которые наконец заставят её показать истинное лицо.

- Так значит, и ты следишь за мной? — прошипел он.

- Мне не настолько скучно в Хогвартсе. Но случайно можно заметить многое.

- Как-то слишком много случайностей, ты не находишь?

- Например?

- Например, директору требуется преподаватель нового предмета, и он случайно вспоминает о тебе. И ты в это время случайно оказываешься совершенно свободна и готова перебраться в Хогвартс как минимум на год.

- Всё это как раз не случайно. Дамблдор давно знаком с моей семьёй.

- А что же мистер Ноктэм? — ядовито поинтересовался Снейп. — Совсем не возражал против твоего отъезда?

Несколько секунд Селена молча смотрела на своего невольного дознавателя, не отводя глаз. Потом ответила с прежним спокойствием:

- Мистер Ноктэм умер.

- Неужели? А может, он сейчас в Нурменгарде? Среди Пожирателей Смерти, к кому применили поцелуй дементора?

Вместо ответа она резко взмахнула волшебной палочкой, он тоже выхватил свою, но рука замерла на полувзмахе: он понял, что Селена не собиралась сражаться, лишь распахнула при помощи магии входную дверь.

- Вечер прошёл не зря, верно, Северус? — её голос сделался холодным и жёстким, на красивом лице застыла маска ненависти. — Ты сказал мне всё, что хотел? А теперь уходи. И не смей сюда возвращаться. Особенно без приглашения.

- Пока я работаю в этой школе и отвечаю за безопасность детей, я буду приходить туда, куда сочту нужным. Запомните это, профессор Ноктэм.

Он резко развернулся, взмахнув длинными полами чёрной мантии, и выбежал из кабинета.

- Молчишь, Яксли? — тонкие белые пальцы сжали рукоять волшебной палочки.

Тёмный Лорд ждал ответа, а ждать он очень не любил.

- М-мой Л-лорд, — проблеял волшебник, что сидел на противоположном от хозяина конце большого обеденного стола. Его грубое лицо сделалось несчастным. — Министерство готово выделить сто… даже сто пятьдесят авроров на сопровождение поезда. Боюсь, мы не сможем…

- Ты — боишься? — перебил вкрадчивый холодный голос. — Твой страх ничтожен по сравнению с целью, к которой стремлюсь я — Лорд Волдеморт.

- Повелитель… но… сто пятьдесят авроров…

- Вы позволите, мой Повелитель? — заговорил волшебник, что занимал кресло по правую руку от Тёмного Лорда.

- Да, Северус, — красные змеиные глаза словно пронзали насквозь.

- Повелитель, по моим сведениям, Министерство запретило Дамблдору отправлять детей по домам поездом. Всех детей без исключения.

- И что же, Снейп? — встрял Яксли. — Детей на каникулы запрут в школе?

- Разумеется, нет, — раздражённо ответил тот. — Министерство собирается организовать иной способ перемещения.

- Порталы? Аппарирование? Камины? — не унимался его оппонент. — Но в школе почти три сотни учеников. Тебе не кажется, Северус…

- Яксли, если ты не умеешь сдерживать себя, может, мне следует попросить Хвоста проводить тебя к нашим пленникам? Тебе там понравится, — Волдеморт засмеялся свистящим смехом. Пожиратели Смерти сдержанно захихикали следом за хозяином. — Продолжай, Северус.

- Всем известно, что аппарировать с территории Хогвартса невозможно. Учеников придётся выводить за пределы школы, а именно это и запретило Министерство. А кроме того, большинство детей несовершеннолетние. Представьте, сколько понадобится авроров для парного аппарирования, даже если каждый будет возвращаться за детьми несколько раз. К тому же, велик риск расщепов.

- Ты увлёкся, Северус.

- Мой Лорд, — Снейп почтительно склонил голову, — я лишь объясняю, почему Министерство выбрало другой способ. А именно Сеть летучего пороха. И в школу после каникул дети вернутся таким же образом.

Никто не заметил, как Нарцисса Малфой украдкой бросила взгляд на огромный камин.

- Мой Повелитель, — сидевшая рядом с сестрой Беллатриса Лестрейндж подалась вперёд. — Я готова, если прикажете, днями и ночами сторожить у камина, чтобы схватить мальчишку.

- Не стоит, Беллатриса, — махнул рукой Волдеморт. — Тебе известна дата, Северус?

- Двадцать первое декабря.

- Вы назовёте ему способ отправки детей по домам и точную дату.

- Директор, я не сомневаюсь, что аврорат обеспечит максимальную защиту всех подключённых к Сети каминов, но можем ли мы полностью полагаться в этом вопросе на Министерство? Вам прекрасно известно, что там полно шпионов Тёмного Лорда.

- Вы перестали доверять и Ордену?

- Спешу напомнить, директор, кроме Поттера, в школе есть и другие ученики.

- Не иронизируйте, Северус. В данном случае безопасность других детей — не ваша забота.

- Нарцисса, — Волдеморт обратился к бледной как полотно леди Малфой, — скажи, Драко пишет тебе? Он сообщил тебе, когда вернётся?

- Двадцать первого декабря, — бесцветным голосом отозвалась та, побледнев, казалось, ещё сильнее.

Снейп знал, что Нарцисса врёт. Драко не писал матери уже второй месяц.

- А как он доберётся до дома?

- Об этом мой сын пока не говорил.

- А как себя чувствует леди Малфой? Вам ведь теперь приходится часто её видеть.

- Мне не пришло в голову спросить Нарциссу о её самочувствии, директор.

- А на ваш взгляд, Северус?

- Немного лучше, чем этим летом. Верит и держится.

- Она сильная девочка. Как и все Блэки.

Несомненно, Нарцисса была умелым окклюменистом. Сильным и отчаянным в борьбе за мужа и сына. Она смотрела на Волдеморта, не отводя обречённого взгляда, и Снейп видел, что Лорд в эти секунды терзает её сознание так же, как недавно терзал его собственное.

- Ученикам станет известно о том, каким способом они покинут Хогвартс, только в день отъезда, — Снейп постарался отвлечь от неё внимание Повелителя.

- В чей же камин отправится мальчишка?

- В дом к одному из членов Ордена. Это место защищено Заклятием Доверия, а Хранителем Тайны назначен Дамблдор. Мы узнаем, где Орден собирается спрятать Поттера на время каникул, только если директор умрёт до Рождества.

Снейп успел заметить, как нервно дрогнули пальцы Нарциссы Малфой, прежде чем вспышка боли в голове на несколько мгновений лишила его зрения. Он был к этому готов.

Рядом раздалось характерное шуршание: Нагайна скользила к своему хозяину. Собравшиеся за столом замерли.

- Нет, Северус, — наконец произнёс Тёмный Лорд, поглаживая голову змеи. — Ты и сам знаешь, что это невозможно. Пока невозможно.

- Знаю, мой Повелитель. Но если вы пожелаете приблизить… это важное для всех нас событие…

- Возможно, пожелаю. И ты узнаешь об этом первым.

* * *

Приближалось Рождество. Замок был украшен с привычным великолепием, совсем как в те годы, когда Селена сама училась в Хогвартсе. Ей казалось, что здесь так было всегда: и сто, и двести, и восемьсот лет назад. Двенадцать огромных елей высились в Большом зале. Коридоры и лестницы украшали фигуры из нетающего льда, гирлянды, венки с пуансеттией и остролистом и пучки омелы.

В школе Селену пытались затащить под омелу и капитан команды Равенкло по квиддичу, и гриффиндорский вратарь, и один из гриффиндорских загонщиков. Селена не сдалась. Ни в любви, ни в игре.

Впрочем, один поцелуй под омелой в её жизни всё же случился: с кузеном Фалькусом Прата. Ей тогда было четырнадцать, ему — почти шестнадцать. Все Прата, Блэки и даже Малфои (Нарцисса уже была помолвлена с Люциусом и вовсю готовилась к свадьбе) не сомневались, что Селена и Фалькус поженятся, как только она закончит школу. В чистокровных семьях браки между наследниками планировались, когда дети едва начинали ходить. Селена любила кузена, несмотря на его тяжёлый характер и взрывной нрав, но никогда не жалела, что не стала его женой.

В преддверии рождественских каникул настроение практически у всего Хогвартса было приподнятым. Даже загруженным сверх всякой меры старшекурсникам совсем не думалось об учёбе. Некоторые преподаватели в последние недели перестали задавать домашние задания, но профессор Ноктэм относилась к тем, кто не делал ученикам скидок в честь праздников. Ей самой порой совсем не хотелось проверять домашние работы, но студентам таких подробностей знать не следовало.

Селене впервые предстояло провести праздники далеко от родных. Её родители обычно приглашали домой гостей или они всей семьёй сами отправлялись в гости к Прата. И на школьные каникулы Селена всегда уезжала к дяде Корвусу. На все, кроме последних. Он был уже прикован к постели и строго-настрого запретил племяннице его навещать. Аквилус писал ей, что отец наложил на их особняк все возможные защитные чары, чтобы никто не смог проникнуть туда. Даже друзья и родные. Никто не должен был видеть Корвуса Прата больным и немощным. Нарцисса пригласила кузину к себе, Люциус не возражал, и она отправилась к Малфоям. Драко тогда было полтора года. Малыш ещё не успел заразиться малфоевским самомнением и по-детски искренне радовался мини-метле, которую тётя Селена привезла ему в подарок.

Антарес Ноктэм обожал путешествовать и каждое новое Рождество они с Селеной проводили там, где не бывали раньше. Год назад они гостили у Аквилуса. Кузен с женой и детьми перебрался в Нью-Йорк, где осуществил свою заветную мечту — открыл собственный волшебный книжный магазин. В то весёлое американское Рождество Селена не могла и подумать, что они с Антаресом встречают его вместе в последний раз. Что скоро ей придётся вернуться в Британию, что скоро её муж… Нет. Не время вспоминать об этом. Если бы Антарес был рядом, он ни за что не позволил бы ей грустить. Особенно накануне праздника.

В Хогвартсе, несмотря на разгар магической войны, веселье не отменялось. Скорее наоборот. Дамблдор заговорщически намекал ей на вечеринку в узком преподавательском кругу, да и другие учителя явно чего-то с нетерпением ждали. Но Селене почему-то казалось, что надолго она на этой вечеринке не останется. Рано уйдёт к себе, откроет хорошее вино, а может, и огневиски, и впервые в жизни встретит Рождество одна.

Но пока Селена поддалась всеобщему настроению. На праздновании у директора появиться всё равно придётся. А несколькими днями ранее, перед тем, как студенты разъедутся по домам, Гораций Слагхорн организует большой рождественский приём для своих любимчиков. В школе Селена входила в Клуб Слизней. И не только за отличные оценки по зельеварению, но и за своё происхождение: Слагхорн не мог не заполучить в свою коллекцию ещё одну из Блэков. Разумеется, она и сейчас получила приглашение одной из первых.

В Лондоне Селена заказала в волшебном ателье две вечерние мантии: ей вдруг захотелось себя побаловать. Она купила и новую повседневную мантию, и удобные туфли для прогулок, и кулон с лунным камнем, оплетенным ветвями из белого золота. Она решила, что украшение отлично подойдёт к той мантии, которую она наденет на вечеринку к Дамблдору.

Селена тщательно выбрала подарки и накупила открыток, намереваясь в ближайший вечер подписать их, чтобы разослать родственникам и друзьям. Обязательно Аквилусу, его супруге и детям, Нарциссе (впрочем, до поздравлений ли той сейчас), друзьям, в том числе, и школьным, а в первую очередь, Мирте Мальсибер (на открытке для лучшей подруги ёлочные шары приняли форму квоффлов). И Фалькусу. С ним было сложнее всего. В последние годы он всё сильнее погружался в собственное безумие. Даже через много лет после смерти отца он ненавидел его за то, что тот отослал жену в Америку, лишив детей матери. Он ненавидел мать за то, что безвольно позволила мужу оставить обоих сыновей у себя.

«Отец никого не любит! И нас тоже! Его интересуют только молодые волшебницы!» — не раз говорил Селене кузен. Ей было без малого пятнадцать, когда она не понаслышке узнала, что Фалькус имел в виду.

Когда Аквилус женился на магглорождённой волшебнице, брат возненавидел и его. Надо написать ему письмо. И снова попытаться убедить его перестать жить в бесконечной ненависти.

Последним она забрала на одной из лондонских совиных почт подарок для ещё одного волшебника. Пожалуй, самый ценный и дорогой подарок. Посылку доставили издалека, упаковка помялась, но она заранее купила и особым образом заколдовала обёрточную бумагу. Осталось придумать, где и каким образом вручить этот презент.

Вечером, когда Селена, нагруженная покупками, подходила к замку, она лицом к лицу встретилась с Северусом Снейпом. Он быстрым шагом шёл к воротам, видимо, давать указания постоянно дежурившим на этом посту аврорам. Когда он сам покидал школу, то, как правило, делал это позднее. И почти никогда не выходил через главный вход.

Снейп приостановился, задержав взгляд на пакетах, зависших в воздухе рядом с ней. После того, как он без спросу явился к ней кабинет, они разговаривали исключительно по необходимости: на совещаниях у директора или в учительской, когда общие школьные проблемы требовали решений независимо ни от одного из них двоих. Оба обменивались колкостями и контролировали себя почти на пределе. Но никто из коллег, казалось, не догадывался об их недавней ссоре.

Однако следить за Селеной декан не прекратил, хоть и делал это теперь чужими руками. Точнее, глазами и ушами.

- Да. Я была в Лондоне, — уверенно глядя в его чёрные глаза, сказала Селена.

Он не спрашивал, но она безо всякой легилименции прочитала этот вопрос в его взгляде.

- Мне всё равно, — попытался отмахнуться Снейп, и она поняла, что в Лондоне за ней тоже наблюдали. По крайней мере, пытались это сделать.

- Серьёзно? — спросила она не без иронии. — Поэтому домовые эльфы решили до блеска начистить все статуи, портреты и стены именно на моём этаже? А мистер Филч, должно быть, приходит проверять отдельно каждый начищенный кирпич?

- Знаешь, сходи-ка ты к мадам Помфри. Похоже, ты бредишь. Или лондонский смог подействовал на тебя как морок?

Она посмотрела на него долгим взглядом и наконец спросила всё с той же спокойной иронией:

- Ты вроде торопился куда-то?

Снейп только криво усмехнулся и молча пошагал к воротам.

Ну хватит! Раз не он постеснялся предъявить ей всё, что узнал об Антаресе, пусть теперь скажет в лицо, в чём конкретно он её подозревает. Надоело оглядываться по сторонам даже в абсолютно безопасных хогвартских коридорах.

- Северус! — позвала Селена. — Тебе не кажется, что нам пора поговорить?

Он чуть поколебался, но всё же остановился и обернулся к ней. Свет фонаря упал на его болезненно бледное лицо, невольно выделив глубокие тени под глазами.

- Да неужели? По-моему, ты не желала ни видеть меня, ни слышать.

Она не стала спорить, а просто сказала, словно между ними и не было никакой ссоры:

- Я буду у себя. Заходи, как освободишься.

* * *

На рождественский приём к Горацию Слагхорну Селена собиралась особенно тщательно. Обе вечерние мантии были готовы в срок, на днях она забрала их в лондонском ателье. Для Клуба Слизней она выбрала атласную мантию глубокого тёмно-красного оттенка. Строгий прямой силуэт выгодно подчёркивал стройную фигуру, а вырез открывал спину, но в рамках приличий. Она уложила волосы в сложную причёску, подобрала украшения — дорогие, но строгие без излишеств, нанесла макияж — сдержанный, но чуть ярче обычного. Селена побывала не на одном десятке светских раутов, балов и приёмов, где ей доводилось общаться и с министрами магии, и с их приближёнными, и с волшебной знатью, и с самыми прославленными колдунами из разных стран. С детства она отлично знала все правила и нормы этикета. Профессор Слагхорн обещал пригласить нескольких именитых гостей, включая тех, с кем она тоже была знакома. Кроме того, на праздник, наверняка, придут её нынешние коллеги и совершенно точно — её студенты. Селена Ноктэм должна была, как всегда, показать себя подобающим статусу образом.

Хозяин вечеринки словно расширил при помощи магии размеры своего кабинета: несмотря на мебель, праздничное убранство, многочисленных гостей и импровизированную сцену для музыкантов, тесно никому не было. Эльфы-домовики ловко разносили на больших подносах угощения и напитки. Пары танцевали, давние друзья собирались небольшими компаниями, радуясь возможности увидеться. Селена взяла с подноса кубок медовухи — других напитков Слагхорн, видимо, не признавал — и остановилась, высматривая знакомых. С ней поздоровались, проходя мимо, несколько студентов. Она поймала удивлённые взгляды и обрывки мыслей: из-за причёски её узнавали не сразу, обычно она просто убирала волосы в хвост.

Из учителей Селена заметила только Сивиллу Трелони, на которой сегодня было ещё больше разноцветных шалей, браслетов и бус, чем обычно и, к своему удивлению, Северуса Снейпа. Наверняка он как лучший ученик тоже получил приглашение от бывшего преподавателя, а теперь и коллеги, но его появления на подобном мероприятии она совсем не ждала. Снейп не счёл нужным переодеться в парадную мантию (Селена сомневалась, что в его гардеробе вообще есть таковая), выглядел он привычно мрачным, хоть и не стоял в стороне, а довольно живо беседовал с парой седовласых волшебников в старомодных остроконечных колпаках. Одного из них, кажущегося совсем древним старцем, Селена знала. Одна из принадлежавших его семье аптек находилась в Вене, к нему одному из первых и обратился Антарес за целебным зельем для своей тогда ещё невесты. И его зелье довольно долго не позволяло огненному проклятию её тревожить. Надо обязательно подойти поздороваться, пожелать счастливого Рождества. А заодно показаться и Снейпу. Он так и не пришёл к ней ни в тот вечер, когда они встретились у главных ворот замка, ни в один из следующих дней и вечеров. Она, занятая в те дни совсем другими делами, не стала настаивать. Но заметила, что домовые эльфы перестали маячить у её дверей.

Слагхорн, облачённый в бархатный костюм и бархатную шляпу, увидел Селену, проворно, несмотря на свои габариты, пробрался к ней и рассыпался в комплиментах. Она выслушала бывшего учителя с вежливой улыбкой, не забыв похвалить его талант устроителя вечеринок. И он довольный поспешил к другим гостям.

За этот вечер ей предстояло услышать ещё много лестных слов, Селена давно к ним привыкла. Приходилось говорить и об Антаресе: все гости, которые знали её, знали и её мужа. Она была готова к воспоминаниям, связанным с ним, и к запоздалым соболезнованиям. В какой-то момент она вдруг поняла, что впервые за последние полгода слышит и произносит имя мужа без прежней разрывающей на куски боли.

- Веселимся, веселимся! — подбадривал гостей Слагхорн. — Веселимся! Танцуем! Не стесняемся! Приглашаем на танец! Что? Меня?! О! Такая честь! Ну конечно, моя дорогая! Как я могу отказать прекрасной даме!

Он отставил недопитый кубок медовухи, галантно подал руку Гвеног Джонс — капитану «Холихедских Гарпий», что была почти на голову выше него, и они присоединились к танцующим парам.

Селена с трудом отделалась от настойчивого Элдреда Уорпла, внезапно загоревшегося желанием написать биографию Антареса Ноктэма, и нашла Снейпа. Теперь он был один.

- Не думала, что ты любитель вечеринок.

- Зато ты, я смотрю, в своей стихии? Весь вечер в центре внимания, — парировал он, как ей на миг показалось, с ноткой ревности.

Она улыбнулась. Даже Антарес никогда не ревновал её к другим мужчинам.

- И после этого ты будешь утверждать, что не следишь за мной? — весело спросила Селена.

- Тебя сложно не заметить.

- Вот как. Профессор Снейп умеет делать комплименты?

- Как бы Слагхорн ни старался, у него не такой большой кабинет. Абсолютно все гости на виду.

Теперь она и сама обратила внимание на эту магию: да, помещение стало намного больше обычного, чтобы все могли разместиться с комфортом, но если требовалось найти кого-то определённого, кабинет словно возвращался к прежним размерам.

- А ты прав, — согласилась Селена, подхватывая с «проплывающего» мимо подноса новый кубок с напитком, и потянулась за вторым для Снейпа. — Будешь?

- Нет, — поморщился он. — Терпеть не могу медовуху.

- Я тоже её не люблю, — она сделала глоток. — Но профессор Слагхорн, похоже, решил угощать нас только своим любимым напитком. Надеюсь, у директора выбор будет поинтереснее.

Мимо них пробежала Гермиона Грейнджер. Селена видела, как та несколько секунд назад оставила своего спутника и выскочила из-под омелы, словно из-под Гремучей ивы.

- Уверяю тебя, вечеринка у Дамблдора — такое же скучное мероприятие. Хотя, да, ты и сегодня не скучаешь, — усмехнулся Снейп.

Она едва удержалась, чтобы не коснуться его руки. Интересно, если прямо сейчас ветка омелы вырастет над их головами, как поступит Северус? Сразу без колебаний пустит растение на ингредиенты для зелий? Или… Мерлин! Да как ей вообще могла прийти в голову подобная глупость?! Во всём виновата медовуха, не иначе.

Селене вдруг стало так жарко, словно рядом полыхнул огонь. Шум голосов и музыки теперь казался раздражающе громким. Захотелось выйти в прохладный коридор. Одной. Но к ним уже спешил хозяин венской аптеки в компании незнакомого темнокожего волшебника, облачённого в роскошную белоснежную мантию.

- Селена! Рад, что вы ещё не ушли, — скрипучим голосом начал старый аптекарь. — Хочу познакомить вас кое с кем.

- Я никуда не тороплюсь. Здесь очень весело, — она постепенно приходила в себя.

- Вы позволите ненадолго украсть вашу очаровательную спутницу? — обратился он к Снейпу.

- Пожалуйста, — буркнул тот, отходя в сторону.

- Бросьте дуться, идите к нам, Северус⁽¹⁾, — услышала Селена голос Слагхорна.

- Разрешите представить, — продолжал скрипеть аптекарь, — это мой бывший ученик Кристофорус Бланкус. Теперь работает в госпитале святой Огасты в Нью-Йорке, занимается лечением недугов от заклятий. Так что, если вдруг, не дай, Мерлин… К нему всегда можно обратиться.

- Рад знакомству, миссис Ноктэм, — целитель Бланкус чуть поклонился.

- Взаимно.

- Мистер Прата рассказывал мне о вас. Мы с ним большие друзья, я постоянный клиент его магазина. Не представляете, сколько редких книг я смог найти только благодаря вашему кузену.

- Аквилус с самого детства видел себя только в мире книг. И я очень рада, что у него всё сложилось. Пусть и на другом континенте.

- Иногда я и сам отыскиваю для него редкости. Я ведь знаком со многими коллекционерами. Вот, кстати, книга, о которой вы спрашивали у вашего кузена… Прозвучит нескромно с моей стороны, но с поисками этого раритета я очень ему помог.

- Вот как.

- Если бы знал, что окажусь в Хогвартсе, доставил бы книгу лично. А так, пришлось отправлять почтой. Я немного переживал, всё-таки груз чрезвычайно ценный.

- Почта никогда не подводила ни меня, ни Аквилуса. Спасибо.

- Вы уже вручили книгу тому, для кого её искали?

- Нет. Рождество ещё не наступило.

- Должно быть, этот волшебник… или волшебница очень дороги вам.

- Это подарок для друга, — прохладно ответила Селена.

Она не задумывалась о своём отношении, когда выбирала подарок. Просто вдруг вспомнила об этом издании и решила, что оно может оказаться полезным. Но вопрос Бланкуса почему-то её разозлил. Какая ему разница, для кого куплена книга? Бывший владелец получил немалые деньги за свой товар, и теперь она вольна распоряжаться им по своему усмотрению. Захочет — и вовсе бросит в камин.

Неподалёку Северус Снейп о чём-то спорил с Горацием Слагхорном и едва державшейся на ногах Сивиллой Трелони. Впрочем, догадаться о предмете спора было не трудно: рядом с преподавателями Селена заметила Гарри Поттера. Конечно, разве Слагхорн оставил бы свою коллекцию без Избранного… Вдруг рядом со спорщиками возникли словно из воздуха ещё две знакомые фигуры: Аргус Филч притащил за ухо Драко Малфоя. Их появление явно не предвещало ничего хорошего. Селена бросила дежурное извинение целителю Бланкусу, который явно не собирался так быстро прощаться, и поспешила к племяннику.

Драко наконец вырвался из цепких пальцев завхоза.

- Ну ладно, меня не приглашали! Я хотел пройти без приглашения, вы довольны?⁽¹⁾

Селена поймала его взгляд: взгляд — совсем не по-малфоевски блёклый, затравленный и испуганный.

После короткой перебранки со Слагхорном Снейп поспешил увести Драко прочь. Селена посмотрела им вслед. Лёгкий хмель словно сняло рукой, недавние фантазии о ветке омелы показались ей в этот миг абсолютно чужими. Магия праздника словно растворилась в пролитом сверх всякой меры яде — яде брошенных взглядов, сказанных слов. И невысказанных мыслей. Она не успела понять, чьих — Снейпа, или Драко, или их обоих. Всего два слова — «Непреложный Обет» — ворвались в её сознание. И чувство страха. Смертельного страха.

Почти бегом она выбралась в коридор.

- Северус! Драко!

- Не помню, чтобы я просил вас пойти с нами, профессор Ноктэм, — холодно отозвался Снейп, останавливаясь. — Идите, Драко. Я догоню вас.

- Нет, Драко, постой. Объясните, что происходит, вы оба? — настаивала Селена.

- Я всего лишь пришёл пожелать вам счастливого Рождества, тётушка.

- Ты мог найти меня днём в моём кабинете, — пока она решила сделать вид, что поверила. — Незачем выходить из гостиной после отбоя.

- Но Хогвартс — самое безопасное место, не так ли? — с вызовом ответил мальчик. — Директор каждый год твердит нам об этом.

- Школьные правила придуманы не по чьей-то глупой прихоти. А я отвечаю за тебя и как твой преподаватель, и как сестра твоей мамы.

- Я не намерен тратить время на ваши милые семейные беседы, — раздражённо перебил Снейп. — Я как декан Слизерина полностью отвечаю за своего ученика. Идёмте, мистер Малфой.

- Да, профессор, — выплюнул Драко и пошагал вперёд. Декан последовал за ним, обогнав на полшага, и оба его быстро скрылись за поворотом.

* * *

Снейп скоро вернулся. Селена ждала его. На сцену как раз вышли музыканты группы «Ведуньи» и разговаривать в кабинете из-за шума и громкой музыки стало невозможно. Зато никто не обращал внимания на тех, кто решил покинуть вечеринку — все гости подтянулись к импровизированной сцене.

- А теперь? Когда Драко тебе не мешает, объяснишь мне, что происходит? — спросила Селена.

В коридоре было не намного тише, но собеседники хотя бы могли слышать друг друга.

- Нет. Не время, не место, и… это не твоё дело.

- Северус…

- Я сказал — это не твоё дело, — отрезал Снейп.

- Он мой племянник. Я имею право знать, что ему угрожает.

- А почему ты решила, будто Драко что-то угрожает?

- Ты думаешь, я не заметила, каким он стал?

- Знаешь, что… Ты приехала в Хогвартс работать? Вот и занимайся своей окклюменцией.

Нет, от Снейпа она ничего не узнает. Селена поняла это раньше, чем вообще затеяла этот бесполезный разговор.

- Окклюменция, говоришь? Знаешь, Северус, не только мне стоит получше ею заняться.

Даже в полумраке она заметила, как исказилось его лицо.

- Так это ты… Что ты увидела? — тихо, но зло спросил Снейп.

Значит, он всё же почувствовал тогда, в кабинете Слагхорна, её невольное — не дольше секунды — вторжение в своё сознание.

- Всё-таки это были твои мысли, — констатировала она.

- Что ты увидела? — хрипло повторил он.

Селена не стала врать:

- Непреложный Обет.

- Что… именно? — его голос дрогнул.

- Только два слова, больше ничего, я клянусь. Я даже не видела, кто из вас двоих — ты или Драко — пошёл на такой радикальный шаг. И почему.

Снейп вдруг грубо схватил её за руку выше локтя и, глядя ей в глаза, прошипел:

- Селена… Ты не представляешь, во что вмешиваешься. Не лезь в это, прошу.

Он почти никогда не называл её по имени. Он никогда не просил, только приказывал. Он никогда не показывал страха за себя и почти никогда — за других. Но сейчас в холодных чёрных глазах отражалось намного больше, чем она смогла увидеть в его мыслях: страх, гнев, ненависть. А ещё боль и обречённость.

Несколько долгих секунд они молча смотрели друг на друга. Селена, придя в себя, с силой дёрнула руку. Снейп тут же отпустил её и отступил на шаг.

- Тебе не о чем волноваться, — сказал он, как ей показалось, слишком ровно и отстранённо. — Драко вне опасности.

- А ты? — короткий вопрос вырвался прежде, чем она успела подумать, стоит ли его задавать.

- Не всё ли равно? — усмехнулся Снейп.

- А если нет?

Он помолчал, потом ответил:

- Вечеринка ещё не закончилась. Иди веселись.

Снейп пошёл прочь, быстро растворившись в темноте школьного коридора.

1) Джоан Роулинг, "Гарри Поттер и Принц-Полукровка", перевод издательства "Росмэн"

Вернуться к тексту

2) Джоан Роулинг, "Гарри Поттер и Принц-Полукровка", перевод издательства "Росмэн"

Вернуться к тексту

* * *

На время каникул Хогвартс, как всегда, опустел. Организовать отъезд такого количества детей по Сети летучего пороха было непростой задачей, но Министерство справилось. В школе к Сети подключили только четыре камина — в кабинетах деканов, которые и отвечали за отправку по домам своих подопечных. Снейпу по личной просьбе директора пришлось присматривать не только за слизеринцами.

Четыре десятка авроров — по десять на факультет — постоянно перемещались по Сети, обеспечивая безопасность. Даже Снейп считал подобные меры излишними. Тёмный Лорд пока не планировал нападать, а если кто-то из его приспешников вдруг собрался бы поразвлечься, для нейтрализации опасности хватило бы и пары опытных волшебников. Но Министерство, до сих пор не реабилитировавшее себя за события прошлого года, видимо, решило избегать полумер.

Впереди были относительно спокойные дни, которые Снейп планировал полностью посвятить работе. Трудно экспериментировать со сложными зельями и заклинаниями и даже составлять учебные планы на будущий семестр, когда постоянно отвлекаешься на студентов.

В первые дни каникул Селена часто отсутствовала в школе. После вечеринки у Слагхорна она почти перестала попадаться Снейпу на глаза в хогвартских коридорах и больше не искала с ним встречи. Он видел, что Селена пыталась поговорить с Малфоем перед тем, как тот исчез в камине, но мальчик не пожелал идти на контакт.

Снейп собирался зайти к ней сам — он знал, что в тот вечер она была у себя и, несмотря на поздний час, ещё не спала — но в последний момент передумал. Он постоял перед её дверью, так и не решившись постучать, и быстро ушёл к себе, уверенный, что туманы уже выдали своей хозяйке, что за ней снова кто-то наблюдал.

* * *

Наступил сочельник. Немногочисленные ученики, оставшиеся на каникулах в школе, после позднего предпраздничного ужина разошлись по факультетским гостиным. Профессора переместились из Большого зала в нарядно украшенную, как и весь замок, учительскую. На столе, обычно занятом пергаментами, книгами и газетами, тут же появились самые разнообразные закуски, красное вино эльфовского производства и так любимая не только Слагхорном, но и Дамблдором медовуха.

Трудно было представить менее подходящее время для праздника. Ещё до приёма в Клубе Слизней Снейп пытался донести до директора, что сейчас совершенно неуместно устраивать вечеринки, но тот лишь отмахнулся. «Бросьте, Северус! Наоборот, самое время. В эти тёмные дни как никогда нужно стремиться к свету».

Все учителя, казалось, были согласны с Дамблдором. Все были гораздо более расслаблены, гораздо менее серьёзны. Даже Минерва МакГонагалл позволила себе шутить, смеяться и пить вино вместе с коллегами. Вместо строгой глухой твидовой мантии она надела вечернюю из тёмно-красного бархата. Мадам Помфри сменила форму хогвартской целительницы на нарядную светло-голубую мантию, а волосы, обычно скрытые под больничным колпаком, уложила в красивую причёску. Новая травянисто-зелёная мантия её подруги Помоны Спраут не была привычно перепачкана землёй и соком растений. Шею декан Хаффлпаффа украсила ожерельем из собственноручно выращенного остролиста. В других дамах тоже было не узнать строгих профессоров, которыми их привыкли видеть не только ученики, но и коллеги. Селена была в лёгкой, открывающей плечи мантии цвета звёздного неба. Жемчужные волосы струились по тёмному шёлку. На груди блестел полупрозрачный переливчатый камень в причудливой оправе из белого золота.

Все слушали очередную историю, которую Дамблдор и Слагхорн рассказывали, перебивая друг друга и весело споря о деталях, что с годами, видимо, крепко забылись обоими волшебниками. Раздался взрыв смеха и звон бокалов: должно быть, история завершилась тостом.

Занятый своими мыслями, Снейп не прислушивался к весёлым голосам. Трудно развлекаться, когда точно знаешь, что это Рождество — последнее. Однозначно — с директором Дамблдором. Возможно — в Хогвартсе. И весьма вероятно, что в жизни. Никто здесь не знает всей правды. Даже той части правды, что Дамблдор сподобился ему сообщить. Пока все они — учителя, живущие в школе и школой — могут позволить себе побыть беззаботно-хмельными.

Он вызвался проверить школьные коридоры. Ведь кто знает, что придёт в головы оставшимся в Хогвартсе студентам: насколько ни отодвинь время отбоя, им всегда будет мало. Но на самом деле, это был лишь предлог, чтобы уйти к себе. Дурацкий повод, дурацкий праздник, глупые шутки и тосты. Бесполезные подарки. Бессмысленные пожелания, которые никогда не сбываются.

Снейп поднялся на верхушку Астрономической башни и жадно глотнул свежий морозный воздух. Он не был здесь с конца августа. В непрекращающейся череде проблем и событий семестр прошёл как один миг, но сейчас ему казалось, что он прожил за эти месяцы несколько жизней. Ещё один глубокий вздох… другой… третий… Снейп быстро летел вниз. Почти у самой земли он замедлился, изменил траекторию и плавно взмыл вверх, до макушек деревьев. Можно себе позволить, пока все на празднике. Никто не должен знать о его умении левитировать. Он взлетел ещё выше над деревьями, подставив лицо холодному ветру. Чистое ночное небо встречало россыпью звёзд и сиянием лунного диска. А внизу — отражение луны в Чёрном озере. Снейп сделал медленный круг над Запретным лесом и вернулся обратно на башню, хотя прерывать полёт совсем не хотелось. Стало чуть легче. Он постоял ещё немного и спустился в своё в подземелье.

Зайдя в кабинет, Снейп не поверил своим глазам: в кресле за его столом, перекинув ноги через подлокотник, по-хозяйски расположилась Селена Ноктэм.

* * *

Рождество в Хогвартсе оказалось не таким скучным, как ожидала Селена. Странным, непривычным, не в том месте и совсем не с теми людьми, с кем ей хотелось бы встретить праздник, но точно не скучным. Увлекательным историям из прошлого — далёкого и не очень — казалось, не было конца. У Селены тоже нашлось в запасе кое-что интересное. Небольшую зарисовку о том, как однажды в Дурмстранге ученики ради шутки заколдовали мячи для квиддича так, что бладжеры летели исключительно в кольца, квоффл «отрастил» золотые крылышки, а снитч начал гоняться за игроками, все учителя приняли на «ура». Хотя бы за новизну. Селена заметила, как МакГонагалл, несмотря на хорошее настроение, несколько раз выразительно закатывала глаза, когда Дамблдор или Флитвик увлекались своими байками. Было понятно, что гриффиндорский декан слышала всё это как минимум по одному разу в год на протяжении последних лет тридцати.

