Адаптация (джен)

— Не всегда будет так легко, — сказал Гаррет.

— И не было, — сказала я. — Ну, драться было легко, а вот не попасть под пулю — гораздо труднее.

О том, что всё могло сложиться совсем иначе, напоминал здоровенный синяк на правой икре. Похоже, теперь пули я всё-таки немного держала, хотя больно было по-прежнему.

Я показала синяк Гаррету, но особого сочувствия он не проявил.

— В тебя попали один раз, — сказал он. — Но, полагаю, твой папа держит пули хуже тебя. Честно говоря, удивлён, что он вообще за тобой поспевал.

Мы толком не рассказывали ему ни о том, что папа кейп, ни о том, зачем оказались там. Судя по виду, Гаррет понимал, что я что-то скрываю, но его это, похоже, не волновало.

— К тому же тебе повезло, — сказал он. — Если пуля так повредила кожу, то попадание в глаз или в рот, наверное, ничем хорошим для тебя не кончится.

Я поморщилась. Я вполне могла лишиться глаза, а папа — погибнуть или хотя бы получить страшные увечья. Разумнее было бы убежать, но всё во мне этому противилось.

— О других вариантах ты думала? — спросил он. — В которых твой отец не рисковал бы попасть под пулю?

Я нахмурилась.

— Их зажали. Там вот-вот началась бы бойня.

— А сорвать листы с крыши и швырять в противников ты не могла? — спросил он. — Из-за укрытия. Тогда бы в тебя не попали.

Я поморщилась.

— Бросать в людей разные вещи у меня до сих пор не очень получалось.

Учитывая, что в прошлый раз человек, в которого я что-то бросила, умер, наверное, ещё какое-то время я буду бояться пробовать снова. Мне и впрямь было трудно понять, как в боях кейпов обходится без гораздо большего числа жертв, если даже небольшая разница в силе может стоить кому-то жизни.

— Мы мало говорили о тактике. Пожалуй, пора.

— Тактике?

— Я называю её вводным курсом «Как не дать себя убить». Это о том, как и когда применять силу, чтобы добиться своего.

— Ладно, — медленно сказала я.

Мы сидели на диване в жилой части убежища Гаррета и Элита.

— Когда ввязываешься в драку, есть три варианта, — сказал он. — Либо ты сильнее противника, либо он сильнее тебя, либо вы примерно равны.

Звучало разумно. Я кивнула.

— Та группа, с которой ты только что дралась, была слабее тебя, но всё равно могла тебе навредить. Как, по-твоему, нужно действовать против таких противников?

Я нервно пожала плечами. Не очень понимала, какого ответа он ждёт.

— Первое, что можно сделать, — напугать их, — сказал он. — Не обязательно нагонять жути. Иногда достаточно просто показать силу. Люди на нервах совершают ошибки: либо бездумно бросаются в атаку, либо убегают. Тебе на руку и то и другое.

— Поэтому Империя держит у себя таких, как Крюковолк? — спросила я.

Гаррет кивнул.

— Лучший бой — тот, в который не пришлось вступать. Если люди слишком боятся с тобой драться, ты уже победила.

— Не каждого напугает девочка-подросток, — сказала я.

— Тогда атакуй быстро, — сказал он. — Скорее всего, они ждут приятелей, а с некоторыми из этих приятелей тебе лучше не встречаться. Бей, пока они не готовы. Вот это ты как раз сделала правильно.

Я видела достаточно школьных драк, чтобы знать, сколько перед ними бывает показухи. Подозреваю, с кейпами было так же. В природе это называлось демонстрацией угрозы: так животные заставляли других животных отступить.

Вполне разумно было не тратить на всё это время.

— Скорее всего, драться тебе придётся с группами, — сказал он. — Выбери самого сильного и отдели от остальных. Потом разбирайся с его помощниками по одному. Разделяй и властвуй. И не веди бой так, как тебе хотелось бы, чтобы его вели они.

Во вчерашней драке я толком не знала, кто у них главный. Может, понаблюдай я подольше, разобралась бы. Но было слишком темно и слишком много суматохи, чтобы их выделить.

И всё же, если представится возможность, выводить их из игры по одному будет разумно.

— Если дойдёшь до того, что некоторые противники вообще не смогут тебе навредить, не обращай на них внимания. Только время потратишь. Сначала разбирайся с самой большой угрозой, а потом переходи к остальным, — сказал Гаррет.

