Волшебство - это часть жизни (гет)

Время проходило довольно быстро. После происшествий в Малфой-мэноре прошло около недели. Я не знаю, что могло произойти между Малфоем и Гарри, но было видно, что их отношения изменились, вражда пропала. Конечно, Малфой не переставал задираться, но он больше не задевал за больное. А Гарри перестал называть его врагом. Год только начался, а складывалась такое ощущение, что прошло невероятно много времени. Все резко изменилось, жизнь поменялась. Мы поменялись… Как думаешь, это хорошо? Ну, то, что происходит, пап?

Анабель оторвала взгляд от письма и подняла голову на Амбридж, решив, что, наверное, все-таки надо сделать вид, что ей интересен весь этот бред, что она городит с умным выражением на лице.

— Темные искусства довольно-таки многочисленны и разнообразны. Бороться с ними сложно и иногда бессмысленно, — жаба прохаживалась по рядам, деловито заглядывая в тетрадки учеников, поэтому Эни в срочном порядке пришлось спрятать письмо и подтянуть к себе тетрадь, где была записана лишь тема урока.

Закусив губу, гриффиндорка стала вслушиваться в слова профессора, чтобы записать хоть что-то, для видимости.

— Это битва с противником, непостоянным, неуловимым, вечно меняющим обличья, и уничтожить его невозможно.

Бред.

Анабель скосила глаза на Гарри, который, кажется, считал точно также, поэтому сидел, подперев голову рукой и вырисовывая какие-то каракули на страницах тетради.

Повернув голову влево, Эни заметила, что Малфой, развалившись на стуле, писал всё, о чем глагольствовала эта грымза.

То же мне. Давно он, интересно, заделался в прилежные ученики? Хотя… он всегда подлизывался. Нечего удивляться.

— Слушай, — Эни пододвинулась ближе к слизеринцу, так, чтобы было удобнее говорить.

— М? — Драко даже не оторвался от написания конспекта.

— Скажи… почему-ты помог мне?

Драко замер, затем медленно поднял голову на гриффиндорку и процедил, сквозь зубы:

— Это когда?

— В мэноре, — Анабель всматривалась в льдисто-серые глаза аристократа, пытаясь выискать там ответ на свой вопрос.

— Хотел досадить отцу.

— Зачем?

— Это тебя не касается.

Малфой вновь вернулся к конспектированию лекции, и Эни пришлось сделать тоже самое, ибо Амбридж вдруг заткнулась и уставилась на них, видимо, заметив их перешептывания.

— Пишем-пишем, не отвлекаемся, — вновь заговорила женщина, продолжив разгуливать по кабинету, — на следующем занятии я буду спрашивать.

Анабель поджала губы и нетерпеливо записала пару строчек, прежде чем вновь перевести взгляд на Малфоя:

— Слушай, — позвала она его, тот недовольно стиснул челюсти, но не обернулся, — а ты видел его, да?

— Кого «его»? — процедил Драко, сквозь зубы.

— Волдеморта.

Перо в руках Малфоя остановилось, кулак сильно сжался, а холодный взгляд переместился с пергамента на соседку по парте, которая, казалось, совершенно не замечала этих мечущих молний.

— Что за ахинею ты несешь?

— Видел, да? — Анабель кивнула сама себе и облизнула губы от любопытства. — Расскажи мне о нем.

— Слушай, Блэк.

Малфой со стуком положил перо на стол и, проигнорировав несколько любопытных взглядов, наклонился к самому уху гриффиндорки.

— То, что я спас тебя, совсем не делает нас друзьями, ясно? Так что заткнись и отвали от меня.

— Я просто пытаюсь понять, — не унималась Анабель.

— Что понять? — Драко внимательно вглядывался в её лицо.

— Твои мотивы.

— Я уже сказал тебе…

— Это бред, Малфой! — воскликнула Эни, тут же словив на себе любопытные взгляды.

Прозвенел звонок, и все тут же принялись собирать вещи, включая и Анабель, решившую, что разговор продолжаться точно не будет. Но Малфой удивил её. Он быстро оторвал клочок от пергамента и что-то написал на нем, после чего подтолкнул его к Эни, поднялся из-за стола и вышел.

* * *

В учебные часы запрещается исполнять музыку. Ношение формы знаков отличия — обязательно.