Постепенно коллеги начали расходиться. Профессор Спраут, широко зевая, объяснила, что ей сегодня пришлось подняться в шесть утра, потому что подкармливать молоденькие заунывники нужно непременно до восхода солнца и только свежеприготовленным раствором. Следом отправилась спать и мадам Помфри, не забыв заверить всех оставшихся, что антипохмельного зелья у неё в запасе достаточно. Снейп ушёл уже давно, перед этим

о чём-то коротко переговорив с Дамблдором. А у Селены оставалось на эту ночь ещё одно незаконченное дело. Подарками займутся домовые эльфы: завтра утром коллеги найдут среди прочих знаки внимания и от неё. Но один подарок она собиралась вручить сама.

Почти незаметно она выскользнула из учительской и направилась в подземелье Слизерина.

- Селена? — скривив губы, проговорил Снейп. Прежде подобным тоном он произносил только ненавистную фамилию «Поттер».

- Ну наконец-то! — искренне обрадовалась она. — Я уж подумала, что Дамблдор отправил тебя в праздник патрулировать пустые коридоры. Даже хотела вернуться и узнать у него, чем ты так провинился.

- Как ты сюда попала? — он явно не был настроен шутить.

- Через дверь, — усмехнулась Селена. — Ты забыл запечатать вход заклинанием, а я была уверена, что ты давно вернулся к себе. Не стоять же мне было в холодном коридоре столько времени. Хотя у тебя здесь тоже не слишком-то и тепло.

- Что тебе нужно? — нетерпеливо спросил хозяин кабинета.

- Фу, как грубо, — легкомысленно откликнулась гостья. Пока происходящее её забавляло. — Да я, собственно, на минутку. Зашла вручить тебе рождественский подарок.

Она наконец поднялась с кресла и протянула Снейпу небольшой, но увесистый свёрток в чёрной обёрточной бумаге, украшенной серебристыми звёздочками.

- Зачем? — удивился он.

- Ну, вообще-то на праздники принято дарить подарки друзьям, — буднично отозвалась она.

- Друзьям всё-таки? — хмыкнул Снейп. — И с каких пор мы с тобой — друзья?

- Да хотя бы и с этой минуты. Не придирайся. Я же тебе не экзамен по зельям сдаю.

- Я в друзьях не нуждаюсь, — бросил он.

- Знаешь, иногда ты абсолютно невыносим. Я даже немного сочувствую нашим коллегам.

- Если я так невыносим, ещё скажи — отвратителен, зачем ты пришла? — ядовито спросил он. — Развлекалась бы и дальше на празднике под дурацкие истории и медовуху.

- А я люблю трудности. А медовуху не люблю, я тебе уже говорила. Так ты развернёшь подарок или мне всю ночь тут торчать?

Решив, что это поможет поскорее избавиться от навязчивой гостьи, Снейп неохотно взял свёрток. Хаотично рассыпанные по обёрточной бумаге звёздочки заискрились и образовали рисунок, в котором безошибочно угадывалось созвездие Козерога. Селена с интересом наблюдала за его реакцией. Задержавшись взглядом на звёздах, он аккуратно снял обёртку и извлёк книгу в немного потрёпанном и потемневшем от времени тёмно-сером кожаном переплёте. Снейп изменился в лице. Он держал в руках издание, ценность которого невозможно было даже представить. Книга «Защитные зелья и редкие ингредиенты для их изготовления» считалась огромной редкостью ещё несколько десятилетий назад. Даже в богатой библиотеке Хогвартса не сохранилось ни одного экземпляра. Он помнил, как мать рассказывала, что однажды видела такую книгу у своего дедушки, но куда впоследствии исчез этот том, она тоже не знала. Много лет спустя он и сам безуспешно пытался отыскать это издание, но стоило зацепиться за какую-то нить, как поиски снова и снова заходили в тупик.

Селена наслаждалась нескрываемым удивлением на лице мастера зелий. Он был так увлечён рассматриванием ценного подарка, что не замечал её довольного взгляда.

- Где ты это взяла? — наконец обретя дар речи, тихо спросил Снейп. Прежнего раздражения в его голосе уже не было.

- У одного нью-йоркского коллекционера, — она вернула своему лицу скучающее выражение. — Не спорю, убедить его расстаться с таким раритетом было непросто, но тем интереснее.

- Я несколько лет потратил на поиски, — признался он.

- Ну, теперь считай, что нашёл. Я была уверена, что ты оценишь.

- Не ошиблась.

- А что надо сказать? — она подошла совсем близко и заглянула в темноту его глаз.

- Не стоило так беспокоиться, — пробормотал он.

Селена лукаво улыбнулась.

- Это неправильный ответ, мистер Снейп. Минус десять баллов Слизерину, — она чуть подалась вперёд и легко коснулась губами его сухих губ, совсем невинно, по-дружески, и тут же отстранилась, отойдя на полшага. — Счастливого Рождества, Северус.

- Это лишнее, — холодно отозвался он.

- Какой же ты всё-таки зануда, — беззлобно рассмеялась Селена.

- Это слишком дорогой подарок. Ты потратила уйму времени и денег… Зачем?

- А тебе обязательно, чтобы было «зачем»? Просто мне нравится делать подарки. И получать их тоже нравится.

- Мне нечего тебе подарить. И я не люблю глупые праздники.

- Ничего не меняется, я смотрю, — она покачала головой. — Ты и в школе говорил точно так же, когда мы оба были детьми. Ты ненавидишь праздники, тебе не нужны друзья, а если кто-нибудь посмел о тебе позаботиться, сразу возникает вечный вопрос — «зачем?» Северус, ну, когда ты перестанешь видеть врага хотя бы во мне? Кстати, это будет очень хорошим подарком.

- Знаешь, я тебя не приглашал, — снова разозлился Снейп. — И не намерен выслушивать твои претензии.

- Я тоже тебя не приглашала тогда, после квиддича, — парировала Селена. — Кстати, ты мне так и не признался, что пытался найти в моём кабинете.

- В этой школе я отчитываюсь только перед директором.

- Директор никогда не приказал бы тебе следить за мной.

- Допустим. Но с чего бы мне тебе доверять? — спросил он со злой усмешкой. — Ты всегда так гордилась тем, что ты — Блэк, а теперь, я вижу, ещё больше гордишься фамилией Ноктэм.

- Ты всерьёз считаешь меня Пожирательницей Смерти? Да, я от своей семьи не отрекаюсь. Вот только из нас двоих, непогрешимый профессор Снейп, на моей руке нет Чёрной Метки. А ты таким похвастаться не можешь, верно?

Селене показалось, ещё секунда и Снейп убьёт её. Он бросил книгу на стол и с силой сжал волшебную палочку.

- Кто рассказал тебе? — прошипел он с угрозой.

- Какая разница? Это было давно, ещё в школе. Да я и сама видела твою Метку. Тогда, после финального матча по квиддичу, когда я угодила под бладжеры. Ты же первым побежал меня спасать, помнишь?

- Ты была без сознания. Ты не могла ничего увидеть!

- Успела подсмотреть перед тем как отключиться. Но я никому не рассказывала о том, кем ты был. Ни тогда, ни теперь.

- Послушай, — Снейп был почти на грани, чёрные глаза словно прожигали её насквозь. — Я, кажется, просил тебя не лезть в мои дела. Моя жизнь тебя не касается. Не приходи сюда больше, не спрашивай меня ни о чём. Мне не нужна забота и весь этот прочий сентиментальный бред.

В любое другое время она, скорее всего, разозлилась бы и немедленно оставила бы своего оппонента наедине с дурным настроением. В любое другое время, при любых других обстоятельствах, любого другого волшебника. Но пришедший в ярость профессор Снейп представлял собой поистине забавное зрелище. Это студенты могли бояться плохих оценок, отнятых баллов и отработок после уроков, не понимая, что большего зла, чем чистка котлов без волшебства, их грозный учитель причинить всё равно не способен. А уж ей-то — коллеге-профессору — и подавно страшиться нечего.

А вот чего действительно стоило опасаться, так это своей едва сформировавшейся мысли, внезапной и волнующей. Северус Снейп, всегда такой строгий, серьёзный, отталкивающий и мрачный, мог вызывать какие угодно желания, кроме как оказаться с ним в одной постели. Ей лишь хотелось иногда пообщаться с умным и интересным собеседником, добавить немного красок в его безрадостное существование. Может, стать другом. Но чтобы быть готовой, не раздумывая, провести с ним ночь… Никогда прежде Селена не смотрела на Снейпа как на возможного любовника. А впрочем… так уж и никогда? Она вспомнила недавнюю вечеринку в Клубе Слизней и ветку омелы. И мимолётный отклик своего тела, когда они просто стояли рядом, даже не касаясь друг друга. Она и теперь с трудом заставила себя отогнать наваждение.

- Вряд ли меня можно назвать сентиментальной. Слишком многое я повидала, чтобы предаваться этому глупому чувству, — спокойно ответила Селена. — Ладно. Поздно уже. Мне действительно пора.

Она искренне любила мужа, но не была ему верна. Однажды, решив попрактиковаться в легилименции, она застала своего учителя — Амадеуса Ноктэма — врасплох и поняла, что интересует его не только как способная ученица. «Пусть это будет твоим экзаменом, — сказал ей тогда Амадеус. — Посмотрим, сможешь ли ты скрыть наши встречи от Антареса и от моей жены». Экзамен она сдала на «превосходно». Ни Антарес, ни Амаранта так и не узнали об их связи. Но после казни супруга мужчины словно перестали для неё существовать. Она не могла даже подумать о близости с кем-то другим. Однако сейчас ей ничего не хотелось так сильно, как остаться у мастера зелий хотя бы до конца этой ночи.

- Легилименс! — неожиданно выкрикнул Снейп ей в спину, когда она была почти у дверей.

Селена не успела ничего предпринять. Череда образов, мыслей, невоплощённых желаний, возникших в её сознании считанные секунды назад, хлынула мощным потоком, сметая остатки здравого смысла. Она всё же попыталась отразить заклятие, но контакт вдруг прервался так же внезапно, как начался.

Хозяин кабинета держался за край стола и тяжело дышал.

- Запрещённый приём, профессор, — проговорила Селена, тоже чуть задыхаясь. Впервые она не смогла выдержать его гневный испытующий взгляд. — В следующий раз я подарю вам «Дуэльный кодекс».

- Я должен был узнать. Любым способом, — хрипло пробормотал он. К её злорадному удовлетворению, он тоже не смотрел на неё.

- Узнать что?

- Узнать, о чём ты думаешь. Зачем ищешь моего общества, когда весь Хогвартс уверен, что я — слуга Тёмного Лорда и от меня следует держаться подальше. А оказалось… причины донельзя примитивны.

Ну уж нет. Оправдываться перед ним она точно не станет. Тем более, после того, что она успела разглядеть в его сознании прежде, чем он опустил волшебную палочку.

- А может, я специально послала тебе эти видения, чтобы ты не узнал правду, — нагло соврала Селена. Она понемногу приходила в себя и снова смотрела ему в глаза.

- Не в этот раз! — зло возразил Снейп. — Ты не успела поставить защиту.

- В самом деле? — она иронично изогнула бровь. — Ну, может, сразу и не успела. Но в итоге… Впрочем, не важно.

- В итоге — что? — голос его оставался жёстким и злым, но Селена заметила, как Снейп занервничал.

- Да нет… ничего особенного, — безмятежно откликнулась она. — Пойду я, пожалуй, продолжать праздник. Может, в учительской ещё не все ушли спать, и я успею послушать пару дурацких историй и, так уж и быть, выпью медовухи.

Селена притворно зевнула и направилась к дверям. Но неожиданно выпущенное Снейпом невербальное заклятие заставило её пролететь через весь кабинет прямо в объятия разгневанного профессора.

- Пусти, — прошипела она, пытаясь высвободиться, но Снейп только крепче прижал её к себе.

- Нет, — отрезал он, запечатывая дверь заклинанием, и с угрозой добавил: — Ты хоть понимаешь, что я теперь могу с тобой сделать?

- И что же? — с вызовом спросила Селена, не отводя взгляда от его чёрных глаз. — То, что я успела подсмотреть в твоих мыслях, перед тем как ты испугался и разорвал связь? Так, сделай.

Желание стало настолько нестерпимым, что ей показалось, будто прошла вечность, прежде чем Снейп медленно провёл волшебной палочкой сверху вниз вдоль её позвоночника. Тело мгновенно отозвалось приятной дрожью, словно не магия, а его губы оставили на её спине дорожку поцелуев, спускаясь всё ниже. Она невольно прикрыла глаза и, едва сдержав стон, вцепилась руками в его плечи. Это было особое колдовство. Селена не понаслышке знала о нём и не раз умело использовала. Но она и представить не могла, что суровый декан Слизерина — гроза подземелий, этот воплощённый аскетизм и одиночество — не только теоретически знаком с подобными чарами, но и владеет ими на таком высоком уровне.

Немного придя в себя, она чуть отклонилась назад, насколько позволяли объятия, и ответила своему оппоненту невербальным беспалочковым заклятием. Он должен был почувствовать, как его плоти словно коснулись умелые пальцы. И судя по его порывистому вздоху, её магия достигла цели. Она прервала действие заклинания, опустила руку к ремню его брюк и теперь по-настоящему накрыла ладонью твердеющий бугорок.

- Селена.., — Снейп чуть запрокинул голову.

Она рассмеялась, наблюдая за его почти беспомощным состоянием и, продолжая сквозь ткань ласкать его плоть, проговорила дразнящим шёпотом:

- Видишь, я справляюсь и без волшебства. А ты? Справишься?

Она провела аккуратным ногтем по его бледной щеке.

- Не сомневайся, — он накрыл её губы глубоким требовательным поцелуем, ладонь жадно стискивала её грудь под тонким шёлком мантии.

Стена кабинета за его креслом отодвинулась, пропуская их в полутёмную гостиную. В огромном камине тут же вспыхнул огонь. Селена никогда не бывала здесь раньше, но в этот момент ей было совсем не до того, чтобы смотреть по сторонам. С нетерпением освобождая друг друга от одежды и прерываясь только на поцелуи, они перешли в спальню. Миг — и она оказалась лежащей поперёк просторной кровати. Ещё мгновение — и он, оставшийся лишь в белой рубашке и расстёгнутых брюках, навис над ней, крепко удерживая за запястья разведённых над головой рук.

- Ты этого хотела? — зловеще прошептал Снейп.

- Начало неплохое. Посмотрим на продолжение, — иронично улыбнулась Селена, едва себя контролируя.

Он впился губами в её шею, чуть прикусывая кожу, и стал спускаться ниже, к ключицам. Наконец выпустив её запястья, он принялся ласкать грудь, почти до боли сжимая соски. Селена больше не пыталась сдерживать стоны. Она помогла ему избавиться от оставшейся одежды. Чёрная Метка на предплечье ярко выделялась даже в полумраке спальни. Когда Селена в последний раз занималась любовью с Антаресом, тот уже получил отметину Тёмного Лорда. В ту ночь она, как ни старалась, так и не смогла расслабиться. Там, где муж дотрагивался до неё изуродованной знаком Лорда рукой, кожу болезненно кололо, словно множеством тонких игл. Но сейчас Метка не имела никакого значения. Каждое прикосновение внезапного любовника — властное, на грани с грубостью — возбуждало её с новой силой. Длинные пальцы мастера зелий уверенно скользнули вниз живота, туда, где кожа давно стала влажной. Он дразнил её, погружая пальцы всё глубже, усиливая и без того неудержимое желание. А когда он коснулся того самого, едва различимого бугорка под складкой кожи, Селена почти потеряла связь с реальностью.

- Северус.., — выдохнула она, приподнимая бёдра. — Пожалуйста…

Он вошёл в неё одним резким толчком, заставив Селену порывисто вскрикнуть и изогнуться всем телом. Сквозь полуопущенные веки она не увидела мелькнувшую на его лице самодовольную усмешку.

Он двигался в быстром темпе, не оставляя пауз, чтобы перевести дыхание. Вряд ли его заботило сейчас, что испытывала партнёрша. Впрочем, Селена и не ждала от него поблажек и нежности. За долгие месяцы холодного одиночества она успела забыть, чего может требовать тело, что отдавать и что получать взамен. Но с каждым его движением, прикосновением и поцелуем она словно возвращалась к жизни — яркой, настоящей, полной удовольствий. К жизни, где не нужно притворяться хотя бы иногда. Её громкие прерывистые стоны, её желание позволить этому мужчине делать с ней всё, что ему захочется, были в этот момент совершенно искренними.

Он чуть замедлился, наконец позволив и ей, и себе секунды отдыха.

- Нет… не… не останавливайся, — шепнула Селена, упираясь ладонью в его грудь.

- Нет? Точно? — поддразнил он и поцеловал её в губы, не давая ответить.

Едва прервав поцелуй, он нетерпеливо перевернул её на живот. Короткая передышка, а вслед за ней — ещё большая страсть. Селена чуть приподнялась на локтях, Снейп грубо сгрёб её густые разметавшиеся по спине волосы, другой рукой с силой прижимая её к кровати.

Селене казалось, ещё немного и она просто не выдержит. Ритм становился всё более рваным, сбивчивым. С очередным толчком и собственным вскриком она упала ничком, целиком отдавая себя накатывающим волнам оргазма. Несколько мгновений спустя, Снейп с хриплым стоном опустился на неё, уткнувшись щекой в спутанные волосы, потом перекатился на спину и лёг рядом, тяжело дыша. Ей же в этот миг совсем не хотелось шевелиться.

* * *

- Мне понравился твой подарок на Рождество, — Селена пришла в себя и теперь тоже лежала на спине и осматривалась в его спальне, насколько позволяли полумрак и раздвинутый бархатный балдахин.

- Я заметил, — усмехнулся Снейп. — Окклюменист не всегда следует своим же правилам?

- Ты тоже не особо себя контролировал.

- Откуда ты знаешь? — спросил он с иронией.

- Да так… догадалась.

Он не ответил. Какое-то время оба молчали. Ей хотелось, чтобы Снейп придвинулся ближе и обнял её, но она понимала, что он этого не сделает.

- Мне было очень хорошо, правда, — она наконец нарушила тишину. — И я не жалею. Ни о том, что не закрыла сознание, ни о том, что… ты решил в него заглянуть. Но когда я пришла к тебе сегодня, я, правда, совсем не рассчитывала на такую праздничную ночь.

- Разве это важно теперь...

- Важно, — серьёзно ответила Селена. — Я хочу, чтобы ты мне верил.

- Зачем? Это что-нибудь меняет?

- Для тебя, может, и не меняет, а для меня — очень многое.

- Например.

Она и в самом деле не понимала, почему её сейчас так волновало его отношение.

- Не люблю, когда кто-то без спроса вламывается в мой кабинет и не объясняет причин, — попыталась отшутиться Селена.

- Я тоже, — парировал Снейп.

Она легла на живот, подвинувшись к нему совсем близко, чтобы видеть его глаза.

- Я просто хотела тебя поздравить. Никто не должен оставаться один в Рождество.

- Я привык быть один.

- Тогда почему ты не уехал домой?

- Буду работать. В школе это удобнее, — его ладонь легла ей на спину. — А ты что же? Не поверю, что тебе хотелось отмечать Рождество здесь, в скучной компании учителей.

- Не такой уж и скучной, кстати. Но если хочешь знать, кузен звал меня к себе

в Нью-Йорк, но… я боялась не успеть вернуться до начала занятий.

- Нью-Йорк? — хмыкнул Снейп. — Так ты отобрала ту книгу у своего кузена?

Селена рассмеялась.

- Нет. Но, признаюсь, Аквилус помог мне её найти, — она вдруг сова посерьёзнела и замолчала, задумчиво вглядываясь куда-то в темноту. — Я правильно сделала, что никуда не уехала.

Убогие дешёвые комнаты с низкими потолками и грязными окнами, гораздо больше напоминающие чуланы, чем спальни. Узкие кровати с продавленными матрацами. Маггловские женщины из таких же трущоб, где вырос он сам, обречённые выживать. Реже — колдуньи, по разным причинам лишившиеся волшебных палочек. Все они наутро полностью забывали и странного незнакомца, и прошедшую ночь. Он всегда оставлял немного денег и исчезал, стерев им память. Часто память хотелось стереть и себе. Вместе с кожей. Грязь, в которую он окунался, не смывалась водой. Но время спустя он всё равно отправлялся туда, к таким же женщинам, чтобы снять напряжение, а вернувшись в Хогвартс, снова становился противным самому себе.

У него никогда не было таких, как Селена. Избалованная чистокровка, привыкшая получать всё, чего хочет. Обычно подобные ей волшебницы и не смотрели в его сторону.

Она попыталась выскользнуть из-под его руки, тем самым прервав мрачные размышления.

- Куда ты? — он удержал её, властно проведя ладонью по гладкой коже спины.

- Ты привык быть один. Да и праздник почти закончился, — её голос был спокойным, без капли обиды.

Снейп вспомнил свой короткий полёт над школой и лунную дорожку на тёмной глади озера. И жемчужные волосы поверх чёрных простыней. И собственные ощущения, что были сродни сегодняшнему полёту. Нет. Она сама напросилась и теперь останется в его постели до тех пор, пока он не решит её прогнать.

- Я тебя не отпускал. Дверь заперта заклинанием, которое могу снять только я. А я не намерен этого делать как минимум до утра.

- Как минимум? — усмехнулась Селена, переворачиваясь на спину. — Звучит многообещающе, профессор.

- Ты даже не представляешь, насколько.

Две широкие чёрные ленты, струясь, появились из ниоткуда, и, словно змеи, крепко оплели её запястья, привязав к решётчатому изголовью кровати. Снейп грубо взял её за подбородок, его губы были в миллиметре от её приоткрытых губ.

- Ну что? Ты всё ещё хочешь уйти? — прошипел он, неотрывно глядя в светлые, чуть затуманенные желанием глаза.

- Нет, я… я передумала, — выдохнула Селена, почувствовав, как его ладонь обхватила её грудь. Почувствовав, как там — между ног — снова становится влажно.

Связь с реальностью опять терялась. От его властных поцелуев, от прикосновений, от хриплого шёпота и совсем близкого горячего сбивчивого дыхания. Подчинившись его желаниям, его уверенным крепким рукам, Селена больше не пыталась уйти. Оба они потеряли счёт времени и совершенно обессилевшие уснули только под утро.

* * *

Громкий стук в дверь вывел любовников из сладкого сна.

- Дьявол… Это Дамблдор, — проговорил Снейп.

- Сегодня же выходной, — сонно проворчала Селена, кутаясь в одеяло. Камин погас ещё ночью, и температура в спальне декана Слизерина теперь была очень далека от комфортной.

- Оставайся здесь, а я узнаю, что понадобилось нашему директору, — Снейп выбрался из тёплой постели, накинул халат и пошёл открывать.

Селена услышала бодрый голос Дамблдора.

- Вы пропустили завтрак, Северус.

Она нашла взглядом часы: было девять утра.

- Мне немного нездоровилось вчера, — Снейп попытался оправдать свой растрепанный вид. — Я, как и обещал вам, проверил коридоры и пораньше отправился спать. Что-то случилось?

- Нет-нет! — поспешил успокоить директор. — Мне всего лишь надо обсудить с вами некоторые рабочие вопросы. Но если, конечно, вы по-прежнему плохо себя чувствуете…

- Я отлично себя чувствую, — перебил Снейп. — Дайте мне десять минут.

Ему показалось, что он ощутил лёгкое движение воздуха рядом.

- Ни в коем случае не тороплю вас. И настоятельно рекомендую сначала позавтракать, а то, что-то вы чересчур бледны. Знаете, Северус, не увидеть в выходной за завтраком, например, профессора Ноктэм — дело привычное, но за вас я даже начал переживать.

- Не стоило беспокоиться.

- Директор, профессор Снейп! Доброе утро!

Северус выглянул в коридор поверх плеча Дамблдора и обомлел: Селена стояла там, одетая в повседневную мантию, аккуратно причёсанная, и выглядела так, словно это не она проснулась пять минут назад в его постели, разбуженная неугомонным директором. В руках у неё была одна из его книг.

- О, миссис Ноктэм, доброе утро! — поздоровался Дамблдор. — Не ожидал вас здесь увидеть.

- А я как раз искала Северуса, хотела вернуть книгу. Но в Большом зале его не оказалось, поэтому я решила спуститься в родное подземелье.

- Ладно, не смею мешать, — Селене показалось, что директор озорно подмигнул ей

из-за очков-половинок. — И жду вас, Северус.

Когда Дамблдор скрылся за поворотом, Снейп бесцеремонно втащил Селену в комнату и запер дверь.

- Ты с ума сошла? Я велел тебе оставаться в спальне.

- Да, я не послушалась вас, профессор, — усмехнулась она. — Накажете?

- Селена…

- Дамблдор увидел меня в коридоре, поэтому не будет ни в чём тебя подозревать. Разве ты не этого добивался?

- Как тебе это удалось?

Она быстрым взглядом оценила своё отражение в стеклянной двери книжного шкафа и легкомысленно бросила:

- Немного магии красоты и дезиллюминационные чары. Самым сложным было выбраться в коридор и никого из вас не зацепить. Но я справилась. Кстати, ты выглядишь ужасно… ужасно соблазнительно, — она мелодично рассмеялась и коснулась его губ быстрым поцелуем.

Не выспавшийся профессор Снейп с растрёпанными волосами в наспех застёгнутом халате вызвал в ней острое желание продолжить рождественскую ночь.

- Собирайся, а то директор тебя сегодня не дождётся. И я пойду приведу себя в порядок по-настоящему. Это ведь быстрые чары, — она повторила рукой контур лица. — Долго они не продержатся.

- Никому ни слова о том, что между нами произошло, — строго предупредил Снейп.

- Разумеется. Не хочу, чтобы кто-то узнал, в чём ещё талантлив наш Мастер Зелий. Потому что я рассчитываю на скорое повторение… как минимум.

- Я не могу ничего обещать.

Селена вмиг посерьёзнела.

- Разве я прошу обещаний?

Тишину разрезал свист летящего предмета. Снейп увидел в её руке кулон с лунным камнем. Он вспомнил, как ночью сорвал украшение с её шеи, не заботясь о том, что на коже могут остаться царапины.

- Чуть не забыла его, — пояснила Селена. — Похоже, цепочку придётся починить.

Он молча забрал кулон из её рук и парой отточенных движений волшебной палочки скрепил покорёженные звенья, вернув их первоначальный вид.

- Иди. Никто не должен тебя здесь видеть.

* * *

- Яксли! Роули! Селвин! — выкрикивал звонкий холодный голос.

Каждый из названных волшебников вздрагивал, услышав из уст Повелителя своё имя.

- Второй год подряд я слышу от вас, что Министерство магии напичкано нашими агентами. Что оно падёт со дня на день, с минуты на минуту. «С минуты на минуту»… Это были твои слова, Яксли, — вкрадчиво повторил Тёмный Лорд, вглядываясь в своего приспешника. — Но результата как не было, так и нет!

- Мой Лорд, мы делаем всё возможное, чтобы…

Но хозяин даже не услышал его невнятного бормотания.

- Кем были бы вы сейчас, — продолжал Волдеморт, — если бы не пришли ко мне? А я скажу вам. Вы все так и остались бы жалкими никому не известными колдунами! Но я дал вам всё. Имена. Славу. Могущество. И что я получаю взамен? Большая часть моих слуг позорно схвачена и брошена в Азкабан! А сам я вынужден скрываться, как последняя крыса! Я — Лорд Волдеморт! Я хочу войти в Министерство победителем. Но на моём пути по-прежнему стоят жалкий старик и бестолковый мальчишка! Северус!

- Мой Повелитель, — волшебник поднялся из-за стола и в привычном жесте склонил голову.

- Ты всегда был моим лучшим, самым верным слугой.

- Был и остаюсь верен только вам, мой Повелитель.

- Однако даже ты последнее время совсем не радуешь своего Лорда. Почему Дамблдор продолжает господствовать в Хогвартсе?

- Жалкие трусы! — с жаром выкрикнула темноволосая волшебница, до этого внимавшая каждому слову Волдеморта, почти не дыша. — Все они — жалкие трусы! Мой Повелитель, если бы Вы поручили это задание мне, старик давно был бы мёртв! И Поттер вместе с ним!

- Спасибо, Беллатриса, — тихо произнёс Тёмный Лорд. — Я никогда не сомневался в твоей преданности. Но прикончить Поттера должен только я сам.

- Мой Повелитель, я неоднократно предлагал вам ускорить выполнение вашего задания. Директор давно отправился бы к Мерлину, если бы вы только приказали.

- А тебе всё надо приказывать, Снейп? — не унималась мадам Лестрейндж. — А ты сам? Ты сам не желаешь сделать то, что нужно моему Лорду?

- По-моему, Беллатриса, тебе не давали слова, — ответил Снейп, с саркастичной усмешкой глядя в её маниакально горящие глаза.

- Не время.., — задумчиво проговорил Волдеморт, не обращая внимания на их перепалку. — Нам нужно хорошо подготовиться к вторжению.

Беллатриса издала гадкий смешок.

- Я готов выполнить вашу волю хоть этой ночью, — сказал Снейп.

Нарцисса Малфой бросила на него умоляющий, полный боли взгляд.

- Вы скажете ему, что готовы в любой момент убить меня.

- А если я не готов?

- Ваши капризы никого не интересуют, Северус. Вы дали слово.

- Я пока не страдаю провалами в памяти.

- Не сомневаюсь.

- Вы так уверены, директор, что Тёмный Лорд не прикажет мне убить вас в этот самый «любой» момент? Скажем, завтра? Или через неделю?

- Я, видите ли, намного старше вас, Северус. И ни в ком случае не умоляя ваших достоинств, я мудрее. Хотя бы потому, что повидал великое множество самых разных волшебников: светлых и тёмных, но чаще куда менее однозначных. Ведь мир не делится только на добро и зло. И поверьте, я достаточно хорошо изучил Тома Реддла, чтобы сейчас быть абсолютно уверенным, что он не велит вам меня убить ни завтра, ни через неделю, ни даже через пару месяцев.

- Но всё-таки… Что будет, если…

- Этот бесполезный спор не избавит вас от выполнения обещания. Делайте то, что я вам велел.

- Не время, — повторил Волдеморт. — Мы все должны быть готовы.

- Вы правы, мой Повелитель, — согласился Снейп. — Смерть Дамблдора решит только малую часть наших проблем. Школа, Орден, аврорат — все встанут на защиту. Мы должны быть готовы к битве. Мы должны заручиться полной поддержкой Министерства. И вызволить из Азкабана всех, кто мечтает поскорее снова оказаться рядом с вами. И продолжать служить только вам.

- Верно, Северус. Тогда мы будем готовы к битве.

- Я готова, мой Повелитель! — снова подала голос Беллатриса Лестрейндж. — Я мечтаю убивать за Вас. Я лично убью каждого, кто посмеет выступить против Вас, мой Повелитель.

- Даже если их будут сотни? — хмыкнул Снейп.

- Меня не остановят и тысячи, — горячо заверила Беллатриса.

- Мы привлечём дементоров на нашу сторону, — вернулся к беседе Волдеморт. — Тогда все мои слуги вернутся ко мне. И мы захватим Министерство. Яксли! Роули! Когда это произойдёт?

- Мой Лорд, — почти одновременно ответили сидевшие друг напротив друга Пожиратели.

- Да, Яксли, — Волдеморт выбрал жертву. — Внимательно слушаю тебя.

- Мы… мы делаем всё возможное и…

Яксли вдруг скорчился на стуле с гримасой боли на грубом лице. Лорд пытал его, наложив одновременно заклятие немоты. Беллатриса широко улыбалась, глядя на безмолвные мучения. Но остальные собравшиеся вовсе не испытывали радости. Каждый из них понимал, что может оказаться следующим.

- Северус, — Волдеморт наконец оставил измученного Яксли лежать, уткнувшись лицом в стол. — Я узнал, что Гарри Поттер в рождественские каникулы скрывался в доме Уизли.

- Мой Повелитель, мне это не известно. Но я говорил вам, что отправить туда мальчишку было бы абсолютной глупостью со стороны Ордена. Жилище Уизли — первое, что пришло бы вам в голову, если бы вы собрались напасть.

- И тем не менее, мальчишка был там! У меня был шанс схватить его, но ты не сказал мне, где Орден его прячет! Круцио!

Боль… Не те короткие вспышки, что возникали в голове, когда Волдеморт применял легилименцию.

Боль. Терзающая, жгущая, взрывающая изнутри каждый сосуд, каждую артерию, каждую мышцу, каждую кость.

Боль. Снейп заранее принял зелье собственного изобретения. Он всегда принимал его перед визитами к Лорду. На всякий случай. Но время, которое прошло после приёма зелья, и сила Круциатуса ослабляли защиту. Нужно доработать эликсир… В очередной раз… А что, если добавить не пять, а семь листьев наперстянки? А что, если попробовать мешать раствор, чередуя помешивания по часовой стрелке и против неё? Что, если добавлять арнику в остывшую, а не в кипящую смесь?

Слишком много «если». А в новой пытке слишком много боли. Снейп старался держаться, отвлекаясь на собственные размышления. Получалось плохо. Он вцепился руками в край стола, надеясь не свалиться со стула.

- Тёмный Лорд не поверит, что мне неизвестно, куда Поттер отправится на каникулы. Весь Хогвартс знает, что он не отлипает от Уизли, и если они оба не торчат в школе, то мальчишка едет в Нору.

- Вот именно, Северус! Поэтому никому из Пожирателей и не должно прийти в голову искать мальчика в Норе. Вы убедите Волдеморта, что для Ордена было бы крайне неосмотрительно укрывать Гарри в таком очевидном месте, как дом его лучшего друга.

Он не сразу понял, что пытка прекратилась. Действие Круциатуса никогда не проходило мгновенно. Из уголка его рта текла тонкая струйка крови.

- Простите, мой Повелитель, — прохрипел Снейп, вытирая губы тыльной стороной ладони. — Обещаю… клянусь, подобная оплошность с моей стороны больше не повторится.

* * *

- Северус! — Нарцисса Малфой в лёгкой мантии, несмотря на пронизывающий ветер, бежала за ним до ворот поместья. Снейп остановился. — Я… это ведь я виновата… в том, что он сделал с тобой сегодня.

- Ты? — удивился Снейп. — Ты не имела отношения к месту, где Поттер проводит каникулы.

- Нет. Но Тёмный Лорд злится не только из-за Поттера. Он зол из-за Дамблдора. Это ведь я настояла, чтобы ты помог Драко, чтобы дал Непреложный Обет, чтобы не позволил моему сыну совершить то, с чем он не сможет жить дальше.

- Мы оба поступили так, как велели обстоятельства. Я ни в чём тебя не виню.

- Драко снова не пишет мне. Как он?

В её голубых глазах стояли слёзы. Длинные белокурые волосы растрепались на ветру. Она дрожала от холода, но словно не замечала этого.

- Я присматриваю за ним. — Снейп послал ей невербальное согревающее заклятие. — Не беспокойся о своём сыне. Драко не придётся разрывать свою душу, обещаю.

Кончики её пальцев мягко коснулись его щеки, отведя от лица прядь чёрных волос.

- Спасибо тебе, — прошептала леди Малфой.

- Пока не за что, — он взял её узкие ладони в свои и сжал, согревая и успокаивая. — Возвращайся в дом. Холодно.

- Наш юный друг из Слизерина так и не обратился к вам за помощью? — поинтересовался Дамблдор, внимательно глядя из-под очков-половинок.

Снейп только что закончил свой доклад о последней встрече с Волдемортом и его немногочисленными приспешниками из Ближнего круга, которые пока оставались на свободе.

- Как видите, директор. Но я, как и обещал, слежу за ним. С тех пор как Драко потерпел очередное поражение, и отравленная медовуха попала не в те руки, он не натворил ничего серьёзнее, чем не сданные вовремя домашние задания.

- А леди Малфой? Должно быть, всякий раз спрашивает о сыне?

- У нас почти не остаётся времени для бесед. Я бываю в поместье Малфоев только на собраниях Пожирателей Смерти, а не в гостях у Нарциссы.

- Да, я понимаю. И вы не пытались снова поговорить с Драко?

- Думаю, не стоит. Возможно, Драко уже близок к цели, а мои попытки вмешаться только спугнут его.

