Sonic: В темпе «Вместе» (гет)

На следующий день все собрались без опозданий. Даже Соник, что само по себе было маленьким чудом. Но настроение в зале было не таким, как обычно. Не тяжёлым — скорее задумчивым. Каждый прокручивал в голове вчерашний разговор в кабинете.

Соник первым нарушил молчание, настраивая гитару:

— Я всю ночь думал. Ну, про то, что Салли сказала. Про то, что могло бы случиться.

— Я тоже, — отозвался Наклз, усаживаясь за барабаны. — Она права. Мы не можем позволить себе драку. Не сейчас.

— Но он же специально провоцирует, — Соник дёрнул струну. — Скордж этот. Как будто ждёт, когда мы сорвёмся.

— Ждёт. Поэтому не дождётся.

Эми сидела в своём обычном углу, но скетчбук лежал на коленях закрытым. Она смотрела на парней и думала о том, как быстро всё изменилось. Ещё месяц назад они были просто уличным гитаристом и его странной подругой с карандашом. А теперь — группа. Настоящая. Живая. И кто-то уже считает их конкурентами.

— Мне страшно, — тихо сказала она. — Не за себя. За нас. Если бы вчера что-то пошло не так...

— Но не пошло, — перебил Соник. — Салли вмешалась. И она нас научит. Она всегда учит.

— Она не всегда знает, что делать, — заметил Наклз. — Но она знает, чего не делать. Это важнее.

Тейлз, который до этого молча возился с синтезатором, вдруг подал голос:

— А мне кажется, самое страшное было бы, если бы кто-то из вас пострадал. Не репутация. Не площадки. Вы.

В зале повисла тишина. Соник перестал перебирать струны. Наклз замер с палочками в руках. Эми подняла глаза.

— Тейлз... — начал Соник.

— Я просто... я не умею драться. Вообще. Но если бы что-то случилось, я бы... я бы не убежал. Наверное. Я бы попытался помочь. Как-нибудь. Технически.

Соник усмехнулся.

— Технически. В темпе «технично».

— В темпе «технично», — подтвердил Тейлз и слабо улыбнулся.

Напряжение чуть спало. Салли, которая слушала их, стоя у двери, решила не вмешиваться. Она вошла как обычно — с кружкой в руке — и объявила:

— Разминка. Потом прогон «Green Hill». Потом новый материал. Работаем.

И они заработали.

Репетиция шла ровно. Спокойно. Как на третьем этаже. Соник не ускорял, Наклз не давил. Тейлз уже почти не боялся. А когда они играли, казалось, что никаких Скорджей и Фион в мире не существует. Только музыка. Только трое.

В перерыве, пока Наклз и Соник обсуждали переход в припеве, Тейлз подсел к Эми. Он мялся, перебирал пальцами край толстовки, и Эми сразу поняла: сейчас будет вопрос.

— Эми... можно спросить?

— Конечно.

— Вот ты говорила... ну, вчера. Что иногда молчание говорит больше, чем слова. А если... если я хочу не только молчать? Если я хочу что-то сделать? Ну, например... подарить что-то. Цветы. Или не цветы. Что-то такое, что покажет: я заметил. Я думал.

Эми отложила скетчбук. Ей хотелось улыбнуться, но она сдержалась.

— Тейлз, ты про кого-то конкретно?

— Нет! — он покраснел. — То есть... чисто гипотетически. Для общего образования. Просто... чтобы знать. На будущее.

— Цветы — это красиво. Но важно, какие. Не просто букет из магазина. А те, которые что-то значат. Или не цветы. Может быть, что-то, что связано с тем, что она любит.

— А если я не знаю, что она любит?

— Тогда сначала узнай. Это и будет первый подарок. Внимание.

Тейлз кивнул и уткнулся в синтезатор. Эми раскрыла скетчбук и сделала крошечный набросок: Тейлз с цветком в руке, а рядом — вопросительный знак. Она улыбнулась и перевернула страницу.

После репетиции Тейлз догнал Салли в коридоре.

— Салли! Я... ещё один вопрос. Тоже гипотетический.

— Валяй.

— Вот если бы ты... ну, если бы тебе кто-то нравился. И ты хотела бы сделать жест. Не словами. А чем-то. Что бы это могло быть?

Салли остановилась и внимательно посмотрела на него. Тейлз стоял красный как свёкла, но взгляд не отводил.

— Смотря кто этот человек, — сказала она. — Если он музыкант — может быть, запись. Если технарь — деталь для аппаратуры. Если художник — краски. Главное — показать, что ты видишь его. Настоящего. Не того, кем он притворяется.

Тейлз задумался. Перед глазами мелькнул образ: рыжие волосы, янтарный кулон, холодная улыбка. Он не знал, что Фиона любит. Но знал, что она нравится ему. Опасно, непонятно, но нравится.

— Спасибо, — сказал он тихо. — Я подумаю.

— Думай, — Салли кивнула. — Только не перегрейся. У тебя завтра репетиция.

— Я помню. В темпе «технично».

— Вот именно.

Тейлз ушёл, а Салли ещё долго стояла в коридоре, глядя ему вслед. Она не знала, кто избранница, но видела: мальчик растёт. Медленно, осторожно, как росток из-под бетона. Но растёт.

Вечером, сидя у себя, Тейлз перебирал радиодетали. Сопротивления, конденсаторы, диоды. Из них можно было бы собрать что-то красивое. Что-то, что засветится в темноте. Что-то, что скажет: «Я вижу тебя». Он ещё не знал, как именно. Но идея уже пустила корни.