Новая жизнь. (джен)

Ноябрь 2002 года

Шестнадцать лет. Тори смотрела на два торта на кухонном столе — один шоколадный для Эндрю, один ванильный для Аарона — и чувствовала, как время ускользает сквозь пальцы. Ей казалось, что ещё вчера они были маленькими мальчиками, которые проверяли, на месте ли она. А теперь они стояли перед ней — высокие, сильные, почти взрослые.

Эндрю задул свечи с той же сосредоточенной яростью, с которой он играл в экси. Аарон задул свои и улыбнулся, глядя на неё через стол. Тори улыбнулась в ответ. Она не загадывала желаний — она уже получила всё, что хотела.

— Шестнадцать, — сказала она, разливая чай по кружкам. — Я помню, как вы были такими маленькими, что я носила вас на руках. Шаг за шагом обходя все препятствия в вашей крохотной комнатке. Особенно когда Аарон дрожал от жара и не мог согреться. Я дала ему таблетку и носила на руках, пока он не перестал дрожать.

— Ты обнимала его, пока он не уснул, — вдруг сказал Эндрю. — Я помню.

Тори удивлённо посмотрела на него. Он редко говорил о прошлом, особенно о тех первых днях. Это было похоже на маленький подарок.

— Ты помнишь? — спросила она.

— Я всё помню, — сказал Эндрю, и в его голосе не было злости. Только факт.

Аарон рассмеялся.

— Ты всё ещё носишь нас на руках, мам. Только по-другому.

Эндрю ничего не сказал. Он смотрел на неё своим фирменным взглядом, и Тори не могла ему не улыбнуться.

— Ну что ж, — сказала она, поднимая кружку. — За вас, мальчики. За ваши шестнадцать лет, за вашу игру и за то, что вы до сих пор не разнесли этот дом.

Аарон засмеялся. Эндрю хмыкнул — это было почти смехом, если знать, где искать.

Декабрь 2002 года

Сезон был в разгаре. Школьная команда шла без поражений, и каждый матч собирал полный стадион. Тори сидела на трибуне, как всегда, на том же месте, откуда мальчикам было легко найти её взглядом.

Игра была напряжённой — счёт шёл очко в очко, соперник не сдавался. Тори смотрела, как Эндрю носится по полю, как обводит защитников, как бьёт по воротам с той яростной точностью, которая заставляла вратаря съёживаться. Он был везде — быстрый, агрессивный, неуловимый. Защитники соперника не успевали за ним.

Аарон действовал иначе. Он был тенью на поле — спокойный, расчётливый, всегда в нужном месте в нужное время. Он перехватывал передачи, разрушал атаки, не давал сопернику приблизиться к воротам. Тори видела, как он просчитывает игру на шаг вперёд, как его движения экономны и точны.

Когда Эндрю забил победное очко за минуту до конца матча, стадион взорвался аплодисментами. Тори смотрела, как он поднимает руки, как его лицо — обычно холодное и непроницаемое — на мгновение становится почти счастливым. Она смотрела, как Аарон подбегает к нему и хлопает по плечу, как они обмениваются коротким взглядом, который не требовал слов.

Она не аплодировала. Она просто сидела и смотрела, чувствуя тихое удовлетворение, которое не требовало слов.

После игры к ней подошёл тренер Стивенс. Он выглядел уставшим, но довольным — победа далась нелегко.

— Ваши мальчики, миссис Миньярд, — сказал он, качая головой. — Я уже говорил это, но скажу снова: они особенные. Эндрю — это скорость и инстинкт. Аарон — это ум и расчёт. Вместе они — сила, которую сложно остановить.

Тори кивнула, глядя на поле, где мальчики собирали вещи.

— Я знаю.

— Я говорю серьёзно, — сказал Стивенс. — Я уже разговаривал с несколькими скаутами из колледжей. Они спрашивали о них. Если они продолжат в том же духе, у них будут предложения. И не от второсортных школ.

Тори повернулась к нему. В его глазах была искренняя уверенность.

— Они уже получают предложения? — спросила она.

— Пока только разговоры, — сказал Стивенс. — Но это только начало. Через год-два начнутся официальные контракты. Я хочу, чтобы вы знали: у них есть будущее в экси. Настоящее будущее.

Тори смотрела на поле, где Аарон что-то говорил Эндрю, и тот коротко кивнул. Она чувствовала, как внутри поднимается гордость — холодная, острая, как лезвие.

— Они сделают свой выбор, — сказала она. — Я буду рядом, когда они его сделают.

Стивенс усмехнулся.

— Вы всегда так говорите.

— Потому что это правда, — ответила Тори.

Когда мальчики подошли к ней, Аарон ещё дышал тяжело после игры. Эндрю выглядел так, будто только что вышел из душа — ни капли пота, ни следа усталости, только лёгкая испарина на висках.

— Какой у нас план на вечер? — спросил Аарон, натягивая куртку.