- Цель не должна быть достигнута раньше конца учебного года. И не юный мистер Малфой — не он, а вы, Северус, должны поразить эту цель.

- Директор… Я, кажется, говорил вам, что не страдаю провалами в памяти.

- Не злитесь, Северус. Вы не в том положении, — безапелляционно заявил Дамблдор. — Да, пока я не могу вплотную подойти к разгадке одной из главных тайн Волдеморта, но хочу надеяться, что это лишь вопрос времени.

- Однако вы по-прежнему не считаете нужным посвятить меня в эти тайны.

- Верно. Не считаю. Всему своё время. Я говорил вам, что попросил Гарри раздобыть для меня одно воспоминание Горация Слагхорна, которым тот слишком уж сильно не желает ни с кем делиться. Пока вам этой информации достаточно.

- Я сделал всё, что в моих силах, директор. Мы с вами сделали всё, что в наших силах, чтобы Поттер смог попасть к Слагхорну в коллекцию. Но я говорил вам, и повторю снова: Гораций и без моего вмешательства пригласил бы Поттера в свой элитный клуб.

- В любом случае, вы сделали верный ход, Северус, отдав мальчику свой учебник. Ваш благородный поступок уже принес плоды.

- Какие же? — Снейп недоверчиво поднял брови.

- Ну, вы ведь не станете отрицать, что Рональд Уизли остался жив только благодаря Гарри? Мальчик смог своевременно оказать помощь своему другу.

Лицо Снейпа исказила гримаса отвращения.

- Умоляю, профессор! — зло бросил он. — Неужели вы всерьёз думаете, что без вмешательства нашего Избранного Слагхорн не помог бы Уизли сам?

- Несомненно. Но драгоценное время было бы упущено.

- И всё-таки, задание, что поручили ему вы, мальчишка так и не выполнил. Если бы вы поделились со мной чуть большим количеством информации, уверен, я смог бы помочь вам справиться с загадками намного быстрее, чем это сделает бездарный Поттер. Если вообще сделает.

- Безусловно, я высоко ценю вас, Северус, и обязан вам хотя бы тем, что до сих пор жив. Но Гарри ещё никогда не подводил меня, — заверил директор. — Задание Гарри — это только его задание. И мы с вами давно всё выяснили.

- Не понимаю, к чему такие сложности? Несколько капель Веритасерума в любой напиток, и Слагхорн сам отдаст вам все свои воспоминания.

- Но вы же знаете, что это незаконно! А кроме того, подумайте, как я буду смотреть в глаза Горацию, если поступлю с ним подобным образом?

Снейп мрачно усмехнулся.

- После смерти — не всё ли равно?

- Ну, какое-то время мне ещё придётся пожить. Но даже после смерти… как я буду смотреть на старого друга со своего портрета?

- Так же, как смотрите в глаза мне с тех пор как взяли слово убить вас. Так же, как.., — Снейп поспешно отвёл взгляд от пристально наблюдающего за ним Дамблдора. — Так же, как столько лет смотрите в глаза Поттеру, зная, что тот обречён.

Директор помолчал, грустно улыбаясь.

- Печально, Северус, — наконец тихо проговорил он. — Печально, что всё лучшее, что в вас есть, открывается лишь в те моменты, когда случается непоправимое.

- Пока непоправимого не случилось, — ответил Снейп. Внезапно он понял, что образ, мелькнувший перед внутренним взором, принадлежит вовсе не сыну Лили Эванс. И даже не ей самой.

- Кстати, я заметил, что вы с Селеной Ноктэм стали близкими друзьями? — словно в ответ на непрошеные мысли вдруг спросил Дамблдор, заставив Снейпа невольно вздрогнуть.

- По стечению обстоятельств и вашему выбору мы оба работаем в Хогвартсе, так что встреч в Большом зале и в учительской нам с профессором Ноктэм не избежать.

- А так ли вам хочется избегать встреч с ней?

- Я не понимаю…

- Понимаете, Северус, — голубые глаза за очками-половинками испытующе смотрели на Снейпа. — Вы всё отлично понимаете.

Он не собирался говорить о Селене ни с кем, тем более с Дамблдором. Они всеми силами старались сохранить всё, что было между ними, в тайне. Но теперь он не был уверен, что директор с его проницательностью и неуёмной тягой быть в курсе всех школьных и не только дел, ни о чём не догадывается. Снейп понимал, что сам виноват в этом. Он не остановился тогда, в рождественскую ночь, позволив животному желанию взять верх над здравым смыслом. Он не нашёл в себе силы прекратить это: ни в каникулы, большую часть которых они с Селеной провели в его постели, ни после каникул, когда их встречи стали намного реже, но оттого только желаннее и горячее. Он так и не смог заставить себя поставить точку.

- Я лишь хотел узнать о профессоре Ноктэм как можно больше, — бесстрастно ответил он. — Как вы помните, у меня было немало подозрений на её счёт.

- Узнали?

- Чего вы хотите, директор? — Снейп снова начал злиться. — Чтобы я прекратил разговаривать с ней? Боюсь, это невозможно пока мы оба Хогвартсе.

- Ну что вы, Северус, вовсе нет! Напротив, я очень рад, что вы с Селеной… подружились. Но будьте осторожны. Помните, что наши с вами беседы и все те сведения, что вы, рискуя жизнью, добываете для Ордена, не должны выходить за пределы моего кабинета.

- Я пока не сошёл с ума, чтобы посвящать посторонних в дела Ордена.

- Очень надеюсь на ваше хладнокровие. Не следует открывать для Волдеморта новые источники информации. И вы, как никто другой, понимаете, насколько это важно. Конечно, я ничуть не сомневаюсь в способностях Селены к окклюменции, иначе не пригласил бы её преподавать этот предмет, но сейчас она ослаблена, а потому уязвима. Селена ведь не так давно перенесла страшный удар.

- Вы имеете в виду… то, что случилось с её мужем? — осторожно спросил Снейп.

- Да. Безумно жаль, что всё закончилось так печально. Чудесный был волшебник. Но однажды он совершил роковую ошибку, за которую поплатился собственной душой. А ведь они с юной мисс Блэк были созданы друг для друга. Я даже присутствовал на их свадьбе. Они всегда были счастливы. Подумать только, настоящая любовь, такая чудесная пара, такая красивая история… и такой трагичный финал. Но Селена достойно выдержала и этот удар судьбы. Она очень сильная, и в этом вы с ней похожи.

- Неужели?

- Поверьте старому человеку, — подмигнул Дамблдор. — Я повидал в этой жизни побольше вашего. И знаете что, Северус… Война закончится раньше, чем вы думаете. А после войны каждый получит право стать счастливым.

- Каждый, кто выживет.

- Главное, чтобы было ради чего выживать. Сила любви порой творит немыслимые чудеса. Но пока война продолжается, вам не следует забывать, как и почему вы оказались втянуты в эту войну. Как и почему вам досталась именно ваша роль. И ради чего вы много лет назад поклялись мне пройти весь этот нелёгкий путь до конца.

- Да… я… я помню, — хрипло проговорил Снейп.

- Мы оба понимаем, Северус, что даже если меня не убьёте вы или кто-то из свиты Волдеморта, это всё равно сделает проклятие. Однако я очень хочу надеяться, что и у вас, и у Селены впереди куда больше времени, чем у какого-то жалкого старика.

В отношении себя Снейп совершенно не был уверен в последнем. Он быстро попрощался с директором и отправился патрулировать коридоры, надеясь, что хотя бы эта ночь пройдёт без происшествий и позволит ему спокойно обдумать всё сказанное и услышанное за сегодняшний вечер.

Селена заканчивала проверять рефераты. Туманы мерцали бледной серебристой пеленой. Конечно, окклюменция требовала в основном практических занятий и самоподготовки. Но Селена была убеждена, что теоретическая база, включая историю и труды известных окклюменистов прошлого и настоящего, поможет ученикам понять её предмет гораздо лучше, чем пустые слова о том, как в наше сложное время важно не попасть под чужое влияние.

Подобные речи она и вовсе считала самым, что ни на есть, влиянием. С той лишь разницей, что это было влияние стороны, называющей себя «справедливостью». Только вот что есть эта самая «справедливость»? Тёмный Лорд и его сторонники истребляют магглов и магглорождённых, а авроры не щадят никого, в том числе и чистокровных волшебников, вставших не на ту сторону. Или не сумевших доказать свою непричастность. И у обеих сторон своя правда, своя ложь, своя, порой чрезмерная, жестокость и своя грязь, как бы одна из этих сторон ни старалась казаться исключительно светлой и правильной. Авроры, порой прикрываясь великой целью очистить мир от тёмной магии, действовали не менее грязными методами, чем Пожиратели Смерти. Хватали и осуждали невиновных только за то, что их близкие примкнули к Тёмному Лорду.

И пусть её мужа, действительно, было в чём обвинить (хотя и за гораздо большие жертвы Пожиратель мог отделаться заключением в одной из волшебных тюрем), но вместе с Антаресом авроры схватили и его студента, семья которого жила неподалёку. Мальчишке едва исполнилось семнадцать. Он лишь пришёл в тот роковой вечер домой к профессору Ноктэму, чтобы одолжить редкую книгу, а стал случайным свидетелем учинённой расправы. А ведь парень, рискуя жизнью, даже пытался остановить своего профессора. Не помогло. Сгинул в Нурменгарде вслед за учителем. За Селену после тех событий поручился Дамблдор. Иначе и ей, как жене опасного преступника, приговорённого к поцелую дементора, тоже грозило бы разбирательство. И неизвестно, каким мог оказаться итог.

Разумеется, Селена не стала делиться своими соображениями с Дамблдором, и даже в беседах со Снейпом как-то упомянула об этом лишь вскользь. Она предпочла бы и вовсе остаться в стороне от Второй магической войны, только это было невозможно. Особенно здесь, в Хогвартсе.

Поставив «удовлетворительно», она отложила в сторону очередной свиток, подписанный «Р. Уизли», и, подавив зевок, принялась за последний на сегодня пергамент — домашнее задание Гарри Поттера. Всякий раз, проверяя его работы или наблюдая за ним на уроках, Селена поражалась, как этот, в общем-то, посредственный и не особенно старательный студент мог совершить практически в одиночку все те подвиги, которые разве что пока не вошли в учебник по истории магии. Может, ему попросту лень выполнять задания только ради оценок? Нужна либо реальная угроза жизни, либо шанс заработать славу, как, например, в квиддиче?

Поколебавшись пару секунд между «выше ожидаемого» и «удовлетворительно», профессор Ноктэм всё же остановилась на последнем, бросила свиток к другим уже проверенным, и снова зевнула, несмотря на ранний час. Ночных дежурств прибавилось: Дамблдор настоял, чтобы преподаватели патрулировали школьные коридоры по двое. Учебная программа требовала корректировок, а домашние задания — проверок. А редкие свободные ночи она старалась теперь проводить в спальне слизеринского декана. Он почти никогда не позволял ей оставаться до утра, чаще она набрасывала дезиллюминационные чары и уходила к себе глубоко за полночь.

Первое время она думала, что их связь — лишь недолгая ничего не значащая интрижка, как случались у неё с другими мужчинами. Антарес не догадывался ни об одном из них. Но с каждой встречей она понимала, что привязывается к новому любовнику всё сильнее, начинает скучать по нему. А что ещё хуже, искренне переживает, день за днём наблюдая, как он становится всё более замкнутым, напряжённым, бледным, усталым. Возможно, для других учителей, а особенно для студентов, большинство из которых всегда желало Снейпу мучительной смерти, в мрачном облике строгого неприятного преподавателя защиты от Тёмных Искусств ничего не изменилось. Он ведь умело скрывал то, что порой чувствовал на самом деле, закрываясь даже от Селены. Но ей становилось всё труднее делать вид, что она ничего не замечает. И ещё сложнее — что ей безразлично его состояние.

Снейп никогда не говорил с ней о том, что происходит за стенами замка. Но легилименцию она по-прежнему не рассматривала: он всегда выстраивал слишком надёжную защиту. Даже в минуты близости она могла уловить только слабые отголоски его настоящих эмоций, хотя сама в эти моменты не закрывалась от него никогда. Скорее наоборот, старалась по максимуму передать всё, что чувствовала.

Впрочем, она и сама представляла, где ему приходится бывать. Она как никто другой знала, как действует Чёрная Метка. И знала, что нет бывших Пожирателей Смерти. Только мёртвые.

Селена понимала, что развязка близка, что совсем скоро здесь — в Хогвартсе — произойдёт нечто такое, что навсегда изменит жизнь школы и всего магического мира. Дамблдор явно был болен и редко покидал свой кабинет. МакГонагалл ходила мрачнее тучи с выражением крайнего беспокойства на серьёзном лице. Тревожились и другие учителя: Селена улавливала это в их мыслях. Слагхорн создавал видимость бодрого настроения, но при одном только взгляде на него становилось понятно, что он смертельно напуган. А Снейп… Последнюю неделю он исчезал из школы несколько вечеров подряд, а вернувшись, сразу спешил к Дамблдору и подолгу не покидал его кабинета. Сегодня за завтраком в Большом зале он даже не притронулся к еде, а едва встретив приветливую улыбку Селены, тут же отвёл потухшие чёрные глаза.

- В Хогсмид? Зачем? Закажи всё, что тебе нужно, по каталогу, — велел он ей при последней их встрече. Это было почти две недели назад. С тех пор у них больше не находилось времени друг для друга.

- Хочу прогуляться.

- Не самое подходящее время для прогулок.

- Брось. Ну что может со мной случиться? Я отлично владею дезиллюминационными чарами, ты же знаешь.

- Знаю. Но я не хочу, чтобы ты подвергала себя риску без необходимости.

- А при необходимости можно? — поддразнила она, гладя подушечками пальцев его напряжённое лицо. Он почти никогда не терпел подобных нежностей.

- Я не шучу, — напрягся Снейп.

- Вы что же, в самом деле, беспокоитесь обо мне, профессор?

В самом деле… Она давно перестала бояться. Иногда ей казалось, что всё зло, которое могло произойти, в её жизни уже происходило. Проклятия, убийства, смерти, ненависть, непростительные заклятия. Всё, что несло только боль и потери. Всё, что она с детства привыкла тщательно скрывать ото всех за спокойствием и улыбкой.

Последний год обучения выдался самым сложным. Даже успевающие студенты едва справлялись с горами домашних заданий. Но о свободном времени семикурсники и мечтать не могли, особенно те, кто был в школьных командах по квиддичу. Сегодня слизеринцы провели очередную тренировку. Несмотря на подбадривания капитана, Селена Блэк осталась крайне недовольна собой. После третьей за неделю тренировки под мокрым снегом она чувствовала себя выжатой как лимон. Переодевшись, она поплелась в библиотеку писать реферат для МакГонагалл, но нужные мысли упорно не шли. Подступала головная боль. Над правой бровью ощущалась пока ещё слабая пульсация. К неудовольствию проходившей мимо мадам Пинс Селена со стуком захлопнула толстенную книгу о трансфигурации, свернула пергамент и, решив, что развеять тяжесть в голове поможет только прогулка по пустым школьным коридорам, покинула библиотеку.

Когда она посмотрела на часы, была уже четверть десятого. Попадаться на глаза дежурным преподавателям или Филчу совсем не хотелось и Селена, не забывая об осторожности, поспешила в слизеринское подземелье.

- Блэк! — мерзко ухмыляясь, из пустого класса выскочил Эд Эрбфинд — староста её факультета. Оказался здесь случайно или следил за ней?

Он учился курсом младше. Он ненавидел её четвёртый год подряд: с тех пор, как его бабка сочла внука достаточно взрослым, чтобы посвятить в страшную семейную тайну. Тогда Эд ещё не обладал властью старосты и владел магией слабее Селены, но лютая злоба послужила отличным стимулом к совершенствованию. Очень скоро они стали равными соперниками. С той лишь разницей, что Селена никогда не нападала первой, хоть их ненависть и была взаимной. Полукровка Вельма Эрбфинд во время учёбы в Хогвартсе была безответно влюблена в Альнилама Блэка. Она собиралась опоить Альнилама любовным напитком, но тот не пришёл на свидание. Вскоре он и вовсе покинул Британию, надолго отправившись путешествовать. Вернулся Альнилам уже с будущей женой — Селеной Прата. Отвергнутая Вельма не смогла его простить и жестоко отомстила обоим: и возлюбленному, и ненавистной разлучнице. Оба они и их младший сын заживо сгорели в Адском пламени, а старшая дочь, спасшаяся только по досадной случайности, оказалась проклята навсегда. Сын Вельмы — Эд — поклялся уничтожить Селену Блэк. Но прежде заставить её порядком помучаться.

Они не в первый раз сталкивались лицом к лицу, но прежде Селене удавалось выходить из таких столкновений если не победителем, то, по крайней мере, без особых потерь. Но после отбоя в абсолютно пустом коридоре они за все годы не встречались ещё ни разу. Как староста он был вправе сдать её декану за позднюю прогулку, но она прекрасно понимала, что об этом он подумает в последнюю очередь. Если подумает вообще. Селена мгновенно выхватила волшебную палочку.

- Ступефай! — выкрикнул её соперник.

- Протего! — она отбила заклятие щитовыми чарами.

Следующее невербальное заклинание мощной волной пробило её невидимый щит и ударило в живот, словно кулаком. От боли девушка вскрикнула и согнулась пополам.

- Экспеллиармус! — волшебная палочка вылетела из слабеющих пальцев. — Силенцио! — её крик резко оборвался, не достигнув пика. — Кричи. Кричи, сколько хочешь. Никто тебя не услышит.

Она не успела дотянуться до выпавшей из рук палочки: Эд отшвырнул её ногой и злорадно рассмеялся.

- Не выйдет! На этот раз тебе никто не поможет. Круцио!

Боль, мгновенно наполнившая всё тело, по силе была несравнима с прежним ударом. Несравнима с падением с метлы. Несравнима ни с одним болевым ощущением, что она успела испытать за недолгую жизнь. Селена сжала кулаки и зашлась в безмолвном крике.

- Понравилось? Ты грязь, Блэк. Упиваешься своей принадлежностью к знаменитому роду? Да весь твой род, все Блэки и ты сама — вы всего лишь грязь. Круцио!

Много лет назад Беллатриса, играя, попробовала Круциатус на случайно оказавшейся рядом кузине. Но та короткая вспышка боли не шла ни в какое сравнение с тем, что Селена чувствовала теперь. Словно внутри неё оказалось заперто чудовище со стальными когтями и острыми шипами, которое старательно вырывалось наружу.

- Моя мать восемь лет страдает в Азкабане! А всё из-за твоей паршивой семейки! Ты должна была сгореть вместе со своей мерзкой матерью! И с этим подонком — твоим папашей. Отродья! Все Блэки — отродья!

Сопротивляться. Не позволить врагу одолеть себя. Тело становилось всё слабее, но в миг, когда она уже готова была провалиться в спасительное забытьё, всё внезапно стихло. Ненавистный голос Эрбфинда, жуткий вой в ушах, собственный крик, который хоть и оставался безмолвным, но был прекрасно слышен ей самой. Боль сменилась страшной усталостью. Селена лежала на полу не в силах открыть глаза.

- Блэк! — она услышала голос, который хотела бы сейчас слышать меньше всего. — Мисс Блэк! Селена… Ты… Вы меня слышите? — декан Слизерина бросился на пол рядом с девушкой.

- Да, сэр, — Селена слабо пошевелилась и попыталась сесть.

Эд воспользовался тем, что случайный свидетель его злодеяния занят жертвой, и поспешил поскорее убраться прочь.

- Стоять, Эрбфинд! — ледяной голос молодого мастера зелий пригвоздил его к полу не хуже обездвиживающего заклятия. Снейп поднялся на ноги и теперь угрожающе возвышался над своим студентом. — Вы думаете, если я — ваш декан, то позволю вам безнаказанно применять непростительные заклятия?

- Но… профессор Снейп, я староста! А эта Блэк только и делает, что нарушает правила. Сегодня она опять ходила по школе после отбоя и не желала отправляться в спальню. Она пыталась заклясть меня Импе...

- Лжец! — выкрикнул Снейп.

- Вы мне не верите, профессор? — нагло заявил Эд.

- Если вы ещё раз посмеете тронуть кого-то из учеников непростительным заклятием, — сквозь зубы проговорил Снейп, — я лично позабочусь, чтобы вас в тот же день вышвырнули из Хогвартса прямиком в Азкабан.

- Но сэр! Я…

- Молчать! Акцио, волшебная палочка! — Эрбфинд испуганно стиснул рукоятку своей, но Снейп подобрал валявшуюся в нескольких метрах палочку Селены и протянул хозяйке.

Дрожащей рукой Селена забрала свою волшебную палочку, случайно коснувшись его пальцев.

В коридоре раздались шаги и знакомые голоса. МакГонагалл, а за ней и Дамблдор спешили к слизеринской компании.

- Так дальше продолжаться не может, Альбус, — возмущалась заместитель директора. — Если это Пивз опять расшумелся… О Мерлин! Блэк, что с вами?

- Всё в порядке, профессор, — она уже поднялась на ноги и постаралась придать своему голосу бодрости.

- Объясните, Северус, что здесь происходит? — потребовал Дамблдор.

- Здесь происходит то, господин директор, — начал Снейп, — что староста моего факультета считает правильным наказывать нарушителей при помощи…

- Профессор Снейп, позвольте мне всё объяснить, — перебила Селена. — Я делала домашнюю работу в библиотеке, поэтому немного задержалась после отбоя. Я уже бежала в нашу гостиную, но Эд поймал меня здесь, в коридоре. Он ведь староста. Мы повздорили, ну и… в общем, вышла небольшая дуэль.

Нет. Она ни за что не доставит Эрбфинду такого удовольствия. Не станет жаловаться и просить помощи, как не делала этого три с лишним года.

Глаза Снейпа вспыхнули от негодования. Словно забыв, что и сам он, будучи студентом, никогда не жаловался директору на Поттера и его свиту, декан кинулся в атаку.

- Мисс Блэк, вы уверены, что всё было именно так, как вы пытаетесь нам представить?

- Уверена, — упрямо ответила Селена, выдержав его взгляд.

- Может, всё-таки подумаете получше? — продолжал настаивать Снейп.

- Мне больше нечего добавить, сэр.

- Вас нужно немедленно отвести в больничное крыло, мисс Блэк, — вмешалась МакГонагалл.

- Не нужно. Я в порядке.

- Уверены?

- Да.

- Мистер Эрбфинд, вы — староста! — строго проговорила МакГонагалл, обернувшись к испуганному ученику. — Вы что, не знаете школьных правил?

- Я… я.., — начал заикаться тот.

Под не сулящими ничего хорошего взглядами директора и его заместителя Эрбфинд растерял прежнюю уверенность. Если он ни во что не ставил молодого декана своего факультета, то гнева МакГонагалл и Дамблдора боялся, как и все ученики.

- Так я вам их напомню, — с готовностью продолжила МакГонагалл. — Если вы заметили студента, разгуливающего по школе после отбоя, вы должны сообщить его декану о нарушении. Но не более того. Никаких дуэлей! Вас, мисс Блэк, последнее тоже касается. Я снимаю со Слизерина десять баллов. Надеюсь, у вас нет возражений, Северус?

- Нет, — хрипло отозвался Снейп.

- Вот и отлично. А наказание для мистера Эрбфинда определите сами. На вашем месте я бы подумала о том, чтобы лишить этого студента звания старосты.

- Приму к сведению ваш совет, профессор, — кивнул Снейп.

- Мисс Блэк, — теперь учёная дама обеспокоенно всматривалась в бледное лицо Селены, — может, вас всё-таки проводить в больничное крыло?

- Я лучше пойду к себе, профессор МакГонагалл.

Во всём теле чувствовалась тупая ноющая боль, голова, казалось, была готова расколоться на мелкие осколки. Больше всего Селене сейчас хотелось остаться одной. Но это оказалось непросто.

- Я провожу мисс Блэк в её комнату, — заверил Снейп.

- Не нужно, — начала Селена. — Я сама могу…

Он настойчиво перебил её:

- Идёмте.

Проигнорировав поданную руку и стараясь не смотреть на него, Селена направилась в сторону слизеринского подземелья. Декан молча следовал рядом. В какой-то момент у неё закружилась голова, вынудив схватиться за стену. Радовало только одно: лестница была узкой, и шедший чуть впереди провожатый ничего не заметил.

Спустившись вниз, она свернула к гостиной, но Снейп остановил её:

- Нет. Идёмте со мной.

- Сэр…

- Не спорьте, Блэк.

Она последовала за деканом. Он впустил её в свой кабинет и взмахнул волшебной палочкой: в его руке появился пузырёк с бледно-сиреневым полупрозрачным зельем.

- Возьмите. Выпейте прямо сейчас, — он протянул ей флакон, она молча взяла его. — Полностью действие Круциатуса это зелье не уберёт, но немного облегчит последствия. Что вы стоите? Пейте. Я не собираюсь вас травить, хотя следовало бы за вашу ложь.

Изо всех сил стараясь сдержать непроизвольную дрожь в пальцах, Селена вытащила пробку и одним глотком проглотила горьковатую жидкость. Она действительно сразу почувствовала себя лучше.

- Спасибо, профессор Снейп.

- Теперь я отведу вас к себе. И не смейте спорить.

Они снова вышли в пустой коридор и остановились напротив того места, где в каменной стене открывался вход в гостиную Слизерина.

- Вы точно в порядке, мисс Блэк? — спросил он.

- Да.

Чёрные глаза пронизывали насквозь. Селене показалось, что, несмотря на её попытки закрыть сознание, он видит правду. И что на собственном опыте знает, каково, на самом деле, её состояние.

- Завтра у вас зельеварение первым уроком. Можете не приходить. Вам следует выспаться и отдохнуть.

- Я никогда не пропускаю уроков, — сдержанно отозвалась Селена. Ей хотелось поскорее избавиться от общества декана. — Змееуст. — Услышав пароль, часть стены отъехала в сторону, открывая проход. — С вашего позволения, сэр. Спокойной ночи.

Сейчас, столько лет спустя, Селена почему-то вдруг вспомнила этот эпизод. Наверное, именно тогда она увидела, каким может быть Северус Снейп. Не только жёстким, не ведающим страха и жалости монстром, каким он до сих пор оставался для большинства студентов, а волшебником, готовым при первой же опасности броситься на помощь, спасти, защитить, облегчить боль. И пусть даже проделать всё это в своей излюбленной саркастичной манере.

Селена посмотрела на часы. Вечером она собиралась встретиться в Хогсмиде с Миртой Мальсибер. Они с лучшей школьной подругой часто обменивались письмами и подарками к праздникам, но не виделись почти год. Нужно спешить. Что-то она слишком долго предавалась воспоминаниям и меланхолии. Пора немного развлечься. Селена накинула дорожную мантию, бросила быстрый взгляд на своё отражение в большом зеркале у дверей и вышла в коридор.

Спускаясь по лестнице, она заметила мелькнувший силуэт Драко Малфоя. С ним был кто-то ещё, она не разглядела. Окружив себя дезиллюминационными чарами, Селена свернула туда, где скрылся племянник и его спутники. Или спутницы. Две девочки, совсем ещё юные, вряд ли старше первого курса. Странно. С чего бы Драко вдруг стал водить дружбу с одиннадцатилетними девчонками? А кроме того… Она вела уроки у студентов всех курсов и факультетов, у неё была отличная память на лица. Она никогда не видела этих девочек на своих занятиях. Она никогда не видела их в школе.

Селена бесшумно подкралась поближе и настроилась на их мысленный фон. Мерлин… Она не поверила тому, что открылось ей. Рядом с племянником были вовсе не неизвестные первокурсницы, а его верная свита: Винсент Крэбб и Грегори Гойл.

* * *

С каждым разом собрания Пожирателей Смерти становились всё продолжительнее и жёстче. Тёмный Лорд порой впадал в неистовство от невозможности немедленно убить Гарри Поттера и наконец вернуть себе былое могущество. Он карал слуг из Ближнего круга с утроенной силой. Особенно доставалось Яксли, на которого, как на своего главного шпиона в Министерстве, Лорд рассчитывал больше прочих. Но и других он не щадил. Разве что Беллатрису Лестрейндж, всякий раз приводя в пример остальным её кровожадность и преданность. Она с готовностью помогала своему Повелителю мучать предателей крови и магглорождённых: последнее время показательные пытки и убийства стали неотъемлемой частью собраний. И даже когда Тёмный Лорд призывал одного только Снейпа, в итоге он часто заставлял его смотреть на расправу над очередным пленником. А порой и принимать в расправе непосредственное участие.

Окклюменция требовала всё больших сил. Против Яксли, против Роули или Селвина, против любого из Пожирателей он бы выстоял с гораздо меньшими потерями. Даже против Беллатрисы, которая не перестала скрывать своего недоверия и после того как лично скрепила их с Нарциссой Непреложный Обет. Но закрывая сознание от Тёмного Лорда, он тратил, наверное, всю энергию, что успевал накопить за недолгие часы отдыха. Порой Снейпу казалось, что Волдеморт видит его насквозь, что прекрасно знает, кому на самом деле предан его «верный» слуга. Что Волдеморт тоже ведёт свою игру, где его — Снейпа — роль вот-вот завершится. Он не боялся умереть. После того, что случилось шестнадцать лет назад, смерть потеряла для него своё мрачное величие. Но он боялся не успеть исполнить клятвы, принесённые Дамблдору, Лили, Нарциссе и себе самому. Клятвы, от которых зависело будущее всего волшебного мира. А может, и мира магглов вместе с ним.

Аппарировав на окраину Хогсмида, Снейп не удержался на ногах. Сегодня в поместье Малфоев ему снова пришлось вытерпеть вспышку гнева Тёмного Лорда. Правда, усовершенствованное зелье в этот раз справилось с задачей намного лучше. Он сделал пару глубоких вдохов. Холодный ночной воздух немного прибавил сил. Снейп поднялся, отряхнул дорожную мантию и не спеша побрёл в сторону возвышающейся на горизонте тёмной громады замка.

Снова это дурацкое чувство, когда ты не хочешь видеть абсолютно никого, только поскорее добраться до своей гостиной, рухнуть на диван, не раздеваясь, и провести остаток ночи в тишине и одиночестве. Но в то же время, отчаянно желаешь, чтобы рядом оказался хоть кто-нибудь, кто не ждёт невозможного, не задаёт вопросов, не упрекает, не требует.

Кто-нибудь, для кого захочется развести огонь в камине, чтобы согреть холодное подземелье. С некоторых пор у этого «кого-то» было имя…

Проклиная себя за вспышку меланхолии. Снейп сжал кулаки так, что ногти впились в ладони. Слабость непозволительна, особенно сейчас, когда каждый день, каждый миг может стать решающим. Для Дамблдора, для Волдеморта, для Поттера. Для всего, будь он проклят, волшебного мира.

Снейп вдруг почувствовал слева от себя какое-то движение. Рука инстинктивно сжала рукоять волшебной палочки. Он остановился и огляделся. Рядом с ним материализовалась тёмная фигура, из-под капюшона выбивалось несколько длинных жемчужных прядей.

- Ты? — удивился Снейп. — Что ты здесь делаешь?

- Я могла бы спросить тебя о том же, но заметь, не спрашиваю, — парировала Селена.

- Где ты была? — строго спросил он.

- В Хогсмиде. Я же тебе говорила, что собираюсь прогуляться в деревню, — она подняла руку в предостерегающем жесте. — Да, я помню, что выходить из замка крайне опасно. Можешь не повторять.

- Если бы ты прислушивалась…

- Не забывайте, профессор, я давно не ваша студентка, — Селена зябко поёжилась. — Пойдём в замок. Сегодня холодная ночь, совсем не по-весеннему.

Снейп мгновенно согрел её тем же заклятием, что недавно леди Малфой, и они молча пошагали к главным воротам. Он опять обратил внимание, как всё-таки они с Нарциссой похожи. Словно родные сёстры.

- Тебе нужно больше практиковаться в окклюменции, — заговорил он.

- Практиковаться мне?! — искренне удивилась Селена. — Ты шутишь или издеваешься? Вообще-то я, если ты не забыл, преподаю основы окклюменции.

Снейп саркастически хмыкнул.

- Студенты в большинстве своём ленивы и не способны ни к окклюменции, ни к легилименции.

- Напрасно ты так считаешь. Могу назвать минимум троих очень способных ребят. И даже не слизеринцев.

- Очень рад за Гриффиндор, — съязвил Снейп.

- Не угадал, — засмеялась Селена. — Лидирует пока Равенкло. Брось, Северус. Ты тоже не всегда был великим окклюменистом.

- Я и сейчас не страдаю манией величия.

- Кстати, есть мнение — не моё, моего учителя, но, как мне кажется, вполне верное — что способности к защите своего сознания и к проникновению в чужое сродни метаморфизму. То есть, научиться этому в полной мере невозможно, нужно родиться с этим даром.

Она давно собиралась поделиться со Снейпом теорией Амадеуса Ноктэма, которую тот, к великому сожалению, так и не успел оформить в научный труд. Снейп задумался.

- Интересная теория, — наконец ответил он. — Но я всё же склонен считать, что закрывать свой ум от проникновения извне можно научиться, даже не обладая этим даром от рождения. Разумеется, если много и усердно заниматься.

- Согласна. Одного таланта недостаточно, во всём нужен опыт.

- Вот именно.

- Меня ты тоже считаешь ленивой и неспособной?

- Нет, но уверен, ты можешь закрываться гораздо лучше.

- Научите, профессор? — лукаво улыбнувшись, спросила она, взяла своего спутника под руку и склонила голову к его плечу. — Обещаю, я буду прилежной студенткой.

- Я серьёзно, Селена, — почти шёпотом проговорил Снейп, нервно оглядываясь по сторонам. Дорога была по-прежнему пуста.

Селену позабавила его реакция.

- Боишься, что кто-нибудь увидит, как сам Гроза Подземелий — профессор Снейп — не спеша, прогуливается в обнимку с профессором Ноктэм? — поддразнила она.

- Селена.., — прошипел он.

- Ладно, ладно, не буду портить Вашу репутацию, сэр.

Она выпустила его из объятий, чуть отстранилась и совершенно серьёзно продолжила:

- Обещаю с сегодняшнего дня ещё больше практиковаться в окклюменции.

- Ты ведь понимаешь, насколько опасные сейчас времена. Я хочу, чтобы ты в любой ситуации сумела себя защитить.

- Я понимаю, Северус. Можем попробовать прямо сегодня, как в школу вернёмся. Заодно и оценишь, достойный ли я преподаватель своего предмета.

- Ты вполне можешь практиковаться и без меня.

- Боишься, что я узнаю твои сокровенные тайны? — она вернула шутливый тон.

- Чтобы этого не произошло, у меня всегда под рукой Омут Памяти.

- В таком случае, я тоже воспользуюсь своим. Тогда мы будем на равных.

- Занимайся сама. Тебе давно не нужны учителя.

Он знал, что Селена никогда не пыталась проникнуть в его сознание, только однажды, в рождественскую ночь, отражая его же атаку. Да и вышло это, скорее, случайно. Снейп тоже больше не касался её разума, хоть временами он и испытывал такой соблазн, когда, мучаясь бессонницей, наблюдал за ней спящей. В те редкие ночи, когда она оставалась у него до утра. Он мог с лёгкостью проделать это незаметно, а даже если бы она проснулась не вовремя, всегда можно было подкорректировать ей память.

Они миновали патрульный пост у главных ворот и уже подходили к школе.

- И всё-таки я не понимаю, Северус, почему ты вдруг заговорил об этом. Что-то случилось?

Но узнать этого Селене не довелось. На ступеньках замка их поджидала встревоженная Минерва МакГонагалл.

- Наконец-то! Я полдня жду вас, Северус! Нашли время для прогулок! — обратилась к Снейпу учёная дама, а остановившуюся рядом с ним Селену смерила строгим взглядом, словно провинившуюся студентку.

- Полдня? — Снейп выразительно посмотрел на часы. — Я покинул школу в семь вечера.

- Я была в Хогсмиде, профессор. Забирала книги.

Селена действительно успела забежать в «Фолианты и свитки»: два тяжёлых тома зависли в воздухе рядом с ней.