Гласили все новые и новые законы школы. Амбридж продолжала свои проверки, посещая учителей на занятиях. Даже профессору Снейпу досталось, однако он держался довольно уверенно и достойно. А вот Сивилле Трелони повезло меньше. Однажды, когда Эни и Гарри, хохоча, возвращались из кабинета Снейпа, где отбывали наказание, они увидели, как ученики толпами шли в одном направлении. Когда Гарри и Эни протиснулись сквозь толпу к своим друзьям, они увидели Амбридж и Трелони. Филч выносил чемоданы прорицательницы.

— Я… я… — чуть ли не плача, умоляла Трелони, — Шестнадцать лет… Я здесь жила и преподавала… Хогвартс — мой дом… Вы не можете так поступить…

— Вообще-то могу, — Амбридж состроила виноватую улыбку.

Из толпы выбежала МакГонагалл.

— Минерва, — умоляла Сивилла, МакГонагалл обняла ее, и Трелони расплакалась.

— Вы что-то хотели сказать? — с улыбкой обратилась к МакГонагалл Амбридж.

— О-о, я бы много чего хотела вам сказать.

Неожиданно двери с грохотом распахнулись, и на пороге появился Дамблдор. Ученики расступились, давая ему возможность пройти.

— Профессор МакГонагалл, — обратился Дамблдор, выйдя к преподавателям, — пожалуйста, проводите Сивиллу обратно в школу.

— Спасибо, Альбус, спасибо, — благодарила Сивилла.

МакГонагалл увела ее.

— Дамблдор! — возмутилась Амбридж, — Позволю себе напомнить, что согласно декрету об образовании номер 23, утвержденному министром, я…

— Вы можете увольнять моих преподавателей, — прервал ее Дамблдор, — но выгонять их из школы вы не имеете права! Это право остается за директором!

— Ненадолго! — улыбнулась Амбридж.

Анабель вздрогнула, услышав последнюю фразу розовой жабы, и со страхом посмотрела на директора. Она видела в его глазах понимание. Он знает, что Амбридж удастся избавиться от него. Эни сглотнула, предвкушая предстоящий ужас.

* * *

Малфой шел по коридору на ужин, свернув вправо, он увидел впереди Поттера, стоявшего возле окна и нервно бросавшего взгляды на хихикающих когтевранок. Слизеринец усмехнулся и направился к нему.

— Поттер! — громко позвал Малфой, бросив сумку на подоконник и вперив взгляд в гриффиндорца.

Гарри передернуло от неожиданности.

— Чего тебе, Малфой? — не отстраняя взгляда от девушек, спросил нервно он.

— Просто подойди и заговори, — тихо посоветовал блондин с ухмылкой на лице.

— О чем ты? — Гарри оторвал взгляд от девушек и уставился на парня.

— Мисс Чанг, — загадочно произнес Малфой и прошелся взглядом по девушке.

— Не понимаю, о чем ты, — нервно бросил Гарри, взял свою сумку и уже собирался уходить.

— Поттер, — остановил его Драко, — А где же твоя львиная храбрость?

— Не твое дело, Малфой.

— Ладно, — Драко усмехнулся и тихо произнес, — Я тебе помогу…

— В каком смысле? — удивился Гарри, но слизеринец уже направился к девушкам, ловя на себе удивленные взгляды.

— Чанг!

Девушку передернуло, и она испуганными глазами посмотрела на блондина.

— Дамы, — Малфой перевел взгляд на девушек, стоящих вместе с ней, — сбрызнули-ка по-быстрому, — грозно произнес он, девушки не двинулись с места, — Свалили, я сказал! — рявкнул парень и метнул в них взгляд полный ненависти и высокомерия, девушки переглянулись и осторожно ушли, не забывая оборачиваться и испуганно смотреть на подругу.

Слизеринец хмыкнул.

— Скажи мне, Чанг, как там Диггори поживает?

— Ч… что? — только и смогла пискнуть девушка.

— Что, — передразнил ее блондин с усмешкой, — Как там твой любименький Седрик, не собираешься его навестить, он, наверное, скучает… Хотя ты же босила его, пошла на Святочный бал с Поттером, или... ах, да! Это же он тебя бросил! — издевательски произнес он, Чжоу тут же разревелась, — Быстрее, чем я думал, — буркнул про себя Драко и продолжил, — Тебе не совестно вообще? Он там, а ты здесь, смеешься, живешь? — Последнее слово он произнес с нескрываемым отвращением прямо ей на ухо.

Чжоу разревелась еще громче, тут к ней поспел Гарри и что-то рявкнул Малфою, когтевранка тут же прижалась к его плечу и заплакала. Слизеринец лишь рассмеялся и пошел дальше по коридору с чувством выполненного долга.