Пули всё ещё причиняли боль, и я подозревала, что показывать синяк Гаррету было ошибкой. Подозреваю, теперь на тренировках в меня будут стрелять... много.

— Главное — не недооценивай их, — сказал Гаррет. — Иногда всё кажется слишком простым потому, что это ловушка.

— А если они сильнее меня? — спросила я.

Сейчас я, наверное, уже могла потягаться с некоторыми кейпами, но такие, как Кайзер или Крюковолк, сделали бы из меня фарш.

— Собери как можно больше информации, — сказал Гаррет. — Прощупай их. Многие силачи обожают слушать собственный голос. Если же они сразу бросаются в бой, то, возможно, сами считают себя не такими крутыми, как считаешь ты.

— Выбирай место, — продолжил он. — И используй окружение против противника. Если встретишь Краулера, обрушенное на него здание хотя бы даст тебе время сбежать.

Сомневаюсь, что в ближайшее время смогу обрушить на кого-нибудь здание, хотя сбросить кирпичи на голову, наверное, сумела бы. Пока мы не опробуем несколько сценариев, с выводами стоит подождать.

— Заставь его недооценить тебя, — сказал Гаррет. — И убегай, если придётся. А ещё лучше — приведи друзей, если противник сильнее тебя. Драться с ним один на один — верный способ погибнуть.

Я и не собиралась драться один на один с Крюковолком или Луном, пусть какая-то часть меня и мечтала стать достаточно сильной для этого.

Но был ли на моей стороне хоть кто-то, способный помочь против Империи или АПП?

Папа в лучшем случае был равен мне по силе, а скорее — слабее. Гаррет был умелым бойцом, но всё-таки обычным человеком. Элит был... Элитом.

Может, стоит попробовать подружиться с какими-нибудь кейпами, раз теперь сил у меня достаточно, чтобы и самой по-настоящему считаться кейпом. Слава подошла бы идеально: она достаточно сильная, чтобы с ней можно было спарринговать. Панацея — ещё лучше: с её помощью я могла бы очень быстро стать сильнее.

В конце концов, только отсутствие способностей к исцелению и мешало мне стать Краулером без уродств.

Но раскрыться перед СКП я пока была не готова, особенно если они уже решили, что это я совершила то убийство. Ходили слухи, что у банд есть свои люди в СКП, а значит, узнай они, кто я, Крюковолк придёт за нами с папой.

А при регистрации в СКП вообще требуют назвать настоящее имя? Я толком не знала.

— Не трать все силы на одну атаку, если не уверена, что она сработает, — сказал он.

Я наконец показала ему Камехамеха, и он усомнился, что кто-нибудь будет достаточно долго стоять на месте, чтобы попасть под удар. Он предложил попробовать заранее незаметно собирать энергию, а потом выполнять сам приём быстрее. Тогда, возможно, от него будет больше толку в настоящем бою.

— Этот твой приём, — сказал он. — Выматывает тебя, оставляет без сил. С теми ребятами это не имело значения, потому что ты была слабее. Но если бы ты дралась с кем-то сильнее...

Ирония в том, что по-настоящему применять его я бы стала только против кого-нибудь сильнее себя. Гаррет говорил, что, если уж использовать этот приём, лучше не промахиваться, иначе он того не стоит.

— И ещё: если противник Стрелок, сближайся, — сказал Гаррет. — Большинство Стрелков довольно хлипкие, так что бой можно закончить одним-двумя ударами.

Он ненадолго замолчал.

— А если я не уверена? — спросила я. — Если мы, возможно, примерно равны?

— Продолжай давить, — сказал Гаррет. — Не давай ему отделаться от тебя. Не оставляй времени перевести дух. Когда некогда думать, люди обычно ошибаются. Поэтому продавцы и твердят об акциях, которые скоро закончатся.

— Ладно, — осторожно сказала я.

— Против равного использовать местность так же важно, как против того, кто сильнее. Если противник ничем тебе не уступает, любое преимущество может принести победу.

В комнату вошёл Элит. На нём был какой-то девчачий халат, а на спине — персонаж аниме: светловолосый мальчишка с торчащими волосами и повязкой на лбу.

— Чуррос хотите? — спросил он.

Я ухмыльнулась.

— А сколько у тебя есть?