- Вы могли заказать книги по каталогу с доставкой совиной почтой, — подсказала МакГонагалл.

- Обычно я так и делаю, но в этот раз я искала редкие издания, и сначала мне хотелось взглянуть на них самой.

- Так, что случилось, профессор? — нетерпеливо отвлёк дам от беседы Снейп. Все трое уже поднимались по главной лестнице. — Опять кого-то отравили или прокляли?

- Мерлин с вами, Северус! Вы так говорите, будто у нас мало проблем и без нападений на учеников на территории школы. Но… У вашего студента — Джорджа Конелли — исчезла старшая сестра, а их тётю — Эвелин Конелли — нашли мёртвой рядом с осквернённой могилой её родственников.

- Эвелин Конелли?! — ужаснулась Селена. — Не может быть…

- Вы знакомы? — спросила МакГонагалл.

- Конечно. Она училась двумя курсами младше. Мечтала попасть в команду по квиддичу. Я тренировала её и хорошо знала.

- Соболезную, — сухо отозвалась гриффиндорский декан.

- Конелли? — переспросил Снейп. На его лице не отразилось никаких эмоций. — Но ведь его семья — чистокровные волшебники.

- Поговаривают, что его сестра собиралась тайно выйти замуж за маггла. Возможно, Эвелин хотела спрятать их у себя, но подробностей я не знаю. Знаю только, что родители Джорджа намерены немедленно забрать сына домой.

- Но зачем? — удивился Снейп. — Ведь нападения на его родственниц случились за пределами школы. Здесь мой ученик гораздо в большей безопасности.

- Вы должны немедленно подняться к Дамблдору, Северус. Поговорите с директором, а заодно и с родителями вашего ученика. А вы, Селена, подмените меня на дежурстве, пока я не освобожусь. Конелли прибудут с минуты на минуту, мне нужно их встретить.

- Конечно, профессор, — кивнула Селена. — Только забегу в свой кабинет на минутку.

Она подхватила книги и, быстро взглянув на Снейпа, отправилась к себе.

* * *

Селена освободилась лишь три часа спустя, успев за время дежурства снять баллы с четверых любителей разгуливать по школе после отбоя. Последний — гриффиндорец с пятого курса — неделю назад заработал наказание и на её уроке. Нарушитель попытался возразить и заявил, что не смотрел на часы, потому что был занят подготовкой к экзаменам в библиотеке, но завидев приближающегося к ним Снейпа, поспешно пробормотал: «Простите, профессор Ноктэм» и побежал в направлении гриффиндорской башни.

- Опять ночные прогулки? — раздражённо спросил декан Слизерина. — Иногда мне кажется, что только студенты Гриффиндора страдают клаустрофобией и бессонницей.

- Справедливости ради замечу, что в прошлое дежурство мне попались двое с Хаффлпаффа и Равенкло. Правда… у этой парочки были гораздо более романтические причины сбежать из своих гостиных, — с привычной невозмутимостью отозвалась Селена. — Как семья Конелли?

- Напуганы. Но мы с директором смогли убедить их оставить сына в Хогвартсе.

- Не сомневалась, что они к тебе прислушаются.

- Они пробудут здесь до завтрашнего вечера. Я только что проводил их в гостевую комнату.

- А здесь ты как оказался? Спальни для гостей в другом крыле замка.

- МакГонагалл просила тебя найти и сказать, что ты можешь быть свободна.

- А, выполняешь ответственное поручение… Я уже начала думать, что она про меня забыла, и мне придётся дежурить вторую ночь подряд. — Селена зевнула. — Кстати, я не против поужинать.

Они с Миртой просидели в «Трёх Мётлах» недолго, успев выпить только по паре кружек сливочного пива.

- Пойдём, — согласился Снейп.

Они спустились в подземелье. Не спрашивая разрешения, Селена разожгла камин, вызвала эльфа и потребовала немедленно подать ужин. Снейп разлил по бокалам вино из своих запасов и за едой вкратце пересказал ей беседу с супругами Конелли. О том, что Эвелин перед смертью жестоко пытали, он намеренно умолчал. Селена и без того была расстроена гибелью школьной подруги.

- Эви… до сих пор поверить не могу, — проговорила она. — Мы с Миртой как раз сегодня о ней вспоминали, надеялись, что этим летом обязательно встретимся. Я собиралась ей написать.

- Эта война унесёт ещё не одну невинную жизнь, невзирая на чистоту крови, — мрачно ответил Снейп.

- Ты как всегда полон оптимизма, — невесело усмехнулась Селена.

- Ты и сама понимаешь, что я прав.

- Да, ты прав. Чистая кровь ещё никого не спасала от смерти, если в дело вмешивались чьи-то личные интересы. И не важно, что это: жажда власти над миром или обычная месть.

Снейп почти ничего не знал о её родных, но он понял, что в этот момент Селена вспомнила о чём-то своём, слишком личном.

- Ты знаешь, о чём говоришь. И ты сейчас не об Эвелин Конелли. Ты о себе, верно? О своей семье.

- Может и так… Какая разница, что было в прошлом, когда настоящее тоже никого не щадит?

Он помолчал, размышляя, стоит ли продолжать, но всё же спросил:

- Что случилось с твоей семьёй? Я знаю, что ты рано осталась без родителей.

Вдруг перед ним словно вспыхнул огонь. Тот, который невозможно потушить и крайне сложно укротить. Адское пламя. Снейп смог уловить отголосок мыслей своей собеседницы.

- И всё-таки? — он внимательно вглядывался в светлые глаза, пытаясь увидеть в её сознании что-то ещё, но защита снова усилилась.

И она рассказала ему сама. Про гибель своих родных, про то, как выбравшись в окно, успела улететь от огня на метле, и про Эда Эрбфинда, о котором внезапно вспомнила этим вечером.

- Та стычка, которой ты стал свидетелем, была далеко не единственной. Хотя, пожалуй, одной из самых серьёзных. Раньше он не бросался в меня непростительными заклятиями.

- Ты никогда не говорила об этом.

- Ты же не спрашивал. Да и зачем? Я ведь тоже не оставалась в стороне и всегда могла дать сдачи, а не бегать жаловаться декану.

Снейп молча обдумывал услышанное. Она терпела столько школьных лет, ничем не выдавая своего страха. И сейчас говорила так отстранённо, будто всё это происходило вовсе не с ней. Он не был уверен, что смог бы вспоминать своё прошлое с таким же ледяным спокойствием. Он так и не узнал главного: того, что Адское пламя возвращается за ней до сих пор.

- А после школы? Эрбфинд продолжил тебя преследовать?

- После школы я сразу уехала из Британии. Даже не знаю, что с ним сейчас. Говорили, что его мать умерла в Азкабане, после чего Эрбфинд окончательно спятил и убил одного из моих дальних родственников. Может, искал меня, может, решил уничтожить всех, кто носит фамилию Блэк. Но если это правда, должно быть, он давно попал к дементорам.

- А если не правда?

Селена пожала плечами:

- Антарес всегда говорил, что наша жизнь будет полна риска, даже если мы совсем перестанем выходить из дома. Но гораздо интереснее столкнуться с опасностью, исследуя и путешествуя, чем завтракая на собственной кухне.

- Чем занимался твой муж?

- Преподавал астрономию в Дурмстранге, а всё свободное время посвящал своим исследованиям и экспериментам. Его влекли звёзды, планеты… всё, до чего невозможно было дотронуться. Он писал книгу и учебник для студентов, но… не успел их закончить.

- Он был чистокровен? Богат? Знатен? Известен?

Селена посмотрела на Снейпа чуть удивлённо.

- Да.

- Как он оказался среди Пожирателей Смерти?

- Зачем тебе это?

- Хочу понять, что двигало волшебником, у которого и так было всё, о чём другие и не мечтают.

- Не много ли историй на сегодня?

Снейп подлил им обоим вина. Взяв свой бокал, он облокотился о спинку дивана, демонстративно устраиваясь поудобнее.

- Ну так что, миссис Ноктэм? — спросил он, пристально глядя в её светлые глаза поверх бокала.

Селена сделала медленный глоток.

- Ноктэмы — очень древней волшебный род, хоть и немногочисленный. Антарес успел познакомить меня со всеми своими родственниками, и все они как один оценивали других только по статусу крови. Совсем как Блэки, Малфои, Прата… да, пожалуй, большинство чистокровных семейств. Ещё до возвращения Волдеморта они с Дамблдором порой до хрипоты спорили о месте магглорождённых волшебников в магическом мире. И о полукровках тоже. А с тех пор, как Тёмный Лорд вернулся, Антарес превратился практически в одержимого. Но он не понимал, с чем столкнулся. А я видела, во что превратилась Белла, прежде чем попасть в Азкабан вместе с Родольфусом и другими. Я знала, как Нарцисса при всей своей показной холодности боится за Люциуса и боится его самого. На моих глазах тётя Вальбурга медленно сходила с ума. Да и в школе… Невозможно было не заметить, как вы меняетесь. Ты, Регулус, кузен Мирты Мальсибер. Все.

- Ты была младше. Мне казалось, в школе ты не обращала на нас внимания.

- Напрасно. Но что я могла сделать? Тем более что и сама, да что уж там, не больно-то жаловала магглорождённых, — усмехнулась Селена. — Да и вообразить последствия тогда было невозможно. Думаю, в те годы даже Дамблдор не до конца представлял, к чему может привести начинавшаяся война.

- Не то что теперь, — мрачно откликнулся Снейп.

- Да. Не то что теперь… Я много раз пыталась отговорить Антареса от его затеи, просила навсегда забыть о Пожирателях Смерти, но всё было бесполезно. Он отправился в Британию и с помощью Люциуса добился личной встречи с Волдемортом.

- И Тёмный Лорд принял его? — недоверчиво спросил Снейп. Он знал, что тот не жалует незнакомцев, считая каждого шпионом аврората.

- Да. Возможно, помогла протекция Люциуса. Я не знаю. Но Чёрную Метку мой муж получил. Волдеморт призывал его ещё дважды, и в последний раз Антарес вернулся домой, под заклятием Империус. По соседству с нами жила семья магглов, их сын был волшебником, аврором. Антарес застал их врасплох и убил всю семью. В наш дом почти сразу вломились коллеги того несчастного парня. Они следили за ним, но немного опоздали. Прежде чем моего мужа схватили и отправили в Нурменгард, он успел убить ещё троих: своего брата, который пытался ему помешать, его жену и дочь. А дальше... дальше ты и сам знаешь.

- И эти убийства… произошли на твоих глазах?

- Да, — кивнула Селена. — Почти все. Я не пряталась, наоборот, пыталась вмешаться и остановить Антареса, но в меня попало чьё-то обездвиживающее заклятие.

Перед Снейпом на короткий миг возникла картина из её прошлого: разгромленная гостиная роскошного особняка, кровь, несколько трупов с навечно застывшим ужасом на лицах. И дикий нечеловеческий взгляд волшебника, которого он видел на колдографии в вырезке из австрийской газеты.

- А почему ты уверена, что твой муж был под Империусом?

- Антарес никогда не убил бы по собственной воле, — безапелляционно возразила Селена. — Несмотря на свои взгляды. Но суды в разгар войны не оставляют времени на доказательства. Мне тоже грозил бы арест, если бы Дамблдор не вмешался.

Снейп молча размышлял. Да, авроры не стали бы разбираться. В конечном итоге её бы, скорее всего, оправдали, но несколько месяцев до суда в Нурменгарде Селене были бы обеспечены. Она вынесла бы это, но какой ценой…

- Прости, если… ты, наверное, хотела о многом забыть.

- Профессору Снейпу известно слово «прости»? Этот день надо однозначно включить в учебник по истории магии, — Селена мгновенно повеселела, но Снейп был уверен, что на душе у неё по-прежнему совсем не легко. — Об этом невозможно забыть. Но всё прошло. Отболело. А даже если и нет… Не вижу смысла до конца жизни цепляться за одни лишь воспоминания.

Она задумчиво смотрела на огонь в камине. Рубиновые искры в её бокале перекликались с жемчужным блеском её волос. На груди переливался всеми оттенками лунный камень в изящной оправе.

Прогнать её сейчас? Сказать ей, чтобы она больше к нему не подходила? Снейп понимал, что будет правильно поступить именно так, и если он снова поступит иначе, то завтра опять станет проклинать себя за свое малодушие. Но если прогонит навсегда, то возненавидит себя и за это.

- Селена… Почему ты здесь?

- В Хогвартсе? — удивилась она. — Ты ведь уже спрашивал и я…

- Не притворяйся, — перебил Снейп. — Ты прекрасно поняла, о чём я.

- Ну… уже ночь, а мне совсем не хочется идти через весь замок к себе в башню, — откликнулась она с напускным легкомыслием. — Или… вы меня выгоняете, профессор?

- Селена!

Она подобралась поближе и устроилась у него на коленях лицом к лицу.

- А всему обязательно должно быть объяснение? — шепнула Селена и поцеловала его плотно сжатые губы.

Чего бы ни требовали обстоятельства, тело его в этот миг просило совсем о другом. Он ответил на поцелуй, заключая её в объятия. Его ладони заскользили по её спине, по мягким густым волосам.

Она чуть отстранилась, нетерпеливо расстёгивая на нём рубашку, потом приподнялась на коленях, помогая ему поскорее снять с себя мантию. Он снова прижал её к себе, жадно лаская грудь губами и языком. В брюках становилось болезненно тесно. Селена чуть запрокинула голову и негромко постанывала, прикрыв глаза, когда он прикусывал её соски.

Снейп не умел и никогда не старался быть нежным. С женщинами его обычно не связывало ничего, кроме постели. Он не запоминал их лиц и часто не знал имён. Он считал их чем-то вроде материала, разового инструмента, о состоянии которого можно не заботиться, когда получил своё. Он привык доминировать, но к его немалому удивлению, Селена с готовностью приняла негласные правила.

Он сорвал с неё трусики, проведя пальцами по влажной полоске между её ног. Порывисто вздохнув, она расстегнула ремень и стянула с него брюки. Опустив голову, она умело обхватила его твёрдую плоть рукой и губами. Он откинулся на спинку дивана и запустил пальцы в её волосы, позволив себе в эти минуты не думать ни о чём, кроме собственного удовольствия. Он не смог сдержать хриплых порывистых стонов, когда она, снова усевшись на его колени, приняла его в себя и начала двигаться быстро ритмично, явно наслаждаясь сама и даря ему небывалые ощущения. Он вцепился пальцами в её бёдра, направляя, контролируя, убыстряя темп. Мгновение — и он понял, что сдерживаться больше не в силах. Миг — и он грубо опрокинул её на спину, нависая над ней и про себя проклиная узкий диван. Селена сомкнула длинные ноги на его спине и даже не пыталась скрывать нахлынувшие эмоции.

- Может, теперь пойдём в спальню? — когда всё закончилось, предложила она, чуть задыхаясь.

Жемчужные волосы блеснули в свете камина. Даже если бы он собрался возразить… Нет… Не сейчас. Не сегодня. Что бы ни говорил Дамблдор и здравый смысл. До конца учебного года у них ещё есть время.

* * *

Весть о том, что Гарри Поттер чуть не убил своего заклятого врага Драко Малфоя, бросив в того никому не известное тёмное заклятие, разнеслась по школе мгновенно. Вся школа знала, что Снейп назначил Поттеру отработки на каждую субботу до конца семестра, лишив Избранного квиддича и прочих радостей подростковой жизни. И прошлая суббота стала первым потерянным днём.

Снейп разбудил Селену рано утром, сам он был уже почти одет.

- Тебе не следовало сегодня оставаться.

- Ночью ты так не думал, — поддразнила она, с большой неохотой выбираясь из-под тёплого одеяла.

- Тебе известно, что по субботам я занят.

- Ах да… Поттер, — усмехнулась Селена.

Волшебная палочка, направленная на пуговицы сюртука, застыла в его руке.

- Сделай одолжение, Селена, хоть ты не говори мне, что я несправедлив к Поттеру, — раздражённо бросил Снейп. — Мне хватает МакГонагалл и Дамблдора. Даже Слагхорн, и тот…

- Я и не собиралась. Только не понимаю, почему ты сам занимаешься его наказаниями?

- Хотя бы потому, что я сам поймал этого студента на грубом нарушении школьных правил.

- Поттер и Уизли и у меня зарабатывали наказания, — пожала плечами Селена. — Но зачем тратить на них драгоценное время, когда в школе есть мистер Филч, который с огромной радостью и воодушевлением загрузит их самой грязной работой.

- Позволь, я сам буду решать, как поступать с провинившимися учениками.

Снейп по-прежнему не терпел никакой критики и советов даже от неё.

- Ну, если тебе не жалко тратить выходные на ерунду, которую за тебя легко может выполнить кто-то другой…

- Я не поменяю Поттеру наказание.

- Конечно. Но я одного не могу понять, Северус, — медленно, взвешивая каждое слово, проговорила она. — Ты демонстративно показываешь, что терпеть не можешь Гарри, а сам держишь его у себя по несколько часов вместо того, чтобы сдать Филчу или Хагриду. Зачем? Чего ты добиваешься?

- Это моё дело.

- Ну да. Твоё. Дай, угадаю? Чтобы глядя на него, представлять, что вместо сына страдает отец? Или… чтобы смотреть в глаза Лили Эванс?

Её слова не были ревностью, но Селена прекрасно понимала, что вступает на запретную территорию, охраняемую им строже, чем все прочие тайны. В глубине чёрных глаз разгорались огоньки ярости. Она и не представляла, сколько раз Снейп собирался прекратить их встречи, сколько раз клялся себе, что больше не позовёт её никогда, устоит даже против того, чтобы просто заговорить с ней. Что ж, теперь она сама дала повод.

- У тебя две минуты, чтобы уйти, — холодно ответил он, накидывая неизменную мантию, и быстро покинул спальню.

* * *

Разговоры о происшествии не прекращались ещё долго. Но о том, что Драко выжил только благодаря вовремя оказавшемуся рядом профессору Снейпу, говорили лишь слизеринцы. Пэнси Паркинсон — одногруппница Драко — особенно усердствовала в восхвалении своего декана. А ещё сильнее — в сочувствии к жертве. Нет. Нарцисса и Люциус точно не одобрят такую невестку, несмотря на её чистую кровь. Селена усмехнулась, глядя, как мисс Паркинсон едва ли не заламывая руки, пересказывает своим друзьям, как страдает сейчас в больничном крыле её герой. И делает это, намеренно рисуясь перед гриффиндорцами. И особенно перед Гарри Поттером.

- Успокоились, — скомандовала профессор Ноктэм, пока шестикурсники шумно заходили в класс.

- Профессор! — бросилась к ней Пэнси. — Вы ведь не станете терпеть несправедливость?! Драко на грани жизни и смерти!

- Мне известно об этом, несомненно, очень неприятном инциденте, мисс Паркинсон, — сдержанно ответила ученице Селена. — Но каких действий вы ждёте от меня?

- Как это — каких?! — взвизгнула та. — Выгнать Поттера! Драко может умереть, а Поттер до сих пор в Хогвартсе!

Селена заметила, как свита Гарри Поттера, включая Лонгботтома, напряглась и ощетинилась, словно свора дворовых псов.

- Не в моей компетенции решать, будет ли мистеру Поттеру позволено продолжать обучение. Во-первых, у Гриффиндора и Слизерина есть деканы, во-вторых, вопросы отчисления решает директор, а в-третьих…

- Так скажите им всем!

- Не перебивайте. В-третьих, мистер Поттер уже получил должное наказание за свой проступок. И самое главное, насколько мне известно от профессора Снейпа, а у меня нет оснований не доверять его выводам, жизни мистера Малфоя ничего не угрожает. Я попрошу мадам Помфри назначить вам что-нибудь из успокоительных зелий.

- Мне не нужны зелья! Мне нужен Драко! — Пэнси, казалось, была готова разрыдаться.

«Только вот ты ему не нужна», — подумала Селена.

- Мисс Паркинсон, займите своё место и прекратите разыгрывать драму, — велела она, теряя терпение. Пэнси, всхлипывая, упала за свою парту. — Мистер Поттер, почему вы и ваши друзья до сих пор стоите в дверях? Вам нужно отдельное приглашение на урок? Или хотите заработать наказание и у меня тоже? На всё оставшееся свободное время? Если оно у вас ещё осталось.

Гермиона Грейнджер первой шагнула в класс, за ней потянулись и остальные.

- По местам. До конца семестра не так много занятий, а нам с вами предстоит разобрать ещё несколько важных тем.

* * *

Урок со слизеринцами и гриффиндорцами был сегодня последним в расписании. После занятия, не забыв выдать домашнее задание, Селена спустилась в больничное крыло. Она хотела навестить племянника раньше, но мадам Помфри категорически запретила любые визиты.

Кровать Драко была отгорожена ширмой. Мальчик лежал с закрытыми глазами, бледный, осунувшийся. Селена присела рядом и тихо позвала его.

- Я дала ему зелье полчаса назад, — за ширму зашла школьная целительница. — Сейчас он спит.

- Я посижу с ним немного, можно? — спросила Селена. — Обещаю его не будить.

- Хорошо, только недолго, — неохотно разрешила мадам Помфри и поспешила к другим пациентам.

Селена вглядывалась в его лицо. Что же случилось с тобой, Драко? Что тревожит тебя весь этот год? Что ты ищешь?

Несомненно, мальчик был подкован в окклюменции, но сейчас — в глубоком сне — его сознание полностью лишено защиты. Несмотря на данную Нарциссе клятву, пора узнать правду.

На протяжении всего года Селена улавливала в его мыслях смерть и не чью-нибудь, а Дамблдора. Она считала, что Драко желает директору гибели из-за ареста отца, но то, что открылось ей теперь, повергло её в настоящий шок. Вот, оказывается, какую тайну скрывал от неё Снейп. Вот почему он так разозлился тогда, на вечеринке в Клубе Слизней, стоило ей заговорить о Непреложном Обете. Нет, Селена не держала обиды на кузину. Она понимала причины, по которым Нарцисса побоялась написать ей обо всём. Письмо вероятнее всего попало бы в руки авроров. Но Северус… Она не раз начинала разговор о племяннике, но Снейп только злился и упрямо твердил, что Драко ничего не угрожает.

Мальчик пошевелился во сне и издал слабый стон. Он погладила его по жёстким коротко подстриженным светлым, почти белым волосам, потом позвала мадам Помфри.

- Вероятно, мистеру Малфою просто приснился дурной сон, — заверила целительница. — Идите, профессор Ноктэм, пациенту нужен полный покой.

* * *

Селена почти бегом спустилась в слизеринское подземелье. Несколько студентов видели, куда она направляется, но в данный момент её заботило совсем не это. Кабинет был заперт, Снейпа у себя не оказалось. Дьявол! Меньше всего ей хотелось разговаривать с ним в учительской. Тем более, после той стычки, что произошла между ними субботним утром.

Она заметила его на одной из лестниц, где двое третьекурсников с Гриффиндора и Хаффлпафа неосторожно устроили дуэль. Селена дождалась, пока он снимет баллы с обоих нарушителей, велит оказавшейся неподалёку МакГонагалл отвести гриффиндорца с больничное крыло и свернёт в коридор.

Селена схватила декана за рукав мантии и втащила его за собой в пустой класс. От неожиданности тот даже не успел вырваться. Она невербальными заклинаниями заперла дверь и наложила чары тишины, чтобы никто не мог случайно их подслушать.

- Какого дьявола?! Ты совсем спятила?! — взбесился Снейп.

- Почему ты не сказал мне? — без прелюдий начала она.

- Что опять?

- Почему ты ничего не сказал мне? О Драко! О Дамблдоре! О приказе Тёмного Лорда! И о том, что ты дал Нарциссе Непреложный Обет! — Хватит церемониться. Слишком долго она ждала ответов и терпела его скрытность.

Несколько мгновений Снейп потрясённо молчал.

- Что тебе известно? — наконец спросил он.

- Всё. И не спрашивай, откуда. У меня тоже могут быть свои тайны.

- Тайны, — презрительно выплюнул он. — Нетрудно догадаться. Покопалась в голове Драко, пользуясь тем, что он без сознания.

- Как вы поразительно догадливы, профессор, — съязвила она. — Драко был в сознании. Но он спал.

- А то, что это незаконно, тебе известно? Или мне стоит сообщить в Министерство, какими грязными методами действуют некоторые преподаватели Хогвартса? — вкрадчиво проговорил он.

- Иди сообщи! — Селена не собиралась сдаваться. — И обо всём остальном заодно. Уверена, Министерство магии не в курсе, что школе скоро потребуется новый директор.

- Чего ты хочешь? Теперь, когда ты узнала, как тебе кажется, всё? Сдашь меня в аврорат? Давай! Смелее! Там рады каждому Пожирателю Смерти. Вот только в этом случае и Драко, и Нарциссе не жить.

- Я пока в своём уме, Северус, хоть ты, видимо, думаешь иначе. И если хочешь знать, я никогда не считала авроров святыми. Но как ты мог скрыть от меня правду? Тебе наплевать, что я беспокоюсь о Драко и о Нарциссе?! И о.., — она хотела сказать «и о тебе», но в последний момент остановилась, слишком была зла на него. — И о том, что происходит в Хогвартсе.

- Я говорил тебе, что Драко вне опасности.

- Это ты называешь — «вне опасности»?! Волдеморту в любой момент надоест ждать, когда Драко выполнит приказ, и он убьёт его!

- Замолчи! — выкрикнул Снейп. Никогда ещё она не видела его таким разъярённым. — Ты ничем не поможешь Драко, только навредишь, если не перестанешь вмешиваться! Запомни, если ты ещё хоть раз заговоришь со мной о Малфое, я откорректирую тебе память.

- Не смей так со мной разговаривать!

- Ты ничего другого не заслужила!

Селена выхватила волшебную палочку, Снейп в ответном жесте направил на неё свою. Несколько бесконечно долгих мгновений они жгли друг друга яростными взглядами, словно между ними никогда не было ничего кроме ненависти. Но всё же никто не решился напасть. Селена опустила палочку первой. Снейп со злой кривой усмешкой отвёл свою. Он подошёл к ней вплотную, словно собираясь овладеть ею прямо сейчас даже против её воли. На миг ей показалось, что он так и сделает. Но он лишь тихо, зловеще проговорил:

- Никому ни слова о Драко, иначе я не остановлюсь ни перед чем.

Он был уже у дверей, когда она ровным голосом сказала ему в спину:

- Драко пытается починить Исчезательный шкаф в Выручай-Комнате. Второй такой же находится в лавке Боргина и Беркса. Драко собирается открыть проход в Хогвартс.

Снейп выслушал её и обернулся. В его холодных чёрных глазах было нечто такое, от чего ей стало совсем не по себе. Она и раньше видела эту смесь из боли, страха, беспокойства и обречённости, но сейчас всё это словно усилилось в несколько раз.

- Уезжай, — так тихо, что она едва расслышала, сказал он. — Уезжай из Хогвартса, из страны, уезжай как можно дальше и как можно скорее.

- Северус…

Он предостерегающе поднял руку:

- Не ходи за мной и ни о чём не спрашивай. Уезжай, если ценишь свою жизнь.

Не глядя на неё, он вышел из класса, с грохотом захлопнув дверь.

Селена без сил опустилась за парту и закрыла лицо руками. Слёз не было. Она никогда не плакала из-за мужчины. Но она понимала, что это конец. И не только их со Снейпом странной, внезапной, но такой необходимой ей связи. Это конец всему. Хогвартсу, прежней жизни, хрупкому иллюзорному миру. Прятаться больше не за кем. Волшебный мир совсем скоро перевернётся вверх дном, а оставшимся в живых будет не до личных проблем и глупых чувств. Ведь Тёмный Лорд не ведает пощады.

* * *

Лунный след на ровной глади Чёрного озера.

Взмах и всполох жемчужных волос.

Полная луна над Темзой.

Блёклый отблеск, теряющийся в грязной воде.

Болотная жижа, забивающая рты новым пленникам.

Снейп не желал оставаться в поместье Малфоев ни секундой дольше, чем продолжался его разговор с Волдемортом. Там и без него нашлось, кому пытать очередных пленников. На удивление, Тёмный Лорд не стал настаивать и сразу после их беседы с глазу на глаз отпустил своего слугу обратно в школу. Но спешить в Хогвартс Снейпу было больше незачем.

Он сам не понял, как и зачем аппарировал в этот район на окраине Лондона. Так и стоял, опасно облокотившись на разбитый парапет, и смотрел на отвратительно пахнущую водную бездну — одновременно тошнотворную и манящую. Если бы он родился магглом или сквибом, река давно спасла бы его. Помогла больше не чувствовать, не дышать, не жить. Но Мерлин сделал его волшебником. Слишком сильным волшебником, чтобы позволить сработать глупой маггловской слабости. Он резко оттолкнулся от ограждения и быстро пошагал прочь, крепко сжимая кулаки от бессилия и ненависти к себе и ко всему волшебному миру.

Снейп не был в этом квартале несколько месяцев. С рождественской ночи. С тех пор как он переступил черту, к которой не следовало и приближаться.

Здесь всё оставалось прежним. Грязь обшарпанные хибары, магглы, чья жизнь не отличалась разнообразием и лёгкостью.

Четверо нетрезвых мужчин громко спорили о чём-то у бара, где единственное окно давно было наглухо заколочено фанерой. Разгоралась драка. У одного из них в руке мелькнуло лезвие ножа, у другого — осколок бутылки. Снейп мог незаметно усмирить их невербальным заклятием, но он не стал этого делать. Он глубже натянул капюшон дорожной мантии, и не останавливаясь, пошёл дальше. Сзади раздались крики, звон бьющегося стекла, звуки ударов. Кажется, кого-то ранили, но Снейп даже не обернулся. Отец тоже регулярно приходил домой в порезах и синяках. Иногда его забирала полиция. Снейпу не было его жаль.

Наконец найдя то, что искал, он замедлил шаг и остановился. В бледном свете фонаря стоявшая перед ним девица казалась почти блондинкой, но её волосы с желтизной были тусклыми, сухими, безжизненными. Она улыбалась ему слишком фальшиво и пошло, призывно выставив острое колено в рваном чулке. От неё пахло дешёвыми маггловскими духами, Снейп невербальным заклятием заглушил навязчивый аромат.

- Деньги-то есть у тебя? — спросила она, оглядывая Снейпа намётанным взглядом.

Её голос был неприятно скрипучим.

- Сначала заслужи, — отрезал он.

Снейп грубо втолкнул её в комнату, больше похожую на каморку.

- Эй, полегче, красавчик! — глупо захихикала девица.

Не обращая внимания на её кокетливый протест, Снейп схватил её за руку и потащил к низкой видавшей виды кровати.

- О, а ты горячий! — продолжала скрипуче хихикать девушка. — Но я тебе не какая-нибудь там. У меня для клиентов есть правила. Я их тебе…

Он зажал её рот ладонью.

- Здесь я диктую правила. Заткнись и делай своё дело, — приказал он.

Парой движений Снейп разорвал на ней блузку и толкнул её на кровать, нависая сверху. Девица взвизгнула и попыталась вырваться, но тут же получила тяжёлую пощёчину. Он мог легко обездвижить её, связать, наслать любую боль в наказание за строптивость, подчинить Империусом, заставив покорно выполнять всё, что он захочет. Но только сила — не магия — захватила его сейчас, словно какое-то помешательство. После недолгой борьбы он овладел ею быстро, жёстко, нещадно, не обращая внимания на её вскрики и хрипы, когда его твёрдая рука сдавила её горло.

Тобиас Снейп, как это часто бывало, вернулся домой в прескверном настроении: ему не заплатили за две недели работы, оштрафовав таким образом за очередной прогул. Эйлин со слезами снова начала упрекать мужа в пьянстве и безденежье. Тот сорвался, ударил её, после чего повалил на кровать и стал насиловать. Северусу было семь, когда он увидел эту не предназначенную для детских глаз сцену. Он пытался помочь матери, направив на отца пока ещё плохо контролируемый выплеск волшебства. Магия ребёнка всё же подействовала, и достаточно ощутимо. Но старший Снейп быстро справился с болью и отшвырнул сына с такой силой, что мальчик кубарем скатился с лестницы, заработав ушибы по всему телу. После чего Тобиас захлопнул дверь спальни и, не обращая внимания на плач жены, закончил своё омерзительное деяние.

Северус Снейп поклялся себе, что никогда не превратится в подобное чудовище. Но годы спустя, приняв Чёрную Метку, он стал ещё хуже.

Девица затихла, кажется, спала. На руках и шее, скорее всего, останутся синяки. Плевать. Он получил своё, и теперь она стала ему ещё более отвратительна. Снейп наспех оделся, порылся в карманах мантии и бросил поверх одеяла пару некрупных маггловских купюр. Оставалось подкорректировать ей память. Он взмахнул волшебной палочкой и быстро вышел на узкую тёмную улочку. Маггл, что курил около дверей, подозрительно посмотрел на него исподлобья. Короткое проникновение в сознание, и Снейп понял, что это не новый клиент, а хозяин той девушки. Под невербальным Конфундусом маггл засуетился и бросил дымящуюся сигарету. Снейп метнул в него новое заклятие, стирая из памяти их встречу, и аппарировал на окраину Хогсмида.

Директор Хогвартса. Три дня назад он был официально назначен на эту должность Министерством магии и Тёмным Лордом, что с недавних пор в общем-то стало одним и тем же. Прошла, казалось, вечность с той ночи, когда он одним взмахом волшебной палочки перечеркнул все последние шестнадцать лет своей жизни. План Дамблдора сработал почти идеально. Та часть плана, где ему — Снейпу — была отведена одна из главных ролей — роль предателя и убийцы.

В последний раз он появлялся в школе больше месяца назад, почти сразу после похорон, когда студенты разъехались по домам. Появлялся, чтобы получить новые инструкции от Дамблдора. Пришлось воспользоваться Исчезательным шкафом и дезиллюминационными чарами, усиленными действием зелья невидимости: в Хогвартсе его встретили бы совсем не как коллегу и друга. Но даже тогда, несмотря на огромный риск быть замеченным или попасть под защитные чары, зная, что ему предстоит беседовать с портретом, он словно как раньше зашёл к живому директору.

Теперь всё было иначе. В день своего назначения ему снова пришлось вернуться в Хогвартс. Снейп думал, что убийство Дамблдора — своего учителя, благодетеля и палача в одном лице — останется самым трудным шагом на пути в новую неизвестность. Но он не представлял тогда, на верхушке Астрономической башни, что в тысячу раз тяжелее окажется войти в его кабинет — в свой теперь кабинет — не гостем, а полноправным хозяином.

Бывший директор с портрета тепло улыбался своему преемнику:

- Северус! Я уже успел по вам соскучиться! Что вы застряли в дверях? Располагайтесь. Теперь это ваш кабинет.

Если бы Дамблдор знал, каких усилий ему стоило минуту назад открыть эту дверь. Чего ему стоило час назад бесстрашно войти в Большой зал и посмотреть в глаза каждому профессору, кто сам учил его когда-то, и с кем ему довелось отработать бок о бок долгие шестнадцать лет. Смотреть в глаза, полные ненависти, отвращения, страха. И он говорил с ними, призывал перейти на сторону Тёмного Лорда, обещал не щадить никого, кто посмеет вести явную или скрытую борьбу.

Если бы в его власти и силах было избавить школу от новых учителей — брата и сестры Кэрроу — Пожирателей Смерти. И от дементоров, подчас наводящих ужас даже на него. Если бы он мог спасти всех, кто никогда не покинет Хогвартс добровольно. Минерву МакГонагалл — свою вечную соперницу в межфакультетских соревнованиях. Сивиллу Трелони, будь неладен её дар ясновидящей, который проснулся много лет назад в самый неподходящий момент и коснулся самого неподходящего ребёнка. Помону Спраут с её спорами о правильных способах сбора ингредиентов для зелий. Горация Слагхорна — своего учителя, которого он в части зельеварения, пожалуй, даже смог превзойти. Флитвика, Хагрида, мадам Помфри… Всех, кто несмотря ни на что решил остаться в Хогвартсе под диктатурой нового директора — Пожирателя Смерти, ближайшего соратника Тёмного Лорда, хладнокровного убийцы Альбуса Дамблдора — Северуса Снейпа. Всё это могло быть самоиронией, если бы не было так тяжело, так гадко на душе.

