Быть человеком-2 (гет)

Разумеется, я проспала. Вечер, то есть ночер получился слишком внезапным и насыщенным, чтоб я сообразила переставить будильник, а Дэна в каюте утром уже не было. Поэтому, когда я — в футболке наперекосяк и со швом от подушки на щеке — ввалилась на кухню (самый правый от шлюза угол пультогостиной), Тед уже достал самую большую кастрюлю, приготовил на столешнице муку, сахар и масло.

Дэна, неизвестно сколько уже времени успешно сливавшегося со стеной, пилот, судя по всему не отразил — так привык за эти недели к его постоянной роли мебели, что просто не среагировал на то, что Дэн был НЕ В КОМБЕЗЕ. А в моей клетчатой рубашке, что выдавалась ему как «домашняя». Хотя КАК можно было не заметить рыжий пожар в клеточку — черт его весть. Я просигналила «невидимке» улыбкой и подступила к шеф-повару.

— О, блинчики? — моментально определила я по выставленным на столешницу продуктам будущий завтрак. — Чудненько. Самое то для начала.

— Ты чего подскочила, Нелька? — воззрился на меня Тед. — Забыла, что твое дежурство было вчера? Иди досыпай, соня.

— И сегодня тоже, меняемся, — я попыталась перетянуть у него кастрюлю, но изумленный моим внезапным трудоголизмом пилот машинально не отдал. — На той неделе за меня отработаешь!

— Да че вдруг?.. — окончательно запутался Тед.

— Я попросил Нелли научить меня готовить, — отклеился от стены Дэн, и пилот наконец заметил смену имиджа.

Сраженный такими новостями — что на вид, что на слух, Тед выпустил наконец кастрюлю, а поскольку я тоже уже перестала за нее тянуть — дребезжать бы ей по полу, если б не Дэн. Он, совершенно не напрягаясь, взял кувыркнувшкюся кастрюлю из воздуха, аккуратно поставил обратно на стол и посмотрел на меня в ожидании. Тед тоже — такое зрелище, как боевой DEX на кухне с блинчиками, он пропускать, естественно, не собирался.

Я на минутку задумалась. Всяческие расплывчатые инструкции типа «насыпь на глазок», «добавь щепотку» и «жарь до готовности» в случае Дэна совершенно не годились. Метки на кастрюле, как со взбиванием яиц, тоже бы не прокатили, так как ингредиентов было много и их сначала нужно было смешать.

— Что ж, это у нас будет что-то типа логической задачки, — ринулась я в омут импровизации. — Дано: мука, молоко, яйцо, сахар, соль и разрыхлитель. В ответе должно получиться… — я с усилием проглотила привычное «примерно», — э-э… три четверти кастрюли теста консистенции… — прикидывая, с чем бы сравнить, вспомнила кое-что подходящее, — как тот гель для синтезатора. Количество соли и сахара можно определить на вкус… — тут, конечно, крылся риск, но поскольку Дэн раньше не был замечен за досаливанием всего и вся, то можно было надеяться, что и сейчас минует.

«Ученик» серьезно кивнул и принялся за дело под моим чутким руководством. Уточнять приходилось всё: точную температуру (да чтоб я ее знала!), желаемый оттенок готового блинчика, самое сложное — момент, когда нужно переворачивать. Пока мы его безошибочно нащупали, Тед успел подъесть две партии пробных «негров». Зато повторять уже найденное — не приходилось вовсе. Всем бы таких учеников!

Чавкая «неликвидом», Тед принялся выяснять, сколько же на самом деле летного стажа у киборга. Я едва не прыснула в ожидании ответа, потому что мне он казался предельно очевидным. И Дэн его не разочаровал, без отрыва от плиты честно сообщив про месяц.

— А ты, пардон муа, чего ожидал? — подколола я хлопающего варежкой Теда. — Что на новобобруйской свалке подпольные курсы повышения квалификации для киборгов-навигаторов?

— Так вы на свалке, что ли, познакомились? — опешил тот.

— Не совсем, — педантично уточнил Дэн, подцепляя лопаткой очередной блинчик — уже совсем не напоминающий активированный уголь. — В ста двадцати пяти метрах от нее. Я там жил восемь суток после крушения «Черной звезды».

Пока я переваривала информацию, допиливая, как обычно, картинку с применением фантазии (лучше б у меня ее было поменьше) и вспоминая первый день нашего знакомства, Тед не терял времени:

— А откуда же ты знал вообще, как трассы строить?

— Я наблюдал за работой навигатора, когда удавалось, — просто ответил Дэн. — Мне это всегда нравилось. Бесконечное количество решений, множество факторов, влияющих на выбор. И выбор пути полностью зависит от того, кто за пультом. Несколько университетских справочников и учебников я загрузил с твоего вай-фая, — легко улыбнулся он мне, — а с практикой разбирался уже на месте.