Он удивился, а потом перепугался.

— Недостаточно. Я не собираюсь готовить двести чуррос, чтобы ты их все слопала. Готовлю обычные человеческие порции.

— Хорошо, — спокойно сказала я. — Съем сколько будет.

В конце концов, поесть можно и потом.

— Гаррет? — спросил он.

Гаррет пожал плечами и сказал:

— Давай.

— Самое важное — не становиться самоуверенной. Если парень оказался слабее, чем ты думала, это ещё не значит, что он не может вбить тебя в землю.

— Мне нужны какие-нибудь примеры, — сказала я.

— Элит наверняка предложил бы настольную ролевую игру или варгейм, — сказал Гаррет. — Но ты, похоже, лучше учишься, когда видишь всё сама.

— На голопалубу? — спросила я.

— Как насчёт того, чтобы на этот раз побыть Бэтгёрл? — спросил он.

— Мне дадут плащ? — медленно спросила я. Плащ был одной из самых крутых вещей у того парня, с которым Гаррет всё время заставлял меня драться.

— Если ты не Бэтмен, плащ — дурацкая идея, — сказал он. — Или не такая сильная, как Александрия. Хотя кто знает, может, и ты станешь достаточно сильной, чтобы красоваться в плаще. Всем остальным он только даёт противнику, за что ухватиться, или путается под ногами.

Споткнуться о собственный плащ — наверное, не лучший способ дебютировать в мире героев.

— И всё же, — сказал он, — посмотрим, как ты справишься.

— И с кем ты заставишь меня драться?

— С сорока вооружёнными людьми, — сказал он. — Твоя задача — победить их, никого не убив. Желательно с помощью тактики, которую мы только что обсуждали.

Без чувства Ки будет труднее, но, полагаю, в этом и смысл. Если сумею без него, то с ним будет ещё легче.

— Ладно, — сказала я.

* * *

У меня болело всё тело.

Драться с сорока вооружёнными людьми при хорошем освещении было куда труднее, чем с двадцатью в темноте. Без чувства Ки приходилось полагаться на остальные чувства, и в меня то и дело попадали.

Я многому научилась. Во-первых, плащи и правда были ужасной идеей. Один-два человека, вцепившиеся в плащ, особых проблем не создавали, а вот когда на нём повисали пятеро или шестеро, я замедлялась достаточно, чтобы схлопотать кучу пуль. Отстёгивающийся при рывке плащ решил бы проблему, но тогда его пришлось бы менять после каждого боя, а у кого есть на это деньги?

Во-вторых, прятаться и использовать местность действительно помогало избежать боли. Понадобилось несколько попыток, прежде чем у меня наконец стало лучше получаться. Гаррет настроил симуляцию так, чтобы противники реагировали на запугивание, и я поняла, что иногда действовать эффектно действительно полезно.

Против того, кто сильнее, страх не поможет, зато слабых может и вовсе отвадить от драки. Наверное, отчасти именно это и позволяло кейпам оставаться в живых. Если приставить кейпу пистолет к голове, он обычно умрёт так же быстро, как любой другой человек, если только он не Бугай.

Заставить людей думать, что нападать на тебя — верный способ погибнуть, было просто самозащитой.

В первый раз, когда мы проходили сценарий, я убила восьмерых, во второй — пятерых, в третий — всего троих. К шестой попытке уже обошлось без убитых. По словам Гаррета, убийство считалось провалом, и он занимался со мной, показывая, как действовать менее смертоносно.

И всё же, прежде чем почувствовать уверенность, мне придётся ещё много тренироваться. Помогало то, что эту тренировку он проводил при обычной гравитации: в бою с теми, кто слабее, важно иметь правильные рефлексы и мышечную память.

А вот Крюковолка, видимо, можно бить со всей силы. В конце концов, он меня прикончит и глазом не моргнув.

Я была на полпути к дому, когда почувствовала знакомую Ки, перемещавшуюся по крышам. Ещё пару кварталов назад я пользовалась генератором голограмм, так что была почти уверена: к убежищу Элита она меня не выследила.

И всё же в будущем придётся быть осторожнее. Нельзя, чтобы она что-то заподозрила или вычислила, где он живёт, по разным местам, в которых меня видела.

Я медленно шла, прихрамывая. На мне был новый комплект утяжелённой одежды, ещё тяжелее прежнего. Элита, похоже, раздражало, что прошлый я потеряла, а вот Гаррет отнёсся к этому философски.