- О чём задумались, Северус? Расскажите, как коллеги вас встретили.

Нет, Снейп не собирался исповедоваться перед портретом.

- Спросите об этом у МакГонагалл, — съязвил он, стараясь взять себя в руки. — Уверен, она с готовностью с вами пооткровенничает.

- Весь коллектив решил остаться в школе, я так понимаю? — спокойно продолжил Дамблдор.

- Да, — ответил Снейп, секунду поколебавшись.

Селену среди учителей он не увидел. Впрочем, он знал, что она была приглашена в Хогвартс только на один год. И хотел надеяться, что она прислушалась к его последним сказанным наедине словам, и сбежала подальше от гибнущего магического мира. Хотел надеяться, что она в безопасности.

- Я не сомневался ни в одном из наших профессоров, а особенно в вас, Северус. И я рассчитываю, что вы и впредь меня не подведёте.

- Обещаю сделать всё, что в моих силах.

- Я уже говорил вам и повторюсь: не бросайте Хогвартс. Школа не должна остаться на растерзание Кэрроу. Кстати, они доверяют вам?

- Не более чем все Пожиратели доверяют друг другу. Каждый видит в другом не союзника, а потенциального предателя. И не важно, боится он Тёмного Лорда до смерти или искренне ему служит.

- А Том Реддл? Волдеморт по-прежнему доверяет вам?

- Да, насколько я могу судить. Иначе я не разговаривал бы сейчас с вами, ди.., — он осёкся, — профессор.

- Пожалуй, вы правы, Северус. А теперь сядьте, наконец, в ваше кресло и расскажите мне поподробнее, что происходит в Ближнем круге после того как Том получил долгожданную власть. Я хочу знать всё о его планах и о планах его соратников. — Дамблдор на портрете щёлкнул пальцами. На столе появился серебряный поднос, сервированный на одну персону. — И налейте себе чаю. Я попросил для вас чёрный покрепче. Домовики скоро привыкнут, что директор не любит фруктовый.

В тот момент Снейп действительно предпочёл бы напиток покрепче. После обстоятельной беседы с портретом Дамблдора он наконец аппарировал домой и позволил себе добрую порцию огневиски. Горькая ирония. Столько лет он называл своим домом Хогвартс, а теперь, оказавшись в школе, мечтал поскорее вернуться в своё жилище в Паучьем Тупике — то самое, откуда он мечтал сбежать всю свою сознательную жизнь.

Ему отчаянно хотелось напиться до беспамятства, он не без усилий прогонял прочь навязчивую мысль. Нельзя. Тёмный Лорд мог призвать своего слугу в любой момент. И слуга всегда, каждую секунду, должен быть готов предстать перед Повелителем, полностью закрыв своё сознание, контролируя себя так, как не умеет даже сам Тёмный Лорд.

Снейп выглянул в низкое, никогда не видевшее солнца окно. Густой туман заволакивал узкую мрачную улочку. Он вспомнил, как год назад к нему в сопровождении сестры явилась на грани истерики леди Малфой. Явилась с просьбой, с мольбой защитить Драко. В тот день тоже был плотный туман, сменившийся к ночи проливным дождём. Словно небо заранее оплакивало их всех. Безумие Беллатрисы, материнское сердце Нарциссы, ещё не готовую расколоться на части юную душу её сына. И его, Северуса, закончившуюся, не начавшись, жизнь. В этом проклятом месте вечно туман и дождь.

Он задёрнул пыльную штору и взял со столика недопитый стакан с огневиски. В небольшом помутневшем от времени зеркале над камином отражалось в тусклом свете его изжелта-бледное лицо в обрамлении неухоженных длинных чёрных волос. Все страхи, сомнения, сожаления и боль в этот миг читались в его тёмных глазах ясно как никогда. Он сделал последний глоток и с грохотом поставил опустевший стакан на каминную полку.

«Посмотри на себя, Снейп! Ты сам себе противен! Ты сбежал из Хогвартса вместо того, чтобы остаться там до первого сентября и укрепить свою власть. Ты все эти чёртовы три дня проклинаешь судьбу и не расстаёшься с огневиски. Посмотри на себя, ты, жалкий трус! Не надо быть легилиментом, чтобы увидеть сейчас все твои дурацкие мысли».

Сначала Снейп подумал, что короткий стук в дверь ему померещился. Он оградил дом сильными чарами, в основном, против авроров и членов Ордена Феникса. Снейп прекрасно знал их методы и возможности, потому поставить надёжную защиту труда не составило. Да и кому пришло бы в голову искать его теперь здесь, в грязных маггловских трущобах. Но стук повторился настойчивее, и он словно услышал знакомый голос. Не за дверью. В своём сознании. «Северус, открой, пожалуйста».

Селена аппарировала прямо к дверям. Нет, она всё-таки не послушалась его. Осталась в стране, в самом эпицентре Второй магической войны. Каким-то чудом разыскала его и пришла. Без письма, без приглашения. Он заметил, как гостья быстрым взглядом окинула убогую обстановку его гостиной и задержалась на внушительной библиотеке, целиком занимавшей две смежные стены.

- Селена?! Что ты здесь делаешь? Зачем?

Она скинула капюшон дорожной мантии и молча шагнула в его объятия.

- Кто-нибудь знает, что ты у меня? — спросил Снейп.

- Никто. За мной не следили, я проверяла.

- Зачем? — повторил он. — Зачем ты пришла? Это слишком опасно. Я думал, после того, что я сделал, ты…

- Я тебя ни в чём не виню, — перебила Селена. — И не хочу больше ссориться. Конечно, мне жаль Дамблдора, он был другом нашей семьи и очень помог мне в нужный момент. Но ведь я понимала, что он скоро умрёт.

- Хогвартс был полон Пожирателей Смерти. Я мог позволить кому угодно опередить себя. Однако… я сам убил его.

Селена подняла на него светлые полные неподдельной тревоги глаза.

- Я видела тебя в ту ночь, — почти шёпотом проговорила она. — За несколько минут до убийства. Представить не могу, чего тебе стоило на это решиться.

Он не ответил, лишь крепче прижал к себе гостью, зарываясь лицом в её мягкие густые волосы.

- Я думал, больше никогда тебя не увижу, — сказал он очень тихо и тут же пожалел об очередной секундной слабости.

- Не надейся, — рассмеялась Селена.

Но Снейпу было совсем не до шуток. Нет. Ей не место в его жизни. В жизни, полной ненависти, лжи и запретов. В жизни, которая может оборваться в любой момент. И унести за собой другие, ни в чём не повинные жизни.

Он выпустил её из объятий, не без труда справляясь с собой.

- Селена…

- Прости, что не пришла раньше. Я сразу уехала в Австрию. У Антареса оставались незаконченные дела, мне надо было разобраться со всем и уладить в «Гринготтсе» вопросы с наследством. Всё-таки гоблины — крайне неприятные существа.

- Зачем ты вернулась? Ты ведь прекрасно знала, что здесь самый разгар войны.

- Мне не надо бояться за чистоту своей крови. Могу хоть сейчас отправиться в Министерство и подтвердить свой статус.

Она гордо вскинула голову, и Снейп в очередной раз осознал, какая огромная пропасть лежит между ними. Селена, стоявшая посередине его крохотной неуютной гостиной, казалась здесь совершенно чужой, странным видением, а не волшебницей из плоти и крови. Дорогая ткань её мантии резко контрастировала с давно выцветшей и потёртой обивкой дивана и кресел. А каждое кольцо гоблинской работы из тех, что украшали её пальцы, стоило, наверное, больше, чем весь этот старый обветшалый дом.

- Ты сама говорила, что война не щадит никого, независимо от статуса крови.

- В Австрии ненамного спокойнее. Их Министерство тоже под контролем сторонников Тёмного Лорда, хотя открыто об этом пока не говорят. — Она прошла вперёд, с интересом рассматривая книжные полки. — У меня много знакомых в других странах, мы иногда пишем друг другу. Вся магическая Европа в состоянии необъявленной войны.

Снейп снова поразился её ледяному спокойствию. Даже если ей было страшно, она ничем не выдавала этого.

- Селена, — тихо позвал он. Гостья отвлеклась от изучения корешков его книг и обернулась. — Тебе не следовало меня искать.

Она, не спрашивая разрешения, наколдовала пустой стакан и налила себе огневиски из стоявшей на столике бутылки. Напитка там оставалось примерно на треть.

- Завтра начинается учебный год, — сказала она, сделав глоток. — Я хочу вернуться в Хогвартс.

- Нет, — твёрдо возразил Снейп.

- Почему?

- Министерство больше не считает твой предмет необходимым.

- Но ведь директор школы теперь ты.

- Откуда ты знаешь? В «Пророке» эту новость напечатают только завтра.

- Я не читаю «Пророк».

- Нет, — повторил он. — Ты не вернёшься в школу.

- Северус…

- Ты подписывала контракт с Дамблдором, а теперь, как ты верно заметила, я — директор Хогвартса. И мне решать, кто останется преподавать в моей школе. К тому же, твой контракт был заключен на год, и этот год давно закончился. Больше ты не нужна Хогвартсу. — Снейп старался говорить уверенно, холодно, жёстко, надеясь, что у неё не останется ни капли сомнений.

- А тебе?

В светлых глазах, что минуту назад были полны искреннего беспокойства, теперь не отражалось ничего. Пустота. Селена полностью закрыла своё сознание, и он понимал это.

- Нет.

- Нет.., — эхом откликнулась она и отхлебнула огневиски. — А теперь сделай так, чтобы я в это поверила. Если убедишь, я уйду, обещаю. Только не забывай, что я тоже — легилимент. И в этом, пожалуй, наши с тобой силы равны.

Она смотрела на него чуть насмешливо, чуть свысока, как часто делала раньше и чем всякий раз выводила его из себя.

У него пересохло в горле. Мерлин… Да ведь он только что был готов, если потребуется, вышвырнуть незваную гостью силой. Почему он не сделал этого? Зачем вообще впустил её в дом?

Она продолжала смотреть ему в глаза, всё с той же усмешкой. Даже когда он, крепко сжал рукоять волшебной палочки и быстро приблизился к ней вплотную, сам не понимая, что собирается делать, она не отвела взгляда и не отступила.

- Ну? Я вся внимание, господин Директор.

Дорожная мантия соскользнула с её плеч. Недопитый стакан упал и разбился. Одной рукой Снейп грубо схватил Селену за талию, другой справляясь с застёжкой её лёгкой изумрудно-зелёной мантии. Пусть ему всё же придётся стереть ей воспоминания о предстоящей ночи, а может, и в принципе обо всём, что связано с ним. А может, она и сама успеет пожалеть, что пришла к нему, и предпочтёт всё забыть.

За книжными стеллажами открылась потайная дверь, ведущая на узкую лестницу. Снейп увлёк гостью за собой на второй этаж. Обстановка его спальни с обшарпанными стенами и узкой старой кроватью была очень далека от хогвартской. От всего, к чему, должно быть, привыкла Селена. Плевать! Он не собирается спрашивать, нравится ей здесь или нет. Он не звал её сюда. Но этой ночью она останется в его полном распоряжении и власти.

Острая боль вдруг пронзила левую руку. Снейп оттолкнул от себя Селену, которая уже расстёгивала его брюки, и схватился за своё запястье. Чёрная Метка жгла особенно сильно. Так бывало, когда Тёмный Лорд пребывал либо в страшном гневе, либо в крайнем нетерпении. А чаще в обоих состояниях сразу.

Взмахом волшебной палочки Снейп швырнул Селене её вещи.

- Одевайся… быстро, — велел он, тяжело дыша и кое-как натягивая свою мантию.

Хотя бы об этом её не пришлось просить дважды. Снейп понимал, что ей не понаслышке известно, как работает отметина Волдеморта. Когда оба были одеты, он крепко сжал её руку и аппарировал вместе с ней.

Они оказались в Косом переулке, обычно шумном и многолюдном, особенно накануне первого сентября, но теперь как никогда пустынном и мрачном. Над ними возвышались стены «Гринготтса». Снейп не знал, куда отправить её. Банк был первым, что пришло ему в голову.

- Как мы здесь оказались? — Селена огляделась по сторонам. — Ты должен был отправиться к Малфоям, верно?

- Вот именно. Я. Я, а не ты, — хрипло отрывисто ответил он. — Возьми деньги. Всё, что у тебя есть. И уезжай из страны. Куда угодно. Подальше. Пока всё не закончится.

- Северус…

- Это не твоя война, Селена. Не вмешивайся. — Метка жгла всё сильнее, он невольно поморщился от боли. — Не ищи меня больше. Прошу. Никогда.

В последний раз взглянув, как её жемчужные волосы блеснули в свете фонарей, Снейп аппарировал в поместье Малфоев. Он прекрасно знал, что ждёт его там. Тёмный Лорд не терпел промедлений и жестоко наказывал тех, кто опаздывал хотя бы на несколько секунд. И Снейп с готовностью выдержал пытку.

Думая в первую очередь о Селене, он не успел перед встречей с Волдемортом принять эликсир, что ослаблял действие Круциатуса. Но в эту ночь ему посчастливилось вернуться в Коукворт живым, ведь пока он был нужен Волдеморту в Хогвартсе. И теперь, приняв восстанавливающие зелья, он лежал на неудобном диване в гостиной и приходил в себя.

Пусть Тёмный Лорд мучил его сегодня с удвоенной силой, он надеялся, что успел сделать главное. Он не смог защитить Лили — женщину, которую любил больше жизни — и до сих пор винил в её гибели и проклинал одного лишь себя. Но он не позволит забрать в качестве жертвы или новой слуги ещё и Селену. Женщину, которую… Нет! Для неё нет места в его даже не жизни — существовании. И в её жизни не должно было появиться такого как он.

Через несколько часов ему предстоит отправиться в Хогвартс, который стал для него теперь персональным адом. Нужно попытаться поспать хотя бы немного. Снейп тяжело поднялся, едва не поранившись осколком стакана, что он забыл убрать, и поплёлся наверх. Зелья для сна без сновидений оставалось на дне флакона. Достаточно. Хватит на пару часов. Он опустился на кровать и почти сразу провалился в недолгий спасительный сон.

* * *

«Здравствуй, моя родная!

Новости о том, что творится в Британии и во всей Европе, долетают и до Нью-Йорка. Новости одна страшнее другой. Тяжело осознавать, но я понимаю, если бы мой отец был жив, он полностью поддержал бы новую власть и новые правила. Но не я. Мне жаль всех не-магов и волшебников, кто уже пострадал и ещё пострадает только из-за статуса крови.

Надеюсь, Вторая магическая война не принесла тебе новых бед и потерь. Я очень за тебя переживаю. Жизнь в Нью-Йорке интересная и спокойная. Перебирайся к нам навсегда, и чем скорее, тем лучше. Мы с Крисабель и мальчиками будем очень счастливы, если ты станешь жить в нашем доме. Я уверен, тебе понравится в Америке. Кстати, у нас радостная новость: Крис снова беременна. Если родится девочка, мы решили, что назовём её Селеной. Только в честь моей тёти, так что, не обольщайся. Шучу! Конечно же, в честь вас обеих.

Я знаю, что Фалькус по-прежнему не отвечает на твои письма. Я тоже до сих пор не получил от него ни одной весточки. Но не вини его. Ты ведь знаешь, он с самого детства был таким: бескомпромиссным и вспыльчивым. Мне удалось узнать, что он жив, но не покидает пределов нашего старого дома и не общается ни с кем из наших прежних друзей. Но вот увидишь, скоро ему самому надоест это добровольное затворничество, и он откликнется на наши с тобой послания. Ведь он по-своему любит нас, пусть сейчас и считает предателями.

Не представляешь, как бы я хотел, чтобы вы оба — мои брат и сестра — поселились здесь, в нашем с Крисабель доме. У нас для всех найдётся место. А если места станет не хватать, надстроим ещё один этаж.

Я очень скучаю. И жду. Береги себя, родная. Будь очень осторожна.

С любовью, твой кузен, Аквилус Прата».

Селена отложила письмо и вышла на просторный балкон их с Антаресом спальни. Тёплое сентябрьское солнце приближалось к зениту. Лёгкие, словно нарисованные, облака едва касались верхушек гор. Идиллический альпийский пейзаж едва ли способствовал принятию важных решений, хотя она и вернулась на виллу Ноктэмов, чтобы всё ещё раз обдумать. Вот он - выход. Единственно верный, пожалуй. Пока не поздно, сбежать за океан, к семье, в спокойствие. Перестать всякий раз опасаться за свою жизнь и свободу. Год назад она, не раздумывая, поступила бы именно так. Но тогда — год назад — таким выходом для неё стал Хогвартс. Она и представить не могла, к чему приведёт это бегство, и что всё в её жизни запутается ещё сильнее.

Но теперь Селена понимала, что сколько бы она ни размышляла, ни сомневалась, ни пыталась убедить себя согласиться на предложение Аквилуса, своё окончательное решение она приняла ещё там, в Косом переулке, под стенами банка «Гринготтс». Несколько недель назад.

Вернувшись в спальню, она надела дорожную мантию и взяла сумочку из змеиной кожи — подарок Антареса. Несмотря на небольшие размеры, в сумку чудесным образом помещалось очень много вещей, и она заранее сложила всё самое необходимое.

Селена спустилась вниз. В гостиной возник домовой эльф, облачённый в снежно-белое кухонное полотенце с вышитым в уголке фамильным гербом Ноктэмов.

- Когда хозяйка пожелать ужинать?

- Не надо ужина. Я не вернусь домой.

- Хозяйка снова улетать в тот другой страна? — догадался эльф.

- Да, Хатти. И скорее всего, надолго.

- Мастер Антарес тоже давно покидать дом. Хатти грустить один. Хатти сильно скучать по свой хозяин.

- Я тоже очень скучаю по нему, Хатти, — искренне вздохнула Селена. — Я тоже.

- Но ведь… мастер Антарес когда-нибудь возвращаться?

- Когда-нибудь мы все снова встретимся, — неопределённо ответила она. — Но когда… только Мерлину это известно.

- Хатти знать, что хозяин делать много плохих вещей, — доверительно пропищал домовик. — Но Хатти не винить хозяин. Хатти любить хозяин, всегда служить ему и хранить его дом.

- Не переставай заботиться о доме, Хатти. Продолжай делать это так, словно мы с Антаресом по-прежнему живём здесь.

Она взяла метлу и вышла во двор, домовик увязался за ней.

- Хатти обещать хозяйка, что он не оставлять дом. Хатти обещать беречь дом и ждать, когда хозяева возвращаться.

Но Селена уже не слышала тихий голосок эльфа. Её метла взмыла вверх, унося свою владелицу куда-то на северо-запад.

* * *

Аппарировать на столь дальние расстояния опасались даже опытные волшебники: был велик риск расщепов, поэтому часть пути Селена проделала на метле. Путешествуя по свету с Антаресом, им, бывало, приходилось пользоваться даже маггловским транспортом.

Серый дождливый уилтширский пейзаж резко контрастировал с залитыми осенним солнцем Альпами. Селена поплотнее закуталась в дорожную мантию и окружила себя водоотталкивающими и дезиллюминационными чарами. Место, куда она направлялась, всегда было надёжно защищено от магглов, но волшебники могли увидеть роскошный особняк издалека. Сейчас впереди стелился только густой туман и то и дело проглядывающие сквозь него редкие деревца. Это было странно. Впрочем, зная о том, кто теперь обосновался в этом доме, удивляться не следовало ничему. Оставалось идти вперёд, к тому месту, где по её воспоминаниям находились высокие кованые ворота. Они никогда не отворялись, как обычно, а в нужный момент словно превращались в лёгкую дымку, пропуская гостей.

- Эй, тут, кажется, есть кто-то, — произнёс скрипучий мужской голос.

- Так хочешь выслужиться перед мадам, что в каждой тени видишь грязнокровку? — с гадкой усмешкой откликнулся второй.

Вот и отлично! Кажется, она нашла провожатых. Селена сбросила чары и без тени страха появилась перед мужчинами, предусмотрительно спрятав волшебную палочку в карман. Им не следовало сразу чувствовать угрозу. Оба ищущими взглядами обшаривали туман вокруг себя. Она была наслышана о егерях и о том, что ими часто становились оборотни и даже тролли. Те, что попались ей, судя по всему, были оборотнями. Уже неплохо. Они хотя бы не лишены человеческого интеллекта и понимают речь волшебников.

- Ух ты! — присвистнул тот, который только что дразнил товарища, и протянул к её щеке грязную когтистую руку. — Гляди, какая красотка!

- Убери лапы, ничтожество! — отмахнулась Селена.

- Тише, деточка.

- Свяжем её, а то строптивая слишком, — предложил первый, запуская руку в карман.

- Ничтожные твари! Я, к вашему сведению, Селена Блэк-Ноктэм, и прихожусь кузиной мадам Лестрейндж и леди Малфой.

Не обращая внимания на её протест, егерь принялся разматывать верёвку.

- Подожди-ка, — остановил его напарник. — Эта милашка говорит, что она Блэк.

- Знаем мы таких, которые много говорят, — недоверчиво проскрипел первый, — а сами не могут назвать по имени ни одного Блэка. Ты как, красотка, назовёшь?

- А с какой стати я должна тебе отвечать? Веди меня в дом, я буду разговаривать только с моими сёстрами.

- Вот! Я же говорил. И эта ни черта не знает.

Его напарник извлёк из складок потёртой мантии пергамент и вгляделся в длинный список фамилий:

- Ну, есть тут какая-то Селена Блэк, — наморщив лоб, сказал он. — Как думаешь, это она?

- Я тебе покажу «какую-то»! — возмутилась Селена.

- А покажи! Я с удовольствием посмотрю! — оборотень схватил её и притянул к себе. Она почувствовала мерзкий гнилой запах. — Люблю блондиночек.

- Я тоже люблю таких резвых парней… пытать, — прошипела Селена.

- Ладно, отведём её к хозяевам, там разберутся, — подытожил первый, пряча верёвку обратно в карман.

- Слушай, надо всё-таки забрать у неё палочку, — сказал тот, что удерживал её.

- Не смей!

- Или ты отдашь нам её по-хорошему, красотка, или.., — он коснулся носом её шеи и шумно втянул воздух, — мне придётся тебя обыскать.

Селена могла бы избавиться от обоих мощным ударом беспалочковой магии, но она понимала, что они здесь не одни. И она не знала, с какими чарами может столкнуться, когда найдёт в тумане ведущие в поместье ворота. Егеря хотя бы гарантированно доставят её, куда нужно, живой. Она должна была попасть к Малфоям любой ценой.

- Будь по-твоему, ничтожество. Убери руки, чтобы я смогла достать палочку, — сквозь зубы проговорила Селена.

- Только без глупостей, деточка, а то я и без разрешения мадам с тобой разделаюсь.

Она вытащила палочку и протянула её своим провожатым.

- Ну всё, пошли, дорогуша.

- Отлично! Пойдёмте. Мечтаю посмотреть, как мои сёстры с вас — жалких шавок — шкуры спустят, когда узнают, как вы со мной обращались.

* * *

Скоро они добрались до поместья Малфоев. Каждая деталь здесь по-прежнему кричала о статусе и богатстве его владельцев, однако на всём теперь чувствовался отпечаток чужой тёмной силы.

Селену грубо втолкнули в просторную, но мрачную гостиную.

- Грязные оборотни! — она смерила егерей полным отвращения взглядом. — Немедленно позовите моих сестёр.

- Так-так-та-а-ак! Ну и кто это у нас тут? — по лестнице спускалась Беллатриса Лестрейндж.

Селена не видела кузину почти семнадцать лет, но сразу её узнала. Годы в Азкабане не сломили Беллу, хоть и стёрли прежнюю красоту. Но огонь в чёрных глазах горел теперь с ещё большим безумием и страстью.

- Эта дамочка уверяет, что она ваша кузина, мадам, — поклонился хозяйке любитель «блондиночек».

- Да неужели? Ну-ка посмотрим… Селена?! Ты?! — Беллатриса в изумлении замерла у подножия лестницы.

- Белла! Как я рада тебя видеть! Будь добра, скажи своим шавкам, чтобы они вернули мне мою волшебную палочку.

Прекрасно зная крутой нрав кузины, безоружная Селена ожидала всего. И Круциатус стал бы только началом. Но взяв себя в руки, она гордо вскинула голову и продолжила:

- Это ужасно, Белла! Я — чистокровная волшебница из благороднейшего и древнейшего рода Блэков — отправляюсь навестить своих сестёр, а меня по дороге хватают эти мерзавцы и обращаются со мной, как с последней магглой. Хорошо хоть у них хватило мозгов привести меня сразу к тебе.

Беллатриса приблизилась к кузине и, приставив свою волшебную палочку к её горлу, зловеще прошептала:

- Навестить сестёр? И только? А где ты была все годы, что прошли с нашей последней встречи?

- Я не намерена разговаривать при этих полулюдях, — заявила Селена. — Пусть они вернут мою палочку и убираются.

- Отдайте. Мне, — велела Беллатриса.

- Мадам Лестрейндж, — проскрипел оборотень.

- Отдайте и убирайтесь вон!

- Вы оглохли? — не обращая внимания на упирающуюся в шею палочку кузины, грозно спросила Селена.

Егерь нехотя протянул свой трофей Беллатрисе.

- Вообще-то, мадам, мы сегодня доставили вам ценный улов.

- Ценный или нет, решать мне! Вымогатели! Пошли вон! — она направила на оборотней волшебную палочку кузины. Оба сочли за лучшее скрыться, оставив родственниц вдвоём. — А теперь отвечай на мои вопросы, Селена. Где ты была? Где? Сбежала? Сбежала подальше, чтобы не мараться о сестру, которую упрятали в Азкабан? Так?

- Ты ошибаешься, Белла, — бесстрастно ответила Селена. — Я ни на минуту не забывала о тебе и всегда гордилась родством с тобой и Нарциссой. Но после падения Тёмного Лорда я не собиралась оставаться здесь — в стране, где грязнокровок ставят в один ряд с нами — чистокровными волшебниками, а Тёмные Искусства и вовсе превратились во что-то крамольное. Мне хотелось настоящих знаний, а не того жалкого подобия обучению магии, что было в Хогвартсе. Вот почему я отправилась в Дурмстранг тогда, шестнадцать лет назад. Но теперь я наконец смогла вернуться, чтобы воссоединиться со своей семьёй. Чем ты недовольна?

- Вернуться теперь? Когда Тёмный Лорд наконец обрёл былое могущество, а вся грязная работа осталась позади? Я отстрадала за него в Азкабане четырнадцать лет, пока такие как ты радовались жизни где-то вдали от тюремного мрака. Знаешь, каково там? Не-е-ет… — Беллатриса подобралась к сестре вплотную, касаясь подбородком её плеча. — Ты не знаешь, каково там, в сырой холодной тюремной камере, когда тебя мучают дементоры. Ты никогда не видела такой жизни.

- Видела! — бросила Селена, высвобождаясь из полуобъятия кузины.

- Не лги мне! Ты не могла этого видеть!

- Неужели?! Мой муж одним из первых присоединился к Тёмному Лорду после его возвращения. Он ни о чём не мечтал так страстно, как оказаться рядом со своим Повелителем, стать для него полезным, помочь ему поскорее вернуть прежнюю власть. А те глупцы, что пытались мешать моему мужу, были хладнокровно убиты им ради Тёмного Лорда и во имя его идей. Мой Антарес был готов на всё ради своего Повелителя. И я вместе с ним. Муж принял поцелуй дементора, но не отрёкся от Тёмного Лорда.

Селена знала, что Беллатриса — тоже превосходный легилимент. Ей пришлось приложить все усилия, чтобы надёжно закрыть от кузины собственное сознание.

- Зато ты, сбежав в Хогвартс, отреклась от них обоих! Ото всех нас!

- Я не отрекалась!

- Ложь!

- В чём ты меня обвиняешь, Белла? В том, что я не последовала за Антаресом в Нурменгард? Но ведь и Родольфуса схватили тогда, в Министерстве, и снова отправили в тюрьму. Что же ты к нему не присоединилась? — она с вызовом смотрела кузине в глаза.

- Мой Лорд нуждается во мне! — горячо заверила мадам Лестрейндж.

- Вот именно! Тёмный Лорд нуждается в сторонниках. Подумай, Белла! Какой был бы смысл, если бы я отправилась за Антаресом и оказалась бы сейчас хуже, чем мертва?

- Думаешь, я тебе поверила? — хмыкнула Беллатриса.

- Белла! Я услышала шум. — К ним спускалась леди Малфой. — Селена!

- Здравствуй, Нарцисса.

- Гляди-ка, Цисси, кто к нам пожаловал! Хватило наглости явиться! — Беллатриса снова ткнула Селену волшебной палочкой в горло.

- Оставь её, Белла!

- Не вмешивайся, Цисси! Она уверяет, что на стороне Тёмного Лорда, а сама целый год пряталась в Хогвартсе и прислуживала Дамблдору, вместо того, чтобы сражаться за Повелителя вместе с нами.

- Она присматривала за Драко! — возразила Нарцисса.

- Большое дело, — усмехнулась Беллатриса. — Одного Снейпа в качестве няньки Драко не хватало?

- Северус спас жизнь моему сыну! Ты же знаешь, что Драко не смог бы… не смог бы сам…

- Конечно! Он такой же слабак и трус, как и Люциус, — лицо Беллы исказила презрительная гримаса. Казалось, она даже забыла о Селене.

- Не трогай моего мужа! — голубые глаза Нарциссы вспыхнули холодным огнём.

- Отчего же? — съязвила сестра. — Это из-за него мы потеряли почти год! Если бы тогда в Министерстве твой муж так позорно не попался, мой Лорд уже давно…

- Ты тоже была в Министерстве! — перебила Нарцисса. — Так почему бы тебе самой было не убить Дамблдора в ту ночь?

- Тёмный Лорд не велел мне!

- Хватит! — встряла в перепалку сестёр Селена. — Не забывай, Белла, что именно Драко починил Исчезательный шкаф, чтобы вы смогли проникнуть в Хогвартс. К тому же, Тёмный Лорд не потерял время. За этот год он только сильнее укрепил свою власть.

- Селена права, — сказала Нарцисса. — У Тёмного Лорда было время собрать достойную армию. И он это сделал.

Беллатриса молчала, переводя недобрый взгляд с сестры на кузину.

- Так ты вернёшь мне мою палочку, Белла?

* * *

Селена, одетая в мягкий тёмно-серый халат, вышла из ванной и присела на край широкой кровати с высоким балдахином и инкрустированным серебром резным изголовьем. Напротив располагался изящный туалетный столик из дерева в тон прикроватным тумбам и платяной шкаф с узорами из патинированного серебра. Даже комнаты для гостей в особняке Малфоев отличались особой роскошью. В высоком камине из белого мрамора ярко горел огонь, окутывая приятным теплом. Взмахом руки она вызвала туманы, и они заискрились успокаивающей изумрудной пеленой.

В дверь коротко и тихо постучали.

- Сели?

- Заходи, Цисси.

Леди Малфой прикрыла за собой дверь и опустилась на кровать рядом с кузиной.

- Я, правда, очень рада тебе, — сказала она. — Не обращай внимания на Беллу. Это мой дом и мне решать, кто станет моим гостем.

«Вряд ли ты приглашала в гости Тёмного Лорда», — мысленно усмехнулась Селена. Но говорить об этом она не стала, понимая, что кузине сейчас действительно очень нелегко.

- Прости, что я без приглашения, — извинилась Селена. — Надо было написать, но письмо могло задержаться в пути или не долететь вовсе. Я знаю, что Министерство контролирует всю почту.

- Я думала, ты останешься в Хогвартсе.

- Там теперь новый директор. Он не стал продлевать мой контракт, ведь у Министерства по поводу окклюменции в этом году совсем иная позиция. Чем сильнее открыты умы детей, тем проще станет повелевать ими в будущем. Но лично я не переживаю, что не осталась в школе. Для меня Хогвартс — пройденный этап.

- Северус бывает здесь по призыву Тёмного Лорда. Правда, теперь всё реже. Я так и не смогла поговорить с ним после… после того, что он сделал. Если бы не Северус, мне страшно представить, что было бы сейчас с моим сыном.

- Могу я попросить тебя кое о чём? Если Северус появится, не говори ему обо мне. Ему не следует знать, что я здесь.

- Почему?

- Мы с ним не очень ладили в последнее время, — соврала Селена.

- Хорошо. От меня он ничего не узнает, обещаю.

Они помолчали. В тишине было слышно лёгкое потрескивание огня в камине.

- Зачем ты вернулась в Британию? — наконец спросила Нарцисса.

- Ты же сказала, что рада меня видеть, — улыбнулась Селена.

- Конечно, я рада, что ты приехала, но я сейчас о другом. — Нарцисса накрыла руку кузины своей и понизила голос почти до шёпота. — С тех пор как Тёмный Лорд устроил у нас свою штаб-квартиру, я и сама перестала чувствовать себя дома. Наше родовое поместье словно превратилось в тюрьму. Ты же видела Беллу, столкнулась с егерями, а это только малая часть всех перемен. Но если ты выдержишь, если сможешь жить здесь, оставайся, сколько захочешь.

- Меня не напугать соседством с Пожирателями Смерти, — хмыкнула Селена. — Но я не могла оставаться там, где всё напоминает об Антаресе. А в Британии мне пока негде жить, но, надеюсь, что скоро подыщу себе подходящий дом. Я уже занимаюсь этим.

- Ты не была до конца искренней с Беллой. Я не знаю, на чьей ты стороне, Сели, но хочу верить, что меня ты не предашь. Меня и моего сына.

Да, Нарцисса отлично умела закрывать сознание, но вот искусным легилиментом она никогда не была и почувствовала ложь скорее интуитивно. Однако Селена всё же усилила мысленную защиту и, глядя кузине в глаза, ответила:

- Я на своей стороне. И на стороне своей семьи. Ты, Драко, Белла — вот моя семья, и я люблю вас не меньше, чем прежде.

Только когда Нарцисса ушла спать, наконец оставив её одну, Селена поняла, насколько вымоталась за этот бесконечный день. Даже в дальней дороге она не устала так, как во время беседы с непримиримой Беллатрисой. Окклюменция всегда требовала немалых сил, но кузина была по-настоящему достойным противником. Сегодня Селена выдержала первое нелёгкое испытание. Сколько их ещё предстояло, оставалось только догадываться. Живя у Малфоев, ей придётся постоянно сталкиваться с Беллой. И наверняка не только с ней. Впрочем, и с Нарциссой следует вести себя осторожнее. Ведь прежде всего, она — жена Люциуса Малфоя, готовая на всё ради мужа и сына.

Так вышло, что все они — сёстры Блэк — такие разные по характерам, взглядам и целям — сами того не осознавая, стали сейчас очень похожи в одном. Все трое сражались с неизвестностью за своих мужчин: Люциуса, Волдеморта и… Нет. Она никогда не признается кузинам, почему на самом деле вернулась. И тот, из-за кого она здесь, никогда не узнает об этом.

* * *

Дверь кабинета распахнулась без стука, пропуская невысокую коренастую женщину. За собой она тащила двоих студентов-старшекурсников. Щека Джинни Уизли была перепачкана чем-то чёрным, мантия порвана. На лице Невилла Лонгботтома выделялись свежие кровоподтёки.

- Директор! Директор! — прокаркала женщина. — Эти двое снова…

- Профессор Кэрроу, — перебил Снейп, оставаясь сидеть за столом, — я, кажется, неоднократно просил вас не врываться в мой кабинет без разрешения. И тем более, не приводить сюда учеников, если я их не вызывал.

- Директор…

- Но вы продолжаете таскать ко мне всех подряд!

- Но ситуация неотложная.

- У вас они всегда неотложные. Что на этот раз?

- Вы что, директор, ничего не слышали?

- Очевидно нет, раз спрашиваю вас, что случилось, — развёл руками Снейп.

Сутулые плечи Алекто Кэрроу заметно напряглись, когда она с усилием толкнула детей вперёд. Оба с ненавистью уставились на директора.

- Они пытались устроить взрыв около вашего кабинета.