Интересно, сколько уже добрых дел упало в его копилку?

Не переусердствовать бы.

* * *

Анабель вошла в Большой зал на ужин и направилась прямиком к столу Гриффиндора. Сев рядом с Джинни и Гермионой, напротив Рона и Гарри, девушка принялась накладывать себе жареную картошку и курицу.

— Тыквенного сока? — предложила Гермиона, которая только что налила себе из графина сок.

— Нет, спасибо, — улыбнулась Анабель, — Я лучше капучино попью.

— Как прошел день? — поинтересовалась Джинни, которая уже во всю уплетала мясной пирог.

— Хорошо, — улыбнулась Гермиона и сделала глоток сока, — Эни сегодня, на удивление всем, писала конспект на ЗоТИ.

Анабель усмехнулась. Знала бы Грейнджер, какой именно конспект писала девушка… Был бы уже разбор полетов.

Подумав об этом, Эни прожевала кусок хлеба, сделала глоток капучино и невольно перевела взгляд на стол Слизерина. Малфой сидел и разговаривал о чем-то с Паркинсон, на лице слизеринки растянулась улыбка, Анабель поджала губы и отвела взгляд, наблюдая, как Гарри что-то очень оживленно обсуждает с Роном.

— Эй! — она помахала рукой перед друзьями, те тут же перевели взгляд на нее. — О чем болтаете?

— О квиддиче, — ответил Рон, — Скоро состоится первый матч Гриффиндор-Слизерин, — пояснил рыжий.

Девушка заметила нотки грусти и озабоченности в словах парня.

— Что-то не так? — спросила она и перевела озадаченный взгляд на Гарри.

— Рон боится опозориться… это ведь его первый матч… — пояснил Гарри, а Рональд тем временем заметно покраснел.

— Пф, — фыркнула девушка и улыбнулась, — все будет замечательно, Рон, ты отлично держишься у колец.

— Я тоже ему сказал, что паниковать не стоит, — улыбнулся Гарри, — слизеринцы не умеют побеждать. Тем более, у них Малфой в ловцах, — на этих словах Поттер с неподдельным интересом проследил за реакцией своей подруги.

— Точно, — улыбка девушки стала еще шире, она вновь перевела взгляд на стол Слизерина и на этот раз встретилась со взглядом Драко.

Сначала девушка слегка растерялась, встретив пронзительный взгляд парня, но затем лишь подмигнула ему все с той же улыбкой и перевела взгляд на Гарри, который тут же сделал вид, что подбадривает друга. Эни хмыкнула и решила не предавать этому значения.

* * *

— Наконец-то, — вздохнула с облегчением Джинни и плюхнулась на кровать, — кроватка…

— Джин, — позвала девушку Анабель, которая стояла возле письменного стола и доставала свои учебники из сумки, — еще только пять часов, а ты уже спать собралась?

— Я просто немного полежу, — промычала рыжеволосая в подушку.

Гермиона и Эни с усмешкой переглянулись. Грейнджер подошла к шкафу и достала оттуда синие джинсы и водолазку.

— Я жду тебя в гостиной, — произнесла волшебница, когда переоделась и натянула на себя кеды.

— Ладно, — улыбнулась Анабель и наклонилась, чтобы поднять с пола упавший только что лист пергамента.

Дверь за ее подругой захлопнулась, а Эни развернула лист пергамента и принялась читать:

«Сегодня на астрономической башне. В 21.00».

Кажется, ей все-таки удалось добиться нужного от Малфоя.

Анабель довольно улыбнулась и направилась к шкафу, откуда выудила черные зауженные брюки, свободную длинню кофту без ворота с широкими полосками бордового и темно-бежевого цветов, затем надела коричневые ботинки на шнуровке и поправила все тот же медальон, подаренный Седриком. Расчесав волосы, Анабель улыбнулась своему отражению в зеркале и подошла к столу, еще раз перечитав записку.

Сглотнув, Эни свернула листок и положила его в карман брюк, затем быстрым шагом покинула спальню, направляясь к друзьям в гостиную.

На протяжении всего времени, что ребята делали уроки возле камина, Анабель нервно поглядывала на часы, соображая идти ли ей на встречу с Малфоем, и чего он хочет.