Улица была тихой, по обеим сторонам тянулись старые многоквартирные дома. Если я правильно помнила, София жила где-то рядом: наверное, увидела меня и решила проследить. Я по-прежнему не понимала, почему она так на мне зациклилась, но хотя бы изводить меня стала меньше.

На улице было безлюдно. Вдалеке послышался звук, и, не знай я точно, где она, мне стало бы не по себе.

Она пыталась меня напугать?

Я чувствовала её, хотя глазами толком разглядеть не могла. Не сразу я поняла, что она — это тень наверху одной из пожарных лестниц.

Прежде чем я успела что-нибудь сказать, она сделала акробатическое сальто и на одно тревожное мгновение пропала даже для чувства Ки. Словно её и впрямь там не было.

Мгновение спустя она приземлилась передо мной.

На ней был облегающий чёрный комбинезон с выкрашенными в чёрный металлическими наколенниками, наручами, ремнями и карманами. Лицо закрывала какая-то металлическая маска в виде строгого женского лица. Всё это выглядело куда добротнее, чем могла себе позволить София.

Я с неодобрением заметила, что на ней плащ. Выглядел он чертовски круто, но я только что на собственном опыте вдоволь убедилась, почему плащи — ужасная идея. На кого она пыталась произвести впечатление?

— Привет, София, — сказала я. — Классный костюм.

Она застыла.

— Ты меня не знаешь, — сказала она. София попыталась сделать голос ниже, и маска немного помогала, но это явно была она.

— Хотелось бы, — пробормотала я.

То, что у неё был арбалет, немного тревожило. Она пришла за мной? С арбалетами я не тренировалась. Болты медленнее пуль, так что увернуться от них, наверное, проще, но я не знала, насколько хорошо они пробивают преграды по сравнению с пулями. В любом случае получить такой в глаз было бы неприятно.

— У меня на это нет времени, — сказала я, посмотрела на неё несколько мгновений и покачала головой.

Я снова пошла. Она могла выстрелить мне в спину, но казалась из тех, кто захочет увидеть моё лицо, когда будет стрелять.

Когда я проходила мимо переулка, то почувствовала, как она врезалась в меня. София отскочила с изумлённым вскриком, но я всё-таки слегка пошатнулась. Вместе с одеждой и рюкзаком я весила двести семьдесят два килограмма — чуть больше, чем ей было по силам сдвинуть.

Я схватила её и втащила в переулок.

— Какого чёрта тебе надо?

— Нельзя раскрывать личности кейпов! — прошипела она. Попыталась оттолкнуть меня, но вырваться не смогла. Через мгновение превратилась в какую-то тень, дымкой выскользнула из моих рук и отступила на несколько шагов.

Ну, полагаю, на вопрос, парачеловек она или нет, это отвечало.

— Откуда мне было знать, что ты кейп? — спросила я.

— На мне буквально плащ, — сказала она. — Я всегда считала тебя слабой, но не думала, что ты ещё и тупая.

— Ну а как я должна была догадаться?

— Так же, как я догадалась про тебя... По-твоему, нормально спрыгнуть со второго этажа и приземлиться без единой царапины?

— А разве нет? — спросила я. — Я просто думала, ты занимаешься паркуром или чем-то таким.

Она сняла маску. Учитывая, что в этот переулок не выходило ни одного окна, это, наверное, было безопасно.

— Ты же не шутишь? — спросила она, уставившись на меня. — Ты правда считаешь нормальным бегать по крышам и прыгать с безумной высоты?

Я пожала плечами.

Теперь, когда я знала, что она действительно кейп, раздражать её оказалось даже весело. Со мной она делала вещи куда хуже.

— Город опасный, — сказала я. — Я решила, может, ты просто не хочешь встречаться с Империей.

Она нахмурилась.

— Ты думала, я стану бегать от этой кучки идиотов?

— Лучше, чем...

Закончить я не успела: раздался громкий взрыв.

Я резко повернула голову и увидела огонь и дым, вырывавшиеся из высокого жилого дома в двух кварталах от нас.

— О боже, — сказала София.

Впервые на её лице не было ни презрения, ни злости. Она выглядела по-настоящему испуганной.

— Что? — спросила я.

— Это мой дом, — сказала она. — Там моя семья.