Сердце, нуждающееся в спасении (гет)

В пабе было слишком шумно.

Ребята праздновали, будто сегодняшний день не закончился болью и поражениями. Нацу, размахивая кружкой, доказывал всем сразу, что в следующий раз обязательно сожжет любую магическую ловушку. Грей спорил с Бикслоу о тактике, рисуя что-то кубиками льда прямо на столе. Даже Эльфман, весь перебинтованный после своего боя, смеялся так громко, что дрожали кружки.

Люси чувствовала себя лишней. Она тихо извинилась и вышла под предлогом, что хочет подышать воздухом. Ночной Крокус встретил ее прохладой. За спиной остался шум праздника. Впереди шумела река. Полюшка снова оказалась права: благодаря лечению и магии Венди тело восстановилось гораздо быстрее, чем должно было. Ребра почти не болели, раны затянулись. Но внутри ничего не заживало.

Перед глазами снова возникло лицо Лаксуса. Не то, каким он был на арене. Другое. Молчаливое. Усталое. Он сидел возле ее койки, словно считал каждый вдох. Потом молча накрыл ее своим плащом.

И ушел.

Запах озона до сих пор будто оставался рядом. Люси сама не заметила, как ноги привели ее к старому мосту через канал. Здесь было тихо. Пахло сыростью и мокрым камнем.

— Хартфилия.

Она вздрогнула. Под мостом, на каменном парапете, сидел Лаксус.

Без плаща. В простой черной рубашке. Красный огонек сигареты на мгновение осветил его лицо.

— Что ты здесь делаешь? — тихо спросила Люси.

Он пожал плечами.

— Там шумно.

Короткий ответ. И все же она поняла. Он тоже сбежал. Несколько секунд они молчали. Слышалось только мерное плескание воды. Люси подошла ближе.

— Почему?

Лаксус медленно перевел взгляд.

— Что именно?

— Ты знаешь.

Она заставила себя договорить.

— Почему ты вмешался? Почему остался в лазарете? Почему...

Голос дрогнул.

— ...почему вообще это сделал?

Он долго молчал. Потом хлопнул ладонью по камню рядом с собой.

— Сядь.

Она подчинилась. Камень оказался ледяным. Некоторое время Лаксус смотрел на темную воду.

— Знаешь, что больше всего меня выбесило?

Люси покачала головой.

— Ты решила проиграть раньше, чем бой закончился.

Она удивленно посмотрела на него.

— Нет...

— Да.

Он перебил ее спокойно.

— Эта девка не ломала тебе кости. Она ломала голову. И почти получилось.

Люси отвела взгляд. Он был прав. Она сама начала верить, что уже проиграла.

— Я должна была победить.

— Должна была выжить. — Ответ прозвучал резко. — Это разные вещи.

Она молчала. Лаксус продолжил:

— Настоящий бой редко бывает честным. Иногда лучший удар — тот, который ты наносишь завтра.

Люси нервно усмехнулась.

— У меня не получилось вообще ничего.

Он повернулся к ней.

— Получилось.

Она непонимающе нахмурилась.

— Ты поднималась после каждого удара. — Он говорил спокойно. Без пафоса. Будто перечислял очевидные факты. — Большинство ломается гораздо раньше.

Люси почувствовала, как внутри что-то дрогнуло. Она не ожидала услышать это именно от него.

— Я все равно подвела вас...

— Нет. — Лаксус ответил сразу. — Нас подвела система турнира. — Он посмотрел прямо ей в глаза. — А ты просто попала под грязный прием.

Снова повисла тишина. Ветер трепал ее волосы.

— Сегодня, — негромко произнес он, — одна идиотка решила, что может издеваться над моим товарищем.

Он специально не смотрел на нее. Будто так говорить было легче.

— Я этого не люблю.

Люси почувствовала, как сердце пропустило удар. Не "моей девушкой". Не "тобой". Не "тобой, Люси". Моим товарищем. Это прозвучало куда весомее.

— Ты всегда так защищаешь своих?

— Да. — Он даже не задумался. — Всегда.

Она улыбнулась. Совсем немного. Впервые за сегодняшний день. Лаксус заметил это краем глаза и едва заметно выдохнул. Напряжение в плечах стало меньше.

— Но... — Она снова опустила взгляд. — Если в следующий раз я снова проиграю?

Он усмехнулся. Едва заметно.

— Тогда поднимешься.

— А если не смогу?

— Смогу я.

Он произнес это так спокойно, будто говорил о погоде. Будто другого варианта просто не существовало.

Люси смотрела на него молча. Никаких красивых слов. Никаких признаний. Только простая уверенность человека, который действительно придет. Лаксус резко поднялся.

— Хватит философии. — Он протянул руку. — Пошли.

Она посмотрела на широкую ладонь. Шрамы. Мозоли. Следы десятков битв. Медленно вложила свою руку в его. Лаксус без усилия поднял ее на ноги. Пальцы сомкнулись крепко, но осторожно. Он сразу отпустил. Слишком быстро. Будто лишняя секунда могла стать ошибкой.

— Идем.

Они молча пошли обратно к освещенным улицам Крокуса. Между ними больше не было неловкости. Только спокойная тишина, в которой не требовалось объяснять очевидное. Впереди их ждали новые бои. И впервые за долгое время Люси знала наверняка:

если она снова упадет, рядом обязательно окажется тот, кто поможет ей подняться.

Не потому, что она слаба. А потому, что именно так поступают в «Хвосте Феи».