Когда часы показывали восемь часов, друзья закончили делать домашнюю работу и уже разговаривали о чем-то. Эни их не слышала, она сидела на диване, уткнувшись в свои коленки, и, глядя на огонь в камине, соображала, рассказать ли ей друзьям об этой странной встрече с Малфоем, идти ли ей… Однако, когда Гарри поинтересовался, все ли у нее в порядке, девушка лишь улыбнулась и сказала, что все хорошо.

Время близилось к девяти часам, и в гостиную ворвались Фред и Джордж, они включили музыку под предлогом того, что у Колина Криви сегодня день рождения. Комнату тут же наполнил громкий смех, крики и поздравления. Под этот шумок, пока друзья отвлеклись на близнецов, девушка вышла из гостиной, направляясь прямиком к астрономической башне.

Поднимаясь по ступенькам, девушка увидела блондина, который спокойно стоял, скрестив руки на груди и облокотившись о стену, и смотрел на звездное небо. Анабель невольно поправила волосы, нервно вздохнула и поднялась на площадку.

— Ты вовремя, — спокойно сказал парень, не глядя на девушку.

— А ты рано, — тихо произнесла она, стоя в десяти шагах от парня.

Уголки его губ на мгновение дрогнули, изображая ухмылку, но через секунду его лицо вновь было спокойным.

— Так… чего ты хотел?

— Это ты хотела, насколько я помню, — усмехнулся аристократ, даже не взглянув на нее.

— Верно, тогда рассказывай, — Эни сделала несколько шагов в сторону слизеринца и остановилась, внимательно вглядываясь в его профиль.

— Что рассказывать?

Решил скосить под дурачка?

— Почему помогаешь нам?

— Ответ «не твое дело» тебя устроит? — Драко обернулся на гриффиндорку и изогнул правую бровь, растянув губы в ироничной усмешке.

— Знаешь же, что нет, — Эни скрестила руки на груди.

— Очень жаль, потому что другого ответа ты все равно не услышишь.

— Малфой, какого черта?! — Анабель всплеснула руками, гневно глядя на слизеринца. — Зачем тогда позвал меня сюда?!

Драко хмыкнул, но ничего не ответил, даже не взглянул на неё.

— Ой, да иди ты! — Эни бросила на слизеринца рассерженно-обиженный взгляд, развернулась и направилась к ступенькам.

— Вообще-то, я тебя еще не отпускал, — верно подметил он и уставился на нее.

— Мне не нужно твое разрешение, — гордо произнесла девушка, даже не обернувшись на слизеринца.

— Спорим, что ты никуда не пойдешь?

— Кто же меня остановит?

Стоило Эни произнести эти слова, как Малфой в мгновение ока оказался рядом и схватил ее за запястье, Анабель дернулась от неожиданности и не рассчитала своих сил, запнулась обо что-то, и они вместе с блондином полетели на пол. Девушка вскрикнула и зажмурила глаза, затем она почувствовала удар, боль в спине и что-то тяжелое навалилось на нее. Эни осторожно открыла глаза и увидела перед собой серые и глубокие глаза Дако. Он слегка приподнялся на руках и с усмешкой смотрел на девушку.

— Малфой, что ты творишь? — изумленно хлопая ресницами, спросила девушка.

— Что я творю? — шокировано произнес парень, — Это ты что творишь?

— Я просто собиралась уйти, — сердито произнесла Анабель и нахмурила брови, — А ты мне помешал!

— Я же сказал, что никуда тебя не отпущу, — усмехнулся он, — а ты сразу же на пол меня повалила. Я, между прочем, парень приличный.

— Ну да, ври больше, — Эни усмехнулась, затем сердито посмотрела ему в глаза, — ты не имел никакого права меня трогать, Малфой.

— Ты поспорила, что я не смогу! — все с той же усмешкой говорил он, вглядываясь в лицо девушки.

Эни почувствовала, что начинает краснеть.

— Нельзя брать парня на слабо, Блэк. Запомни это. Особенно, если он — слизеринец.

— Малфой, — девушка надула губы, — Нельзя обижать девушек. Запомни это. Особенно, если она — гриффиндорка.

— И что же ты сделаешь, Блэк? — засмеялся парень.

Выражение лица девушки его очень рассмешило.

— Я сейчас вот тебя столкну, достану свою палочку, и кто-то научится летать!

— Мерлин, Блэк, — улыбка на лице Малфоя становилась все шире, что не ускользнуло от взгляда девушки.

Она так редко видела, как он улыбается. Вот так вот по-настоящему.

— Ты сама суровость.