— Ты забыл, — сказал Эндрю, и в его голосе появилась та редкая нота, которую Тори научилась распознавать как шутку. — Тильда сказала, что будет учить нас готовить.

Тори подняла бровь.

— Я такого не говорила.

— Ты сказала, что хочешь, чтобы мы умели себя прокормить, — напомнил Эндрю. — Это то же самое.

— Я сказала, что хочу, чтобы вы не голодали, когда уедете, — поправила Тори. — Это не значит, что я буду стоять над душой и командовать.

Аарон нахмурился.

— А что тогда?

— Я купила курицу, — сказала Тори. — Вы будете её разделывать. Я буду сидеть на кухне и смотреть.

Эндрю замер. Аарон побледнел.

— Ты серьёзно?

— Абсолютно, — сказала Тори, и в её глазах блеснула редкая насмешка. — Ваша мама должна отдыхать. А у меня сегодня вечер свободен.

Она развернулась и пошла к выходу, оставляя их стоять на трибуне с одинаково обескураженными лицами. Ей показалось, что Эндрю что-то пробормотал, но она не стала разбирать.

Январь 2003 года

Эндрю получил письмо из колледжа в начале января. Он нашёл его в почтовом ящике, когда вернулся с тренировки, и замер на пороге, глядя на конверт. Тори увидела это из кухни — как он стоит в прихожей, сжимая бумагу в руках, как его плечи напряжены.

Она не спросила, что это. Она просто ждала.

Эндрю прошёл на кухню и сел за стол, не глядя на неё. Он положил конверт перед собой и молчал долгую минуту.

— Это предложение, — сказал он наконец. — От колледжа. Они хотят, чтобы я играл за них.

Тори села напротив него.

— Ты хочешь поехать? — спросила она.

Эндрю поднял на неё глаза. В них была та же смесь надежды и тревоги, которую она видела в нём много раз.

— Я не знаю, — сказал он. — Я не хочу уезжать. Но я не хочу упускать шанс.

Тори смотрела на него. Она видела, как он борется с собой, как пытается принять решение, которое изменит его жизнь.

— Ты не должен решать сейчас, — сказала она. — Впереди ещё два года. Ты можешь подождать. Посмотреть другие варианты. Подумать.

— А если я жду, а предложение уходит? — спросил он.

— Значит, это было не твоё предложение, — сказала Тори. — То, что твоё, никуда не уйдёт.

Эндрю смотрел на неё долгую минуту. Затем он кивнул и убрал письмо в карман.

— Спасибо, — сказал он.

Он ушёл в свою комнату. Тори смотрела ему вслед. Он боялся сказать ей. Он боялся, что это изменит что-то между ними. И она не знала, как сказать ему, что он ошибается.

Февраль 2003 года

Игры продолжались. Команда шла к финалу регионального турнира, и каждый матч был напряжённым, каждый соперник — сильным. Тори сидела на трибуне и смотрела, как её мальчики растут — как становятся увереннее, как находят своё место в мире, как строят своё будущее.

На одной из игр Тори заметила незнакомца на трибуне. Мужчина сидел в первом ряду с блокнотом в руках и записывал что-то, не отрывая глаз от поля. Он не аплодировал, не кричал — просто наблюдал. Тори узнала этот тип людей. Скаут.

Она не подошла к нему. Она просто сидела и смотрела, как Эндрю забивает гол, как Аарон перехватывает передачу, как они двигаются по полю синхронно, как одна машина. Она знала, что их заметят. Она знала, что это только начало.

После игры скаут подошёл к тренеру Стивенсу. Они разговаривали несколько минут, затем Стивенс кивнул в сторону мальчиков. Тори видела, как скаут смотрит на них, как что-то записывает в блокнот, как его глаза загораются.

Она не подошла к ним. Она просто стояла в стороне и ждала.

Когда Стивенс подошёл к ней, его лицо было серьёзным.

— Это был скаут из Университета Южной Каролины, — сказал он. — Он хочет поговорить с вами. С вами и с мальчиками.

Тори кивнула.

— Когда?

— Завтра, — сказал Стивенс. — Он приедет в школу. Он хочет обсудить их будущее.

Тори смотрела на поле, где мальчики собирали вещи. Она чувствовала, как внутри поднимается привычная холодная волна — гордость, смешанная с тем странным чувством, которое она научилась называть привязанностью.

— Я буду там, — сказала она.

На следующий день Тори сидела в кабинете тренера Стивенса рядом с мальчиками. Скаут — мужчина лет сорока, с внимательными глазами и спокойной улыбкой — смотрел на них с неподдельным интересом.

— Ваши мальчики — это то, что мы ищем, — сказал он без предисловий. — У них есть талант, дисциплина и командный дух. Мы хотим, чтобы они играли за нас. Оба.

Тори чувствовала, как Аарон напрягся рядом с ней. Она видела, как Эндрю сжал кулаки под столом. Они ждали её ответа. Она посмотрела на них — на своих мальчиков, которые выросли, которые стали сильными, которые были готовы уйти.