Снейп демонстративно закатил глаза.

- Если вы опять о Лонгботтоме, то я бы не стал искать в его действиях злой умысел. Я учил этого никчёмного студента шесть лет, и уверяю вас, профессор, стоит Лонгботтому только взять в руки волшебную палочку, как тут же случается катастрофа. Думаю, он просто пытался сделать домашнюю работу. По чарам, например.

- Но я видела своими глазами, — настаивала Алекто. — Лонгботтом колдовал вместе с этой девчонкой. Коридор дымом заволокло, я чуть пробралась к вам.

- Простите, директор, но мы не собирались взрывать ваш кабинет, — смело выступила вперёд Джинни. — Мы просто…

- Молчать! — рявкнул Снейп, теряя терпение.

- Глядите-ка, директор, она ещё возражает, эта дрянь! — Алекто направила на младшую Уизли волшебную палочку. — Сейчас я покажу тебе, мерзавка!

Снейп быстро поднялся из-за стола.

- Не вздумайте пачкать кровью мой кабинет, профессор Кэрроу!

- Но они заслужили наказание! — взвизгнула Алекто.

- Ну так и отведите их к Хагриду! Будто вам не известно, как в Хогвартсе наказывают учеников. Обычно одной прогулки по Запретному Лесу достаточно, чтобы очень надолго, если не навсегда, отбить желание нарушать школьные правила.

- Ну, если вы, директор, приказываете.., — она нехотя опустила палочку.

- Да, я приказываю, — ответил Снейп жёстко. — И раз уж вы явились ко мне, избавив меня от необходимости самому спускаться в учительскую, то я заодно напомню: вы и ваш брат ещё вчера утром должны были предоставить мне отчёт обо всех контактах студентов и преподавателей Хогвартса за прошедшую неделю.

- Директор, но у нас были неотложные дела.

- Так вы станете отвечать Тёмному Лорду?! — взбесился Снейп. — Я не желаю слушать о ваших якобы неотложных делах. Поттер до сих пор не схвачен, а вы тратите время на какую-то ерунду. Вся почта должна проверяться строго в срок. Возражения не принимаются. В школе полно сочувствующих Поттеру, и я не верю, что никто из них ни разу за все эти месяцы не отправлял ему писем и не получал ответов.

- Вы что, в нас сомневаетесь? — попыталась возмутиться Алекто.

- Тёмный Лорд верит вам. А я, как директор этой школы, требую от вас безупречного выполнения ваших обязанностей. И воли Тёмного Лорда.

- Я всегда выполняю волю Тёмного Лорда.

- Вот и займитесь, наконец, почтой. С этого дня я требую отчёта ежедневно. А кому наказывать учеников, в этой школе найдётся без вас.

* * *

- Знаете, что я больше всего ценю, Северус? — беззаботно поинтересовался с портрета Дамблдор, когда Алекто Кэрроу наконец покинула кабинет, утащив детей за собой. Снейп с видимой неохотой повернулся к собеседнику. — Идею задействовать в наказаниях Хагрида в своё время подали именно вы. Уверен, ребята в очередной раз отлично проведут время с нашим лесничим.

- Если Алекто не спустит Лонгботтома с лестницы.., — мрачно откликнулся Снейп. — На её месте я бы спустил.

- Мыслите позитивнее, Северус! — подбодрил Дамблдор. — Подумайте лучше, скольких детей вы спасли от Круциатуса, отправляя их к Хагриду. И скольких ещё успеете защитить.

- Кэрроу — не самые сообразительные слуги Тёмного Лорда.

- Но вы ведь убедили его, что в Хогвартсе не найти места страшнее Запретного Леса?

- Он не особо интересовался наказаниями. Но если поинтересуется, я знаю, что ему сказать, — заверил Снейп.

- Я заметил, Волдеморт стал реже призывать вас.

- Вы же знаете, что на это имя наложено заклятие! — вспыхнул Снейп. — Вокруг того волшебника, кто произнесёт его, мгновенно рушатся защитные чары любой силы.

- Но не в Хогвартсе, Северус, — Дамблдор с портрета снисходительно улыбнулся своему преемнику. — И не из уст мёртвого человека.

При последних словах Снейп поморщился.

- Напрасно вы так в этом уверены, — ехидно заметил чародей с соседнего портрета.

- Ну будет вам, сэр Финеас! — откликнулся Дамблдор. — Вы ведь на нашей стороне.

- Я на своей стороне, — с достоинством ответил тот. — И если я иногда оказываю вам свою неоценимую помощь, то исключительно из уважения к вашим талантам волшебника, Альбус, но никак не к политическим взглядам. И совершенно точно не за вашу лояльность к грязнокровкам.

Финеас Найджелус Блэк на портрете гордо вскинул голову и удалился в темноту.

- Можно на это мерзкое слово тоже наложить чары? — зло спросил Снейп.

- Вернёмся к моему вопросу, Северус, — голубые глаза бывшего директора испытующе смотрели из-под очков-половинок.

- Тёмный Лорд не слишком доверяет обоим Кэрроу, потому он и не желает, чтобы я часто покидал школу. К тому же, он теперь проводит большую часть времени за пределами Британии. Вам известно, что он ищет волшебную палочку. Вашу волшебную палочку.

- Безуспешно, надо полагать? — усмехнулся Дамблдор. Снейп промолчал и отвернулся. — Когда он призовёт вас снова, а я склонен считать, что это произойдёт в очень скором времени, вы скажете ему, что готовы лично заняться поисками Гарри Поттера. Готовы отыскать мальчика и доставить к нему.

- А как же Хогвартс? — Снейп снова смотрел на портрет.

- Уверен, Том не велит вам немедленно оставить школу и начать гоняться за мальчиком, но вы должны убедить его в своей полной готовности сделать это. Помните, что именно вам, Северус, в итоге предстоит рассказать Гарри всю правду. И когда момент настанет, вы должны будете добраться до него раньше, чем это сделает Волдеморт.

- Нам все равно не известно, где сейчас прячется Поттер.

- Ну, один раз сэр Финеас уже помог нам. Уверен, он снова подскажет, где искать мальчика. Но Волдеморту вы сообщите, что Гарри неоднократно видели в окрестностях Годриковой Впадины. Необходимо отвлечь Тома, навести его и его приспешников на ложный след. Пока это ваша основная задача, Северус.

* * *

Двое мужчин медленно, словно прогуливаясь, брели по погружённому в сумерки саду поместья Малфоев. Один из них скорее не шёл — скользил, не касаясь земли. Второй, хоть тоже обладал способностью к левитации, предпочитал следовать за Повелителем обычным твёрдым шагом. У их ног, шурша по слегка припорошенной снегом прошлогодней листве, петляла огромная змея.

- В последнее время я был слишком занят делами, не менее важными, чем поимка Гарри Поттера, — задумчиво произнёс первый.

- Разве есть что-то более важное, мой Лорд? — удивился второй.

- Тебе пока рано знать об этом, Северус.

Какое-то время был слышен только шорох и хруст листвы под ногами.

- Мне приходилось часто покидать страну, и я весьма разочарован, что без меня поймать мальчишку до сих пор не удалось. Не удалось никому из тех, кого я считал своими верными, своими лучшими слугами, — в холодном голосе Волдеморта с каждым сказанным словом нарастало раздражение.

- Мой Повелитель, — Снейп коротко поклонился. — Все эти месяцы я оставался там, где вы и велели мне — в Хогвартсе. Я покидал школу только тогда, когда вы призывали меня. Как и сегодня. Но если вы прикажете мне заняться поимкой Поттера и его друзей, то будьте уверены, что я готов приступить немедленно.

- Эти идиоты упустили его! — словно не услышав своего собеседника, продолжил Волдеморт. — Мальчишка снова ускользнул от меня!

- Селвин и Трэверс были заслуженно наказаны вами, мой Лорд.

Волдеморт вдруг резко остановился и пристально вгляделся в чёрные глаза своего слуги.

- А что известно тебе, Северус? Где он? Где скрывается Поттер?

- Мне известно не больше фактов, чем любому волшебнику из вашего Ближнего круга, мой Повелитель. О прочем я пока могу только догадываться.

- О чём же? — Тёмный Лорд продолжал испытующе смотреть на Снейпа.

- Мне сообщили, что после происшествия у Лавгудов Поттер был снова замечен неподалёку от Годриковой Впадины.

Голову пронзила знакомая вспышка боли: хозяин не перестал терзать его сознание легилименцией даже после того как Снейп, казалось, прошёл все испытания на верность. Даже после убийства Дамблдора.

- В Годриковой Впадине полно егерей. Неужели мальчишка настолько глуп, чтобы снова отправиться туда? — не поверил Волдеморт.

- Егерей полно по всей Британии, однако главной их цели… вашей главной цели, мой Повелитель, а ваша главная цель — это безусловно Гарри Поттер — до сих пор удавалось скрываться. Даже от Пожирателей Смерти.

- Я уделял слишком мало времени своей цели, понадеявшись на кучку идиотов, не достойных милости Лорда Волдеморта!

Его зрачки опасно вспыхнули красным. За такой реакцией обычно следовал выбор жертвы. Сегодня Снейп был призван один. Он понимал, что жертвой станет или он сам, или кто-то из пленников, что были заперты в подвале поместья. Школьница — дочь Лавгуда, и хозяин лавки волшебных палочек Олливандер. Пусть мельком, но он видел их обоих: последний может и не пережить ещё одну пытку.

- Оставаясь в Хогвартсе, я за шесть лет успел хорошо изучить Поттера и его слабые стороны. Глупая сентиментальность, попытки ухватиться за прошлое, которого он даже не помнит… Поэтому мальчишку так тянет к месту, где он родился — к Годриковой Впадине. Уверен, он станет возвращаться туда снова и снова, и мы скоро схватим его. Мой Повелитель, если бы вы позволили мне лично заняться мальчишкой, я давно доставил бы его к вам.

- Может быть, и позволю, Северус, — ответил холодный голос. — Но пока твоё место в Хогвартсе.

Они пошли дальше по погрузившемуся в вечернюю темноту саду. Огромная змея не отставала, то и дело касаясь чешуйчатым телом подолов мантий и ног.

- Мне известно, что Хогвартс по-прежнему не избавлен от предателей крови. Почему очистка школы от грязи идёт так медленно, Северус? Или тебе напомнить, кто поставил тебя во главе? — вкрадчиво произнёс Волдеморт.

- Мой Повелитель, смею заверить вас, в школе остались лишь те ученики, чьи родители подтвердили статус своей крови. А определение статуса и выдача разрешения на ношение и использование волшебных палочек — задача Министерства магии, а никак не директора Хогвартса.

- Министерство подчиняется мне, и я прекрасно знаю, у кого какие задачи. Но где результат?!

- Мой Лорд? — не понял Снейп.

- Уизли! Лонгботтомы! — нетерпеливо перечислил Волдеморт. — Их отпрыски всё ещё в Хогвартсе!

- Чистота крови этих волшебных семей не подвергается сомнению. Тем не менее, из-за возможных контактов с Гарри Поттером все, кто носит эти фамилии, на особом контроле у Министерства и школы. И лично у меня.

- И никто из них за всё время не делал попыток связаться с Поттером?

- Никто, мой Повелитель. Вся почта по моему приказу тщательнейшим образом проверяется.

- Кем именно проверяется?

- Кэрроу, разумеется. В Хогвартсе я полностью доверяю только им двоим.

Снейп прикрыл глаза и незаметно сжал кулаки, едва справляясь с новым приступом боли: Тёмный Лорд вторгся в его сознание с такой силой, что чуть не разрушил выстроенную защиту.

- А остальные? Неужто эти глупцы всерьёз готовы сражаться со мной — Лордом Волдемортом? — он рассмеялся неприятным холодным смехом.

- Любое неповиновение жестоко карается. Кэрроу подтвердят мои слова.

- Методы Кэрроу я знаю. А каковы твои, Северус? Ты изобретателен. Ты не станешь ограничиваться Круциатусом.

- Разумеется, мой Лорд, — Снейп попытался скрыть болезненную гримасу за кривой саркастичной усмешкой. — Тем неженкам, что боятся боли, как правило, бывает достаточно одного наказания у Алекто. Такие трусы не станут всерьёз противиться установленным правилам. И их, к нашей общей радости, большинство. Для прочих... особо непонятливых, мне, как вы верно подметили, приходится быть изобретательным. И сама школа помогает мне в этом. В Хогвартсе и его окрестностях есть места, способные полностью изменить сознание. Места, откуда никто не возвращаются прежним.

- Например?

- Запретный Лес.

- И только?

- Разве этого недостаточно? Я отправляю студентов к Хагриду за любые провинности. А ему лучше других знакомы все самые опасные уголки Запретного Леса. Знакомо всё, что обитает там. Боль от Круциатуса временная, проходящая. Она быстро забывается, — объяснил Снейп, тщательно смакуя каждое слово. — А в Запретном Лесу неизбежна встреча с такими существами и такой древней, не всегда подвластной даже самым опытным волшебникам магией, что побывавшие там студенты станут бояться каждого шороха и днём, не говоря о ночных кошмарах.

- Ты прав, Северус. Если эти глупцы вообще вернутся оттуда, — оскалился Тёмный Лорд.

Снейп улыбнулся в ответ.

* * *

Тяжёлая бархатная штора едва заметно колыхнулась. В комнате на втором этаже зажегся неяркий свет. Селена пряталась в темноте за шторой и смотрела в окно, пока Снейп с Волдемортом не скрылись из виду. Оба они бывали в поместье крайне редко. За несколько месяцев, что Селена провела у Малфоев, она видела Снейпа всего дважды. Сегодняшний вечер стал третьим. Пусть так, но она хотя бы знала, что он по-прежнему в Хогвартсе. Что он остаётся в Ближнем круге Тёмного Лорда. Что он жив.

Со стороны, из темноты окна, неспешная прогулка директора Хогвартса и Волдеморта могла показаться чем-то вроде дружеской или деловой встречи под приятную расслабленную беседу. Селена понимала, что это далеко не так. Что бы она ни слышала о Тёмном Лорде — от Антареса, от Беллы, от Нарциссы, от Люциуса, от Мирты и прочих, кто хотя бы раз видел его воочию — не шло ни в какое сравнение с реальностью. У Малфоев ей довелось испытать на себе его магию: почувствовать пронизывающий насквозь взгляд красных змеиных глаз, услышать его холодный бездушный голос. Голос, который обращался к ней, называя по имени.

«Селена…»

И с тем же змеиным шипением: «Антарес… Я помню его. После моего возвращения он присоединился ко мне среди первых».

«Я всегда следовала за своим мужем. И готова вместо него идти за вами, мой Лорд», — ответила она тогда, склонив голову.

Тёмному Лорду не было нужды воздействовать Империусом. На какой-то миг Селена и без заклятия ощутила полную готовность пойти за ним. Как Белла, как Антарес, как много лет назад её тётя Вальбурга. Как Регулус, Люциус, Северус. Как все, кто был и кто остаётся верен ему. Как все, кому ещё предстоит испытать на себе его чары.

Тогда она и почувствовала боль. Внезапную, острую, словно раскалывающую голову на множество осколков. Боль, о которой ей говорила Нарцисса. Волдеморт по-своему применял легилименцию. И этот удар был во много раз сильнее, чем все прежние попытки вторгнуться в её сознание. Даже со стороны самых опытных, не гнушающихся чёрной магии колдунов. Но боль, призванная разрушить защиту, наоборот, вернула Селену к реальности. Заставила вспомнить, почему она оказалась здесь: в Британии, в Уилтшире. Одна. Почему так надолго задержалась в гостях у кузины и её супруга. И кто этот монстр, что стоит сейчас перед ней. Селена едва выдержала это противостояние и долго потом приходила в себя.

В ту ночь к ней снова вернулось её проклятие, её огненный кошмар на границе сна и реальности. Он успела проснуться прежде, чем Адское пламя добралось до её тела, опалив только кончики волос. Нестерпимый жар пламени в кошмарных снах, напротив, сменился наяву жутким холодом, словно не меньше сотни дементоров пролетели где-то поблизости. Больше не сомкнув глаз до утра, она пыталась согреться у огромного камина в своей спальне.

В ту бессонную ночь у Селены было время подумать. Она не представляла, не хотела представлять, как Северус Снейп порой так подолгу общается с Тёмным Лордом. Что он чувствует, возвращаясь от своего Повелителя. Впрочем, утверждать с уверенностью, на чьей Снейп на самом деле стороне, Селена не могла и сейчас. Она сама видела Волдеморта, говорила с ним, и ей наконец стало понятно главное. Понятно, почему, несмотря ни на что, волшебники шли за ним, часто теряя не только своих близких, но и самих себя. Теперь она понимала Беллатрису, страстно обожающую своего Повелителя и готовую ради него абсолютно на всё. Понимала Антареса, который поддался чарам Волдеморта, сам будучи очень опытным и далеко не молодым волшебником, всю свою жизнь, однако, ослеплённым манией чистоты крови. Понимала Драко, что при всей сыновней любви и уважении, в роковой момент не пожелал больше оставаться в тени своего отца и под чрезмерной опекой матери. Понимала Северуса, что примкнул к Тёмному Лорду, будучи совсем юным. Впервые за прожитые семнадцать лет он смог почувствовать себя нужным, полезным, значимым. Своим среди своих.

Утром, когда Селена, набросив чары, спустилась к завтраку, она выглядела для всех свежей и отдохнувшей. Она не стала рассказывать Нарциссе, что пережила той ночью. Это был только её кошмар, никому не следовало знать о нём. Даже самым близким. Особенно самым близким. Тем, кто всё равно не в силах ничего изменить.

Целебное зелье, которое помогало ей несколько лет, справлялось всё хуже. Даже когда Тёмный Лорд был далеко, ей теперь требовалась двойная порция. А как пройдёт для неё эта ночь, Селена не знала. Пусть сегодня она и не встречалась с монстром, лишь высматривала его в окно в полумраке, но присутствие Тёмного Лорда ощущалось всегда, стоило ему появиться у границ поместья.

Селена достала флакон: зелья оставалось совсем немного. Она заранее отправила сову с заказом аптекарю из Цюриха, чьего авторства был последний эликсир, но если зелье перестанет действовать окончательно, ей снова придётся искать новый состав. И новых мастеров, что смогут справиться с ещё больше усложнившейся задачей. Смог бы Северус Снейп найти для неё рецепт и сварить спасительное зелье? Она не раз задумывалась об этом, будучи в Хогвартсе. Рассказать ему обо всём? Попросить помощи? Нет. Она не станет этого делать. Никто не должен знать.

* * *

Ей снился огонь. Не Адское пламя из кошмаров. Огонь, который она легко укротила бы парой заклинаний. Но этим огнём повелевал другой волшебник — её кузен Фалькус Прата. Этот огонь совсем не обжигал, но отталкивал, отдаляя от неё брата. Как только она пыталась приблизиться, пламя становилось сильнее, а все её чары словно отражал невидимый щит, который она, как ни старалась, не могла пробить. Фалькус сначала смотрел на кузину почти равнодушно, но вдруг, наблюдая за её безуспешными попытками колдовать, разразился диким безумным хохотом. Не слыша собственного голоса, Селена звала его, просила остановиться, но его глаза — тоже безумные — выражали лишь злобу. Вдруг зрачки налились красным, кожа побледнела, лицо брата вытянулось и превратилось в лицо Тёмного Лорда, который продолжал смеяться над ней холодно и пугающе.

Огонь внезапно потух, и отовсюду поползли змеи. Десятки, сотни самых разных змей — от мелкой гадюки до гигантской анаконды. Селена словно оказалась скованна обездвиживающим заклятием не в силах выхватить волшебную палочку. Теперь на неё смотрело улыбающееся лицо Антареса. Но в его улыбке вовсе не было привычного тепла, она скорее напоминала хищный оскал. Змеи со злобным шипением подобрались почти вплотную, но прежде, чем они сомкнули кольцо, Селена услышала своё имя. Только голос принадлежал не Антаресу, не Волдеморту и не Фалькусу.

«Селена!» — громче повторил голос. Она почувствовала, что оцепенение спало, и в следующий миг летела — именно летела — без метлы, не касаясь земли — летела туда, где в плотном змеином кольце ещё оставалась узкая щель.

Её опять стал преследовать огонь. Холодный смех Тёмного Лорда, мужа и кузена слился в единый хор безумцев. Но теперь Селена знала, что делать. Она взлетела выше, и когда языки пламени тоже устремились вверх, она снова услышала голос, что звал её. Только на этот раз он звучал тихо, почти шёпотом и совсем близко. Подол её мантии загорелся, Селена вскрикнула и проснулась.

Она лежала, тяжело дыша, и пыталась вспомнить свой странный кошмар. Но память возвращала только короткие обрывки: размытые лица, силуэты, чужой безжалостный смех, чувство страха и безысходности. Было три часа ночи. Селена выбралась из постели, понимая, что вряд ли сможет снова заснуть, взмахом руки разожгла камин и налила в стакан на полдюйма огневиски.

Не раз с тех пор как она поселилась в поместье, ей хотелось сбежать. Если не из страны, то точно из Уилтшира. Она солгала кузинам и Люциусу: в Лондоне у неё был свой дом, доставшийся в наследство от отца. Не такой роскошный, как особняк Малфоев или дом её детства, что сгорел дотла в том злополучном пожаре, но достаточно просторный и уютный. Она никогда не жила там, но за домом следил старый эльф. Когда тот умер, она, чтобы привести жилище в порядок, вызывала Хатти.

Война не могла продолжаться бесконечно. Селена понимала, что финал, каким бы он ни был, совсем близок. Однако временами ей начинало казаться, что все они — Пожиратели Смерти, аврорат, Министерство, да и сам Тёмный Лорд — ходят по кругу, не понимая, где давно пора свернуть.

Круг. Плотное змеиное кольцо.

Её мысли снова вернулись к сегодняшнему сну. Кажется, она видела Антареса. Но муж совсем не был похож на себя прежнего. Лишь фантом — далёкий и бездушный. Кажется, она видела Фалькуса. Несмотря на разногласия и обиды, он всегда оставался сыном своего отца, истинным Прата, презирающим всех, в ком текла хоть капля маггловской крови. Как знать, может, и он присоединился к Пожирателям Смерти. Надо написать ему. Снова попытаться поговорить. Впрочем, Тёмный Лорд умел насылать видения. Селена так и не смогла восстановить свой сон до конца и не была уверена, что видела именно кузена и мужа. Но в одном она не сомневалась: в том, чей голос позвал её и вытащил из ловушки сновидений. Громкий, разгневанный, тихий, спокойный, шепчущий, во сне, наяву, даже под заклятием — она не перепутала бы его ни с чьим другим. Никогда. Голос Северуса Снейпа.

* * *

Был поздний вечер, почти ночь, но в поместье Малфоев в это время никто не спал. Теперь, когда Драко приехал домой на каникулы, Нарцисса старалась проводить рядом с сыном каждую свободную минуту, чем только раздражала его.

- Да что вы все привязались ко мне, тётя?! — вспылил мальчик, когда пару дней назад Селена попыталась поговорить с ним наедине. — Я давно не ребёнок!

Она не стала возражать.

- Я знаю. И вижу, как ты злишься на маму за её чрезмерное внимание. Но и ты пойми, Драко, она любит тебя и очень за тебя тревожится. Особенно после того, что случилось в прошлом году. С тобой, с твоим отцом.

- Со мной ничего не случилось!

- Конечно. Ведь профессор Снейп был рядом.

- Он здесь ни при чём.

- Не спорь, Драко, — спокойно возразила Селена. — Послушай меня. Совсем скоро каникулы закончатся, ты вернёшься в Хогвартс и до конца экзаменов ни я, ни твои родители ничего не будем о тебе знать. А пока потерпи и не расстраивай Нарциссу ещё сильнее. Позволь ей побыть самой заботливой матерью. Поверь, для неё это сейчас очень важно.

 В тот вечер Селена спустилась в гостиную и присоединилась к Малфоям. Пусть племянник говорил о школе с большой неохотой, но она не пренебрегала ни одним, даже самым скудным, источником информации о том, что творится в Хогвартсе.

- Я подумала, Драко, может тебе не стоит возвращаться в школу? — сказала Нарцисса.

- Почему это? — откликнулся вместо мальчика его отец. — Я, кстати, с самого начала предлагал отправить его в Дурмстранг. Твоя кузина была готова помочь в этом, верно? — Селена кивнула. — Однако ты настояла, чтобы Драко учился в Хогвартсе. В этой, с позволения сказать, школе.

- Да, но… ты же видишь, как всё изменилось. В Хогвартсе стало опасно, и…

- Вот именно! — перебил муж. — Изменилось, Нарцисса. Впервые за много десятилетий Хогвартс хотя бы избавлен от грязнокровок. Верно, Драко?

- Да, отец, — ответил мальчик не слишком уверенно.

- А я согласна с тобой, Люциус, — вступила в семейный спор Селена. — Драко всё же следует закончить школу.

- Но он может учиться дома. Да, Драко? — Нарцисса с надеждой смотрела на сына.

- Будь твоя воля, ты не отпустила бы его от своей юбки и семь лет назад.

- Люциус! — жена нервно вскочила с дивана. — Неужели тебе всё равно? Он ведь и твой сын тоже!

- Мой сын должен вырасти мужчиной.

- Но пока он лишь мальчик! Ему всего семнадцать!

- Мама, достаточно! — не выдержал Драко.

- Прости, Драко.., — она снова опустилась на диван. — Мы с папой просто…

- Просто ругаетесь, как всегда, — буркнул младший Малфой.

- Он совершеннолетний, Нарцисса, — продолжил Люциус. — А ты всегда слишком опекала его. Спросить хотя бы твою кузину: согласись, Селена, в семействе Блэков никто и никогда так не носился со своими детьми.

- Не мне судить, — пожала плечами Селена. Она заметила, как племянник в бессильной ярости сжал подлокотники кресла. — Но, может, всё-таки лучше спросить у него? Как ты верно заметил, Люциус, твой сын совершеннолетний. Скажи, Драко, ты готов вернуться в школу?

Мальчик поколебался, взглянув на мать, но всё же ответил достаточно твёрдо:

- Да, тётя Селена. Я поеду в Хогвартс.

Голубые глаза Нарциссы стали влажными. Селена понимала кузину, она и сама не меньше беспокоилась о её сыне. Но она помнила и себя в семнадцать лет. Да что там — в семнадцать. Она намного раньше перестала оглядываться на старших и спрашивать разрешения. А кроме того, Селена была уверена, что будь у неё самой дети, она и теперь отправила бы их в Хогвартс, ни секунды не сомневаясь.

- Драко должен поехать, — сказала она кузине. — Подумай, Цисси. Теперь, когда школа принадлежит Тёмному Лорду, вряд ли он будет рад, если наследники чистокровных волшебников станут игнорировать обучение. А вашей семье и без того достаточно его гнева. Разве нет?

- Твоя сестра права. Надеюсь, хотя бы у неё получится тебя образумить, — холодно усмехнулся Люциус. Давно оставшийся без волшебной палочки, он мог позволить себе прежний надменный тон только с женой и сыном.

- Осталась каких-то пара месяцев, потом экзамены, и твой сын снова будет дома, — убеждала кузину Селена. — А пока… в замке есть кому за ним присмотреть.

- Да… наверное, ты права, — Нарцисса сглотнула слёзы. — Вы оба правы.

Окружавшие дом защитные чары возвестили о появлении незваных гостей. Нарцисса отняла ладони от лица и выпрямилась. Слёзы быстро высохли.

- Кого там принесло на ночь глядя? — с деланым равнодушием протянул Люциус, но было заметно, как он занервничал. — И где Беллатриса?

- Я посмотрю, кто пришёл, — его жена решительно поднялась с дивана и достала волшебную палочку.

- Я с тобой, — сказала Селена, вставая следом.

Сёстры вышли в холл. Нарцисса осторожно приоткрыла парадную дверь.

- В чём дело? — холодно осведомилась она.

- Мы пришли к Тому-Кого-Нельзя-Называть⁽¹⁾, — проскрежетал из-за двери оборотень, что появлялся в поместье чаще других егерей.

После короткой перебранки с хозяйкой он сообщил:

- Мы поймали Гарри Поттера.

* * *

- Гарри Поттер схвачен!

- Гарри Поттер схвачен!

- Гарри Поттер в ловушке!

- Сами-Знаете-Кто схватил Гарри Поттера!

- Гарри Поттер пойман!

- Гарри Поттера нашли и схватили!

Снейп вбежал в кабинет под гул голосов с портретов бывших директоров. Весть разнеслась по замку мгновенно. Пока он поднимался сюда, обитатели всех без исключения картин говорили только об одном.

Были пасхальные каникулы, большинство студентов разъехалось по домам. Это и к лучшему. Такие новости однозначно не для лишних детских ушей.

- Сэр Финеас! — позвал Снейп, мельком взглянув на соседнюю раму — портрет Дамблдора был пуст. — Где Поттер? Что произошло? Вы должны знать.

- Ну во-первых, я ничего не должен вам, юноша, — издевательски лениво заметил Финеас Найджелус Блэк, появляясь из темноты.

- Послушайте, сэр Финеас, сейчас не время для ваших принципов.

- Вы ведь тоже выпускник Слизерина, — ответил тот после показавшейся бесконечной паузы. — А наглости как у гриффиндорца.

- Мальчик у Малфоев. Жив. — Портреты смолкли, увидев и услышав вернувшегося Дамблдора. — Гарри и его друзей схватили егеря.

- Ну вот, — хмыкнул Блэк, — вы и без меня всё знаете.

- Мы не знаем, как это произошло, — возразил Дамблдор.

- Ещё один гриффиндорец…

- Сэр Финеас! При всём моём уважении…

- Ладно, ладно, Альбус, не кипятитесь. Найти его оказалось так просто, что мне даже скучно об этом рассказывать.

- И всё же?

- Глупому мальчишке было прекрасно известно, что на имя Тёмного Лорда наложено табу. Но видимо, он решил, что правила на Избранных не распространяются.

- Гарри назвал Волдеморта по имени? — уточнил Дамблдор.

- Именно, — подтвердил Блэк.

- Что ж, благодарю, сэр Финеас.

- И вы по-прежнему убеждены, Альбус, что этот маленький упрямый идиот — единственная надежда всего магического мира? — не удержался от колкости Блэк.

- Да. И я по-прежнему верю Гарри.

- Пока никто не вызвал Тёмного Лорда. Я знал бы, если бы это произошло, — Снейп инстинктивно коснулся левого предплечья. — Но ждать нельзя. Я отправляюсь в поместье.

- Не спешите, Северус, — Дамблдор сел в кресло, задумчиво скрестил пальцы и замолчал.

Снейп ждал, нетерпеливо переводя взгляд со своего предшественника на опустевший портрет Финеаса Блэка.

- Когда Тёмный Лорд окажется в пути, будет поздно, — не выдержал он, отвлекая Дамблдора от размышлений. — Но я не понимаю почему они медлят. Люциус только и ждёт случая реабилитироваться перед своим Повелителем. И если Поттер действительно у Малфоев…

- Они не уверены, — пояснил Финеас Блэк, снова появившись на портрете. — Грязнокровка… эта Грейнджер успела заколдовать мальчишку жалящим заклятием перед тем как их схватили. Едва ли он сейчас похож на себя, но совершенно точно — это Поттер.

- Чары не спасут, — мрачно заметил Снейп. — Кто третий в компании Грейнджер и Уизли, догадаться не трудно. Даже для егерей. Они ведь узнали их? Остальных детей?

- Ну разумеется. Поттер и Уизли назвались чужими именами, Грейнджер тоже пыталась что-то соврать, но ни у кого ничего не вышло.

- Ещё бы, — хмыкнул Снейп, но ему было совсем не до шуток. Как и Дамблдору.

- Это не всё, — добавил Блэк и замолчал.

- Что ещё? — Дамблдор в нетерпении встал из-за стола и подошёл к краю портретной рамы. — Сэр Финеас? Говорите!

- Егеря нашли в палатке вашего трио меч Гриффиндора, — нехотя продолжил тот. — Беллатриса Лестрейндж сразу решила, что Поттер с друзьями побывали в её сейфе в Гринготтсе и забрали оттуда ещё кое-что. Кое-что… не менее ценное, чем меч. И вам, Альбус, прекрасно известно, что это за предмет.

- Поттеру можно доверить хоть что-нибудь?! — Снейп нервно зашагал по кабинету. — Меч, что, валялся в их палатке, как мусор? А я говорил вам, профессор Дамблдор, этот безмозглый мальчишка…

- Беллатриса пытает гряз… Грейнджер, — перебил Блэк. — Мадам Лестрейндж хочет знать, где Поттер и его друзья взяли меч. Даже с этого портрета я слышу крики девчонки.

Снейп отметил про себя изрядную долю наслаждения в его голосе.

- А мальчики? — спросил Дамблдор.

- Заперты в подвале с остальными пленниками.

- Отлично. Аберфорт знает, что делать.

- Вы уверены, что ваш брат справится? Поттера нужно вытащить раньше, чем Тёмному Лорду станет известно, где он.

- Пока это единственная возможность спасти пленников, Северус. Надеюсь, вы понимаете, что вам нельзя появляться в поместье Малфоев раньше Волдеморта?

- Но…

- Северус? — Дамблдор строго смотрел со своего портрета поверх очков-половинок.

- Да… Да, я понимаю, но… Поттер… А кроме того… Надеюсь, и вы понимаете, что Тёмный Лорд не должен завладеть мечом.

- За меч не беспокойтесь. Вы ведь знаете, что он является только истинному гриффиндорцу. Доверьтесь мне, Северус.

«Однажды я уже доверился вам…»

Но Снейп не успел ответить. Чёрная Метка загорелась, обжигая предплечье. Волдеморт летел к Малфоям.

- Теперь я могу.., — сказал он скорее себе, чем не сводящим с него глаз многочисленным портретам.

- Да, — вздохнул Дамблдор. — Будьте очень осторожны. Вы не должны раскрыть себя. Помните, время ещё не пришло.

* * *

Пятерых крепко привязанных друг к другу пленников — грязных, в свежих ссадинах — по приказу леди Малфой втащили в гостиную. Теперь их можно было рассмотреть. Гоблин, что наверняка работал в Гринготтсе до возвышения Тёмного Лорда, и четверо подростков, год назад бросивших школу. Никто из них не пытался закрывать сознание, и Селена сразу услышала их имена. Сама не зная почему, она не спешила сообщать об этом хозяевам дома и появившейся в гостиной Беллатрисе. Лишь молча наблюдала, отступив в тень. Она видела, что Драко тоже узнал их — Поттера, Грейнджер, Уизли — но не признался матери и остальным. Старший Малфой засуетился, желая поскорее вызвать Тёмного Лорда. Люциус уже видел себя героем в глазах хозяина, великодушно прощённым и снова с волшебной палочкой в руке. Нарцисса, несколько минут назад готовая отчаянно разрыдаться, теперь с холодной решимостью пыталась урезонить мужа и теряющую контроль над собой сестру. Беллатриса, ослеплённая жаждой крови и страхом перед Повелителем, словно забыла, что и сама превосходно владеет легилименцией. Никто из пленников не был в её сейфе. Никто из них понятия не имел, какие сокровища можно там найти. Пытать было бесполезно, но мадам Лестрейндж всерьёз взялась за Грейнджер, требуя ответов, и с маниакальным упорством повторяла заклятие Круциатус. Люциус трусливо отводил от девочки взгляд, будто это помогало заглушить её крики.

На какие-то мгновения Селена словно вернулась в ту ночь, когда её муж — её Антарес — устроил расправу над всеми, кто оказался на пути. Его племянница — дочь Амадеуса Ноктэма — была тогда ровесницей теперешней Гермионы. Она только что закончила Дурмстранг.

Кажется, Грейнджер потеряла сознание и перед Беллатрисой распростёрлась следующая жертва — маленький гоблин, почти незаметный в огромной гостиной. Оттолкнув его словно мусор, Белла коснулась Чёрной Метки. Теперь, когда она, как ей казалось, выяснила всё, что хотела, пришло время вызывать Тёмного Лорда. Как и Люциус Малфой, Беллатриса Лестрейндж уже мечтала о заслуженной награде от Повелителя и была почти счастлива. Но в следующий миг на её лице отразился ужас пополам с изумлением. Уизли, а за ним Поттер ворвались в гостиную. Палочка Беллатрисы вылетела из её руки. Неужели Драко не запер дверь в подвал, когда спускался туда, чтобы привести гоблина? Что он задумал? Но взглянув на племянника, Селена поняла, что тот шокирован не меньше остальных. В его серых глазах читался неподдельный страх.