— И отлично разобрался! — подытожила впечатленная я. Нет, конечно, чего-то такого и ожидалось, но когда он говорил об этом вот так, как о чем-то плевом и запросто, не впечатлиться было невозможно. — У тебя настоящий талант.

— Точно, — придушенно сипнул ещё более впечатленный Тед. И озадачился следующим вопросом: — А сколько тебе вообще… ну…

Мне тоже интересно было узнать ответ, и я прислушалась.

— Семь. Не месяцев, — уточнил Дэн специально для Теда, адресовав ему первую со времен Степянки бледную улыбку. И снова взялся за кастрюлю — новая партия завтрака зашкварчала на сковородке.

Ого, еле сдержалась я. Релиз шестых DEX’ов пришелся на осень 80-го — я теперь по ним была практически спец. Для боевого киборга — это почти аксакал, армия закупала новых каждые 2-3 года, успевая за это время израсходовать предыдущий «запас». То, что Дэн продержался так долго, уже говорило о его незаурядных способностях. Впрочем, в них я и не сомневалась.

— Так ты из самых ранних, получается? — осторожно спросила я.

— Сорок третья партия, — окатило меня прямой откровенной голубизной. — Первые тридцать были тестовыми, не для реализации.

Пока Тед, раз уж у него освободилось утро, ушел накрывать на стол, а мы заканчивали с последними заходами выпечки, я спросила ещё кое о чем, давно меня интересовавшем. Особенно это было интересно в контексте озвученного Дэном возраста.

— Дэн, — окликнула я, и киборг повернулся ко мне, не переставая переворачивать блинчики. — А когда ты понял, что ты… ну… — слово было неподходящим, но другого я не нашла, — разумный?

Он задумался, в то время как его руки совершали действия по выработанному к середине процесса алгоритму.

— Не помню, — наконец ответил он. — Это не отражено в моей цифровой памяти, а другой, которая не цифровая…

— Человеческая, — подсказала я.

Он слегка пожал плечами:

— Наверное. С ней иногда всё странно работает.

— Ну да, нет папочек с датами, — кивнула я, — и вообще всё вперемешку. Сама об этом порой жалею.

— Но что я в чём-то неисправен, я понял ещё в DEX-центре. И что это необходимо скрывать — там же.

— Как? — рискнула спросить я. — Как ты это понял?

— На финальном тестировании перед продажей по армейскому заказу. Киборгу дают различные задания и оценивают по множеству параметров. Точность выполнения, скорость, отсутствие задержки при получении заведомо невыполнимого или бессмысленного приказа.

— Например?..

— Например, двигать монолитную стену.

— Или переливать воду, — с мстительной горечью припомнила я.

— Или так, — легко согласился Дэн. — Исправный киборг не анализирует приказ хозяина, не рассуждает о его смысле. Он получает приказ — и приступает к его исполнению немедленно. Нужно было набрать не менее 96% суммарно по всем шкалам оценки, чтобы тест считался успешно пройденным.

— И ты?.. — у меня почему-то мелко задрожали руки.

— Я бы не прошел, — так же спокойно, словно мы по-прежнему обсуждали блинчики, ответил Дэн. — Если бы шел первым. Но по очереди передо мной стоял мой клон…

«Брат!» — мелькнуло у меня в голове.

— …идентичный мне киборг. И он допустил паузу в 1,3 секунды перед тем, как приступить к попыткам сдвинуть стену.

Дэн методично собрал готовые блинчики со сковородки, в последний раз намазал ее маслом и аккуратно распределил оставшееся в кастрюле тесто на абсолютно равные моментально схватившиеся лужицы.

— Он набрал 95%, и ему был дан приказ о самоуничтожении. Я его ошибки уже не допустил. У меня было 97%.

Я потрясенно уставилась в пол.

— Как… как это — приказ о?.. — договорить у меня не вышло.

— Команда «Умри», доступная хозяевам первого уровня. После нее киборг должен прекратить дыхательные движения и заблокировать сердечный ритм. У хозяина есть три минуты на отмену приказа, иначе последствия станут необратимыми. Последним расплавляется процессор во избежание утечки секретных данных.

От обыденности, с которой Дэн обо всём этом рассказывал, меня на теплой кухне продрал озноб.

— Получается, твой брат спас тебя… — выдавила я, вскидывая на него страдающие глаза.

Дэн ответил прямым спокойным взглядом, прежде чем начать подцеплять со сковороды последнюю партию.

— Я сделал выводы, — просто ответил он.

Очень хотелось обнять его прямо сейчас, но в пультогостиную уже начинала сползаться привлеченная аппетитным запахом команда, и мне пришлось ограничиться быстрым пожатием его руки, перед тем как потащить блюда с нашим общим шедевром к столу.