— Это их решение, — сказала она. — Я не буду решать за них.

Аарон повернулся к ней.

— Мам...

— Ты что? — она улыбнулась. — Я всегда буду рядом. Но это ваш выбор. Это университет, Аарон. Если вы решите, то уедете совсем не завтра. У вас есть время подумать.

Они смотрели на неё долгую минуту. Затем Эндрю повернулся к скауту.

— Мы играем вместе, — сказал он. — Я не поеду без Аарона.

Скаут улыбнулся.

— Мы предлагаем места для вас обоих.

Эндрю покачал головой.

— Я не об этом. Мы играем вместе, или мы не играем вообще. Я не пойду в команду, где он будет запасным, или где нас разделят. Мы — одно целое. Вы берёте нас как пару или не берёте вообще.

В комнате повисла тишина. Скаут смотрел на Эндрю с новым интересом, переваривая его слова. Аарон сидел неподвижно, но Тори видела, как его плечи расслабились.

— Это необычное условие, — сказал скаут наконец.

— Это не условие, — ответил Эндрю. — Это факт.

Скаут перевёл взгляд на Тори. Она пожала плечами.

— Думаете, я буду спорить? — сказала она. — Я знаю своего сына. Он сказал, что думает. И я с ним согласна.

Скаут помолчал, затем кивнул.

— Я передам ваши слова руководству. Это нестандартно, но я понимаю. Вы близнецы. Это имеет значение.

Эндрю кивнул и встал. Аарон встал следом.

— Мы подумаем над вашим предложением, — сказал Эндрю. — Но только если оно включает нас обоих.

Когда они вышли из кабинета, Аарон обнял Тори.

— Спасибо, — сказал он. — Выбирать достаточно трудно.

Тори обняла его в ответ.

— Это ваша жизнь, — сказала она. — Я просто хочу, чтобы вы были счастливы.

Эндрю стоял в стороне, глядя на них. Но Тори поймала его взгляд и ткнула пальцем свободной руки в пол рядом с собой. И почти рассмеялась, когда Эндрю опять закатил глаза.

Он подошёл, но не обнял — просто встал рядом, плечом к плечу. Этого было достаточно.

Март 2003 года

Эндрю получил ещё два предложения. От других колледжей. Он прочитал их и отложил в сторону.

— Ты не хочешь ответить? — спросила Тори, когда они сидели на кухне.

— Нет, — сказал он. — Им нужен только нападающий.

Он даже не посмотрел на них снова. Тори видела, как он отодвинул конверты в сторону, словно они были чем-то незначительным.

— Эндрю?

— Я уверен, — сказал он. — Мы играем вместе. Или никак. Я не оставлю его. Ни для какой команды.

— Ты знаешь, что я с тобой, — сказала она.

Эндрю кивнул. Он убрал конверты в ящик стола, даже не открыв их.

— Может, когда-нибудь, — сказал он, — найдётся команда, которая возьмёт нас всех. Меня, Аарона и Ники.

— Ники вернётся в декабре, — сказала Тори. — Он будет играть с вами. В той же команде.

Эндрю посмотрел на неё. В его глазах мелькнуло что-то похожее на одобрение.

— Хорошо, — сказал он. — Тогда мы подождём его.

Тори не стала спрашивать, что он имел в виду. Она знала: если Эндрю сказал, что подождёт, — значит, подождёт.

Команда выиграла региональный турнир. Это была крупная победа — первая за много лет. Мальчики стояли на поле с кубком в руках, и их лица были серьёзными, но в глазах светилась радость.

Тори стояла на трибуне, глядя на них. Она не аплодировала, не кричала. Она просто стояла и смотрела, как её мальчики держат в руках то, что они заслужили.

Аарон поднял голову и нашёл её взглядом. Аарон помахал ей с поля, и Тори махнула в ответ — привычный жест, который стал частью их ритуала Эндрю тоже посмотрел на неё. Он не улыбнулся. Но он смотрел на неё, и она знала, что он видит её.

Когда они подошли к ней после церемонии, Аарон протянул ей кубок.

— Подержи, — сказал он. — Ты тоже это заслужила.

Тори взяла кубок, чувствуя его холодный вес в руках. Она посмотрела на него, потом на мальчиков.

— Я не играла, — сказала она.

— Ты была здесь, — сказал Эндрю. — Это то же самое.

Тори смотрела на него. Он редко говорил такие вещи. И когда он говорил, это всегда было важно.

Она вернула кубок и улыбнулась.

— Пойдёмте домой, — сказала она. — Я купила курицу. Сегодня вы будете её разделывать.

— Опять? — простонал Аарон.

— Ты же хотел научиться готовить, — напомнила Тори, направляясь к выходу. — Так что давай, шевелись. Я жду на кухне.

Эндрю хмыкнул — почти смех. Аарон обречённо вздохнул, но пошёл следом.

Тори шла впереди и ощущала чувство дома, которого у неё не было много лет У неё были мальчишки, курица на ужин и ещё целая жизнь впереди.