Всё случилось так быстро, что Селена не сразу осознала происходящее. Крики, взмахи волшебных палочек, вспышки заклятий. Оставаться в стороне было больше нельзя. Она вовремя наложила чары на огонь в камине, куда секундой раньше отшвырнуло безоружного Люциуса — языки пламени не успели добраться до его мантии и длинных волос. Пока старший Малфой поднимался с пола, она отбила несколько мощных заклятий, летевших прямо на них.

Она едва успела среагировать, когда огромная хрустальная люстра вдруг стала падать на Драко. В последний момент Селена взмахом палочки подвинула люстру чуть в сторону — туда, где валялись Грейнджер и гоблин. А что с ними станет, ей в тот миг было совершенно безразлично.

Очередное заклятие снова чуть не угодило в Люциуса. Селена наспех набросила на него дезиллюминационные чары и стала помогать Нарциссе, которая пыталась оттащить Драко подальше от опасности. Мальчика всё же зацепило осколками, от боли и шока он словно впал в оцепенение.

Нарцисса первой поняла, кто обрушил люстру, едва не покалечившую её сына.

- Присмотри за Драко, — велела она кузине и бросилась на расправу с бывшим домовиком Малфоев. Никто не понял, откуда тот взялся.

И снова крики, заклятия, гнев, смертельный страх…

Селена почувствовала присутствие Тёмного Лорда раньше, чем пленники с помощью пронырливого эльфа аппарировали из поместья. Он был совсем близко. Через считанные секунды он появится здесь, уверенный, что найдёт Гарри Поттера, а вместо него увидит лишь Малфоев и Беллатрису. И этих отбросов — оборотней. И всем им придётся сквозь пытки и боль, клясться, оправдываться, объяснять своему Повелителю, что произошло, и почему они — взрослые опытные волшебники — снова упустили неуловимого мальчишку.

- Драко! Идём! — скомандовала Селена.

Она схватила его за руку, увлекая за собой.

- Нет, тётя! — он попытался вырваться. — Я должен отомстить Поттеру!

- Не глупи, Драко. Ты остался без палочки.

- И что с того?! Я заберу свою палочку у Поттера!

- Поттера здесь нет! — разозлилась Селена. — Зато Тёмный Лорд уже у ворот поместья.

- Я служу ему!

- Хватит! — голос её сделался жёстким, холодные светлые глаза неотрывно смотрели в испуганное лицо племянника. Волшебная палочка была направлена ему в грудь. — Ты сейчас же спрячешься в своей комнате, а я наложу защитные чары.

- Что здесь происходит? Где Поттер? — голос, что глухо донёсся до гостиной, принадлежал вовсе не Тёмному Лорду.

- Явился?! — истерично взвизгнула в ответ Беллатриса. — Опять ты являешься, когда всё самое интересное уже закончилось!

- А, по-моему, самое интересное только начинается, не так ли, Северус? — ответил другой голос. Высокий, холодный, вкрадчивый.

Селена почувствовала, как рука Драко дрогнула в её руке.

- Идём, — шепнула она.

* * *

Держа волшебную палочку наготове, Селена спустилась по широкой лестнице, почти бегом пересекла просторный, но тёмный коридор и свернула в сторону гостиной.

- Где Драко? Что с ним? — Нарцисса Малфой, бледная, в запачканной кровью мантии, с выбившимися из причёски прядями, бросилась к кузине.

- Драко в безопасности. Я отвела твоего сына в его комнату и поставила надёжную защиту.

- Ты оставила его одного?! Раненого?!

- Всего пара царапин, — отмахнулась Селена. — Но если хочешь, иди к нему. Против тебя мои защитные чары не сработают.

Кузина секунду помедлила.

- А ты? Куда ты? — всё же спросила она с неподдельным беспокойством.

- Люциус тоже без палочки, как и Драко.

- Палочка не спасёт, если Тёмный Лорд снова решит наказать моего мужа.

- Есть и другая магия.

- Я была там, в холле, когда Тёмный Лорд появился. Я ещё никогда не видела его таким разъярённым. Ты же не собираешься..?

Но Нарцисса не успела договорить. Женский крик был слышен весьма отчётливо. Кузины молча смотрели друг на друга. Обе понимали, что Тёмный Лорд сегодня не пощадил даже Беллатрису. Обе вздрогнули, когда следом закричал мужчина.

- Повелитель… прошу вас.., — взмолился тот.

- Люциус.., — прошептала Нарцисса и сделала шаг вперёд, но Селена, выставив руку, остановила сестру.

- Нет. Ты ничем ему не поможешь, — сказала она твёрдо. — Лучше побудь с Драко, а я…

От нового крика Селена вздрогнула и замолчала, прислушиваясь. Через долгую секунду тишины крик повторился — хриплый, сдавленный, словно сдерживаемый из последних сил.

- Сделай как я сказала, — бросила она кузине и тут же растворилась в дезиллюминационных чарах.

* * *

Нарцисса была права. Тёмный Лорд не просто пребывал в ярости. Казалось, он не успокоится, даже если убьёт всех и разрушит особняк до основания. Беллатриса, чуть покачиваясь, сидела на полу, низко опустив голову и обхватив себя руками за плечи. Волосы почти полностью закрывали её лицо. Рядом с ней, привалившись к перилам парадной лестницы, полулежал Люциус, прижимая ладонь к окровавленной щеке. Оборотень без движения валялся в стороне словно груда тряпья.

- Я ещё раз спрашиваю, где мальчишка?!

- Мой Повелитель… Я аппарировал из Хогвартса сразу же, как только… как только вы призвали меня, — Снейп стоял на коленях под направленной на него волшебной палочкой.

- Где мальчишка?! Ты утверждаешь, что не видел Гарри Поттера?!

- Нет. Я же сказал… Когда я прибыл в дом Малфоев, Поттера здесь не было.

Не произнося ни слова, Волдеморт вскинул руку. Снейп упал ничком, корчась от боли. Сквозь разорванную на спине ткань мантии проступали свежие кровавые рубцы — последствия невербального тёмного заклятия.

Селена пряталась в тени колонны на втором этаже. Она понимала, что не сможет помешать Волдеморту карать своих жертв, но надеялась хоть немного облегчить их мучения. Чары, что она собиралась использовать, не останавливали действие причиняющих боль тёмных заклятий, но могли уменьшить силу воздействия. А насколько — всё зависело от магических способностей обоих волшебников: и того, кто насылает заклятие, и того, кто незримо пытается ему противостоять.

Селена неплохо владела этими чарами и могла колдовать, даже находясь от объекта на достаточном расстоянии. Но несмотря на старания, сейчас у неё не получалось абсолютно ничего. Золотые лучи, невидимые ни для кого кроме ворожившего, гасли, не добравшись до цели, и превращались в тонкие струи грязно-серого дыма. Селена чувствовала, как запертая в лучах энергия, словно отрикошетив от невидимой преграды, бьёт по ней самой, и возвращается не с облегчением, а с болью. Рискуя себя раскрыть, она сбросила дезиллюминационные чары, чтобы не тратить энергию на их поддержание. Только на то, чтобы золотые лучи наконец пробились сквозь тьму. Лучи были мощными, ослепительно яркими, что говорило о силе создаваемой ею магии. Она даже зажмурилась будто на солнце. Но тьма вокруг Волдеморта была слишком плотной. Чем ярче лучи она посылала, тем болезненнее оказывался ответный удар. Последний едва не сбил её с ног. Сдержав крик, она отпустила очередной бесполезный луч и, тяжело дыша, прислонилась к колонне. Требовалось собраться с силами.

Тёмный Лорд у подножья лестницы продолжал терзать своих жертв и, похоже, не собирался останавливаться.

- Вы снова не смогли удержать какого-то сопляка! Поганого мальчишку!

Волдеморт взмахнул рукой. Всех четверых — Северуса, Люциуса, Беллатрису и оборотня — резко подбросило вверх, и они повисли в воздухе в полутора метрах от пола.

- Так вы служите мне — Лорду Волдеморту?! Круцио!

Заклятие крутило каждого вокруг себя, переворачивало вверх ногами, заставляло корчиться от разрывающей изнутри острой боли. Короткая пауза, только чтобы все могли услышать холодное:

- Мне не нужны никчёмные слуги!

И снова:

- Круцио!

Сжимая волшебную палочку, Селена неотрывно смотрела вниз. К своему ужасу она поняла, что бессильна против этого зла. Она ничем не сможет помочь никому из тех, кого сейчас терзает на её глазах Тёмный Лорд.

Вдруг она заметила — не увидела, скорее, почувствовала — что она на лестнице не одна. Рядом стояла Нарцисса.

- Тёмному Лорду скоро надоест. Он оставит их. Уйдёт, — тихо, без капли эмоций, сказала леди Малфой, но при быстром взгляде на кузину Селена поняла, что та держится из последних сил.

Палочка в руке чуть дрогнула. Кажется, злая аура начинала слабеть — как и предсказывала Нарцисса, палачу становилось скучно. Селена снова усилила свои чары, и в тот миг, когда Волдеморт опустил палочку, золотые лучи всё же смогли достигнуть цели. Её магия незаметно для Тёмного Лорда смягчила падение и без того обессилевших жертв.

- Повелитель.., — прохрипела Беллатриса, подползая к нему и протягивая окровавленную руку к подолу его мантии. — Я заслужила… заслужила наказание.

Даже измученная пыткой она продолжала подобострастно смотреть на своего хозяина сквозь спутанные пряди густых чёрных волос.

- Тебе придётся очень постараться, чтобы заслужить моё прощение, Беллатриса, — прошипел тот.

- Я… Я готова… Я готова, мой Лорд.

- Скоро мы увидим, насколько ты готова.

Волдеморт почти брезгливо выдернул край своей мантии из её пальцев и исчез, обернувшись облаком дыма.

- Мой Лорд… Мой Лорд, — не унималась Беллатриса, обращаясь в пустоту. — Я готова на всё ради Вас!

- Он не вернётся сегодня. Должно быть, он уже далеко, — заверила Нарцисса и поспешила вниз.

Селена не побежала вслед за кузиной. Она по-прежнему не желала показываться Снейпу. Беллатриса в своей одержимости всё равно не примет ничьей помощи, а рядом с Люциусом останется его супруга. Селена лишняя там, внизу.

Снова набросив дезиллюминационные чары, она отправила порцию золотых лучей едва начавшим приходить в себя жертвам. Чужой энергии больше не было на пути. Под действием её нейтрализующей последствия тёмных заклятий магии блаженно улыбнулась Беллатриса Лестрейндж. Открыл глаза в объятиях жены Люциус Малфой. Пусть и не твёрдо, но уверенно поднялся на ноги Северус Снейп. Живы. Все они были живы.

* * *

Всё время, пока Тёмный Лорд находился в поместье, пока Селена слышала его холодный, способный вызвать оцепенение голос, пока, не имея возможности вмешаться, смотрела на зверства, что он творил, она не испытывала ни страха, ни холода, ни эмоций. Словно наблюдала за происходящим и за самой собой в Омуте Памяти чужими равнодушными глазами. Боль пришла позже. Такая, словно Селена тоже испытала на себе Круциатус, словно её саму подбрасывало там, в холле, высоко вверх, а кожу на её спине рассекало в кровь.

Нарцисса без стука зашла к ней в комнату, молча налила себе огневиски из бутылки, что стояла на прикроватной тумбочке, и сделала большой глоток. Селена тоже отхлебнула из своего стакана и кивнула сестре, жестом приглашая сесть рядом. Нарцисса опустилась на кровать.

- Как Люциус? — спросила Селена. Голос её звучал непривычно глухо.

- Уснул. Я дала ему зелье для сна без сновидений.

- Да, пусть отдохнёт. А Драко? Я заходила к нему недавно, принесла целебную мазь от порезов. Он злится на меня за то, что заперла его в комнате.

- И на меня за то, что не пустила к отцу. Я была у него только что. Снова пыталась убедить не возвращаться в Хогвартс.

- В Хогвартсе Драко никто не тронет, — возразила Селена. — К тому же… там у твоего сына хотя бы не будет риска увидеть и услышать, как Тёмный Лорд пытает его родных.

- Северус тоже сказал мне, что в школе намного безопаснее. Он даже хотел забрать Драко с собой, но я не позволила. Я не готова прямо сейчас расстаться с сыном.

Селена сделала глоток огневиски.

- Северус вернулся в Хогвартс? — спросила она.

- Да. Я предлагала ему остаться у нас хотя бы до утра, но.., — Нарцисса покачала головой и поднесла к губам стакан.

Несколько минут прошли в молчании. Кузина заговорила первой:

- Я знаю, почему ты здесь, Сели. Знаю, почему ты вернулась в страну и зачем терпишь всё, что творится в нашем поместье. Ты здесь не ради семьи. Ты здесь из-за него. Из-за Северуса.

Селена залпом допила остатки огневиски и без слов, лишь взмахом палочки, заставила бутылку подняться и налить себе и кузине по новой порции. Стало ясно, что Нарцисса догадалась о её отношении к Снейпу довольно давно. Если и вовсе не разглядела этого сразу, когда Селена только объявилась в поместье Малфоев. Просто не касалась этой темы, считая неправильным лезть к сестре в душу.

- Я тебя не осуждаю, — продолжала Нарцисса. — Наоборот… я тебя понимаю. Я не должна так говорить, но… если бы у Люциуса была хоть капля его смелости…

- Скажи, Цисси, — наконец откликнулась Селена, глядя на огонь в камине, — Тёмный Лорд пытал его раньше?

- Я… я не знаю, — растерялась кузина. — Я не всегда видела их, когда…

- Ты — хозяйка этого дома, — твёрдо перебила Селена. — И ты всегда была здесь, когда Тёмный Лорд собирал свой Ближний круг. И ты — знаешь.

- Но… я… Зачем тебе это?

- Цисси! — теперь Селена смотрела сестре прямо в глаза. — Не заставляй меня прибегать к легилименции.

Нарцисса поперхнулась, пригубив огневиски, и едва слышно ответила:

- Да. Но, клянусь тебе, Тёмный Лорд ещё ни разу это не был так жесток с Северусом, как сегодня.

Селена снова повернулась к камину, стараясь унять дрожь в державших стакан пальцах. Сестра говорила правду. Впрочем, она и сама была почти уверена, что услышит в ответ.

На какое-то время обе снова замолчали — каждая оставалась в своих совсем невесёлых мыслях. Каждая понимала, что не нужно прямо сейчас продолжать этот разговор. И Селена была благодарна кузине, что она не стала больше ни о чём её спрашивать.

- Я так устала, — проговорила Нарцисса сдавленным шёпотом. Селена заметила, что сестра плачет. — Мне теперь… мне всё равно, кто победит в этой войне. Я просто хочу вернуть мужа и сына. Просто хочу перестать каждую секунду бояться за них.

Селена подобралась поближе и обняла кузину.

- Не надо, Цисси. Слёзы не помогут. Ни тебе, ни им. А ты нужна им обоим — Люциусу и Драко. Без тебя им не выжить на этой войне.

- Я больше так не могу, я не выдержу.

- Выдержишь! — Селена чуть отстранила сестру, взяла её за плечи и, глядя во влажные голубые глаза, легко встряхнула, заставляя прийти в себя. — Я видела тебя сегодня решительной, сильной, единственной, кто ни на секунду не потерял здравого рассудка. Они бы не справились без тебя — твои муж и сын. А ты — справилась. И справишься снова. Ради них обоих. Что поделать, если у Блэков женщины всегда были сильнее? А мы с тобой — урождённые Блэк. У нас нет выбора.

Нарцисса слабо улыбнулась, вытирая слёзы.

- Спасибо тебе. Пусть у тебя и свои причины оставаться у нас, но я рада, что ты здесь. Мне хотя бы есть, с кем поговорить.

Сёстры коротко обнялись.

- Пойду посмотрю, как там Драко, — сказала Нарцисса, вставая. — А ты ложись спать. Отдохни хоть немного. Мы теперь не можем знать, что станет с нами завтра.

* * *

Когда кузина ушла, Селена протянула руку, взяла с тумбочки бутылку с остатками огневиски и сделала глоток. Присутствие Тёмного Лорда и собственное колдовство вытянули из неё слишком много энергии, но едва ли она смогла бы сейчас уснуть. Мысли её снова и снова возвращались к Снейпу, к тому, что она видела этой ночью, стоя совсем рядом. Можно было уйти, спрятаться в любой из дальних комнат. Не слышать, не знать, не смотреть, не думать.

Спрятаться… Селена горько усмехнулась. Разве смогла бы она теперь, после всего, чего насмотрелась за свою жизнь, просто спрятаться, сбежать, закрыть глаза. Просто оставить волшебника, которого…

Глоток огневиски.

Как сложно порой бывает признать очевидное.

Ещё глоток.

Как тяжело потом смириться с этим признанием. И с тем, что признаться можешь только ты и только себе самой.

Ещё глоток.

Селена решительно смахнула с глаз предательски подступившие слёзы. Нет. Не время для глупых эмоций. Война. Северус никогда не показывал ей, что испытывал на самом деле после встреч с Тёмным Лордом. Он и сегодня не потерпел бы её заботы, даже если бы она отправилась за ним в Хогвартс.

Ещё глоток огневиски.

Нет. Он никогда не узнает, что ей довелось увидеть. Никогда не узнает, что она переживала потом, каждый раз, когда вспоминала об этом. Если, конечно, они когда-нибудь встретятся. Если, конечно, они оба останутся живы.

1) Джоан Роулинг, "Гарри Поттер и Дары Смерти", перевод издательства Росмэн

Вернуться к тексту

* * *

Беллатриса Лестрейндж взмахом палочки распахнула парадные двери особняка Малфоев.

- В этом доме, что, нет ни одного поганого эльфа? Я должна сама открывать себе дверь? Да отцепись ты! — она со злостью скинула опиравшегося на её плечо спутника. От резкого движения тот едва не свалился на пол.

На Люциуса Малфоя было страшно смотреть. Мантия порвалась, светлые волосы слиплись от грязи и крови, на некогда красивом лице выделялись свежие раны и кровоподтёки. Он сейчас больше походил на одного из тех безымянных бродяг, что обитали в Лютном переулке.

Нарцисса с Селеной, услышав чары, предупредившие о появлении кого-то из обитателей поместья, сразу поспешили вниз.

- Люциус! — жена бросилась к нему. — Что произошло? Где вы были? Белла?

Она переводила непонимающий взгляд с мужа на сестру.

- Мальчишка и эта мерзкая грязнокровка украли.., — Беллатриса зажала рот ладонью и перешла на громкий шёпот, — украли то, что Повелитель велел нам сберечь любой ценой.

- Я не… не знаю, как они проникли в Гринготтс, — проговорил Люциус и, тяжело дыша, опустился на банкетку.

- Ты не зна-а-аешь, — издевательски передразнила Белла. — Тебе следовало думать не о себе, а о Тёмном Лорде!

- Что пропало, Белла? — спросила Селена.

- Чаша Хельги Хаффлпаф, — ответила вместо сестры Нарцисса.

- Он доверял мне! Мой Лорд доверил мне самое ценное, что…

- Помолчи, Белла! — холодно остановила сестру Нарцисса. — Давай подумаем, как нам найти Чашу и вернуть её Тёмному Лорду. Ведь если мы сделаем это, он простит нашей семье всё. Он оставит нас.

- Тёмный Лорд не оставит нас никогда! А я всегда буду с ним!

- Белла, мы в любом случае должны найти эту Чашу!

- С таким ничтожеством, как твой муж, мы рискуем потерять всё!

- Хватит обвинять моего мужа! Это я должна у тебя спросить, почему сокровища нашей семьи, которые мы доверили тебе, оказались в опасности. Ведь тот сейф принадлежит Лестрейнджам, а не Малфоям.

Сёстры ссорились и раньше, но Селена впервые слышала, чтобы Нарцисса разговаривала с Беллатрисой так жёстко.

- Малфоям! — выплюнула Беллатриса. — А ты гордишься фамилией этого жалкого труса?!

Нарцисса выхватила волшебную палочку.

- Ещё одно слово и я за себя не отвечаю, — проговорила она сквозь зубы.

Селена знала, что на самом деле кузина боится колдовать. Свою палочку она отдала Драко, а чужая слушалась пока недостаточно хорошо.

- Предашь родную сестру ради этого ничтожества?! — не унималась Беллатриса.

- Замолчи!

Люциус издал слабый стон. Казалось, он был на грани обморока. Селена взмахом палочки призвала несколько флаконов с целебными зельями, Нарцисса, со злостью взглянув на Беллатрису, взяла пузырьки у кузины и вернулась к мужу.

- Давайте! — презрительно хмыкнула Беллатриса. — Подтирайте ему сопли вдвоём!

- Перестань, Белла. В том, что произошло, виноват не Люциус, а гоблины, — возразила Селена. — Ведь это они отвечают за сокровища в сейфах Гринготтса. Цисси права. Если Чаша у Поттера и если она так важна для Тёмного Лорда, нам стоит подумать, где найти мальчишку.

- Люциус, как ты? — обеспокоенно спросила Нарцисса, когда тот безропотно принял восстанавливающие зелья.

Муж лишь небрежно отмахнулся, но в следующий миг с новой гримасой боли схватился за левое предплечье.

- Мой Лорд! — Беллатриса тоже почувствовала жжение в Метке и, выставив левую руку вперёд, невидящим взглядом уставилась куда-то в пространство. — Мой Повелитель ждёт меня.

Она выбежала в сад и исчезла с тихим хлопком. Малфой нетвёрдо встал и, ни слова не говоря, аппарировал следом.

- Люциус…

- Нет, Цисси, ему нельзя оставаться, ты же знаешь. Если он не откликнется на призыв, Тёмный Лорд найдёт его и убьёт. У твоего мужа нет выбора. А вот ты можешь сейчас…

- У меня тоже нет выбора, — решительно возразила кузина. — Я буду рядом с мужем до самого конца.

Два хлопка аппарирования раздались с разницей в несколько секунд. Поместье Малфоев опустело.

* * *

Трус! Голос Минервы МакГонагалл словно эхом звучал у него в ушах.

Трус! Пока он, едва успев сотворить щитовые чары, убегал из замка под шквалом заклятий.

Трус! Пока он летел до границ Запретного Леса.

Трус! Пока, опустившись вниз и укрывшись за крупным развесистым деревом, он сидел на твёрдой прохладной земле без движения и пытался унять бешено колотившееся сердце.

Он давно не испытывал настоящей боли, особенно от глупых слов. Он давно научился блокировать любые чувства, иначе сошёл бы с ума в первый же день своего директорства. А может, и гораздо раньше. Когда узнал, что Лили Эванс всё-таки погибла. Когда услышал, что её сын — Гарри Поттер — тоже должен умереть ради спасения всего ставшего в миг ненавистным, магического мира. Когда зелёный луч из его собственной волшебной палочки оборвал жизнь Дамблдора. Когда он в последний раз прикоснулся к мягким жемчужным волосам Селены Ноктэм. Он и тогда был трусом. Одновременно и боялся, и надеялся, что никогда больше её не увидит. Ту, с кем он мог позволить себе спасительные минуты забвения. Ту, с кем он просто не пережил бы ещё одной разлуки.

Хватит!

Снейп быстро поднялся на ноги, сделал несколько нервных шагов и остановился. Он действительно чувствовал себя трусливым ничтожеством, при первой же настоящей опасности бросившим замок и всех, кто остался там. Бросившим тех, кого поклялся защищать. Предавшим тех, кто верил ему до последнего.

Если бы они знали правду… Если бы понимали, что он сбежал не ради спасения собственной шкуры. Наоборот. Он сбежал, чтобы дать каждому из них хотя бы шанс спастись. Разве не справился бы он со своими сегодняшними преследователями? Смешно! Он мог убить их, мог с лёгкостью заклясть Империусом всех четверых — МакГонагалл, Флитвика, Спраут, Слагхорна. Мог забрать Поттера и аппарировать с ним к Тёмному Лорду. Он-то — Снейп — знал, как снять защитный антиаппарационный барьер, поставленный ещё Дамблдором. Но в этом случае, не готовые, не способные сопротивляться учителя и орденцы всё равно погибли бы все. Тёмный Лорд, захватив школу и войдя туда триумфатором, не оставил бы в живых никого, кто посмел выступить против него.

Нет. Пусть лучше считают его предателем и трусом. Все, кто остался в Хогвартсе, очень сильные маги. У каждого по-прежнему есть шанс выжить в битве. А если и умереть, то в бою, а не на коленях.

В одну из последних бесед Дамблдор с портрета сказал ему: «Если вам придётся участвовать в битве, а я уверен, Волдеморт прикажет вам присоединиться к своим, сражайтесь, будто вы на его стороне. Я ничуть не сомневаюсь, что это получится у вас очень убедительно. У вас ведь уже был опыт, когда Орден переправлял Гарри в Нору прошлым летом. И вот что, Северус. Я знаю, что убийства — даже в бою — претят вам, но… вашей душе совсем не повредит, если вы всё же «случайно» убьёте пару-другую Пожирателей Смерти. Но чем больше, тем лучше».

Тёмный Лорд был совсем близко. Скорее всего, со своей верной свитой скрывался где-то в Запретном Лесу. Снейп чувствовал это по покалыванию Метки. Но его самого Повелитель пока не призывал. В том, что он знал о появлении Гарри Поттера в Хогсмиде, Снейп не сомневался — сигнальные чары не солгали. И всем Пожирателям, что сегодня дежурили в деревне, было прекрасно известно об этом, если, конечно, они не конченые идиоты.

Поттер… Ленивый, заносчивый, наглый.

Поттер. Посредственный волшебник, не обладающий способностями ни к зельеварению, ни к окклюменции.

Поттер. Избранный, вечно нарушающий школьные правила, вечно по глупости рискующий собой, не ведая, сколько взрослых волшебников в такие моменты незримо следят за ним, направляют, контролируют, оберегают.

Поттер… Просто мальчик, так и не увидевший ни детства, ни юности. Мальчик, которому оставалось жить считанные часы. Мальчик, которому суждено погибнуть от руки Тёмного Лорда. Вот только озвучить его смертный приговор придётся не Волдеморту, а Снейпу.

Он глубоко вдохнул прохладный ночной воздух, наполненный ароматами Запретного Леса. Пора. Надо найти Тёмного Лорда и сообщить ему, что мальчишка в Хогвартсе. И не важно, что он уже наверняка знает об этом. Хозяин должен доверять своему слуге до последнего. Только так он — Снейп — сможет участвовать в битве за Хогвартс, только так он сможет отыскать Поттера и открыть ему всю горькую правду. Только бы хватило сил сделать это. В последний раз увидеть его — такого ненавистного, такого беззащитного — живым и отправить на верную смерть. Только бы хватило сил не сдаться теперь, понимая, что эти семнадцать лет прошли во лжи, а все старания были напрасны.

Пора. Снейп закатал рукав мантии, провёл рукой над яркой как никогда Чёрной Меткой и аппарировал туда, где уже дожидался его Повелитель — Лорд Волдеморт.

* * *

- Северус! — высокий холодный голос поприветствовал верного слугу. — Я ждал тебя. А я не люблю, когда меня заставляют ждать.

- Мой Повелитель! — Снейп низко поклонился и по традиции поцеловал край мантии хозяина.

Они были в Визжащей хижине одни. Прозрачная сфера со свернувшейся внутри огромной змеёй парила в воздухе на уровне их глаз. Снейп был уверен, что разбить сферу не под силу ни одному волшебнику, кроме Волдеморта.

- Я должен был убедиться, — начал Снейп, — что мальчишка Поттер находится в Хогвартсе. А когда я сам увидел его, я сразу же поспешил к вам, чтобы сообщить об этом и получить от вас новые инструкции.

- Что собираются делать те, кто остался?

- Защищать замок.

Тёмный Лорд усмехнулся.

- Глупцы! Они так ничему и не научились. А ведь я мог бы убить их всех — каждого, кто остался в Хогвартсе. Но я слишком ценю чистую волшебную кровь, поэтому я дам им шанс. Если они отдадут мне мальчишку, я пощажу их.

Снейп знал, что это ложь.

- Они не отдадут его вам, мой Повелитель. Все, кто остался в замке, намерены защищать Хогвартс и Гарри Поттера до последнего.

- Значит, им придётся сражаться и гибнуть напрасно.

- Защитники Хогвартса, особенно те, кто состоял в Ордене Феникса, по-прежнему убеждены, что нет ничего важнее, чем сохранить Поттеру жизнь.

- Никто не знает мальчишку так хорошо, как я. Он сам придёт ко мне сегодня, пока его друзья будут умирать за него.

- Когда вы планируете начать атаку, мой Повелитель? Я готов сражаться за вас с этими глупцами.

- Всему своё время, Северус. Моя армия уже собирается у границ замка. Скоро здесь будут все мои верные слуги. Тысячи слуг. Разве жалкое подобие армии Дамблдора может сравниться с моим войском?

- Разумеется, нет, мой Лорд. Как нет в мире волшебника, который мог бы сравниться с вами, так нет ни одной армии, что превзошла бы вашу.

- Верно, Северус. Стоит мне напасть, Хогвартс падёт в считанные минуты.

- Так отдайте приказ.

- Не спеши, Северус. Мы будем сражаться честно, как на дуэли. Сначала я должен поговорить с ними. И ты тоже слушай внимательно.

* * *

Они оказались на окраине Запретного Леса неподалёку от Хогсмида. На горизонте проступали из темноты силуэты хогвартских башен.

- Драко.., — прошептала Нарцисса, сжав запястье сестры. — Он должен быть в замке.

- Тёмный Лорд не тронет его, — сказала Селена, хотя сама она не была теперь уверена ни в чём.

То, что они перенеслись в окрестности школы, означало одно: Гарри Поттер вернулся в Хогвартс и Волдеморту об этом известно. Мальчик пробрался в замок, каким-то чудом обойдя все преграды и чары. Вероятнее всего, не без помощи друзей, которые даже под страхом смерти оставались на его стороне. На стороне Дамблдора.

Она хотела помочь сестре найти сына, но мысли невольно уходили в другую сторону. Если Северус Снейп действительно позволил Поттеру попасть в школу, то какова его цель? Заманить мальчишку в западню, чтобы передать в руки Тёмного Лорда, который тут же убьёт его? Или, зная Снейпа… наоборот? Спрятать? Спасти? Но какой ценой? А впрочем, знала ли она его на самом деле так хорошо, как хотела думать…

Селена огляделась. Руквуд, Долохов, Трэверс, Яксли, Эйвери, Макнейр, Крэбб, Гойл, братья Лестрейнджи. Собрался весь Ближний круг во главе с Беллатрисой. Каждый готов был сражаться за своего Повелителя до последней капли чистой волшебной крови. Нарцисса стояла рядом, держа наготове волшебную палочку. Её больше не заботило, что чужая палочка слушается новую хозяйку совсем не идеально. В голубых глазах кузины Селена видела сейчас вовсе не сомнения и слёзы, а холодную решимость и всю силу истинной представительницы благороднейшего и древнейшего семейства Блэк. И сестра нравилась ей такой.

Сторонники Тёмного Лорда всё пребывали. Многие были под заклятием Империус — это читалось в пустых без признаков разума взглядах. Расходный материал. Их задачей было только убивать. И умирать, не пытаясь спасти свои ничего не стоящие для Повелителя жизни. Оборотни и тролли. Инферналы, чьи жизни он отнял ещё годы назад. Все они ждали лишь сигнала. И крови своих будущих жертв. Но Тёмного Лорда не было видно. Беллатриса заметно нервничала, не понимая, почему Повелитель не призывает её к себе, где бы он ни находился. Почему медлит и не позволяет ей — самой верной и преданной — уничтожить всех его врагов, что засели в замке. Уничтожить, если потребуется, и сам замок.

Селена скорее не услышала — почувствовала его голос — шипящий, холодный, одновременно и тихий до шёпота, и многократно усиленный. Тёмный Лорд объявил время начала битвы.

Полчаса. С неё словно спало оцепенение. У них с Нарциссой оставалось полчаса. Кузина как будто прочитала её мысли.

- Полчаса… Селена, нам надо попасть в замок.

- Нет. Будет лучше, если я одна пойду к замку.

- Но Драко — мой сын!

- На тебе нет Чёрной Метки, но Тёмный Лорд привык видеть тебя среди Ближнего круга. Он решит, что ты предала его, а в его руках Люциус. В его руках скоро может оказаться и школа.

- Но что мне делать? Я не могу бросить сына! — Нарцисса была в отчаянии.

Селена быстро навела оглушающие чары: их разговор с сестрой не следовало слышать никому.

- Я всё продумала. Оставайся здесь, разыщи Люциуса, сражайся за Тёмного Лорда, если потребуется. А я постараюсь попасть в замок и найти Драко.

- Но…

- Послушай, Цисси, в Хогвартсе вряд ли обрадуются, встретив на пороге леди Малфой. Не забывай, для всех ты — жена Пожирателя Смерти. А я всё ещё профессор Ноктэм. И я… Я смогу убедить их, что всегда была на стороне Дамблдора. И Поттера.

- Просишь меня сражаться на стороне Пожирателей Смерти, а сама собираешься сражаться за Дамблдора! А это значит — сражаться с нами! Со мной! — с вызовом бросила Нарцисса. — А я верила тебе!

- Так поверь и сейчас! — Селена начала терять терпение. — Не ты ли недавно говорила, что тебе всё равно, кто победит в этой войне? Не ты ли мечтала только о том, чтобы война поскорее закончилась? Или… теперь ты всё-таки выбрала сторону? Даже после всего, что Тёмный Лорд сделал с твоим мужем?

- Мой муж жив! А ты, я вижу, быстро забыла, что авроры сделали с твоим!

Несколько секунд сёстры молча смотрели друг на друга. Селена знала, что Нарцисса уже пожалела о брошенном сгоряча обвинении, хоть и не признается в этом. Но она не обижалась на сестру, зная, как та переживает сейчас. И страшилась думать, что у них обеих ещё впереди.

- Я не собираюсь сражаться ни за Дамблдора, ни против него, Цисси, — наконец ответила она. — Я уже говорила и повторюсь: я сражаюсь за себя. И за тех, кого я люблю, на чьей бы стороне они ни были. Я справлюсь одна. Я найду твоего сына, обещаю. А тебе и здесь есть, о ком позаботиться.

- Селена! — крикнула Нарцисса, готовая броситься следом, но сестра уже растворилась в темноте.

До полуночи оставалось десять минут.

* * *

Эвакуация студентов из школы шла полным ходом. Селена, укрывшись в тени, наблюдала, как из трактира «Кабанья голова» непрерывной вереницей выходят дети. Многие, не успев собраться, были в пижамах. Кого-то ждали родители и тут же воссоединившимися семьями аппарировали в безопасность. Кого-то встречали и собирали в группы авроры. Подтягивались новые защитники, которых, наоборот, через трактир переправляли в Хогвартс.

Никто и не думал закрывать своё сознание. Селена усмехнулась про себя. А ведь на её месте мог оказаться любой Пожиратель Смерти… Ей не составило труда узнать, что единственный проход в замок оставался только через «Кабанью голову». Значит, тот потайной ход, о котором она слышала в свои школьные годы, действительно существовал. Селена считала тогда, что это просто легенда.

- Мисс Паркинсон! — она позвала студентку седьмого курса, что выходила с группой слизеринцев помладше. Девушка испуганно вздрогнула, но остановилась.

- Профессор Ноктэм? — удивилась та.

- Мистер Малфой. Где он? Директор попросил меня проконтролировать, чтобы все студенты Слизерина покинули школу, — соврала Селена.

- Я… я не знаю! Драко был в замке вместе со всеми, но потом там появился этот Поттер… и он… Драко исчез куда-то… со своими друзьями — Крэббом и Гойлом.

- Они остались в замке? Все трое?

- Я не знаю! Я не видела!

