Рыцарь Семи Королевств. "Странствующий рыцарь" (гет)

Кольцо факелов у подножия горы смыкалось медленно, но неотвратимо, словно гигантская огненная змея, решившая задушить свою жертву. Дунк стоял на самом краю скалистого обрыва, сжимая кулаки так, что побелели костяшки. Внизу, в темноте дорнийской ночи, люди Красного Ястреба методично перекрывали все спуски на равнину. Они не пытались лезть на крутые склоны во мраке — Дерик был слишком опытным охотником, чтобы рисковать переломанными ногами своих людей. Он просто запер их на этой вершине, ожидая первых лучей солнца, чтобы начать кровавую жатву.

— Нам не прорваться сквозь такой строй, — глухо произнес Клетус, тяжело опускаясь на камень. Торговец вином обхватил голову руками, окончательно сдавшись. — Их там не меньше полусотни. А нас... горстка измученных калек да пара наемников.

Дунк ничего не ответил, потому что толстяк был абсолютно прав. Меч хорош в узком коридоре, но на открытом склоне арбалетчики расстреляют их с безопасного расстояния.

Рыцарь отошел от края обрыва и направился к небольшому углублению в скале, где укрылись остальные. Тансель сидела рядом со своим дядей, бережно перевязывая его стертые в кровь ступни остатками чистой ткани. Старый мастер Дорран выглядел совсем изможденным, но его глаза, глубоко запавшие и окруженные темными кругами, смотрели на подошедшего Дунка с пугающей, болезненной ясностью.

— Присядь, сир Дункан, — сухим, надтреснутым голосом попросил старик, похлопав мозолистой ладонью по камню рядом с собой. — Нам нужно поговорить. Пока у нас еще есть на это время.

Дунк послушно опустился на камни, чувствуя, как ноет каждая мышца в его огромном теле. Тансель бросила на него быстрый, тревожный взгляд, но дядя мягко коснулся ее плеча, заставляя замолчать.

— Ты дважды спас нам жизнь за эти дни, рыцарь, — медленно начал Дорран. — И я, и моя племянница в неоплатном долгу перед тобой. Я вижу, как Тансель смотрит на тебя. Я не слепец. И я знаю, что произошло.

Лицо девушки вспыхнуло, она опустила глаза, теребя край своего изодранного платья. Дунк почувствовал, как краска приливает к его щекам, но он не отвел взгляда от старого кукольника, напряженно ожидая продолжения.

— Ты благородный человек, Дунк. Честный и смелый, — продолжил Дорран, и в его голосе не было ни капли злобы, только бесконечная усталость любящего дяди. — Но посмотри вокруг. Посмотри на нас. Мы сидим на голой скале, израненные, измученные жаждой, а внизу нас ждут головорезы могущественного лорда, чтобы перерезать нам глотки. Такова жизнь межевого рыцаря. Дорога, грязь, кровь и вечная битва за выживание. Я не хочу такой судьбы для своей девочки.

— Дядя, прошу тебя... — тихо начала Тансель, но старик непреклонно покачал головой.

— Нет, племянница. Пришло время сказать правду. Сир Дункан должен знать. Еще до того, как мы покинули Красный Ручей, я отправил письмо в Солнечное Копье. Моему старому другу, мастеру шелковых дел. У него есть сын, Арон. Я помню его еще мальчишкой — сейчас он вырос, стал уважаемым купцом, человеком чести и достатка. Он добр, умен, не станет поднимать на жену руку. И мы... мы договорились о браке.

Слова кукольника ударили Дунка больнее, чем шипованная дубина, сокрушившая ногу его коня. Он перевел потрясенный взгляд на Тансель. Девушка не плакала, но ее лицо стало белым как мел.

— Ты не говорил мне, что уже дал окончательное обещание, дядя, — прошептала она, и в ее голосе зазвучала горькая обида.

— Я хотел сюрприза. Я хотел, чтобы в Солнечном Копье нас ждал дом. Настоящий каменный дом, а не скрипучая повозка, — старик перевел тяжелый взгляд на Дунка. — Арон сможет дать ей безопасность, сир рыцарь. Защиту, сытую жизнь, положение в обществе и покой. Сможешь ли дать ей это ты?

Дунк опустил голову. Слова Доррана были жестокой, невыносимой правдой. Что он мог предложить этой невероятной женщине? Свою кольчугу? Постоянный страх за его жизнь? Он вспомнил их недавний разговор на уступе, когда Тансель сказала, что хочет быть с ним. Но готова ли она провести всю жизнь в бегах, прячась по пещерам от лордов-предателей и таких негодяев, как Красный Ястреб? В этот момент Дунк с пронзительной ясностью осознал, что удержать ее рядом с собой было бы высшим проявлением эгоизма. Если он действительно любит ее, он должен позволить ей жить в безопасности.

— Я... я понимаю вас, мастер Дорран, — хрипло выдавил из себя огромный рыцарь, с трудом сдерживая дрожь в голосе. Он не смел посмотреть на Тансель. — Вы абсолютно правы. Моя жизнь не подходит для нее.

Тансель резко вскинула голову, ее темные глаза вспыхнули от негодования и боли, но прежде, чем она успела сказать хоть слово, из темноты бесшумно вынырнул Эгг. Лицо оруженосца было напряженным, но в глазах плясал азартный огонек.

— Прошу прощения, что прерываю вашу трогательную семейную беседу, — деловито произнес мальчишка, совершенно игнорируя тяжелую атмосферу. — Но я только что разведал северный склон. Там нет огней.

Дунк мгновенно переключился на слова оруженосца, с благодарностью цепляясь за возможность отвлечься от разрывающей сердце боли.

— Ястреб не мог забыть про северный склон, Эгг. Это ловушка.

— Это не ловушка, сир. Это отвесный обрыв, — покачал головой мальчишка. — Красный Ястреб уверен, что спуститься там невозможно, поэтому даже не поставил дозорных. Но он не знает, что у нас есть толстые мотки веревки из повозки кукольников, которые вы заставили нас нести. И он не знает, что вы достаточно сильны, чтобы спустить нас по одному, словно мешки с репой.

Дунк выпрямился во весь свой гигантский рост, чувствуя, как боевой инстинкт вытесняет отчаяние.

— Спуск будет невероятно опасным. Но если мы сможем незаметно оказаться у подножия горы с северной стороны, мы выйдем прямо в тыл их главного лагеря. Именно там, в лощине, они должны были оставить своих лошадей.

— И если мы устроим там переполох, — подхватил Эгг с ехидной ухмылкой, — мы сможем забрать лучших коней и уйти в пустыню до того, как они успеют стянуть кольцо и понять, что добыча ускользнула.

— Это чистое, ничем не прикрытое безумие, — пробормотал Клетус, нервно вытирая пот со лба. — Мы сорвемся и разобьемся насмерть в темноте. Я не полезу на веревке!

— Мастер Клетус, — холодно отрезал Дунк, поднимаясь на ноги и решительно затягивая ослабевшие ремни поддоспешника. — Можете дождаться утра и получить арбалетный болт в живот от людей Айронвудов. Мы уходим через северный обрыв. Прямо сейчас. За мной.

Он бросил короткий, прощальный взгляд на Тансель. Она смотрела на него с немым упреком и затаенной болью, но в ее глазах тоже читалась решимость. Сейчас им нужно было выжить любой ценой. А уже потом кому-то суждено остаться в безопасности и роскоши Солнечного Копья, а кому-то — продолжить свой бесконечный путь по пыльным дорогам Семи Королевств.