— Малфой! — обиженно проговорила девушка, — Лучше слезь с меня сам!

— Вот еще, — он усмехнулся.

— Ну, Драко, — простонала Анабель, жалобно глядя на слизеринца, — Ты же тяжелый!

— Хорошо, — он улыбнулся, подметив про себя, что она всё-таки назвала его по имени, — но у меня есть одно условие.

— Какое еще?

— Ничего сложного, Блэк, — он улыбнулся, оторвался от нее и сел.

Эни приподнялась на локтях и уставилась на парня.

— Ты просто сходишь со мной… погулять в Хогсмид.

— Малфой, — Эни вдруг стало невероятно смешно, — ты с ума сошел что ли?

— Ну почему же? — он усмехнулся, — Ты же мне проспорила.

— Когда?

— Только что.

— Я не спорила вообще-то, — улыбнулась девушка, все еще не веря в слова парня.

— Ну, давай, выворачивайся, это же так по гриффиндорски, да Блэк? — закатил глаза парень.

— Я не выворачиваюсь, — надулась Анабель, — но я ведь правда не спорила.

— Короче, — он скрестил руки, — ты пойдешь или как?

— Ты сейчас серьезно, Малфой? — девушка недоверчиво вглядывалась в глаза парня.

— Вполне, — серьезно произнес он.

— Но, — Эни замялась и отвела взгляд, — С чего вдруг?

— Я поспорил с Забини, — честно признался аристократ, тут же словив на себе удивленный взгляд.

— А если я откажусь? — девушка сощурила глаза и с ухмылкой посмотрела на блондина.

— Это невозможно, — парень усмехнулся.

— Почему это?

— Потому что я — Драко Малфой! Какая девушка откажется от встречи со мной? — он развел руки в стороны, демонстрируя себя, — Это, во-первых, а во-вторых, ты просто отсюда не выйдешь.

Анабель засмеялась и недоверчиво взглянула на блондина, поймав себя на мысли, что его честность ей понравилась.

— Жаль тебя расстраивать, Малфой, но ты не эталон красоты.

— Да ну? — парень усмехнулся и вновь навис над девушкой, оперившись руками по обе стороны от ее головы. — Тот, кто так считает, либо никогда меня не видел, либо у него отсутствует вкус, либо глаза, — тихо произнес слизеринец, вглядываясь в глаза Анабель, а она тем временем начинала краснеть от обжигающего ее кожу дыхания парня.

Он был слишком близко сегодня. Опять. Эни не понимала, что происходит с ней, но как только он приближался к ней, она начинала заливаться краской, и где-то внизу живота что-то пробуждалось, переворачивалось, заставляя девушку чувствовать неловкость и смущение.

— Так ты согласна?

— У меня же есть время подумать? — хрипло спросила Анабель, начиная тонуть в голубизне его глаз.

Раньше в этих глазах она видела лишь холод, лед. Они ассоциировались у нее с зимой. Мрачной. Холодной. Ей казалось, что он замерз уже давно. Изнутри. А сейчас… сейчас она видела перед собой море. Бездонное море, которое притягивало своим теплом и… чистотой. Завораживало той неопределенностью, таинственностью, что исходила откуда-то из глубины этих глаз.

— Ну, хорошо, — он улыбнулся и отстранился от девушки.

Наконец слез с нее и сел на пол рядом, облокотившись о стену и положив руку на согнутую левую ногу. Анабель осторожно поднялась и села рядом с парнем, также облокотившись о стену и вытянув ноги перед собой.

— Пока ты думаешь, давай поговорим.

— О чем? — хмуро спросила Эни, разглядывая свои ботинки.

— О чем угодно, — улыбнулся Драко.

Они разговаривали обо всем, о всех нелепостях, что могли прийти к ним в голову. Смеялись. Шутили. И каждый из них сейчас считал этот разговор таким неправильным, но у каждого была своя причина так думать.

Анабель смеялась над его шутками, вот так вот просто непринужденно разговаривала, а в душе думала, как же это все неправильно. Как отреагируют ее друзья, узнай они, что Эни разговаривает посреди ночи на полу астрономической башни с их врагом номер один сразу после Волдеморта? Вряд ли они ее похвалят, верно? Вряд ли поймут.

Нет.

Потому что это жутко неправильно.

Но ей нравилось. Ей нравилась эта неправильность. Нравилось смеяться вместе с Малфоем. Она впервые видела его улыбку. Она была великолепна, как и все в этом парне. Девушка невольно заметила, что, когда он улыбается, его глаза улыбаются тоже, и в уголках появляются такие морщинки, которые ничуть не портят его аристократическое лицо.