- Но их не было с вами, когда вы шли через проход?

- Нет. Профессор! Вы ведь найдёте его? Моего Драко!

- Иначе зачем я здесь. Вы свободны, мисс Паркинсон. Идите к родителям, они ждут.

Пэнси не врала. Она была слишком напугана, чтобы врать. Она действительно не знала, куда мог пойти Драко. Селене хотелось надеяться, что племянник, испугавшись, сбежал в первых рядах, забыв о своей подруге, но интуиция подсказывала, что мальчик всё же остался в школе. Отомстить Гарри Поттеру. Вернуть свою волшебную палочку. Да кто его знает, зачем ещё.

Не выпуская палочку из рук, Селена решительно выступила из тени.

- Пропустите! — она жестом остановила троих преградивших ей путь авроров. — Я хочу попасть в замок и защищать его.

- Ваше имя? — строго спросил самый старший из них.

- Профессор Селена Ноктэм, преподаватель основ окклюменции в школе чародейства и волшебства Хогвартс, — официально представилась она.

- Насколько мне известно, в этом учебном году основы окклюменции исключили из школьной программы.

- Не думала, что аврорат так интересуется школьной программой, — усмехнулась Селена.

- Аврорат интересуется всем.

- Значит, аврорат должен знать, что в этом году школа оставалась под властью Того-Чьё-Имя-Нельзя-Называть. А мой предмет внесли в программу по инициативе директора Дамблдора. И сделано это было специально для того, чтобы студенты научились противостоять ему — Тому-Чьё-Имя-Нельзя-Называть. Разве нет?

- Где вы были весь этот год, профессор Ноктэм?

- Это допрос? — спросила она без капли испуга. — Далеко от Британии. А потом вернулась, чтобы привести в порядок свой дом в Лондоне. Мой эльф может это подтвердить.

- Никто не отнесётся всерьёз к словам домовика!

- Неужели? Я думала, защитники Хогвартса куда лояльнее к эльфам, а вы, похоже, мало чем отличаетесь от сторонников Сами-Знаете-Кого.

- Полегче!

- Нет, это вам следует быть полегче, а не нападать втроём на женщину, у которой даже нет в руках волшебной палочки.

- Вы не в том положении, миссис Ноктэм, чтобы нам грубить, — ответил старший аврор. Его волшебная палочка упиралась ей в грудь. Двое других окружили её с разных сторон, но Селена не собиралась уступать.

Решение пришло мгновенно. Авроры не заметили в темноте быстрого движения её пальцев. А уж услышать её невербальный призыв точно бы не смогли.

- Боюсь, это вы не в том положении, чтобы тратить драгоценные минуты на болтовню, — сказала Селена.

- Вы нам угрожаете?!

- Как раз наоборот. У школы не так много защитников. Сами-Знаете-Кто начнёт атаку через пару минут, а вы не позволяете волшебнице, готовой сражаться с ним, попасть в замок.

В гуле голосов детей и их сопровождающих никто не услышал тихого хлопка аппарирования. Селена почувствовала, как её руки коснулись тонкие когтистые пальцы. Пора.

- А… э-э… ну да, действительно, — старший аврор опустил палочку. Двое других последовали его примеру, неловко топчась на месте.

- Мы же должны спасать детишек, — как-то неестественно заботливо проговорил один из них.

Ей нечасто доводилось накладывать Империус, она прибегала к этому заклятию только в самых крайних случаях, но сейчас другого выхода не было. И другой дороги в Хогвартс тоже.

- Хозяйка! — радостно пропищал, становясь видимым, эльф-домовик. — Хозяйка звать Хатти!

- Видишь эти башни на горизонте, Хатти?

- Хатти видеть! Хатти знать — это школа Хогвартс. Школа волшебников. Хозяйка учить там магия до того как мастер Антарес забрать её в Дурмстранг.

- Верно, Хатти. Мне очень нужно попасть туда, но замок защищён всеми возможными чарами. Ты сможешь аппарировать внутрь защитного купола и взять меня с собой?

- Конечно, хозяйка. Хатти — домашний эльф. Магия Хатти обходить любая преграда.

- Отлично.

- Но… но… Хатти всего лишь эльф, но Хатти любить хозяйка и Хатти должен сказать… здесь очень опасно. Хозяйка лучше возвращаться в свой дом, где вокруг горы… где сейчас цвести крокус. Хозяйка помнить эта красота?

- Да. Я помню, — ответила Селена, неотрывно глядя туда, где чернели силуэты хогвартских башен. Та жизнь, о которой говорил домовик, казалась теперь совершенно чужой.

Со стороны леса послышались крики и призывы к атаке. Ночную темноту рассекли первые вспышки заклятий. Битва началась.

- Хозяйка, — пискнул эльф.

- Ты отправишь меня в Хогвартс немедленно, — твёрдо и холодно приказала Селена. — И сразу исчезнешь. Спрячешься в моём лондонском доме. А если станет опасно и там, ты вернёшься в дом мастера Антареса.

- Но Хатти не оставлять хозяйка в опасности! Хатти уметь много магия!

- Нет. Это мой приказ. И ты не посмеешь его ослушаться.

В замке творился хаос. Под натиском войска Волдеморта — Пожирателей Смерти, оборотней, инферналов, великанов, даже существ, обитающих в Запретном Лесу — защитный купол продержался недолго. Да и армия защитников Хогвартса пусть и состояла из сильных, опытных волшебников, но значительно уступала противнику по количеству.

Хоть Селена и заверила кузину, что сможет доказать свою преданность делу Дамблдора, она не спешила себя обнаруживать. Особенно в разгар битвы. Едва ли у неё найдётся время объяснять Минерве МакГонагалл и остальным, на чьей она стороне. Окружённая дезиллюминационными чарами она очень осторожно, чтобы не попасть под боевое заклинание, пробиралась через обломки колонн и статуй, груды кирпичей, а то и мёртвые либо обездвиженные тела. Она не теряла надежды поскорее отыскать племянника и уже успела пожалеть, что прогнала домовика.

Снейпа в замке не было. Она узнала о его бегстве ещё там, у «Кабаньей головы», без преград проникнув в сознание нескольких выбравшихся из школы учеников. Версии его побега разнились, но неизменным было одно: Северус Снейп присоединился к своему хозяину — Тёмному Лорду. Он выбрал сторону. Впрочем… он слишком многое скрывал. Она понимала, что он никогда не рассказывал ей даже малой толики правды. Но теперь, в разгар битвы, вся эта тайная правда, какой бы она ни была, перестала иметь значение. Некогда думать о Снейпе. Нужно найти Драко. А то, что Снейп сейчас среди Пожирателей Смерти, оно и к лучшему. Что бы он ни скрывал, кому бы ни служил, Селена, сама не зная почему, была уверена, что он не оставит в беде Нарциссу и Люциуса. Если, конечно, сам выживет в этой битве.

Селена дважды едва не попала под обездвиживающие чары и чуть не стала жертвой Дьявольских Силков. Неизвестный ей Пожиратель Смерти, глядя совершенно пустым взглядом, выпустил заклятие в Римуса Люпина. Тот, отбиваясь одновременно от Долохова и Трэверса, едва успел среагировать. Пожирателя отбросило к стене, и пока тот приходил в себя от удара, а Люпин продолжал сражаться с более умелыми противниками, Селена успела снять Империус. Лицо неизвестного выглядело совсем юным. Молодой парень, ровесник Драко, ошарашенно смотрел по сторонам.

- Что… где я? Я… не хотел.., — проговорил тот совсем испуганно.

Но Селена уже не слышала его. Она невербальным заклятием отогнала оборотня от Джинни Уизли и двинулась дальше.

Каждый защитник Хогвартса сражался минимум с парой приспешников Волдеморта. Минерву МакГонагалл атаковали сразу четверо Пожирателей в масках. Селена остановилась, прижимаясь к стене, и огляделась: никого из орденцев поблизости не было. Кроме того, противникам, похоже, удалось загнать гриффиндорского декана в заваленный камнями коридор, выход откуда оставался только по лестницам вверх и вниз. И лестница, которая вела вверх, только что с грохотом рухнула.

МакГонагалл сражалась искусно и храбро, но против четверых соперников долго не продержалась бы даже она. Селена взмахом палочки отшвырнула двух Пожирателей как раз туда, где вместо лестничного марша образовался провал в несколько этажей. Двое других напряглись, не понимая, откуда настигла угроза. На миг они даже забыли о МакГонагалл. Обе волшебные палочки были сейчас направлены в сторону, где стояла Селена.

- Гоменум Ревелио! — выкрикнул один из них раньше, чем и Селена, и МакГонагалл успели среагировать.

Дезиллюминационные чары спали не вовремя, но Селена мгновенно обездвижила того нападавшего, что стоял ближе к МакГонагалл. Та быстро пришла в себя и выпустила заклятие во второго противника.

- Мерлина ради, мисс Блэк, как вы здесь оказались?!

- Миссис Ноктэм, — машинально поправила Селена. — Думаю, нам стоит поторопиться, профессор, пока кто-нибудь не обрушил последнюю лестницу.

- Нет, объясните мне.., — требовательно продолжила МакГонагалл, держа Селену на прицеле своей палочки, но тут за дверью, возле которой они стояли, послышалось какое-то движение.

Обе волшебницы, не сговариваясь, направили волшебные палочки на дверь. На несколько секунд всё стихло, Селена даже подумала, что звук ей померещился, но потом дверь стала осторожно и медленно открываться. Из темноты выступил тот, кого она и пыталась отыскать среди битвы.

- Тётя Селена, — Драко Малфой, до этого прятавшийся в одной из классных комнат, нерешительно вышел к волшебницам. — П-профессор МакГонагалл.

Мантия его обгорела, по бледному лицу и рукам были размазаны гарь и грязь. Селена поймала испуганный взгляд племянника и тут же увидела в его сознании всё, что произошло в Выручай-Комнате. Мерлин… А Нарцисса ещё собиралась отправиться в школу вместе с ней. Оставалось надеяться, что кузина никогда не узнает всей правды.

- Драко! Ты не ранен? — спросила она.

- Нет, тётя.

- Мистер Малфой! Почему вы остались в школе? Я велела всем ученикам вашего факультета эвакуироваться первыми!

- Я… я не успел, профессор, — соврал мальчик и чуть попятился: случайно или специально, но волшебная палочка МакГонагалл была направлена прямо на него. — Моя палочка… Я безоружен.

Голос его был тихим, подрагивающим, вовсе не похожим на уверенный надменный тон прежнего Драко Малфоя. Того, каким его привыкла видеть Селена — и в школе, и дома.

- Это правда, профессор, — подтвердила Селена. — У Драко больше нет палочки, она уничтожена. Но даже с палочкой он не стал бы на вас нападать. И я тоже.

Мальчик молча кивнул в подтверждение её слов.

- Но почему я должна вам верить?

- Я только что помогла вам сохранить вашу жизнь. Разве этого недостаточно?

МакГонагалл поколебалась, но в итоге спросила очень тихо:

- Вы были там? В стане Того-Кого-Нельзя-Называть?

- Да, — призналась Селена.

- Сколько их?

- В несколько раз больше, чем защитников Хогвартса.

- Я так и думала. А Снейп? Вы видели его?

Но ответить Селена не успела. По единственной оставшейся лестнице к ним спешили трое Пожирателей Смерти. Лица двоих были скрыты масками, третий показался Селене знакомым. Имени его она не помнила, но он точно появлялся в поместье Малфоев. И кажется, он тоже её узнал. Драко, хоть и давно стал выше неё ростом, ссутулился и попытался спрятаться за её спиной. Селена едва успела набросить на него дезиллюминационные чары и шепнула:

- Вернись в класс.

Снова полетели заклятия. Две волшебницы теперь вместе отбивались от троих опытных тёмных магов, перекрывших им дорогу к спасению. Селена не могла видеть Драко и боялась, что он не послушался её или не успел спрятаться. Боялась, что в него случайно попадёт чьё-нибудь заклятие. Она старалась блокировать чары противников, отбивать их в сторону обвалившейся лестницы — туда, где мальчик уж наверняка не окажется.

МакГонагалл ловко увернулась от очередного заклятия, которое, отрикошетив от стены, по касательной задело Селену по спине. Она вскрикнула от внезапной боли. Правую лопатку словно проткнуло десятком острых игл. Но она смогла удержаться на ногах и остаться в битве. По стене, куда угодило заклинание, быстро расползлась паутина глубоких трещин. А в волшебниц уже летели новые тёмные заклятия, противостоять которым становилось всё труднее. Даже Селена, отлично ориентирующаяся в Тёмных Искусствах, столкнулась с некоторыми чарами впервые.

Трое сильных противников. Всего трое. Пока трое. Дверь за её спиной разлетелась в щепки. А вместе с ней рухнула и часть стены, образовав огромный проём. Если Драко всё же укрылся в этом классе, теперь он снова в большой опасности. Селена быстро взглянула на МакГонагалл. Стало ясно, что та отбивается из последних сил.

Она посмотрела вниз: по лестнице к ним спешили двое новых бойцов. Выбора не оставалось. Селена выпустила очередное контрзаклятие и взмахнула свободной от палочки рукой. Туманы плотной кроваво-красной пеленой отсекли двоих Пожирателей от МакГонагалл. Третий от неожиданности замешкался и секунду спустя, уже летел вниз под мощным заклятием гриффиндорского декана. Селена краем глаза заметила, как та, расправившись с противником, прислонилась к стене и прикрыла глаза.

Ещё один взмах руки, движение пальцев — и туманы быстро закружились, обволакивая соперников, не позволяя им выбраться. Те снова и снова пытались колдовать, тёмная магия пробивала бреши в красной мерцающей пелене, но всю силу вражеских заклятий Sensus Nebula принимали на себя: за пределы выходили лишь слабые лучи, словно выпущенные из палочек неумелых первокурсников. Прибежавшие на подмогу попытались атаковать снаружи. Один из них бросил в Селену убивающее заклятие, но туманы вмиг развернулись, закрыв свою хозяйку, и быстро поглотили нападавших. Теперь все четверо Пожирателей оказались внутри пелены.

Селена сделала шаг вперёд, протянула руку и коснулась туманов. Искры заметались в бешеном темпе, создавая перед глазами своих пленников калейдоскопы, образы, сюжеты, способные свести с ума. Селена вдруг вспомнила, как Северус Снейп при первом знакомстве с Sensus Nebula назвал их «бесполезными иллюзиями». И как он, узнав, что они способны улавливать мысли и чувства, удивился, что она совершенно не закрывает от них своё сознание. Она не стала рассказывать ему всего. Что туманы слушаются только одного хозяина — того, кто их создал. Что они умеют распознавать опасность. Что в опытных руках могут стать оружием: мощным, тёмным, смертельным. Оружием и надёжной защитой. Но принимая на себя удары чужой боевой магии, они теряют собственную силу. Словно тают, растворяются и покидают хозяина навсегда. Антарес рассказывал ей, что однажды его Sensus Nebula спасли ему жизнь, но после так и не смогли собраться воедино и вернуться к нему. И она не знала, что станет с её туманами после этой битвы.

Селена погасила их. Пожиратели больше не нападали. Они не пытались даже обороняться. Трое валялись в беспамятстве, один, словно повинуясь Империусу, решительно шагнул в сторону рухнувшей лестницы. Никто не стал удерживать его от прыжка.

- Вы в порядке? — спросила Селена у МакГонагалл.

- Да, — уверенно кивнула та.

Волосы декана, обычно аккуратно убранные в тугой пучок, растрепались, мантия, лицо и руки были в следах копоти, грязи и крови. Селена понимала, что и сама сейчас наверняка выглядит не лучшим образом.

- Драко! — позвала она, взмахнув волшебной палочкой, и тут же увидела его: мальчик прятался между партами и был напуган сильнее прежнего.

- Идёмте! — скомандовала она. — Скорее! Пока здесь не появился ещё кто-нибудь.

Они спустились на полпролёта. К ним навстречу бежал молодой рыжеволосый волшебник с изуродованным шрамами лицом. Селена не знала его имени.

- Римус и Тонкс мертвы, — сообщил он.

- Мерлин.., — МакГонагалл в ужасе поднесла ладонь ко рту. — Это очень плохие новости, Билл. Они же недавно стали родителями…

- Малфой?! — тот заметил Драко и поднял волшебную палочку.

Селена выступила вперёд:

- Он безоружен.

- А вы кто? — спросил тот недобро. — Я где-то вас видел.

- А я вас — нет. Но заметьте — не нападаю, — холодно отозвалась Селена.

- Прекратите! — вмешалась МакГонагалл. — Билл, нам нужно эвакуировать всех, кто остался без палочек. — И мистера Малфоя в их числе.

- Выручай-Комнаты больше нет, — вздохнул тот. — А это был единственный безопасный выход из Хогвартса.

- Но как?!

- Уничтожена адским пламенем, — ответила вместо него Селена.

Она заметила, как напрягся Драко. Мальчик понял, что ей было известно абсолютно всё.

- Мерлин… И что теперь…

Но МакГонагалл не договорила. Высокий холодный голос вдруг врезался в сознание, оглушая, вызывая острую головную боль. Драко Малфой ссутулился и закрыл уши руками. Билл Уизли наконец опустил волшебную палочку. Минерва МакГонагалл присела на опустевший постамент: все статуи, повинуясь её заклинанию, отправились на защиту замка в самом начале битвы. Селену пробил озноб.

Тёмный Лорд отзывал своих бойцов и останавливал битву. Тёмный Лорд призывал к себе Гарри Поттера. Тёмный Лорд давал час. Час передышки. Час тишины. Час непростых решений. Час скорби и слёз. А потом… потом всё начнётся сначала. Битва продолжится, что бы ни обещал сейчас Волдеморт и как бы ни поступил Поттер: попытался спрятаться или пошёл навстречу своей гибели.

Голос Тёмного Лорда умолк, всё ещё отдаваясь болью в ушах. Стараясь не обращать внимания на своё состояние, все четверо поспешили вниз.

В замке было тихо. Слишком тихо. Пугающе тихо. Словно никто не оплакивал погибших. Словно никто не испытывал боли от полученных в битве ран. Словно оставшимся в живых нечего было сказать друг другу. Пустота и скорбящая тишина.

Все собрались в Большом зале, но и там не было привычного шума. Волшебники переговаривались почти шёпотом. Даже слёзы по убитым текли беззвучно. И так же беззвучно рыдала, обнимая мёртвого сына, рыжеволосая женщина — должно быть, мать Рона и Джинни Уизли. Сила материнской скорби не делится на количество детей, но Селена не могла и представить, что станет с Нарциссой, если та потеряет Драко — своего единственного сына.

А ведь и на той, другой стороне — на стороне Тёмного Лорда — сейчас тоже остались те, кто подсчитывает потери. Кто, очнувшись от Империуса или собственных иллюзий, осознаёт, что натворил. За что сражались и погибли такие же — заклятые или заблуждавшиеся — друзья и родные. И Волдеморт, заметив раскаяние, пытает и убивает теперь не врагов, а сторонников. Своих бывших сторонников.

Считаные минуты назад Селена сражалась бок о бок с Минервой МакГонагалл, защищая не только себя и Драко, но и школу. Пусть так, но подумав о Нарциссе, о Люциусе, о Северусе, она не сомневалась, что если бы ей пришлось защищать кого-то из них от авроров, она сражалась бы с той же решимостью.

Селена заметила Гермиону Грейнджер и Рона Уизли. Гарри Поттера с ними не было. Неужели действительно отправился к Тёмному Лорду? Один? Без помощи и поддержки?

- Мисс Грейнджер! — МакГонагалл бросилась к ним. — Мистер Уизли! Где вы были? Где Поттер?

- Мы… мы… У Гарри снова было видение, — голос девочки дрожал. — Он понял, что Вол… Сами-Знаете-Кто скрывается в Визжащей хижине. И его змея — Нагайна — вместе с ним. И мы пошли туда, чтобы… чтобы убить змею.

- Вы..? Вы втроём отправились в Визжащую хижину? Не сообщив никому? — МакГонагалл не верила своим ушам.

- Да, — выдохнула Гермиона и опустила глаза. Рон неуклюже обнял подругу за плечи.

- Что было дальше?

- Сами-Знаете-Кто был не один. Когда мы пришли, он… он спорил с профессором Снейпом из-за волшебной палочки профессора Дамблдора.

Селена незаметно подошла ближе, слушая короткий сбивчивый рассказ. И она увидела всё. Увидела так ярко и близко, словно несколько минут назад не Гермиона Грейнджер, а она сама пряталась в узком тёмном тоннеле под Визжащей хижиной. Холодный голос Тёмного Лорда, короткий вскользь брошенный приказ на змеином языке, острые клыки Нагайны и бледное, застывшее, словно вылепленное из воска лицо Северуса Снейпа. И его глаза, полные ужаса, боли и отчаяния. Она инстинктивно поднесла ладонь к горлу, будто сама ощутила, как змея заживо раздирает плоть.

- Нет, — беззвучно шепнула Селена.

- …профессор Снейп отдал Гарри свои воспоминания, — всхлипывая, тараторила Гермиона. — Гарри был с нами, когда мы вернулись, но он пошёл в кабинет профессора Дамблдора, чтобы… чтобы посмотреть их в Омуте Памяти.

- А профессор Снейп? — спросила МакГонагалл.

- Он… он... кажется…

- Он остался в Визжащей хижине, — уверенно ответила вместо Гермионы Селена. — Без сознания. Он потерял слишком много крови.

- Но откуда вы знаете, что… ах, ну да.., — догадалась МакГонагалл.

- Профессор МакГонагалл! — Селена уже приняла решение, но бросить племянника совсем без защиты она тоже не могла. — Если я не вернусь, если битва продолжится, прошу, позаботьтесь о Драко. Я пришлю своего эльфа, он поможет.

- Но… вы… вы же не собираетесь…

- Спрячьте Драко, — перебила Селена, — заколдуйте его, сделайте, что угодно. Он должен остаться жить.

И она бросилась сквозь толпу к выходу из Большого зала.

«Он должен остаться жить». Это было не только о племяннике.

- Профессор Ноктэм! М-мисс Грейнджер, мистер Уизли, никуда не уходите! Я… я должна… Селена! Куда вы?! — МакГонагалл поспешила следом.

- Куда вы, профессор Ноктэм?! — двое студентов попытались остановить её. Один из них, кажется, был слизеринцем. — За пределами замка очень опасно! Сами-Знаете-Кто...

- С дороги! — Селена бросила в них заклятие и оба отшатнулись в сторону, словно под порывом сильного ветра.

МакГонагалл догнала её у парадных дверей. Точнее, там, где всего несколько часов назад были парадные двери. Сейчас на их месте зияла огромная дыра с неровными краями и осыпающимся кирпичом.

Обе волшебницы без препятствий выбежали в школьный двор.

- Селена! Постойте!

Она понимала, что драгоценные минуты и так упущены, но всё же остановилась.

- Объясните, что вы собираетесь делать? — потребовала МакГонагалл, чуть задыхаясь после быстрой ходьбы.

- Возвращайтесь к своим, профессор. Защищайте школу до конца. Но не останавливайте меня, — она подняла волшебную палочку. Её союзница и противница в одном лице в ответном жесте подняла свою. — Я вам не враг. Не мешайте мне, и, клянусь, я вас не трону.

Селена была уверена, что истинная гриффиндорка Минерва МакГонагалл не станет нападать со спины. А кроме того, она знала, что МакГонагалл в этот момент искренне боялась за неё. Но времени для объяснений совсем не осталось. Достаточно бесполезных споров.

- Селена! Вернитесь! Вы можете погибнуть! О Мерлин…

Но та уже стала невидимой. Селена разглядела среди ветвей одного из деревьев обронённую кем-то метлу и достала её с помощью манящих чар. Это был школьный «Чистомёт» давно устаревшей модели. Несколько прутьев порядком погнулись, рукоять треснула, но даже на такой видавшей виды метле было быстрее, чем бегом, огибая вырванные с корнем деревья, обходя трупы огромных пауков и брошенную великанью обувь.

Лезть через длинный узкий тоннель пришлось бы слишком долго. Селена направила метлу в сторону Хогсмида — туда, где на окраине деревни темнел, пугая не одно поколение школьников, старый заброшенный дом.

Тёмный Лорд даже не запер дверь. Он был слишком уверен в своей Нагайне — её клыки не оставляли живых. Селену пробила дрожь при мысли, что он мог, уходя, поджечь хижину.

Она поставила метлу у входа, вытащила волшебную палочку и осторожно вошла в ветхий дом. Неизвестно кто ещё мог появиться здесь после того, как «золотое трио», бросив Снейпа умирать одного, сбежало обратно в замок.

В Визжащей хижине было темно и пусто. Уже рассвело, но утренний свет почти не проникал сквозь заколоченные окна. Удостоверившись, что она здесь одна, Селена скинула дезиллюминационные чары и зажгла свет на кончике волшебной палочки. Она двинулась вперёд, вглубь дома, перешагивая через обломки мебели и прочий накопившийся за годы мусор. Снейпа она нашла в самой дальней от входа комнате, как и весь дом заваленной деревянными ящиками и старой, давно поломанной мебелью. Именно в эту комнату напрямую вёл начинавшийся под Гремучей Ивой подземный ход.

Снейп лежал на грязном полу, не подавая признаков жизни. Селена быстро присела рядом и схватила его холодную руку.

- Северус, — позвала Селена.

Глаза Снейпа были закрыты, губы плотно сжаты, в лице, казалось, не осталось ни кровинки, зато вокруг всё было залито кровью. Огромная рана на шее выглядела так, словно орудовал оборотень, а не змея. Селену едва не стошнило от запаха крови, смешавшегося с затхлым запахом комнаты, много лет не знавшей свежего воздуха. Прикрыв рот ладонью, она попыталась сделать пару глубоких вдохов. Нет. Некогда думать о себе, о желанном отдыхе и комфорте. Некогда попусту вздыхать, звать и надеяться, что Северус очнётся.

Селена только теперь поняла, что, торопясь сюда, не захватила с собой никаких целебных зелий: кровеостанавливающих, кроветворных, нейтрализующих яды. Даже настойку бадьяна. Ничего. Можно приказать эльфу собрать нужные зелья и через считанные минуты получить всё необходимое. Но даже окажись у неё сейчас кроветворный эликсир, Северус всё равно не сможет выпить его.

Она невольно вспомнила другой эпизод. Чуть меньше двух лет назад. Камера на самом нижнем уровне тюрьмы Нурменгард. И холодная рука Антареса в её руке. Тогда она тоже позвала его по имени. Тогда она твёрдо знала, что муж больше никогда не отзовётся. В тот день она прощалась с ним, и как бы ни было больно, понимала, что прощается навсегда. Но сегодня она не собиралась прощаться.

Она крепче сжала запястье Снейпа и почувствовала очень слабую, гаснущую пульсацию.

Жизненные силы. Только они сейчас помогут сердцу забиться увереннее. Только они помогут ему снова начать дышать.

Энергия Жизни. Она проводила этот ритуал всего один раз и дважды наблюдала, как это делают другие волшебники. Для ритуала были нужны двое: один — донор — отдаёт свои жизненные силы, а второй без риска потерять сознание произносит заклинание. Ей же предстояло действовать одной. А энергии понадобится много. Слишком много энергии её жизни для такой сложной магии, требующей немалого мастерства. Но думать о последствиях было некогда. И не от кого ждать помощи. Едва ли кто-то из оставшихся в Хогвартсе согласится стать добровольной жертвой ради него — Пожирателя Смерти, предателя и убийцы Дамблдора.

Холодная рука в слабой судороге дёрнулась в её руке и затихла. Она снова сжала пальцы, но пульс, даже едва уловимый, больше не ощущался.

Всё. Если она в ближайшие секунды не сделает того, на что не может решиться, ничего исправить будет уже нельзя.

Селена выпустила холодную ладонь, наспех наколдовала волшебные бинты, что плотно стянули рану на шее, и закатала левые рукава обоих мантий — своей и Снейпа. В тот единственный раз, когда она стала заклинающим, умирающий был спасён. Но волшебник, который отдавал ему свою энергию, не выжил…

Доля секунды — быстрый взгляд на восковое безжизненное лицо.

Доля секунды — выдох. Вдох. Пропущенный удар сердца. Взмах волшебной палочки.

Одним взмахом Селена рассекла вдоль их предплечья. От боли судорожно сглотнув тяжёлый воздух, она увидела, как из раны на её руке заструилось серебристое вещество. Рана на руке Снейпа лишь немного засеребрилась по краям, да и это неяркое сияние стремительно угасало.

Селена почти вплотную поднесла свою руку к его безвольно лежавшей на полу руке, направила волшебную палочку и принялась шептать слова заклинания.

Разрез на её предплечье сделался шире. Плотное серебристое вещество заискрилось и сквозь такой же разрез на руке Снейпа стало перетекать в его неподвижное тело. Энергия. Сила её жизни, так необходимая сейчас не ей — другому волшебнику. Волшебнику, ради которого она отказалась от собственной безопасности и покоя. Волшебнику, ради которого столько месяцев провела среди ближайших сторонников Тёмного Лорда, и сама едва не пополнила их ряды. Волшебнику, который вряд ли оценит её жертву, даже если этой жертвой окажется её жизнь.

Поток энергии больше не был ровным и плавным. Что-то мешало его течению. Селена почувствовала сопротивление. Похоже, Чёрная Метка, что оказалась теперь рассечена пополам, словно не желала, чтобы её обладатель, убитый по воле своего Повелителя, всё-таки остался жить.

Говорить становилось всё труднее, но Селена, не останавливаясь, продолжала повторять заклинание. Максимально сконцентрировавшись, ей удалось немного укротить тёмную магию Метки и выровнять поток энергии. Края разреза на руке Снейпа больше не пытались сомкнуться, преграждая путь спасительному веществу. Но её силы таяли с каждой секундой. И попытка преодолеть сопротивление отметины Тёмного Лорда отняло значительную их часть.

Голова кружилась. Перед глазами всё словно заволокло туманом. Хотелось закрыть их, выпустить волшебную палочку, что едва удерживали ослабевшие пальцы, и лечь, пусть здесь же, среди мусора, грязи и крови. Лечь и уснуть. Перестать думать и чувствовать.

Левая рука онемела от боли, правая дрожала от напряжения и усталости. А ведь ей предстояло ещё вытаскивать из Визжащей хижины их обоих. Ну или… или хотя бы его одного. И если она не сможет, не справится, значит, её старания окажутся напрасными.

Селена повторила заклинание в последний раз и замолчала, наконец выпустив волшебную палочку. Разрезы на предплечьях её и Снейпа стали быстро затягиваться: эта магия не оставляла второго шанса.

Селену бил озноб, лоб покрылся испариной. На пару секунд она всё-таки прикрыла глаза, но тут же заставила себя распахнуть их снова. Борясь с головокружением, она чуть наклонилась вперёд, всмотрелась в лицо Снейпа и прислушалась. Он дышал. Пусть слабо, хрипло, прерывисто, но дышал. Его кожа оставалась мертвенно-бледной, но восковой оттенок исчез. Селена взяла его руку, проверяя пульс. Рука чуть потеплела. Его сердце забилось. Слабо и прерывисто, но забилось. Губы едва заметно шевельнулись. У неё получилось. Почти получилось. Теперь оставалось решить, как вытащить его отсюда. Она не представляла, что происходит там — снаружи. Где сейчас Тёмный Лорд? Может быть, Хогвартс уже пал, а все его защитники убиты либо взяты в плен.

Селена бессильно привалилась к стене. Перед глазами стояла зыбкая пелена, голову разрывало на части. Несмотря на затянувшуюся рану, левую руку сводило от боли. Пальцы правой тоже слушались плохо, но она смогла наколдовать часы. Что ж… Если она всё правильно рассчитала, то до конца отведённого Волдемортом времени оставалось чуть больше семи минут. Можно успеть. Вызвать эльфа? Нет. Северус не перенесёт аппарирования. Оставалось создать говорящего патронуса и отправить его в замок к Минерве МакГонагалл, но это казалось ей сейчас абсолютно невыполнимой задачей.

«Нет. Я не могу. Не могу. Прости, Северус».

По её щекам покатились слёзы подступающего отчаяния.

Шесть минут… Если Поттер не явится к Тёмному Лорду.

Меньше пяти минут…

Она не привыкла отступать. Она всегда добивалась того, чего действительно хотела, будь то изучение магии или жизнь. А если и останавливалась, то не так уж и много значил для неё итог. Но сейчас итог был важен как никогда.

«Соберись. Я приказываю тебе, Селена Блэк, после всего, что ты сделала, прекрати ныть и соберись. Неужели ты сдашься теперь, когда прошла большую часть пути?»

Она решительно вытерла слёзы и подняла волшебную палочку.

«Экспекто… Экспекто Патронум!» — из палочки вылетела слабая вспышка серебристо-голубого света.

Селена, только что закончившая третий курс Хогвартса, приехала на каникулы к дяде Корвусу. Она безуспешно тренируется который день подряд.

«Сконцентрируйся!» — теряет терпение её кузен.

«А у тебя самого-то с какой попытки получилось? А, Фалькус, признавайся!» — с вызовом спрашивает девочка.

«Не помню, — честно признаётся мальчик. — Но точно быстрее, чем у тебя».

«Ну и гордись!» — злится девочка.

«Буду гордиться, когда тебя научу. Ну же, Селена! Соберись. Попробуй ещё раз. Самое счастливое твоё воспоминание. Неужели так трудно?»

Самое счастливое воспоминание.

И она вспоминает.

Почти месяц они с Северусом бились над одним невероятно сложным зельем. Проводили почти всё свободное время в библиотеке или в классе зельеварения, где под предлогом подготовки к Ж.А.Б.А. профессор Слагхорн разрешил Снейпу заниматься и после уроков. О том, что вместе с его лучшим учеником туда приходит юная мисс Блэк, декану знать не следовало. Однажды в класс забрела Эванс, но выскочила, едва завидев склонившихся над котлом бывшего друга и кузину Сириуса. Занятый добавлением очередного ингредиента Северус даже не заметил гриффиндорку.

В тот вечер упрямое зелье наконец получилось. Селена вспомнила охватившую её тогда эйфорию, бутылку сливочного пива и сдержанную, но искреннюю похвалу от обычно строгого холодноватого наставника. Ведь именно она предложила добавить к зелью нарезанную кору волшебной рябины вместо толчёной.

«Экспекто Патронум!»

Бледно-голубое свечение тогда впервые не погасло на кончике волшебной палочки, а набрало силу и, приняв очертания ворона, вылетело в окно гостиной особняка Прата.

Теперь, сидя на грязном полу Визжащей хижины рядом с едва дышащим Северусом Снейпом, Селена пыталась выудить из памяти хоть что-нибудь светлое. Настолько хорошее, что помогло бы сделать ещё один, последний рывок.

Блестящие результаты школьных экзаменов, победы в квиддиче, удачи в окклюменции и легилименции, их с Антаресом свадьба, захватывающие путешествия, возвращение в Хогвартс, встреча с Северусом, рождественская ночь, после которой, казалось, прошла целая вечность.

Северус.

Селена смотрела на его бледное лицо. Она давно позабыла, что воспоминание, которое помогло ей в четырнадцать лет впервые вызвать телесного патронуса, было связанно с ним.

Самое. Счастливое. Воспоминание.

Она пробирается в Визжащую хижину и бросается к Снейпу. Она думает об Энергии Жизни и решается провести ритуал. Слабеющим голосом она произносит последние слова заклинания, не сомневаясь, что смогла сделать всё правильно, и надеется только, что не было слишком поздно. Она убирает свою онемевшую руку от его по-прежнему неподвижной руки и замечает, что пальцы его начинают едва заметно шевелиться. Губы беззвучно шепчут что-то, она не понимает, что, но это сейчас и не важно. Он дышит. Он жив. У неё получилось.

Ну конечно! Разве есть у неё теперь воспоминание счастливее?

Селена взмахнула волшебной палочкой. Серебристый ворон расправил крылья и скользнул в ведущий к Гремучей Иве тоннель. Патронусу так ближе до замка. Так быстрее.

Заклятие Патронуса отобрало остатки сил. Селена снова коснулась чуть потеплевших пальцев Снейпа, и в следующий миг всё вокруг погрузилось во тьму.