Анабель вглядывалась в лицо парня и невольно задумалась… ей было интересно, неужели Пэнси и другие слизеринки каждый день видят его именно таким? Они могут вот также непринужденно разговаривать с ним обо всем?

Конечно, да! Конечно, могут!

Ведь они друзья, хотя… наверное, даже больше, чем просто друзья. Хотела бы Анабель каждый день видеть его таким. Открытым, непринужденным, свободным. А не холодным и высокомерным, каким видела его она все эти годы, каким он показывал себя ей и всем окружающим. Настоящий Малфой — такой, как сейчас — нравился ей куда больше, чем тот, которого она знала все эти годы.

Нравился… Драко Малфой. Нравится. Ей.

Мерлин, как же это неправильно…

Драко Малфой видел в этой ситуации свою неправильность… хотя, должно быть, она очень схожа с мыслями девушки. Вот она опять засмеялась над очередной его шуткой, вернее, остроумной фразочкой. Ему нравилась ее улыбка. Настоящая. Такая улыбка, которую она никогда прежде не предназначала ему. Анабель всегда смеялась, всегда улыбалась, и увидеть эту девушку печальной или даже в слезах — это просто невозможно. Она всегда и всем дарила свою лучезарную улыбку, которая могла поднять настроение абсолютно любому. Вот так вот просто. Но такую улыбку он видел лишь, когда она обращалась к Поттеру или Уизли, но никогда ему лично. Он часто видел ее ухмылку, иронию, но так истинно она не улыбалась ему прежде. Малфою нравилось это.

А ее глаза.

У этой девушки глаза менялись так же часто, как и погода. Они могли быть туманно серыми и притягивали себя своей неизвестностью, тайной, которую так и хотелось разгадать, иногда они были чисто голубыми, кристально. Небесно-голубые глаза.

Но неправильность заключалась в другом. В том, что они — Драко Малфой и Анабель Блэк — две совершенно разные вселенные, — Гриффиндор и Слизерин, — противоположны и несовместимы. И эти двое — лед и пламень — сейчас сидят на астрономической башне и ведут совершенно бессмысленный разговор, просто потому что им хочется.

Это было так неправильно.

Она и все ее окружение уничтожат Малфоя при первой же подходящей возможности. Он и его окружение разотрут ее в порошок, сотрут с лица земли, словно так и было.

Это было неправильно.

Весь их разговор, вся эта ситуация. Его чувства, ее чувства, мысли, поведение — все было неправильно.

Опять это слово. Неправильно. Оно бесило Малфоя. Раздражало. Но сейчас ему было плевать. Плевать на то, что скажут другие, на то, что он будет делать завтра. Просто плевать.

— Малфой, — девушка просмеялась и облокотилась о стену, прикрыв глаза, — твое эго куда больше, чем я думала.

Драко собирался что-то сказать, но увидел явную усталость на лице девушки. Парень был уверен, что она сейчас просто отрубится. Слизеринец перевел глаза на наручные часы и ужаснулся. Полночь. Они просидели здесь три часа. Ему-то ничего не сделают, он староста и может соврать, что просто заканчивал обход, мол, медленно шел. А она? Она же не староста, если ее поймает Филч сейчас, то проблем не оберется.

— Так, — парень поднялся с пола и отряхнулся, — давай, вставай, поздно уже.

Девушка разлепила глаза и устало посмотрела на слизеринца. Он протянул ей руку, чтобы поднять.

— А как же мой ответ, Малфой? — спросила девушка, принимая помощь слизеринца и поднимаясь.

— Да мне он и не нужен, — усмехнулся парень и начал спускаться по лестнице.

— Правда?

— Конечно, — он усмехнулся, — У тебя все равно нет выбора.

— Это почему еще?

— Потому что ты проспорила и, хочешь ты того или нет, ты должна выполнить мое желание. — Он уже спустился по лестнице и вышел в коридор, Эни еле поспевала за парнем, — А твой ответ — это лишь формальность, поэтому, — он резко остановился и повернулся к девушке так, что она от неожиданности впечаталась ему носом в грудь.

— Ауч, — девушка потерла нос и уставилась на блондина, который с усмешкой смотрел на нее.

— В воскресение, в пять часов у развилки на пути в Хогсмид. — Он развернулся и зашагал в сторону подземелий. — И будь добра, не болтай лишнего.